Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

Соавторы: Рустам Панченко,Ирина Смирнова,Евгений Гришаев,Евгений Кривенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 300 (всего у книги 349 страниц)

Осенью Ассоль пошла в школу, весело бегая из коттеджного поселка в центр. Глайдер охраны следовал, а при непогоде и в холода подвозил девочку. В трудах прошел еще один год.

Мост через Лену за это время достроили, и повели магистраль дальше, в глухомань Среднесибирского плоскогорья. Между прииском «Трубка Кэти» и другим, севернее, строился город. Проходческие щиты прогрызли треть Берингова туннеля.

И, опять летом, пришло предупреждение…

Он снова видит сон, который не просто сон.

Женщина в сером одеянии садится на край постели. Лицо суровое, а глаза светятся морозной голубизной, но на миг теплеют, когда глядит на спокойно спящую рядом Элизу.

– Слушай, я доскажу тебе притчу. Твоя мать рассказывала ее, но не до конца. Хотя конца и сейчас нет.

«Один из магистров Ордена Трехликого также был приглашен в Темный чертог. Он попал туда тайным коридором сквозь сердце тьмы. Пал ниц перед престолом и Противоречащий сказал:

– Встань. Ты не решил задач, которые были поставлены перед тобой, но ты столкнулся с неодолимым. Зато достиг большего, для Меня. На ступенях лежит красная мантия кардинала и, когда будешь уходить, надень ее.

– Благодарю. Могу я узнать, за что такая честь?

– Мне не так важны планы людей насчет Северной федерации, хотя ее появление нежелательно. Нынешний патриарх Темной луны проявляет постыдную слабость, и ты вновь получаешь свободу действий. Для Меня важнее всего Цветок и то, что мир стал склоняться к иному варианту развития. Цветок уничтожить невозможно, но он один. Если рассыпать по Земле горсть черных кристаллов, у нас вместо двух могущественных храмов появится много. Возникнет армия Моих поклонников. Ключ к этому – Исейон. Ты первый разглядел происки Сада. Ты первый выявил людей, которые свободно пересекают границу миров. Ты почти понял, как это делается. Ты поможешь Мне, чтобы Я переместился в Исейон и сделал решающий шаг в исполнении Плана.

– Но разве ты…

– Мне свободный доступ в Исейон закрыт, и ты знаешь, Кем. Это смог бы Рарох, но ему будет не по нутру это задание. В дополнение к одной уважаемой троице возникнет много ее версий, при каждом храме. Кому из Владык такое понравится?

Зловещее кудахтанье отдается среди черных колонн – Противоречащий смеется.

– Доступ для Меня откроешь ты. Из твоих донесений и мыслей вытекает, что…

И тут Темный властелин привстает на троне.

– Даже здесь нас подслушивают! Появись, старая карга!.. Не хочешь? Неважно, отныне и тайная дверь будет закрыта!

Всё меркнет…».

– Так что конец пока не дописан, – звучит грустный голос. – Может, вы допишите его. А может быть, ваши потомки.

* * *

Матвей

Сон Толумана обсуждали опять втроем. Перед этим Матвей снова тщательно проверил помещение, но ничего не нашел.

– Во второй, и наверное в последний раз старшая рогна сумела проникнуть в Темный чертог, – закончил рассказ Толуман. – Мы получили важное предостережение. Но главное так и осталось сокрыто.

Кэти покачала головой: – Никак не кончатся наши злоключения. Уже четыре года идет проходка туннеля, скоро половина восточного участка магистрали будет построена. И вот снова что-то назревает. Я знаю, что старшие рогны не появляются просто так… Что будем делать?

Она поглядела на Толумана, но тот о чем-то задумался, и тогда повернулась к мужу. Матвей ласково коснулся ее руки. В последнее время Кэти стала спокойнее, зеленые глаза потеплели, и вот снова в них появилась озабоченность.

– Первое очевидно, – сказал он. – Мы слишком неосмотрительно посещали Сад, а ведь Толуман уже получил предупреждение раньше. Придется прекратить эти полеты, хотя возможно мы опоздали. Какое-то время родители обойдутся без внука и внучки.

– Нет худа без добра, – очнулся Толуман. – Ассоль очень тяготит, что не может рассказывать обо всем в школе.

Кэти вздохнула: – А мы не рискнули отдать Бориса в детский сад, его ведь не заставишь держать язык за зубами. Хорошо, что твоя мать опять выручает.

Матвей чуть подождал: – Второе. На передний план опять выходит Орден и отец-настоятель. Цзин не оправдали надежд Темного владыки, и очевидно мы должны благодарить за это Юкико.

Помолчали.

– Мы слишком мало знаем о российском Ордене Трехликого, – продолжал Матвей, – и угрозах, которые могут от него исходить. Теперь до нас труднее добраться: надежная охрана, а школу Ассоль охраняют чуть не как резиденцию Координатора. Но нам недостаточно известно о возможностях наших врагов.

– И что ты предлагаешь? – спросила Кэти.

– Повторяю, пришел черед и мне провести разведку. Извините, я не буду говорить подробнее. Электронная слежка маловероятна, но я вспоминаю, что Толуман говорил о дикой рогне…

– А, рогна Охотница, – кивнул Толуман. – Да, ее вполне могли высадить с глайдера Ордена.

– Милый, что ты можешь сделать против рогны? – удивилась Кэти.

– «Аргос» сможет – он, как я уже говорил, перекрывает весь энергетический диапазон. У Толумана такой защиты нет.

– Против хэ-ути он не очень помог, – с сомнением сказала Кэти.

– Думаю, ни одна рогна не сможет концентрировать подобную мощь. В общем, предоставьте мне на время свободу действий. Толуман управится с приисками, а строительство магистрали теперь идет практически без нас, только подкидывай денежки.

– Без финансирования со стороны Российского союза не хватило бы, – с вздохом сказала Кэти, – даже с учетом алмазов. Придется уступить часть акций западного участка…

Через несколько дней Матвей передал дела (обзавелся штатом помощников) и провел вечер с Кэти и сыном, тот увлеченно прыгал на батуте. «Надо же, никогда не думала, что меня будет мальчик, – удивлялась порой Кэти. – Приходится привыкать».

Утром простился и улетел. Первый этап его поисков не должен вызвать подозрений – посещение Горного, поселка имперской корпорации «Восток». Новая Российская империя, как он уяснил из официальных роликов, в общем шла по пути прежних. Пропаганда твердила о коллективизме русского народа, его сплоченности вокруг лидера (с намеком, что данного свыше), о коварстве Запада, который пытался разрушить Российское государство, за что и поплатился. Осторожнее критиковали Российский союз – его винили в потакании индивидуализму и нежелании снова сплотиться в единодержавие. Теперь, когда научились строить безопасные переходы через Темные зоны, прежнюю раздробленность считали устаревшей. Осторожность видимо объяснялась стремлением привлечь сторонников из Российского союза. В общем, все напоминало официальную китайскую идеологию «чжун» и появлялось впечатление, что это лишь два варианта пути к мировому тоталитарному государству, только китайский реальнее из-за больших людских и материальных ресурсов. Не хотелось бы жить в таком будущем.

Лететь предстояло далеко, в верховья Яны. Миновал строящийся железнодорожный мост через Индигирку и некоторое время шел над будущей магистралью. Здесь пока была только насыпь, она пронизывала тайгу, изгибаясь меж горных отрогов. Повернул в долину Эльги, и спустя час вдали показалось заснеженное плоскогорье над их рудником. Надо же, углубились почти на полкилометра. Да, без платины не видать бы им Великой северной. Но теперь Кэти хоть стала спокойнее, увлеченно возится с Борисом. Уже десять лет, как они вместе…

Миновал Темную зону, и наконец в хаосе невысоких хребтов и скудных лесов Янского плоскогорья показались домики – Горный. Интересно, там ли отец-настоятель? И увидятся ли? Скорее всего не запомнил Матвея после единственной короткой встречи, разряд парализатора плохо действует на кратковременную память. В любом случае ничего не посмеет сделать, номер глайдера и маршрут зарегистрированы в Усть-Нере.

– Диспетчер поселка Горный, – сказал он. – Глайдер, прибывший из Усть-Неры, просит посадку.

Тотчас ответили, и.3лазерный луч высветил квадрат для посадки. С него в наземном режиме, следуя тому же лучу, проехал на парковку глайдеров. Все организовано четко, не как в Усть-Нере. Немудрено, что кое-кому нравится строгий порядок в новой Империи.

На фронтоне офисного здания два флага – Империи и Якутской республики. Имперский повесили выше, в нарушение дипломатического протокола. Ну, вряд ли сюда часто добираются чиновники из Якутска. Хоть и размежевались наконец с Колымской автономией, руки до бассейна Яны не доходят.

Девушка за стойкой встретила уважительно, как-никак один из директоров богатой компании. О визите договорился заранее, так что после звонка управляющему поднялся на второй этаж. В кабинете из-за стола вышел пожилой мужчина в пиджаке с имперским значком.

– Гражданин Дутов, – представился он. – А вы, как я понимаю, гражданин Двинский?

Скорее всего, наводил справки, как это вчерашний вечный студент оказался в директорах и «КК платины» и консорциума «Великая северная»? Как злословят, благодаря женитьбе на состоятельной даме. Порой это раздражало, но ничего не поделаешь.

Обменялись рукопожатиями, и Матвей сразу перешел к заранее обдуманной цели визита.

– Я знаю, что вы активно ведете дорожное строительство на запад, в сторону Лены. А мы заканчиваем железнодорожный переход через Верхоянский хребет. Не хотите соединить свой рудник с нашей магистралью? Это всего-то триста километров.

Управляющий пожал плечами:

– Думали об этом, но у нас недостаточно ресурсов, чтобы вести стройку в двух направлениях. Так что пока ориентируемся на вывоз по Лене, а потом АЯМ на китайские заводы. Ну а в будущем, на соединение с Трансполярной магистралью.

– Но на ее продление с Таймыра вам нужно разрешение Якутской республики.

– А с чего им возражать? Сами они не смогут построить дорогу, это даже для Империи непростая задача. Придут на готовое, и сможем вместе заново осваивать те места. Нам ведь дали разрешение на хозяйственную деятельность.

«А на реке Оленек самое большое в мире месторождение редкоземельных элементов. Китайцы присматривались к нему, но на открытую экспансию не решились. Хотя им и так хватило, а вот для Империи это лакомый кусок».

– То есть, вы не заинтересованы?

– Почему же? В будущем возможно соединение нашей и вашей дорог в единую транспортную сеть. Но пока особого смысла нет, да и средств тоже.

«В общем, у нас свои планы, и не суйте нос в наши дела».

– Ладно. А можно поглядеть на строительство вашей дороги? Я столько занимался Великой северной, что просто любопытно. Только пролечу над трассой.

– Кто же может вам запретить? – чуть наигранно удивился Дутов. – Хотя… хорошо, что предупредили. У нас работает всякий люд, так что дам глайдер охраны, будет держаться в стороне.

«Ну вот, напросился. Хотя и так проследят».

– Спасибо. И можно у вас зарядить аккумуляторы?

– Конечно. Бесплатно, за счет фирмы.

Так что расстались почти дружески и, пока заряжался глайдер, походил по поселку. Чисто и аккуратно, не как в Усть-Нере. Но народу маловато, а обогатительная фабрика едва дымит. Ну да, с вывозом пока проблемы. И вообще похоже, что здешний рудник для Империи не главное.

Заглянул во двор администрации, где поднимался купол местного храма с необычным крестом – тремя горизонтальными перекладинами (как будто символ эпохи раннего христианства). Отца-настоятеля, естественно, не увидел. Перекусил в кафе, а вскоре позвонили, что глайдер заряжен.

– Присоединили ко мне следящее устройство, – пожаловался глайдер, – но я его тут же деактивировал.

– Молодец. Пусть думают, что оказалось неисправно. Какой нам дали эшелон?

– От ста до двухсот метров над землей, с возможностью снижения.

– Взлет и курс на северо-восток, над строящейся трассой.

Глайдер поднялся в воздух, а следом такой же неприметный серый глайдер охраны. Но приближаться не стал, так и держался где-то в километре.

С высоты стало видно, что невдалеке от поселка имеется аэродром. Небольшой, ВВП вряд ли длиннее, чем в Усть-Нере, но значит, есть прямое сообщение с большой землей.

Прояснилось и почему народа в поселке мало: стройка велась с размахом, и наверное были задействованы все людские ресурсы. Бульдозеры, грейдеры: как только доставили сюда эту технику? Покрытие, естественно, из щебня, но радиус искривлений больше характерен для полотна железной дороги – возможно, в будущем такая и планировалась.

Трасса избегала пересекать горные отроги и постепенно заворачивала к северу – видимо, чтобы обойти Темную зону (они сходили на нет за Полярным кругом). Или планировалось соединение с Трансполярной магистралью?..

Попросил «Аргоса» вывести на лобовое стекло карты, начиная с современных до самых старых и, поглядывая на плывущую внизу трассу, стал изучать их. Интересно! На карте Восточной Сибири 1955 года показана дорога, переходящая в зимник и ведущая от правого берега Лены на север до Верхоянска, а далее к морю Лаптевых. Скорее всего, строили заключенные в сталинские времена, потом пришла в негодность, и на современных картах уже отсутствует.

– Аргос, совмести карту с пройденным маршрутом.

Почти полное совпадение! Планы корпорации «Восток» становились яснее. От Верхоянска можно, не пересекая главный хребет, провести трассу в низовья Лены, где великая река сужается между возвышенностями. По берегам скалистые кряжи, и вполне можно построить мост – это легче, чем на Алдане с его бесчисленными протоками и болотистой поймой. А навстречу с Таймыра пойдет Трансполярная магистраль. Похоже, у Империи свои планы на север Сибири…

Вот и окончание трассы. Нагромождение техники (больше не губят людей, как по слухам было на строительстве струнных дорог), а дальше едва намечена просека среди чахлого леса, скорее уже лесотундры.

– Глайдер, поворачивай обратно. Хватит энергии до Усть-Неры?

Не стоит отыскивать точку перехода на глазах у шпионов, но и в Горный возвращаться не хочется.

– Рекомендую маршрут до прииска «Адыча», это полтора часа полета, и там можно подзарядить аккумуляторы.

Вот и славно. Заодно поделится соображениями с Толуманом, а Кэти лишний раз вовлекать не хочется.

Глайдер сопровождения некоторое время плыл следом, потом отстал. На связь так и не вышел, но наверняка отслеживают локатором. Ну и ладно. Все время чувствовал смутную тревогу, хотя на нападение вряд ли бы решились…

На следующий день приступил ко второму, скрытному этапу поиска, и при выходе из точки перехода включил экранирование. Внизу раскинулась гладкая тундра – междуречье Анабара и Оленека. Время к осени, так что тундра желто-бурого цвета, холодно поблескивают извивы речек. Точка перехода смещена от геометрической, и это понятно: под тундрой богатейшее месторождение редкоземельных рук. Ни следа строений, прежняя Россия так и не сумела освоить его. А как насчет Империи? Если собирается прийти в эти края, желательно иметь порт на морском побережье, как у них в чукотском Эгвекиноте. Надо взглянуть на берег моря Лаптевых.

– Глайдер, подъем на максимальную высоту.

Заныли турбины, горизонт стал расширяться, на севере появилась серая гладь с белыми полосками – это уже Северный ледовитый океан. Льдов там гораздо меньше, чем в прежние времена, но все же есть. Подъем прекратился, турбины глайдеров не давали достаточной тяги выше четырех километров.

– Глайдер, сканирование северного направления («Аргосу» тут не справиться). Особенно устья Оленека.

– Пусто, – через некоторое время сообщил глайдер. – Ни технической активности, ни людей.

Значит, все заброшено. Глянем на китайские спутниковые карты (а современных российских и нет). Все населенные пункты с пометкой «нежилое». Похоже, Российский союз так и не возвратился сюда, а местное население вернулось к кочевому оленеводству. Но сделаем еще попытку.

– Сканирование западного направления.

Неуютное серое море ушло вправо. Через некоторое время глайдер доложил: – Радиообмен и другие следы технической активности в направлении поселка Хатанга. Слишком далеко для анализа.

Действительно, расстояние четыреста километров, и вблизи нет точки перехода. Но если войти в Серую зону и скользить с высоты, как с горы, то время и заряд аккумуляторов можно сэкономить. Только раз испробовал этот способ, когда еще осваивал технику переходов.

– Глайдер, обратно в точку перехода. Оставаясь в Серой зоне, плавное снижение в сторону Хатанги.

Это тоже скольжение между мирами, только обратно можно выйти лишь в собственный. Естественно, до возможностей Владык нам далеко…

Серая дымка заволокла и без того унылый пейзаж, обычная тоска легла на сердце. Зато быстро, время тут практически не движется, да и расстояния условны.

Неясные тени проявились в тумане…

– Хатанга, – сообщил глайдер. – Мы над окраиной поселка, людей поблизости нет.

Хорошо бы обследовать местность, не покидая Серой зоны, но в ней есть свои опасности, к которым сейчас не готов.

– Посадка на достаточном удалении от зданий и выход из Серой зоны. Сразу включи режим экранирования.

Мягкий толчок, вокруг постепенно проясняется. Под глайдером что-то вроде гудрона, по сторонам запущенные кирпичные строения. Хорошо бы размяться после долгого сидения, а то все тело затекло, и уже потом заняться исследованиями.

Вышел. Прохладная сырость коснулась щек, а сверху нависло серое небо. Несколько раз присел и помахал руками, удаляться от глайдера не стоило. Хотя вокруг пусто, впечатление заброшенности…

Не совсем пусто: пара собак появилась из-за ржавых бочек, а следом третья. Теперь уже и по спине протек холодок. Хотя чего бояться? Собаки меньше овчарок, наверное охотничьи или ездовые. Видимо одичали, но сумели выжить: в тундре хватает зайцев и прочей живности. Однако надо быть осторожнее, одичавшие собаки не боятся людей. Но он под защитой поля экранирования…

И тут же сюрприз – собаки вытянули морды в его направлении и затявкали, хотя и неуверенно. Неужели почуяли? Хотя это возможно: поле рассчитано лишь на маскировку, отражение энергетических импульсов и высокоскоростных предметов наподобие пуль. Не стали даймоны снабжать его универсальным силовым экраном.

Тявканье справа и слева… Потом сзади. Теперь уже озноб пробрал до костей. Медленно – нечего паниковать! – огляделся. Такие же псы окружили его со всех сторон.

Это не одичавшие собаки! Все тройками – видимо, в каждой тройке вожак. Похоже, натасканы патрулировать поселок, но пока не поймут, чего делать. А что делать ему?.. Дернулся в сторону глайдера, и тут же собачки сделали бросок вперед, но опять замерли, неуверенно поводя носами. Нюх говорит, что добыча здесь, а глаза, и так близорукие, ничего не видят.

Прыгнуть в кабину? Но нужно время, чтобы опустилась дверца, а сработает ли защитное поле против нападающих собак, это еще вопрос. Вдруг следом ввалится клубок собачьих тел, брызжа слюной и целясь клыками в горло? И кстати, защитит ли поле от громилы с ножом или просто кулаками? Оказывается, не так уж готов к опасностям. Даже парализатора нет, слишком привык полагаться на «Аргоса».

Орм! Если позвать его… Псы дальние родичи даймонов, чуют и слышат через границы миров, и могут свободно пересекать их, хотя делают это лишь в особых случаях. Вот и проверит, услышит ли Пес его зов? Элизе и звать не надо, но с этим связана какая-то тайна – похоже, Псы считают ее неотъемлемой частью Сада… Только есть загвоздка – экранирующее поле не пропускает никаких сигналов, кроме экстренных вызовов. Что ж, придется рискнуть.

– Глайдер, отключи экранирующее поле, оставь только режим «зеркало». – И, громко: – ОРМ! КО МНЕ!

Собаки взвыли – увидели человека и глайдер! Затем разразились оглушительным лаем. Хлынули серой волной, и снова приостановились, лая, как на загнанного зверя. Приучены ждать охотников?

И вдруг настала оглушительная тишина.

Его толкнуло воздушной волной. Орм появился не сразу: сначала возник будто нарисованный углем огромный силуэт, а потом вдруг наполнился чернотой и страшным оскалом клыков. Рычание тоже пришло издалека, вырываясь из глотки, как из туннеля. От него заныли кости, а потом оно перешло в инфразвук, захлестнув волной первобытного ужаса.

Собаки снова стали издавать звуки – униженное повизгивание. Поджали хвосты, припали на брюхо; кто-то повернулся, а кто-то уползал, не осмеливаясь отвернуть морду. Кем для них показался Пес?..

Быстрее!

Матвей прыгнул в кабину и потянул вниз дверь.

– Глайдер, режим экранирования! Взлет и подъем на тридцать метров. Орм, спасибо. УХОДИ!

Глайдер подпрыгнул вверх. Пес как бы с досадой посмотрел ему вслед и вдруг исчез. Вовремя, из-за кирпичной стены появился человек. В камуфляже, с автоматом наготове – некоторое время глядел на пустую улицу, а потом выпустил очередь в то место, где еще вихрилась пыль. Заколотило от озноба: если бы не поднял глайдер, быть сейчас трупу… Или нескольким – еще двое, экипированных таким же образом, появилось следом. Оглядывались по сторонам, явно ничего не понимая: экранирующее поле заглушает и размазывает шум турбин.

И что они все тройками ходят?.. Ладно, спокойнее! Быстро осматриваемся и уходим. Он повел глайдер над улицей – глядеть особо не на что: заброшенные пятиэтажки, облупленные двухэтажные дома… А это что?

Высокая ограда из металлической сетки, со смотровыми вышками по углам. Ограда идет периметром, похоже на лагерь. Поднялся выше, чтобы не насторожить охрану воздушным вихрем от турбин, и подлетел поближе.

Все-таки это не лагерь: за оградой стандартные дома, даже с палисадниками – наверное, тут живет персонал. Поглядим на китайскую карту… а вот на ней периметра нет, лишь какой-то пустырь, хотя дата и актуальная. Из лекций помнится, что в начале века была цифровая империя «Google», которая маскировала на своих картах некоторые объекты – или по указанию правительства, или за вознаграждение. Похоже, китайцы переняли опыт. Ладно, поехали дальше.

Широко распахнулась речная гладь – это скорее залив, куда впадает река Хатанга. Корпуса судов, пара плавучих кранов. А порт-то действующий, опять китайцы соврали. На причале знакомая картина: выгруженные бульдозеры и грейдеры, вокруг суетятся людские фигурки. Если прокладывают дорогу от Норильска, то нужен мост через Хатангу – тут его не построишь, но это можно сделать выше по течению. Проверим?..

Внезапно заговорил глайдер: – Воздушная обстановка постоянно контролируется наземным радиолокатором. На нас луч не задержался, однако я зарегистрировал слабый энергетический импульс, который некоторое время сопровождал нас.

Уже не озноб, а мороз прошелся когтями по спине: кому-то режим экранирования даймонов не помеха!

– Природа импульса?

– На вашем языке нет термина. Вот формула.

Да, не настолько разбирается в физике. Похоже, в Империи не лыком шиты. Не стоит проверять на своей шкуре пределы защиты.

– Уходим! Курс на Усть-Неру…

Почему-то стало темно. Будто холодные липкие пальцы закопошились в голове. Тошнота, отвращение, сознание уплывает, но сумел выдавить: – Аргос, зеркало!

Исчезла даже темнота…

Перед глазами плыли бурые и желтые пятна, щека онемела от холода. С трудом моргнул и долго соображал, где он? Наконец стало понятно, что лежит щекой на прозрачной панели внизу дверцы (она служила для контроля поверхности при посадке). Попробовал сесть прямо и едва не закричал от боли, ногу свело судорогой. Кое-как сел.

Внизу тянулась тундра, по стеклам кабины сползали капли дождя.

– Где мы? – не спросил, а скорее прохрипел он. На мысленную речь не было сил.

– Возвращаемся по пройденному пути, – молодцевато доложил глайдер. – К точке перехода «Анабар», а от нее в Усть-Неру. На прямой перелет энергии не хватит, тут полторы тысячи километров.

– Ладно. Что это было?

– Такой же энергетический импульс, как и раньше, только гораздо сильнее. В чем-то близкий к «черному свету». Обычную земную электронику просто вырубило бы, да и ваши нейроны могли пострадать. По прилету советую обратиться к невропатологу.

Советчик хренов.

– Почему «Аргос» не активировал защиту?

– Это недопустимо внутри поля экранирования. Мы и так были под его защитой, но такое воздействие не отразить обычными физическими средствами. Надо было скорее уходить, не дожидаясь фазы синусоидального роста…

– Заткнись! И так тошно.

– Извините.

Да, надежды на глайдер и «Аргос» не оправдались. Хотя без техники даймонов валялся бы сейчас в разбитой машине. Недооценил противника, это явно атаковала рогна…

Все же добрался благополучно. По настоянию Кэти съездил в больницу, но там не нашли ничего подозрительного, лишь посоветовали отдохнуть на курорте. Кэти устало рассмеялась:

– Съездим, милый. Только разберемся с нестыковкой в графиках консорциума.

Позже нашли время обсудить «разведданные», как их шутливо назвала Кэти.

– Возможно, в Российском союзе не знают об активности Империи на севере, – закончил Матвей. – Все пользуются китайскими картами, а на них объекты в Хатанге замаскированы. Вряд ли Союз контролирует полярные области с орбиты.

– Сообщи все генералу Петрову и забудь, – посоветовала Кэти. – Милый, ну нет у тебя подготовки к разведывательным операциям. Даже твоя чудо-техника не всегда помогает.

Толуман вздохнул: – Кое-что мы узнали наверняка. Уже в двух случаях Империя использовала рогн в своих целях. Судя по моим снам, во всем этом задействован Орден. А его штаб-квартира в Петербурге.

– Матвей! – заявила Кэти. – Пока я тебя никуда не пущу. Ты до сих пор несколько раз за ночь просыпаешься от кошмаров.

– Поеду я, – сказал Толуман, – инкогнито. У меня длинный счет к отцу-настоятелю. Кэти, не расскажешь потом, как ты конструировала свою вторую личность? Ну, Лору Моуэт.

Кэти что-то порозовела…

Так что от дальнейших розысков пришлось отказаться. В Сталинград, где добился приема у генерала Петрова, полетел обычным рейсом. В кабинете заместителя Верховного был беспорядок.

– Вот, сдаю дела, – неопределенно сказал он. – Ну, рассказывайте, что у вас нового? Мне докладывали о происшествии с мостом через Лену. Ваша информация, что диверсанты прибыли из Горного, подтвердилась, и мы сделали неофициальное предупреждение Империи. Надеюсь, больше ничего такого не случалось?

– Нет, – сказал Матвей, – спасибо. А я-то думал, почему нас оставили в покое? Но…

Он рассказал о своем расследовании в окрестностях Горного, а потом в Хатанге.

– Вам надо присматривать за Хатангой, – сказал он под конец. – У меня такое впечатление, что Империя создает опорные базы на севере Российского союза.

Генерал постучал пальцами по столу.

– Наблюдения за этим районом мы действительно не вели, – сказал он. – Возможно, кое-что упустили. Ладно, спасибо за информацию. И передавайте привет Кэти, в прошлый раз она произвела сильное впечатление…

С пересадкой в Москве вернулся в Усть-Неру.

* * *

Толуман

Спустя неделю он предупредил Элизу: – Дорогая, я уеду на некоторое время. Введи в память телефона мой новый номер. Но лучше по нему не звони, да и я буду звонить редко.

Элиза недоверчиво глянула на него:

– Случайно не в Ордос, посетить квартал гейш?

Подшучивала над ним порой, хотя Толуман и морщился.

– К сожалению нет, – на этот раз он постарался улыбнулся. – Надо побывать кое-где инкогнито. Кэти как-то была Лорой Моуэт, вот и я завел виртуальную личность. Привыкай, что твой второй муж – Влад Иванович Пинегин. Числится во всех официальных базах данных, а фото отличается от моего в пределах погрешности сканера.

Элиза нахмурилась: – Выходит, ты можешь жениться второй раз, а я ничего не узнаю? Или у этого Пинегина уже есть жена, и совсем не виртуальная?

Вот это как-то в голову не приходило.

– Нет. Много лишней возни.

Прозвучало двусмысленно, и Элиза досадливо нахмурилась.

– Только поэтому? Хотя я глупая, сама натолкнула тебя на эту идею. Ты куда собираешься?

– В Петербург. Я уже бывал там, правда в странных снах. Хочу увидеть собственными глазами. Только никому не говори.

– Мне не нравится, что ты опять уезжаешь, – вздохнула Элиза. – И еще чувствую, это рискованно. Но я и так слишком вторглась в твою жизнь, отвлекаю от главного, Великой северной.

Горечь была в ее голосе, и снова подумалось: а это ли его главная цель?..

Летел на «Гольфстриме», заодно подвезли в Москву сотрудников Колымской администрации. В полете на частном самолете был плюс – досмотр поверхностный, лишь предупредили о полном запрете оружия. Да и везде висели кричащие объявления: ВВОЗ ОРУЖИЯ ЗАПРЕЩЕН! Да, с этим Псы навели порядок.

Думал, что придется провести в городе день или два, но билет до Петербурга купил на рейс уже через несколько часов, только из Шереметьева. Что ж, еще раз посмотрит на бывшую столицу из такси. Карточка, разумеется, не платиновая, но приличную сумму на нее перевел.

Такси оказалось не беспилотное, так что спросил у пожилого водителя:

– Как жизнь в Москве?

Тот покосился: – Издалека? Налаживается. Конечно, населения меньше, чем раньше, работать почти негде. Оборонка, сами понимаете, накрылась. Но образование, культура, медицина – на подъеме… Как поедем? По кольцевой быстрее, а по цене примерно одинаково.

– Через центр. Хочу глянуть на храм Огненного цветка, хотя бы со стороны.

В прошлый раз из-за дел так и не собрался.

– Да уж, очередь туда только живая, занимают с ночи, а то и раньше. Записи нет, рогны не позволяют.

– Просят о чем-то?

Шофер хохотнул: – А как же? В основном стоят женщины, и вроде просьбы часто исполняются.

– А как церковь относится? Рядом как будто храм Христа Спасителя.

– Косились поначалу. Когда только начали строить, целые демонстрации были против. Только быстро сошли на нет: едва назревала буча, Псы тут как тут. Просто сидят и рычат, но все разбегаются. Я их только раз видел, они сейчас редко появляются. Жуть!.. А Патриарх потом мудрено сказал: дескать, позже об этом храме откровение будет, и приходящих не трогать. Как же, тронешь. Рогны и без собачек в бараний рог согнут. В Москву сейчас со всего мира едут, такого чуда больше нигде нет.

Владычица может быть довольна. Но если он правильно понял тот сон, не появятся ли и Темные храмы по всей Земле?

После окраин по сторонам потянулись городские кварталы. Улицы пустоваты, это вам не Торонто или тем более Ордос.

– Брошенных квартир море, – кивнул шофер на дома. – Мэрия выделяет бесплатно, только ремонт за свой счет. Но с работой трудно.

Да, многие дома выглядят заброшенными. Вернется ли сюда столичный блеск?

– Проедем по Большому каменному мосту, – сказал таксист, – оттуда вид лучше. Там специально ввели ограничение движения.

Вот и подъем на мост, а перед ним непривычный знак – «минимум 30».

– Ни километром меньше, – хмыкнул шофер, – иначе за мостом тормознут. И остановки запрещены. Камер понатыкано…

Москва-река, за ней блестят золотые купола храма Христа Спасителя, а ниже… Словно стеклянная волна застыла над рекой в немыслимо красивом взлете. Кажется, только на гравюре Хокусаи видел нечто подобное. И не совсем застыла, а словно другие волны – фиолетовые, зеленые, красноватые – медленно омывают ее изнутри. Сердце встрепенулось и застучало чаще. Таксист, кажется, хотел что-то сказать, но глянул и закрыл рот. Только когда проехали мост, заговорил: