Текст книги "Антология исторических приключений-5. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Нина Соротокина

Яростное осознание всего этого, привело девушку в замешательство. Она вдруг подумала, возможно, ли ей разыскать Ивана и вновь поговорить обо всем? Все решить спокойно. Вдруг он еще не забыл ее и сможет простить ей ее порывистые необдуманные поступки и они, признавшись друг другу в любви, смогут быть счастливы вместе? Мысли Катюши заметались во взбудораженном хаосе, и она почувствовала, как ее обдало жаром по всему телу, от осознания того, что она станет женой Ивана. О, если бы он простил ее, и тогда бы все разрешилось наилучшим образом, думала Катюша возбужденно. Она вспомнила слова Ивана о том, что теперь он служит у графа Михаила Илларионовича Воронцова, того самого канцлера, который заставил ее петь на балу в доме дяди. И видимо он Иван не имел крепостного ярма, раз смог устроиться на службу приказчиком, и это было весьма не плохо, ведь выйдя за него замуж, Катюша бы не лишалась своего дворянского титула.

Воодушевление завладело всем существом девушки, и она начала лихорадочно обдумывать свои дальнейшие действия. Необходимо было как можно скорее разыскать Ивана и объясниться. Отчего-то теперь мысль о том, чтобы стать женой простого приказчика показалась Катюше весьма приятной. Ведь главное что Ванюша, как она ласково теперь называла молодого человека про себя, станет ее мужем. И она сможет проводить в его обществе все дни и ночи, растить его детей и упиваться его неистовой любовной привязанностью, притягательной мужественной близостью и его нежной заботой, отдавая ему также частицу своего сердца и заботу. Она вдруг подумала о том, что она не богата, и эта мысль ее даже обрадовала теперь. Ведь Иван также не имел состояния и хотел взять ее замуж без всякого приданного. Именно так он говорил когда-то. Эти мысли так понравились девушке, что весь оставшийся вечер она воодушевлено размышляла, когда же ей следует отправиться во дворец графа Воронцова, чтобы повидаться с Иваном.

На следующий день после завтрака Катюша попросила Дарью Гавриловну, пройтись с ней по саду. Тетушка согласилась и, едва они спустились по белым ступенькам к липовой аллее, как Нелидова взволнованно спросила:

– Что случилось Катенька? На тебе лица нет!

– Тетушка, мне надобно поговорить с Вами об одном деле, – вымолвила взволнованно Катюша.

– О чем же?

– Тетушка я знаю, Вы любите меня, оттого не осудите мой выбор.

– Ты про что, душечка?

– Помните, я рассказывала Вам о том молодом человеке, Иване который спас меня и у которого я жила всю зиму.

– Конечно же, помню, моя девочка. Ведь этот разбойник коварно соблазнил тебя и обесчестил, – заметила глухо Дарья Гавриловна, тут же помрачнев.

– Нет, тетушка Вы не правы, – пролепетала Катя и проникновенно добавила. – Да сначала все произошло не по моей воле, но затем я искренне наслаждалась его близостью…

– Боже Катюша, что ты говоришь девочка моя?! Как же можно такое думать, а не то, что говорить! Срам один!

– Простите тетушка, – тут же вымолвила смущенно Катюша. – Но теперь мое сердце так горит огнем, что я не могу сдерживаться. Вы знаете, я хотела Вам сказать, что мы виделись с Иваном месяц назад. Он приехал в Петербург и просил меня стать его женой. Так вот я поняла теперь, что жажду этого всем сердцем. Оттого сейчас я прошу Вас тетушка, благословите меня, – добавила с горячностью Катя.

– Но на что?

– Я хочу завтра же поехать к Ивану, и после мы…

– Что? – испуганно перебила ее Дарья Гавриловна, поменявшись в лице. – Что ты говоришь, душечка?

Катюша схватила руки тетушки в свои ладони и страстно заговорила:

– Я поступила бездумно, глупо, когда убежала от Ивана. Я не могу без него. Я знаю, что он единственный мужчина, которого я могу полюбить. Он неволил меня, и оттого я все время пыталась убежать от него. Мысль о побеге сидела у меня все время в голове с самого начала. Но после случилось столько всего. И мои чувства к нему менялись, но я по глупости внушила себе, что не хочу с ним быть и зависеть от него. Оттого и покинула его так безоглядно. Но в последнее время я только и думаю об Иване. А на днях поняла, что люблю его, и не могу находиться вдали от него! Я должна встретиться с ним и поговорить. Если он все еще любит меня, я соглашусь стать его женой. Ведь только рядом с ним я была истинно счастлива, и теперь я это очень ясно понимаю.

– Катюша одумайся! Что ты говоришь! – воскликнула в ужасе Нелидова. – Подумай! Ты дворянка, а он простой мужик! Зачем он тебе?! Ты испортишь себе жизнь!

– Нет, нет, тетушка Вы не понимаете! Без него меня ничего не радует, никто мне не нужен! Я люблю его одного! Я просто не понимала всего этого. Но теперь мое сердце прямо рвется к нему. Не могу я без него, поймите. Завтра же я поеду к графу Воронцову. Иван говорил, что служит теперь у него приказчиком.

– Боже приказчик, какой ужас! Катюша да ты что с ума сошла? Ты хочешь все бросить? И свою семью, и наш дом, и возможно блестящее будущее, ради простолюдина, пусть даже он и служит приказчиком теперь?

– Да, тетушка, хочу. Я должна поехать к нему. Иначе я не найду покоя, вдали от него.

– Девочка моя! – Дарья Гавриловна заключила Катюшу в объятья и начала гладить девушку по спине, испугавшись страстных порывов Кати. – Обдумай все хорошенько, не торопись. Такое важное решение не принимают скоропалительно. А как же господин Левашов?

– Илья Дмитриевич? Причем тут он? – опешила Катя. – Да он и не захотел меня едва узнал, что я не девственна. Именно это и предрекал мне когда-то Иван, да и Петр Иванович твердил об этом же.

– Но Катюша ты достойна дворянина. И наверняка найдется человек…

– Нет, тетушка. Я чувствую, что Иван это моя судьба, – прошептала страстно Катя и, чуть отстранившись от Нелидовой, посмотрела на нее горящим взглядом. – Я люблю его, поймите. Только при нем мое сердце стучит как безумное, только его взор смущает и тревожит меня. Только о нем все мои мысли теперь. С ним я заживу полной яркой жизнью. И мне не важно, что он приказчик. Я счастлива с ним итак. Что мне проку в богатом женихе, если сердце мое будет несчастно? Разве Вы не понимаете меня тетушка?

– Понимаю я тебя, Катюша очень хорошо. Ведь меня-то тоже выдали замуж без любви. И я знаю как это тягостно…

– Вот видите! Неужели же Вы хотите мне такую же горькую судьбу?

– Нет, конечно же нет, душечка моя, – спохватилась Нелидова и уже мягче заметила. – Но ты пойми, что если ты выйдешь замуж за простого мужика, то твои детки лишатся дворянства.

– И что ж? – пролепетала Катя. – Главное что они будут любимы и обожаемы мною, ведь они будут рождены от него…

– Боже да ты совсем помешалась на этом человеке, – пролепетала удрученно Дарья Гавриловна.

– Да я буду счастлива, – мечтательно заметила Катюша и тут же уточнила. – А ведь усадьба батюшки, Александровка, по наследству перейдет ко мне?

– Ну да, и еще две деревни, которые в поместье, – кивнула Дарья Гавриловна. – Но они будут твоими только если ты выйдешь замуж или после того как тебе исполнится двадцать один год.

– Ну, вот тетушка, мы сможем безбедно жить в нашей усадьбе. Иван вполне справится с управлением хозяйством, я знаю это.

Нелидова помолчала, вновь ища предлоги, чтобы отговорить любимую племянницу от этого порывистого шага.

– Ты готова всем поступиться ради него, ты действительно сошла с ума, – трагично вымолвила Дарья Гавриловна.

– Тетушка не осуждайте меня. А поймите. Я счастлива была только с ним. Как подумаю о нем теперь, так сердце заходится от упоения, и никто мне не нужен, ни Левашов, никто другой. Что ж, по-Вашему, лучше во дворце сидеть да слезы лить? Нет уж, увольте, мое сердце хочет счастья. Мы не будем ни в чем нуждаться. А что до дворянства, сейчас и купцы его получают. Возможно, наши дети поступят на службу к императрице и за выслуги получат дворянство, такое же бывает.

– Бывает ты права, и довольно часто.

– Вот видите.

– Ну что же, если ты так решила, то пусть будет по-твоему, моя девочка, – тяжело вздохнув, вымолвила Нелидова. – И знай, что ты всегда можешь рассчитывать на меня, – она перекрестила девушку и вдруг сказала. – Однако как бы Петр Иванович не рассердился.

– Но ведь он итак недоволен, что я у Вас, и только и жаждет сбыть меня с рук тетушка.

– В этом ты права. А после того как господин Левашов носу к нам не кажет, так он вообще злой ходит, да сердится на тебя,

– Я вижу это тетушка. Вот и дяде легче будет, если я замуж выйду, да не буду более обременять его.

– Ты, наверное, права, душечка. Петр Иванович вряд ли будет возражать против твоего брака. Ну что ж тогда поезжай завтра к графу Воронцову, с Богом.

– Благодарю Вас тетушка, я так люблю Вас…

Карета подвезла Катюшу к помпезному светло-палевому особняку, остановившись у парадного подъезда. С интересом и неким благоговением девушка взирала на трехэтажный дворец. Лишь когда кучер услужливо открыл перед ней дверцу она, нервно стиснув сумочку в руках, вышла из экипажа. Да она знала, что найдет Ивана именно здесь, но все же разговор с графом Воронцовым пугал ее. Она боялась показаться смешной в своем любовном порыве, который привел ее сюда. Оглядываясь по сторонам, и взирая на многочисленную дворню, которая сновала туда-сюда по аллее и у больших цветников, не обращая на нее внимания, Катюша прошествовала по крыльцу к большим деревянным дверям. Дворецкий осведомился, что ей нужно, и уже через пять минут девушка ожидала, когда ее примет граф. Воронцов появился в гостиной спустя четверть часа, и удивленно подняв брови, тут же узнал в девушке прелестную племянницу Нелидова, которую видел три недели назад в доме у Петра Ивановича. Михаил Илларионович остановился в пяти шагах от девушки, которая стояла посреди гостиной. Она была одета в чудесное светлое платье и шляпку.

– Здравствуйте сударыня, – быстро произнес граф.

– Добрый день, Ваше сиятельство. Вы помните меня? Мое имя Екатерина Васильевна Пашкова, – неуверенно начала Катюша, устремив светлый взор на стареющего сухого графа. Воронцов тут же прищурился и с какой-то странной интонацией в голосе произнес:

– Конечно же, я помню Вас милое создание, – Невольно смутившись под неприятным пронизывающим взором Михаила Илларионовича, Катюша невольно чуть опустила глаза вниз. Видя ее смущение, канцлер сделал два шага к девушке и по-доброму заметил. – Не скрою, я весьма удивлен Вашим визитом в мой дом. Чем могу служить Вам?

Катюша сглотнула, и вновь обратив ясный взор в лицо графа, вежливо спросила:

– Я осведомлена, что у Вас в доме служит приказчиком, некий Иван Алексеевич. К сожалению, не знаю его фамилии. Я бы хотела видеть его.

– Иван Алексеевич? Но у меня нет приказчиков с таким именем, – произнес, нахмурившись, Михаил Илларионович. – Возможно, Вы что-то путаете? Может, Вам нужен Иван Дементьевич?

– Нет. Иван Алексеевич, его имя. Правда он служит недавно у Вас. Возможно пару месяцев. До этого он жил в лесу и промышлял охотой, – начала Катюша взволнованно, ощущая, что ее сердечко дико забилось от неприятного предчувствия того, что она не сможет найти теперь молодого человека. – Он вроде говорил, что Вы его крестный и что он живет при Вашем особняке.

Граф задумался, внимательно глядя на Катюшу. Невероятно красивая, темноволосая, прелестная с гибкий изящным станом и пронзительными большими очами небесной синевы, девушка вызвала у Воронцова заинтересованность еще на том балу, когда он увидел ее впервые. И теперь с нескрываемым удовольствием Михаил Илларионович рассматривал ее, словно диковинный цветок. Еще у Нелидовых Воронцов поразился красоте и пригожести девушки, но теперь он еще раз отметил, что она невозможно хороша. Ее замечание о том, что нужный ей человек жил долгое время в лесу и что он его крестник, навели графа на мысль о том, что она говорит о его племяннике. Но зачем Иван скрыл свое настоящую фамилию и положение от этой девушки и представился его приказчиком? Воронцов не мог этого понять. Но видимо, зачем то ему это нужно было. Осталось лишь уточнить, правильно ли он все понял. Оттого он попросил:

– Опишите внешность этого человека, возможно, я действительно знаю его.

– Извольте, – кивнула взволнованно Катюша. – На вид ему лет тридцать или около того. У него густые русые волосы до плеч, высокий лоб, темно-зеленые пронзительные глаза. А лицо… – она чуть замялась и невольно сглотнула. – Лицо мужественно и сурово. Он высок, и в его осанке чувствуется военная выправка. Однако я не знаю, служил ли он когда-либо. Да, после схватки с медведем, на его правой ладони остались глубокие шрамы.

– Я, кажется, знаю, о ком Вы говорите, сударыня, – заметил Воронцов, тут же узнав по описанию девушки своего племянника. Но отчего Иван сказал, что служит у него приказчиком? Это никак не укладывалось в голове графа. Однако решив поддержать тайну племянника и пока не раскрывать, кем Иван является на самом деле, Воронцов спросил. – Однако я удивлен, сударыня. Откуда Вы знаете, что Иван Алексеевич жил в лесу долгое время?

– Дело в том, – Катюша замялась. – Прошлой осенью он спас меня от разбойников. И потом я долго жила в его избушке в чаще леса.

– Вот как? Он ничего не рассказывал об этом, – заметил Воронцов, и его воображение тут же нарисовало какую-то непристойную картину с участием этой девицы и Вани. Михаил Илларионович прищурился, а про себя невольно подумал, что это долгое проживание вдвоем в глухом лесу, могло обернуться для молодых людей, чем-то более значительным, нежели просто встречей.

– Так он служит у Вас сударь?

– Да. В каком-то роде, – уклончиво заметил граф. – Я только не пойму, зачем Вы ищите его теперь?

– Мы… как бы Вам сказать, – Катюша замялась, смущенно опустив взор. И граф внимательно глядя на девушку, вмиг утвердился в мысли о том, что между этой девушкой и его племянником, явно были какие-то отношения, и далеко не невинные. И уже через минуту Катюша подтвердила его умозаключения, тихо вымолвив: – В прошлый раз Иван Алексеевич предлагал мне стать его женой…

– Женой? – опешил граф нахмурившись. И тут же про себя, Воронцов подтвердил факт того, что его племенник явно воспользовался ситуацией и соблазнил эту девицу. В этом Воронцов, даже не сомневался. “А кто бы не воспользовался такой возможностью?” – подумал Михаил, вновь осматривая с головы до ножек прелестную фигурку Кати. На месте племянника он сам бы такую прелестницу уж точно бы не выпустил бы из своих рук, если бы был помоложе, лет так на пятнадцать. Однако она что-то сказала на счет женитьбы и эта фраза совсем не понравилась графу.

– Ну не совсем. Он сказал, что мы должны быть вместе. Но тогда я не захотела его выслушать. А теперь я поняла, что…

Эти слова девушки отчего-то в конец разозлили Воронцова и он помрачнел.

– А Ваш дядя знает теперь что Вы у меня? – вдруг холодно осведомился Воронцов.

– Нет, – пролепетала испуганно Катюша и порывисто добавила. – Прошу Вас Михаил Илларионович, не рассказывайте моему дяде о том, что я была у Вас! А то он сильно разгневается.

– Значит Вы сударыня, без старшего благословления пожаловали теперь ко мне? – буркнул недовольно граф. – Видимо Ваш дядя ошибался, когда говорил, что у вас ангельский нрав. А как я погляжу, Вы своевольны.

– О, милостивый государь, Вы несправедливы ко мне. Я всего лишь хотела найти давнего друга. В какой-то мере я обязана своей жизнью Ивану Алексеевичу. И разве это преступление просто увидеться с ним и поговорить?

– Нет, простой разговор это не преступление, Вы правы, – заметил тихо граф, видя, что девушка не так проста и наивна как ему показалось в начале. И ее порывистость и страстность натуры тут же считалось умелым чутьем Воронцова, и он осознал, что в душе ему нравится горячность и даже некая экспрессивность Катюши. Ведь эти черты нрава девушки, доказывали то, что она могла быть весьма страстной в постели. Этот вывод до невозможности понравился Михаилу Илларионовичу, и он уже более спокойно добавил. – Простите меня, я немного погорячился. Так что же Вы хотите от меня теперь, сударыня? – холодновато заметил Воронцов, ощущая, что он совсем не жаждет, чтобы Иван связал свое будущее с этой девицей. Да она была дворянкой, но Воронцов прекрасно знал, что она бедна и не занимала высокого положения в обществе и уж тем более не имела должности при дворе. Ведь для своего племянника Воронцов готовил блестящее будущее. И на роль его жены подходила дочь князя Урусова, фрейлина императрицы. Эта была бы для Ивана блестящая и выгодная партия. Да, стоящая перед ним теперь юная девушка была невероятно красива, но все же, по мнению Воронцова она не могла составить счастье Ивана.

– Я бы хотела поговорить с Иваном Алексеевичем, если это возможно. Скажите, где я могу его найти?

– К сожалению, он более не служит у меня.

– Да? Но он сказал…

– Месяц назад он поступил на службу в лейб-кирасирский полк и теперь по моим сведениям воюет в Пруссии.

– Как жаль, – опешила Катюша, похолодев от этого известия, и нервно поджала губки. Она тут же представила, как это опасно и ощутила, что ее сердечко взволнованно испуганно забилась. – А когда же он должен вернуться?

– О, этого никто не знает, сударыня, – пожал плечами Воронцов. – Возможно через месяц, а возможно через год. Война это дело непредсказуемое.

– Но возможно ли написать письмо в его полк в Пруссию?

– Письмо? – показно удивился граф. – Но это вряд ли возможно. Полк постоянно в маршах, и перемещается очень быстро. Лишь военная почта может достигнуть места. А обычное письмо вряд ли. Нам лишь остается только ждать… – добавил Михаил Илларионович, придумав эту небольшую ложь для того чтобы внушить наивной девушке, мысль что она никак не сможет связаться теперь с Иваном.

– Я понимаю, – тихо ответила Катюша.

– И на Вашем месте, сударыня я бы постарался позабыть об Иване Алексеевиче.

– Забыть? Нет, это невозможно, – твердо произнесла Катюша. – Мне очень необходимо увидеться и переговорить с ним. Вы должны понять меня, милостивый государь.

Воронцов нахмурился, поняв, что так просто девушка не отступится от своих замыслов.

– А у него есть родственники? – спросила вдруг Катюша.

– Зачем они Вам? – уже недовольно заметил граф.

– Я могла бы оставить у них для него письмо. И когда Иван Алексеевич вернется…

– Родственников у него, к сожалению, нет. Но Вы можете оставить письмо мне. Ведь по приезду он непременно будет у меня. Я, знаете ли участвую в его судьбе. Давал обещание об этом его покойному отцу.

– Я буду очень благодарна Вам, – кивнула Катюша. – Вы позволите мне написать несколько строк?

– Извольте, – кивнул граф и позвонил в колокольчик.

Спустя некоторое время Катюша передала дрожащей рукой письмо графу и тихо попросила:

– Вы обещаете, что передадите письмо Ивану Алексеевичу?

– Да, – ответил кратко Михаил Илларионович, не отрываясь, смотря в огромные голубые озера глаз девушки, которые проникновенно взирали на него.

– Что ж прощайте. Я буду молиться о его скором возвращении.

– Как Вам будет угодно сударыня.

Катюша быстро покинула гостиную, а Михаил долго смотрел на письмо девушки и почти со стопроцентной вероятностью мог сказать, что там написано. Он еле подавил в себе первоначальный порыв немедленно сжечь письмо, чтобы Иван никогда не узнал о нем. Но эта Катюша Пашкова, была так молода и наивна, а ее взор так чист и прелестен, что Воронцов не смог решиться на такой коварный подлый поступок. И безжалостно сжечь письмо этой юной девушки, которая была еще почти ребенком. Не удержавшись, Михаил медленно раскрыл письмо и прочел его. Как он и предполагал, она писала, что любит Ивана и что он был прав во всем, и лишь она по своей глупости не поняла этого сразу. И оттого теперь она, осознав все, готова следовать за ним и быть всегда рядом.

Поморщившись, Воронцов закрыл письмо и подумал о том, что если бы эта прелестная девица вдруг написала бы подобное послание ему самому? Отчего-то эта мысль вмиг взбудоражила сознание Михаила, и он подумал о том, что он был бы весьма не против если бы эта прелестная малышка вздыхала так по нему. Мысли Воронцова пошли дальше, и в его взбудораженном прелестями девушки сознании тут же нарисовалась некая картина. Как в его пустующей огромной гостиной дворца, теперь вдруг окажется эта малышка-прелестница с темными локонами, и соблазнительным пухлым ртом, который так и требовал поцелуя. Эти мысли окончательно заворожили графа и он, нахмурившись, начал считать, насколько он старше девушки. Почти тридцать лет разницы чуть остудили его пыл, но Михаил вдруг пораженно осознал, что вполне бы мог снова жениться и не просто содержать молоденькую жену, а баловать ее и выполнять любые ее дорогостоящие капризы. Ведь в первый раз он женился по настоянию отца, и прожил со своей покойной женой долгие годы, не любя ее и лишь уважая. А что было бы, если теперь он женился бы по любовной страсти? Эта мысль до того показалась Воронцову пленительной и заманчивой, что его воображение тут же нарисовало чудесную картину его будущего, где его одиночество будет скрашивать вот такая юная прелестница, один вид которой вызывал в Михаиле диковатые темные жгучие желания.

Однако разница в возрасте невероятно смущала Воронцова. Он прекрасно осознавал, что в обществе будут смеяться над ним и наверняка осудят за то, что он сорока восьмилетний вдовец, который уже почти десять с лишним лет не жаждал вновь жениться, вдруг на старости лет задумал подобное. Да, так делали многие его знакомые дворяне, у которых имелось богатство, но все же это смотрелось немного неестественно, и это Михаил очень хорошо понимал.

Нервно размышляя над всеми этими вдруг появившимися обстоятельствами, которые взбудоражили его душу, Воронцов все же решил сжечь послание девушки. Он проворно приблизился к камину и бросил бумагу в огонь, тем самым уничтожив доказательства того, что Катюша Пашкова приезжала сюда. Ибо уже сегодня, граф вознамерился навестить князя Урусова и договориться с ним о помолвке его дочери Марии и Ивана.