Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

Соавторы: Рустам Панченко,Ирина Смирнова,Евгений Гришаев,Евгений Кривенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 331 (всего у книги 349 страниц)

Он повел штурвал от себя, и руины стали наплывать, как черные поломанные зубы.

– Лон! – тревожно сказала Хельга. – Сзади!

«Круговой обзор!»

Внизу ветрового стекла возникла панорама уходящего назад ущелья: синие горы, снега в вышине, и… быстро приближающаяся серебристая точка.

«Увеличить!»

Точка превратилась в некий летательный аппарат…

– Это п`ург! – крикнула Хельга. – Уходим!

Метельский потянул штурвал на себя, но тут же опомнился – их скорость гораздо меньше, чем у техники хэ-ути! – и стал снижаться к серебристой ленте реки. П`ург был уже близко: цилиндрическое тело, короткие крылья и подобие птичьей головы. Видел только в холораме, но вспомнилось, что вооружены излучателями. Тело будто ошпарило кипятком, и стал действовать почти машинально.

Впереди вырастал мост над Катунью. Метельский направил глайдер выше моста, но в последний миг толкнул штурвал от себя. Глайдер рухнул вниз и пронесся между опор. Полутьма – и снова солнечный свет.

– Эй! – запоздало крикнула Хельга.

П`ург повторил маневр, но ему не хватило доли секунды. На панели кругового обзора было видно, как он врезался в мост. Вспыхнуло пламя, во все стороны полетели обломки. Чуть погодя донесся грохот, арка моста разломилась и стала рушиться в реку. Метельский едва успел рвануть штурвал на себя, чуть не врезались в горный отрог.

– Неплохо, – сипло сказала Хельга. – На курсах легиона тебе поставили бы пятерку.

– В горах иногда надо быстро поворачиваться, – сквозь зубы сказал Метельский. Он потянул штурвал на себя и сделал круг над руинами Катунь-града. Никого, куда же девались люди?

«Сивилла, – сказал он, – а про людей, которые здесь жили, можешь найти какую-то информацию?»

«На это запрета нет. Люди ушли вверх по Катуни, а потом в долину Курагана, к перевалу через хребет. Кводрион фиксирует телефонные разговоры между ними, но получил указание блокировать им выход в сеть».

Да, не ты хозяин «Кводриона», он подчиняется кому-то еще. Тебе приоткрыли тайную дверцу, и радуйся этому.

– Похоже, обитатели города ушли к перевалу через Катунский хребет, – сказал он Хельге, опять поворачивая вверх по долине.

– А ты откуда знаешь? И что там?

– Просто догадываюсь. – Рано еще откровенничать с Хельгой, а может и вовсе не стоит. – А там… есть теплые Рахмановские ключи, приятное место. Только кроме пары санаториев, другого жилья нет. Может, они направляются в этот… Китеж. Отец Никодим упоминал о нем. Кстати, не знаешь, что это такое?

Хельга фыркнула: – Явно тебя интересовала не учеба. Ладно, скажу, иначе будешь копаться в сети, а нам нельзя. Есть сказание о затонувшем граде Китеже, ушел под воду вместе с жителями. Молили о спасении то ли от татар, то ли от наступления Москвы. Так и живут под водой озера, оттуда даже колокольный звон порою слышен. Но это было давно и далеко отсюда.

Метельский вздохнул: – Наверное, отец Никодим имел в виду что-то другое. Ладно… Чего это п`ург к нам привязался? Может, это они разрушили Катунь-град? Ты с ними сталкивалась?

– Нет. Но знаю, что они контролируют зоны, где обитают хэ-ути.

– И почему Мадос позволяет им проникать на Землю? Некоторые районы они прямо оккупировали.

– Думаю, мы узнаем еще много интересного о Мадосе.

Судя по карте, приблизились к месту впадения Курагана. Голубая речка несколькими рукавами впадала в голубую же Катунь. Метельский свернул вверх по долине.

– Зачем тебе это? – недовольно спросила Хельга.

– Может, людям нужна помощь. Хотя видимо нет, иначе ушли бы в Катанду, она ближе.

Хельга фыркнула: – Не ожидала от тебя заботы о ближних.

Как раз о ближних, в селении Иогач, позаботиться не сумел. И о Татьяне тоже… Метельский скрипнул зубами.

Вдоль реки вилась проселочная дорога – то возле воды, то карабкаясь по склонам в обход скальных прижимов. Сивилла выдала справку, что здесь проходит туристический маршрут вокруг Белухи, конный и для велосипедистов. Постепенно леса становилось меньше, и долина приобрела мрачный вид – скалы и осыпи. Впереди показались снежные поля на склонах хребта.

– Вот они, – сказал Хельга.

У начала снегов стало заметно какое-то движение. «Увеличить!» – приказал Метельский.

Несколько групп людей, пеших и на лошадях, и с десяток ползущих глайдеров.

– Наверное, гружены имуществом, – сказал Метельский, – не до полетов.

Вверху наклонное снежное поле сторожили зубцы скал, походя на некий сумрачный город.

– Спущусь к началу колонны, – сказал Метельский, – и расспрошу. Они должны были уйти два-три дня назад, двигаются медленно. Может, их предупредили заранее, и п`урги сожгли уже пустой город?..

– Лон, опять сзади! – обеспокоенно сказала Хельга. – Я у тебя прямо как второй пилот. Боюсь, ты растревожил осиное гнездо.

«Круговой обзор!»

Действительно, будто осиный рой выползает из мрачно-синей глубины долины.

Метельский резко повернул к расселине, откуда к реке белыми каскадами спадал ручей. – Притаимся под скалой, – сквозь зубы сказал он.

Рой приближался – скопление блесток в свете неяркого солнца.

– Опять п`урги, – почти прошептала Хельга. – Если гонятся за людьми, то им конец.

Рой был уже близко, расходился в стороны, и стало видно, что это металлические птицы с уродливо-короткими крыльями. Одна дернулась было к расселине, и Метельский напрягся, готовясь сорвать глайдер с места. Но п`ург поколебался в воздухе, и отвернул в сторону людей на склоне.

– С п`ургов явно ведется трансляция, – глухо сказала Хельга. – Нас решили оставить на десерт.

П`ург хищно наклонился вперед. Блекло-голубой разряд…

Один глайдер загорелся, выплюнув фонтан черного дыма. Из горящей машины выпал человек и покатился по снегу, пытаясь сбить пламя. Больше не выпрыгнул никто – возможно, глайдер и в самом деле был набит имуществом.

– Вот сволочи! – растерянно сказал Метельский.

Вспышка посередине роя почти ослепила его. Лобовое стекло мгновенно потемнело, чтобы защитить человеческие глаза, и только потом по ушам ударил гром. Еще вспышка!..

Метельский почти машинально потянул штурвал, выводя глайдер из-под укрытия скалы, чтобы лучше видеть. Над снежной седловиной парил глайдер – миг, и с него сорвалась сине-фиолетовая молния. Еще один п`ург разлетелся на куски, те вспыхивали на лету.

П`урги ответили, бледные разряды понеслись к седловине со странным глайдером. Тот оделся пульсирующим светом, а затем последовала уже непрерывная череда молний.

Лобовое стекло сделалось почти черным, но было видно, как вспышки разрывают стаю п`ургов, как они превращаются в черные хлопья, разлетающиеся будто на адском ветру. От непрестанного грома звенело в ушах.

Внезапно он смолк, но от п`ургов уже ничего не осталось, только опадали, рассеиваясь, кольца черного дыма. В кабину проник острый запах озона и гари.

– Господи! – потрясенно прошептала, а может быть, и громко сказала Хельга. – Что это было?..

И вдруг закричала: – Ты что делаешь?!

Не сознавая этого, Метельский вывел глайдер слишком далеко из укрытия. Тот, что над седловиной, слегка повернулся. Нос наклонился в их сторону…

«Управление берет Кводрион!» – раздалось в голове.

Глайдер дернулся так, что в глазах потемнело. По ушам ударил гром. Со страшной силой прижало к спинке сиденья – это сработали аварийные ракеты! – а потом швырнуло вперед. В безумном зигзаге промелькнули каменистый склон, скалы и небо. Вдруг глайдер снова оказался в горизонтальном положении, а по осыпи в стороне расплывалось и быстро меркло багровое пятно.

– Нас едва не отправили в ад следом за п`ургами! – тонким голосом закричала Хельга. – Прячься!

Но чужой глайдер уже скользил к ним над снежным склоном. Тело пробрал жестокий озноб, а зубы застучали. Слишком близко, теперь и «Кводрион» не поможет!..

«Лон, – сказала „Сивилла“. – Они больше не будут стрелять».

– От-куда ты з-знаешь? – Непроизвольно он перешел на обычную речь. – И кто это б-был?

«Отвечать запрещено», – как-то сухо прозвучало в сознании.

Глайдер пронесся мимо, лишь на мгновение сбавив скорость. В кабине двое, мужчина и женщина, смотрят на них. А потом вдруг повернул и стал уходить в сторону массива Белухи.

– Лон! – сказала Хельга. Похоже, и она еле сдерживала стук зубов. – Видно, они поначалу решили, что мы заодно с п`ургами. Как ты смог уклониться от молнии, перегрузка достигла наверное шести g?

– Это не я, – чужим голосом сказал Метельский. – Управление взял на себя Кводрион.

Хельга помолчала.

– Вот как? – наконец сказала она. – С некоторых пор стала подозревать, что с тобой всё не просто. Не обычный бабник, как вначале подумала.

– Давай пока замнем, – сказал Метельский. – На меня это только прошлой ночью свалилось. Может быть, потом расскажу.

– А может, и нет, – прокомментировала Хельга. – Но кто же это так швыряется молниями? Немного похоже на то, что умели делать рогны, но тут мощность разрядов совершенно исключительная. Наверное, п`урги частично испарились. Еще немного, и мы бы тоже.

Метельский глубоко вздохнул, наконец-то перестало трясти. Он глянул на склон: там суетились вокруг пострадавшего, перенесли его в другой глайдер, и колонна снова стала подниматься к перевалу.

– Хочу их все-таки расспросить, хотя с такой защитой сами доберутся, куда им надо. Но кто же был в том глайдере? Спросил у Сивиллы, она теперь прямо кладезь информации, но та сказала – «отвечать запрещено».

– Значит, вне сферы твоей компетенции. А вообще, с тобой все интереснее и интереснее.

Метельский уже вел глайдер над склоном, на всякий случай в стороне от людей. Те поднимались по полузанесенной дороге, в горах уже выпадал снег. В знак мирных намерений Метельский пару раз покачал крылышками, а поравнявшись с началом колонны, свернул к ней и открыл фонарь кабины. В лицо повеяло снегом, вихрь от воздушной подушки взметнул волосы Хельги. Та недовольно передернула плечами.

Выбрав ровное место, Метельский опустил глайдер, спрыгнул на снег (уже уплотнен ветрами) и пошел к людям. Руки держал приподнятыми.

– Я Лон Метельский, – сказал он мужчине во главе колонны, – из усадьбы на Телецком озере. Видел, как вас обстреливали…

Он приостановился. Мужчина уже в летах, и вдруг показалось, что видит самого себя, только постаревшим, да глаза почему-то сделались голубыми. Мужчина тоже с любопытством глядел на Метельского.

– Кай, – сказал он, протягивая руку. – Кай Иванов. А мы, похоже, родственники. Я слышал о владельце усадьбы в селе Иогач, и что по материнской линии он принадлежит к Варламовым. Я тоже, только по мужской. Фамилия была изменена… по некоторым соображениям, но теперь это уже потеряло значение.

– Гм, – Метельский пожал плечами, запутаешься в этих родственниках. – Весьма приятно. У вас как будто есть пострадавшие, не нужна помощь?

– Один человек с ожогами. Довольно серьезными, но нам уже недалеко. Извините, пора опять двигаться. Вдруг еще кто-то появится по наши души.

– Можно, я немного пройдусь с вами? Хотел спросить о Катунь-граде.

Кай кивнул и зашагал вверх по пологому склону.

«Сивилла, переведи глайдер в режим следования», – приказал Метельский и пошел рядом. Обувь не подходит для гор, но снег не слишком твердый, уже начал подтаивать.

– Нам указали покинуть город, – сказал Кай. – Кое у кого мы как бельмо на глазу. Народ вольный, к Мадосу относится без почтения, да и хэ-ути имеют свои виды на это место. Так что кто-то просто уехал, ну а мы перебираемся в другое место.

Метельский пожал плечами: – Странно, по ту сторону хребта до жилья далеко. Хотя отец Никодим сказал, что кое-кого переправляют в совсем уж другие места, некий Китеж. Вы не из этих?

Кай приостановился и глянул на Метельского. Голубизна глаз поблекла, но взгляд твердый.

– Вы знаете отца Никодима?

– Встретились вчера, но общались недолго. Он исчез, и очень странно, будто вознесся в луче света.

– Значит, восхищение церкви уже произошло, – тихо сказал Кай, возобновляя ходьбу. – Если такое видели, значит, с вами можно говорить о тайном. Нет, мы такого не удостоимся. Народ в общем безалаберный: художники, поэты и те, кто в вечном духовном поиске. Но для кого-то, видимо, и это ценно. Так что для нас приоткроется дверь в некое тихое место. Открыться она может только для потомков первых, избранных Хозяйкой Сада. В сам тот мир мы, конечно, не попадем.

– Я знаю о Саде. – Метельский дышал чаще обычного, да и сердце забилось учащенно: неожиданно оказался на довольно большой высоте. – Мать предупреждала, что это не для посторонних, но мы, кажется, действительно одной крови.

– Да, – с горечью сказал Кай. – Эта кровь кое для кого имеет большое значение. И вам тоже лучше бы оставить этот мир.

Уже знает о трагедии в селе Иогач? Но про это лучше промолчать, не бередить свежую рану.

– Со мною спутница, она вряд ли готова. Да и любопытно посмотреть, что будет?

Кай вздохнул: – Я отвечаю за людей, с которыми долго жил. Без меня они не смогут пройти. Мы уже рядом, вон седловина и скалы с обеих сторон. Мне показали это место.

Действительно, вблизи открылась пологая снежная седловина. Через нее проходила дорога (тут ее почти занесло), а по сторонам стояли угрюмые скалы – «жандармы». Ветер веял в лицо снежной пылью. Кай остановился:

– Вам лучше вернуться к глайдеру. Если вас угораздит с нами, едва ли сможете вернуться.

– Ну что же, удачи вам, Кай!

Они пожали руки, и Метельский пошел к глайдеру. Тот со свистом турбин опустился на снег.

– И куда они дальше? – спросила Хельга. Она застегнула комбинезон по горло.

– Может быть, увидим. – Метельский прикрыл глаза ладонью, чтобы не слепил отраженный снегом свет. Мимо шли люди, с любопытством поглядывая на них. Кто-то вел в поводу лошадей, а кое-кто держал за руки детей. С натужным гудением плыли глайдеры – в них дети поменьше и разное барахло.

– Прямо исход, – сказала Хельга, а Метельский перевел взгляд на седловину.

Там вдруг четко обрисовалась фигура Кая. Свет изменился, стал хрустальным и уже не резал глаза. По мере того, как колонная подтягивалась к седловине, ее затопляло мерцающее сияние. И в этом сиянии один за другим скрывались люди, кони и глайдеры, а последней исчезла будто облитая алмазным светом фигура Кая.

Метельский перевел дыхание. Седловина была пуста, только ветер вздымал снежную пыль.

– Куда они делись? – недовольно спросила Хельга. – Я ничего не могла разглядеть, свет слепил.

– Исчезли, – сказал Метельский. – Примерно как отец Никодим, только эти, похоже, отправились куда-то поближе.

– Рада бы в рай, да грехи не пускают, – кисло прокомментировала Хельга. – Всё чуднее и чуднее. Ладно, мы что делать будем?

Метельский сел в глайдер и глянул на приборную панель, предпочел оставить ее традиционной.

– Пора на зарядку, летим в Катанду. А дальше… надо подумать.

Он поднял глайдер, и повел его обратно в долину Катуни.

– Ты с кем-то разговаривал, – сказала Хельга. – Кто это?

А тут осторожнее! С женщинами вообще надо быть осторожным, а эта вдобавок из легиона.

– Я его не знал. Их предупредили, чтобы оставили Катунь-град, и он возглавил партию. Ему указали на это место. Наверное, переправляют в этот… Китеж, о котором упоминал отец Никодим.

– Сборище бездельников, – кисло сказала Хельга. – Наводила я справки об этом Катунь-граде. И кто-то о таких еще заботится? Даже направил глайдер с тяжелым вооружением в подмогу… Стоп! Ты заметил какое-нибудь вооружение у того глайдера?

– Как будто нет. Но я не очень разбираюсь в вооружениях.

– Я сейчас вспоминаю этот глайдер в деталях, нас учили запоминать картинку. Не было там никакого вооружения, даже встроенного. По конфигурации корпуса это можно определить достоверно. Всего-то легкий гражданский глайдер. А тут работала как минимум протонная пушка, такую на глайдер вообще не поставишь. Я начинаю понимать, почему руководство легиона заинтересовалось местными жителями.

– Ну, эти не совсем местные жители. В Катунь-граде даже охотников не было.

– Вот-вот, – подхватила Хельга. – Некий особый мир, где можно овладеть необычайными способностями, или получить чудо-оружие. Мечта руководства нашего легиона, даже жителей села Иогач… – Она запнулась, и чуть погодя невесело добавила:

– Меня наверное расстреляют, если узнают, что я все разбалтываю. С тобой совсем о дисциплине забыла.

– Не возвращайся ты в этот легион. Диктаторы всегда мечтают о чудо-оружии. Опять взялись за старое.

– Ты уже считаешь Мадоса диктатором?

– После Иогача перестал доверять. Сама сказала, что это спецоперация легиона, а легион подчиняется ему. Хочу вернуться к своей усадьбе, и еще узнать, как в других селениях?

– Не стоит, – рассудительно сказала Хельга. – Нас схватят, и очень вероятно будут пытать. Скорее всего, п`урги вели съемку в высоком разрешении, и нас будет нетрудно опознать. У тебя же теперь есть чудесный источник информации. Это я своим трансидом не рискую пользоваться.

Горы с обеих сторон становились все ниже, снега на них уже не было. Открылась долина Катуни, горы расступились, и вскоре показался живописно разбросанный поселок. Метельский приземлился на заправке, а Хельга решила поискать магазин.

– Хочу избавиться от этого комбинезона, слишком заметен. И от сапог устала.

Метельский поставил глайдер на зарядку (сменных аккумуляторов не было, народ здесь явно экономил) и зашел в кафетерий. Взял кофе в автомате и расположился на террасе, откуда открывался вид на долину Катуни. Чаще поглядывал на восток, где в ущелье еще стлался дым.

«Сивилла, до твоей… активации мы видели, как в луче света исчез отец Никодим, он был старцем и жил в скиту. Кводриону известны другие подобные случаи?»

«Некоторое количество. – бодро ответила „Сивилла“. – Точно установить невозможно, поскольку исчезнувшие не имели трансидов, и эти случаи фиксировались лишь внешними наблюдателями, если таковые были».

«Что же происходило?»

«Физическая природа явления неизвестна Кводриону. Возможно, имел место переход к материальности с иными свойствами. По национальности и полу большой разброс, но большинство были ярко выраженными верующими. Поэтому заслуживает внимания версия христианских богословов о восхищении церкви, когда верующие в Христа будут восхищены на небеса, чтобы избежать страданий во время так называемой „великой скорби“. Однако этому противоречит то, что многие исчезнувшие не принадлежали к христианскому вероисповеданию. Предоставить статистику?»

– Не надо, – пробормотал Метельский вслух. Хотя, кто его слышит? И Кай говорил о чем-то похожем, только не про небеса, а какое-то тихое место.

– А как с теми, кто ушел вверх по длине Курагана?

«Внезапное прекращение радиообмена. Ни один трансид не регистрируется в земной сети».

Больше вопросов задавать не стал, в голове был полный сумбур.

Наконец появилась Хельга – в бежевой плиссированной юбке, блузке с голубыми цветочками и в босоножках.

– Магазинов тут всего два, – пожаловалась она, кидая пакет (видимо, со своим форменным комбинезоном) на стул.

– Ну и ладно, – сказал Метельский. – Смотришься очень хорошо. Этакая холодная нордическая красотка.

– Умеешь польстить женщинам, – слегка фыркнула Хельга. – Но спасибо. А ты что такой хмурый?

– Да вот, спрашивал Сивиллу, что могло случиться с отцом Никодимом?..

И пересказал услышанное: от Хельги теперь никуда не денешься, можно быть и откровеннее.

– Да уж, – Хельга задумалась. – Если это правда, нам крупно не повезло. Жить в последние времена… И зачем мне тогда карьера в этом легионе? А вообще, ты получаешь уникальную информацию. С чего это Кводрион для тебя из кожи вон лезет?

– Старая семейная история, – вздохнул Метельский. – Кое-кто за меня попросил.

Хельга покачала головой: – Похоже, очень влиятельный… – тут она усмехнулась. – Или скорее, влиятельная. У вас, Варламовых, есть некая загадочная покровительница.

– Получила на меня ориентировку? – кисло спросил Метельский.

– Было дело. – вздохнула Хельга. – Но теперь хочу послать всех к черту. Послушай, я кое-кого расспросила. Два дня назад здесь слышали грохот и видели дым в стороне Катунь-града. Кое-кто пытался подлететь ближе, однако их завернул воздушный контроль. Дескать, случился пожар, и жителей уже эвакуируют. В общем, сплошное вранье. У меня такое впечатление, что весь этот район зачищают.

Метельский покачал головой: – Что там с моей усадьбой?.. Сивилла, можешь дать изображение?

«Сразу несколько, Лон. Со спутника, дрона, и с дежурного ховера легиона порядка».

Везде одно и то же, только в разных ракурсах. Догорающее селение Иогач, дым стелется над безмятежно синим Телецким озером. Его усадьба горит ярким пламенем – видимо, подожгли недавно.

– Что с Аэми?

Сивилла чуть замялась.

«Используют… по назначению. Они снимают видеорегистраторами, показать?» – и как будто хихикнула. Надо же, чувство юмора прорезалось.

– Не нужно, – сквозь зубы сказал Метельский. И пояснил Хельге:

– Сожгли село, подожгли мою усадьбу и теперь насилуют Аэми.

Хельга подняла брови: – А что, бывает изнасилование андроида? По-моему, есть только гражданская ответственность за использование чужой собственности. Интересно, Сувор тоже участвует? Впрочем, я могу его понять, не очень везет с женщинами.

– Откуда у него этот шрам на лице? – хмуро спросил Метельский.

– Получил во время дуэли. Можно было свести, но это некий шик, хвастаться шрамами. Я испытывала от этого только отвращение… – Хельга запнулась, и чуть погодя добавила: – Вдруг пришло в голову, что он уже летит к нам. Я говорила, что п`урги наверняка передавали картинку, и возможно она поступала прямо в легион.

Метельский сверился с Сивиллой и встал: – Глайдер зарядился. Летим в… – он прикинул по карте, вызванной в поле зрения, – в Абакан. Это час лету, а там сядем на поезд. Обычные поездки Кводрион запутает, а насчет самолетов я не уверен. И свой глайдер лучше иметь под рукой…

Он заколебался: – А вообще, я бы лучше подождал. Хочется потолковать с этим Сувором, держа его на мушке.

– Не глупи, – сказала Хельга. – Нас опознают издалека и оглушат из станнера дальнего боя. Отложи до другого раза, и поехали. Похоже, нам долго придется бегать.

Начали спешить, но Метельский захватил с собой кофе для Хельги.

– Спасибо. – пробормотала она, потягивая из чашки.

Уже летели, за путаницей горных долин показались белоснежные вершины Белухи.

– Хотела поглядеть на нее вблизи, – вздохнула Хельга. – Говорят, очень красиво, особенно Аккемская стена.

– Как-нибудь в другой раз, – сказал Метельский.

– Думаешь, у нас будет другой раз?

Да, сомнительно. Но что делать дальше, тоже неясно, так что не стал отвечать.

– Сувору влетит, – вздохнула Хельга, – за то, что тебя упустил. Раз поступил такой приказ, должен был ликвидировать всех свидетелей. Наверное, еще питал ко мне сентиментальные чувства, но теперь здорово обозлится.

Метельский промолчал. Внизу тайга и горы, осколки озер – то синих, то изумрудных. Затем впереди показалась голубая полоска и постепенно превратилась в голубое полотно, протянувшееся между гор.

– Енисей, – сказал Метельский. – Точнее, Красноярское водохранилище. Снижаемся к Абакану.

В городе управление было автоматическое, вскоре оказались на стоянке возле вокзала.

– Здесь перекресток больших сибирских путей, – сказал Метельский. – Широтный ход с выходом на Транссиб и Великую северную магистраль, и меридиональный – от Норильска до Мадраса. Что предпочитаешь: арктические холода или жаркую Индию? А может, вообще махнем в Америку?

Хельга покачала головой: – Ближайший поезд, все равно куда. Ты недооцениваешь легион. И еще… у тебя хватит денег на отдельное купе?

– Надеюсь, еще останутся, – рассмеялся Метельский. Настроение сразу улучшилось.

«Сивилла» вывела расписание, ближайшим поездом был экспресс Норильск-Мадрас. Нашлось и двухместное купе. Оплатил проезд и провоз глайдера – будем надеяться, что «Кводрион» скроет, кто платил. Глайдер тут же переехал на грузовую платформу, там оставили его на попечение тележки-робота, а их самих пассажирская платформа доставила к месту остановки вагона.

– Так и не повидала Енисей, – вздохнула Хельга. – Жизнь пролетает стороной.

Раздался звонок, и «Сивилла» высветила звонившего – Юрий, финансовый менеджер.

– Привет, Юрий! Что у тебя?

– Здравствуйте. Это вы сейчас сняли двадцать две тысячи кредитов с текущего счета? Место и детали транзакции скрыты, но сервисная служба Кводриона подтвердила, что это вы. На всякий случай решил позвонить.

– Да, это я. Впредь не обращай особого внимания на такие вещи. Происходит что-то непонятное, и пока ухожу в тень… Да, свяжись со страховой компанией, пусть проверят мою усадьбу на Телецком озере и андроида Аэми. Скорее всего, начнут расследование, но я пока участвовать не смогу.

Дал отбой и спросил: «Сивилла, кто-то мог зафиксировать этот разговор?».

«Нет, Лон. Собственно, никакого разговора не было, даже отметка в трансиде Юрия аннулирована. И не беспокойся, что напрягаешь Кводрион, ему нравится играть в такие игры».

Интересно, во что еще любит втихомолку поиграть «Кводрион»?..