Текст книги "Антология исторических приключений-5. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Нина Соротокина

(Отправлено) спешно из Бистрицы, в день воскресный после праздника Рождества Иоанна Предтечи (то есть 25 июня).

Верные (слуги) Вашего Величества

королевский наместник (в Альба Регии) и

Гаспарус из Надьварада [31]

* * *

Латинский текст письма:

Dominicus Praepositus Albaeregalis et Gasparus, oratores regis Mathiae Hungariae ad Stephanum vaivodam Moldaviae missi, Mathiae regi.

Serenissime Princeps. Domine noster naturalis et gratiosissime. Post humillimam subjectionem nostram. Rex et Princeps gratiose.

Cum essemus in procinctu itineris nostri de civitate Bistriciensi, venit ad barones Moldavienses homo domini Stephani vaivodae Moldaviensis cum litteris praesentibus inclusis, qui vocali sermone retulit nobis, quomodo praeteritis diebus ipse vaivoda Stephanus misisset Alexandrum fratrem carnalem consortis suae in regnum, quod dicitur Mangop, et illud potentia sua, post exitum boierorum suorum ad Majestem Vestram, solliciter, optinuisset et universos majores et minores in illo regno Mangop dominio suo subegisset. Retulit etiam, quomodo Turci cum valida potentia cum quadringentis galeis venissent in obsidionem Caffa, quam, cum obsidione cinxissent, obtinuerunt simul cum castello in eadem habito.

Quibus sic optentis, universos Italos in dicto castello existentes nece terribili, simul cum potentioribus civitatis interemissent, reliquos ipsius urbis post datam fidem in antiquis eorum consuetudinibus relinquendos; et, ut fertur, Turci ipsi Tartaros in numero XL millium ipsis in expugnatione ipsius civitatis Caffa associaverant, cum quibus nunc magnum pacis foedem pepigerunt, maxime ex eo, quia illic imperator Tartarorum, de quo Stanczul Majesti Vestrae mentionem fecerat, in illa urbe Caffa per Turcos et Tartaros captus esse perhibetur.

Nunc, Serenissime Princeps, ex quo ipse Stephanus vaivoda intelligit sibi imminere periculum, petit nos medio horum boieronum suorum, quatenus litteras nostras ad Majestem Vestram velocissime daremus, ut Majestas Vestra dignaretur convertere faces suas ad partes regni sui inferiores, et in dies festinaret discedendo; quoniam sperat idem vaivoda, quod postquam Majestas Vestra moverit se, Turcus ipse non ita facile proficiscetur vel contra regnum Moldaviae, vel Majestem Vestram; et sine dubio nos advisat et certos facit, quod postquam venerit Turcus ipse, qui jam dudum iter suum arripuit, Transalpinenses contra Majestem Vestram et ipsum vaivodam insurgent, quia paratos jam se contra Majestem Vestram retulerunt. Turcus ipse cum maxima potentia personaliter per terram et alias gentes suas per aquas misisse fertur. Haec Majesti Vestrae scripsimus, ut intelligat Majestas Vestra novitates harum partium.

Recepimus nudius tertius litteras, quas Majestas Vestra miserat ad me, Dominicum Praepositum, in facto inmissionis vaivodae Draculia, quas post earum lectionem communicavi cum boiaronibus, qui post acceptas has novitates dicunt laudando, quod Majestas Vestra creaverit eum in vaivodam, supplicantes, quod Majestas Vestra dignetur eum celerrime mittere cum potentia, quia jam Stephanus vaivoda cum omnipotentia sua in Jassamarck hoc, forum Filistenorum, castrum tenet, prout Majestas Vestra intuebitur ex litteris ipsius Stephani vaivodae praesentibus inclusis. Hunc latorem praesentium supplicamus citissime remittat ad nos, ut sciamus, quid in his rebus respondeamus ipsi Stephano vaivodae. Deus teneat Sublimitatem Vestram ad vota ad regimen regnorum suorum.

Raptim ex Bestriza, die Domenico post festum Nativitatis Beati Joannis Baptistae. [A. D. 1475.]

Perfideles Sublimitatis Vestrae

Dominicus Praepositus et

Gasparus de Nagyvatha.

* * *

Перевод с раннеитальянского мой, С. Лыжиной:

Письмо от 18 июля 1475 года. Посол герцога Феррарского, Флориус Реверелла, пишет герцогу из венгерской столицы, Буды

Светлейший Принцепс и Великолепнейший Государь! Господин мой единственный! Нижайше сообщаю следующее.

В день, когда я был в Посонио[32], в прежнем моём послании к Вашей Светлейшей Синьории, касающемся происходящего, я тогда обещал в последующем обратиться к новостям из Венгрии. Во исполнение обещания довожу до сведения Вашего Превосходительства, что план действий Венгрии в общем уже утверждён[33]. И там среди прочего утверждено и постановлено (на войну) против Турка собрать по одному дукату с каждого двора во всём королевстве[34], и так собирали, чтобы набрать более 500 тысяч дукатов.

Бароны и послы Содружества[35] были недовольны тем, что этот план был выполнен с большим трудом и с величайшими издержками, и надеялись получить какую-нибудь помощь от государств Италии, на что им в письме дала надежду Венецианская Синьория. Это оказалось насмешкой, обманом и даже мошенничеством в отношении них[36], что стало очевидно во время возвращения Светлейшего короля после военного предприятия в Богемии[37], которое проходило успешно. И военная сила Турка была обращена против него (короля), поскольку сам Турок прослышал о возвращении короля и об упомянутой итальянской помощи. Он (Турок) отодвинул на второй план войну на море, его силы и войска направлены против Венгрии и также, по слухам, он послал своих людей в Молдавию, где этой весной[38] его войска были разбиты. И он послал через Великое Море 60 галер с некоторым количеством (других) судов в устье Дуная, чтобы завоевать эту землю[39]. Это вам предсказывал граф Стефан (князь Штефан), и это имеет большое значение.

Светлейший король, чтобы противодействовать этому (нашествию), милостиво принял (на службу) упомянутого графа Стефана[40], который в течение многих прошлых лет не имел хороших взаимоотношений с Его Величеством. Сейчас время доброго мира и сам граф Стефан через его послов согласно этому плану принёс новую вассальную клятву[41] упомянутому Величеству и туда (в Молдавию) было отправлено некоторое количество бандерий и вольных наемников, которые подзаработали таким путём, (оставаясь) под знаменем повиновения.

Затем Его Величество немедленно возвратил Ладиславу Драгуле его должность в Валахии, сделав его воеводой и восстановив в прежнем статусе. Дал вооружённых людей, деньги и рекомендательное письмо, поскольку рассчитывал, что упомянутый Драгула совершит великое дело (в борьбе) против Турка, как в прежние времена совершил, нанеся ему (Турку) поражение в землях Валахии ещё до того, как Его Королевским Величеством был заключён в тюрьму. И дабы оказать ему (Драгуле) ещё более значительную услугу, (Его) Величество сам отправил комиссара в Трансильванию, чтобы эта земля оказывала помощь упомянутому Драгуле, откуда можно будет взять 50 тысяч человек, хорошо подготовленных (вар.: организованных) и вооружённых, когда Турок всё-таки появится близ тех земель Молдавии или Валахии.

И сверх того само Королевское Величество не прекращает участия наравне со всеми и движения в (условленный) пункт, чтобы лично придти к границам королевства. И, во-вторых, он (король) намеревается выступить против турок, поэтому, до окончания июля или ещё раньше будет в пути и привезёт много стенобитных бомбард и других артиллерийских орудий в любом случае. И среди прочего он приказал сделать несколько удивительных деревянных механизмов для подмен, вредительств и поджогов и других дел, чего никогда ранее не изобреталось. Потому я надеюсь, что мероприятие пройдёт удачно, и призываю этого Светлейшего короля Матьяша проявить великое тщание и рассудительность, и рассчитываю на способности самих этих венгров, являющихся прирождёнными воинами и, разумеется, склонных выступить против турок более чем любой другой народ.

Наконец, здесь утверждается людьми этого Светлейшего короля, что Венецианская Синьория через одного своего посла проявила настойчивость в отношении Турка, склоняя его к заключению мира, и потому этот Турок потребовал у Синьории всю Морею, Крую и Скутари[42] и некоторые другие земли в Албании и много других уступок достаточно тяжёлых. Посол (Венеции) возвратился ни с чем.

И помимо этого из-за неприемлемой стоимости услуг по пересылке я не могу отправить письмо правителю Поликастро[43].

Из Буды, 18 июля 1475.

Ваш покорный слуга,

брат [44]  Флориус Реверелла

* * *

Итальянский текст письма:

Florius Reverella orator Herculi I, duci Ferrariae.

Illustrissime Princeps et Excellentissime D. Domine mi singularissime. Post humilem commendationem.

Ali giorni de sopra la da Posonio per un altra mia avizai Vostra Illustrissima Signoria delle occurentie, per all hora promettendoli successive dalli adverso delle nuove d'Ungheria, per observare adunche la promessa, intendera la Vostra Excellentia per questa, como la dieta d'Ungheria generale e gia conclusa, in la quale tra le altre conclusioni e provvissioni contro il Turco hanno imposto uno ducato per foco in tutto el Reame, si che se extima che montara piu de cinque cento milla ducati.

Li baroni et ambassatori de Communitade sono malcontenti, che havendo facta questa dieta con grande faticha e con grandissima spesa, credendo havere qualche subsidio delli potentati d'Italia, secondo gli era dato firma speranza dalla Signoria de Venezia, se sono retrovati beffati et ingannati et piu li dole, che per la ritornata de questo Serenissimo Re dalla impresa de Bohemia, la quale felicemente procedeva, tutto inspecto ed forza del Turco se hanno provocato contra de loro, peroche ipso Turco sentendo la tornata del Re e la fama del predetto subsidio Italico, postposita la guerra del mare, le sue forze et exerciti sono dirizzati contro l'Ungheria et secondo se intende, manda le sue gente verso la Moldavia, dove questa vernata el suo exercito fu rotto, et ha mandate per il Mare Mazore 60 galie con certe nave alla fauce del Danubio per expugnare certe terre, vi sono del predicto Conte Stefano, le quali sono de grande importanzia.

Questo Serenissimo Re per obviare a questo, ha recevuto in gratia el predicto Conte Stefano, el quale da molti anni passati non haveva bene quadrato con Sua Maesta, si che ora sono bene d'accordo et epso Conte Stefano per sui Ambassadori in questa dieta ha facto novo homaggio alla predicta Maesta et li ha mandato alcune bandere et spoglie, che furono guadagnate in la rotta, in signo d'obbedientia.

Praeterea Essa Maestra ha restituito Ladislao Dragula alle protine sue dignita in Valachia, factolo vaivoda et restituito al suo stato, datoli gente d'arme, dinari et bone lettere, si che se especta el dicto Dragula fara gran facto contra li Turchi, come altrevolte fece, dandoli piu rotte circa la parte de Valachia, avanti che fosse prigione della Maestra de questo Signore Re, et per dargli maggiore favore ha mandati epsa Maestra commissari in Transilvania a disponere el paese in favore del dicto Dragula, onde se potranno havere L milla homini bene disposti alle armi, quando pure li Turchi se presentassero verso quelle parti di Moldavia o de Valachia.

Insuper epsa Regia Maestra non cessa parechiarse et mettersi in puncto per andare personalmente verso li confini del Reame, secondo intendera el venire delli Turchi, siche, non passera Julio o piu presto sara in viaggio et portara seco molte bombarde murali et altre artillerie in diversi modi, et inter cetera ha facto fare alcune machine de ligname meravigliose da borate, carogne et fochi et altre cose, che mai furono facte ne excogitate, siche spero pur le cose passaranno feliciter, attento la grande diligentia et prudentia de questo Serenissimo Re Mathias, et la dispositione de questi Ungari sui, li quali pareno nati in su le armi et naturalmente inclinati contro li Turchi, piu che niuno altra natione.

Postremo se intende qui per homini de questo Serenissimo Re, como la Signoria de Venetia per uno suo Ambassatore ha facto instantia appresso el Turco per havere pace cum lui; ma perche epso Turco domandara alla Signoria tutta la Morea, Croya et Scutari et alcune altre terre in Albania et multe altre servitu assai difficili, lo Ambassatore e tornato re infecta.

Altro non occurisse la pressa del messo non posso scrivere a Maestre de Policastro.

Ex Buda XVIII. Julii 1475.

E. D. V. Servitor frater Florius Reverella.

В книгах о Дракуле письмо от 4 августа 1475 года периодически упоминается по нескольким поводам:

– как подтверждение того, что Дракула после освобождения активно включился в политическую жизнь;

– как иллюстрация его взаимоотношений с городом Сибиу;

– как документ, где упоминается один из соратников Дракулы – Кристиан;

– как документ, где Дракула сам себя называет «Дракула», хотя по-румынски прозвище звучало бы как «Дракул».

Увы, более-менее подробного разбора этого письма нет нигде, поскольку один историк обращает внимание на одну деталь, а другой – на другую в зависимости от своих интересов. Мы же попытаемся рассмотреть этот документ по всем пунктам.

Дракула снова в политике и всё тот же

Если сравнивать письмо от 4 августа 1475 года с письмами, которые Дракула слал саксонцам до своего ареста, то есть до 1462 года, то сразу становится видно – после 13 лет несвободы характер Дракулы и манера поведения в целом остались прежними.

Дракула под давлением венгерского короля Матьяша обещал предоставить саксонским купцам торговые привилегии, когда снова взойдёт на румынский трон. Это обещание необходимо было дать, чтобы заручиться политической поддержкой со стороны всех саксонцев Трансильвании, и Дракула пошёл на уступки, но вот любезничать с саксонцами не стал даже под давлением короля. Дракула не забыл, что саксонцы так и не предоставили ему 4 000 воинов в подкрепление во время антитурецкой кампании 1462 года, хотя обещали.

Пусть саксонцы формально не были виноваты, потому что, являясь венгерскими подданными, не могли предоставить подкрепление без разрешения венгерского монарха, но Дракула не делает на это скидок. Он не любезен с нарушителями обещаний.

Обращаясь к руководству города Сибиу, Дракула поначалу использует обычные вежливые обороты, но как только доходит до сути дела, тон меняется. Дракула не просит, а требует выделить ему участок для строительства дома в городе, а в целом смысл письма сводится к следующему: после всех тех уступок, которые я вам сделал, только попробуйте не разрешить мне. Поэтому в письме и сказано: «Требуется выделить место под один жилой дом в ваших пределах в счёт возвращения и увеличения вашего вознаграждения». Последние слова в этой фразе – как раз о торговых привилегиях, которые обещаны.

Далее Дракула пишет: «Мы вам, друзья, в настоящее время направляем запрос, как скоро вы решите удовлетворить наши требования вследствие возросшего уважения к нашей дружбе», – то есть возможность отказа даже не рассматривается, потому что Дракула «желает получить благодарность» за свои уступки.

Как видите, тон по отношению к жителям Сибиу весьма резкий, и это означает, что перед нами всё тот же Дракула!

Сибиу – любимый город Дракулы?

Дракула в 1475 году понимал, что, несмотря на поддержку короля Матьяша, возвращение румынского трона займёт продолжительное время – не менее года. Дракула уже не первый раз начинал бороться за трон и видел достаточно примеров того, как складывалась жизнь других претендентов, поэтому на скорое возвращение в Румынию не рассчитывал.

Пока возвращение в Румынию не состоялось, требовалось где-то жить, но жить в Пеште Дракула явно не хотел, раз подыскивал себе другое место.

Сложно сказать, почему Дракула выбрал именно город Сибиу. Возможно, всё объяснялось местоположением: не так близко к румынской границе как Брашов, зато ближе к венгерской столице Буде, а в Буду следовало регулярно наведываться.

Возможно, это объяснялось также тем, что отношения с Сибиу были лучше, чем с Брашовом. Конечно, Дракула помнил, как враждовал с Сибиу во второй половине 1450-х годов, и это во многом повторяло дрязги с брашовянами, но жители Сибиу, по крайней мере, не принимали активного участия в очернении Дракулы в 1460-е годы, как это делали жители Брашова.

Дракула теоретически мог бы поселиться в Сигишоаре, городе своего детства, но местоположение этого города не отвечало целям претендента на престол: ездить в Буду оттуда было неудобно, и от румынской границы Сигишоара располагалась заметно дальше.

Очевидно, взаимоотношения с жителями города не были главным критерием в выборе места для постройки дома, ведь Дракула выбрал не Сигишоару, хотя взаимоотношения с жителями этого города никогда не портились.

Почему же отец Дракулы в своё время выбрал Сигишоару? Тогда, судя по всему, ситуация была иной. Отец Дракулы в Сигишоаре почти не жил, поскольку много времени проводил в разъездах вместе с тогдашним венгерским королём Сигизмундом. Сигишоару отец Дракулы выбрал, прежде всего, как место жительства своей семьи, а вот сам Дракула, в 1475 году выбирая место жительства, выбирал его для себя. Соответственно изменились и критерии выбора.

Жена Дракулы (Илона Силадьи) должна была остаться в Пеште. Взрослый сын Дракулы (Влад) должен был постоянно путешествовать с отцом и просто принять его выбор, а о том, что на свет появится ещё один сын (Михня), Дракула в то время не знал и даже не догадывался.

В общем, тот факт, что Дракула хотел поселиться в Сибиу, вовсе не свидетельствует о том, что это был любимый город Дракулы.

«Наш друг-боярин»

Письмо от 4 августа 1475 года также важно для лучшего понимания событий конца 1460-х годов. Это письмо – одно из тех, где упоминаются верные слуги Дракулы, а ведь часто можно услышать мнение, что Дракулу осенью 1462 года покинули все соратники, и что бояре, ещё недавно верные, его предали, а он остался с горсткой слуг.

Письмо от 4 августа 1475 года – один из документов, позволяющих показать, что утверждения на счёт массового предательства не соответствуют действительности. На момент ареста у Дракулы оставалось ещё много сторонников, которые в течение 13 лет ждали своего государя, а когда Дракула оказался освобождён, они при первой же возможности заявили о своей готовности поддержать его и продолжать службу.

Конечно, Дракула охотно принял людей, которые ждали его, а будь они предателями, во второй раз не удостоились бы доверия. Вот почему тот факт, что в документах 1470-х годов упоминаются сторонники и слуги Дракулы, является весьма важным, как и то, что упоминание отнюдь не единичное. Упоминания есть в письмах самого Дракулы, а также различных лиц, обсуждавших его в своей переписке.

В письме от 4 августа 1475 года упомянут один из слуг Дракулы, звавшийся Кристиан – тот самый Кристиан, чьё имя встретилось нам в письме к брашовянам от 4 июня 1460 года. Дракула в 1460 году упоминает Кристиана как одного из своих слуг, участвовавших в переговорах с брашовянами о выдаче беглецов из Румынии: «Смотря по тому, о чём со слугой нашим Кристианом вы в итоге договорились». Именно поэтому в письме 1475 года Кристиан назван «небезызвестный», то есть это не новый человек, а прежний слуга, которого саксонцам следовало помнить.

Также интересно, что в письме 1475 года этот человек назван не только по имени, но и по должности – пыркалаб, то есть комендант крепости или укреплённого города. Впоследствии (осенью 1476 года) Кристиан стал пыркалабом Тырговиште и получается, что Дракула, когда в 1475 году Кристиан снова пришёл к нему на службу, пообещал своему слуге эту должность.

Почему Драгулиа?

Не менее интересна подпись Дракулы в этом письме (не путайте с автографом). Дракула здесь подписывается как Владислаус Драгулиа, и именно поэтому периодически появляются утверждения, что Драгулиа – настоящее прозвище Дракулы. Дескать, если он сам так подписывался, то этот вариант прозвища самый правильный.

Однако загвоздка в том, что «Dragulya» по-румынски не имеет никакого смысла, а ведь Дракула получил своё прозвище именно от румын. К тому же остаётся непонятным, почему его стали называть Драгулей только в 1475 и 1476 году, а до этого всю жизнь называли по-другому, то есть «неправильно». Более того – «неправильные» варианты использовались даже в 1475-1476 годах, причём использовались чаще «правильного». Короче, что-то тут не сходится.

Мне кажется, гораздо правдоподобнее выглядит версия о том, что Дракула, назвав себя Драгулей, просто смирился с тем фактом, что в Венгрии постоянно коверкали это прозвище: «Если вы запомнили меня как Драгулю, хорошо. Хоть горшком назовите, только в печь не ставьте, а я буду зваться Драгуле... Драгулией, чтобы вы меня узнавали. А то назовусь Дракулом, а вы не признаете». То есть правильно – Dracul, потому что это прозвище имеет смысл.

Если мы посмотрим на прозвища других румынских государей, то увидим, что все эти прозвища также имеют смысл, и их можно перевести с румынского языка на русский. Только слово «Dragulya» перевести нельзя. Следовательно – это не оригинальный вариант, а исковерканный. Дракула, подписываясь так в письме от 4 августа 1475 года, не пытался ввести в оборот правильное произношение своего прозвища, а пытался воспроизвести то произношение, которое слышал у венгров.

Вначале было – Дракул, венгры исковеркали прозвище, превратив его в Дракулу или даже в Драгулу (в 1475-1476 годах говорили и так, и так), а Дракула пытался подражать венграм, назвав себя Драгулией. Для него Драгула – это такой же непонятный набор звуков, как для венгров Дракул.

Вот, откуда взялся Драгулиа!

* * *

А теперь мой перевод рассматриваемого нами документа:

Письмо Дракулы (Влада Цепеша) в Сибиу от 4 августа 1475 года по поводу постройки дома

(Слова и выражения в скобках отсутствуют в самом документе, но добавлены для лучшего понимания смысла).

Мудрые господа, нашего глубокого уважения достойные.

(Из этого письма) вы узнаете, что предъявитель сего, разумеется, небезызвестный Кристиан Пыркалаб[45], наш друг-боярин, обратится к вам, друзья, относительно нашей персоны, для которой требуется выделить место под один жилой дом в ваших пределах в счёт возвращения и увеличения вашего вознаграждения[46].

Потому-то мы вам, друзья, в настоящее время направляем запрос, как скоро вы решите удовлетворить наши требования вследствие возросшего уважения к нашей дружбе, – это (возросшее уважение) следует учитывать, ведь если вы с тех пор поступали не так (как поступают друзья), мы желаем получить гораздо больше благодарности.

В остальном предъявителя сего, говорящего, что бы ни сказал он в отношении нас, удостойте проявлением доверия и примите так же, как наше заверенное письмо, или как если бы мы собственной персоной пребывали вместе с вами.

(Отправлено) из Ардьяша[47] в пятницу, ближайшую после праздника Обретения Десницы св. Стефана Протомартираса[48], года Господня тысяча четыреста семьдесят пятого.

Владислаус Драгулиа,

Воевода земель Трансальпийских [49] , ваш (друг) и так далее.

(Предназначено) для мудрых господ, для мэра, а также для судьи и присяжных и остальных граждан, в городе Сибиниенском пребывающих, для друзей наших дорогих.

Оригинальный латинский текст:

Sapientes viri, nobis diligendi.

Noveritis quomodo is lator praesentium, videlicet nobilis Christian Porkolab, noster boyar specialis, accedet ad Vestras Amicitias pro disponendo nobis unam domum vestri in medium, pro reformatione et augmentatione vestri honoris.

Quare igitur Vestras petimus Amicitias per praesentes quatenus velitis adimplere nostras petitiones ob respectum amplioris nostrae amicitiae, – sciendum, quod, si feceritis extunc non in tantis, sed in multo majoribus regratiari volumus.

Cetera, lator praesentium oretenus quicquid dixerit nostri ex parte, fidem adhibere dignemini et velitis creditivam tam, quam nobis ac si essemus propria in persona una vobiscum.

Ex Argyas, feria sexta proxima post festum inventionis dextrae Beati Stephani Protomartyris, anno Domini millesimo quadringentesimo septuagesimo quinto.

Wladislaus Dragulya,

Wayvoda partium Transalpinarum, vester et cetera.

Sapientibus viris, magistro civium ac judici et juratis ceterisque civibus in civitati Cibiniensi commorantibus, amicis nobis dilectis.