Текст книги ""Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Виктория Свободина

В связи с высоким положением в обществе и кучей заслуг перед страной, а также из-за возможных сложностей во время вызова из-за внушительных телесных повреждений, для выполнения ритуала пригласили декана факультета некромантии. И тактично выставили из кабинета всех, чье общество было бы нежелательно для такого достойного члена общества, как лэр ДиМауро.

Зато послали за Эззелином, правда, приказали стоять под дверью и ждать, пока его вызовут. Логично – мало ли какая тайная информация выяснится, а тут лишние уши. Но пообещали, что обязательно пригласят попрощаться с дедом перед тем, как того упокоят.

И вот стоим мы все под дверью – я и Ниммей, Роджер, Жан и Чезанно, подошедшие после защиты диплома Фонзи и Ксирономо и сбежавшие с учебы Тимка и Адам. Неподалеку – Эззелин под присмотром Демо.

А в кабинете ректора, кроме самого хозяина, сидят: короли, Мухобой, завкафы некромантии и огненного факультета, Фредонис – для повышения уровня некромантской квалификации, Хамон и Медо – как группа ментальной поддержки, Сальваторе – как усы, лапы, хвост и, главное, уши Ордена. И Адвара – на случай, если полезут иллюзорные монстры.

Я уже приготовилась смотреть трансляцию от Фредо… И тут вдруг раз! И… связь оборвалась!

Едва удержалась, чтобы не ринуться сразу спасать мужа. Остановило озадаченное лицо Демо, у которого, похоже, тоже связь с братом отключили.

Массовое одновременное мощное ментальное блокирование и никаких подозрительных звуков из кабинета? Я знаю, кто на такое способен!.. Анаэль. Непонятно только зачем. Настолько не доверяет? Или боится, что мы под дверью слишком громко обсуждать услышанное будем?

К более-менее разумным доводам я обратилась спустя долей пять-семь, а до этого я пыталась выбрать между двумя противоположными вариантами. Ворваться в кабинет и навалять одному недоизнасилованному демону по шее. Или разрыдаться на груди у Нима с криками: «Как этот козел мог так поступить?». Или навалять… Навалять привлекало больше, потому как желание разрыдаться было явно наведенное ежемесячной шизой.

Вот когда истеричная кровожадность чуть схлынула, тогда пришли вполне логичные объяснения, учитывающие стоящего под дверью Эззи. Главное, скорее всего отрубали меня, а канал Демо и Медо пострадал за компанию.

Мы героически отстояли под дверью почти час, лениво переговариваясь и перешучиваясь.

Вначале мы старательно игнорировали присутствие Эззелина, но потом Адам зачем-то направился в его сторону.

Все напряглись и приготовились разнимать драку. Сам Эззи ощетинился до состояния ежика перед нападением… Но наш самопальный ангел, не дойдя до него пары шагов, спокойно произнес: «Соболезную, тяжело терять родных так внезапно» и снова вернулся к нам.

Эззелин никак отреагировать не успел, так как застыл на ту пару-тройку мигов, что Адам был рядом. А потом уже как-то глупо было кричать вслед гадости…

Больше желающих посочувствовать Эззи не нашлось. То есть в глубине души мы все ему соболезновали, но вот высказать это вслух не тянуло совершенно.

А примерно через час из кабинета ректора вышел завкаф некромантии лэр Бруно и позвал Эззелина попрощаться с дедом.

Едва за ним и Демо закрылась дверь, Фонзи пробурчал:

– Гавнюк он, конечно, но такого не заслужил.

Мы глубокомысленно покивали, но развивать дальше эту тему не стали. Ясно, что не заслужил. Никто такого не заслужил…

И тут из кабинета раздался отчаянный крик Эззи: «Не-ет!»…

– Опять, что ли, заблажил из-за родства с драконами? – запереживал Тимка. – Главное, чтобы из окна снова не вылетел.

Дверь распахнулась, и оттуда вышел бледный Эззелин в сопровождении Медо и Демо. Не дожидаясь, пока эта троица скроется в поворотах коридоров, я рванула в кабинет, втиснулась между королями, словно всегда тут стояла, и преданно уставилась на Анаэля.

За мной следом подтянулись остальные.

Завкаф некромантии, оценив массовое нашествие, посмотрел на лэра Тестаччо, который не стал нас осаживать, сделал для себя какие-то выводы, попрощался с ректорским составом, кивнул нам и вышел.

– Ну?! – подергала я Анаэля за рукав, одновременно разглядывая кабинет. Головы нигде не было, а феникс забился в угол клетки, уселся на алмаз, так что его почти не было видно, нахохлился и смотрел на всех очень недобрым осуждающим взглядом. Правда, появление Чезанно его немного успокоило, но совсем чуть-чуть.

– Что узнали-то?! – оформила я свое любопытство в чуть более длинную фразу, при этом снова дернув демона за рукав.

– Раздеваться не буду! – ухмыльнулся тот, но потом все же соизволил пересказать мне и всем остальным, что тут произошло.

Конечно, душа лэра ДиМауро не очень обрадовалась, обнаружив отсутствие тела. Но в целом упомянутый лэр вел себя вполне пристойно, в отличие от внука, и рассказал довольно много интересного.

Никакого змея он знать не знал, зато являлся одним из шести членов Ордена, руководящих охотниками. Именно поэтому он поддерживал контакт с лэрой Руджери, которая вскоре должна была войти в эту шестерку вместо пожилого лэра, уходящего на покой. По правилам рекомендовано избегать личных встреч между руководителями и подчиненными. Да и между собой руководящий состав не очень старался познакомиться. Но существовала система опекунских отношений, выращивание смены, куча разных тонкостей, в которые я не стала вникать, потому что мне это было не интересно. Короче, так сложилось, что с лэрой Руджери лэр ДиМауро оказался знаком, так как она была его дальней родственницей (И-ить! Вот откуда фраза про родственников и обман!). И они, объединившись, замутили отлов драконов.

Дедушка Эззелина совсем недавно стал хранителем семейной реликвии, точнее, хранителем хранителя. Саму реликвию из века в век хранит феникс, а лэру ДиМауро после недавней смерти отца по наследству перешла клетка с птицей. Произошло это уже после того, как из замка уехала его любимая и единственная дочь, мать Эззелина и Эльзы. Поэтому никто из родственников, которые могли проходить по тайным коридорам замка, не знали о фениксе. Вообще информация о птице являлась секретной, именно поэтому клетка была спрятана в комнате, куда никто, кроме самого хозяина замка, попасть не мог.

Знание о том, что он потомок великого рода, по легенде пострадавшего от безумства драконов, оказалось последней каплей, и лэр ДиМауро решился на подвиг. Он договорился с лэрой Руджери, и та притащила ему три сетки, правда, плела их чуть ли не месяц, но зато они оказались универсальными и помогли поймать сразу трех драконов.

Да, конечно, он ждал их появления, только не так скоро.

Лэра Руджери утверждала, что эти трое обязательно прилетят к его замку, потому что она установила в подвале секретный артефакт, издающий демонические вибрации. О вибрациях по плану надо было намекнуть Эззелину, тот бы проболтался, и драконы примчались бы проверить информацию. Но они примчались раньше…

К счастью, все уже было готово, даже лэра Руджери оказалась у него в гостях, потому что была не только родственницей, но еще и любовницей. Так что пленение драконов прошло легко, в точности как было задумано.

Но никому отдавать ни одного из троих лэр ДиМауро не собирался. Он мечтал уничтожить всю драконью семью и заранее предвкушал этот момент.

Поэтому и газ в подвал пустил, тварь добропорядочная… А мы сбежали!..

Он, правда, так и не узнал об этом, как и о том, что у него по подвалу ползает змей. Но зато очень удивился, вернувшись к себе в комнату и вместо феникса обнаружив там пресмыкающееся. Со страху даже вспомнил инструкцию отца, которая звучала примерно так: «В любой непонятной ситуации рисуй вокруг себя круг своей кровью». Но дальше случилось странное – в комнату вошла лэра Руджери, со смешком повторила, что родственников обманывать нельзя, и затерла подошвой линию… Больше лэр ДиМауро ничего не запомнил, потому что его душа отправилась в небытие.

– А чего Эззелин орал как потерпевший? – поинтересовалась я, размышляя над тем, кто же пришил бедного дедулю.

Конечно, сестра у Сальваторе дама сильная, но вот в то, что она легко и непринужденно сумела сломать шею довольно крепкому мужчине – не верю!.. Так что, выходит, пресмыкающее умеет принимать человеческий облик, потому что змеем он бы не только голову от туловища отвинтил, но и хребет бы переломал…

– Я аргументированно объяснил, что нельзя быть потомком феникса, не являясь при этом потомком дракона. А то, услышав дедушкины сказки, Буджардини воодушевился и начал расправлять огненные крылья. Ну и пришлось посадить его на водяную задницу… Душа его деда такой стресс не выдержала, ее слегка коротнуло, и наши некроманты быстренько с ней попрощались. Но не зря говорят: «Повторение – мать учения». В первый раз Эззелин орал так, что феникс бы узавидовался и из окна спикировать пытался. А в этот просто раз крикнул, и все. На третий заход может вообще смириться…

Во время рассказа Анаэля мы все потихонечку расползлись по кабинету, усевшись кто где и готовясь к очередному мозговому штурму, потому что информации для размышления было предостаточно. Некоторые вопросы прояснились. Про засаду, например, которой не было. Не ждали нас еще, оказывается, а мы уже прилетели… И фраза насчет родственной связи, оказывается, относилась не к Сальваторе и даже не к его женам. Но вот зачем кому-то мог понадобиться Ниммей?.. И кто придумал заклинание и модифицировал сети, сделав их универсальными? И для чего в легенде так лихо перевернули текст пророчества? И кто такой феникс? На глупую птицу он мало похож…

И тут камень для связи с Сенатом снова замигал. Новость была сногсшибательная…

– Только что, при выходе из дворца, группа магов огня попыталась убить лэра Рандаццо.

И-ить, зачем?.. Что плохого охотникам сделал отец Чезанно?

Чез, едва услышав эту новость, подскочил и потребовал только уточнить, куда ему мчаться – в столицу или в свой замок. Жан и Роджер, само собой, заявили, что одного его не отпустят. Анаэль и Натан тоже засобирались, чтобы выяснить, как все было, от непосредственного участника, а не через третьи руки. Ниммей и Фредонис воспользовались возможностью составить им компанию. Фредо – чтобы поддержать друга, если понадобится, а Ним – чтобы выяснить что-нибудь, если удастся. Я тоже сначала засобиралась, но потом… Все же скорее не предчувствие, а разум, уже начавший обрабатывать информацию, но еще не успевший сделать логические выводы, которыми можно внятно поделиться, сторговался с моим шилом, и я объявила, что останусь в Академии.

На всех лицах без исключения промелькнуло удивление, кое у кого вместе с облегчением, а кое у кого – с легкой настороженностью.

– Ты же не собираешься что-нибудь отчудить, пока нас не будет? – осторожно поинтересовался Ним, отведя меня в сторону.

– Не собираюсь, – честно ответила я. Потому что чудю я обычно без плана, и Ниммей тоже об этом вспомнил, хмыкнул и подозвал Тимку:

– Присмотришь?

– Накормлю-напою, привяжу к кровати, и будет отсыпаться! – пообещал Тимоха и показал мне внушительных размеров кулак.

– Угомоните вашу птицу! – вдруг рыкнул лэр Тестаччо, прервав передачу меня из рук в руки и кивнув на феникса.

Тот, все время пока мы собирались и разделялись, бегал по клетке, просовывал клюв через прутья и клекотал. Потом, убедившись, что на него никто не обращает внимания, начал клекотать громче, а лапами и клювом пытаться погнуть прутья клетки. Последнее было бесполезно – клетку делали на века, как я понимаю, но визгливый клекот раздражал ужасно. И я прекрасно понимала желание ректора, все это время разговаривающего с кем-то из Сената, избавиться от источника шума.

– Пришло время встретиться с настоятелем Ордена и решить, как действовать дальше. Да, надо перейти к более жестким действиям против охотников, а Орден может или поддержать нас, или не вмешиваться. Согласен, покушение на члена Сената не должно остаться безнаказанным. Агостина Руджери объявляется вне закона…

Насчет встречи с настоятелем Ордена и более жестких мер против охотников – это они правильно решили, одобряю. И сестру Сальваторе вне закона объявить тоже правильно. А то мы такие белые и пушистые, переживающие о волне народной паники, а охотники ни о чем не беспокоятся. Борцы за чистоту крови, и-ить… Теперь и среди своих зачистку устроить решили?

Я наблюдала за паникующим в клетке фениксом и физически ощущала, как у меня пытается сформироваться мысль, в качестве ответа на кучу роящихся в голове вопросов. Почему убили деда Эззелина? Зачем так открыто совершать покушение на отца Чезанно? Что вообще происходит?..

Феникс, заметив, что хоть кто-то обратил на него внимание, заклекотал еще отчаяннее. Под хмурым взглядом ректора я взяла клетку, забилась с ней в самый дальний угол и попросила Фредониса повесить над нами купол.

Выносить клетку из кабинета я побоялась. Так что уселась рядом с нервничающей птицей и принялась с ней разговаривать. Через какое-то время у меня возникло глупейшее ощущение, что клекочет она не просто так, а словно тоже разговаривает со мной.

В это время народ как раз окончательно все выяснил и Чезанно со свитой отправился к себе в замок, заодно поставив меня в известность, что захватит с собой Ребекку, «потому что женщинам здесь не место».

– Пошли, ты ж не завтракала как следует, а уже обедать пора! – подсевший ко мне Тимоха сбил налаженный контакт с фениксом, и иллюзия общения пропала.

– Пошли, – я вежливо попрощалась с ректором и его командой, затем кивнула Сальваторе, который через свои артефакты связи занимался устройством встречи лэра Тестаччо с настоятелем Ордена.

В столовой моя не до конца сформированная мысль затихла, уступив место голоду. Адам, Фонзи и Ксирономо, а также присоединившиеся во время обеда Робби и Агата бурно обсуждали случившееся. А моя мысль оказалась не только вежливая, но и пугливая, так что вернулась она ко мне, лишь когда я уселась на кровать в комнате Славки и принялась успокаивать загрустившего Аля.

Отъезд Ребекки выбил мой мотоцикл из колеи, и он впал в меланхолию. А еще я чувствовала, как он боится исчезнуть, хотя и понимает, что время пришло. Поэтому он старательно занимался самоуспокоением:

– Прослежу, чтобы устроились как следует, а потом… Опять же, вдруг помощь с ребенком понадобится? Съездить куда-нибудь быстро…

Я даже постеснялась перебивать процесс планирования прозаическими нюансами типа такой мелочи, что он как бы МОЙ мотоцикл. И я совершенно не собираюсь дарить его Славе и Ребекке…

– Интересно, если магии лишился, то дети уже обычными людьми родятся? Но первенец-то будет герцогский, воздушник, а потом огневики пойдут или просто люди?

Я посмотрела на Славку, который и задал мне этот вопрос. Потом на недовольного Тимку, которому я пообещала, что мы зайдем всего долей на пять-семь, не больше, а на самом деле уже полчаса тут сидим, слушая, как Аль вещает… Потом на Аля, который заткнулся и тоже задумался. Потом…

– А что если они решили убивать всех потомков феникса, потому что мы теперь знаем, что их кровью можно защищаться, и у нас есть алмаз?!

Слава недоуменно посмотрел на меня, растеряв логическую последовательность от его вопроса до моего. Зато Аль быстро сообразил, на что я намекаю:

– Думаешь, после покушения на отца будет покушение на сына?

И, не дожидаясь моего ответа, додумал мою мысль дальше:

– То есть Ребекка опять в опасности? Она же от герцога беременна?

И-ить! Вот про девушку я как-то совсем не подумала, Чезанно в опасности… и, возможно, Эззелин. То есть почему «возможно»? Раз он потомок феникса, значит…

Убиться плеером!

Я подскочила и помчалась прочь, на бегу пытаясь докричаться Ниммею с Фредонисом:

– Если они убивают потомков феникса, значит, сестра Эззи в опасности… Слышите? Чезанно, Эззи и его сестра – все в опасности!..

– Ящерица, только не вздумай лететь к нам. Мы тут без тебя справимся, а ты организуй охрану Эззелина.

– Издеваешься?! – я даже затормозила от возмущения. Но Ниммей был прав – пусть в Академии толпа студентов и кураторов, но как сражаться со змеем, знаю только я. И мне для этого нужна Адвара и ее девушки. И… И моим драконам нужны маги природы, если вдруг змей решит начать с них!..

Я связалась с Адварой, объяснила ситуацию, потом снова связалась с Нимом и поставила его перед фактом – к ним отправляются четыре природницы. Чтобы по дороге с ними ничего не случилось, их вызвались сопровождать Ксирономо, Фонзи и Хамон. Демо и Медо остались в Академии, помогать мне организовывать охрану.

Мухобой, выслушав мой путаный поток сознания, быстро рассредоточил по территории всех, умеющих пользоваться магией природы. Кратко и емко пояснил всем, что магией в случае нападения не пользоваться, насаживать мечи на длинные палки и рубать ими змея в капусту…

Тимоха и оставшаяся с ним Абангу засели в блоке Эззи. С фениксом пришлось пофантазировать, в итоге Мухобой усадил в кабинете ректора Робби, Адама и Агату. Одна наполовину природный маг, второй – немножко ангел, третий – некромант… мало ли тоже пригодится?

Бедному лэру Тестаччо, в такое неудачное время покинувшему Академию для встречи с настоятелем Ордена, должно было активно икаться, потому что связаться с ним у нас никак не получалось. И с Сальваторе – тоже. Его жен Мухобой сдал студентам-водникам с третьего курса, попросив обучить каким-то самым простеньким рунам, а главное, глаз с них не спускать. Ни я, ни лэр Фальтмос этим восьми красавицам не доверяли.

Раз в двадцать-тридцать долей я связывалась с Ниммеем, чтобы уточнить, как у них обстановка. Мне очень не нравилось, что мои драконы разделились, хотя я и понимала, что выбора у нас не было. Фредонис, Роджер, Каджисо, Уорнеш, Фонзи и Ксирономо отправились к отцу Фредо, чтобы охранять его жену.

Слушать переговоры Мухобоя с Сенатом было гораздо интереснее, чем когда с ними вежливо общался лэр Тестаччо. Лэр Фальтмос именно руководил, требовал действий, не давал ни мига на анализ, прессовал и ждал моментального исполнения.

По его приказу Сенат выслал в замки Веккьони, Рандаццо и Буджардини по взводу гвардейцев. Взвод – это тридцать три гвардейца, три капрала и один сержант (это нам с Тимом шепотом пояснил Адам). В Академию гвардейцев присылать нужды не было, наоборот, это мы отправляли в каждый из трех замков по двадцать студентов-шестикурсников с водяного факультета и по пять-шесть магов, владеющих магией природы.

С замками Веккьони и Рандаццо у меня была прямая связь через мужей, ну и через артефакты – так как и там, и там были члены нашей команды. А вот что происходит в замке Буджардини, мы пока не знали, ожидая, когда туда прибудут студенты или гвардейцы. У первых был артефакт для общения с Мухобоем, у вторых – связь с Сенатом и своим командованием.

Робби с Агатой и Адамом развлекали феникса, Тимка с Адварой охраняли Эззелина… И тут мне приспичило навестить Аля и Славу.

Сама не очень понимая зачем – ведь еще и двух часов не прошло, как мы расстались, я направилась в блок к Славе и застыла перед широко распахнутой дверью. Конечно, охрану уже давно убрали, но сам блок запирался… И-ить! Постоянно запирался!.. Я сама лично его заперла, как сейчас помню… И куда эти двое отправились? Куда мой мотоцикл спер Славку?!

Не успела я впасть в состояние глубокой задумчивости, как по всей Академии объявили общую тревогу. Я сначала дернулась в направлении кабинета ректора, пока оккупированного Мухобоем, но потом передумала и помчалась к воротам. Мухобой прилевитировал туда почти одновременно со мной.

Охрана пребывала в возмущенно-восхищенном шоке и изъяснялась не совсем цензурно. Но общий смысл был в том, что мимо них на бешеной скорости пронесся мой мотоцикл. Кое-кто из старшекурсников знал, что он мой, кое-кто видел его «в деле», во время сражения с гвардейцами, и опять же знал, что он вроде как за наших… А главное, промчался он так стремительно, что не все поняли, что это было!.. Короче, только шорох шин, мигание фар и пыль в глаза тем, кто стоял ближе всех…

Нет, народ проморгался довольно быстро и побежал следом. Пара воздушников даже левитнула, стараясь нагнать сумасшедший артефакт, но успела лишь заметить, как тот влетел в портал…

Мухобой отругал охрану в тех же выражениях, в каких парни докладывали о случившемся, рыкнул на меня и пошагал дальше заниматься своими делами. Объявив, что обратно он это чудо артефакторного прогресса не впустит – пусть вокруг крепости круги накручивает.

Я вернулась к блоку, чтобы убедиться – замок вскрыли с внутренней стороны. Даже нашла валяющуюся на полу плоскую дощечку, заряженную огневой магией… Практически моей магией!..

И-ить, получается, Аль может такое провернуть?! Убиться плеером, какой у меня фантастический артефакт!.. Духовно-магически одаренный и настолько под меня заточенный, что может даже моей собственной магией дощечки заряжать, чтобы потом другие гады ими замки открывали… Сволочь двухколесная!

И что мне теперь делать? Мчаться за ними?

Я понуро побрела искать Мухобоя, потому что улетать без спросу, являясь единственной боевой драконьей единицей на всю Академию, было как-то неправильно.

И тут я услышала у себя в голове нервный смех Нима:

– Ящерица, ты свой мотоцикл вместо себя чудить прислала? Улет! Мы тут сейчас все от смеха со стены попадаем.

– Он сбежал спасать свою девушку, потому что вам не доверяет, – немного обиженно пояснила я.

– Правильно делает, – фыркнул Ниммей. – Нам тут немного не до девушек, столько горячих мужчин вокруг замка – прямо глаза разбегаются. Хорошо, Льдинка к отцу отправился, а то при его страсти к огненным мальчикам…

– Не смешно! – рыкнула я и только потом сообразила: – Замок окружен? На вас напали огненные маги?

– Да! Но мы их очень близко не подпускаем, тем более теперь там твой мотоцикл в самом эпицентре, а недобиток где-то меч подобрал и играет в эквилибриста со шпагой. Рубит магов в капусту, причем те, защищаясь, палят сами в себя… Даже я не всегда успеваю отследить зигзаги, которые твой артефакт нарезает. Часть нападавших он тупо передавил, – тут Ним перестал веселиться: – А вот теперь не смешно!.. Полечу спасать…

Я честно попыталась перестроиться на визуальное восприятие глазами Ниммея, и в очередной раз почти ничего не получилось. Был бы там Фредонис – просмотрела бы трансляцию с места событий, в красках. Зато для разговоров пришлось бы настраиваться, общаясь больше на уровне эмоций…

Стараясь отвлечься и не дергать Нима, пока он занят спасением Аля и Славки, я связалась с Фредо. Конечно, он мне обрадовался… У них все было хорошо.

Гвардейцы и студенты тоже стояли на защитной стене, но никаких огненных магов в округе не было. Отец Фредониса вместе с молодой женой сидели в одной из комнат замка. Фредо, Роджер и Каджисо удобно устроились под дверью в эту комнату, на диванчике. Фонзи, Ксирономо и Уорнеш какое-то время побыли с ними, а потом ушли на стену – там было веселее. Фредонис и сам бы с удовольствием сбежал, потому что Роджер и Каджисо опять ругались.

Словами это все пересказать было бы довольно долго, а вот эмоциональными всплесками мы уложились в пару долей. Я пожелала мужу крепиться и дала понять, что у Нима проблемы уже начались. А еще взяла чуть ли не клятвенное обещание не обращаться в дракона и не выделяться среди остальных студентов, если вдруг на замок нападут.

И-ить, как бы я сейчас хотела оказаться рядом с кем-то из них двоих, а лучше с двумя сразу… Но нельзя!..

– Спас я твой артефакт и недобитка!.. Еле допер сразу двоих… У недобитка ноги и руки ошпарены, на лице ожоги, но все восстановимо, конечно. Целители здесь есть, наши, с Академии, так что подлечат… Но зато девчонка вокруг него крутится, то рыдая, то умиляясь!.. Иногда про мотоцикл твой вспоминает, но недобитку внимания намного больше.

– А мотоцикл цел? – уточнила я на всякий случай.

– Цел, ревнует и строит из себя героя… Весь в тебя!

– А ты?

– Что «я»?

– Ты в порядке?

– А что со мной будет? – искренне удивился Ним, словно забыв, как мы недавно чудом выжили. Но, может, все дело в том, что сейчас идет сражение с обычными магами, пусть их и много…

– Ладно, ты там охраняй Академию, а я полетел развлекаться дальше. А то все веселье пропущу…

Я расстроенно побрела в кабинет к ректору, превратившийся в наш маленький штаб. Там уже сидели Робби, Адам и Агата. Туда же как-то так ненавязчиво перебрались Тимка с Адварой и привели с собой недовольного, но молчаливого Эззелина. У него была прямая связь с отцом, поэтому Мухобой следил за событиями во всех трех замках в режиме реального времени. Через меня и через Эззи. Ну и Сенат постоянно отчитывался, тоже по прямой связи, через артефакт.

В столице обстановка была напряженная, странные личности бродили по улицам и запугивали народ драконами. Личностей отлавливали, народ успокаивали… Но раз кто-то не побоялся начать агитацию в центре, значит, в небольших городках и деревнях происходит тоже самое. Следить за всеми гвардия и Сенат просто не успевали, хотя и старались.

Мало того, опять посыпались сообщения о новых детях с сильным геном дракона – ведь прослушивание лечебниц никто не отменял.

Мухобой, матерясь нецензурно, уже выслал несколько команд, почти подряд…

К счастью, основная масса охотников явно была занята подготовкой к штурму замков. Поэтому за драконятами отправлялись или старики, или совсем мальчишки, которых наши студенты опережали, уводя детей прямо у них из-под носа.

Правда, одна из команд все же столкнулась с охотниками, которых оказалось всего четверо… Но они попытались призвать на помощь толпу, начав их запугивать драконами. Кто-то даже повелся и кинулся на наших ребят, только среди студентов тоже оказался политически подкованный товарищ с хорошо подвешенным языком. Конечно, разубеждая народ и объясняя им, что драконья кровь есть у всех, даже у тех же охотников, парень полностью выдохся. Поэтому отчитывался Мухобою другой член команды. Однако основная задача оказалась выполнена – ребенка спасли и перенесли в тайное место, к остальным драконятам.

Где-то на середине всего этого ажиотажа вернулись лэр Тестаччо и Сальваторе. Ректор не то чтобы был недоволен встречей с настоятелем Ордена, но сильно разочарован.

В Ордене произошел полный раскол на три части. Одна была за драконов и мир во всем мире, вторая – против драконов, а в третью вошли те, кто предпочел воздержаться и не вмешиваться.

Сам настоятель больше склонялся к третьей, но согласился не мешать, передав ректору и Сальваторе координаты того, кто руководит первой.

Лэр Тестаччо уже с ним встретился, но тут возникла проблема с идентификацией «наших» и «не наших»… Очень страшно было бы запустить в защищаемый замок врага.

А еще среди «не наших» было много запутавшихся, таких как Славка или Аль.

Нет, понятно, что выбора уже почти не оставалось, да и под стенами замков бились такие же Славки и Альбано… Бились ради чудовища намного страшнее драконов, но не знали об этом.

А мы, мало того что не знаем до сих пор, где этот монстр прячется, не догадываемся, как его убить, но у нас и оружия не полный комплект…

Не знаю почему, наверное, от тоски и злости на собственное бессилие, на меня напал приступ откровения, и я высказала все свои мысли и переживания ребятам: Тимке, Робби, Агате и Адаму. Заодно напомнив, что знаю, где лежит посох…

Высказывалась я прямо у клетки с фениксом, который снова меня обклекотал птичьими матами с ног до головы. Но мне было не до него.

Главное, я уже настолько привыкла, что кабинет ректора – это место, где можно высказывать все, что вздумается… и настолько сильно была зла от того, что просто сижу и ничего не делаю, в то время как уже оба моих мужа сражаются, что совсем забыла про Эззелина.

А он, оказывается, слушал меня так же внимательно, как феникс и Сальваторе. И, когда я замолчала, высказался со своей мерзкой ухмылочкой, как обычно противно растягивая слова:

– Строишь из себя невесть кого, а на самом деле просто боишься лезть за посохом в пещеру к змею. А он на моего деда со спины напал, значит, такой же трус, как и ты… Вы друг друга стоите!.. Сидишь и трясешься, потому что некого послать вместо себя рисковать жизнью. Ни твоего психованного дракона, ни Фредониса рядом нет… Размазня и тряпка!..

И-ить! Убиться плеером!.. Нашелся тут смельчак!..

– Я уверен, что вы действительно смогли бы найти посох, лэра Витьерра, – прервал монолог Эззелина Сальваторе. – Но, насколько я знаю, для защиты от иллюзии нужна кровь потомка феникса. И этот храбрый молодой человек как раз им и является, правильно? У нас есть карта подземных туннелей, и мы можем достаточно быстро оказаться на тех самых развалинах, где иллюзия змея охраняет посох. Оружие нам все равно понадобится, так почему бы не попытаться добыть его сейчас?

– Я не отпущу вас в такой странной компании, студент Рин, – и-ить, не кабинет, а проходной двор какой-то!.. Посекретничала с друзьями, называется!.. – Но сама по себе мысль очень правильная, так что отправляемся вчетвером. Как раз у лэра Буджардини будет возможность проявить свою храбрость.

Я согласно кивнула, и Демо пошел делиться планами с начальством. А я тихонечко с помощью Робби сделала мыслескан лица Эззи. Его нужно было обязательно запечатлеть для потомков!..