Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

Старичок, в смысле вполне себе еще крепкий мужчина средних лет, скончался не от горя, а от перелома шейных позвонков. Но до этого он зачем-то порезал себе руки и очертил вокруг себя круг кровью. Только в одном месте этот круг был смазан, словно кто-то затер его подошвой сапога. Меч дед Эззелина успел вытащить из ножен только наполовину…

Обруча на голове у него не было, так что Фредонис наложил что-то типа магического гипса на шею, зафиксировав голову в одном положении. Но прежде чем начать ритуал по поднятию зомби, мы решили внимательно осмотреть помещение.

Анаэль и Натан уже изучили его на предмет демоно-ангельских следов и ничего, кроме недавнего присутствия другого демона, не обнаружили.

– В подвале тоже демоном шмонило, – на всякий случай уточнил Анаэль. – Так что наша теория подтверждается. В змее живет демон, и он научился изменять наши заклинания так, чтобы другие демоны не могли ими пользоваться. Поэтому я не вижу эти обручи и не могу войти в порталы Ордена.

Глубокомысленно покивав, мы втроем начали изучать комнату драконьим зрением, я даже обернулась для надежности. И правильно сделала – вся комната была просто напичкана маленькими извивающимися змейками. Они прятались повсюду, очень хорошо прятались. Не уверена, что я бы обнаружила их в облике человека. Вот Ниммей прошел мимо одной такой змейки, и она пошевелила ему вслед раздвоенным языком.

– У нас проблема, – сообщила я мужьям ментально. – Вычистить от этой гадости комнату не получится. Надо выносить тело.

Но тут Ним, как раз в это время роющийся на полках с каким-то старыми тонкими тетрадями, отдельными листами и даже обрывками, вдруг попросил:

– А напомните мне пророчество из легенды о фениксах и змеях.

Анаэль посмотрел на Нима с легкой озабоченностью, но Натан, который, по-моему, вообще все помнил, продекламировал:

– «И будешь потомкам драконьим мстить ты веками, сердце свое насыщая их кровью. И в память о том, что когда-то ты был человеком, будешь все время рождаться из пепла, чтобы, ослабнув от прожитых лет, пеплом осыпаться…»

– Странно, а тут иначе написано! – Ниммей уткнулся в лист и не видел, как из-за книги показалась головка маленькой змейки. Безобидная маленькая змейка…

К счастью, ее заметил Фредо и дернул Нима в сторону. Змейка зашипела… И тут буквально отовсюду начали выползать остальные, перегораживая нам путь к двери и постепенно соединяясь в одно большое чудовище.

– Что, опять?! А новенького в программе ничего нет? – это Анаэль и Натан тоже увидели змея.

Мы начали медленно отступать к окну, но тут выяснилось, что сюрприз поджидал нас и в занавесках – в складках тоже прятались маленькие лазутчицы.

Тогда нас осенило, по-моему, всех одновременно, и мы моментально оказались в нарисованном кровью круге, а испорченную линию Анаэль быстро выправил, использовав кровь мертвеца. Только чтобы втиснуться сразу пятерым, мертвое тело пришлось вышвырнуть. Демон попал им прямо в центр собирающейся как магнитный конструктор очередной магической иллюзии.

Все змейки с полок уже слились в единое целое, и теперь «примагничивались» тварики, приползшие от окна. Но после меткого броска Анаэля конструктор рассыпался, труп с грохотом ударился об пол, голова неестественно выгнулась, так как иллюзия слопала магический гипс… Однако змейки не расползлись, а снова принялись соединяться.

У нас опять произошло мгновенное озарение… Мы все помчались к окну, сначала Фредо и Ним, вновь разнося вдрызг уже кем-то восстановленное стекло, следом Анаэль и Натан, уверенные, что я бегу, то есть лечу, вместе с ними.

Но я, пользуясь своим мелким размером, сделала пируэт и схватила в лапы все что получилось с той полки, на которой рылся Ниммей. Помну-порву – плевать, восстановят! А вдруг здесь что-то важное?!

И-ить! Пока я старалась захапать как можно больше, дурея от жадности, ожившая огромная иллюзия повернулась в мою сторону, зашипела и слегка дернулась ко мне. Плохо соображая от страха, я немного пометалась по комнате, прорываясь к окну. И наконец выпала во двор… в смысле, вылетела и потом очень-очень быстро приземлилась, закончив тянуть на одной ноте «И-и-и-и-ить» только после посадки, обернувшись в человека и встретившись с осуждающим взглядом четырех пар глаз.

– В следующий раз надо выталкивать ее первой, – суровым тоном объявил Анаэль. – Дамы вперед…

– Людей надо уводить, – огрызнулась я, постоянно задирая голову, чтобы посмотреть на окно.

– Тут ты права, – согласился демон.

– А тело ты случайно не прихватила? – с ехидством поинтересовался Ним. – Может, вернешься?

Фредо с осуждением посмотрел на Ниммея, потом на меня, словно проверяя – поведусь ли я на такую глупую подначку. Дудки! Не дождетесь. Хотя тело, конечно, жалко. Столько тайн…

Тут из окна высунулась голова змеи, и мне сразу стало не жалко. Да пропади пропадом эти тайны! Что успела – спасла… А никто даже спасибо не сказал!

Два дуэта – короли и драконы – посовещавшись, решили организовывать вместо эвакуации дезинфекцию помещения. Потому что быстро выгнать народ из замка можно было только устроив массовую панику. Анаэль был категорически против – куча затоптанных толпой, забытых в кладовых и подвалах, бессмысленные смерти…

– Люди должны умирать во славу меня, а не на моих глазах, как стадо баранов, – заявил он и принялся выяснять по артефакту связи, где сейчас природницы и Чезанно.

– Надо еще и Буджардини вызвать, – вспомнил он, закончив разговор с Адварой. – У нас для него есть хорошая новость – наследников же больше нет, так что ему достанется чудесный и почти не подпорченный замок с подвалами и тайными комнатами. Правда, тело деда придется отбить у иллюзии, но это уже мелочи…

Чез, как выяснилось, в попытках проникнуть в тайную комнату не участвовал, вначале вместе с Сальваторе карауля нас у дыры из подвала. А потом, опять же вместе с Сальваторе, бродя по замку, наткнулся на тайный проход, который он видел, а его напарник – нет.

Когда же они в итоге добрели до стены, в которую лбом постучались все кому не лень, то дверь в тайную комнату Чезанно тоже увидел. Но в это время мы уже готовились к дезинфекции, так что заходить ему туда Анаэль запретил:

– Ты будешь нашим оружием, пока второго не подвезут. Так что играем в вампиров…

При упоминании о вампирах подпирающий стенку Адам нервно поежился, но промолчал.

Остальные парни вместе с Демо и Медо бродили по замку в поисках загадок, лежащих на поверхности. Потому что все тайные проходы, двери и комнаты были доступны только избранным.

Адам в число избранных не входил, но ангельским светом по вылезшей из стены иллюзии засветить смог бы. Вот и стоял на стреме в боевой скучающей готовности.

Теперь к нему присоединился и слегка побледневший от достаточно заметной потери крови Чезанно.

– Так, самое страшное оружие у меня, – Анаэль помахал распылителем, созданным путем магической трансформации из какой-то бутылки. – План такой! Вы двое, – он ткнул пальцем в Нима и Фредо, – хватаете по бабе, – он махнул в сторону природниц. – Рекомендую выбирать постарше, с солидным опытом. И размахиваете ими над окном, чтобы они спеленали своими природными силами это чучело. Одновременно в дверь влетаю я, весь такой красивый, и пшикаю в мерзкую рожу кровью Чеза. После чего быстро отступаю обратно, под прикрытие команды ангелов, а Ринка хватает валяющийся без присмотра труп и сваливает с ним в обнимку или за мной, или в окно, как получится…

– Может, ящерицу из участников вычеркнем? – не очень уверенно предложил Ним. – Или пусть она кого-нибудь из девчонок подержит…

– Рыжий, ты же понимаешь, что крупный размер не всегда преимущество? – поинтересовался Анаэль со скептически-ехидной мордой. – Саламандра мелкая и резвая. Мы наивно сбежали, думая, что она летит за нами, а она на глазах изумленной иллюзии давай себе на когти бумажки натыкать, архивариус чешуйчатый. Шокировала монстра, может, он там до сих пор в себя от стыда не пришел. Сейчас ее увидит, пойдет пятнами и распадется на части без нашей помощи…

– Все равно я бы не стал рисковать ящерицей ради трупа.

– А если он знает, как этого монстра убить?! – я решила тоже принять участие в обсуждении.

Нет, если честно, план Анаэля мне не нравился. Одно дело – уже находясь в комнате в порыве… эм… излишнего рвения, схватить кучу документов и свалить на десять мгновений позже. И совсем другое – снова добровольно зайти в эту комнату, пусть и под прикрытием демона. Ясно же, что распылитель с кровью у него для того, чтобы змею от меня отгонять, пока я тело у нее из-под носа красть буду…

Но Анаэль прав, тело нам нужно. Так что все будет хорошо. Я же дракон!..

Чувствуя себя актрисой какого-то крутого детективного боевика, я приготовилась врываться в тайную комнату вслед за Анаэлем. Демон одной рукой держал распылитель, а второй ухватился за ручку двери. Мы ждали сигнала от Нима и Фредо – им же надо было выйти во двор, подлететь к окну, приготовить все необходимое…

– Начинайте! – прозвучал у меня в голове голос Ниммея.

– Пошли! – скомандовала я, оборачиваясь в дракона.

Анаэль широко распахнул дверь и с криком: «Ну что, не ждала, тварь?!» пшикнул чудовищу на хвост, потому что именно им оно обхватило необходимое нам тело. Змея зашипела, резко дернулась, хвост распался на мелких змеек… Природницы в это время быстро создавали на каменном полу огромный пласт земли, слой за слоем, беря материал откуда-то снизу, со двора, словно им его кто-то подавал по конвейеру.

Мелких змеек поглотило первыми, но потом земля начала впитывать и нужное нам мертвое тело. А схватить его без риска было невозможно – змея нависала буквально над ним, шипя и дразня своим раздвоенным языком. Взгляд ее больших глаз излучал торжество… и это меня насторожило.

Еще не очень понимая, откуда столько радости, я обернулась в человека, выхватила у Анаэля его распылитель и опрыскала его всего, целиком, спереди и сзади, крутанув за плечи. А остатки выплеснула в морду твари, прямо в глаз, торжество в котором уже погасло, потому что нам под ноги упало три змейки, и их сразу же засосало в землю.

Пока гадская тварь отвлеклась, став одноглазой, я схватила труп за голову, потому что она единственная еще торчала из вырастающего все больше и больше земляного вала, и дернула со всей силы.

А демон, сообразив, что надо срочно выбираться, пока земля не принялась и за нас, в этот же миг распахнул дверь, и мы трое – я, Анаэль и голова деда Эззи, которая и раньше не очень крепко держалась, а от моих усилий совсем утратила связь с телом – кубарем выкатились оттуда.

Последнее, что я запомнила более-менее осознанно, это как ожидающие нас ангельские силы ринулись на помощь и захлопнули дверь, не дав земле и змею вывалиться оттуда вслед за нами.

Дальше все было очень смутно – болел живот, меня трясло, тошнило… Помню, как Адам попытался отнять у меня голову, которую я волокла за собой, пока ползла на четвереньках прочь от страшного места. Потом я сижу на корточках у стены и меня все дружно успокаивают. А меня трясет как в лихорадке, едва я начинаю вспоминать тех мелких змей, который попадали с Анаэля… Потом я начала требовать, чтобы демон разделся и мы бы убедились, что на нем никого не осталось! Потом пришли Ним и Фредо и очень удивились моим требованиям… Потом…

Потом было лицо Эззи, заплаканное, что-то выкрикивающее… Потом… Потом Ним куда-то нес меня на руках…

Потом… ночь, небо низко нависает надо мной… холодно, страшно, темно… уши закладывает от ветра, деревья качаются, шелестят листвой и скрипят. Весь замок тоже словно стонет и посвистывает. Мелкий противный дождь монотонно стучит по лужам… Я… Нет, не я… Женщина стоит у замка, держа на руках маленькую девочку – годика два-три, не старше.

– Мама?! Ма-ма! Де папа?!

Женщина молча бежит к воротам, прижимая к груди ребенка. Там ее ждет всадник, лица которого не видно из-за длинного плаща, но это явно не папа. Оказавшись у него на руках, девочка начинает плакать.

– Вы уверены, лэра?

– Да, я не могу оставить деда.

– Но он придет за вами. Вы беременны, подумайте о сыне…

– Его отца мысли о сыне не остановили, почему они должны остановить меня? Скачи прочь, быстрее! И береги мою дочь…

– Если что… Мы воспитаем ее как родную.

Когда всадник исчезает в темноте, я… женщина бредет обратно, не обращая внимания на холод, ветер и усилившийся дождь.

Я уже знаю кто это, хотя и не вижу ее лица. Просто мы с ней почему-то словно единое целое. Какое-то странное видение, необычное, без аллюзий. Все четко и ясно.

Я даже знаю, что она живет с дедом, хотя уже давно замужем. Семья мужа не приняла ее, ведь родство с драконами теперь опасно. Охотники планомерно уничтожают всех оставшихся драконов, всех… даже детей. И только ее пока не трогают, боясь сумасшедшего деда. Но дед при смерти. Созданный им в подарок матери на свадьбу феникс – всего лишь глупая птица. А муж… Муж пропал три дня назад, вместе с посохом и алмазом. И больше не у кого искать защиты от другого творения деда…

Да, мало кто знает, что охотниками на драконов управляет сын драконицы, собственный дядя женщины, если определять родство по телу. На самом деле – это голем, созданный дедом, чтобы не расстраивать жену. Голем, в которого заселилась тьма… Тьма, ставшая проклятьем.

Ее мать и отец погибли, сгорели в собственном замке вместе с друзьями и родителями отца.

Этот день должен был стать самым счастливым в ее жизни – она впервые обернулась драконицей с помощью бабушкиной крови и жаркой ночи с будущим мужем. А прилетела на пепелище…

В ту же ночь бабушка исчезла, а дед сошел с ума. Поэтому она больше ни разу не обращалась, ей было страшно. Но сегодня время пришло. Сражаться с големом она будет так, как положено драконам!

… И тут ворота распахиваются, словно от порыва ветра.

Женщина, уже стоявшая у двери в замок, поворачивается и кричит… громко… ужасно громко…

– Это будильник, ящерица! Это всего лишь будильник! Я забыл поставить купол, прости…

Усевшись на кровати, я какое-то время тупо смотрела в одну точку, приходя в себя, а оба моих мужа тоже сидели рядом и смотрели на меня. Наконец, решительно спрыгнув на пол, я объявила:

– Я знаю, где может быть посох!

Выждав эффектную паузу, я пересказала, что мне снилась выросшая дочь той замечательной пары из легенды, девушки-драконицы и парня из рода фениксов. Причем у меня было не предвидение, а поствидение… Не знаю, как оно правильно называется, мы с Хамоном еще это не проходили.

Сначала дерево показало мне разговор этой женщины со своим мужем, учеником ее деда. Теперь, после своего поствидения, я понимаю, почему они встречались тайком, а не жили вместе. Но двум беременностям это не помешало.

Наверное, меня как-то угораздило установить с нею эмоциональную связь… Она ведь уже не в первый раз мне привиделась. В прошлый раз она подсказала нам, где искать развалины. В этот – где искать посох.

Итак, большая часть легенды была правдой. Жили-были некромант и его жена драконица, и родились у них близнецы, мальчик и девочка. Только девочка выжила, а мальчик – нет. Зато из тела мальчика сделали голема, который рос и развивался как живой, потому что внутри у него спрятался взрослый и умный демон.

Потом девочка обратилась в драконицу и вышла замуж за мага огня из рода фениксов. А мальчик обратился в змея… и очень по этому поводу расстроился.

У девочки родилась дочка, которая тоже обратилась в драконицу, выпив крови чистокровной бабушки и переспав со своим будущим мужем. И вот тут-то выросшего мальчика-демона проняло, и он спалил замок мужа своей сестры вместе с сестрой, ее мужем, родителями мужа… и кучей друзей, приехавших отмечать счастливый праздник первого оборота.

После чего змееныш пошел в отрыв и начал уничтожать всех драконов.

Но большинство драконов исчезло, возможно, спрятавшись в другом мире. Даже та, ради которой этот голем и был создан, бабушка женщины из моего видения. Но дедушка остался, хотя и тронулся головой, а как следствие – потерял контроль над своим созданием.

И внучка, оставшаяся бездомной сиротой благодаря змеедядюшке, переехала жить к дедушке. Родила дочь… Когда же пришло время рожать сына, ее мужу приспичило пойти и сократить количество родственников жены на одного змея. Только ничего у него не вышло, что-то он сделал не так, или ингредиентов не хватило. А змеедядюшка решил порадовать племянницу и вернуть ей тело мужа, доставив прямо к дому.

Под громкий крик женщины из сна и реальный звон будильника я успела досмотреть свое поствидение…

В замок входит высокий мужчина с посохом некроманта в руках и бросает женщине под ноги тело ее мужа. В это же время в окне одной из башен замка появляется сгорбленный силуэт, а потом из этого же окна вылетает феникс. Мужчина поднимает голову и понимает, что феникс летит прямо на него. Он начинает отмахиваться посохом, из которого выпадает алмаз. Птица подхватывает камень и улетает прочь от замка. Женщина взмывает в небо синей драконицей, но потом резко пикирует вниз…

Только в этот миг замок начинает быстро разваливаться, словно каждый камень мечтает лично стукнуть голема по голове. И драконица, забыв про своего врага, пытается вытащить из под завала тело мужа. Но все бесполезно – камни сыплются, сыплются, сыплются…

И драконица улетает прочь… а потом из развалин выползает змея… без посоха.

– Представляете, наверное, семья Чезанно – потомки ее дочери, а семья Эззелина – потомки сына, раз они даже герб дедовский в итоге сохранили, – восторженно закончила я пересказывать свое поствидение.

– Знаешь что, ящерица…. – Ним какое-то время помолчал, собираясь с мыслями, а потом выдал: – Спать тебе надо больше!

– Ящерица, ты вообще как? Тебя к людям выпускать можно? А то вчера ты упорно пыталась раздеть Анаэля…

Я проигнорировала последнюю фразу, только покраснела так, что от ушей можно было спички поджигать. Интересно, демон объяснил, с чего вдруг меня потянуло стянуть с него всю одежду, или ходит с загадочным лицом недоизнасилованного? Вот совсем не хочется славы сексуального маньяка, пристающего к другим мужчинам!.. А если я начну пересказывать, как все было, получится, что хвастаюсь.

– Я – нормально, по нему змеи ползали, я психанула…

– Что ты психанула, мы все заметили, – хмыкнул Ним. – Впечатляюще вышло, но звуковых эффектов было мало. Поэтому первое место взял Эззелин. Он сначала тебя убить рвался и из-за деда рыдал, а когда узнал, что потомок драконов, пошел из окна башни прыгать. Его Льдинка еле отговорил. Теперь сидит связанный, ждет, когда за ним отец явится.

– А отец где?

– Пытается через Сенат отбить у нас право вести допрос его тестя.

– Значит, надо быстро допрашивать! – всполошилась я. И-ить, из-за этой головы мы жизнью рисковали!.. – Его же можно оживить без тела?

– Можно, – уверенно ответил Фредо.

К этому времени я уже доползла до ванной и даже умудрилась почистить зубы, теперь надо было заставить себя идти на тренировку, но сил не было. Стыдно – было, а сил – не было.

И на занятиях сидеть и думать над чем-то не связанным с происходящим тоже сегодня не смогу, абсолютно точно.

Поэтому пошли мы в столовую, устроились тихонечко за столом, и через какое-то время к нам начали подтягиваться остальные. Но потом Тимка, Робби, Адам и Агата ушли на лекции, у Фонзи и Ксирономо как раз сегодня была защита, Анаэля и Натана никто с утра не видел… В итоге с нами остались те, у кого занятий уже не было: Роджер, Чезанно и Жан.

– Пойдемте попытаемся выяснить обстановку у ректора? – предложила я. – Тем более мне надо же пересказать свое видение.

Войдя в кабинет, я первым делом уставилась на грустящего в клетке феникса, а потом на стоявшую рядом с ним закрытую овальную коробку. Не надо быть ясновидцем, чтобы догадаться, что там лежит добытая с боем голова последнего владельца птички.

Феникс, увидев Чезанно, оживился, даже заклекотал что-то, наверное, приятное. Чез недовольно искривил губы, но сел поближе к клетке и, пока я отчитывалась ректору, играл с птицей в гляделки.

Лэр Тестаччо, выслушав очень краткую версию моего сна, понимающе кивнул и вызвал малый руководящий состав: проректора и завкафа огневиков.

Нет, я подозревала, что мой сон достаточно важен, но на меня внезапно накатила непривычная апатия. Вот Ниму и Фредо я еще пересказывала сон, подпрыгивая от возбуждения, а в столовой уже ничего не хотелось… Ни завтракать, ни сон пересказывать. А учитывая то, что я сегодня и тренировку, и занятия пропустила – вариантов два. Или я заболела, или у меня скоро…

И-ить! Точно! Самое время же!.. Ладно, будем крепиться и стараться не рыдать из-за пустяков. Ну и намечается неделя воздержания, хотя и так не до секса последнее время.

Внезапно мне стало жаль Сальваторе. Я где-то читала исследование, что у женщин, долгое время живущих вместе, каким-то чудом начинает совпадать цикл. То есть восемь жен, и все недоступны…

Мысленно про себя похихикав, я постаралась изобразить максимально виноватое выражение лица – в кабинет вошли Демо, Медо и Хамон. А я тут лекции прогуливаю.

Вот вызывать с занятий Тимку, Робби, Адама и Агату, а также отрывать от защиты диплома Фонзи и Ксирономо никто не стал – учеба важнее. Зато нашлись Анаэль с Натаном. Демон подмигнул мне с довольной рожей и тут же демонстративно спрятался за Натаниэля. Понятно, будет изображать жертву сексуального маньяка… Ну и плевать! Плевать, плевать, плевать!.. И-ить, главное, не разрыдаться от обиды!..

Гордо отвернувшись от этого клоуна, я принялась под контролем Хамона транслировать свой сон через очередной шар-проектор во всех максимальных подробностях.

– Ясновидение во времени называется психометрией, – просветил меня лэр Гверцони, когда трансляция закончилась и все немного проморгались от увиденного. – Вы каким-то образом установили связь с той женщиной, поэтому такие реалистичные воспоминания и ассоциирование себя с ней. Обычно астральные путешествия в прошлое дают такие же нечеткие видения, как и предсказание будущего. Расплывчатые картины, полные аллюзий и иносказаний. Это происходит потому, что будущее туманно само по себе, а углубляясь в прошлое, наше астральное тело пересекает несколько пластов реальности и может запутаться, выбирая действительно сбывшийся.

Насчет пластов прошлого я не очень поняла, но на всякий случай с умным лицом кивнула. Позже во время уроков все уточню, сейчас же я с трудом боролась с апатией и добавившейся к ней сонливостью. Прав Ним – надо больше спать, иначе организм в итоге подведет тебя в самый неожиданный и неподходящий момент.

– По легенде там кровавое мочилово после свадьбы, а в реальности эту парочку сожгли охотники в то время, когда их половозрелая дочь зачинала внучку, – Анаэль перестал строить из себя идиота и с серьезным лицом посмотрел на меня. – Саламандрочка, а со змеем связь установить у тебя не получится? Нет, я бы тоже сильно обиделся, если бы лет шестнадцать-восемнадцать рассчитывал стать драконом, и в итоге у сестры вышло, а у меня – нет. Когда же драконицей стала племянница, я бы рвал и метал!.. И сожжение сестрички для меня понятно, а вот за что семье ее мужа перепало – не очень. Логичнее было бы всю драконью родню под корень…

– Так он и начал рубить их всех под корень, – напомнила я. – А семью сестры, может, действительно сначала порезали, чтобы выжившие во всем обвинили драконов и встали на сторону змея? Не на пустом же месте эта часть легенды возникла?

– Интересно было бы понять логику змеедемона, – задумчиво протянул Анаэль и пояснил: – Просто есть что-то детское в такой бурной реакции на неоправданные ожидания. Может, детское тело так повлияло на взрослого демона, и он временно впал в легкую стадию маразма? А может, сам демон, затянутый в голема, оказался ребенком?

– И как нам помогут эти знания? – голос Нима прозвучал немного резко, словно он злился. – Кстати, твоя теория с демоном-ребенком разбивается о кучу демонических прибамбасов, о которых ты сам нам все уши прожужжал.

– Ну, подросток уже мог кое-что уметь, до чего-то сам додуматься…

– Душа в големе не развивается, – вмешался Фредонис. – Тело может развиваться, с помощью магии, а душа – только набираться знаний и опыта, но при этом продолжать реагировать на многие вещи соответственно своему возрасту…

– Именно! – обрадовался поддержке Анаэль. – Внешне он может быть взрослым брутальным мужиком, а в душе оставаться подростком. Может быть, это нам и не поможет, но возможно – пригодится.

– А мне плевать, даже если он младенец! – внезапно даже для самой себя рыкнула я. – За почти три миллиона лет мог бы поумнеть, а он продолжает травить драконов, мерзкое пресмыкающееся!..

Анаэль удивленно приподнял вверх брови, хмыкнул, а потом перевел разговор:

– Мы тут с Натаном порылись в бумагах, которые ты с собой в качестве смягчающего средства для посадки захватила.

– Ой, точно! – обрадовалась я. – Там еще Ним про пророчество что-то нашел…

– Да, с пророчеством такая же маленькая лажа, как и с легендой, – Ниммей достал из кармана брюк листок бумаги и протянул мне. – Мы уже на него все потупили, так что теперь твоя очередь.

Тот текст, который отрыли в архивах наши короли, я еще не успела забыть, потому что Натаниэль его вчера декламировал: «И будешь потомкам драконьим мстить ты веками, сердце свое насыщая их кровью. И в память о том, что когда-то ты был человеком, будешь все время рождаться из пепла, чтобы, ослабнув от прожитых лет, пеплом осыпаться. И в этот миг, слабость твою ощутив, во всем мире, в каждой семье, где когда-то рождались драконы, может невеста твоя появиться. И чтобы вернуть справедливость ей было легче, мощь чистокровная в ней возродится. Помни, драконы могут вернуться, едва ты ослабнешь.»

Но на бумажке, которую протянул мне Ниммей, начало было немного другое. Написано все было на таком же непонятном языке, как и мемуары предка Чезанно, но сверху Ним заботливо написал перевод: «И будешь потомков своих охранять ты веками, чтоб сердце врага смогли окропить они кровью. И в память о том, что когда-то ты был человеком…»

– Между мщением драконам и охраной потомков очень большая разница, – я посмотрела на гордого феникса, всем своим видом олицетворяющего презрение к нашему тупому обществу и одновременно очень заметно тянущегося к Чезу. – Значит, для победы нам надо пшикнуть на сердце змея кровью кого-то из потомков феникса?

В это время камень для переговоров с Сенатом замигал, намекая, что с ректором хотят поговорить представители правительства. Новость была условно-приятная. Нам разрешали допросить «останки лэра ДиМауро»…