Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

Соавторы: Рустам Панченко,Ирина Смирнова,Евгений Гришаев,Евгений Кривенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 303 (всего у книги 349 страниц)

– И когда это становится ясным?

– Годам к семи. В этом возрасте мать застала меня, когда я играл с минералами, заставляя их плавать по воздуху. Она даже заплакала от радости.

– Так что все-таки может появиться принц? – улыбнулась Кэти. – Не передеретесь из-за власти?

– Всем хватит, – отмахнулся Морион. – Принцу будут только рады.

– Еще бы, – хмыкнула Кэти, – особенно дочери Хозяек. – И вздохнула: – Ну вот, мы пришли.

Даже жаль оставлять сказочный мир и возвращаться к суровой действительности.

Морион крепко и бережно обнял ее на прощание. Качнулся пол, в последний раз мигнул и угас опаловый свет. Сердце сделало перебой, она снова была в своем мире. Скучноватый штрек, клеть на месте. Разблокировала ее и поехала вверх.

Выходила с опаской, и точно – на нее были направлены парализаторы. Но их тотчас опустили, а люди, хотя и порядком помятые, заулыбались.

– Добро пожаловать, госпожа Кэти, – приветствовал начальник охраны. Порванный пиджак и фингал под глазом подпортили прежний холеный вид. – Извините, только недавно пришли в себя. Нас оглушили издалека, а меня пытались допросить.

Уже очнулись?.. Хотя да, время в мире Мориона течет быстрее. Здесь уже мог пройти час или два.

– Вы не звонили ко мне домой? Они угрожали выкрасть моего сына.

– Только что поговорил с постом охраны коттеджного поселка. Никто не появлялся, все спокойно. Предупредил их быть начеку.

Она с облегчением вздохнула: – Благодарю. А где противник?

Начальник помрачнел. – Вы увидите их, как только выйдете. Некоторые в странном состоянии: неподвижны и будто остекленели, но вроде живы. А другие… вам лучше не смотреть.

– Я посмотрю, – выдавила из себя Кэти.

Снаружи задрожала на холодном ветру, робу оставила в подземелье. Один из охранников поспешил накинуть на нее свою куртку.

– Спасибо, – сказала она. А потом увидела, хотя и смутно в предутреннем свете, некую бесформенную массу. Но сначала накатил запах – словно у кого-то подгорело мясо. В следующий миг она поняла, чем это пахнет, и согнулась в приступе рвоты. Когда выпрямилась (ее опять поддерживали), начальник охраны протянул носовой платок – надо же, чистый и выглаженный.

– Спасибо, – сумела сказать она, хотя горло саднило. – Все получите премию. И компенсацию причиненного вреда.

Теперь она лучше разглядела трупы – словно безликие головешки. Ее повели дальше, и начальник указал на другое тело. Этот был в камуфляже без знаков отличия и лежал с вытянутыми руками, словно сначала поднял их, а уже потом рухнул на землю. Рядом валялся парализатор.

– Его самого не из парализатора, – сказал начальник, морщась и потирая подбородок. – Что-то непонятное.

– Всех таких собрать и где-нибудь запереть, – приказала Кэти. – Они… обездвижены, но потом должны очнуться.

Начальник удивленно посмотрел на нее, а Кэти с отвращением глядела на склад концентрата: стальная дверь валяется в стороне, стена разворочена. Видимо, отзвук этого взрыва и почувствовала в подземелье.

– Как они собирались вывезти это? Глайдеры не поднимут.

– Может, у них есть экранопланы. Или позже прилетели бы вертолеты. Вот, посмотрите на это.

Он потянул ее дальше. Возле производственного корпуса валялись обгорелые обломки двух глайдеров.

– Видимо, на них были снайперы, – сказал начальник. – Но что за оружие было применено, пластик просто испарился? И металл оплавлен.

– Наверное, лучевое, – скучно сказала Кэти.

Начальник поглядел с откровенным изумлением, а она спросила:

– Сколько наших пострадало?

– Убитых нет, лишь несколько ранено. Похоже, применения огнестрельного оружия старались избегать.

А ты напустила на них безжалостных п'ургов. Но те выполнили ее приказ, не стреляли по тем, кто бросил оружие. А если бы она поступила иначе, что сделали бы с ее сыном?.. Она гневно сказала:

– Командовал некий полковник Мясоедов. Не попадался такой?

Начальник охраны развел руками: – Документов ни у кого нет. А если он среди сгоревших, тем более ничего не сохранилось.

– Проводите меня в кабинет Толумана. – Сил едва осталось, чтобы говорить. А надо связываться с полицией, или скорее с боевым подразделением Братства. Надо вызывать Матвея и Толумана…

Перед глазами все поплыло и, похоже, до кабинета ее просто несли.

Глава 7

Толуман

Через два дня после происшествия ему позвонила Кэти.

– Срочно прилетай ко мне в Усть-Неру. Скажи Элизе, что нас не будет несколько дней.

Пришлось оставить ремонтные работы на заместителя. А Элиза сказала тоскливо:

– Опять, Толуман? Когда мы наконец заживем спокойно?

Так что с грустью оставил ее и Ассоль. Кэти ждала в их круглом офисе. Выходя из глайдера, Толуман вздохнул: когда-то морозным вечером сюда заявилась Элиза. Неужели больше десяти лет прошло? Так и вся жизнь пролетит в бесконечной суете…

– Верховный координатор хочет нас видеть, – сказала Кэти. – Приглашает в Москву, где у него вторая резиденция.

– Всех троих?

– Мне и тебе надо обязательно. Матвею – на наше усмотрение.

– А что случилось? Хотя наверное, это связано с нападением.

– Не знаю. Сказали, что объяснят на месте.

– А где Матвей?

– Проверил, нет ли прослушки, и ушел.

Кэти слегка откинулась в кресле. Толуман нечасто видел ее в последние два года. Она стала красивее – спокойной зрелой красотой. Похоже, только что от парикмахера и косметолога: изысканная прическа, безупречная косметика оттеняет светло-зеленые, как зимнее небо утром, глаза.

– Выглядишь изумительно, – сказал он.

– Скоро буду. Матвей привез кое-что. Он сам не поедет: говорит, что мы наверное отправимся в Петербург, и останется чтобы меня подстраховать.

– Когда летим?

– Прямо сейчас. До Якутска, а там нас подберет «Гольфстрим». Незачем делать крюк через Магадан.

В «Гольфстриме» поспали, а при подлете к Москве Кэти скрылась за перегородкой и вышла, переодевшись. Строгое черное платье (как знал Толуман, стоившее бешеных денег), сверкающий бриллиант и подвески. Он покачал головой:

– Только короны не хватает.

Кэти невесело улыбнулась.

В Домодедове к самолету подкатила машина, водитель открыл дверцу для Кэти и повез не к вокзалу, а самолету поодаль. На борту крест в красном, разомкнутом в четырех местах круге – эмблема Братства.

– Похоже, Координатор встречает нас прямо здесь, – сказал Толуман.

Кэти вздохнула: – Так и думала, что не будет другого случая переодеться.

Самолет был скромнее, чем летающие дворцы бывших государственных лидеров (их показывали в исторических фильмах), но салон просторный – со столом и большим дисплеем на перегородке. Их приветствовал… генерал Петров. Только вместо формы теперь носил цивильный костюм, правда опять серо-стального цвета. Белобрысый, с живыми серыми глазами, он словно помолодел. С комплиментом склонился к руке Кэти и усадил ее в кресло за столом. Удивленный, Толуман сел рядом. Кэти тихо сказала:

– Пока ты кормил комаров на Омолоне, генерала избрали Верховным координатором. Так что военную службу он оставил.

Координатор тоже сел. Появилась стюардесса: – Кофе, чай, вода?

Все выбрали кофе. Когда стюардесса ушла, Координатор сказал:

– Коротко поговорим. Летим в Петербург, для переговоров на высшем уровне. Вас пригласил потому, что дело затрагивает вас, к тому же вы как-то незаметно стали самыми влиятельными лицами в Северо-восточных автономиях. Меня проинформировали о нападении на рудник. Кроме того, ваш муж, – он кивнул Кэти, – поделился важной информацией, и мы стали отслеживать действия Империи на севере Российского союза. Смотрите.

Свет померк, и на дисплее появилась карта северо-восточной Азии. Красная линия протянулась от Урала до Норильска, а дальше пунктиром к Хатанге на юге Таймыра.

– Империя восстановила Трансполярную магистраль до Норильска, которую начала сооружать прежняя Россия. Через Енисей пока действует паромная переправа, а зимой намораживают ледяную. От Норильска проведена грейдерная дорога к Хатанге, там закончена реконструкция аэродрома, так что он может принимать тяжелые транспортные самолеты. Налажен воздушный мост между Хатангой и Горным, и с обеих сторон протягиваются грейдерные дороги. В близком будущем Империя сможет легко перерезать Великую северную магистраль, или допустить функционирование только участка Китай – Северная Америка. Потом соединить с ней свою дорогу, отрезав от Российского союза Якутию, Колымский край и Чукотку. Рейд ЧВК полковника Мясоедова мы рассматриваем, как разведочный.

– Что-то узнали об этой военной компании? – спросила Кэти.

Координатор иронически усмехнулся: – В Империи развели руками. Мол, слышали о ней, но правительству она не подчиняется. Некий грабительский рейд, проведем расследование и накажем виновных. Смешно, в Империи всё контролируется госбезопасностью. Кстати, лихо вы с этими коммандос управились. Что за оружие было применено, наши эксперты в растерянности? И еще, видеокамеры зафиксировали каких-то чудищ или роботов.

Кэти вздохнула: – Подобное оружие для вас избыточно.

Толуман слегка усмехнулся: таких выражений явно нахваталась от Матвея, а тот от Руматы.

– А чудища? Снова таинственные друзья?

– Скорее, враги. Но пока о них можно не думать, хотя в будущем могут составить проблему.

– Вы красивая женщина, – сдержанно улыбнулся Координатор. – И таинственная. Ладно, на время оставим это. Мы летим предложить мир и сотрудничество.

Толуман поразмыслил: – Но Империя не сможет закрепиться в Якутии без ее согласия.

Координатор покачал головой: – С Якутией непросто. Она едва выжила после войны, и виновной считает центральную власть. Больших трудов стоило затащить ее в Союз. И сейчас с ней сложно – хочет вернуть территории, отошедшие Колымской автономии. Например, ваш рудник формально на якутской земле, а налоги платите колымской администрации. Я полагаю, что якутские власти склонны вести свою игру. К счастью, имперские базы и пути сообщения находятся на севере Красноярской автономии и не вполне легальны.

– То есть вы сделаете некое предложение, от которого они не смогут отказаться, – хмуро заметила Кэти. – А нас после этого выпустят из Петербурга живыми?

– Надеюсь, что да, – улыбнулся Координатор. – Это же официальный визит. Альтернатива – война.

– Что-то я устала от военных действий, – пожаловалась Кэти.

Но их мнения не спрашивали. Стюардессы помогли развернуть кресла в положение для взлета, зашумели турбины и самолет поднялся в воздух. В иллюминатор было видно, что их сопровождает другой самолет, похоже военный.

Летели недолго, две столицы разделяло всего шестьсот километров. Самолет прокатил мимо аэровокзала со знакомой надписью «Пулково», к отдельному терминалу.

– Я попросил без почестей, – сказал Координатор. – У нас деловая поездка.

Вышел в сопровождении двух охранников, а следом Толуман и Кэти. Все знакомо: хмуро, прохладно, сыро. Кэти предусмотрительно накинула в самолете шубку. На поле уже стояли две машины, из одной вышел офицер (знаки различия были незнакомы) и отсалютовал Координатору.

– Эти двое поедут со мной, – сказал тот.

После заминки – видимо, случилось некое нарушение протокола – разместились. Один охранник сел рядом с водителем, другой отправился в машину сопровождения. Координатор сел на заднем диване справа, Кэти слева, а Толумана поместили посередине.

Тронулись. Откуда-то вынырнула машина с мигалкой и понеслась впереди. Толуман с любопытством осматривался, в прошлый раз особо не погулял. Ничего примечательного: вскоре пошли обычные жилые кварталы, и только улицы были пустынны – видимо, маршрут был расчищен от машин. Даже трамваи (непривычный вид транспорта) стояли, а лица пассажиров прилипли к окнам. Выехали на широкую нарядную улицу, кажется Невский проспект.

– Хорошо бы походить тут по магазинам, – вздохнула Кэти. – Когда ездишь по делам консорциума, не до шопинга. А у тебя, Толуман, Элиза совсем скисла, никуда ее не вывозишь. Бедняжке негде покрасоваться с алмазом, а он ей чудно идет.

Похоже, присутствие Координатора ее не стесняло: привыкла в последние годы общаться с сильными мира сего.

– Я все мотаюсь по тайге и тундре, – пробормотал Толуман. – Воображаю Элизу с бриллиантом среди комаров Омолона.

– Ну-ну, – сказала Кэти.

Координатор прислушивался, но ничего не сказал. Впереди все выше поднимались над крышами два позолоченных шпиля. Автомобиль выехал на набережную и повернул направо. Холодок коснулся груди Толумана – камень предостерегал его.

А еще по ту сторону Невы – отель на Мытнинской…

Роскошный дворец, зеленый с белым. Почетный караул у подъезда. В холле Толумана с Кэти провели через кабинку для сканирования, а Координатора пропустили так. Затем по мраморной лестнице провели в зал. Из окон вид на реку, небольшой женский портрет на стене. Ну да, раньше здесь был музей.

– Император сейчас выйдет, – сказал человек в парадной форме, видимо распорядитель. – Но, Координатор, он хотел поговорить с вами наедине.

Координатор отмахнулся: – Со мной помощник по Северо-восточным автономиям и эскорт. Впрочем, я объясню Императору ситуацию.

Толуман к своему официальному статусу отнесся безразлично, а Кэти возмущенно фыркнула. Распорядитель покосился на нее: без шубки, которую небрежно кинула на спинку кресла, она выглядела блистательно.

– К императору желательно обращаться «Ваше величество», – без особой уверенности сказал он.

– Как ему будет угодно, – сказала Кэти, а Координатор только пожал плечами. Однако, когда отворились высокие двери, он встал.

Императора Толуман несколько раз видел по телевизору, но там его должно быть снимали с тщательно выбранного ракурса, а в реальности он оказался ниже ростом и полноват. Моложавый, в темном кителе или френче – в общем, чем-то полувоенном.

Толуман тоже встал и слегка поклонился – как именно надо, он не знал. Кэти удивила его, сделав реверанс. Император уставился на нее черными, слегка навыкате глазами.

– Вы ослепительны, – сказал он. Только потом пошел навстречу Координатору, и обменялись рукопожатием.

– Я взял спутников, – сказал Координатор, – поскольку они в курсе дел Северо-восточных автономий и влиятельные лица там. Кроме того, это на их рудник было совершено нападение военной компанией некоего полковника Мясоедова.

Одутловатые щеки Императора дрогнуло, он развел руками:

– Сожалею. Я сразу распорядился, чтобы этого… Мясоедова примерно наказали, в любом случае понизили в звании.

– Ваше высочество, – холодно улыбнулась Кэти. – Я опасаюсь, это что ему уже безразлично.

– Вот как? – поднял брови Император. – Ну и не будем об этом. Впрочем, что мы стоим? Присаживайтесь.

Он повел рукой на овальный стол: столешница из розового камня, вокруг стулья с изогнутыми спинками и бархатными сиденьями. Да уж, дворцовая роскошь.

Сели. Координатор сразу взял быка за рога.

– Ваше императорское величество, – в обращении прозвучала едва уловимая ирония. – Российский союз озабочен не только нападением на рудник «КК Платина». Из собранной нами информации следует, что Империя наращивает военное присутствие в северных регионах Союза. Строятся грейдерные и железная дороги, серьезно модернизирован аэродром в Хатанге.

– Ну и что? – снисходительно улыбнулся Император. – Это необходимо для хозяйственного освоения района. У вас все равно не хватает ресурсов для этого. Якутская республика не возражает против нашей деятельности.

– А вот власти Красноярской автономии не давали разрешения на модернизацию аэропорта в Хатанге. По спутниковым данным, там уже совершали посадку военно-транспортные самолеты Империи…

– Это только транспортные, – снисходительно прервал император. – А разрешение… чем это плохо для Красноярской автономии? У них шестьдесят лет не было сообщения с Таймыром, а теперь они могут пользоваться нашим аэродромом… конечно, согласовывая с нашими диспетчерами.

– Далее, – невозмутимо продолжал Координатор. – В сторону Таймыра сейчас движется караван ваших судов. По нашим сведениям, на баржи погружены военные экранопланы. Они вполне могут проникнуть по Лене в сердце Якутской автономии. Вот спутниковые снимки.

Он толкнул по столу информационный чип. Император протянул было к нему руку, но тут же отдернул.

– Пусть наши специалисты посмотрят, – холодно сказал он. – Мне несколько оскорбительны ваши подозрения. Чего вы собственно хотите?

– Если караван собирается следовать в Хатангу, пусть остановится в порту Диксон. Наши инспекторы проверят, есть ли там военное снаряжение? Координатор Красноярской автономии настаивает, что Таймыр должен остаться демилитаризованной зоной. Соответственно, инспекторы должны быть допущены и в Хатангу.

Император, прежде сидевший в вальяжной позе, угрожающе выпрямился:

– Это становится все более оскорбительным, – сказал он. – А если мы не подчинимся этим наглым требованиям?

– Когда ваш караван, не получив разрешения, войдет в таймырские воды, по нему будет нанесен ядерный удар, – жестко сказал Координатор. – Населения там нет, а радиоактивное заражение будет несущественным. В Хатанге мы высадим собственный десант, в сопровождении истребительной авиации.

– Значит, война? – резко спросил Император. – Из-за какой-то ерунды?

– Пока лишь ограниченные военные действия, – пожал плечами Координатор. И то, лишь если мы не достигнем соглашения.

– А в чем оно может состоять? – рассеянно спросил Император, явно что-то обдумывая.

– Мы можем согласиться на расширение вашей экономической деятельности в Северо-восточных Автономиях. В частности, госпожа Кэти, – Координатор слегка повернулся к ней, – не согласитесь ли вы на участие в консорциуме фирм Империи?

– С удовольствием, – сказала Кэти. – Мы встретились с некоторыми трудностями при строительстве в болотистых долинах Омолона и Анюя, – она с улыбкой глянула на Толумана. – А у имперских специалистов большой опыт прокладки трасс в болотах Западной Сибири.

Не столь это для них существенно, но Толуман решил поддержать Координатора: – Да, нас это вполне устроило бы.

– Эксперты могли бы договориться и о других аспектах сотрудничества, – гладко добавил Координатор. – Но это при условии сохранения демилитаризованного статуса всего района. У нас нет желания перебрасывать туда войска.

– Да уж, вы предпочитаете держать их поближе ко мне, – ехидно улыбнулся Император.

– Был печальный опыт на Урале, – невозмутимо ответил Координатор.

– Мне надо подумать, – сказал император. – И посоветоваться со специалистами.

– Пожалуйста, – пожал плечами Координатор. – Но если ваш караван без остановки минует Диксон, то стоит ему войти в безлюдные места, мы нанесем удар.

Император криво улыбнулся и оценивающе поглядел на Кэти: – Кстати, почему ваш муж не приехал? Вы известны, как неразлучная троица.

Та спокойно улыбнулась: – У него дела. И вы не совсем правы, Ваше величество, нам приходится немало ездить поодиночке.

– Ах да. Мне докладывали, что в прошлом году ваш брат, – он хитро глянул на Толумана, – в одиночку посетил Петербург. Правда, инкогнито.

– Ну и что? – спокойно улыбнулся Толуман.

На лице Императора появилось злобное торжество. Жуток был этот внезапный переход от недавней снисходительности.

– Вы неплохо провели время. Я знаю, что у вас есть дочь, но теперь здесь родился и сын.

Вот это да! Оказывается, Инга так и не написала…

– Ах, вот вы о чем? – На этот раз Кэти обошлась без «Ваше величество», а улыбка была ослепительной, как бриллиант на груди. – Брат рассказывал, что вы, а точнее ваша поганая Империя подсунули ему одураченную девчонку (Элизе так и не посмел сказать, а вот с Кэти привык делиться всем). Но она обещала написать, если появится ребенок, и не написала. Значит, вы запретили ей, исходя из каких-то своих низких соображений!

Император выглядел ошеломленным, а Координатор глядел в сторону.

– Между тем, – уже менее гневно сказала Кэти, – вы можете передать ей приглашение, от меня. Пусть приезжает с ребенком, я надеюсь, что смогу найти ей мужа. На стройке Великой северной много замечательных мужчин. Но боюсь, в вас нет великодушия, какое должно быть у лидера страны. А значит, не будет и величия.

Император сглотнул.

– Ну вот, – наконец выговорил он. – Вы дошли до оскорблений. Впрочем, чего и ожидать? Высшие государственные цели не для вашего меркантильного ума.

Кэти, похоже, хотела ответить, но Координатор предостерегающе поднял ладонь: – Так каков будет ответ на наше предложение… ваше Величество?

Император встал: – Может, я еще подумал бы. Но теперь ответ – нет! Это вы можете поразмыслить, каково бросать вызов Российской империи. А чтобы у вас было больше времени… – Он театрально повел рукой.

– Уже четвертой империи, – заметил Толуман. – И каждая следующая живет все меньше и меньше.

– Что? – Император как будто стал выше ростом, а его фигура отбросила грозную тень.

Хотя нет, это все помещение накрыла тень. Потемнело в окнах, темным и таинственным стал женский лик на картине, а свет великолепной люстры желт и тускл.

Что-то запищало, и Координатор достал телефон. Тот был больше, чем у Толумана – наверное, с всякими наворотами, – и на нем перемигивались красные огоньки.

– Связи нет, – холодно сказал Координатор. – Вот каково гостеприимство вашей хваленой империи? Вы не подумали, что я это предусмотрел? Военные действия начнутся незамедлительно, и они не обязательно будут на Северо-востоке?

– Ну, – снисходительно сказал Император, – какое-то время у нас есть. И вообще, давно пора перейти от дипломатической болтовни к делу. Пока оставлю вас в приятной компании, – он кивнул на картину, – а позже за вами придут и препроводят в другое место. Не ставить же здесь биотуалет и таз с водой. Через несколько дней вернемся к разговору, и я полагаю, что вы станете уступчивее.

Он пошел к открывшейся в полумраке двери, и та беззвучно поглотила его. Толуман вскочил и пошел вслед, но дверь уже была закрыта. Снова его запирают в этом сумрачном городе.

– Похоже, мы в ловушке, – молвила Кэти. – Пожалуй, не следовало раздражать его.

– Скорее всего, так и было задумано, – спокойно сказал Координатор. – Мы давно отслеживаем приготовления к военным действиям. Ничего, после нескольких ударов он образумится.

Кэти вздохнула: – Не хочется, чтобы гибли люди. Казалось бы, хватит войн.

Координатор неопределенно пожал плечами, а Толуман по пути обратно завернул к картине.

– Надо же, это «Мадонна Лита», – сказал он, – главное сокровище бывшего Эрмитажа! Император оставил ее лично для себя.

Координатор тоже подошел, глянул и стал расхаживать по комнате, о чем-то сосредоточенно думая. Наверняка у них все спланировано до мелочей.

– Неприятно, – вздохнула Кэти. – Мы как винтики в чьем-то хитроумном плане. Там возможно уже стреляют, а мы взаперти. Как думаешь, куда нас препроводят?

– Недалеко, за реку, – сказал Толуман. – Там Петропавловская крепость с сырыми казематами и полчищами крыс. В одном, кажется, утопили некую княжну, хотя может и сама захлебнулась при наводнении…

Какая-то мысль настойчиво стучалась в голову. Тюрьма за рекой… Храм с подземной тюрьмой, где заперты юные рогны… Испытанная тогда ярость… Слова старшей рогны: «Ты не можешь послать Зов, но через камень я услышу тебя»!

Толуман сунул руку в карман и вернулся к Кэти.

– Брр, – передернула она плечами. – Изумруда я не взяла, не носить же его с бриллиантом. Хотя для него все равно нужна естественная скальная порода…

В ее сумочке вдруг пронзительно зазвонил телефон, и она выхватила аппарат: – Это Матвей, потерял со мной связь. А он дозвонится хоть до чертей в ад.

Послушала, потом сказала: – Да, нас вроде как взяли в плен. И заблокировали обычную связь… Пока ничего не предпринимай, Толуман что-то подозрительно повеселел. Но оставайся на связи.

Не убирая телефон, она повернулась к Толуману: – Хватит теребить свой камушек, я давно знаю про твой талисман. Что у тебя за план?

– Ты знаешь, – сказал он, – политики любят погоняться за двумя, а то и тремя зайцами сразу. Ну, преследуют несколько целей одновременно. Обычно это не выходит, и мой опыт говорит, что лучше сосредоточиться на одном. Однако сейчас тот редкий случай, когда мы действительно можем поймать сразу двух.

Он вынул из кармана цепочку с кристаллом: – Только не знаю, что делать? Не говорить же в него, как в телефон.

– Не очень впечатляет, – пригляделась Кэти. – Похоже на обычный горный хрусталь.

Толуман хмыкнул: – Не всем же изумруды и бриллианты.

Координатор приостановился: – А вы отчаянные ребята. Перешучиваетесь, будто вам ничто не грозит.

– Нас уже пытались сжечь, утопить и замуровать, – сказала Кэти беспечно. – И это еще не полный перечень. Ко всему привыкаешь…

– Ну… – начал Координатор. И смолк.

Дверь медленно отворилась. В проеме снова показался Император, но теперь его лицо было белым, а сзади маячили такие же бледные пятна. Он переступил порог, и стало видно, что к нему прильнула какая-то серая тень. За его спиной сверкнули голубые огоньки – похоже, парализаторы. Ничего не изменилось. Потом от грянувшего выстрела заложило в ушах. На этот раз болезненный стон, шум упавшего тела, и потянуло смрадом горящего мяса. Кэти передернуло.

– Никому не применять оружие, – прошелестел бесплотный, но пронизывающий до костей голос. – Погибнете и вы, и ваш Император… Что же вы остановились, ваше Величество?

Император механической походкой пошел вперед, дверь закрылась, а серая тень отступила чуть в сторону.

– Это старшая рогна, – пояснил Толуман Координатору. – Вам не следует бояться ее. И перечить ей тоже.

– Здравствуй, моя девочка, – обратилась рогна к Кэти. – Не помнишь меня? Я сопровождала тебя на похоронах его отца, – она кивнула в сторону Императора. – А вы, ваше Величество (это прозвучало как плевок) видели ее тогда, но похоже не сделали выводов. Иначе отнеслись бы с большим почтением.

Император прохрипел: – Вы… не смеете вмешиваться… в дела людей. Иди прочь.

Смех рогны походил на скрип железа по стеклу.

– Обычно это так, я не имею права явиться по собственной воле. Но на этот раз меня пригласил человек, который стал другом рогн. Мы обязаны помогать таким. Я долго ждала этого случая… Чего ты хочешь, мой мальчик? – повернулась она к Толуману.

Чувство облегчения, и одновременно пронизывающего холода – осторожно, он открыл дверь для смертоносных сил чуждого мира!

– Первое, – сказал он как можно спокойнее. – Освободи нас из этого места. Второе. Освободи рогн, заключенных в Темном храме, что ниже по течению реки. Охотниц от извращенного Дара, а юных рогн из плена. Это всё.

– Я рада, – прошелестела старшая рогна. – И выполню просьбу. Как ты предлагаешь сделать это?

– Сейчас ты выведешь нас отсюда, вместе с Императором. Мы вместе поедем к храму. Там сделаешь, о чем я просил, а мы подождем. Затем отправимся в аэропорт. Ты постережешь Императора, пока мы не улетим на безопасное расстояние.

– А как же она сама? – вскинулась Кэти. – Ах да…

Во взгляде Верховного координатора было явное удивление.

– Это… похищение государственного деятеля, – прохрипел Император. – Терроризм.

– Если поставишь под угрозу их жизни, – рогна кивнула на Толумана со спутниками, – то умрешь жуткой смертью. Я не буду колебаться ни секунды. Пойдем!

Они вышли из комнаты, где томилась в плену «Мадонна Лита». Император с трудом передвигал ноги, и вспомнилось, каково это – оказаться в капкане рогны. Тем не менее, по указанию старшей рогны он приостановился и громко сказал, хотя и нетвердым голосом: – Ничего не предпринимать! Мне не причинят вреда.

Спустились по роскошной лестнице. Машина из посольства Российского союза все еще стояла в стороне, и Толуман поглядел на нее с сомнением: впятером не уместятся.

– Нам хватит места, – шепнула старшая рогна. – Если разрешишь мне ехать с собой.

– Хорошо, – кивнул Толуман, хотя и передернуло изнутри.

Он поманил машину, и та подъехала. Увидев старшую рогну, шофер на миг застыл, но потом четким движением открыл переднюю дверцу перед Верховным. Толуман сказал Кэти сесть справа, Императору в центре, а сам уселся слева. Старшая рогна просто исчезла, но все тело пронизал неприятный холод.

«Я свободна от пространства, от времени, и даже от собственного тела», – вспомнилось ему.

– Не бойся, – раздалось в голове. – Это не причинит тебе вреда. А мне приятно немного побыть в уютном теплом теле.

Да уж, придется потерпеть.

Машина тронулась, и Толуман сказал, куда ехать. Вскоре остановились у храма.

– С Императором пойду я, – сказал Толуман. – И, конечно, старшая рогна. Остальные ждите.

Верховный координатор хмыкнул. Кэти казалась рассерженной, но ничего не сказала. Вышли. Старшая рогна снова стала видимой.

К ним кинулись охранники, но, увидев Императора, замерли по стойке «смирно».

– Начальника охраны ко мне, – тускло сказал он. – Со всеми ключами.

Вошли внутрь. Толуман лишь бегло глянул на изображения, главное тут таилось внизу.

Прибежал начальник, вытянулся перед Императором. И побледнел, увидев старшую рогну. А затем побелел еще больше, потому что прямо из стены вышли еще четыре таких же тени. Каждая, проходя, кидала взгляд на Толумана, и они пронизывали насквозь. Он стиснул зубы, чтобы не застонать.

– Пойдешь с ними вниз, – скрипуче приказала старшая рогна начальнику. – По их слову откроешь все двери… Ваше величество?

– Выполняй! – так же тускло сказал Император.

Пошатываясь, начальник пошел по пандусу вниз, и серые тени скользнули следом. Постояли. Старшая рогна с горечью смотрела на нишу, закрытую синей тканью, а Толуману вдруг пришло в голову: не появится ли среди девчонок та, что помогла ему в затруднении с туалетом? Вряд ли, два года прошло. Жива ли она вообще?

Но никто не появился, а рогна глянула на Толумана.

– Другие старшие рогны проводят их, каждую в ее вечный дом. Там они отдохнут и сами решат, в какую дверь выйти. А Охотницы лишены Дара. Надеюсь, что они смогут начать новую жизнь. Мы можем идти.

Снова не очень приятная поездка, наконец аэропорт. Пока подгоняли самолет, Старший координатор переговорил по своему телефону, а потом обратился к Императору.

– Мы пока не начали военных действий и не начнем, пока этого не сделаете вы. Мое предложение остается в силе, при вашем согласии назначим встречу экспертов.

– И не вздумайте больше вредить нам исподтишка, – с угрозой сказал Кэти. – Я отвлеку средства от Великой северной, но камня на камне не оставлю от вашего Ордена.

– Мне угрожают? – поднял брови Император, который как будто стал приходить в себя. – Как это сочетается с вашими якобы мирными заверениями?

Координатор усмехнулся: – Она не гражданка Российского союза. Если что случится, можете направлять претензии правительству Канады.

Наконец вышли, чтобы идти к самолету.

– А я с вами пока посижу, – мирно сказала Императору старшая рогна.

В самолете Координатор зашел в кабину пилотов, а Кэти обратилась к Толуману: