Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

Замок Буджардини ничем меня не поразил – обычный, серенький с беленьким, в пять этажей и с крепостной стеной. Никакого креатива. А папаша Эззи ожидаемо мне не обрадовался, зато мама, выждав, пока муж величественно провещает сквозь зубы пародию на приветственную речь, кинулась выяснять, как там сын и что с дочерью.

Узнав, что я собираюсь ее перенести к сыну, женщина сначала отчаянно замотала головой, потом испуганно посмотрела на мужа, но тот с каменной рожей процедил:

– Не собираюсь вмешиваться. Если их величества хотят подвергнуть тебя такому унижению, это их право. Я достаточно опозорен родством с тобой и тем, что уговорил своего друга взять в жены твою дочь!

– Нашу… – растерянно пробормотала лэра Буджардини.

Но лэр, сделав вид, что не услышал последних слов, величественно удалился, объявив напоследок, что все вопросы по устройству «деревенщины» в замке я должна буду решать с управляющим.

К счастью, управляющий оказался нормальный мужик и проблемы «деревенщины» его действительно взволновали. Мы с ним вместе постояли на защитной стене, посмотрели по сторонам, определили, на какие деревни могут напасть, а в каких просто следует предупредить старост и выдать им артефакты вызова помощи из замка.

Начала я с перелетов между намеченными для эвакуации, таких было всего четыре – наиболее близких и к замку, и к порталу. Подозрительных личностей у портала я пока не приметила, но они ведь могли и прятаться? Так что передала приказ красться огородами в замок, а сама полетела разносить артефакты.

В замке управляющий обещал погладить мою паранойю и проверять всех прибывающих, чтобы убедиться – перед ним местный житель. Так что я совершенно спокойно порхала из деревни в деревню, пока, пролетая в очередной раз мимо портала, не увидела группу подозрительных личностей. Большую такую группу…

Вот тут я слегка занервничала, не уверенная, успели ли жители покинуть ту деревню, куда эти подозрительные личности направлялись.

Быстро развернувшись, помчалась проверять, стараясь не опускаться настолько низко, чтобы в меня можно было метнуть нож. Скорее всего, нападение готовилось на мать Эззелина, да и не пробьет ножик чешую дракона, но рисковать почему-то не хотелось.

Но, не удержавшись, пролетая над группой личностей, дыхнула огнем. Правда, больше для устрашения. С той высоты, на которой я мчалась, ощутимый урон нанести было сложно. А жаль…

Что-то я растеряла всю свою доброту, плюнув на переживания об обманутых и запутавшихся. Увлеклись ребята, сильно увлеклись в процессе запутывания… Беззащитных людей идут жечь, во имя какой-то туманной цели и по приказу еще более туманной личности, которую они даже в глаза никогда не видели.

Нет уж, таких и подпалить не стыдно, пусть побегают. Может, распутаются заодно?

Побежали они почему-то не обратно, а туда же, куда и шли – в деревню. Но на двух ножках не получится обогнать летящего дракона. Так что я оказалась у цели гораздо раньше. И первым делом связалась с замком, предупредив, чтобы охраняли лэру Буджардини, окружив ее стеной из магов воды.

Чуть позже, нервически почесываясь, я вспомнила, что мать Эззелина, как и его сестра – заблокированные маги земли. Так что с водяным кинжалом против Элизы змей сглупил, почему-то решив, что она той же стихии, что и брат. И Анаэль тоже забыл этот нюанс…

Но его понять можно – погодки похожи друг на друга, как близняшки, а мы привыкли к Эззи и к тому, что он – маг огня. А Элизу водяной кинжал не убил бы, пользы бы не принес, но убить не убил. Наверное… Не сразу, по крайней мере… успели бы спасти.

Вот на лэру Буджардини спокойно могли напасть и с другим оружием, помня о том, что ее отец – маг земли. А у Чеза вообще все маги воздуха!..

Да, антистихийная магия полна неожиданных для змея сложностей. Он же однозадачный, привыкший только водяных драконов убивать. Правда, до сети и ножа, способного навредить огненным, быстро додумался. Значит, и как землю с воздухом уничтожить, придумает, если мы его не остановим.

Все эти панические озарения, вспыхивающие у меня в голове, я старалась игнорировать, бегая от дома к дому и проверяя, ушли ли хозяева.

Земля, воздух, вода… Фигня!

Огонь! Сейчас сюда придет огонь…

Деревушка стояла у реки, по берегам которой рос кустарник, густо опутанный колючими лозами ежевики и прореженный свисающими над водой ивами. Под ближайшей толпилось человек пятнадцать-двадцать: женщины с маленькими детьми не старше восьми лет. И лишь один пацан лет двенадцати-тринадцати. Хотя по оценивающему взгляду, которым он меня одарил, можно еще годика два накинуть, наверное. Это чудо командным тоном руководило перемещением, отслеживая, чтобы никто не потерялся.

– А где остальные? – растерянно спросила я, даже не став торопить и без меня достаточно быстро рассасывающуюся толпу.

Отмахнувшись, парнишка громким шепотом продолжил командовать:

– Так, теперь ты! Всех взяла? Шагай к замку! А ты приготовься…

И как только женщина, отправившаяся вдоль берега со всей семьей – ребенок на руках, ребенок за руку, ребенок рядом, прижимающий к сердцу кота – дошла до пятой ивы, мальчишка повторил все почти дословно, кивая следующей, еще совсем молоденькой девушке:

– Теперь ты. Хватай своих и шагай. А ты, – ткнул он пальцем в следующую, – готовься!

Наконец деятельный подросток снизошел до меня:

– Часть баб уже в замке, остальные пацаны на их пути стоят, охраняют. А мужики в засаде сидят, ждут.

– Чего ждут?! Они же люди, а на деревню вот-вот нападут маги!

– И чо?! – возмущенно вытаращился на меня мальчишка. – Раз маги, значит, можно наши дома жечь? Не, мы им покажем!.. Только баб всех в замок отправим, а то их сначала из домов не выгнать было – хотели все с собой переть, за скотину хватались, дуры. Потом толкучку на берегу затеяли, а тропа узкая. Так что мужики велели проследить…

Мужики, скорее всего, организовали подростковое воинство, чтобы и дело было, и на рожон не лезли. Плохо только то, что сами решили полезть…

А про скотину я и не подумала даже. Ведь и правда, в каждом доме и корова, и лошадь может быть, или хотя бы коза… И-ить!..

Я нервно оглянулась – охотникам оставалось бежать до деревни совсем немного. Даже парнишка их уже разглядел и напрягся.

– Так… – он внимательно посмотрел на меня и уверенно приказал: – Как до той ивы дойдет, пускай следующую, а я к бате побёг.

– Никуда ты не «побёг», – я поймала рванувшего прочь пацана за руку. – Это я «побёг», а ты всю эту женскую демонстрацию сопровождаешь в замок. Отец же тебе так сделать велел?

Мальчишка нахмурился, выдернул руку, оглядел притихших женщин и недовольно рыкнул:

– Чего ждем? Торопиться надо! – он снова посмотрел на дорогу, оценивая расстояние. – Цепочкой все пошли, мелочь по краю, чтобы не мешались. На юбки друг другу не наступаем… Стой, куда ты прямо след в след прешь?! Пережди, пока хоть чутка отойдет. Теперь иди… Бабы… – последнее слово было сказано с такой покровительственно-осуждающей интонацией, что я не удержалась и фыркнула от смеха.

– Чего ржешь?! Давай тоже в замок.

– Вот уж дудки, это ты – в замок.

– Ты ж тоже баба, так что вперед, следом за остальными, присмотришь заодно! – а интонации в голосе прямо Нимовские, хотя сам голос еще «петушковый», ломающийся.

– Я – дракон, а ты – ребенок!

– Я не ребенок, а мужчина, ясно?! Мужчина сам должен свою семью и дом защищать, а не за бабой-драконом прятаться.

Пару мигов я размышляла, как правильнее поступить с этим «мужчиной», но парнишка воспользовался моим замешательством и, громко свистнув, помчался в сторону бегущих в деревню охотников.

И-ить! Дурдом… Мало того, что дома спасать со скотиной, так теперь еще и за толпой подростков следить, чтобы их магическим огнем не спалили! А сейчас к ним еще и старшие братья с отцами и дедами присоединятся. Убиться плеером!..

Только убиваться было некогда, пришлось обернуться драконом и под радостное улюлюкание, забыв о собственной безопасности, гордо реять, пикируя как можно ниже, чтобы опалить огнем как можно больше охотников и тут же взмывать вверх, чтобы меня не достали ни сетки, ни ножи.

Адреналиновый азарт пытался меня захватить, но дикое чувство ответственности за всех мужчин, живущих в этой деревне, отчаянно мешало. А злость на этих запутавшихся после первых их криков и нескольких самовоспламенившихся живых факелов исчезла, так что и охотников тоже убивать расхотелось… И-ить, я действительно баба! Хочу мир во всем мире, а не это вот все…

У мужиков, правда, все было более-менее организованно. Причем с ними осталось несколько женщин, перехвативших каким-то чудом командование над подростками, выстроив их в цепочки до колодцев и раздав им ведра с водой. Поливали они всех – и своих, и чужих.

Чужим, еще живым, орущим от боли или потерявшим сознание, я, практически на лету обращаясь в человека, блокировала магию, потом снова взмывала в небо драконом. После этого подбегали пацаны и оттаскивали тела к колодцам, чтобы поливать активнее.

Еще ведь надо было не подпускать к таким пленным «спасателей», желающих их воспламенить для возрождения. Придурки, и-и-ить! Возрождать их наши целители будут, потом, когда все закончится.

Среди деревенских тоже было много жертв, но благодаря цепочке с ведрами, сгоревших до смерти было всего двое… трое… и-ить!

Я металась в небе, как психованная, укушенная в задницу, крупногабаритная пчела. На этих огнем дыхни, у этих огонь вдохни, этим магию отними, от этих магов отгони…

Не удивительно, что когда все закончилось… через вечность… целую вечность долей в тридцать-сорок… я просто упала у колодца и, не оборачиваясь в человека, пролежала с закрытыми глазами долго-долго-долго!

– Сдохла, что ли?

– Не, ты чо! Видишь – живот поднимается, значит, дышит. А еще урчит, слышишь?! Во как!

– А чего она тогда не шевелится?

– Спит, похоже.

– А она нас не сожрет? – это мой живот вновь заурчал, напоминая, что время уже обеденное, а я даже не завтракала и ужинала как-то очень поверхностно, прямо надо заметить.

– Не должна. Но у нее хватка – у-у-ух! Видал?

– Это ее пальцы отпечатались?

– Ага! Надо чем-то помазать, чтобы дольше не сходило.

– Везет тебе… а чего она тебя хватала?

Пришлось открыть глаз, чтобы посмотреть на столпившихся вокруг меня мальчишек.

– А ты правда баба? То есть лэра? – уточнил один из них.

Кивнув с каменной мордой, я широко зевнула, показав все зубы, и взлетела вверх, не прощаясь. У меня теперь по плану перелет в Академию, вместе с грузом. Вот там и поем… А то живот снова заурчал, оглушительно громко. Может, сначала слетать поохотиться? Я бы сейчас целую козу слопала!

Чувство долга возобладало над чувством голода, и я полетела в замок. Пусть оттуда и не было просьб о помощи, это совсем не означает, что помощь им не нужна.

Как деревенские мальчишки определили, что я – «баба», не знаю. Но уверена, что в замке о моей половой принадлежности проинформировано большинство живущих. А просить помощи у женщины, да еще и дракона – это моветон…

К счастью, все действительно было в порядке. Сражение с потенциальными убийцами, умудрившимися проникнуть в замок с помощью ментального мага, – наверное, к Веккьони тоже проникли этим способом, я не интересовалась расследованием, переживая за последствия, – прошло в коридорах второго этажа. До комнаты на третьем, где прятали лэру Буджардини, убийцы не добрались.

Змеек обезвредили по методике Элизы – проломив им череп, оказавшийся слабым местом у иллюзий. Наверное, там находился «управляющий центр», и это запустило одну мысль в моем собственном черепе… Одну очень опасную мысль…

И-ить! Я даже рукой отмахнулась, когда поняла, что всерьез размышляю над уничтожением большой иллюзии, охраняющей развалины. Змея надо убивать! Реального змея!.. Как его там зовут? Густава, вот!..

Но для начала надо было позаботиться о сокращении числа корзин…

Подремывая на диване в одной из комнат замка и ожидая, пока лэра Буджардини соберет с собой все «самое нужное», я связалась с Нимом, рассказала ему о сражении в деревне, и мы довольно бурно обсудили, насколько на самом деле правильно возвращать какую-то часть магов, охраняющих ненужные корзины, в альма-матер. Под конец к нам присоединился Натан, чьи мысли Ним просто озвучивал для меня, чтобы не переходить на артефакт связи.

Светлое величество пугала возможность того, что кто-то из старшекурсников мог оказаться ужаленным мелкими иллюзиями, но еще не знать об этом. С другой стороны, маги воды для сражения с охотниками были очень нужны в Академии, потому что и Натаниэль, и ректор с проректором даже не сомневались – клюнет змей на приманку и ринется топтать яйца или в одной, или в другой корзине. Конечно, с одной четвертой от общего числа его наемников сражаться проще, чем с половиной, и, сокращая число корзин, мы тем самым увеличиваем число осаждающих приманки…

Короче, под конец я перестала не то что участвовать в обсуждении, а даже воспринимать здраво перечисления плюсов и минусов. Пусть у Натана и Нима голова болит, они умные, им положено. А я вот сейчас отнесу Эззелину его маму, пусть радуются воссоединению с семьей…

Жаль только, что Роджера, Фонзи и Ксирономо придется оставить в замке Веккьони. Не допру я их…

На всякий случай я, уже через артефакт, связалась с Сальваторе и поинтересовалась, есть ли подземные туннели от нашей пещеры к замку отца Фредо. Затем разговор ненадолго прервался, пока личный дракон настоятеля Ордена копался в карте с сокровищами… то есть с туннелями.

Но когда в комнату уже вошла собранная лэра Буджардини, Сальваторе связался со мной и обрадовал, что он нашел возможность перехода от замка Веккьони и в Академию, и к развалинам Рандаццо. Так что я подхватила мать Эззи и помчалась менять ее на карту и краткую лекцию о том, как передвигаться по туннелям.

Эззелин, когда я опустилась во дворе Академии вместе с лэрой Буджардини, кинулся к женщине и прижался к ней, не обращая внимания на окружающих. При том, что он был выше ее на полторы головы, конечно со стороны выглядело, будто это она его обнимает. Но я-то стояла совсем рядом… Слишком близко, чтобы не замечать – Эззи, как мальчишка, прижался к матери, ища у нее поддержку. Нет, то, что лэра гладила Вазелинку по спине и шептала какие-то ласковые прозвища, меня нисколько не удивило. Мамы готовы нянчить своих детей до их пенсии…

Кажется, впервые я видела Эззи таким. Словно злобный ежик вдруг убрал иголки, и удалось заметить, какая у него нежная пушистая шерстка. Но не для всех.

Про унижение матери он вещать не стал, возможно, потому что знал – мы всех так таскаем, в лапах. Но благодарности за воссоединение семьи я от него не дождалась, да и любоваться на семейную идиллию желания не было.

Я побежала в кабинет ректора, через двор, по коридорам первого этажа. Ворвалась, запыхавшаяся после долгого перелета, уставшая после недавнего сражения, голодная и невыспавшаяся, и наткнулась на своего домового, который как раз заканчивал накрывать на стол, игнорируя осуждающие взгляды лэра Тестаччо. Еще бы – стол-то для переговоров и обсуждений, изучений карт и документов, а тут на нем оказалась миска с супом, тарелка с ломтями хлеба, кувшин с чем-то сладко-ягодно пахнувшим и жареное мясо на блюде… Р-р-р-р!

– Еле успели приготовить, – сообщил мне Тимка, с трогательной заботой наблюдая, как я, урча от удовольствия, вгрызаюсь в ножку какой-то птицы. Надеюсь, они не феникса ради меня зажарили…

– Как знал, что голодная прилетишь, – усмехнулся домовенок. – Ты жуй, жуй, а не сразу глотай! Остальные ребята такие же голодные? Куда девчонки-то смотрят? – я мысленно усмехнулась, потому что Тимоха приписал меня к ребятам, а не к девчонкам.

Только природницам уж точно не до кормления здоровых жлобов, они заняты лечением ужаленных иллюзиями людей и магов.

Кстати, Ниммей упоминал, что дело вроде бы сдвинулось. Хамон, переговорив с Агостиной, сестрой Сальваторе, додумался проверять не только физическое тело, но и ментальное. Оказалось, что все взаимосвязано, так что лечить надо одновременно оба. И пока я летела в Академию, как раз должен был пройти очередной консилиум, теперь уже менталистов.

Когда я допивала компот, со мной связался Анаэль.

– В следующий раз сам тебя спасать не полечу, гонца пришлю, – обиженным тоном заявил он. – Я, значит, как порядочный, почти как ангел, все сам, везде сам, а ты вместо того, чтобы напрягаться, моих подданных эксплуатируешь?!

– Я твоих подданных таскаю из замка в замок, вместо того чтобы страдать под дверью.

Хмыкнув на все высказанное, я решила, что извиняться буду уже лично, а не в присутствии ректора, проректора и трех завкафов. Поэтому просто принялась отчитываться демону о своих успехах. Заодно и здешнее руководство мой отчет выслушало, повторяться не нужно будет.

– То есть ты в Академии? Мерзкую птицу уже видела?

Я вопросительно посмотрела на Тимку. Тот кивнул и махнул рукой куда-то в коридор:

– Он с ребятами…

– Монстра надо запутать, – продолжил тем временем рассуждать Анаэль. – Надо ему показать, что оружие в Академии. А потом перетащить все к Рандаццо…

– Он же рванет сюда! – не поняла я хитрого плана.

– Это сумасшедший типа тебя туда рванет, а разумный демон пойдет сначала уничтожать тех, у кого оружия нет. Психическая атака безо всякого физического ущерба. Так что ваша задача – как-то продемонстрировать охотникам, пасущимся у портала, что у нас есть и посох, и алмаз, и птица эта, чтоб ей осатанеть…

– Красиво полетать над ними и гордо скрыться в тумане? – я задумалась, размышляя как бы так ненавязчиво заострить внимание врагов на том, что мы вооружены антизмеиными компонентами.

– Только осторожнее с колюще-режущими предметами из чуждой тебе магии, – в голосе демона вроде бы промелькнуло что-то похожее на заботу и волнение. – Мне пока не до тебя. Я буду организовывать переброс сил из одного замка в другой, по этому случаю даже у Сальваторе карту забрал.

Сначала я даже не осознала смысл сказанного, только потом сообразила:

– Ты был в Академии?!!!

– Ну прости, тебя не дождался, чтобы в щечку чмокнуть, – рассмеялся Анаэль. – Не заслужила! Свалила свои должностные обязанности на Гальярди, а он затеял шумные разборки со своей бабой прямо под дверью. Зачем держать такую бабу, с которой все время ругаешься? – но вдаваться в философские дебри Темное Величество не стал, закончив разговор повторным предупреждением: – Веди себя хорошо и мерзкую птицу не потеряй. Сделай ей поводок, что ли…

Закончив разговор, я выпила еще кружку компота и поняла, что буквально вырубаюсь. Мой организм принялся старательно намекать, что после сытного обеда полагается поспать, но пришлось, позевывая и потягиваясь, брести в соседнюю аудиторию, где Робби и Адам играли в местные шахматы, Агата болтала с Абангу, а феникс сидел в окружении восьми жен Сальваторе и с независимой мордой клевал с их рук крошки от пирога. Султан, и-ить! Законный муж этого не видит, а то открутил бы голову…

Продолжая сладко позевывать, я кратко пересказала народу последние новости и озвучила задание от Анаэля. Вернее, они уже про него знали, так как их демон озадачил лично, долей пятнадцать назад, когда забегал в Академию за картой. Деятельная темная половина коронованной части правительства даже успела переговорить с ректором и поручить что-то Сальваторе и Медо.

Увидев меня, феникс бросил своих поклонниц, устроился на моем плече и принялся квохтать мне в ухо нравоучительным тоном. Наверное, объяснял, как, по его мнению, мы должны поступить… Жаль, что я не понимаю птичий язык.

– С ним можно в «да» и «нет» играть, – подсказал пришедший вместе со мной Тимка. – Только он нервный и, когда его долго не понимаешь, верещать начинает.

И-ить, все кругом нервные, одна я просто оплот спокойствия…

Народ притих в ожидании представления. А феникс, спорхнув с меня, уселся на спинке скамейки, как на перекладине, и принялся прохаживаться туда-сюда, кося глазом в мою сторону. Красивый яркий хвост действительно делал его похожим на павлина, так же как и снисходительно-высокомерный взгляд умных глаз.

– Тебе пророчества рассказывали? – совершенно серьезно поинтересовалась я у птицы. На меня возмущенно клекнули, и я повернулась к Тиму как к переводчику.

– Это скорее «нет», чем «да», но мы с ним на постукивания клювом договаривались, – Тимошка уселся рядом: – Один удар клювом – да, два удара – нет. А молчать он не умеет, так что квохчет постоянно.

Феникс клюнул по креслу два раза и гордо отвернулся.

– А ты его знаешь?

Феникс расклекался, замахал крыльями, взмыл под потолок и покружил над нами, вереща на своем странном языке, потом уселся на кресло и стукнул по нему клювом один раз.

– То, которое настоящее? – уточнила я.

На меня снова наверещали, но подтвердили, что да.

Я сначала решила зачитывать все, что у нас есть, но потом меня озарило… и, почти не дыша от волнения, я спросила:

– А ты алфавит знаешь?

Ох, как птица обрадовалась! В этот раз очень хорошо чувствовалось, что верещит она не от возмущения. Прямо даже слышалось: «Ну наконец-то доперли, придурки!»…

Только тут выяснилась проблема, о которой я совершенно не подумала. Алфавит феникс знал старый.

Пришлось бежать к ректору, разлиновывать большой рулон бумаги, выписывать на нем древние буковки, потом записывать их в той последовательности, в которой показывал клювом феникс. Короче, когда мы закончили – на улице уже темнело. А мне ведь еще надо было подразнить оружием охотников.

Но тут выяснилось, что Сальваторе и Медо пропадали не просто так, а ходили в разведку и продумали наиболее оптимальный вариант демонстрации «перевоза» оружия в Академию. Дразниться полагалось не настоящим, естественно, но очень похожим.

Сначала я с муляжом посоха в сопровождении феникса, держащего муляж алмаза, улетели как можно дальше, через лес, а потом, гордо размахивая своими ношами, промчались мимо охотников, крутящихся возле портала. Вроде бы быстро, но так, чтобы они точно разглядели и алмаз, и посох, и феникса, и то, что мы с ним работаем в команде.

После чего, когда мы вернулись, ректор вручил нам настоящий посох и настоящий алмаз, и мы уже приготовились убираться отсюда подземными туннелями, как вдруг Эззелин объявил, что хочет отправиться с нами.

Я застыла на время в недоумении, пока Эззи доказывал ректору, что его место там, где будет настоящая битва. У присутствующих при этом цирке Сальваторе и Медо тоже были озадаченно-недоверчивые лица. И пока лэр Тестаччо обдумывал, как бы тактично объяснить Вазелинке, где действительно его место, я не придумала ничего лучше, как мысленно похвастаться Ниму, что у Эззи сорвало крышу. Тут мой муж меня озадачил, выдав: «Тащи к нам, пока не передумал!».

Пришлось вмешаться и намекнуть, что в соседней корзине не возражают против появления такого вот непутевого яйца и даже имеют на него какие-то планы.

Ректор состроил очень скептическое выражение лица, но пожал плечами и махнул рукой:

– Раз нужен, забирайте!.. Не понимаю, зачем он вам…

У меня была смутная идея, но я не стала ее озвучивать. Гораздо сильнее мне хотелось понять, что накатило на Эззи, из-за чего он вдруг решил проявить себя героем. Вот уж сюрприз, так сюрприз!.. Не к добру оно, по-моему.