Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

Глава 25

От нервного напряжения последних дней организм начал выключаться просто на ходу. А сколько планов было на сегодняшний вечер! Требовалось разобраться с эльфийкой, спасшей мне жизнь, и притом не один раз. Планировал отыскать, куда подевались мои горе-воспитатели, и расспросить их хорошенько, благо теперь сил хватало. Что это за заговорщики, которых собирались сегодня казнить, тоже было безумно интересно. В общем, хотелось узнать, что произошло за время моего отсутствия. Но эти планы оказались невыполнимыми. Жизнь внесла свои коррективы. Сил не осталось даже на то, чтобы перекусить, организм отключился прямо в кадушке с водой, гордо именуемой словом «ванна». Будить меня не стали.

Проснулся в страшной панике, с чувством, что должно произойти нечто непоправимое. Что происходит? Почему паника? Что забыл? Мысли понеслись, как скакуны. Переворот в голове продолжался около минуты, а потом вспомнил слова несостоявшегося революционера о том, что сегодня должны быть казнены те, кто участвовал в заговоре против меня. Под ложечкой засосало. Мое шестое чувство орало о том, что мои друзья-наставники и эти смертники – одни и те же личности.

На одевание было потрачено меньше времени, чем в армии на такое же действие тратит солдат. Вылетел во двор резиденции и никого не увидел. Никого. Казалось, что все вымерли или куда-то исчезли. Сейчас бы хоть какое-нибудь транспортное средство… Меня осенило, и я заорал:

– Котяра! Где тебя носит, когда ты нужен?

Последнее было лишним, так как из-за спины сразу же ответили, что нечего так орать, вокруг не глухие. Оглянувшись, увидел не только этого красавца, но и все свои вооруженные силы. Как понимаете, вооружены они были и когтями, и зубами, и прочими убийственными штучками.

– Нам нужно срочно остановить казнь! Боюсь, что пострадают мои друзья. А друзей обижать нельзя! Согласны?

Все синхронно кивнули.

– Тогда вперед! – сообщил я, уже заскакивая Котяре на спину.

Тот от такой простоты чуть не подавился.

– Не тормози, дружище! Погнали! – взмолился я.

– Погнали так погнали, – выдавил кот и рванул с такой скоростью, что я чуть не полетел со своего транспорта.

Если еще хоть один раз залезу на спину этому ненормальному – гадом буду! Моя уверенность в этом крепла с каждой секундой. Все понимаю, но нестись с такой скоростью по крышам домов, притом на высоте далеко не первого этажа… Он просто псих! Остальные мысли пошли сплошь непечатные, как воспитанный молодой человек, озвучивать их не буду.

Мы примчались на ту же площадь, где несколько часов назад мне удалось вырвать свое будущее из чужих загребущих ручек. На площади стоял эшафот. Тот же помост, но уже с большой колодой посредине. Сразу начал идентифицировать находящихся на нем. Так, палач – одна штука, солдаты – шесть штук, пара каких-то темных личностей, неизвестный говорун с рулоном бумаги. Еще – трое заключенных непонятной наружности. Узнать их было практически нереально. Одежда скрывала то, что не смогли скрыть синяки и грязь.

Приговор уже дочитывали, и толпа, которая была неплохо подогрета спиртным, ревела в предвкушении потехи. Правду говорили древние римляне, людям нужны только хлеб и зрелища. Что делать? Как быстро пробраться через всю площадь и остановить несанкционированную казнь? Мой взгляд упал на одного из семи мелких. Котенок был собран и готов к прыжку.

– Так, мелкие, приказ такой: мухой на эшафот, и вырубать всех, кто попытается навредить пленным. Постарайтесь обойтись без смертей и лишнего членовредительства. Вперед!

Котят как ветром сдуло. Как же нужно посмотреть, что там происходит! Напряг зрение и чуть не упал с Котяры. Картинка перед глазами оказалась отмасштабирована в сторону увеличения. Вот это прикол. Но удивляться времени не было. Когда заметил мелюзгу на эшафоте, стало поспокойнее. Когда же один из котят подошел к самому худому из пленников, играючи перекусил цепь на ручных кандалах, и она тут же довольно громко загремела, падая на доски пола, – на моих подручных уставились как на восьмое чудо света.

Главный говорун начал лихорадочно командовать парадом, но его просто сбили с помоста, как кеглю. Вот интересно, как при столь малом весе у кисок получается творить такое с большими предметами? Ладно, это все лирика. Был один момент, от которого меня бросило в холодный пот, – это когда палач замахнулся своим топориком на моих котят. Им пришел капут, такого удара они не вынесут. Но котята не собирались ловить топор зубами, просто увеличили скорость, и одежда палача превратилась в тонюсенькие полоски, которые держались на плечах и ничего не прикрывали. Смешного в этом не увидел, но народу понравилось, толпа, уже довольно-таки неплохо разогретая, начала ржать и тыкать пальцами в этого болезного. Палач же не мог найти себе места на пьедестале почета.

– Теперь наш выход, ребята, – сообщил Котяре, Кейт и Лео. – Как будем прокладывать дорогу через это море?

– А давай по стеночке, а потом по канату, натянутому над площадью, – предложил кошачий изверг.

Меня так передернуло от таких предложений, что остальные заулыбались.

– А ты порычи, как прошлый раз, – предложила Кейт, – у тебя такой красивый голос.

Эта кошачья морда буквально засветилась от похвалы. Культурно попросив меня слезть с него, поскольку он все-таки не ездовая скотина, кот вышел немного вперед, шаркнул лапой и… замяукал настолько жалобным голосом, что слезу пробило. Хотел подойти и дать ему по шее, но, соразмерив величину своего кулака и его шеи, решил воздержаться от нанесения себе непоправимых увечий.

Как ни странно звучит, но этот жалобный голосок возымел действие. Сначала оглянулись те, кто стоял ближе всего к нам. Увидев меня, они начали расступаться и кланяться. По толпе пронеслась информация о том, что пожаловал герцог. И как они определили, что я герцог? Посмотрел на себя, одетого, как ни странно, в парадную одежду, потом на Котяру, и вспомнил анекдот, в котором Штирлиц никак не мог понять, что его выдает как советского шпиона – то ли автомат, то ли парашют за спиной, а оказалось, что этикетка на пиджаке.

Довольно быстро нам организовали проход к месту казни государственных (или как их здесь называют?) преступников. Когда приближался к эшафоту, возблагодарил Всевышнего, что не стал медлить. Подошел к многострадальной сцене и, задрав голову, начал рассматривать заключенных. Эти трое оказались именно теми, кого я боялся увидеть. Учитель, барон и дедушка эльф. Вот только их внешний вид оставлял желать лучшего, но, к счастью, они были живы. Вздохнул и спросил наивным детским голоском:

– Наигрались, господа заговорщики? – Так как ответа не последовало, добавил: – Мне вмешаться? Или оставить все как есть?

Они только ниже опустили головы, но ничего не сказали. Было видно, что смертники полностью осознали глубину своего заблуждения, или что там еще осознают в такие минуты?

– Освободить! – приказал стражникам.

К моему удивлению, солдаты вздохнули с облегчением. Сначала не понял причины, а когда заметил маленьких котят, наматывающих круги и бросающих плотоядные взгляды на служивых, стало понятно их нежелание связываться с этими исчадиями ада. Тут же, как чертик из табакерки, появился мужик, хотя нет, все-таки гном, и довольно быстро освободил арестантов от неудобных браслетов. Как только их выпустили из крепких солдатских рук, пленники начали мешками оседать на доски пола. «Это есть плохо!» – подумал, глядя на них, и попросил солдат доставить всех в мою резиденцию.

– А как же мне быть, ваше сиятельство? У меня же приказ казнить троих преступников… – Это заговорил тот мужичок, которого котята спихнули с помоста.

«Наверное, какой-то мелкий клерк!» – подумал тогда. Так как настроение было немного неадекватным (стрессы не пошли на пользу неокрепшему детскому организму), то решил проявить свое остроумие.

– Без проблем, – сообщил, разведя руки в стороны и снизывая плечиками. – Можешь подобрать еще двоих, и вперед. Народ тебя поддержит. Ведь поддержите? – Это уже был вопрос стоящим вокруг людям.

Вы бы слышали, какой энтузиазм слышался в этом непонятном гуле. Мужчина побелел, бухнулся на колени и запричитал, прося не губить его, у него семья, больные родители и все такое. А так как мне захотелось хоть как-то отыграться за пережитые унижения, захлопал наивными глазками и спросил растерянно:

– А народ не обидится?

Народ начал намекать, что сильно обидится.

– А если я им куплю бочку пива? Можно?

Меня пробило на хи-хи. Это просто детский сад, ясельная группа. Махнул рукой и посоветовал договариваться с горожанами лично. Как узнал позже, одной бочкой он не отделался. С него содрали втридорога, в смысле три бочки.

Солдаты уже свели вице-смертников с эшафота, и мы тихонько направились в резиденцию герцогов.

– Представляешь, Котяра, – вещал своему другу довольно-таки громко, – думал, что придется устраивать побоище, десятка три трупов будет, а все прошло без крови. Не подумает ли народ, что я сильно добрый? Может, вернемся и устроим побоище? Ну, хоть небольшое?

Котяра встал как вкопанный и, с удивлением посмотрев мне в глаза, уточнил, как я себя чувствую.

– Оближись, быстро, – попросил его мысленно.

Он не стал ничего спрашивать и облизался, как это умеют только коты. И тут парень, двигавшийся за нами незаметным хвостиком, рванул в сторону площади.

– Как думаешь, долго они будут говорить о кровожадном мальчишке? – продолжил мысленный диалог, провожая сорванца взглядом. На что усатый друг только хмыкнул.

Почему я так поступил с этим мальцом? А вы не замечали, что страшилки, которые люди придумывают сами, намного больше их пугают, чем те, которые им рассказал кто-то со стороны. Вот пусть лучше напридумывают страшилок обо мне, только бы эти страшилки не пришлось воплощать в жизнь, чтобы остудить горячие головы. Смертей, которые я увидел за столь короткое время, хватит за глаза на долгие годы.

Когда мы возвратились в резиденцию семьи де Сента, нас ожидала Миранда в состоянии «на кого же вы меня покинули». Она с удивлением посмотрела на сопровождавших меня наставников, заметила среди них барона фон Брега и с визгом бросилась ему на шею. Естественно, были слезы и сопли, но это все лирика. Приказал слугам отмыть, накормить и пригласить лекаря, пусть осмотрит на всякий случай. За все время нашего движения от эшафота никто не проронил ни слова. Было видно, что они о чем-то усиленно думают, и только их переглядывания между собой наводили на интересные мысли.

Разговор между нами состоялся уже после ужина. Как оказалось, самым страшным для этой троицы были синяки и голодуха. Их нормально не кормили во время моего отсутствия, но обо всем по порядку.

Так как все упорно молчали, даже Миранда, что было очень странно, начинать разговор пришлось мне.

– Итак, я вас внимательно слушаю, господа заговорщики, и очень прошу не врать. Мой детектор лжи очень быстро ее определит.

На меня посмотрели с удивлением, наверняка существование такого прибора было в новинку, но это уже их проблемы. Мне же приходилось делать вид, что такой прибор у меня есть.

– Конечно есть! – вклинился Профессор. – А я тебе зачем?

Наконец-то его прорвало после игры в молчанку.

– С возвращением в мир живых, мой виртуальный наставник, – приветствовал его.

Где-то минуту стояла тишина, которую никто не хотел нарушать. Потом, набравшись смелости, барон Иен спросил почти шепотом:

– Ты встретился с Хранителем?

Не понял? Откуда такие познания о моих передвижениях в далеком лесу. Но ответил ему не я, а дедушка эльф:

– Да встретился, встретился.

Он просто указал рукой сначала на Котяру, а потом на Кейт и Лео.

– Это разумные слуги Хранителя. Если глава рода его устраивает по каким-то ему одному понятным параметрам, то он выделяет этих слуг, иначе…

Князь замолчал, а мне стало интересно, что могло быть иначе, и я попросил уточнить этот вопрос. Ответ был предсказуем.

– Иначе мы бы не разговаривали с тобой здесь. С тобой уже никто и никогда не разговаривал бы. От Хранителя или возвращаются с благословением… или не возвращаются совсем.

Так! Опять интриги. Меня отправили непонятно куда, зная, что могу и не вернуться из этого турне, и теперь ведут себя так, будто бы ничего не произошло. Ладно, господа, я не злопамятный, вот отомщу, забуду и снова отомщу.

– Хорошо! Сделаем вид, что я маленький и глупый мальчишка, который ничего не понял. Но прошу рассказать мне, что здесь произошло и чего еще стоит ожидать в ближайшем будущем.

На меня посмотрели с уважением. Вероятно, от меня, как от ребенка, ждали совсем иной реакции.

– Хорошо. Давайте я расскажу о том, что здесь произошло, – вступил в разговор Учитель.

Он закрыл глаза, сделал несколько больших вдохов, как перед броском в холодную реку, и начал вещать.

– Нам удалось выяснить, что несколько очень высокопоставленных семейств герцогства и империи составили заговор с целью захвата власти. Время было самое подходящее. Что может противопоставить этим интриганам со стажем, превышающим полвека, маленький мальчик? Так подумали заговорщики и решили провернуть свою аферу. Нам не были известны имена тех, кто организовал этот…

Время замерло, и виртуальный наставник спросил ехидненьким голоском:

– Неужели можно так нагло врать? Да они знали всех, кто мог принимать в этом участие. Обломаем или пусть вещает? – спросил он.

– Пусть вещает, – решил я.

Время вернулось в привычное русло, и наставник продолжил говорить:

– …заговор. Как мы узнали позже, эти имена не знали даже те, кто, как нам казалось, был среди главных исполнителей. Мы попытались примкнуть к заговорщикам, чтобы узнать подробности, но, как теперь понимаем, с нами просто поиграли, дабы усыпить бдительность, и когда мы стали мешать, от нас просто и незатейливо избавились. Для того чтобы по максимуму обезопасить тебя и Миранду, мы отправили вас в родовое поместье де Сента. Но это мало помогло. Скрывать ваше отсутствие в резиденции удалось недолго. Буквально на следующий день поднялась шумиха. Нас прикрыли в подвале, а за вами, как я понимаю, отправили погоню. До нашего появления на людях, которое прошло на центральной площади Меримора, больше никакой информации не поступало. Остальное ты знаешь. Вот только… что произошло дальше, хотелось бы услышать от вас, притом со всеми подробностями.

Я сидел и тихонько переваривал услышанное. Вот интересно, как нехватка информации влияет на отношение к людям? Они, рискуя своей жизнью, прикрывали меня от опасности, противопоставить которой мне было нечего, а я записал их в предатели и даже решил немножко отомстить. Когда же научусь сначала думать, а потом принимать решения?

Немного поразмышляв, начал свой рассказ о том, как добрались до имения и там, получив письмо, пообщались с Бертом, старостой деревни. Как пытались с ним и несколькими его людьми уйти через потайной ход. Описал, как нас догнали и чем закончилась эта разборка. Чуть не забыл о перстне, снятом с убитого. Перстень заинтересовал слушателей, и я вытащил его из-под рубашки, снял и положил на стол. Барон с Учителем присвистнули, увидев его, но объяснять ничего не стали, сказали – потом. Поведал о блужданиях в лесу и встрече с Маррой. Отдельно и в красках описал поход к Хранителю и состоявшийся там разговор. И завершил все описанием возвращения в Меримор, разговором с мужиком, решившим занять мое место, и сообщением о его преждевременной кончине. Скромно умолчал лишь о том, откуда появилось стадо мелких котят.

– Как, говоришь, звали твоего мужика? – уточнил Учитель.

– И никакой он не мой, – огрызнулся на вопрос, а немного подумав, добавил: – Он назвался Оле Вред.

– А ты ничего не путаешь? Может быть, его имя Оле Верд? – снова влез наставник.

– Может быть. Мы с ним плохо знакомы для того, чтобы я помнил его имя.

Учитель с бароном переглянулись и даже немного осунулись.

– Это все! На этом можем прощаться… с жизнью, – возвестил барон. – Наша жизнь теперь ничего не стоит. И нужно было тебе убивать его? Когда ты успел стать таким кровожадным, Кевин?

Было видно, что барона начала бить нервная дрожь, ему действительно стало плохо.

– Так кто же он такой, если все вы так расстроились? Не сын же он императора в конце концов? – решил разрядить обстановку.

– Племянник, – ответил Иен.

А это уже было интересно. Выходит, император каким-то боком был заинтересован в смене власти в моем герцогстве? Или эти игры велись за спиной императора? Недолго думая, озвучил свои мысли перед наставниками. Они посидели несколько минут в задумчивости, потом, переглянувшись между собой, что-то решили и… отправили Миранду в ее апартаменты. Меня заинтриговал такой поворот событий.

– Кевин! То, что ты сейчас услышишь, не должна знать ни одна живая душа, да и с мертвыми откровенничать не стоит, – заговорил барон, – император исчез несколько лет назад. Куда? Неизвестно. Так что сейчас империей правят другие люди.

– А почему же до сих пор не выбрали или не назначили нового императора? Проблем-то!

Был уверен, что сказал умную мысль, но на меня посмотрели как на мелкого идиота. Потом Иен продолжил:

– С ним исчезли и императорские регалии. А без них император править не может. Так что теперь для простых людей император тяжело болен, а для остальных – время дележки большого пирога.

– А что не так с этим Вердом? Каким боком он может усложнить нам жизнь?

Как все запутано в этих переплетениях политики и как не хочется туда соваться, если бы вы только знали!

– Он входит в один из самых влиятельных кланов империи и его смерть нам не простят, – заверил барон.

– Тогда у нас остается только два пути, – обрадовал их. – Или опустить лапки и ждать, пока нас прихлопнут, или, как говорил один великий, хочешь мира – готовься к войне.

Эпилог

– И как тебе мальчик? У него довольно неплохо получилось оценить ситуацию и выиграть с минимальными потерями.

– Может быть, может быть, – согласился неизвестный собеседник.

– Но пока рано делать выводы. Еще непонятно, как он распорядится тем, что оказалось в его руках. Да и какой из него будет управленец, тоже пока неизвестно.

– Ты считаешь, что выводы делать рано?! – утвердительно заявил первый.

– Думаю, рано. Тем более что своими собственными стараниями он создал проблем больше, чем решил.

– Но ты же видишь, насколько радикально изменилось к нему отношение окружающих. Разве это ни о чем не говорит?

– Говорит. Но только об отношении окружающих. Предлагаю посмотреть, как он разберется с той кашей, которую заварил, а потом уже выносить вопрос о нем на совет.

Рустам Панченко
Через тернии к…

Глава 1

Как это было давно… Хотя нет, неправда, прошло всего лишь несколько месяцев, как я появился в этом мире. Да, не родился, а именно появился. Факт моего рождения был зафиксирован более тридцати лет назад, и не здесь. При рождении родители дали мне имя Константин. Какое-то время я работал системным администратором в довольно-таки крупной фирме. Однажды, возвращаясь поздно вечером домой, а может, не так уж и поздно, попал под автомобиль – и вот там меня уже нет. Непонятно каким образом обосновался в теле Кевина де Сента, сына герцога, ребенка с проблемами в умственном развитии. Так теперь и живу.

Пережить в этих реалиях пришлось немало, и не так много в этом списке было приятного. Только представьте: мой отец, самая большая шишка в этих землях, довел дела до такого состояния, что с ним просто никто не считался! Нет, это я преувеличиваю, гномы, например, считались, ведь мы в их банке имеем о-очень большую сумму денег, так что они обязаны. Остальные плевать хотели с большой колокольни на все наши титулы. Против отца, Артуа де Сента, был составлен заговор, в результате которого он погиб, а я чуть не отправился за ним следом, но мне повезло. Хотя смотря под каким углом рассматривать все это. Теперь я, как старший мужчина в семье, получил по наследству титул герцога де Сента, и скажу вам прямо: такого геморроя еще надо поискать.

За время своего недолгого пребывании в этом мире успел обзавестись наставниками – реальным и виртуальным, а также защитой, состоящей из эльфов и полиморфов. Еще владею уникальными защитными системами типа «Хранитель» и «Телохранитель», это у меня Котяра и семерка мелких, или Мурзиков, как называю их про себя. Да, чуть не забыл о невесте, которую зовут Миранда, и дедушке-эльфе, который по совместительству работает князем Великого леса. Возвели же меня в ранг наследника у длинноухих, чтобы легче было припахать на благо остатков сего небольшого племени, сохранившегося от некогда великого народа.

После того как меня сначала подставили наставники, а потом еще и сослали в родовое поместье, пришлось пережить покушение на самое дорогое, что имеет каждый разумный. Меня пытались ликвидировать! Через несколько дней после этого происшествия познакомился с Хранителем, который благословил молодого выскочку на труд и ратные подвиги. Позже узнал, что он мог меня просто прибить и не поморщиться. Когда возвратился в Меримор, столицу герцогства, пришлось устроить небольшой дебош, дабы вернуть себе законное положение, а то некоторые шустрые личности из столицы успели меня похоронить да титул присвоить, а наставников отправить на плаху. Вынужден был вмешаться и организовать последний день Помпеи для некоторых особо умных.

А теперь вот сижу и думаю, как жить дальше. Признаюсь честно, ничего толкового в голову не лезет. Я уже пожаловался, что умника, решившего занять мое место, пришлось убить – случайно, конечно. А он, оказывается, представлял довольно серьезную группировку в империи. Чем это нам аукнется? Даже не представляю, однако наставники обрадовали, что можно смело брать веревку и топать вешаться, так будет проще и спокойнее.

Так и это еще не все! Самый большой подвох во всей этой свистопляске – это мой возраст. Через пару недель мне исполняется двенадцать лет. Нет, это не опечатка. Не двадцать, а двенадцать. Вы, вероятно, представляете, как к таким молокососам относятся взрослые дядьки? Все время моего пребывания в этом теле стараюсь завоевать репутацию разумного человека, а реально на меня смотрят как на пацана, хоть и умного. Соответственно каждая собака старается покрутить мной, как цыган солнцем.

Во всем этом бедламе нарисовался один жирный плюс: теперь турнуть меня не так просто, как раньше. Охрана из метаморфов, а также стадо котов разных калибров подчиняются только мне. То, что уже было продемонстрировано, доказало многим, что они сила, с которой стоит считаться, и притом довольно большая.

Не первый раз возникает вопрос, и к тому же обоснованный: кто и почему запихнул меня в этот мир и на это место? Мог я, например, попасть в простого паренька, которому не нужно думать о том, как не только сохранить имеющееся, а еще и приумножить то, что предки нажили непосильным трудом. Говорю сейчас не о деньгах, а о том, что от моих действий или бездействия зависят судьбы тысяч разумных, и не только людей.

Никогда в жизни не приходилось решать вопросы такого масштаба. Согласитесь, когда имеешь в условном подчинении полтора человека, которые могут просто наплевать на твои ценные указания, это одно. Но когда от твоего решения зависят жизни людей, над которыми ты обладаешь практически абсолютной властью, – это совсем другая песня. Я же не управленец и прекрасно себе отдаю отчет в этом, вот только выхода у меня нет. Во-первых, непонятно, как отреагирует Хранитель на мое желание сбросить с себя этот груз ответственности. Во-вторых, точно знаю, как отреагирует Профессор, так называю искусственный интеллект наручей, прибора древней цивилизации, бывшей здесь задолго до того, как я сюда попал. Так вот, этот изверг, являющийся обучающим комплектом, и по совместительству информационно-аналитическим центром правителя, пообещал просто и незатейливо открутить мне голову, если такие мысли начнут в ней пробегать. Есть веские основания подозревать, что это не аллегория.

Самое интересное во всей этой картине, что и врагов, притом довольно-таки могущественных, появилось немерено. В том смысле, что посчитать их пока не представляется возможным. Например, те же высокородные господа, которым мелкий шкет на престоле, пусть и местного значения, и даром не нужен. У них абсолютно иные планы на этот стульчик. Вот только единственная возможность смены власти, как, думаю, вы догадываетесь, лежит через мой труп, а мне совсем этого не хочется. Так и мучаюсь, не представляя, куда пойти, куда податься?..

Несколько часов назад у нас произошел разговор с моими горе-наставниками, которых практически в последнюю минуту удалось вытащить из-под топора палача, куда они влезли, стараясь раскрыть заговор и спасти мою жизнь. Это так выглядят произошедшие события с их точки зрения. Но насколько им теперь верить, даже не представляю. Они постоянно что-то проворачивали за моей спиной, и где гарантии, что завтра не повторится та же песня, только в профиль? На чем концентрировать свои усилия? Кому все же можно доверять? От кого лучше держаться подальше?

Обо всем этом размышляю уже несколько часов. За окном давно стемнело, но сна ни в одном глазу. Вспомнил слова из песни: мои мысли, мои скакуны… Да, автор был прав. Попытался уснуть, но не тут-то было.

– Так, молодой человек, – вклинился в мои размышления Профессор, – хватит страдать ерундой. Мы сейчас займемся важным и полезным делом.

Этот искусственный интеллект очень смахивает на живого и вредного преподавателя из элитного вуза. Как столько ехидства может помещаться в одной личности?! Да и откуда он берет блатные и сленговые словечки, убей, не пойму. Не должны их знать в этом мире! Ни от кого еще не слышал даже приблизительно похожего.

– Профессор, вы на время смотрели? – попытался урезонить его и по ходу отвязаться, хотя бы на сегодняшнюю ночь.

– А что время? Ты же не спишь, и это то, что мне нужно, – припечатал он своим «неопровержимым» аргументом.

– Да вас около недели не было слышно! Теперь же с бухты-барахты вы появляетесь среди ночи и решаете осчастливить меня чем-то сверхважным. Неужели это не может подождать до утра?

Он просто проигнорировал мое нытье как несущественное. Понимая, что переубедить его не получится, махнул рукой: мол, как говорит народная мудрость, «сгорел сарай – гори и хата», и приготовился внимательно слушать этого мучителя моей нервной системы. Как показало время, у него было много чего интересного. И если бы только ведал, какую пакость он мне приготовил, не знаю, что бы с ним сделал. Хотя уже не раз пытался избавиться от его постоянного присутствия, но, как показала жизнь, не с моим счастьем.

Рассказывая о своих изысканиях, Профессор сразу обрадовал, что информацию я буду получать по мере усвоения. Будем считать, что я удивлен. Уверен, что способов повлиять на это у меня не имеется, так что все нормально. Первая озадачившая новость состояла в том, что ему удалось настроить постоянный канал связи с венцом, который побывал в наших руках в доме, или, правильнее говорить, замке Хранителя. Стало интересно, что это нам дает, и был приятно удивлен тем, что теперь имею постоянный энергетический канал, хоть и небольшой. Подразумевается, что наручи будут иметь постоянную подпитку и соответственно не будут использовать меня как аккумулятор, а это уже неплохо. Вторая новость меня тоже порадовала – восстановлен информационный канал с центром хранения данных, который построили Древние. Подозреваю, что это тоже круто, но еще не знаю для кого. Профессор уточнил, что теперь он может использовать вычислительные мощности этого хранилища, и не только их, но об этом потом. Не я вам потом расскажу, а мне потом сообщат, если посчитают нужным.

– И какая польза от того, что мы имеем доступ к такому, несомненно, важному центру? – поинтересовался у него.

Как ни крути, а тот, кто годами был с вычислительной техникой на «ты», тяжело переносит жизнь без оной. У меня такая же проблема, хорошо хоть не зависимость. Как только узнал, что могу дорваться до такого кладезя знаний, аж руки чесаться начали. Дальше Профессор меня еще порадовал.

– В центре хранения имеется полный комплект обучающих материалов и технологий, так что теперь из тебя получится первоклассный специалист широкого профиля, – подытожил он.

– С узким пониманием специальности, – привычно съязвил в ответ на его фразу.

Логическая нестыковка получается. Насколько помню, этот красавец заявлял, что имеет полный комплект материалов для моего обучения. Что же есть такое в этом центре, чего нет в браслетах? Очень мне стало интересно получить ответ на столь щекотливый вопрос. А то, что вопрос щекотливый, понял из реакции виртуального наставника. Профессор пытался вилять, юлить и придумывать отговорки, но, когда пообещал, что добровольно ничего делать не буду, даже если кто-то очень будет настаивать, – он сдался и поведал. Мне не понравилось то, чем меня осчастливили, а подумать было над чем. Оказывается, этот центр хранит программы для модернизации, реконструкции и оптимизации тел разумных, и даже для перевода их на новый уровень бытия. Пока не понял, что сие значит, но опыты надо мной ставить не дам! А вдруг это опасно для жизни? Или вдруг какого-то монстра из меня сварганят? Как мне потом с этим жить? Возможность моделирования виртуальных реальностей возрастает на несколько порядков, вещал он, а после моего выхода на новый уровень модернизации станет возможным использование полигона центра для обучения и тренировок.

Также в ходе беседы Профессор проговорился, наверняка специально, о том, что где-то есть какие-то производственные мощности, но для их расконсервирования нужен опытный специалист, а такового в ближайшей округе не замечено.

– С завтрашнего утра начинаем твои усиленные тренировки, – вынес вердикт виртуальный наставник.

– А может, лучше начнем сейчас? – попытался съязвить в ответ.

Он на колкость не отреагировал и просто сказал:

– С завтрашнего утра. А сейчас спать, – последовала команда, и свет погас.

В смысле я уснул как убитый. И снился мне не рокот космодрома, а очередная порция проблем, которые, хочешь не хочешь, а разгребать придется.

Утро не предвещало ничего плохого, или почти ничего, если не считать того, что меня подняли ни свет ни заря. Да я за предыдущие три десятка лет не поднимался в такую рань столь часто. Да, бывало – один, максимум два раза в квартал, но не пять дней из семи. Как меня эти изуверы достали! Только проснувшись, понял, что меня разбудило. Это был крик петуха. Зуб даю, так кричать может только смертельно перепуганная животина. Узнаю, кто мучит бедное животное, натравлю на него Котяру, пусть пеняет на себя. После принятого решения на душе стало легче. Вот что значит хохлацкая натура. О таких, как я, говорят, что человеку не нужно, чтобы ему было хорошо, лишь бы кому-то было плохо.