Текст книги ""Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

Однако, когда пришло понимание что устроившийся напротив парень занят в околокриминальном бизнесе, произошел тот самый толчок. Решение, которое я искал на протяжении последних четырех часов.

Точнее не само решение, а наметки на него. Но в этом случае, это уже было что-то. Просвет забрезжил, оставалось только домыслить идею, сформировав в четко расписанный план. Остальное пройдет, как по маслу.

– То есть, вы не будете признавать долг? – угрюмо осведомился Коста.

Я слегка наиграно приподнял брови.

– С какой стати? Разве я вам что-то должен? Это долги Нильса, ему с ними и разбираться.

Парень угрюмо засопел.

– Тогда мы не можем гарантировать, что он при этом не пострадает, – наконец изрек он и сделал движение подняться.

Я остановил его движением ладони, велев сесть на место. Взял в руку бокал, неспешно покрутил его, изучая сидящего напротив собеседника. Тот ответил слегка вызывающим взглядом. Наглец, но не дурак. По крайней мере старается сдерживаться. Другой на его месте мог вести себя нагло, этот же осторожничает. Вопрос почему? Знает что-то? Например, обо мне, что я не совсем обычный человек. Это бы объяснило сдержанное поведение.

Хмм, любопытно. Откуда мог узнать? Мозг быстро перебрал всевозможные варианты и в конце остановился на самом очевидном. Нигде кроме злосчастного переулка сегодня днем я в Винисгорде магию открыто не проявлял, значит видел нападение уличных грабителей.

Взгляд метнулся к столику с здоровяком и хорьком – не исключено, что видел в компании.

За нами следили? В принципе идея не выглядела особо удивительной, если держались на расстоянии, соблюдая дистанцию, вполне могли проследить. В конце концом, мы не делали попыток скрыться, шли открыто, не особо оглядываясь. Если грамотно подойти к делу, то можно остаться незамеченным даже на пустынных улицах осажденного города.

Вот если бы я считал, что за нами следят, то скорее всего обнаружил бы хвост, но кто думал, что это вообще кому-нибудь нужно. Вопрос риторический.

– Хорошо, в целом, кажется я понял ситуацию, – я поставил кубок на стол и посмотрел на собеседника. – Но как я уже сказал ранее, я не имею отношение к долгам Нильса, – пауза, парень вновь начал приподниматься. – Однако, – продолжил я, – в свете некоторых последних событий, у меня есть для вас выгодное предложение, которое принесет вам намного больше, чем сто золотых монет. Что скажете?

Коста уселся обратно, сказал:

– Я слушаю.

Глава 6

6.

'… здесь всегда было ветрено. Вершину башни обдувало со всех сторон, создавая впечатление, что ветра бьют одновременно с разных направлений. Отсутствие малейшего барьера, ровная площадка и огромная высота только усиливали эффект, заставляя слабых духом держаться подальше от края. Плоская поверхность и несколько вырастающих из камня гигантских зубцов, похожих на загнутых внутрь клыков, – вот и все что было на вершине главной обители магов.

– Ты предал нас, ты предал Коллегию, предал ее принципы, предал Империю. Тебе нет места в Совете, – голос из-под глубоко надвинутого капюшона разносился раскатом, слова рвали ветер, унося за пределы границы. Видна только нижняя половина лица, старческая кожа, короткая седая бородка, плотно сжатые тонкие губы, кривившиеся в презрении.

– Это вы предали принципы Коллегии, свободу выбора истинного пути, – я говорю спокойно и твердо, ощущая за собой уверенность в собственной правоте. В отличие от оппонента, мой капюшон отброшен назад, полы плаща развеваются, открывая традиционное одеяние заклинателя-мага. Фасон классический, но расцветка не стандартная – черное на темно-коричневом, дань памяти родовым цветам.

Моя поза не выражает покорность как ожидалось, наоборот, подбородок гордо вскинут, в глазах непреклонная решимость идти до конца. Собеседник это видит и заходится в гневе.

– Тебя лишат доступа в Башню! – гремит голос из-под капюшона. – Ты больше не входишь в ближний круг идущих по истинному пути! Тебе запрещается находится в столице или окрестностях до особых распоряжений. Теперь твое место жительство – форт на дальних окраинах приграничья!

Я молчу, стойко переживая удар. То, что наказание за строптивость последует не вызывало сомнений, но то, что оно окажется столь суровым, застало врасплох.

– Это ссылка? – спрашиваю я. Голос звучит глухо, едва слышно, но старый маг разумеется все слышит, следует жесткий кивок.

– Да. Ты останешься там до тех пор, пока Совет не изберет меру твоей вины и не наложит наказание согласно твоим деяниям…

Здесь я не выдерживаю.

– Мои деяниям⁈ Это вы виноваты в случившемся! Вы ничего не желаете делать, боясь потерять крохотные остатки власти, что у вас есть! Вы стараетесь сохранить свое положение, не видя, что происходит в действительности!

– Верность трону это аксиома, на которой держится Коллегия уже не одну тысячу лет, не тебе решать, как нам поступать дальше, – надтреснуто доносится из-под капюшона.

– Твоя обожаемая империя рушится, упадок идет уже несколько десятилетий, но слепцы из совета не желают этого видеть! Ваша верность династии превысила допустимые пределы! Вы забыли чему на самом деле служите и отвернулись от принципов на которых изначально строилась Коллегия! – я бросаю слова подобно камням, но старик стойко держит удар, сохраняя ледяное спокойствие. Как и я, он полностью уверен в собственной правоте и черпает из этого свою твердость.

В душе вспыхнула злость, перерастающая в ярость и ненависть. Чистая квинтэссенция ненависти, способной убить через простой посыл воли. Старик это почувствовал и мгновенно закрылся. А в следующее мгновение Сумеречный Круг перед глазами вспыхнул и погас. Знак допуска в Белую Башню оказался заблокирован. Как и обещал стоящий напротив.

– Ты отправляешься немедленно. И это не подлежит обсуждению. Решение принято единогласным выбором Совета.

– Вы старые дураки, живущие в мире иллюзий! Вам осталась несколько лет, потом все будет разрушено! И ваша обожаемая Коллегия исчезнет в небытие, унеся с собой всю многовековую историю, которой вы так гордитесь! – буквально кричу я. Ментальные щиты и внутренний контроль правоверного адепта мар-шааг треснули, рассыпавшись ворохом разбитых осколков, наружу вырвались истинные эмоции.

Вспышка осталась проигнорированной.

– Ты думаешь, что возможный будущий кризис приведет к катастрофе, но ты ошибаешься. Это не первый и не последний раз, когда Коллегия переживает потрясение, внутреннее или внешнее неважно. Ты считаешь сложившуюся ситуацию уникальной, но это не так. Все это уже случалось на нашем пути и случится вновь. На пути Истинного Познания.

– Этот раз другой, – упрямо повторяю я, но в этот раз сдерживая чувства, не желая терять лицо. – И так считаю не только я. Многие заклинатели поддерживают мою точку зрения.

Уголки губ на морщинистом лице дрогнули. В этот раз удар почти достиг цели.

– Да, некоторые члены Коллегии поверили в эту ересь, поверили, что грядет конец и что пора отказаться от старых принципов, на которых держалось наше сообщество. Как и ты они думают, что власть императора не должна распространяться в дела магов, и что Коллегия должна стать независимой. Но никто из вас не понимает, что такой шаг только усилит хаос и беспорядок, а затем ускорит распад, – голос мага оставался ровным и спокойным, как закаленная сталь.

Мое лицо скривилось в брезгливой усмешке.

– Вспомни, когда в последний раз император сам отдавал какой-нибудь приказ Коллегии? Его Двором давно управляет кучка лживых лицемеров, желающих только увеличения собственного богатства. Вы исполняете приказы не трона, а этих погрязших в интригах властолюбцев, жаждущих только одного – еще больше власти и влияния при дворе.

– Мы выполняем волю трона!

– Вы выполняете волю ублюдков у трона, не имеющих никакого отношения к настоящим желания империи!

Наступила мрачная пауза. Ветер все так же бил со всех сторон, пронзая площадку на вершине башни подобно ледяным волнам.

– Довольно! Ты высказал свое мнение и Совет не принял его! – старик выбросил перед собой руку открытой ладонью вперед. – Решение принято, ты отправляешься в ссылку. Надеюсь там, на окраинах, служба в гарнизоне успокоит твой мятежный разум!

И вновь Сумеречный Круг вспыхнул перед мысленным взором, но в этот раз настолько нестерпимым светом, что буквально затопил сознание, отправляя в беспамятство. Дальше пришла темнота…'

Я открыл глаза, взгляд уперся в отделанные деревянными панелями высокий потолок роскошных апартаментов «Королевского двора». За окном предрассветные сумерки, постель смята, лежу на спине широко раскинув руки.

Перед мысленным взором медленно угасал недавний сон… нет, не сон, еще один фрагмент воспоминаний настоящего Га-Хор Куэль Ас-Аджари. Понимание этого факта заставило напрячься, хватаясь за ускользающие обрывки, тающие в сознании.

… ровная площадка на вершине высокой башни, выступающие из поверхности изогнутые вовнутрь каменные клыки, сильный холодный ветер, наполовину скрытое капюшоном лицо старика…

Я резко выпрямился, прошедший флэшбек ярко вспыхнул в мозгу, отпечатываясь в подробностях. Весь разговор проступил до мельчайших деталей, я помнил каждое слово из обрывка чужих воспоминаний.

Ссылка. Изначальные факторы, приведшие к ней. Похоже Га-Хор был одним из тех заклинателей, которые боролись против беспрекословного подчинению Коллегии имперскому трону. Старейшие маги не захотели терять статус-кво и наказали строптивцев. Кого ссылкой, отправив на дальние рубежи, кого отстранив от работы в рамках Коллегии. Все произошло в один день, чтобы не возникло сопротивления. И в главной резиденции – Белой Башни и на местах – в представительствах в провинциях. Лоялисты ударили, не позволив миазмам «предательства» распространиться слишком широко в сообществе магов.

– Предательство, – я скривился, ощущая давние события с точки зрения Га-Хора.

Заклинатель не считал свое видение ситуации предательством. Наоборот, искренне полагал, что по-другому нельзя. Империя двигалась к распаду, упадок ощущался почти во всех уголках, не считая столицы, где предпочитали делать вид, что ничего не происходит.

Незнание, помноженное на нежелание замечать очевидного, и как итог – падение имперской власти. Сначала на местах в удаленных провинциях, затем в центральных районах и наконец апофеозом в сердце империи – блистательной столице, где развернулись уличные бои.

Но все это случится через несколько лет после отправки Га-Хора в затерянный в дальних приграничных лесах форт.

Когда начнутся первые беспорядки, имперские чиновники захотят задушить хаос в зародыше и пойдут на крайние меры. Они знали, что в Коллегии существует группа магов не желавших подчиняться трону и потребует от верхушки списки ренегатов. Старые члены совета сдадут коллег, боясь за свою власть, не зная, что это станет первым камешком сдвинувшем сход гигантской лавины под конец подгребшей под себя остатки колоса, некогда носившего название Старой империи.

В списке окажется и имя Га-Хора Куэль Ас-Аджари. В форт прибудут солдаты и совместно с гарнизоном на заклинателя нападут, выполняя приказ, присланный из столицы. Бунтовщика убьют, но перед этим понесут значительные потери. Га-Хор не сдался без боя и забрал с собой многих.

– Впрочем, ему это не слишком помогло, – я встал с постели, мельком отметив, что сегодня спал один. В голове слегка шумело после вчерашнего вечера, но события в трактире не выветрились из головы, став основой для нового витка размышлений.

Думать о прошлом Га-Хора, конечно, интересно, но здесь и сейчас это не сыграет особой роли. Надо сосредоточиться на главной проблеме.

– Осада, резиденция бургомистра и всплывшие из ниоткуда приятели Нильса, – я сделал жадный глоток из кувшина с водой, несколько секунд пил, избавляясь от противной сухости в горле. Чертово вино, чертово обезвоживание и чертово мясо, приправленное жгучими специями. Стоило поменьше пить и жрать.

Задумчиво уставился в окно, центральная площадь пока в легких сумерках, но небо понемногу светлеет, скоро рассвет. На улице никого, все спят или отсыпаются после ночных гулянок. Тишину разорвал одинокий стук. Кузнец? Нет, их квартал находится дальше, чтобы не засорять центр лишним шумом. Как и кварталы кожевников, горшечников и вообще всех ремесленников, собранные для таких целей в одном месте. Богатые горожане, выбравшие для спокойной жизни благополучные районы, не желали нарушения того самого спокойствия и благополучия ради которых заплатили столько денег.

Итак, приятели Нильса, веселая троица настолько непохожих друг на друга подельников, что вызывало удивление. Здоровяк, похожий на огра, мелкий проныра, напоминающий хорька, и хлыщ, с развязными манерами опустившегося мелкого дворянчика. Материал, который нельзя не использовать. Особенно в столь необходимый момент.

Три полукриминальных элемента, привыкших действовать далеко за гранью закона. На первый взгляд мусор, бесполезное отребье, от которого толку, как от козла молока. Но если хорошенько подумать, то и от козла может быть польза. Например, его можно забить на мясо.

Поманил я всю троицу понятной им морковкой – деньгами. А точнее золотом, что прячется в резиденции бургомистра. Когда Коста услышал куда придется проникнуть, то враз передумал, заявив, что может найти более легкие способы покончить с собой.

– В здравомыслии парню не откажешь, как и в умении смотреть на ситуацию непредвзято, оценивая возможные риски, – я взял с тарелки засохший кусочек сыра и отправил в рот, все так же наблюдая через окно за пустой площадью, где воздух неохотно, но ощутимо начал светлеть.

После стремительного отказа, пришлось разъяснять план, который к слову, зарождался прямо за столом харчевни. Я быстро перебрал доступные варианты, отбросил несущественные мелочи и сосредоточился на главном. Замысел буквально зарождался на ходу, смутные наметки превращались в стройную модель с поэтапным ходом четко расписанных действий.

А идея была проста. Чего больше всего в данный момент боялись в городе? Правильно – распространения эпидемий, засылаемых через городские стены болезней. Этого страшились до безумия, но старались не показывать, скрывая под мнимой уверенностью, что все нормально.

Люди умирали, но в недостаточных количествах, что давало властям повод заявлять, что ситуация под контролем. И надо признать, в данный момент это срабатывало, горожане боялись, но не слишком сильно, скорее переживая, чем от ужаса начиная кричать, требуя быстрого решения проблемы.

И все равно, где-то на подсознательном уровне страх оставался, что смертей станет больше, что обстановка ухудшится и никто не сможет чувствовать себя в безопасности: ни бедняки, ни богачи, ни члены городского совета, ни даже сам бургомистр.

На этом и строился расчет.

Именно этим страхом я собирался бросить в стеклянные окна Винисгорда. Разбить вдребезги фальшивую картинку, что ничего не происходит. Разнести на мелкие осколки, выставляя напоказ все ужасы длящейся уже не первую недели осады. Показывая, что произойдет через пару месяцев, если ничего не изменится.

Хладнокровно и расчетливо усилить хаос и панику, взрастить до небывалого предела, чтобы даже последних из богатеев проняло.

Страх великолепный мотиватор. Часто толкающий на необдуманные поступки. Узнав, что гибель грозит даже ему, такому защищенному и охраняемому, ведь болезни все равно кого убивать, их не остановить простым железом и сталью, бургомистр пойдет на беспрецедентные меры, будет хвататься за любую соломинку, только чтобы выжить.

И тогда на сцене появлюсь я, предлагая выход – лазейку, чтобы незаметно покинуть ставший окончательно опасным город.

Но сначала требовалось создать нужную атмосферу.

Для этого необходимо подкинуть новые трупы в благополучные районы, где до этого не случалось смертей от болезней. Тогда богачи поймут, что недолетавшие до центра коровьи туши андарцев делают свое дело, и зараза подбирается ближе.

Кульминацией должен стать мертвец, найденный в переулке у площади, где находится резиденция бургомистра. Коста клятвенно обещал, что сделает как надо, подберет нужных людей из числа похоронщиков, занимающихся уничтожением мертвых тел, и те исполнят все в лучшем виде.

После этого останется лишь ждать, когда точка кипения достигнет пика, а паника достаточно захлестнет разум главного градоначальника, чтобы в первую очередь он начал думать о себе и спасении собственной жизни.

И тогда, он сам проводит меня в помещение с выложенной на полу мозаикой фокусирующей пентаграммы. Обеспечит не только тишину и покой, но и снабдит всем необходимым. Ведь его превосходительство тоже хочет жить и не хочет подохнуть в осажденном городе. Он заплатит деньги, и соберет необходимые ингредиенты, желая как можно быстрее убраться из обреченного Винисгорда.

– Страх хороший мотиватор, – повторил я, и по моему лицу скользнула улыбка.

Разумеется, троица околокриминальных элементов не была посвящена в истинные цели плана. С их точки зрения это был трюк, чтобы выманить у жирного гусака – бургомистра золотые монеты. Им обещали долю в размере трех сотен полновесных золотых, и они легко согласились не только забыть о долге старого приятеля Нильса, но и организовать необходимые мероприятия по доставке мертвых тел в нужные городские районы.

Правда пришлось доказать серьезность намерений и заплатить часть денег вперед, на сопутствующие расходы и подкуп могильщиков. Это был болезненный, но необходимый шаг, чтобы окончательно убедить Косту. Однако это здорово ударило по моему карману. Денег оставалось на пару дней привычного проживания, потом придется переселяться в канализационный отстойник и жрать крыс.

Шутка.

Но насчет наличности надо тоже что-то придумать, если план не сработает или бургомистр окажется упертым болваном, то вернуться обратно в «Королевский двор» уже не получится.

Да и бездна с ним, все равно изначально было известно, что проживание здесь временное, всего лишь короткая передышка перед долгой дорогой.

В дверь негромко постучали. А вот и Нильс, пришла пора рассказать следопыту о внезапном появлении его бывших приятелей и новом плане покинуть ставшим слишком опасным город.

Глава 7

7.

В последнее время Жуэль Болсонар, бургомистр славного вольного города Винисгорда, плохо спал. Ему снились кошмары, снилась собственное тело, покрытое кровоточащими язвами, снился вывалившийся из рта распухший язык, на который садились черные мухи, снилось зловоние разлагающейся плоти, и снились улицы, усеянные гниющими трупами.

Это было невыносимо – знать, что смерть подступает, и ты ничего не можешь с этим поделать. Несмотря на власть, деньги, могущество и влияние первого человека в городе. Ты просто бессилен и находишься в таком же положении, как самый последний бедняк. Это бесило больше всего привыкшего думать, что за золото можно купить все. Градоначальник не выносил мысли, что загнан в угол и теперь должен молча наблюдать, как ужасный конец подступает все ближе.

Жуэль дернулся и открыл глаза, кошмар видение собственного разбухшего от гнили тела неохотно растаяло в утренней дымке. Бургомистр заворочался, переворачиваясь и тут же наткнулся взглядом на лежащую рядом девицу. Золотые локоны рассыпались по подушке, припухлый ротик чуть приоткрыт, дыхание ровное, ей не снятся кошмары.

На секунду градоначальник почувствовал раздражение, почему девка спокойно спит, пока он вынужден дергаться, не находя покоя даже ночью? Это казалось несправедливым.

Не удержавшись, он слегка сдвинул одеяло, приоткрывая обнаженное девичье тело. Стройное, свежее, дышащее задором и молодостью, услужливое и покорное, готовое исполнить любое желание его превосходительства. Ей всего девятнадцать, дочь одного из членов городского совета. Папаша подложил ее под бургомистра в надежде получить преференции на торговлю. И получил – снижение пошлины на ввоз товаров для продажи в пределах городских стен.

Случилось это до нападения бешенного андарского короля, когда вдруг началась осада. Вся торговля, естественно, замерла, ни о каких новых купеческих караванах больше речи не шло, но папаша не стал отзывать дочурку обратно, решив, что в изменившихся обстоятельствах подле бургомистра ей может быть даже лучше. По крайней мере больше шансов спастись, не став жертвой разъяренной толпы самих жителей или ворвавшихся за стены захватчиков.

Молоденькая девица сполна отрабатывала милость его превосходительства, усердно трудилась ночью, а иногда днем, если у бургомистра вдруг возникало желание. Чего в последнее время становилось все реже. Стонала, сдавленная расплывшимися телесами старого градоначальника, ощущая на своем молодом свежем теле жирное дряблое тело, но старательно удовлетворяла все прихоти, рассчитывая на вознаграждение в будущем, даже когда к городу подступила проклятая андарская армия.

Глядя на гладкую шелковистую кожу и слегка приоткрытые припухлые губки, бургомистр почувствовал желание. Окончательно отбросил край одеяла, обнажая женскую грудь. Мясистая рука сжала сосок и слегка вывернула, припухлый ротик приоткрылся, девица часто задышала. Жуэль обхватил всю грудь и немного помял, собираясь навалиться на стройное тело сверху, ощущая жар внизу живота. Но вдруг взгляд метнулся чуть дальше и зацепился за окно. Забранный кованой решеткой проем моментально напомнил о никуда не исчезнувшем ужасе страшных болезней. И желание испарилось.

Зарычав от разочарования, бургомистр отбросил одеяло в сторону, выбираясь из постели, уже не обращая внимание на обнаженное женское тело.

За стенами притаилась смерть. Недавно стражники нашли мертвое тело на прилегающей к площади улице, почти в сотнях шагах от входа в резиденцию градоначальника, и это вызвало новую волну страха.

– Эй, кто там есть! – зычно крикнул Жуэль Болсонар вставая и не беспокоясь, что злобный рук разбудит юную любовницу. Та шевельнулась, испуганный взгляд уперся в стареющее дряблое тело бургомистра. На секунду в глубине глаз мелькнуло отвращение, тут же, впрочем, быстро исчезнувшее.

– Дорогой, что происходит? – проворковало милое создание с золотистыми кудряшками, игриво изогнулась, принимая соблазнительную позу: – Ты хочешь немного поиграть?

– Нет. Заткнись, – бросил Жуэль и тяжело затопал к валяющейся одежде. В этот момент дверь распахнулась, в комнату вошли слуги, неся принадлежности для утреннего умывания. Юная красотка торопливо укралась под одеялом, сверля злобным взглядом спину старого любовника, пока никто не видит. Он до ужаса ей надоел, но приходилось терпеть, пока все не закончится.

Не обращая внимания на делившую с ним постель девицу, бургомистр шумно умылся и принялся облачаться. Точнее это его облачали, пока он стоял перед огромным зеркалом в полный рост, хмуря брови.

На сегодня назначено очередное заседание совета обороны города. Соберутся командиры отрядов наемников, начальник городской стражи, некоторые члены городского совета. Все встанут у огромного стола с расстеленной на нем картой города и близлежащих окрестностей и начнут с умным видом нести чушь. Снова и снова перебирая варианты, как выбраться из того дерьма, в котором все оказалось, и которое до этого уже не раз обсуждали. Затем кто-нибудь опять предложит попытаться пойти на переговоры с андарцами, ему тут же возразят, начнется спор. Который продлится до конца заседания, пока все не разойдутся, так и не приняв никакого решения, ведущего к выходу из ситуации.

Бургомистр понимал, что все эти собрания бесполезная трата времени, но и отменить ничего не мог. Несмотря на положение, он не являлся единоличным правителем Винисгорда и был вынужден считаться с остальными богатейшими жителями города. Таков был порядок, установленный с тех пор, как власть аристократии рухнула. Коллегиальные решения, консенсус, компромисс, общая выгода – эти понятия пронзали суть вольного города.

Придется идти, проигнорировать собрание нельзя, необходима хотя бы имитация деятельности, так у обычных горожан возникает иллюзия, что для защиты родного города делается хоть что-то, и что бургомистр со своими людьми занят планом обороны. Который к слову, сейчас по сути ничего из себя не представлял, если не считать дежуривших на стене стражников и наемников.

– Кретины. Все полные кретины, – пробурчал Жуэль резко отдергивая богато пошитый наряд, казавшийся сейчас совершенно нелепым.

– Что на завтрак? – он обратился к одному из слуг.

– Цыпленок под яблочным соусом, ваше превосходительство, как вы любите, – склонился тот в подобострастном поклоне.

В отличие от прочих, градоначальник пока не испытывал недостатка в продовольствии и мог позволить баловать себя прежними любимыми блюдами. Подвалы резиденции хранили немало припасов, обширные кладовые были так же спрятаны в нескольких местах в разных кварталах на случай, если придется скрываться в уже захваченном городе. Предпринятые меры предосторожности позволяли чувствовать себя уверенно. На нижних уровнях резиденции был даже источник воды – старый колодец, вырытый еще во времена имперской династии, но до сих пор функционирующий.

А вот древний подземный ход, ведущий за пределы стен, не пережил влияние времени. Проход обвалился три десятка лет назад и с тех пор каждый последующий бургомистр, занимавший свой пост, планировал его восстановить и все время откладывал, считая бесполезной тратой денег. Ведь приходящие захватить Винисгорд армии всегда уходили обратно, стоило наступить холодам.

Но не в этот раз, проклятый андарский выродок на троне, похоже вознамерился довести дело до конца и взять на меч обитель строптивых торговцев.

Настроение испортилось. Еще это дурацкое совещание. Ел бургомистр без особого аппетита, приказав никому не беспокоить. Даже молодой любовнице был запрещен вход в малый трапезный зал. Тем сильнее стало удивление, когда в широкие двухстворчатые двери, отделанные позолотой и серебром, вдруг зашел начальник отдельного отряда стражи, приписанный к охране резиденции.

– Прощу прошения, ваше превосходительство, но полагаю вам надо знать. Караул у входа докладывает, что с вами желает встретиться один человек, – склонился офицер в поклоне.

– Человек? Какой еще человек? Не видишь, я занят государственными делами? У меня сегодня военное совещание, – не скрывая раздражения пробурчал бургомистр, вновь недовольно кривясь при мысли о будущей говорильне в зале совета.

Капитан вновь склонился в быстром поклоне, но тем не менее не ушел, рискнув заметить:

– Судя по всему это не обычный человек. Часовые говорят, что он маг и продемонстрировал это.

– Продемонстрировал? Как? – в голосе градоначальника колыхнулся вялый интерес.

– Зажег над ладонью колдовской огонь, – офицер помедлил, добавил: – Мои воины клянутся, что это не фокус, и я склонен им верить.

Маг? Жуэль задумчиво почмокал мясистыми губами. Как и каждый уважающий себя крупный город Винисгорд имел на службе штатного городского мага. Звали его Марсун, и в особых делах он себя не слишком проявил. По крайней мере в сфере обороны крепостных стен от него оказалось мало толка. Зато хорошо показал себя в приготовлении различных порошков и мазей для сохранения женской красоты. Именно данный факт и маломальская эффективность его притирок для кожи оказало влияние на то, что ему до сих пор не дали пинка под зад сразу после появления в городе. Пользовались его услугами жены и дочери богатых горожан и, судя по всему, оставались довольны. В ином случае его давно бы погнали, как шарлатана.

Хотя по мнению бургомистра, шарлатаном Марсун и являлся, иначе как объяснить дикие цены, которые он заламывал за свои зелья и порошки.

– Маг? – неспешно повторил Жуэль, обдумывая услышанное.

То, что маг настоящий не вызывало сомнений, в охрану резиденции отбирались лучшие воины, способные отличить реального колдуна от ярмарочного фокусника. Знали, что за ошибку в случае чего жестко спросят.

Другой вопрос, что магу нужно. А главное, как он очутился в Винисгорде, когда тот оказался в осаде андарского короля. И не связаны ли эти между собой два этих события.

– Похоже на то, ваше превосходительство, – офицер пожал плечами, ему было все равно, скажет бургомистр – прогонит мага, будь тот даже самым великим, прикажет проводить внутрь – проводит, его дело маленькое – подчиняться приказам.

– Знаешь, что, голубчик, пожалуй проводи этого мага в малую гостиную, – сказал Жуэль, но тут же быстро добавил: – Но не забудь удвоить охрану у дверей, и поставь в коридоре еще несколько человек. Обязательно должны быть стрелки с арбалетами в тех местах, о которых ты знаешь.

Капитан стражи кивнул. Стена в малой гостиной имела секрет – прорези незаметные снаружи, но за которыми так удобно прятаться арбалетчикам, готовым прийти на помощь хозяину, если гость вдруг проявит угрозу, нашпиговав его болтами в мгновения ока.

– Конечно, ваше превосходительство. Если вы не против, я поставляю еще двух воинов у дверей внутри гостиной, на всякий случай.

Сказал и получил благосклонный кивок в благодарность за проявленное рвение.

Бургомистр неспешно продолжил завтрак, напряженно размышляя о причинах, побудивших колдуна о встрече с ним. Он был умными правителем и понимал, что так просто тот не стал бы напрашиваться в гости, значит ему что-то нужно, или же хотел что-то предложить.

Если же окажется, что его послали андарцы, то судьба его будет незавидной. Кроме арбалетчиков у бургомистра имелись кое-какие свои секреты, позволявшие обеспечить безопасность, с которыми даже не все маги справятся.

Закончив трапезу, его превосходительство не торопясь проследовал в малую гостиную в сопровождении еще одной пары стражников. Теперь поблизости от него всегда находилась охрана.

– Га-Хор Куэль Ас-Аджар, – представился гость, слегка приподнимаясь со стула. Держался он уверенно.

Услышав имя Жуэль Болсонар поджал губы. Старинная фамилия, относящаяся к старой аристократии. Староимперская знать даже на королевские династии поглядывала свысока. История таких родов уходила корнями на тысячелетия в глубину веков во времена становления первых основ империи.

Вот откуда уверенность. Или не только? Бургомистр пригляделся к необычному гостю. Видно, что сам по себе представляет силу. Такому не нужны подпорки в виде разветвленного генеалогического древа, он сам древо, с которого может пойти новый род.

Одет хорошо, выше среднего уровня, на плечи накинут темный дорожный плащ. Лицо худощавое, острые скулы, впалые щеки, видно что повидал в жизни немало. Глаза спокойные, чувствуется внутренняя сила.

Вспомнился дряблый подбородок Марсуна и стало понятно, что сидящему напротив хищнику в человеческом обличье городской маг на один зуб. Сожрет и добавки попросит. Стало неуютно.