Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

Соавторы: Рустам Панченко,Ирина Смирнова,Евгений Гришаев,Евгений Кривенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 322 (всего у книги 349 страниц)

У Ильи пересохло горло.

– Вы хотите заняться сексом?

– А ты нет? Я уж брошу это дурацкое «вы». Оставь, нас же сразу потянуло друг к другу. Такие неожиданные встречи самое приятное на вечеринках.

– Я к этому не привык, – пробормотал Илья.

Магда томно потянулась, приоткрыв губы. Ее фарфоровое личико заманчиво белело среди кудрей.

– Обними меня, и все пойдет само собой. Твоя жена, скорее всего, тоже сейчас развлекается с кем-то.

Как отказать такой соблазнительной женщине, уже весь загорелся. Но упоминание о Селине обдало холодком: вдруг опять посмотрит с обидной улыбкой?

– Не уверен, – пробормотал Илья, чуть отступая от тахты.

– Фу, – состроила гримаску Магда. – Я-то думала, вот наконец настоящий мужик. Хоть присядь, не стой как болван.

Это тоже задело. Илья сел на край тахты, а Магда вдруг гибко приподнялась и оплела руками его шею. Платье куда-то исчезло, чувствовалось упругое давление ее груди. Потом пальчики Магды побежали вниз, в паху будто разгорелось пламя, и дальше все, действительно, пошло само собой…

Оставил Магду сонной, с полуоткрытыми губами и растрепанными кудрями. Наскоро привел себя в порядок и вышел в круговой коридор. Было приятно и стыдно одновременно. За другими дверями, небось, происходят такие же сцены. Ну и вечеринки у них в XXIII веке! Но теперь ничего не поделаешь, надо разыскивать Селину. Хотя лучше, если бы она уже уехала.

Никуда не уехала. Сидела на веранде и смотрела на пургу, разыгравшуюся за прозрачной стеной. Пристально поглядела на Илью.

– Вижу, не удержался от соблазна, – вздохнула она. – Надо было тебя предупредить, хотя что толку. Хорошо еще, это обыкновенная потаскушка и никакими язвами на тонком плане тебя не наградила. Сейчас я с такими сама справлюсь, но было бы неприятно в тебе копаться.

– Ты знаешь, что бывает на таких вечеринках? – спросил Илья. Наверное, прозвучало глупо, потому что Селина фыркнула:

– Госпоже Ассоль было бы стыдно, услышь она, что мы порой обсуждали в своих дортуарах. И современные нравы, и даже позы. Конечно, все чисто теоретически. Сексуальные удовольствия на первом месте в современном мире, Илья, а духовность разве что на десятом. Если бы не я, ты не знал отбоя от женщин. Эта Магда беспечна, другие испугались бы дразнить рогну.

– Мне никого не надо, кроме тебя, Селина. Извини, действительно не смог удержаться. Можешь испепелить меня на этом самом месте.

– Увы, даже этого не могу, – грустно сказала Селина, – зря хвасталась. Швыряться молниями, как ты говоришь, я могу только, когда ты рядом. Силы Огненного мира невозможно контролировать одной женской энергией Инь. Обязательно должна присутствовать и мужская энергия Ян. Я от тебя иногда подпитываюсь, разве ты не замечал?

– Вот как?.. Действительно, будто волны холода проходили сквозь тело, когда ты метала молнии.

– Значит, заметил. Этак ты и сам научишься управлять энергиями, если я буду не очень далеко, конечно. Нужна полная настроенность друг на друга.

Донесся мелодичный звонок.

– Гостей извещают, что можно возвращаться в банкетный зал, – сказала Селина. – Все будут расслаблены, а обстановка куда непринужденнее, чем в начале. Не хочешь присоединиться?

Во рту появился неприятный привкус – мало было секса, так еще нацеловался с этой Магдой.

– Не хочу, – сказал Илья. – Давай попрощаемся с хозяином.

Селина невесело улыбнулась: – Тебя перестанут приглашать на такие вечеринки. Как установить с тобой неформальные связи, если взятку заведомо не возьмешь, своих денег полно, а от соблазнительных дамочек отказываешься? Ведь ее не зря посадили напротив тебя – девушка из разряда «делай со мной, что хочешь», такие мужикам нравятся.

Илья вздохнул: – Идем.

Золотопромышленник долго уговаривал остаться, наконец простились.

– Летим домой, – с облегчением сказал Илья. – Помиримся.

– Ну-ну, – сказала Селина.

Ховеры не зависели от погоды: крыша стоянки раздвинулась, и взлетели прямо в метель.

На этот раз Селина хмурилась недолго, а на банкеты и в самом деле приглашали редко – ну и ладно, погрузился в дела. Главное было, как и в Усть-Нере – определить области, где требовались личные усилия, оставив рутинные дела ИИ автономии.

Летом проходила очередная сессия Всемирного конгресса, где Илья теперь состоял в сенате. Сессия проходила в Москве, по традиции выбирали нынешнюю или одну из бывших мировых столиц – везде в свое время были построены величественные здания для этого. Остановились в отеле Огненного цветка, в номере люкс. Селина удовлетворенно вытянулась на кровати.

– И где они берут такие матрасы? Надо заказать для нашей резиденции, а то там никакой… Похоже, Селина, ты совсем отвыкла от монашеской жизни.

На торжественном приеме по случаю открытия сессии они привлекли внимание – молодой губернатор самой обширной административной единицы Всемирной федерации, и Селина, восхитительная в колдовском сиянии изумруда.

Во время заседаний Илья лишь слушал – хотя на сессию выносились только самые важные вопросы, их было слишком много и большинство не затрагивало Колымского края. На вопросы журналистов старался отвечать вдумчиво – касались они в основном добычи платины и, разумеется, школы гейш (при этом телекамеры крупным планом показывали снисходительную улыбку Селины). Голосовал осмотрительно, стараясь занять взвешенную позицию. В результате неожиданно занял довольно высокую позицию в общественном рейтинге сенаторов.

Конечно, посетили Триумфальные сады.

– Все очень аккуратно, – сказала Селина, оглядывая памятник и цветочную композицию. – Кто же за этим следит?..

Но потом отвлеклась, глядя на близкий Каскади-дом.

– Там начался наш путь. Хотя едва не оборвался в самом начале.

– В последнее время ты часто грустишь, – удивился Илья. – С чего это? Тобою все восхищаются.

– Да так… Ладно, тебе завтра на сессию, а я попробую увидеть госпожу Ассоль.

Вернулась поздно и хмурая, но рассказывать ничего не стала.

– У госпожи Ассоль кое-какие проблемы, только это не для огласки. Давай посетим Алтай на обратном пути. Хочется взглянуть на наш заказник.

– Хорошо, – пожал плечами Илья…

В Горно-Алтайске опять взяли глайдер и полетели в Урсул. Снова ужин в приятной дружеской обстановке, Илью поздравили с избранием в губернаторы, рассказывали о делах.

– Народ прибывает, – сказал Максим. – Старообрядцы целую деревню выстроили неподалеку.

– Можно ее посмотреть? – загорелась Селина. – Они пускают к себе?

– Ну, в дом вряд ли пустят, но пообщаться можно. Дела с внешним миром они ведут через меня.

Перед сном Селина вышла походить босиком. Глядя на яркие звезды, вздохнула:

– Если бы Тайша была рядом. Ее мурлыканья так не хватает. Хотя оно и резковато.

Утром Селина обошла вольеры, а потом полетели.

– Лучше бы на лошадях, – с сожалением сказал Максим. – У нас есть конные маршруты к Телецкому озеру. Но я понимаю, у вас мало времени.

– Как-нибудь в другой раз, – вздохнула Селина.

Снова зеленые долины, облака на скалистых вершинах, белоснежный Катунский хребет вдали. Среди леса попадались домики и прямоугольники огородов.

– Некоторые селятся отдельными семьями, – объяснил Максим. – Но с таким расчетом, чтобы собираться на праздники или молитву.

– А кто к вам обычно приезжает? – спросил Илья.

– Больше верующие, уходят от цивилизации. Хватает и сторонников естественного образа жизни.

– Может и ты, Илья, со временем переберешься сюда, – грустно сказала Селина. – Когда надоест губернаторство, да больше двух сроков и нельзя. Женишься, заведешь наконец детей, будете вместе возделывать огород.

– Что? – удивился Илья. – Как это женюсь? Кроме тебя, мне никого не надо.

– А… – задумчиво протянула Селина. – Кажется, мне привиделся не очень вероятный вариант будущего. Не слушаюсь госпожу Ассоль.

Илья вздохнул, что-то странной бывает Селина в последнее время. Помолчали. Наконец в долине показалась деревня среди прихотливо вписанных в рельеф полей.

– Садимся за околицей, – предупредил Максим. – Машинами они пользуются, но летательные аппараты недолюбливают.

Приземлились, и по ухоженной грунтовой дороге вошли в деревню. Добротные бревенчатые дома, яркие цветы за крашеными палисадниками. В конце улицы церквушка с зеленой чешуйчатой кровлей и шестиугольным крестом. Остановились перед большим двухэтажным домом.

– Семьи большие, – сказал Максим, – и строят основательно, как когда-то на русском севере. – Лес рубить позволяем, хотя под присмотром лесничих. Мужики сейчас на покосе, но староста должен быть. Заходить во двор пока не надо.

Он погремел щеколдой. Вскоре дверь дома отворилась, и с крыльца спустился кряжистый мужик с седой головой, в свободной рубахе и портах.

– Здравствуйте, Павел Васильевич, – сказал Максим – Вот гостей привел.

– А одежда, кажется, из холстины, – заинтересованно сказала Селина. – Неужели домотканая?..

Не отвечая на приветствие Максима, староста подошел и уперся цепким взглядом в Селину. Медленно поднял руку, с двумя сложенными пальцами.

– Изыди, сатана, во имя Христово! – громко возгласил он.

Истово перекрестил Селину, и та отшатнулась: – Чего это он?

– Тьфу на тебя, ведьма! – и старик действительно плюнул под ноги Селине. – Не убоюся зла… Эй, Трошка!

С крыльца сбежал здоровенный парень… с вилами в руках.

Илья машинально нащупал рукоять тазера, а Максим крикнул: – Павел Васильевич, они же со мной!

– Вот и забирай обратно свое антихристово семя, – строго сказал старик. – Без нее приходи.

– А в чем дело, Павел Васильевич? – жестко спросил Илья. – Почему оскорбляете мою жену?

Староста опять сплюнул: – Нашел на ком жениться! От нее разит антихристом.

– Пойдем, Илья, – дрожащим голосом сказала Селина.

Илья пожал плечами: действительно, лучше уйти. Взял Селину под руку, они повернулись и пошли прочь. Селина спотыкалась, а Максим тащился следом.

– И что на него нашло? – пробормотал он.

Молча погрузились в глайдер. Глядя с высоты на красиво раскинувшуюся деревню, Селина горько сказала: – Райское место. Но меня в рай не пускают.

И вдруг заплакала. Илья скрипнул зубами.

– Обойдемся без такого рая, – сказал он. – Лишь бы с тобой. – Обернулся к Максиму: – Они ко всем рогнам так относятся?

– Да нет, – удрученно ответил тот. – Раньше все было нормально, для них рогны вроде блаженных.

Задерживаться в Урсуле не стали, полетели в Горно-Алтайск. На вокзале Селина исчезла в дамской комнате и вернулась почти нормальной.

– Есть у меня догадки, – сказала она в ответ на вопросительный взгляд Ильи. – Только надо посоветоваться с госпожой Кэти. Но это не к спеху.

Действительно, было не до поездки в Эдмонтон – началась подготовка к зиме, а забот с губернией оказалось побольше, чем в Усть-Нере. Так, в хлопотах, и прошла вторая половина года.

В новогодние каникулы все-таки слетали на юг, понежились на белых песчаных пляжах Полинезии. По возвращении Селина стала готовиться ко второму семестру, и как-то за ужином сказала Илье:

– Пришли новые рекомендации от комитета по образованию при Всемирном конгрессе. Мне не нравятся. Комитет взаимодействует с комиссией по делам религий и похоже, это Мадос руку приложил.

– А в чем дело? – спросил Илья.

– Предлагают новый учебник по истории религии. Написан блестяще, но подход настораживает. Все религии понимаются, как отражение разных сторон духовного абсолюта, а значит они равноправны. То есть, между христианством и культом Трехликого нет особой разницы – выбирай, что хочешь. И вообще, религии создаются последователями ярких личностей, вокруг которых творится миф о божественности. Например, в главе о христианстве опять упоминается, что вероятно Христос после распятия завел семью в Кашмире. Ученика подводят к мысли, что он может выбрать любую религию, а то и создать собственную. Да и нужны ли они? Авторы заканчивают на пафосной ноте – культ человека, вот высшая религия.

Селина даже раскраснелась от возмущения.

– Ты мне нравишься такой, – улыбнулся Илья, – аж глазки блестят. А вообще, это напоминает слова Ницше о сверхчеловеке (пришлось перечитать, когда Селина упомянула). Он уже по ту сторону добра и зла, и ему все позволено. А тебя эти рекомендации касаются?

– Нет, у меня авторская программа. Но бедных учителей жалко, совсем запутаются.

– А можно это как-то заблокировать, скажем, наложить вето на региональном уровне? У губернатора есть такое право.

– Нет, все сделано хитро. Это именно рекомендации, то есть можно использовать и прежние учебники. А в них история религий обычно рассматривается как восхождение ко все более полной истине. Пока высшие ступени – объединенная христианская церковь, ислам и буддизм. Была надежда, что они, как лепестки цветка, объединятся в единой религии Розы мира, но люди, похоже, устали от духовности… Вот и ты, к примеру, мог бы направить часть своей сексуальной энергии на духовный рост.

Илья чуть не подавился от неожиданности, а потом хмыкнул:

– Боюсь, я тебя развратил. Из тебя вышла бы великолепная жрица. Представляю в белом одеянии на каком-нибудь религиозном празднестве.

– Так я и мечтала, – вздохнула Селина. – Но сейчас уже не хочется. Похоже, мне дают наиграться всласть… Ну а насчет рекомендаций, посмотрим, что будет дальше.

Летом, помимо губернских дел, возникла проблема с водоснабжением на руднике: в водохранилище появилась минеральная взвесь, и пришлось ставить систему очистки.

Главный геолог пожимал плечами:

– Может, это мы виноваты. Нарушили равновесие горных пластов, и где-то пошло активное вымывание породы.

Особо вникать не было времени, очистная система работала хорошо, а там началась очередная сессия Всемирного конгресса.

На этот раз она проходила в Париже. Давно восстановленный после ядерного Холокоста XXI века, город понравился Селине.

– В Эдмонтоне хватает зелени, но на километры тянутся деловые кварталы. В Токайдо зеленые уголки наперечет. А в Париже все гармонично.

На первом, объединенном заседании сената и палаты представителей, встретили Мадоса – тот стал одним из советников председателя Конгресса. Селина прошла мимо, сощурившись, и дернула Илью за руку – дескать, не делай глупостей. Тот изобразил каменное лицо, а Мадос лишь слегка пожал плечами.

– Не понимаю Председателя, – уже в номере пожаловалась Селина. – Не разглядеть, какое черное нутро у этого Мадоса? Но Председатель не духовное лицо, а вот госпожа Ассоль и близко бы его не подпустила. Однако мужчины менее чутки, да и жажда власти ослепляет. Главы мировых религий уже столетие не могут договориться, кто все-таки главнее. Поэтому и верховный наставник так и не появился.

На сессии Илья опять особо не выделялся, зато совершили тур по парижским ресторанам.

На обратном пути Илья решил посетить аффинажный завод в Красноярске, где со времен отца выплавлялась платина из их концентрата – теперь просчитывали вариант строительства такого завода в Зырянке. Для экономии времени полетели самолетом. После беседы со специалистами Илья позвонил Селине:

– Не хочешь посмотреть нашу платину? Как раз готовят к отправке очередную партию.

В похожей на сейф комнате Селина прошлась вдоль стеллажей, поглаживая слитки.

– Похоже, на кругленькую сумму. А сколько ювелирных украшений можно сделать!

– В основном пойдет на технические цели, – сказал Илья. – В качестве денег уже давно не используется.

– А мне на лицеи сколько-нибудь останется?

– Ты жадная, – рассмеялся Илья. – У тебя их уже за девяносто.

– Не у меня, а под патронажем фонда Кэти Варламовой. Но можно открыть еще больше.

– Ладно, посидим с главбухом, посчитаем…

Когда вернулись в Магадан, привычно втянулся в работу по подготовке губернии к зиме. В новогодние каникулы, уже традиционно, слетали в Полинезию, теперь на Самоа.

– Напоминает Сад, – сказала Селина, глядя на голубой простор океана. – Помнишь, как мы плескались на Переландре? У нас будет, что вспомнить.

– Ты опять загрустила, – удивился Илья. – Давай в следующий раз слетаем на Таити.

– Давай, – вздохнула Селина.

Когда готовилась ко второму семестру, опять обратилась к Илье:

– Слушай, тот учебник по истории религий хотят сделать обязательным. Дескать, лучше формирует толерантность, а то участились случаи конфликтов на религиозной почве. Подобных давно не было. Но такая принудиловка уже была когда-то, и ни к чему хорошему не привела.

Илья пожал плечами: – То есть, это будет на уровне закона? Но все законы проходят утверждение в субъектах федерации. Я отклоню его, а ты подготовь обоснование, чтобы я выступил перед Советом автономии. Для обхода моего вето им надо две трети голосов, а они вряд ли попытаются сделать это, для нас проблема не очень актуальная.

Вето он наложил, но члены совета его и обсуждать не стали – хватало более важных вопросов: от распределения налоговых поступлений до строительства дворца наслаждений в Зырянке, которая становилась крупнейшим промышленным центром автономии. Зато в мировых новостях это прозвучало – один из немногих субъектов Всемирной федерации, отказавшихся вводить новый закон.

– Придется выступить на сессии Всемирного конгресса, – вздохнул Илья. – Воспользуюсь твоими замечаниями и добавлю свои.

Селина рассмеялась: – Тебя уже начинают клеймить, как консерватора. Хотя и добавляют: что с тебя взять, если сто лет проспал в какой-то дыре? Странно, как быстро возвращается былая нетерпимость…

Но еще до сессии опять начались проблемы с Хель-гейт. Водохранилище затянуло белой мутью, и вода стала непригодна ни для питья, ни для технических целей. Пришлось срочно сооружать водовод от ближайшей горной речки и сократить объем промываемой породы. Небольшая компания – Илья, Селина, Хрунов, главный геолог и инженер – собралась на берегу водохранилища. Мало того, что вода побелела, она еще и клокотала, выплескиваясь на берег. Резко и неприятно пахло.

Селина поморщилась: – Знаешь, Илья, напоминает вонь под землей, где были эти…

Она не стала упоминать хэ-ути при посторонних, но и так было ясно.

– Да, похоже, кончилась наша спокойная жизнь, – сказал Илья. – А каковы результаты съемки?

Прямо на фоне воды возникла трехмерная проекция. Линии схемы подвигались, совмещаясь с очертаниями берегов.

– Видите, ниже дна водохранилища образовался некий купол, – стал пояснять геолог. – О нем говорила леди Селина, но тогда съемка ничего не зафиксировала. Складывается впечатление, что с тех пор он поднялся сквозь горные породы. Возможно, размягчая их, отсюда и взвесь в воде. Напоминает металлический объект, что когда-то обнаружили в озере Узун-кель, но здесь это не диск, а именно купол.

– Проводите съемку как можно чаще, – распорядился Илья. Он глянул на хорошо видимые дома поселка. – Слишком близко, но кто же знал про такую…

Он запнулся, и Селина невесело рассмеялась:

– Можешь выругаться и вслух, а то подавишься. Мне тоже охота, размечталась о новых лицеях.

Когда остались вдвоем, сказала:

– Мне срочно нужен изумруд, оставила его в Магадане. Мы непозволительно долго откладывали встречу с Кайлитом.

– Побудь тут, – хмуро сказал Илья, – пока я обернусь на ховере.

– Не забудь красное платье, что я надевала в прошлый раз.

Илья вернулся через три часа, ховер губернатора развивал скорость дозвукового самолета. Селина переоделась в кабинете Ильи – пусть и редко, он бывал тут. Надевая платье, фыркнула:

– Боевой наряд рогны.

Накинула легкую куртку, спустились в уже сумеречный холл и через скрытную дверцу на лестницу, ведущую вниз.

– Жаль, непонятно, какой у них час? Вдруг Кайлит женился и спит рядом с молодой женой. А тут мы… – и Селина передернула плечами.

– Не нервничай, – коснулся ее руки Илья. – Ты выглядишь как настоящая леди. – Он открыл дверь, зажегся свет, и вошли.

Селина подошла к зеркалу, а потом постучала изумрудом по стене. Слабый музыкальный звон… Она со вздохом села. – Ждем.

Ждать пришлось долго. Илья уже начал клевать носом, но Селина сидела прямо, не касаясь спинки стула. Наконец пол качнулся, сердце сделало перебой, а стены приобрели опаловый оттенок…

И их унесло прочь!

Ветер хлещет по лицу горячим полотном, все вокруг содрогается, они сидят посреди какой-то сумрачной равнины, и странными кажутся здесь стулья и стол. Илья вскакивает, а следом встает Селина. Ветер путает ей волосы, на щеках румянец… хотя нет, это отсветы пламени. Что-то яростно пылает невдалеке среди черных обломков.

– Где мы? – чужим голосом спрашивает Селина.

Темные тучи почти закрывают небо, в них врезаются зубцы гор. В просветах между облаками тоже угрюмый багровый огонь. Они что, опять попали в Агр?.. Сердце болезненно бьется, словно касаясь ребер при каждом ударе. Стиснув зубы, Илья оглядывает окрестности.

Некая светлая полоса тянется от гор среди темной равнины, и пропадает в какой-то черной дыре. И тут горы громоздятся над ней… а ведь очертания знакомы. Точно такие высятся над Хель-гейт!

Вдруг от тяжкого гула закладывает уши, а почва дергается так, что оба падают на колени. Из дыры выметывается красное пламя – какой-то взрыв! Действительно, врата ада! Хотя губы чуть не трескаются от жара, внутри все заледеневает.

– Смотри! – кричит Селина, указывая назад.

Какое-то мерцающее пятно появляется над светлой полосой и быстро растет, приближаясь. Вдруг начинает расходиться в стороны – и это уже не пятно, а рой.

– С-сейчас! – стуча зубами, говорит Селина.

Она поднимает руки над головой, сплетая пальцы…

– Н-не знаю, что выйдет, – слезы текут по щекам. – Это плотные материальные объекты.

Они уже близко, и видно, что это то ли живые существа, то ли крылатые машины. Скорее машины: они не машут крыльями, а сзади изрыгают красный огонь. У них есть головы, и они странно похожи на человеческие, только глаза стеклянно отблескивают. На головах венцы… или это пучки антенн?

– П'урги, – говорит Илья, стараясь сдержать лязг зубов. – Мы уже видели таких, только теперь они трансформировались для полета.

Один заворачивает прямо к ним, и видно, как на голове проступает подобие лица, хищного и безжалостного. От п'урга отделяется темная черточка.

Селина что-то кричит и воздевает руки выше.

Слепящее пламя встает перед ними, а слух пропадает от звенящего удара. Беззвучно летят осколки камня, и еще чего-то беловатого. Ноги подгибаются, и Илья падает на землю рядом с Селиной. Хотя земля горячая, его бьет жестокий озноб. По щеке Селины тянется красная полоса.

– Надо же, – доносится ее голос откуда-то издалека, – я смогла. Но если будут еще…

Илья поворачивается на бок. Стая п'ургов уже миновала их и приближается к черной дыре. Пламя погасло, оттуда валит черный дым. Вдруг из дыма выныривает чудовищная рогатая голова.

Разверстая круглая пасть, и в ней мерцает бледный фиолетовый огонь! Мощная чешуйчатая шея с зубцами, как у стегозавра! Человеческая фигурка сидит на шее!

Пасть изрыгает реку фиолетового огня – он кажется призрачным, но от жара пузырится кожа на лице. Опираясь на руки, Илья со страшным усилием бросает себя на Селину, втискивая ее в землю. Раздается жуткое шипение, словно вода вскипает на исполинской сковородке. А потом раздирающий уши вопль, и все уплывает во тьму…

Постепенно вернулись смутные ощущения: что-то живое дергается под ним. Илья скатился на бок, и рядом оказалось чумазое лицо Селины.

– Ты меня едва не раздавил, – просипела она. – Как иногда во время секса. – И она истерически рассмеялась.

– Подожди, – тоже хрипло сказал Илья. – У тебя щека ободрана.

Платок когда еще сыщешь, так что придвинулся и стал слизывать со щеки Селины кровь и грязь. Соленый вкус, и песок хрустит на зубах.

– Ладно-ладно, – наконец сказала Селина. – За неимением йода сойдешь и ты. Спасибо. Давай попробуем встать.

Это оказалось непросто, колени подгибались. Наконец кое-как встал и поднял Селину, засунув ей руки под мышки. Оба сразу закашлялись.

Над землей стлалась темная пелена, там и сям догорали какие-то кучи. Смрад стоял ужасный. Илья кивнул на ближайшую кучу:

– Похоже, это все, что осталось от п'урга. Кайлит рассказывал о неких огнедышащая тварях, не он ли на ней явился?

– Борги, – выговорила Селина, отплевываясь. – Ты-то цел?

– Хорошо, что куртка кожаная. Только волосы, кажется, обгорели и на лице волдыри будут.

Селина глянула искоса: – Да уж. Но облизывать тебя не буду, подожди, пока доберемся до аптечки.

– Сначала глянем, что с Кайлитом, если это он? Или уже… уехал?

Небо хмурое, ни следа п'ургов. Спотыкаясь о камни, дошли до темной дыры. Оттуда еще валил дым, как из печи, и слышались удалявшиеся громкие стоны. Прислонясь к валуну, сидел человек. Темный комбинезон, местами лопнувший, маска со стеклянными очками, от нее идут трубки за спину.

– Эй! – хрипло сказала Селина и похлопала маску по щеке.

Медленно поднялась рука и стянула маску. Это действительно был Кайлит, хотя порядком испачканный. Он пошевелил губами:

– Леди Селина? Вы как прекрасное видение. Извините, пока нет сил встать на ноги.

Селина фыркнула: – Учись, Илья. Лежит полумертвый, а говорит комплименты.

– Я в порядке, – запротестовал Кайлит. – Только отдышусь немного… – Он прислушался: – Борг ранен, еле уползает. Эти твари, хэ-ути, быстро совершенствуют военную технику. Сегодня применили ракеты.

– Чего им надо? – хмуро спросил Илья.

– Похоже, не хотят отказываться от Хель-гейт. Они соорудили тут подземный купол, а к нему протянули магистраль от другой точки перехода. В этот раз наземную, а то туннель получится слишком длинным, и его легко завалить.

Илья глянул на Селину: – Наверное, от Горного. Я не говорил, что видел там трехпалый отпечаток?..

– Они перебрасывают по ней оборудование, – возбужденно продолжал Кайлит. – Порядком нам надоели, вот я и решил их притормозить.

Селина покачала головой и, встав на колени, положила пальцы на голову Кайлита.

– У вас воспламенены центры, связанные с Даром, – сказала она. – Рогн учат, как умерять это пламя, иначе смерть. Наверное, трудно контролировать боргов. Полежите спокойно.

Кайлит прикрыл глаза, потом лицо стало разглаживаться. И дыхание сделалось ровнее. Лицо Селины, напротив, осунулось, а глаза потускнели – она будто старела на глазах. Илья прикусил губу и решительно положил руку на плечо Селины.

– Довольно! Ты сейчас сама упадешь.

Вздохнув, она отняла руку от головы Кайлита.

– Хорошо, что у тебя энергии через край, – тускло сказала она. – Можно подпитаться.

Но пока осталась на коленях, а Кайлит пошевелился и довольно бодро встал на ноги.

– Спасибо, леди Селина! Вы вдохнули в меня новые силы. Жалко, у нас нет рогн. Мы все-таки неуклюже обращаемся с Даром.

Селина тоже встала, однако сразу покачнулась. Кайлит поспешно взял ее под руку, а Илья за талию.

– Нас учат долго, – сказала Селина. – А старшие рогны живут в нашем особом мире годами. Удивительно, как вы еще справляетесь. Но будьте осторожнее, Кайлит. Один маленький шаг за другим.

Она огляделась: – Безотрадная местность.

– Руки сюда не дошли, – вздохнул Кайлит. – И еще появились эти… Правда, они и выбирают безлюдные места. Посмотрим, усвоят ли урок на этот раз.

– Пора домой, – сказала Селина. – Всем надо отдохнуть… Да, забыла. Кайлит, есть ли у вас какой-нибудь способ связаться с нами? А то мы оказались совершенно не готовы.

Кайлит покачал головой: – И как я не подумал? Правда, это будет односторонняя связь. Дайте сюда изумруд.

Селина запустила руку под блузку и достала камень. – Извините, я не буду снимать цепочку. Волосы мешают.

Протянула на ладони Кайлиту, а тот придвинулся, достал свой молоточек и приложил к изумруду. Что-то сказал, а скорее пропел. Изумруд тренькнул, и от него будто прыгнула зеленая волна.

– Готово, – сказал Кайлит. – Камень начнет звучать и замигает, когда я пошлю вызов. Это будет означать, что вам надо срочно сюда.

Прядь волос Селины упала ему на щеку, он облизнул губы и отодвинулся. Селина моргнула.

– Всего хорошего, Кайлит, – сказала она. – Отдохните.

– Вы сможете вернуть нас обратно? – спросил Илья.

Получится ли у него: видно, что устал? Но Кайлит кивнул, а в скале открылся опалово мерцающий проход. Они вошли.

Снова туннель с мерцающими стенами, только теперь он раздваивался.

– Вам туда. – махн3ул рукой Кайлит и вошел в другой туннель.

Снова знакомое гудение, вибрация пронизывает тело. Не проходит минуты, и они в знакомом помещении. Опаловый свет меркнет, сменяясь обычным электрическим. Селина вздыхает:

– Похоже, Кайлит стесняется женщин. Я понимаю, там стоит начать ухаживать, и сразу наденут хомут на шею. И тут я, Селайна…

Была ночь, в холле никого, поднялись в кабинет Ильи. Селина стащила платье.

– Теперь хоть выбрасывай, – пожаловалась она. – Надо было аккуратнее меня … придавливать. – И она невесело рассмеялась.

– Надо дождаться утра, – сказал Илья, – и еще раз все обсудить. Будущее Хель-гейт явно под угрозой. Не знаю, почему Кайлит рискует из-за нас? И вообще, что здесь надо этим хэ-ути?

Селина отыскала аптечку (висели во всех помещениях рудника) и стала распылять на его лицо спрей от ожогов.

– Закрой глаза… Надо же, раньше п'урги жалили энергетическими разрядами, а теперь завели механические жала. Ранили даже борга… Постой!

Она отбросила пустой баллончик и выхватила из сумочки трансид.

– Так… Вот оно! «И она отворила колодец бездны; и поднялся дым из колодца, словно дым из великой печи… И из дыма вышла саранча на землю… И саранча по виду своему подобна коням, приготовленным на сражение, и на головах у нее словно венцы, подобные золоту, и лица у нее словно лица людей… и она имела брони словно брони железные, и шум крыльев ее словно шум от колесниц…».[99]99
  Откр. 9.2-9


[Закрыть]

– «Откровение Иоанна», – сказал Илья, – теперь меня так легко не подловишь. Думаешь, п'урги это и есть та саранча?

– А что, похожи. Боевых роботов Иоанн не видел, а звук двигателей вполне мог принять за шум крыльев. Не это ли воинство Темный чертог готовит для битвы за наш мир? Лорд Морион, да и Кайлит говорили, что хэ-ути собираются проникнуть на поверхность земли в нескольких местах.

– Да уж, – пробормотал Илья. – Сражаться с адским воинством?.. Лучше уж взорвать Хель-гейт, как говорила госпожа Кэти. Начинаю понимать, что она имела в виду.

– Боюсь, тут понадобится атомная бомба, – с горечью сказала Селина. – Но все такое оружие давно уничтожено, слишком дорого обошлось человечеству…

Утром узнали, что ночью в районе Хель-гейт было землетрясение, правда без жертв и особых разрушений. Навестили водохранилище: вода успокоилась, а взвеси стало меньше. На совещании обсудили ремонтные работы, но больше пока решили ничего не предпринимать, только разработать план экстренной эвакуации на случай более сильных землетрясений.

– У тебя будет время съездить в Эдмонтон? – спросила Селина. – Давно хочу повидать госпожу Кэти, да и проехаться по нашим колледжам в Канаде. Там вместо лицеев колледжи. Ничего, если я потом задержусь на недельку?