Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

Соавторы: Рустам Панченко,Ирина Смирнова,Евгений Гришаев,Евгений Кривенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 311 (всего у книги 349 страниц)

Она погрустнела, а глайдер опустился на окраине и поплыл над улицей. Почти нет высоких зданий, уютные дома в два-три этажа.

– В отель, – рассеянно сказала Селина. – Где обычно бронирует места храм Огненного цветка.

Глайдеру этих туманных указаний, похоже, хватило, и вскоре остановились у здания повыше. Все обычные номера были заняты, оставались только класса «люкс».

– Цены, конечно, неумеренные, – вздохнула Селина. – Хорошо, что у меня богатый муж… Пока, – с горечью добавила она. – Номер достаточно взять на одни сутки.

Это «пока» задело, но что тут сказать, непонятно.

Номер оказался двухкомнатный, с роскошной кроватью. Илья глянул на нее и стал примеряться к кушетке в гостиной. Потом подошел к Селине, стоявшей у окна. Яркая Луна висела над темными горами: кое-где белели снежники, но Белухи не было видно.

Селина подняла руки к Луне:

– Здравствуй, Селена! Я, Селайна, приветствую тебя. – Потом тихо добавила: – Завтра. Все решится завтра.

Утро было свежее, воздух насыщен хвойным ароматом, и дышалось удивительно легко. Позавтракали в отеле, и пошли по улице. Мувексов не видно, а гуляющие, похоже, никуда не спешили. У Селины оказался заготовлен длинный список здешних достопримечательностей. Побывали в картинной галерее местного художника, тот оторвался от холста и с удовольствием показывал свои работы. Пейзажи Алтая, какие-то фантастические композиции, портреты. Селина долго рассматривала одну картину, потом глянула на Илью, но промолчала.

Затем настала очередь ботанической коллекции. Алтайские фиалки, голубые бокалы горечавки, синяя сверция… всё в сопровождении объемных фото альпийских лугов. Селина разглядывала увлеченно, а Илье быстро надоело, и он вышел на улицу. Впрочем, скоро появилась и Селина.

– Не могу сосредоточиться, – пожаловалась она. – Так мечтала здесь побывать, а толку…

Пошли дальше. Селина кивнула на афишу:

– Вечером будет мистериал, как раз по «Откровению». Постановка получила мировую известность. К сожалению, мы уже уедем.

Посидели на берегу Катуни. Селина грустно глядела на стремительно текущую голубую воду. Потом зашли в кафе.

– Рядом плодородная Катандинская степь, – сказал Селина, кушая творог со сметаной. – Местные жители занимаются сельским хозяйством, а здешняя богема с удовольствием покупает натуральные продукты.

Илья заказал запеченных хариусов, здесь оказались очень вкусны.

– Ладно, поехали, – наконец сказала Селина. – Как говорила госпожа Ассоль, перед смертью не надышишься. Нам надо на Аккемское озеро. Узнай, там должен быть горный приют. И надо купить продуктов.

Приют на озере был. Зашли в магазин, где Селина набрала продовольствия, погрузили сумки в глайдер (тот так и стоял на улице), и отправились. Сначала вниз по Катуни, потом вверх по горной долине. Из-за отрогов стали подниматься снежные конусы Белухи, а вскоре появилось и озеро. Низкорослые лесочки по берегам, льдины на галечном берегу.

– Тут не покупаешься, – заметил Илья, а глайдер самостоятельно опустился возле двухэтажного приюта.

– Люди, – горестно вздохнула Селина.

Да, людей вокруг приюта хватало. Естественно, идеальное место для горного туризма.

– Глайдер, – решительно сказала Селина. – Летим дальше, к леднику.

– Воздушное движение разрешено только до ледопада, – проинформировал глайдер. – Обзорный маршрут, без посадки.

– К черту разрешения! – объявила Селина. – Нам нужна точка перехода в Сад.

Глайдер помолчал.

– С чьего дозволения?

Селина закусила губу: – Госпожи Ассоль.

Глайдер еще помолчал.

– Ключ для перехода получен, – наконец сказал он. – Точкой, а скорее зоной перехода является весь массив Белухи. Не рекомендую седловину, а тем более вершины. Ваша одежда не соответствует погодным условиям там, даже в Саду.

Илья покачал головой: ничего не понял, и вообще не думал, что глайдеры могут вести такие интеллектуальные беседы. Селина глянула печально:

– Привыкай, Илья. Вот почему люди боятся рогн. Неизвестно, в какую компанию попадешь… – Она вздохнула: – Глайдер, просто на ледник.

Машина снова поднялась в воздух и полетела над долиной. Деревья поредели, потом исчезли. Камень здесь лежал на камне – раздробленный бок горы. Белый от пены ручей скакал навстречу. Ослепительно белые рога Белухи стали уходить вниз, прячась за могучим ледяным лбом. Вот и конец ледника – хаос грязно-серых ледяных глыб, а за ним почти ровное снежное пространство.

– Переход, – неожиданно сказал глайдер.

Сердце сделало перебой. Вокруг стал сгущаться серый туман, возникая со всех сторон. Глайдер пошел вниз и качнулся – сели. Туман уже стоял вокруг непроницаемой серой стеной.

– Где мы? – испуганно спросила Селина.

Илья рискнул положить руку ей на плечо.

– Не бойся. Что-то подобное было со мной, когда я попал в тот мир.

Черные огромные тени вырисовались с обеих сторон. Селина вскрикнула, а ее тело пробрала дрожь. Один громадный пес подступил справа, а другой слева и пригнул морду к водительской двери.

– Не бойся, – повторил Илья. – Это только Псы. Они ведь охраняют храм Огненного цветка, разве ты их не видела?

– Н-нет, – запинаясь, сказала Селина. – Они не появляются уже давно.

Чтобы успокоить ее, Илья опустил стекло и вытянул руку. Стало жутковато – такая зверюга может запросто отхватить ее, – но пес позволил почесать грубую шерсть за ухом. Потом даже лизнул руку жестким, как напильник языком. Дверца со стороны Селины внезапно поднялась.

– Я не открывала ее! – в панике крикнула Селина.

Вторая псина сунула голову в глайдер и ткнулась носом в ее колени. Шумно втянула воздух… и внезапно отодвинулась. Оба пса еще постояли – опять возникло впечатление, что они переговариваются, – и пропали в тумане. А следом туман стал редеть.

– Вот это да! – хрипло сказала Селина.

Снег вокруг мерцает нежной белизной. Ледяные утесы впереди светятся как голубые аквамарины, а расщелины словно налиты изумрудным светом. Золотое солнце стоит в небе пронзительной синевы.

– Это Сад, – благоговейно прошептала Селина. – Госпожа Ассоль немного рассказала о нем. Когда-то твой дед стал одной крови с ним, наверное поэтому тебя и пропускают Псы. Теперь и я попала в клуб избранных.

Она нервно рассмеялась, а Илья прокашлялся:

– Здесь куда красивее, чем в мире, где я побывал. Но похоже, они как-то связаны… Глайдер, здесь есть воздушный контроль?

– Никакого.

– А у тебя есть сведения об этом месте?

– Я сразу подключился к здешней базе данных. Для вас она доступна в ограниченной степени.

– Надо полагать, – пробормотал Илья. Да, это техника даже не двадцать третьего века, тут поработал кто-то, куда более изощренный. Он спросил: – Здесь есть поблизости место для жилья?

– Горная хижина у нижнего ледопада.

– Летим туда. – Илья глянул на Селину: – Или у тебя другие планы?

– Нет, надо дождаться ночи. Сегодня полнолуние.

– Полнолуние в Саду должно быть очень красиво, – рассеянно сказал Илья.

Селина промолчала.

Хижина оказалась довольно обычной, только вокруг не было людей, а вместо осыпей к снегам Белухи вздымались многоцветные альпийские луга. Илья покачал головой:

– Рай для ботаников.

– Это не рай, – вздохнула Селина.

Глайдер опустился на площадку из какого-то гладкого серого материала. Илья поднял обе дверцы, и вышли. В ноздри вошел тонкий аромат цветов, а теплый ветерок ласково погладил волосы.

Удивительно, в стену хижины была вделана стандартная электрическая колонка. Илья подключил к ней глайдер, и зарядный ток сразу пошел, хотя никаких проводов к хижине как будто подведено не было. Технические чудеса продолжались.

Селина уже вошла в хижину, он следом. Интерьер довольно обычный: стол, стулья, две кровати – всё из дерева. Небольшая кухонька с холодильником, и небольшая же ванная. В стене комнаты еще одна дверь, Илья подергал ручку – заперто. Ладно, им хватит.

Селина, не раздеваясь, прилегла на кровать.

– В сон клонит, – зевнула она. – Хотя разница по времени с Москвой как будто всего четыре часа. – И тут же заснула.

Илья тоже прилег, отдохнуть несколько минут, и тоже внезапно уснул.

Проснулся от света. Молочно-белый, он наполнял комнату, и предметы отбрасывали тени. На цыпочках, чтобы не будить Селину, подошел к наружной двери и открыл…

Ослепительно-белый круг полной Луны стоял над седловиной между вершинами Белухи. Их рога сторожили ее, будто свою госпожу. Волос Ильи коснулось дыхание – это подошла Селина.

– Время пришло, – прошептала она. – Я полечу туда одна.

Хотя ночь была теплой, Илью пробрал озноб.

– Даже не думай. Вдобавок, у тебя нет доступа к ручному управлению.

– Тогда пошли. Ничему не удивляйся. И ничего не предпринимай.

Они сели в глайдер, и Илья снова повел его к горе. Снова, как и днем, молочно-белые вершины стали утопать за могучим ледяным лбом. Приземлились на том же месте. Селина вышла, а Илья остался за штурвалом. Яркая огромная Луна висела над седловиной, и лишь черная щель отделяла ее от блестящей снежной глади.

Селина вдруг воздела руки к Луне и начала говорить:

 
«О, Светоносная, с царственным взором Богиня!
Чудом двурогим блуждаешь в таинственных высях.
Крик твой Вселенную будит и в благостных мыслях
Сущность мужскую и женскую дарит святыне.
Склонность к ущербу являешь ты и полноту,
Времени Мать, о, Селена, высокая духом!
Как ты прекрасна, янтарная с дымчатым пухом,
Сну неподвластная Дева, воссевшая в тьму,
Чтобы наполнить пространство сиянием кротким.
О, плодоносная, ты – изваяние Ночи,
Быстробегущая, Вечности юные очи,
Радость несущая Небу явлением четким.
Выйди, Красавица, в небо в наряде лучистым,
Светоч бессонный, премудрости горний родник,
Благоразумная, чист твой блистательный Лик!
Души наполни свеченьем своим серебристым» [85]85
  Орфический гимн Луне


[Закрыть]
 

Илья вздрогнул и поспешил выйти из глайдера. С седловины по снежно-ледовой стене заскользили будто снежные вихри. Они быстро приближались… и оказались женщинами в невесомых белых одеяниях и с развевающимися волосами. Они стремительно проносились мимо – лица были прекрасны и холодны – и исчезали позади, но на смену им новые белые призраки скользили с ледяной стены. Один снежный вихрь застыл перед Селиной, по нему будто скользнула серебряная молния, и вдруг он обрел четкую форму.

Женщина! Волосы не развеваются, а уложены в замысловатую прическу, лицо действительно юное, но в глазах будто холодное мерцание звезд. Селина опустилась на одно колено.

– О, Вечная! – сказала она. – Услышь мольбу моего сердца. Поделись со мною своим женственным светом.

Женщина глянула на Илью, и он, не раздумывая, поклонился, хотя вставать на колено – это уже перебор. Внезапно словно холодный огонь пронизал его.

Женщина вытянула руку – по ней будто стекал лунный свет – и приложила ладонь ко лбу Селины.

«Пусть будет так, – молвила она. Не вслух, но слова отчетливо прозвучали в сознании Ильи. – А ты поделись своим».

Не повернулась, а будто заструилась обратно – к блестящей снежной грани и Луне над нею. А следом и белые призраки с развевающимися волосами, возникая из ниоткуда, заскользили вслед за своей госпожой.

– Вот и все, – тускло сказала Селина. – Больше ничего сделать нельзя. Но неужели это сойдет мне так легко?.. Что же, летим назад.

Приют встретил их, весь облитый лунным сиянием. Оба рога Белухи – левый, острый, и правый, притупленный – светились холодным белым светом. Когда вошли в дом, вторая дверь оказалась открыта. Селина тихо вошла в нее, а следом Илья.

Это была веранда с большими окнами. Сияние Луны и горных снегов здесь было почти нестерпимо. Селина медленно подняла руки к плечам, расстегнула застежки, и платье упало к ногам. Больше на ней ничего не было, тело светилось молочным светом. Илья облизнул пересохшие губы.

– Теперь возьми меня, Илья, – прошептала она. – Мое тело стосковалось по тебе.

– А те язвы?.. – однако Илья уже быстро раздевался. Его трясло от желания.

– Они растаяли без следа в том сиянии. Пусть свет холодный, но он невыносим для исчадий тьмы. Только, Илья… в первый раз я должна смотреть на Луну.

– Садись ко мне на колени.

На веранде был диван, Илья сел и привлек на себя Селину. И его тело стосковалось по ее гладким округлостям. Он застонал, настолько сладостно было войти в нее.

Тело Селины было словно наэлектризовано – оно льнуло к телу Ильи, отзываясь трепетом на его движения и пробуждая в нем будто всплески пламени. Они нарастали, все ослепительнее сиял нимб распущенных волос вокруг головы Селины, и вдруг оба огня – внутренний и лунный – слились во вспышке безумного наслаждения…

Отдышавшись, Илья пробормотал: – Такого я еще не испытывал.

– И я, милый, – задыхаясь, сказала Селина. – Теперь бы доползти до постели…

Сон был глубок и беспробуден, но что-то вдруг безжалостно вырвало его из сна. Илья с трудом сел.

Селины не было рядом!

Он бросился к двери и распахнул ее. Луна спустилась ниже, однако все еще ярко освещала горы. Прежде многоцветные, альпийские луга были серыми в этом свете. Стало видно, что по ним вьется тропка – и по ней к вечным снегам уходила Селина.

В грудь будто воткнули и провернули раскаленный нож. Как был, голый, Илья бросился следом. Было не холодно, ни ветерка, но опять будто снежные вихри заскользили по склонам вниз. Вот они достигли Селины, закружились вокруг, а потом ринулись к Илье. В этот раз они не были безмолвны, зловещий шепот слышался со всех сторон, и двигаться стало трудно – словно холодные простыни пеленали руки и ноги. Все же он продирался вперед, пока будто не уперся в стену.

В отчаянии поднял глаза: белый высокий призрак стоял рядом Селиной и вытягивал руку открытой ладонью вперед. «Стой!» – приказывал этот жест.

Илья собрал все силы. Он будто выдирался из чего-то неимоверно вязкого, движения были чудовищно затруднены… Внезапно освободился и поспешил вперед, а белые призраки разлетелись в стороны. Он вмиг оказался рядом с Селиной.

Снова та женщина! Но теперь прическа, будто клубок змей. В глазах лютое янтарное пламя. Лицо яростное, а в руке черный бич.

– Отпусти мою жену! – потребовал Илья.

Губы женщины стали складываться в презрительную улыбку, но тут она глянула за спину Ильи, глаза расширились, а лицо вдруг приняло спокойное выражение. Селина тоже оглянулась.

– Ох, Илья! – растерянно сказала она.

– А что ты сделаешь? – холодно спросила женщина. – Полезешь в драку? Мое могущество слишком велико для тебя. И не волнуйся, твоя жена вернется.

– Я не стану драться с тобой, – сказал Илья. – Но последую за вами.

Женщина в упор поглядела на Селину: – Он не может присутствовать, когда мы… – Она осеклась. – Прикажи своему мужу уйти!

Селина глянула исподлобья: – Нет! Я не имею над ним такой власти. И ты знаешь, что сейчас он может последовать за тобой куда угодно. Отпусти нас, иначе я разорву уговор!

Женщина вздохнула, и неожиданная нотка печали послышалась в этом вздохе. Она наклонилась к Селине и что-то прошептала. Та молча кивнула.

Снова рать белых призраков заспешила к снегам в вышине, а самый высокий и грозный исчез, словно и не было.

– Ох, Илей! – снова прошептала Селина. – Что ты наделал? Идем, и быстрее.

Пальцы ее были почти неощутимы, и снова будто электрический ток пробежал сквозь тело Ильи. Он повернулся…

И увидел самого себя – невдалеке, распростертым на бесцветном лугу. Лицо белое и неподвижное, а руки раскинуты и стиснуты в кулаки.

– Без подготовки это очень опасно, – прошептала Селина, и слезы текли по ее щекам. – Нас учат долго. Посты, тренировки, и даже так у меня получилось только недавно.

Илья будто плыл за ней над тропой, и казалось, вот-вот растворится в лунном сиянии. Вдруг Селина обернулась, крепко обхватило его, и увлекла за собой на землю. Ощущение небывалого восторга, полного слияния… – всё так ослепительно и невыносимо, что оборвалось в тот же миг. Его опять словно туго спеленали, и с огромным трудом открыл глаза.

Селина привстала рядом – тоже нагая, упираясь локтем в цветы.

– Милый Илей, – прошептала она. – Ты даже вышел из собственного тела, чтобы последовать за мной. Но больше не пытайся так делать. Здесь, в Саду, все очень пластично, только потому это сошло тебе с рук.

Хотя лежали голые на траве, холодно не было – напротив, трава и цветы будто ласкали тело.

– Кто она? – все еще с трудом спросил Илья. – Мне показалось, в этот раз явилась другая.

– Она пришла в другом своем обличье, ужасной Гекаты. Древние Владыки еще медлят в потаенных уголках мира. Я недооценила ее мощь. Без тебя я бы пропала.

– Не вернулась бы ко мне?

– О, вернулась бы! – холодновато рассмеялась Селина. – Но не только к тебе. Я вернулась бы полностью Селайной, вакханкой с жаждой неистовых наслаждений. Одного мужчины мне было бы мало. И на этот раз не выдержал бы ты.

– Да уж, – пробормотал Илья.

Наконец он как будто вернулся в себя. Ласковые касания травы, будто налитые лунным светом груди Селины, ее теплое дыхание на лице – вожделение нахлынуло на него горячей волной.

И он снова овладел ею – на мягкой траве и смятых цветах, и на этот раз земля поплыла под ними, а сил осталось только на стон…

В конце концов, они вернулись в приют. Луна скрылась за горами, будто и она устала, но в свете ярких звезд (их было заметно больше, чем на привычной Земле) тропка была хорошо видна.

– Да, – вспомнил Илья, – ты несколько раз назвала меня «Илей». Почему?

Селина помедлила: – А мама тебя так не называла?

– Пару раз. Но я не обратил на это внимания.

– Ты немного толстокожий, Илья, – рассмеялась Селина. – Я бы непременно спросила. Илей – твое истинное имя, как у меня Селайна. В старинной былине калики перехожие так обращаются к Илье Муромцу. Меня иногда забавляло, ну какой из тебя Илей? А сегодня оказалось, что это действительно так.

– Ну и ну, – пробормотал Илья.

Они подошли к приюту.

– Вот и все, – прошептала Селина. – Сегодня мы должны оставить Сад. Не следует злоупотреблять гостеприимством Владычицы. Я очень изменилась, Илья. Днем я останусь рассудительной Селиной, но по ночам… что-то от безумства Селайны будет просыпаться во мне. Ты почувствуешь это…

И действительно, в ночи полнолуния тело Селины снова, будто наэлектризованное, льнуло к нему, трепетало в его объятиях, а затем весь мир растворялся в ослепительно-сладостной вспышке оргазма.

– Мне порой кажется, – как-то, еще тяжело дыша, сказал Илья, – что я обнимаю не только тебя. Словно в тебе есть и другая женщина, текучая как ртуть.

– Молчи, – прошептала Селина, прижимая палец к его губам. – Об этом ни слова.

По мере убывания луны Селина становилась спокойнее и нежнее, обволакивая его теплотой и негой. В темные ночи перед новолунием возбудить ее было невозможно, и приходилось ждать, пока не появится хотя бы тонкий лунный серп. Но и тогда поначалу будто спала, хотя уже не пыталась высвободиться. Потом легкие волны начинали проходить по ее телу, глаза приоткрывались и слабо блестели, словно луна проливала свет на сумрачное море. Ее объятия крепли, волны становились сильнее, и Илью будто начинала бросать неистовая морская стихия – приходилось прижимать к себе Селину, чтобы удержаться в ее горячей плоти. Наконец яростное пламя разгоралась в паху, сила оргазма сотрясала их тела, а потом наступало сладкое забытье…

– У меня будто несколько жен, – как-то с удивлением сказал Илья. – Ты почти каждый раз другая.

Селина вздохнула: – Щедро меня одарила госпожа Луна. Но без тебя этого не было бы.

Они вернулись в Катунь-град, но не стали задерживаться там.

– Эта публика и без нас прекрасно проживет, – сказала Селина. Теперь она выглядела спокойной и беспечной. – Меня больше интересует другой район, при впадении Урсула в Катунь. Там живописные каньоны, а главное, там рогны уже давно начали работать с животными. Хорошо бы посетить те места. А у тебя какие планы, милый?

Илья сверился с трансидом.

– Ну, это недалеко. Давай съездим, а потом хочу разобраться с Хель-гейт. Так что оттуда отправимся в Усть-Неру.

– Тянет в родные места?

– Ну да. Москва слишком суетливый город. А ты откуда родом?

Селина помрачнела:

– Знаешь, я не люблю об этом вспоминать. Несмотря на все пакты, к девочкам рогнам относятся… не очень. К счастью, у нас собирали группу для поездки в Москву, и в храме Огненного цветка меня приметила госпожа Ассоль. Больше не спускала с меня глаз, а потом предложила остаться при себе. Я впервые почувствовала, что быть рогной не так плохо, хотя дисциплина в обители суровая. Обязательно полная школа, затем институт, и ни шагу без позволения. А муштра старших рогн еще жестче. Так что я прямо ошалела, когда госпожа Ассоль неожиданно вызвала меня и предложила выйти замуж.

– Не жалеешь? – рассмеялся Илья.

– Нет. С тобой оказалось неплохо. А трудности… ну, пока справляемся.

Так что собрали пожитки и отправились в Урсул. С глайдера стало видно, что это не поселок, а скорее усадьба, раскинувшаяся невдалеке от железной дороги.

– Поезда здесь останавливаются только по договоренности, а так проскакивают от Горно-Алтайска до Монголии. Раньше это была усадьба какой-то важной шишки, но теперь поселение энтузиастов. Экологи, зоопсихологи и прочие.

Илья оглянулся на сумрак, сквозь который они пролетели. На горах смутно белел снег.

– Рядом Темная зона, – сказал он.

Селина отмахнулась: – Только Лимб. Темные зоны значительно рассеялись с твоего времени, Илья. Прошло уже несколько периодов полураспада.

Встретили их радушно, подыскали комнату, а вечером состоялся праздничный ужин.

– У нас нечасто бывают рогны из садов Предвечного света, – сказал Максим, руководитель биосферного проекта «Урсул». – Да еще такие очаровательные.

Действительно, мужчины (в основном молодежь) чуть не пялились на Селину, а в женщинах чувствовалась скованность.

– Ты прямо всех обворожила, – сказал Илья, когда остались одни.

Селина вздохнула: – Во мне теперь всегда будет сквозить Селайна. Но не волнуйся, милый, все достанется только тебе.

Утром пошли прогуляться по лесу. Селина рассказывала:

– Здесь обширная и мало затронутая хозяйственной деятельностью территория – от Катуни до Телецкого озера. Местных жителей мало, да и туристов немного, они предпочитают снежные хребты. Хорошо бы организовать тут заказник. Кто знает, о каких местах на Катуни говорится в предсказаниях?.. Кстати, ты опять не читал «Откровение»?

– Дорогая, – улыбнулся Илья, – вечером не до него. Ты куда увлекательнее. А насчет заказника надо поговорить с Максимом, он наверняка в курсе местных дел. Если проблемы с финансированием, я могу подключиться.

Уже некоторое время Селина поглядывала влево, наконец и Илья посмотрел туда же. И оторопел: огромная кошка села в траве и уставилась на него янтарно-желтыми глазами. Рысь! По телу прошел озноб – никакого оружия, даже нож перестал носить. Подобрать хоть сук…

«Мужская особь туповата, – раздался в мозгу скрипучий голос. – Только сейчас меня почуяла. Зачем ты водишь ее с собой?».

«Сама тупая, кошачья особь!» – мелькнуло в голове. Илья продолжал оглядываться.

Рысь вдруг фыркнула и, прижав уши, припала к земле. Сейчас прыгнет! Селина вскинула руки к голове:

– Тише, Илья! Ты нас оглушил. Тебя услышали, наверное, за километры.

Рысь опасливо приподнялась: «Он владеет безмолвной речью?».

Селина потрясла головой: «Пока не очень». И добавила вслух:

– Илья, постарайся больше не думать таким образом. У тебя прорезался талант, но нужно овладеть техникой модулирования. Я буду тебя учить… Это надо же, без Дара.

Действительно, мысль прошла с какой-то особой интонацией – похоже, подхватил ее у рыси.

«Тайша, давай поговорим с тобой позже, скажем в обеденное время у вольера».

«Хорошо, Селайна. До встречи».

Рысь скользнула в сторону и исчезла.

– Да, – покачала головой Селина, – ты не перестаешь меня удивлять. Я-то думала, что заполучила сильного, но недалекого мужика. Что, в общем, приемлемо, – она фыркнула. – А теперь опять вспомнила, что твой отец – Толуман Варламов, сын рогны. Похоже, какие-то таланты передались и тебе.

Они осмотрели просторные вольеры с незагороженными входами, кое-какие животные спали в тени. Селина продолжала рассказывать.

– Самые умные – это рыси и медведи. Неплохо обучаются лисы. У травоядных способности хуже.

– А на этих животных не охотятся местные жители? – спросил Илья. – Не всё же время они в вольерах.

Селина вздохнула: – На крупных животных охота запрещена. Кроме того, надеваем сигнализаторы. Но ты прав, с этим проблема. Местным жителям нужны какие-то средства к существованию. Будь заказник, многие получили бы работу. Здесь можно проложить интересные экологические маршруты – например, к Телецкому озеру…

В обед она отправилась на встречу с Тайшей, а Илья поговорил с Максимом. Действительно, идея заказника обсуждалась, и власти в принципе были не против. Но Алтайская автономия небогатая: добыча полезных ископаемых запрещена, пригодных для сельского хозяйства земель мало, и по большому счету оставался только туризм. За отводимые под заказник земли власти хотели бы получить солидную компенсацию. Илья не стал ничего обещать, но попросил разработать и переслать ему предварительную смету. Все надо обсудить с финансовым консультантом.

Селина пропадала до вечера, а Илья от нечего делать взялся за «Откровение» Иоанна. Комментарии оказались объемистее, чем основной текст.

Селина вернулась оживленная, с раскрасневшимся лицом и очень соблазнительная, но от поползновений Ильи уклонилась.

– Подожди, – рассмеялась она. – Прическу растреплешь, а скоро ужин. Ты знаешь, Тайша упросила взять ее в Сады. У нас тоже свободно гуляют животные, и она не прочь познакомиться.

– Образованная кошка, – удивился Илья, – и про Сады знает. А она там никого не съест?

– Что ты! Рыси с ИПИ – искусственно повышенным интеллектом, едят разве что мышек, а чтобы полакомились, даем синтетическое мясо. К сожалению, без человека им трудно выжить… – Селина кивнула на трансид: – Я вижу, ты все-таки читаешь «Откровение». Ну как?

– Мудрено, – вздохнул Илья. – И все это явно не состоялось. В комментариях сказано, что цифрой 666 зашифровано имя императора Нерона, так что конец света предполагался еще во времена Древнего Рима.

– Не совсем так. – Селина села рядом, и сердце Ильи забилось чаще от ее аромата. – Вот, здесь говорится: «И он сделает то, что всем, малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам, положено будет начертание на правую руку их или на чело их, и что никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание…».[86]86
  Откр. 13, 16-17


[Закрыть] Уже давно всем присваивают индивидуальный код. Раньше для верификации использовался отпечаток пальца или ладони, там неповторимый рисунок линий, а теперь обычно внутренний трансид. Он имплантируется как раз в лобные пазухи, то есть на «чело». А если сказано «всем», это значит, что существует единая, в масштабах планеты, экономическая система. Это как раз наше время, Илья. Считается, что «он» – это Антихрист. Конечно, многое в «Откровении» не очень понятно, однако это написано более двух тысяч лет назад, и сейчас есть предсказания пояснее. Но начни уж с классики.

– Ты у меня образованная, Селина. – Илья исхитрился и слегка укусил ее за ухо, а волосы приятно защекотали ему лицо.

Селина чувственно потянулась: – Ах, Илья, у тебя не эзотерика, а совсем другое на уме. Ладно, черт с ней, с прической…

Тайшу решили взять на обратном пути. Чтобы попасть в Усть-Неру, Илья предложил лететь до Новосибирска, а там погрузиться на поезд Транссиба, с выходом на Великую северную магистраль. Сибирь оставалась не очень населенной, и разрешение на полет получил без проблем. В Новосибирске контроль перенял городской ИИ, и через час уже ехали в поезде. Утром следующего дня прибыли в Усть-Неру.

Селина плотнее застегнула теплую куртку и поглядывала на горы, где еще лежал снег.

– Похоже на Алтай, – сказала она, – но сумрачнее. Давай, подъедем к памятнику, где твой отец.

Больше, однако, смотрела на изваяние матери Толумана.

– Надо же, она теперь Великая рогна. А я еще удивлялась, почему госпожа Ассоль настояла, чтобы ее включили в композицию. Но и твой отец… редко бывает, чтобы сын увидел памятник своему отцу.

Илья только вздохнул. Он уже связался с временным директором прииска, офис располагался в Усть-Нере. Вскоре подъехали к двухэтажному зданию с круглой надстройкой. Директор, Никита Хрунов, вышел навстречу. Естественно, приковался взглядом к Селине, а потом сконфуженно потряс руку Ильи.

– Рад вас видеть, – сказал он. – Пройдемте ко мне.

В холле и коридорах было пусто.

– Весь штат распущен, – пояснил Хрунов. – Осталась только секретарша, да и она чаще работает дома. На руднике, конечно, охрана, в основном ею и занимаюсь.

– Можно посмотреть рудник? – спросил Илья. – Я когда-то побывал там, но дальше здания управления не пустили.

Хрунов развел руками: – По распоряжению представителя госпожи Кэти Варламовой, на рудник никого не пускаем. Охрана дежурит только по периметру. Конечно, вы теперь совладелец, но вопрос о принятии решений нужно согласовать при личной встрече.

– Мне называли его имя, но забыл. И где он живет?

– Господин Джозеф Варла, из семейного клана Варламовых. Живет в Эдмонтоне, Канада, и приглашает к себе. Будет рад познакомиться.

– Да ну, – удивился Илья. – Похоже, придется ехать в Канаду.

– Это всего двадцать часов на поезде Великой северной. Можете воспользоваться и служебным самолетом.

Илья подумал: – Спешки нет, можно и поездом. Только сначала слетаем в Магадан. А потом, не возражаете, если я оставлю глайдер у вас на стоянке? Незачем тащить его в Канаду.

– Пожалуйста. Всегда к вашим услугам.

Когда вышли, Илья спросил: – Селина, как он тебе?

– Не врет, хотя и не говорит всего. Разумная тактика, когда видят, что с тобой рогна.

– Ладно, – вздохнул Илья. – А теперь в Магадан, хочу навестить могилу матери. Но сначала перекусим. В Колымской автономии была вкусная строганина.

Вкусной и осталась. Даже Селина, вначале брезгливо понюхав, стала уплетать за обе щеки.

– Рыбу не рекомендуют рогнам, – сказала она. – Но запрета нет, в отличие от мясного.

До Магадана летели два часа. Селина скептически разглядывала мрачноватый пейзаж: ущелья, снежные поля, полоски лесов.

– И здесь жила твоя бабушка? Недаром, как нам рассказывали, рогнам на Севере не запрещается мясная пища. Даже кровь пьют, б-р-р.

В Магадане ждал сюрприз: кладбища не стало, все останки были перенесены в колумбарий. Но там ИИ сразу отыскал нужную капсулу, и автоматика доставила ее в специальную комнату для поминания. Илья бережно положил руку на маленький ящик – все, что осталось от его матери.

– Ты знаешь, – сказал он Селине, – она почти не знала отца. Провела с ним ночь в рамках какой-то дурацкой программы, и всё. И мне не рассказывала до самой смерти. Я вырос при отчиме, и он относился ко мне неплохо, но ласковой была только мама… Надеюсь, тот, кто ее убил, последовал за мной.