Текст книги ""Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

Устроенное светопреставление наверняка видно издалека, но это ерунда по сравнению с тем, что случится, если выпустить собранную энергию на свободу разорвав внешний контур.

К счастью, я заранее продумал этот момент и начал проводить необходимые манипуляции, используя пентаграмму, как отражающий щит, возвращая высвобожденную силу обратно, но не просто так, а дробя на отдельные ручейки, текущие в обратном направлении под землю.

Естественным проводником послужила скала, и это не могло не повлиять на ее целостность. Земля под ногами дрогнула. В ответ по моему лицу скользнула гримаса раздражения. Черт, слишком рано. Или все-таки нет?

К этому моменту столб фиолетового света померк, сиреневым светилась только нарисованная на земле пентаграмма, но находящаяся в ее центре скала только сейчас начала играть свою главную роль.

Камень крошился, вздрагивал и оседал. Разум казалось лопнет от напряжения, настолько тяжело оказалось удержать бушующую энергию в узде.

Медленно и неохотно скала погружалась в землю, становясь с каждым разом все меньше. Сумерки поблекли, уступив место ночи, облака ушли, вместо них по небу сыпанули яркие звезды. Стало темно и лишь начертанные линии колдовского рисунка горели багрово-лиловым огнем.

Метр за метром скала оседала вниз, я продолжал стоять на вершине, контролируя процесс, следя, чтобы буйство энергии не пошло вразнос. Тело ломило от напряжения, мышцы ныли, в горле поселилась сухость. Сумеречный Круг окончательно поблек, став тенью себя прежнего, следом потускнели символы заклинаний, показывая предельную степень истощения. Но главное произошло – знаки «Тумана» и «Файерболла» изменились, лишь отдаленно напоминая себя прежних. Значит ритуал прошел хорошо и основной цели удалось достичь, не нарушив общую структуру магического облика.

С глухим грохотом скала проделала последние метры опустившись на уровень земли. Теперь о подземелье Ушедших можно забыть, вход замурован намертво.

Несколько долгих секунд я стоял на месте, подставив лицо под холод зимней ночи и лишь после этого открыл глаза и огляделся.

Пентаграмма догорала, расставленные на лучах пьедесталы из обломков кристаллов сплавились в стекловидную массу, ингредиенты испарились, отдав силу бушующей магической силе. Фиолетовое свечение медленно истончалось. В местах, где проходили линии, снег растаял, обнажив каменистую почву. Еще долго этот рисунок будет виден с большой высоты. Но пройдут снегопады, дожди, затем придет весна и рано или поздно непогода скроет следы проведенного ритуала.

Я помедлил, прислушиваясь к себе, ощущая себя по-новому, по лицу скользнула удовлетворенная улыбка, и упругим шагом направился в сторону, где должны были разбить лагерь наемники с Сореном.

Глава 24

24.

Замок давно не напоминал себя прежнего, камни почернели от копоти, обломки крепостных стен обрушились в ров, образовав завалы, бойницы зияли пустыми проемами, створки ворот лежали на земле, наполовину сгнив, ржавые полосы напоминали костяк скелета, в проломах гуляли холодный злой ветер.

Мрачная аура окутывала руны. Соваться туда не возникало желаний ни у одного нормального человека. Берг украдкой машинально начертал в воздухе перед собой ограждающий от зла знак.

При других обстоятельствах можно было заглянуть, пошарить, посмотреть, что осталось. Но сейчас. К тому же, нет уверенности что внутри найдется что-нибудь стоящее. Скорее внутри давно все разграбили, более или менее ценное вынесли. Включая обычные камни.

– Для замка или для коровника хорошо обтесанные блоки одинаково хороши, – пробормотал Сорен. Похоже ему в голову пришли схожие мысли.

Но у других вид замка вызвал совсем иные эмоции – древние заброшенные руины, от которых любой вменяемый человек будет держаться подальше.

– Неплохое место для ночлега, – нейтральным тоном заметил Сорен.

Берг и Дитрих не сговариваясь наградили разговорчивого гвардейца одинаковыми злобными взглядами.

Я мысленно ухмыльнулся. В последнее время имперец заимел привычку подразнивать наемников, в основном намеками на черную магию. Устроенное представление у скалы произвело должное впечатление, а столб пламени, упирающийся в небеса, и зажженные фиолетовым облака, еще долго не смогут выветрится из памяти. С тех пор оба мечника присмирели, ни о каком неподчинении больше речи не шло, гвардеец наоборот повеселел, осознав какому могучему магу служит.

Все трое и до этого не считали меня слабаком, учитывая устроенное побоище на дороге, но теперь понимание истинной силы спутника в темном плаще, проявилось наглядно, вызвав неоднозначную реакцию.

– Вон там, похоже городок или деревня, – указал я, кивнув на край горизонта с редкой цепочкой голого леса. Из-за верхушек деревьев поднимались сизые дымки, прямо указывающие на селение.

Пять дней и шесть ночей понадобилось, чтобы выбраться в населенные земли, припасы закончились, последние сутки вообще ничего не ели за исключением пары сухарей на каждого вместе с редким глотком вина, которого тоже почти не осталось. Вновь ночевать под открытым небом, когда впереди маячит крыша над головой и теплая постель только потому что гвардейцу захотелось пошутить над незадачливыми товарищами я точно не собирался.

– Вперед, – велел я и кивнул в направлении поселения.

Берг и Дитрих с облегчением повернули коней, заниматься исследованиями развалин сгоревших прорву лет назад им тоже не улыбалось. По губам Сорена скользнула улыбка, в отличие от наемников он держался уверенно. Помогал доспех, обеспечивающий усталое тело бодростью, тем самым помогая в пути.

Я тоже немного хитрил, использую Средоточие для поддержания сил, благо что запасов энергии хватало с избытком. Сумеречный Круг буквально сиял от переполнявшей силы.

Таким образом мы с воином в черном бесстыдно пользовались преимуществом в магии, в отличие от простых рубак, вынужденных полагаться лишь на физическую выносливость. Разумеется, им это не нравилось и оба хотели оказаться в тепле больше нас. Я не возражал, ночевать в сугробах и ехать впроголодь сутки напролет в седле мне тоже уже надоело.

– Если поторопимся должны успеть до заката, – сказал Дитрих и тревожно взглянув в ненастное небо, затянутое свинцовыми тучами, добавил: – Как бы снова снегопад не пошел.

Берг крякнул.

– Не накликай, – недовольно буркнул он.

Долговязый мечник виновато развел руками, по обветренному лицу скользнула извиняющая улыбка.

Дело в том, что на второй день начался сильный буран, мы заблудились и едва не оказались погребенными под толстым слоем снега, пришлось пускать в ход магию, расчищая пространство и устанавливая защитный полог, сотканный из тьмы. Это спасло жизни, но вселило еще больший страх в сердца простых рубак. Ощущать над головой подрагивающую тонкую пленку, от которой буквально несло черным колдовством стало серьезным испытанием даже для прошедших огонь и воду суровых ветеранов.

– Хватит болтать, поехали, – я махнул рукой.

Разброд и шатание в нашем маленьком коллективе с каждым днем усиливались, пропасть между мной и Сореном и наемниками не только не исчезала, а с каждым разом становилась все больше. Так продолжаться дальше не могло, в какой-то момент страх уступит место ненависти и на нас нападут, и плевать Дитриху и Бергу в тот момент будет на последствия и возможную смерть, они просто устанут бояться и решаться покончить со всем разом, даже понимая, что шансов выжить почти нет.

Это четко читалось в лицах и жестах наемников. Я осознавал, что до взрыва осталось немного и поэтому подгонял, надеясь найти подходящий приют, где можно будет без последствий всем выпустить пар.

Оба наемника находились на пределе, можно было конечно их просто убить, но сущность последователя мар-шааг противилась кровопролитию если можно его избежать. Я и так за последнее время перебил кучу народу, надо немного притормозить, привести поступки в равновесие со вселенной. Иначе недалеко до превращения в психа, только и умеющего, что лить кровь. А это не есть хорошо, ни для адепта философии пути духа, ни для заклинателя.

– Надеюсь у них в трактире служат сдобные служанки, – пробормотал Берг и ударил пятками по крупу коня, пуская в бодрую рысь. Остальные последовали за ним, стараясь держать резвый темп.

Через несколько часов мы добрались до полоски голого леса, а ближе к вечеру преодолели и его, подъезжая к поселению. Это и правда оказался небольшой городок на две сотни с лишним домов, по большей частью деревянных, но в центре каменных и даже двухэтажных.

Окружала городок стена, сложенная из бревен, обмазанная глиной и покрытая шкурами. Ширина, как раз стоять одному лучнику, внутри скорее всего полая, засыпана землей. Ничего особенного такие строили для защиты почти повсеместно, иногда даже в крупных деревнях.

Ворота закрыты, наверху горят факелы, разгоняя тьму сгущающихся сумерек. Услышав хруст снега и увидев приближающиеся фигуры всадников на стене заметались огни.

– Кто идет⁈ – громовым раскатом раздалось сверху, когда до ворот оставалось не больше пары десятков метров.

– Мирные путники, желающие найти приют и щедро за него заплатить! – так же громко прокричал в ответ Берг.

Нас пытались рассмотреть, но сделать это было непросто в условиях рано наступившего зимнего вечера. Плотная полутьма окружала подобно покрывалу, со стен были видны лишь общие силуэты и то, только потому, что находились на фоне белого снега.

– Подойдите ближе! – велел тот же громовой голос.

Берг с вопросом в глазах оглянулся на меня. Сейчас мы размазанные тени едва различимые в отблесках факелов, но если вступим в круг света, станем как на ладони для лучников на стене. Идеальные мишени для внеплановой тренировки.

Я разрешающе кивнул, но на всякий случай зажег перед мысленным взором Сумеречный Круг. Для защиты идеальным вариантом станет «Щит», но закроет он только меня, поэтому лучше заранее подумать о стремительной контратаке, если вдруг жители городка все же сделают глупость, попытавшись напасть.

– Ну что, увидел? – слегка насмешливо осведомился Берг, полностью взявший на себя роль переговорщика. Он отлично понимал таких парней – стоящих в зимнюю ночь на страже на воротах, потому что когда-то сам был таким служакой, выполнявший приказы начальства, пока однажды не захотел большего.

– Увидел, – гораздо тише ответил собеседник со стены, разглядывая нас в свете факелов. – Чего это вы в ночь поперлись путешествовать, да еще зимой?

Он тоже почувствовал в наемнике родственную душу и захотел почесать языком.

Что в зимнюю ночь гораздо лучше делать находясь в зале трактира, держа в руках кубок с вином, грея кости перед пылающим очагом. А не стоять на холоде снаружи городских стен крича друг другу.

Берг тоже уловил эту простую истину, голос мечника прозвучал завлекательно:

– А может обсудим это за кружечкой темного эля в вашем лучшем кабаке? – прокричал он и тут же добавил: – Я проставляюсь!

Сверху донесся одобрительный гул, большинству стражников идея понравилась. Кто откажется выпить на халяву за счет приезжего гостя? Но сержант (или десятник, или кто там руководил и вел переговоры), как и полагается командиру оказался более осторожным. Помедлил, разглядывая сверху-вниз, впервые показавшись в полный рост и едва не свесившись со стены.

– Вас только четверо? – уточнил он спустя короткую паузу.

Несомненно, он заметил, что как минимум трое в броне, но посчитал это приемлемым.

– Да, только четверо! – подтвердил Берг. Он оставил шутливый тон, правильно оценив ситуацию. Иронизировать, что стражники испугались всего четверых будет ошибкой. Таких шуток при исполнении обязанностей ревностные служаки могли не понять и вообще не пустить подозрительных личностей в город. В конце концов поблизости могли прятаться остальные, готовые ворваться вслед за четверкой, ставшей приманкой.

– С меня выпивка, – напомнил коренастый наемник, постаравшись изобразить как можно более дружелюбный тон.

В конечном итоге это помогло, то ли упоминание халявной выпивки подействовало, то ли четверых путников действительно не посчитали серьезной опасностью, но согласие на въезд было получено.

– Сейчас откроем калитку, – сообщил десятник и спустя пару секунд добавил: – Въезжайте по одному.

Мы послушно дождались скрипа несмазанных петель, и пригнувшись к холке коням проследовали в образовавшийся проем. Там нас сразу встретили огни факелов, несколько стражников с обнаженными мечами и копьями наизготовку настороженно оглядывающих всадников. Сверху целились лучники.

– Серьезно у вас тут с охраной, – хохотнул Берг, уловив, что теперь можно и слегка пошутить, разрядив обстановку.

Встречавший десятник, выглядивший, как и должен выглядеть матерый ветеран, прошедший огонь и воду, усмехнулся в густые усы.

– Дело знаем, – сказал и тут же без долгих предисловий переключился на интересующую всех стражников тему: – Что касается места, где можно остановится на ночь, то здесь у нас только один трактир, но там всегда подают неплохой эль.

Намек оказался более чем прозрачен, Берг кивнул, по усталому лицу наемника скользнула добродушная улыбка.

– Жду там. А то клянусь всеми демонами бездны, мы замерзли, пока добирались сюда. Не помешает согреть слегка кости и вдоволь промочить горло, – и подтвердил ранее сказанное: – С удовольствием угощу таких справных вояк, знающих свое дело.

По лицам стражникам пробежались улыбки. Выглядели они достаточно опытными, но вот качество снаряжение оказалось не очень. Кольчуга, панцири, шлемы, добротные, но не самого высшего качества, из тех что серединка на половинку.

Разглядев это, наемники непроизвольно приосанились, у них качество брони несравненного выше и дороже. Не говоря уже о Сорене, тот даст сто очков форы любому из окружающих. К тому же в наброшенном поверх доспехов темном плаще он и вовсе выглядит подлинным рыцарем. С бесстрастным выражением лица и равнодушным взглядом, что еще больше усиливало сходство с благородным.

Если подумать, как командир отряда он и есть рыцарь, пусть и без происхождения. По статусу точно равен, как минимум обычному рыцарю, что сам водит в бой отряды, но пока не имеет своего замка.

– Нужна пошлина за въезд? – уточнил я, впервые подав голос.

Десятник внимательно посмотрел на закутанную в плащ фигуру, особое внимание уделив наброшенному на голову тяжелому капюшону, покачал головой.

– Нет, на осень и зиму сбор отменяется.

Логично, в этот период дороги практически замирают, глупо отпугивать немногочисленных путников, готовых и без этого заплатить за очаг и тепло.

– Проезжайте, – десятник махнул рукой, стражники расступились.

Мы неспешно проследовали по улице между домами, напоследок Берг бросил какую-то шутку, позади раздался взрыв хохота луженных глоток довольных мужиков, ожидающих конца смены и веселой попойки.

Еще через двадцать минут нас окружало тепло переполненного зала трактира. Многие захотели провести вечерок за стаканчиком, пока на улице лютует мороз.

Сбросив плащ на лавку и усевшись, я поймал за теплую руку пробегающую мимо служанку. Она тут же развернулась, с готовностью спросив:

– Что желают милостивые господа?

– Горячее и побольше. Мяса. И обязательно вина, самого лучшего, – сказал я.

Девица понятливо закивала. В другом конце горячо натопленного кто-то громко захохотал, ему ответил другой голос, раздалась скабрезная песенка про графскую дочку и свинопаса. Певец успел допеть лишь один куплет, как его перебили. С шумом и гамом веселье продолжилось.

Служанка, бросила в оживленный угол быстрый взгляд, но вновь перевела внимание на наш столик. Молочно-белые груди буквально вываливались из выреза платья – крупные и спелые, как наливные дыньки, что так и просятся в руки. Берг непроизвольно облизался. Девица имела простоватое лицо, но это с лихвой компенсировала выразительная фигура.

– Как тебя звать, красавица? – спросил я.

– Хизер, – ответила девица и кокетливо отбросила светлую челку в сторону.

Помедлила, словно раздумывая, расчетливый взгляд скользнул по моему наряду, оценивая общую стоимость, пухлые губки тут же расплылись в обещающей улыбке. Девица слегка наклонилась вперед, чтобы было лучше видно аппетитные полушария.

– А свободные комнаты у вас есть? – спросил я, демонстративно не отрывая взгляда от глубокого выреза.

Впрочем, девице такое внимание только понравилось, она наклонилась еще ниже, чтобы взгляд вообще ни за что не цеплялся, полностью позволив оценить идеальные формы груди.

– Конечно есть. Я и постелить могу, если пожелаете, – прощебетала она, призывно стреляя глазками.

Берг со щелчком захлопнул челюсть, по грубоватому лице скользнула гримаса разочарования. Понял, что ловить здесь нечего, и что пышногрудая девица сегодня будет ублажать другого.

Дитрих усмехнулся, Сорен внимательно изучал зал, отслеживая потенциальные опасности. Народ в основном веселился, было шумно, гул множества голосов несмолкаемым прибоем гулял под закопченным потолком, создавая непередаваемую атмосферу, которую можно встретить только в вечернем трактире.

– Может у вас можно заказать и горячую ванну? – уточнил я.

Хизер закивала, тревожный взгляд метнулся в сторону длинной стойки. Стоящий за ней дородный мужик недовольно смотрел на чересчур задержавшуюся у одного стола служанку. А ведь другим гостям тоже пора подавать полные кружки хмельного эля, чтобы веселье не угасало и не останавливалось.

– Конечно можно, я все сделаю, – пообещала служанка и ловко увернувшись от загребущих мужских лап со стороны другого столика, пытавшихся обхватить мелькнувшую рядом аппетитную девичью фигурку, метнулась к кухне.

– Пойду уточню насчет лошадей и договорюсь по поводу комнат для нас, – сказал Сорен и тяжело ступая утопал в сторону трактирной стойки. Стоящий за ней мужик в засаленном переднике тут же сосредоточил все свое внимание на подошедшем клиенте. Завязался неторопливый обстоятельный разговор.

Еще через несколько минут на столе начали появляться первые блюда и кувшины с вином и элем. Жаренное мясо кабана, овощи, густая грибная похлебка, сыр, разные копчености, отдельно целиком гусь, фаршированный моченными яблоками, по словам хозяина специально приготовленный для нас.

Не знаю, как остальным, но мне после последних суток впроголодь, еда показалась изысканной трапезой. Хотя вино могло оказаться и получше, и не отдавать слегка прогорклой кислинкой.

В целом, остаток вечера прошел, как и ожидалось: сытно, под шум пары вспыхнувших драк, так же быстро угасших и веселого пения купеческого приказчика, у которого оказался вполне недурной голос.

Сначала отвалили Берг и Дитрих, отправившиеся ставить обещанную выпивку закончившим смену стражникам, затем ушел Сорен, сказав, что хочет хорошенько выспаться.

Я устроился перед пылающим камином, неспешно потягивая горячее вино со специями, глядя в огонь, пока наконец вернувшаяся Хизер не взяла меня за руку и не повела наверх, сказав, что горячая ванна готова.

Глава 25

25.

Через приоткрытые ставни тонкими струйками втекает морозный утренний воздух, вместе с ним пробивается полоса света, освещая комнату.

Огромная кровать разобрана, вместо матраса примятая медвежья шкура, подушки жесткие, из грубой ткани, но удобные, одеяло шерстяное, теплое.

На столе тарелка с недоеденными полосками валяного мяса и кусочками плотного сыра, кувшин недопитого вина и два кубка. Огарок свечи сиротливо притулился с краю, почти полностью сгоревший и от того незаметный.

В камине тлеют угли, перед тем как уйти, Хизер бросила пару поленьев, но они едва занялись, больше тлели, чем горели. Моя ночная фея упорхнула с первыми лучами солнца, когда рассвет едва занялся, работа на кухне начинается рано, нужно кормить постояльцев и готовиться к следующему дню.

Пара серебряных монеток, предусмотрительно оставленных с вечера на столе, тоже исчезли. Опытная служанка не стала изображать невинность, как должное приняла награду за проведенную ночь. И надо сказать, она хорошо отработала каждую серебрушку, показав вполне неплохой класс. Как минимум для провинциального городка. Сравнивать с Хизер с многоопытными куртизанками из веселого дома Винисгорда при всем желании не получалось. Но все равно было хорошо, и я остался доволен.

К тому же Хизер стала неиссякаемым источником информации о местных делах. Признаюсь честно, сначала я не слушал, но затем поневоле заинтересовался, особенно когда речь зашла о сгоревшем замке на другой стороне леса, мимо которого мы вчера проезжали. История старых руин оказалась в том плане увлекательной, что оказалась связана с магией.

Я встал с постели и не обращая внимания на легкий морозец, царствующий в покоях, голый прошлепал к столу и налил себе в кубок вина. С жадностью выпил и закусив кусочком мяса, подошел к окну. Тут же стало еще холодней из-за просочившегося через узкую щель зимнего ветерка, но я не обращал на него внимание, жевал и смотрел на улицу.

Окна трактира выходили на главную (она же единственная) площадь городка. Каменные двухэтажные дома выстроились в неровный круг, зияя проемами улиц. Лежал снег – на земле, на черепичных крышах, на выступах у окон. Когда-то на месте этих зданий стояли простые избы, а вместо городка была вполне заурядная деревенька, каких тысячи в любой сельской местности.

Но потом случилось событие, позволившее простой деревеньке превратиться в пусть и небольшой, но настоящий городок, со своей стражей, трактиром и даже тюрьмой, куда бросали по случаю всяких бродяг, пытавшихся воровать или совершать иные преступления.

Когда-то этими землями распоряжался владелец сгоревшего замка. Владетельный сеньор, имевший среди подданных репутацию рачительного и справедливого хозяина, однажды он сделал глупость и приобрел у странствующего торговца старинную книгу. С этого все началось.

Подробностей никто толком не знал, но поговаривали, что именно тогда барон увлекся магией. Занялся тем, чем по мнению многих, заниматься не следовало…

Я сделал еще один медленный глоток и слегка толкнул одну из створок ставен, открывая пошире. Рука машинально нашарила на тарелке кусочек сыра и отправила в рот. Жуя, стал наблюдать за происходящим снаружи, там становилось все оживленнее. На пустующую площадь въехала телега в сопровождении всадников, четыре стражника охраняли груз. Откуда-то из подворотен выскочили трое типичных грузчиков, завозились с закрывающим телегу брезентовым тентом…

Проблема хозяина замка заключалась в том, что он совершенно не имел способностей к магии. Ни единого проблеска чародейского дара, от слова совсем. Любая деревенская знахарка на его фоне выглядела могучей волшебницей, способной метать громы и молнии.

Однако гордого аристократа это не остановило, желание научиться чарам оказалось столь велико, что он решил пойти другим путем, обратиться к иным силам, способным предоставить необходимое.

История умалчивает, где хозяина замка нашел нужные описания, и кто ему в этом помог, но в какой-то момент все изменилось. Обычный до этого человек вдруг и правда приобрел сверхъестественные способности. Барон зажигал огонь щелчком пальцев, создавал мощные порывы ветра, способные играючи опрокинуть конного латника и демонстрировал другие штуки, присущие исключительно колдунам.

Сначала никто не понимал, что происходит. А затем начали замечать пропажу людей. По первости из дальних деревень, затем все ближе, пока однажды слуги в замке вдруг не поняли, что из ночи в ночь их становится меньше. Единичные случаи превратились в множественные, люди пропадали пачками, вызывая панику. Народ начал разбегаться, но стражники, которым к тому моменту барон в десятки раз увеличил жалованье и пообещал никого из них не трогать, превратились в ловчих, таская в руки хозяина все новые жертвы.

Трудно сказать сколько это продлилось, в конце концов дело дошло до семьи самого барона, жена и двое детей однажды просто исчезли и именно в тот момент вскрылась подоплека происходящего.

Оказывается, в своей неумной жажде обрести магические способности барон зашел слишком далеко. Он действительно пошел по другому пути, но направился в ту сторону, в которую обычному человеку не следовало даже заглядывать.

Гордый властитель окрестных земель обратился к темным силам, а точнее к темному божеству – Сарнии, повелительнице боли и страданий.

Богиня благосклонно выслушала просьбу смертного и велела претворить ее в жизнь одному из своих слуг – Тэлэшу, темному духу, входившему в свиту обитательницы Нижних Миров. Тот заключил с бароном договор, но как это и бывает в подобного рода случаях, обманул в нескольких пунктах, повлекших за собой все дальнейшие трагические события…

Я поднял почти пустой кувшин и вылил остатки в кубок. В рот снова полетела полоска вяленого мяса, слегка жестковатая, но с приятным пряным вкусом. Такой хорошо оттеняет горечь красного вина…

Тэлэш наградил глупого барона магическими способностями, но потребовал за это плату – человеческие жизни, умерщвленные особо мучительным образом. Что неудивительно, ведь его госпожа являлась повелительницей страданий и боли.

Барон согласился и тем самым совершил роковую ошибку, стоившая ему не только жизни, но и жены и детей. Сначала темный дух питался жертвами, затем поглотил самого барона, влившись в человеческое тело, как в сосуд.

В конечном итоге все закончилось плохо, произошел бунт, безумного хозяина, одержимого демоном, убили вместе со стражниками, сам замок сожгли. На несколько следующих лет он получил репутацию проклятого места куда лучше не соваться, если не хочешь потерять жизнь.

Казалось бы, история подошла к логическому концу, зло наказано, добро восторжествовало. Но не тут бы было. Спустя какое-то время в округе случился крупный неурожай, и какая-то не слишком умная голова вдруг вспомнила о проклятом замке. И местные не нашли ничего лучшего, как обратиться к силам Нижних Миров за помощью.

– Иногда идиотизм не лечиться, – я хмыкнул и начал неспешно одеваться, вспоминая концовку рассказа.

Жители самой ближайшей к замку деревни отправились туда и нашли предмет с помощью которого барон творил свои жуткие дела. Был проведен обряд призыва. Кто точно объяснил, что надо делать, непонятно, подозреваю это была вся та же «светлая голова», знавшая чересчур много для простого крестьянина. Думаю, за этим изначально стояли потусторонни силы в лице Тэлэша и его властительницы Сарнии, не забывшие «урожайный» в плане принесенных жертв край.

В любом случае, дело было сделано и по большей части неважно кто сыграл роль изначального катализатора. Главное – люди согласились на новую сделку с обитателями Нижних Миров.

Теперь два раза в год повелительнице боли и страданий в городке приносят человеческие жертвоприношения в обмен на покровительство, благополучие и процветание окрестных земель.

История сделала разворот и вернулась к истоку.

Режут не всех, у местных хватило ума не хватать случайных путников, а использовать бродяг и разного рода сброд, часто забредавший в эти края. Разбойниками и ворами тоже не брезговали, считая такой подход компромиссом, чтобы не пришлось выбирать нормальных людей, особенно из числа добропорядочных горожан самого городка.

Каменные дома которого, к слову, выросли как раз за счет наполовину разобранного замка, со временем превратившегося в руины.

Обо всем этом Хизер бесхитростно поведала, как о чем-то обычном, закусывая вином сыром, когда между постельными утехами наступил перерыв. Сначала я слушал рассеяно, не обращая внимания на болтовню девицы, больше занятый ее молочно-белой грудью, но затем прислушался, с академическим интересом понемногу выявляя все более новые подробности.

Причина для рассказа была одна – именно сегодня был один из двух дней в году, когда должно свершиться очередное жертвоприношение. Но самое главное, до окончания никому из оказавшихся внутри стен путников, не разрешалось покидать город…

В дверь деликатно постучали. Полностью одевшись и подойдя к окну, я бросил через плечо:

– Открыто.

Сзади раздался скрип плохо смазанных петел, в проем шагнул Сорен.

– Вы уже проснулись? – спросил он очевидное.

Вместо ответа я толкнул вторую створку ставен, распахивая окно настежь. Перед глазами открылась вся городская площадь. Телега уже стояла в центре, с нее осторожно что-то сгружали, завернутое в еще один слой плотной ткани, будто мешковины сверху бортов телеги оказалось мало.

– Знаешь что это? – я кивнул на творящееся действие.

Имперец подошел ближе, полный доспех он одевать с утра не стал, ограничился нагрудником, но выглядел отлично. Черные волосы аккуратно зачесаны назад, подбородок и щеки выбриты до синевы. Общий вид подтянутый и собранный, готов хоть к бою, хоть к застолью.

– Трактирщик упоминал, что у местных сегодня какой-то праздник, – нейтральным тоном ответил Сорен.

По моим губам скользнула усмешка. «Какой-то праздник» – интересное определение для человеческого жертвоприношения в дар темному божеству. С другой стороны, а чего стесняться, в определенном смысле для жителей городка это действительно торжество, обеспечивающее привольную жизнь в достатке и сытости.

К тому же, поклонение обитателям Нижних Миров далеко не во всех землях под запретом, в некоторых городах, и даже королевствах, к такому относились спокойно. Открыто резать на алтарях людям глотки, конечно, не разрешали, но на исчезновения бродяг и нищих смотрели закрыв глаза. Впрочем, на пропажу подобных личностей власти никогда особо не обращали внимание и без всяких жертвоприношений.

Хотя конечно большинство предпочитало богов из Верхних Миров, спокойнее и безопаснее для душевного спокойствия. Храмы таким божествам стояли прямо в городах. Не приходиться лазить по развалинам и катакомбам в поисках проклятых алтарей.

– Местные жители выбрали в качестве покровительницы для родного города Сарнию, – тихо промолвил я, и полубернулся, чтобы видеть реакцию гвардейца на следующий вопрос: – Знакомое имя?

Брови Сорена скакнули наверх.

– Что⁈ – пораженно выдохнул он.

Я удовлетворенно кивнул.

– Значит знакомо, – протянул руку к столу и взял кубок с недопитым вином, задумчиво продолжил: – Самое забавное, что девица, рассказавшая о предстоящем действе, говорила об этом, как о чем-то привычном, будничном для всех остальных горожан. Представляешь?

– Люди быстро привыкает к плохому, – хмуро буркнул гвардеец, справившись с секундным замешательством. Сообщение о Сарнии застало имперца врасплох, он прекрасно знал, что это за богиня и какие подношения предпочитает, поэтому легко догадался, что за термином «праздник», упомянутым дородным трактирщиком, ничего хорошего не скрывается.

– Ты верно все понял, – подтвердил я. – Горожане собираются прикончить парочку бродяг, принеся в жертву своей темной госпоже. И учитывая ее характер, скорее всего сделают это особо мучительным образом.