Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

– Спасибо. Даю слово представителю короля Иордании…

Дальше особо не слушал – история почти та же, только там не было шахты, а купол поднялся в пустыне. На карту Ближнего востока, появившуюся в холораме, глянул лишь вскользь. Потом выступил губернатор китайской провинции Синьцзян, а следом губернатор американской территории Айд-Вао,[102]102
  Современные США раскололись на Территории после III Мировой войны (см. «В землях заката»). Айд-Вао включает бывшие штаты Айдахо и Вайоминг


[Закрыть] женщина. Везде купола появились в малонаселенных местах, как и в Колымском крае. Везде попытки переговоров провалились.

А вот насчет применения антивещества мнения разделились, некоторые призывали выжечь заразу раскаленным железом.

– Как я понял, это предлагается в основном, чтобы подтолкнуть к переговорам, – подытожил Сухоруков. – Но я разделяю опасения сенатора Варламова. Давайте мы выслушаем еще одну сторону. Я консультировался с госпожой Ассоль, не привлечь ли к обсуждению старших рогн? Мы знаем, что они весьма могущественны. Получил ответ, что те занимаются только делами рогн, а иногда их близких. Но сама предложила помощь. Она следила за обсуждением из соседней комнаты, разрешите пригласить ее.

По комнате пробежал шумок – очень редко кто-то из трех Наставниц вмешивался в светские дела. Вошла Ассоль, в строгом синем платье. Мужчины встали, а Ассоль приветливо улыбнулась и слегка кивнула Илье.

– Уважаемые дамы и господа, – не садясь, сказала она. – Мы столкнулись с серьезной угрозой со стороны высокотехнологичной цивилизации. Уже давно они скрытно изучают наш мир, а теперь перешли к действиям. Этой расе предназначено сыграть важную роль в событиях, которые давно означены, как Армагеддон. Я знаю, мало кто верит в него, но предотвратить эти события невозможно, мы способны только уменьшить масштабы бедствий. Для этого желательно ограничить доступ хэ-ути на земную поверхность. Из четырех переходов, которые они долго готовили, осталось три. Не следует пытаться уничтожить их ядерным оружием, ответ будет сокрушительным для людей. Первыми хэ-ути его не применят, им нужна власть над миром, хотя бы частичная, а не его разрушение. Против них требуется оружие, которое приостановит их экспансию и вдобавок озадачит, поскольку не вписывается в рамки их узко технического мышления. Все вы знаете, что рогны наделены даром, который позволяет управлять электромагнитной энергией, некоторые даже способны концентрировать ее в виде молний, – Ассоль с легкой улыбкой глянула на Илью. – Но действительно, из рогн получатся плохие солдаты. Менее известна, поскольку держится в тайне, их способность воздействовать на нейронные сети…

Илья стиснул зубы. Наставница рассказывала о том, что он уже знал от Селины, только шире используя научные термины. Неприятный озноб пробежал по телу: одно дело власть над огнем, которая даже восхищала, и совсем другое – способность тайно губить все живое.

– Для мощного воздействия нужны три рогны, собранные в одном месте, – печально закончила Ассоль. – Больше, чем в одном, и не нужно. Думаю, мы продемонстрируем свои возможности, и это заставит хэ-ути остановиться. Я очень не хотела делать такое предложение, но кажется, это минимальное зло. Надеюсь, никто из вас не разгласит этого секрета, доныне он оставался строжайшей тайной рогн.

Похоже, не только Илье, но и другим присутствующим стало не по себе. Наконец генерал Сухоруков откашлялся:

– Рогны никогда не использовали это… оружие против людей?

– Бывало, в прежней Российской империи, – все так же грустно сказала Ассоль. – Так называемых диких рогн специально натаскивали для этого. Это осиное гнездо в Петербурге было разгромлено в конце XXI века и надеюсь, больше таких не осталось. Нынешних рогн с детства учат, что попытка совершить подобное карается немедленной смертью. Старшие рогны на страже.

– Допустим, мы решимся на это, – сказал генерал Сухоруков. – Какое место подойдет больше?

– Нам все равно, – вздохнула Ассоль, – только известите меня заранее. Мы подберем рогн, способных сделать это. А теперь позвольте, я оставлю вас.

Когда она вышла, тоже раздались вздохи, на этот раз облегчения. А губернатор Айд-Вао невозмутимо сказала:

– Я, за. И предлагаю свою Территорию. Слишком близко Йеллоустон, и если из-за хэ-ути там случится извержение, последствия будут всемирного масштаба. – Она поглядела на Илью:

– Или мы, наоборот, спровоцируем извержение? Ведь так и не ясно, почему оно произошло у вас.

– Можно еще раз карту? – спросил Илья.

На этот раз внимательнее разглядывал трехмерную проекцию, занявшую все место над овальным столом.

– У нас магматический очаг был почти под рудником, хотя вулканологи заверяли, что опасности не представляет. Выходит, что ошиблись. Но наши выработки к нему и не приблизились, а вот хэ-ути подобрались близко. У вас же магмы далеко в стороне, и не думаю, что хэ-ути их растревожат. Да и вообще, вряд ли они способны специально вызвать извержение.

– Вы уверены, или только так думаете? – хмуро спросила губернатор.

– Почти уверен. – Не рассказывать же о Кайлите. – Но на всякий случай проконсультируйтесь с вашими вулканологами, и уже потом принимайте решение.

– Пожалуйста, сделайте это быстрее, – сказал Сухоруков. – Но мы еще не выслушали мнение советника председателя Всемирного конгресса. Пожалуйста, господин Мадос.

Илья давно с неудовольствием поглядывал на «господина Мадоса». Смуглое лицо с правильными чертами, темные волосы, элегантно повязанный галстук – Мадос явно пользовался успехом у женщин. Он гладко сказал:

– Жаль, что госпожа Ассоль ушла, я хотел выразить ей свое восхищение. Она сумела убедить рогн отступить от установленного ими правила. Хотя, строго говоря, это правило касается только людей, но я тоже опасаюсь усиления страха перед рогнами, и очень прошу держать их участие в тайне. А что до ее предложения, то я – за. Мы, советники Председателя, склоняемся именно к ограниченному противодействию. Не следует разрушать возможность диалога с другой, технически продвинутой цивилизацией. Может быть, мы еще найдем взаимопонимание.

– Теперь слушаем мнение всех, – сказал Сухоруков, – сначала уже выступивших, а потом остальных членов комиссии. По кругу, я замыкаю обсуждение. После этого голосуем. Вы первый, сенатор Илья Варламов.

– Я против участия рогн, – хмуро сказал Илья. – Похоже, в ваше время отвыкли от жесткого противодействия, и рады спрятаться за спинами женщин. Частично разрешив один конфликт, мы столкнемся с другим – между людьми и рогнами. Неизвестно, что в перспективе хуже. Мы даже не обсудили наших технических возможностей, а они, по моим впечатлениям, огромны…

– Не стали они меня слушать, – пожаловался он вечером Селине. – Половина смотрит в рот Мадосу, и чем он их обворожил? И я не очень понимаю госпожу Ассоль, вот уж танцует меж двумя огнями. В конце концов, если не извержение вулкана, то локальное землетрясение мы способны вызвать, тектоническое оружие уже было применено в Третью мировую войну. Одно хорошее землетрясение под куполом, и оставшиеся руины – хорошая почва для переговоров. Можно попробовать и парализаторы дальнего боя. Сейчас такое оружие запрещено, но технологии ведь осталась.

– Люди отвыкли воевать, – грустно сказала Селина. – Ты для большинства вроде динозавра. Я тоже в сомнении, Илья. Но может быть, это своего рода тест для людей. Госпожа Кэти сказала, что одна возможность еще остается… Ох, я не должна была этого говорить!

– Успокойся. Никому ничего не скажу, да и вообще не понимаю, что ты имеешь в виду. Удивительно, что наш брак еще держится, хотя у тебя одни тайны от мужа.

– В свое время ты узнаешь больше, чем тебе хотелось бы. Пойми, став на колено перед госпожой Ассоль, а потом госпожой Кэти, я связала себя строгой клятвой.

– Разве ты еще послушница?

– Я свободна. Кроме того, что приняла добровольно. Тебя это не касается, Илья… надеюсь.

– Очень утешает, – буркнул Илья. – А я надеюсь, что с рогнами все обойдется.

– Я тоже, – вздохнула Селина…

Темная луна.

Под маскировочной сетью, да еще в защитных костюмах, жарко, пот стекает между лопаток. Зато их не видно с воздуха или из космоса. Он еще раз проверил показания контрольной панели, потом глянул на операторов за наспех собранными пультами. Все трое подняли пальцы, растопыренные буквой «V» – всё в порядке. Скоро узнаем, что еще рогны приготовили людям? Костюмы должны обеспечить защиту, были проверены в условиях жесткого темного излучения.

Он отошел за скалу, с одной стороны которой была натянута маскировочная сеть. Надо отлить, а то в спешке их не снабдили биотуалетом. Почва вздрагивала, за серой завесой вокруг купола шла какая-то работа. Будем надеяться, эти белые уроды скоро свое получат.

Он расстегнул молнию на брюках…

Почему-то стало темно. Будто холодный клей начал разливаться по всему телу. Тошнота, чувство отвращения, он куда-то уплывает…

Наконец перед глазами замаячили желтые пятна, и постепенно слились в сплошной фон. Песок, прямо перед глазами! К горлу подступила тошнота, и тело скрутили жестокие приступы рвоты – едва успел опереться о землю, а потом перекатился на бок. Еще долго сухие спазмы надрывали грудь, наконец сумел подняться на трясущиеся ноги.

Пошел обратно, то и дело хватаясь за выступы. По телу пробегали волны озноба, а позвоночник будто немилосердно кололи иголки… Вот и другая сторона скалы.

Люди из исследовательской группы валяются на земле: тела скрючены, лица в крови и блевотине. Он пытается активировать трансид, но перед глазами возникает красная надпись: «соединение невозможно». Тогда, еле передвигая ноги, идет к столу с аппаратурой и еще успевает нажать кнопку тревоги.

Снова темнеет, клей полностью сковывает тело, и будто темная луна плывет перед глазами. Потом все окончательно меркнет…

– Рогны сразу поняли, что произошло нечто ужасное, – угрюмо закончил Илья. – Хэ-ути почти сразу исчезли из их поля зрения, но они вдруг увидели ауры четырех умирающих мужчин. Трое погибли сразу, четвертый еще жил некоторое время. Старшая из рогн пыталась поддержать его жизнедеятельность, по ходу считывая последнюю информацию с мозга. Какая-то секретная служба пыталась получить данные о механизме воздействии рогн, как когда-то охотились за секретом «черного света». Рогны сразу известили о происшедшем губернатора Айд-Вао. Тайны уже не сохранить, вот-вот все будет в новостях. Членов комиссии, конечно, оповестили сразу.

– В закрытой сети рогн уже идет обсуждение, – тускло сказала Селина. – Она забралась с ногами на диван и смотрела, как погружается в сумерки гладь моря. – Хэ-ути удалось легко погасить: оказалось, что их нервная система не выдерживает «света темной луны», так мы называем это излучение. Оно близко «черному свету», но действует только на живое. Людям бы радоваться, но боюсь, они станут мусолить другое – смертоносность рогн… Известно хоть, как отреагировали хэ-ути? Не хочется, чтобы люди получили ядерный удар.

– Завтра узнаем, – сказал Илья. – Там наступает утро, за день должно что-то проясниться.

Встретились лишь за ужином. Селина выглядела усталой, но есть не стала, прихлебывала только молоко.

– По холовидению обсуждают, какой жуткой силой обладают рогны, – горько сказала она. – Вспомнили название одной старой книги – «Мерзейшая мощь». Даже про купол хэ-ути говорят меньше. Нашли вокруг него тела этих существ, будут изучать. П`урги тоже выведены из строя, они оказались биороботами. Как оставшиеся хэ-ути, вышли на связь?

– Да, – вздохнул Илья, – но это пока закрытая информация. Из этого самого купола выехала машина наподобие глайдера, с парламентером. Под белым флагом, они неплохо изучили наши обычаи. Как выглядит, мы уже знаем, а общение шло по-английски. Потребовал воздержаться от других ударов, иначе они действительно применят ядерное оружие. Со своей стороны, обещал, что не будут создавать других куполов. Ограничатся существующими тремя и ареалами, которые уже контролируют. Зачем им это, не сказал. Мы уже обсудили в комиссии, и наверное посоветуем согласиться. Идти на риск ядерной войны и я не готов.

– В общем, устанавливается некое статус-кво, – задумчиво сказала Селина. – На время. А вот продержится ли статус-кво с рогнами?..

Следующие дни она ходила своя не своя.

– Идет настоящая травля рогн, – чуть не плача, – сказала она. – Нас называют чудовищами. Кое-кто призывает расследовать случаи неожиданных смертей, не вызваны ли они рогнами? Говорят, что это мы приоткрыли дверь для хэ-ути. Участились оскорбления, и я боюсь: у некоторых юных рогн может оказаться мощный Дар, а их едва начали обучать. Люди не имеют представления, сколь ужасен может быть их ответ.

Глядеть на расстроенную Селину было горько, но как успокоить, тоже неясно.

А потом это случилось…

Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, решил навестить свой старый гараж, заодно и петли смажет. Почему-то не хотелось, чтобы о гараже кто-то прознал (видел один охранник, но давно), так что взял мувекс и поехал один. Оглядел захламленное помещение – неужели иногда это был его дом? – смазал петли и уже возвращался к мувексу.

Вдруг из-за гаражей послышался шум и крики. Дети играют?.. Не похоже, крик девичий и явно испуганный. Прямо прохода не было, пришлось обогнуть длинный ряд гаражей. Пока шел, крики стали отчаянными. Побежал и наконец-то вырвался за угол.

Двое подростков тянули растрепанную девчонку за руки, а третий пытался задрать ей юбку. Девочка дергалась и отбивалась ногами, туфельки уже слетели. Глаза ярко-голубые – рогна!

– Валите ее на землю! – крикнул занятый девичьей юбкой. – Навалюсь сверху, и пусть дрыгается, сколько хочет.

– Прекратить! – рявкнул Илья, выхватывая тазер (давно перешел на современную уменьшенную модель).

Подростки обернулись к Илье, выпустив руки девчонки. Та молниеносно отпрыгнула и сложила вместе ладони.

– Нет! – закричал Илья. – Я губернатор. Сейчас здесь будет полиция.

Поздно! Этой даже не понадобилось формировать огненный шар. Наверное, ужас и отчаяние подхлестнули ее далеко за пределы скромных возможностей юной рогны. Из ладоней вырвалась струя синеватого огня и ударила в грудь подростка, который еще тянул руки к ее юбке.

Того охватило пламя. Илья окаменел, не в силах оторвать взгляда: волосы и одежда мальчишки осыпались пеплом, плоть вспыхнула и стала таять, из нее проступили ребра – сначала белые, но на глазах становящиеся угольно-черными. Обдало волной жара и смрадом горелого мяса. Вряд ли сгорающий заживо мог кричать, но пронзительный крик девочки и вопли двух подростков раздирали уши.

Мальчишки дернулись было бежать.

– Стоять! – приказал Илья, с трудом переводя на них ствол тазера. Без крайней необходимости НЕ СТРЕЛЯТЬ В ДЕТЕЙ! И крикнул: – Трансид, полицию сюда, немедленно!..

Когда вечером наконец пришел домой, Селина бросилась ему на шею прямо в прихожей. Она плакала, и щеки Ильи тоже стали мокрыми от ее слез.

– Ужас! Я все видела в новостях. И еще несколько случаев, по всему миру. Рогн оскорбляют, насилуют. Что на людей нашло?

Илья прижал ее к себе, а потом хмуро повесил плащ (так и не привык к «одежде» из уплотненного воздуха).

– Где такое еще случилось?

– Самое громкое – все же у нас, в Магадане. И знаешь, многие винят девочку. Дескать, позабавились бы с ней и отпустили. Подростков было достаточно поместить в центр коррекции, это уже сурово. А она сожгла одного заживо. Не понимают, что рогна не может контролировать свой ответ на насилие. Эта совсем юная, и в ней с такой мощью пробудился Дар. Но может, хоть будут остерегаться.

– Не уверен, – вздохнул Илья. – Чует мое сердце, это только начало…

Так и оказалось. Холовидение беспрестанно показывало обгоревшее тело. Сыпались предложения изолировать рогн от общества, чтобы общались только с животными. Появились жертвы среди рогн: одну зарезали в подворотне, другую застрелили издалека. Жуткий случай произошел на Североамериканских Территориях, когда попытались затащить юную рогну в ретро автомобиль на бензине. Взорвался бензобак, три подростка сгорели заживо, рогна получила тяжелые ожоги…

– Не особо боятся, – горько сказала Селина. – Ты был прав, Илья, когда говорил, что мужчины любят опасные игрушки. Для части молодежи охота на рогн стала чем-то вроде спорта – опасно и щекочет нервы. Без толку наши образовательные потуги.

– Ну, это только для малой части, – возразил Илья. – Не думаю, что на это способен кто-то из выпускников наших лицеев. У нас образование все-таки нацелено на воспитание гуманного отношения – и к людям, и к животным, и к природе. А вообще у меня впечатление, что вся эта кампания организована. Кто-то любыми средствами пытается дискредитировать рогн.

– Не Мадос ли? – передернула плечами Селина. – Тоже сторонник гуманизма: чтобы избежать дальнейшего насилия, предлагает выселить рогн в заповедники, дескать они их много создали.

– Скоро сессия Всемирного конгресса, – сказал Илья. – Выступлю, чтобы прекратили эту охоту на ведьм. А пока надо создать комиссию, чтобы обсудить проблему.

– Ах, Илья, – покачала головой Селина. – Ты становишься бюрократом. Хотя скорее, кажешься мне Дон Кихотом, тоже сражаешься с ветряными мельницами. Но ветер повернулся против нас…

На следующий день была особенно мрачной. Вечером сказала:

– Мы летим в Москву. Госпожа Ассоль созывает что-то вроде совещания. Я заказала билеты на послезавтра. Отложи все дела.

Потом ее губы сложились в горькую улыбку.

– Пока не ужинай, милый. Такие вещи лучше делать натощак. Пойдем в гостиную, я хочу тебе кое-что показать.

Странно. В животе урчало, весь день на ногах. Хоть свою губернию удержать от наступающего безумия.

Селина ненадолго вышла и вернулась в серебристом коротком платье, и с распущенными волосами.

– У тебя нет Дара, милый, но мы долго прожили вместе. Когда мы занимались любовью, наши физические тела соединялись, однако это было поверхностно. Зато на тонком уровне в последние годы наши тела сливались полностью, и это было чарующее зрелище, я не раз наблюдала его зрением рогн. Жаль, что ты не обладаешь им. Твое эфирное тело изменилось, Илья. Ты научился высвобождать его, а во время актов любви оно вобрало немало из моего. Ты способен на то, о чем пока не подозреваешь… Сложи пальцы жестом, который ты видел у меня, когда отражала разряды п'ургов. Указательные соединены и направлены вперед, остальные сплетены… Нет, не так.

Она приблизилась и поправила пальцы Ильи. Волосы шелковисто скользнули по лицу, и он облизнул губы. Селина со смешком отодвинулась.

– Силы тебе понадобится для другого, милый. Сейчас я буду стрелять в тебя молниями, как в Анупа. Ну, послабее, а то сожгу ненароком. Тебе нужно отразить разряд. Когда меня не будет…

– ЧТО? Куда ты уйдешь? Я не собираюсь отпускать тебя.

– Ох, извини… Когда меня не будет рядом. Я говорила, что наши энергии должны соединяться. Если я буду далеко, хотя бы представляй меня. Но не в постели. Лучше – разгневанной и идущей среди пламени.

Илья покачал головой: – Поэтично. А сейчас?..

– Сосредоточься и представь, что с указательных пальцев струится сила. Не пытайся детализировать, ты не способен увидеть нужные вибрации света. Одна надежда, что твое эфирное тело уже знает это – от меня. Теперь оставь все мысли… Шуньята!

Пустота! И некая сила!.. Но он не в состоянии ее вообразить…

Из ладоней Селины ударила молния. Все стало иссиня-белым, его пальцы тоже оделись пламенем, а тело пронизал мучительный электрический разряд. Но и Селина вскрикнула и отшатнулась.

Все погасло. В темноте плавают зеленые пятна, медленно проступает обстановка и фигура Селины. Платье, похоже, закопчено, а лицо стало красным. В комнате стоит сильный запах озона.

– Ты чуть не поджарил меня, милый, – хрипловато сказала Селина. – Я едва успела отразить пламя от лица, а платье придется выбросить. Все получилось даже лучше, чем я ожидала. Теперь ты знаешь, что делать, когда на тебя нападут. Но повторять не будем, а то спалим губернаторскую обстановку. Лучше займемся другим.

Она лукаво улыбнулась:

– У меня так и не вышло наставить тебе рога, ты меня вполне удовлетворял. Но в некотором смысле это получилось само собой. Помнишь, я говорила, что нагнетание психической энергии можно увидеть в виде рогов, но только зрением рогн. Так вот, твое тонкое тело напиталось энергией от меня, как и я от тебя. На тонком плане рога видны отчетливо, и наверное не одна рогна тихонько хихикала, увидев тебя. Рога можно соединить, и получится так называемый покров рогны, который можно распространить и на других людей. Понятно, что этому учат только рогн, но мы с тобой попробуем…

Этой и следующей ночью она была необыкновенно нежна, а утром ховер отвез их к самолету.

В самолете говорили мало, отсыпались. В Москве была еще ночь. Ховер доставил их в обитель, и София молча проводила в кабинет Ассоль. Тот выглядел каким-то опустелым. Ассоль вышла в том же строгом платье, в каком выступала перед комиссией, и испытующе поглядела на Селину:

– Не сказала?

– Нет, госпожа, – вздохнула Селина.

– Хорошо. – Ассоль повернулась к Илье: – Рогны оставляют этот мир. Я запретила говорить об этом заранее. Была слабая надежда, что рогны смогут ужиться с обычными людьми, но теперь она исчезла. Мы не станем умножать зло.

– Что? – не сразу понял Илья. – А Селина?

– Селина рогна, и она тоже уходит. Я беру ее с собой.

Пол ушел из-под ног: то ли рухнул мир, то ли та башня, которую так давно увидела Селина.

– КАК? Она уже не ваша послушница. Мы дали друг другу обеты. Ты не можешь уйти, Селина!

– Я не смогу спокойно наблюдать, как унижают, насилуют и убивают рогн! – гневно сказала Селина. – Ты видел мою силу и представляешь, что я могу натворить. Так будет лучше для всех… А обеты? Ты опять все забыл, милый. Скоро заканчиваются пятнадцать лет. Я хотела сказать, что не буду продлять обеты на следующий срок, но собиралась сделать это позже.

– Что?.. – пробормотал Илья.

Ассоль перевела взгляд с него на Селину:

– Я оставлю вас – на десять минут, не больше.

Повернулась и вышла.

– Что же это такое, Селина? – с трудом выговорил Илья, обнимая ее. – Оставайся. Мы уедем далеко, я выкуплю целый остров. Мы будем вне этого мира, вдвоем.

– Нет, Илья, – печально сказала Селина, и щеки были мокры от слез. – Я буду знать, что творится за пределами этого острова. Дети с Даром все равно будут рождаться, их станут преследовать, и я не смогу этого вынести. Все кончено, Илья. Благодарю тебя за эти двадцать лет. Женись, ты еще молод, и у тебя будут дети. Только вспоминай иногда бедную Селину.

Больше не сказали ни слова, стояли обнявшись, такими их и застала вернувшаяся Ассоль.

– Фу, глаза на мокром месте, – сказала она. – Вообще не ожидала, что вы продержитесь двадцать лет.

– Издеваетесь, госпожа Ассоль? – горько спросила Селина.

– Уж и позавидовать нельзя, – с неожиданной досадой отозвалась та.

– Ой!.. – растерянно сказала Селина.

София взяла ее сумку, и спустились вниз. Селина поглядела туда, где над садами подсвечивалось здание университета.

– Навещай мою работу, Илья. Ну, где цветы вокруг памятника. И кто будет за ними ухаживать?

Подплыл глайдер – та самая «Ямаха-игл», на которой летали к Белухе. Водителя не было, да такому он и не нужен.

– А другие рогны? – вяло спросил Илья. Всё какая-то чепуха лезет в голову.

– Все сейчас собираются в разных местах, – сказала Ассоль. – И отбудут в страну незакатного солнца, Китеж-град. Здесь, в садах Предвечного света, как раз точка перехода. София, ты знаешь, куда тебе надо. Ну, Илья, прощай.

Целоваться на прощание под испытующим взглядом Ассоль не стали. Женщины сели в машину, и Селина неловко махнула рукой. Илья поднял свою.

Свет взметнулся в серебристом вихре. Ветерок взъерошил волосы Ильи. Будто звезда удалилась в ночь.

И стало пусто.