Текст книги ""Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

Соавторы: Андрей Стоев,Михаил Шерр,Елена Тимофеева,Максим Шторм
сообщить о нарушении

Текущая страница: 283 (всего у книги 352 страниц)

Он обнажил меч и резанул себя по руке. Кровь потекла тёмной струйкой, магистр подставил под неё ножны, собрал в них немного. Потом подозвал Демиру и Арефу, то же проделал и с ними. Когда дошла очередь до Ливия, тот замахал руками и завопил:

– Нет-нет, только не я! Я крови с детства боюсь!

– Да уймёшься ли ты, скоморох базарный?! – Демира схватила вора за шиворот и подтащила к магистру.

– Тея, иди сюда! – позвала она принцессу, и девушка покорно подошла к ней.

– Нет, – остранил её Арий Конрад, – кровь принцессы прольётся только на алтарь.

Он подошёл к берегу реки. Отворачивая лицо от сильного жара, поднял руку, прочёл заклинание, вылил кровь из ножен в пылающие волны и поспешно отступил назад. С лёгким шипением кровь истаяла в огне, река забурлила, разбрызгивая лаву, и посередине её появился мост – переправа. Кровь, смешавшись с огнём, породила землю – узкая полоса, только чтобы встать одному, легла, соединив оба берега.

– Идёмте, – магистр прицепил ножны к поясу и вложил в них меч.

– Ей не перейти, – Арефа кивнул на принцессу. Девушка тщетно пыталась унять бьющую её дрожь. От жара ей сделалось дурно.

– Перейдёт, – отрезал Арий Конрад, – дай руку мне, – велел он ей, – иди за мной и не смотри по сторонам.

Магистр первым ступил на земляной мост. По обе стороны бились огненные волны, брызгали на ноги, грозя затопить жалкую полоску суши. Принцесса покорно пошла следом. Её широко распахнутые синие глаза смотрели куда-то поверх реки, сквозь Арий Конрада, будто не видя, будто не она управляла своим сознанием. Она шла, не замечая огненных брызг, жаливших ей ноги.

Арефа бросился следом за ней, потом пошла Демира, и последним на мост ступил недовольно ворчавший Ливий.

Переправа прошла благополучно. Все были собранны и сосредоточенны, вымеряли каждый шаг, ступали осторожно и быстро миновали опасное место.

Позади осталась огненная река, в спину путникам дышала горячим воздухом, и жар её слабел, потому что пятеро уходили всё дальше. Сейчас не пески пустыни – голая каменистая степь расстилалась под ногами, и впереди серыми зубцами поднимались ввысь скалы.

– Как думаете, что это? – спросил Арий Конрад, и в глазах его заблестели искорки зловещего торжества.

Команда угрюмо молчала, разглядывая свои обожженные брызгами кипящей лавы ноги.

– Святилище Ормузда! – провозгласил магистр.

Принцесса оглянулась на сокрытую клубами дыма огненную реку, оставшуюся позади, потом посмотрела вперёд на каменные чертоги, уходящие далеко ввысь своими вершинами. Воздух был согрет горячим дыханием реки, но она дрожала, точно под студёным ветром. Девушка вздохнула, зябко передёрнула плечами, но ничего не сказала.

– Если это – святилище Ормузда, – сказал Ливий, – то где же…

– Дракон! – завизжала принцесса, прячась за спину Арий Конрада.

Плавно взмахивая крылами, блестя в багряном мареве синей чешуёй, из-за вершин скал летел огромный восьмиглавый дракон.

Не сговариваясь, воины магистра сорвали с плеч луки, натянули тетиву.

– Бейте у основания головы, – велел Арий Конрад, – это его самое слабое место.

– Откуда знаешь? – магрибский вор, как обычно, не удержался от поддёвки. – Успел его пощупать, да?

– Все вместе! – скомандовал магистр. – Стреляем под крайнюю голову слева! Готовы? Раз, два, три!

Четыре стрелы, выпущенные одновременно, ударили Синего Дракона в шею. Кровь потекла из ран, чудовище испустило страшный рык, заметалось в воздухе и стало терять высоту.

– Хорошо! – похвалил Арий Конрад. – Ещё раз стреляйте туда, но пониже! Готовы? Раз, два, три!

Вновь натянулись четыре тетивы, синхронно вылетели стрелы, пущенные уверенной рукой, страшно зарычал Синий Дракон и рухнул вниз, к подножию скал.

– А теперь рубите гаду головы! – и Арий Конрад первым бросился к поверженному чудовищу.

Дракон бил хвостом, изрыгал из пастей пламя, не давая врагам приблизиться. Песок плавился вокруг его тела. Не сговариваясь, Арефа и Демира подбежали к нему справа, Арий Конрад и Ливий – слева. Чудовище на миг оторопело от такого количества врагов, а потом ударило хвостом и смело магистра и вора, как мешки с тряпьём.

– О-ё-ёй! – простонал Ливий. Он сильно ударился головой о землю, да ещё и тяжёлое тело Арий Конрада навалилось сверху. – Вот это приложил он нас! Да слезь ты с меня, Курт! М-м-м-м, а это что такое? Ты что, так сильно возбудился?

– Ножны моего меча, болван! – пробурчал магистр, вставая. – Подходи к нему во-о-он с той стороны!

Дракон отвлёкся на юношу, плевал огнём, не давая ему приблизиться, и Демира подобралась с другой стороны и одним ударом отсекла ему голову. Зверь захлебнулся рёвом, дым повалил из ноздрей оставшихся семи голов.

– Тея! – прокричал Арефа.

Принцесса укрылась за большим валуном и оттуда с интересом наблюдала за боем.

– Этот удар я посвящаю тебе! – мальчишка подскочил к Дракону и, прикрываясь щитом от огня, снёс зверю ещё одну голову.

– Понты корявые! – фыркнул Ливий, сдувая с носа капли пота.

Они с магистром подкрались к Дракону с обеих сторон, и, пользуясь смятением раненого чудовища, атаковали одновременно, разом срубили ещё две головы. Потом вор ловко вывернулся, выкатился из-под самого брюха зверя, вскочил ему на лапу и с воплем. – Демира навеки! – срубил ещё одну голову.

– Видала, а?! – тяжело выдохнул оказавшийся рядом Арефа.

Дракон бил хвостом, рыл лапами землю и громко ревел, не давая приблизиться.

Ученик магистра атаковал неудачно, был отброшен ударом лапы в сторону, но Ливий успел подобраться сзади и снёс Дракону ещё одну голову. Оставшиеся две срубил Арий Конрад, не дав Демире отличиться в битве.

Синяя туша завалилась набок и тяжело рухнула, заливая песок чёрной кровью. Забрызганные ею же, измазанные копотью, солдаты Арий Конрада подошли к своему вожаку.

– Ну, ты даёшь, пенёк стоеросовый! – Демира приткнулась к плечу вора, обняла его одной рукой.

– А ну целуй быстро! – велел он, и воительница со смехом расцеловала его красные небритые щёки.

– Ты лучший, – уверила она.

Арий Конрад не смотрел на них. Взгляд его был устремлён вперёд, на серые скалы. Подошла и принцесса, встала рядом, глядя на него, как преданная собака. Магистр взглянул на неё, и уголки его губ тронула ироническая усмешка, так идущая его надменному облику.

– Святилище Ормузда перед вами! – он небрежно взмахнул точёной кистью руки, указав перед собою. – Идём, моя прелесть, – и, взяв принцессу за руку, повлёк её за собой.

Арефа метнул тревожный взгляд на Демиру, ища поддержки, и поразился: она улыбалась. Красивые губы воительницы искажала полная злого торжества усмешка.

– Чего вы ждёте? – процедила Демира. – Идёмте! – и пошла вперёд.

– Ой, что-то будет… – пробормотал тоном пророка Ливий и поспешил за ней.

До подножия скал дошли быстро. Столь высоки были они, что далеко надо было запрокинуть голову, чтобы увидеть их вершины. Ровной стеною стояли, и лишь в одном месте выходил вперёд широкий каменный алтарь.

Арефу начала бить дрожь. Рука легла на эфес меча и сжала рукоять так, что побелели косточки пальцев. Он взглянул на Демиру и опять увидел на её лице ту же, полную злого торжества, усмешку. Но она не двигалась, не говорила ничего, позволяя событиям идти так, как должно.

Арий Конрад повернулся к принцессе, протянул ей руку. Никакого волнения не отражалось в его лице, взгляд серых глаз был так же, как всегда, спокоен и чист. Надменные губы тронула мягкая, почти нежная улыбка.

– Иди ко мне, – позвал он.

– Думаю, нам не стоит смотреть на этот балаган, – шутка Ливия прозвучала не так весело, как хотелось бы.

Принцесса вложила в его ладонь свою руку и шагнула навстречу. Арий Конрад обнял её за талию, привлёк к себе. Кровавая развязка казалась неизбежной. Арефа выхватил меч и рванулся к магистру, но его опередила Демира, обнажив свой клинок.

Сильным ударом она отбросила магистра в сторону, схватила принцессу за плечо и швырнула её на камень алтаря. Никто не успел помешать ей. Демира стиснула в руке ладонь девушки, раскрыла её, резанула по ней лезвием меча, и тряхнула, окропив брызгами крови серый камень.

Страшный грохот оглушил, заполонил собою всё пространство. Демира едва успела стащить с алтаря принцессу и отпрыгнуть в сторону. Серые скалы над алтарём содрогнулись и, расколовшись пополам, стали медленно расходиться в стороны. Путь к храму Ормузда, к которому шли так долго, был открыт.

– Кровь девственницы, окропив камень, откроет вход в святилище! – сквозь грохот движущихся скал прокричала Демира. – О том, как она попадёт на алтарь, в священных книгах не сказано ни слова!

– Боги всесильные! – с восторгом воскликнул Ливий. – Курт, каким же это дурнем надо быть, чтобы додуматься любить девку на этой скале?!

Арефа, отрезав лоскут от своей рубашки, перевязывал им рану на руке принцессы, что-то шептал ей, успокаивая, гладил по волосам. Она молчала, зябко поводила плечами и прятала взгляд. Демира и Ливий заходились хохотом, тыкали друг друга в живот, хлопали по плечам, показывая на открывшийся вход в сокровищницу, и снова сгибались в припадке безудержного смеха. Арий Конрад стоял истуканом и смотрел во тьму разверзшихся перед ним скал. Выражение его лица не поддавалось никакому описанию.

– Ну что же ты, Конрад? – в голосе Демиры звучали литавры триумфатора и лёгкость, чистота освобождения от тяжёлого груза души. – Ведь ты столько лет ждал этого мига! Войди же в скалу и обрети Бессмертие!

Глава шестнадцатаяОбретение

Арий Конрад не был бы магистром Ордена Сов, если бы позволил Демире трубить победу и далее. Плеснул в неё холодом серых глаз, тронул язвительной усмешкой губ.

– Благодарю тебя за находчивость, – произнёс, – за то, что не пришлось тратить энергию, которой я так дорожу, – и вошёл во тьму, открывшуюся в скалах.

– Пошли? – кивнул Ливий, и последовал за магистром. – Да тут же всюду темно, как у негра в жопе! – послышался его недовольный голос.

Арефа, поддерживая принцессу, вошёл следом, а за ними ступила в святилище Демира. Юноша обернулся, нашёл в темноте её руку и сжал в своей.

– Как ты догадалась? – спросил он.

– Я не была уверена, что это сработает, – усмехнулась воительница.

– Но сработало! И ты…

– И я сберегла для тебя твою принцессу. Не благодари, а действуй! – велела Демира.

Ослепительный свет залил всё вокруг, и они увидели, что находятся в огромном зале. Пол покрывали груды золотых слитков, монет, драгоценных камней, ожерелий, корон ушедших в лету правителей. Пещера уходила далеко вглубь, и сокровищ в ней было так много, будто их собирали сюда с момента рождения мира. Ливий только успел восхищённо ахнуть, едва наклонился, чтобы загрести золото, как свет сильнее, таким нестерпимо-ярким, что пришлось зажмуриться, закрыть рукою глаза.

– Аллард! – громовой голос пронёсся под каменными сводами. – Я вынужден признать твою силу! Я уважаю достойных противников и восхищён твёрдостью духа твоего, мужеством и бесстрашием! Золотая Книга Бессмертия по праву твоя! Прими и владей!

Арий Конрад прошёл вглубь пещеры, приблизился к алтарю, покрытому богатым покровом, и медленно, словно не веря, возложил ладони на лежащую на нём тяжёлую книгу в золотом переплёте. А голос, наполненный тяжёлой потусторонней силой, продолжал:

– Пусть твои спутники возьмут свою награду. Поклянись, что после вы покинете пещеру и не пойдёте далее, в недра святилища моего!

– Водами реки Стикс и именем Аримана клянусь! – Арий Конрад приложил руку к сердцу и почтительно склонил голову.

Ослепительный свет стал гаснуть, приутих, и зал теперь освещался ровно, будто днём. Магистр повернулся к своим спутникам.

– Берите всё, что сочтёте наградой за ваш путь. Поторопитесь, ибо скалы сомкнутся, и тогда мы останемся здесь навек. Моя магия бессильна в святилище Ангела Света.

– Зная об этом, ты шёл до конца? – Демира оглядывала огромный зал. – Ведь Ангел Света мог и не быть столь благосклонным.

– Не мог! – отрезал Арий Конрад. – Я выполнил все условия, а слово его священно.

Воительница смотрела на груду шлемов и щитов, что была навалена у левой стены. Над ними на крючьях, вбитых в камень, висели мечи и сабли, секиры и кинжалы, ятаганы и морские кортики – оружие, что создавалось искусством войны с начала мироздания. В сильном волнении, оглушённая биением своего сердца, Демира смотрела на один из мечей. Он был непритязателен с виду, в кованых ножнах чернёного серебра, с серебряной рукоятью, но мощная сила исходила от него. Воительница ощущала в своей руке вибрацию силы той, будто уже держала его в руке. Она робко шагнула вперёд и сняла меч со стены.

– Конрад, это он? – пересохшими губами прошептала Демира.

Магистр смотрел на неё, любовался в молчаливом восхищении, в который раз говоря себе: она лучшая, и он не ошибся.

– Да, – ответил Арий Конрад, – Разящий Без Промаха Меч, закалённый в пламени Ада. Ты узнала его из тысячи, и тебе владеть им. Он будет послушен и верен руке твоей.

Демира вынула из ножен длинный, тяжёлый, тускло блеснувший стальной силою клинок, взметнула его над головой. Её тело будто копьём пронзило, изогнуло, бросило назад, так, что она едва устояла на ногах. Мощная сила ударила из рукояти меча в правую руку её, дошла до самого сердца, и воительница осознала, каким овладела сокровищем.

– Я буду достойна! – поклялась она.

Между тем, Ливий отыскал большой кожаный мешок и самозабвенно набивал его золотыми слитками и драгоценными камнями, выбирая, конечно же, покрупнее. Принцесса Тея Ирис равнодушно смотрела на несметные богатства. Не манили они её.

– Возьми что-нибудь, – предложил Арефа, – зеркальце в золотой оправе, смарагдовое ожерелье…

Она грустно покачала головой.

– Я хочу домой.

Тогда юноша наклонился, выбрал в куче сокровищ алмазное кольцо и надел его принцессе на безымянный палец правой руки.

– Нет-нет! – воскликнула Тея Ирис, хотела снять кольцо, но Арефа сжал её ладонь в своих руках, погладил нежно.

– Да, – сказал он, – я – судьба твоя. Ты – жизнь моя. Навеки. В радости и горе.

Будто сам Рок повлёк принцессу по заранее заведанной тропе. Она почувствовала, что слова Арефы написаны где-то на полях книги Вселенной, отвечающей за ход судьбы нашей, и уже начинают сбываться. Девушка не осмелилась противиться столь грозной силе, покорно вздохнула, когда ученик магистра привлёк её к себе, прижалась лицом к его груди и закрыла глаза.

– Пора идти, – окликнул их Арий Конрад, – долее здесь оставаться нельзя.

Ливий попробовал взвалить мешок на плечо, но смог едва поднять его.

– Пуп не надорви, – посоветовала Демира.

– Завидуй молча, – беззлобно огрызнулся вор и потащил мешок волоком.

Демира подошла, подхватила сбоку, и кое-как вдвоём они вытащили его из пещеры.

– Ты ж не допрёшь его, – воительница с сомнением покачала головой.

– Чё не допру-то? – возразил Ливий. – Своя ноша не тянет.

Его слова потонули в страшном рёве смыкающихся скал. Сокрылся вход в святилище Ангела Света. Вновь ровной стала серая каменная поверхность, и лишь алтарь выступал из неё холодным ложем.

Демира обернулась, оглядела громаду тверди святилища. Она так и держала в руке обнаженный Меч, что бил Без Промаха, лишь ножны прицепила к поясу. Арий Конрад смотрел на неё. Тихая нежность таяла в его глазах, смешанная с острой горечью. Он оглядел Демиру, задержал взгляд на её разорванной, грязной от крови и копоти рубахе. Тонкие пальцы помнили огонь её тела, тепло сильных ладоней.

Магистр перевёл взгляд на Книгу Бессмертия, которую держал в руке. Выбор сделан, жребий брошен, но почему так трудно принять и следовать ему?

Демира смотрела на него, открыто и честно, и он знал, если позовёт, она пойдёт с ним и будет рядом до конца, и обнажит меч в угоду любой прихоти его честолюбия. И молча, ничего не требуя, без слёз и упрёков, пойдёт своей дорогой, если он так пожелает.

Арий Конраду открывалась вечная жизнь, но он знал, что на перепутье бесконечных лет не встретит женщину, которая могла бы любить его так, как Демира. Ещё миг, и он сгорел бы в живом огне этих чёрных глаз, бросился бы к ней, сжал в своих объятиях…

Демира, о, Демира! Останься со мной! Перечитай, пересмотри, переиграй! Время назад, я стану волком, стражем снов твоих! Пой свою песнь о злобном тролле, я буду рядом, смотреть и слушать тебя, Демира! Что значит – время, что – пространство? Не нужна вечность, где нет тебя!

Единым порывом движимые, они шагнули друг другу и остановились, отрезвлённые. Холод рукояти Меча ожёг ладонь Демиры, тяжесть Книги Бессмертия сдавила руку магистра. Получив желаемое, они теряли друг друга, и только такой жертвой решалось обретение. Пропасть легла меж ними. Возврата к прошлому не было. Вместе не быть им, не идти одной дорогой.

– Арий! – тихо окликнула принцесса. – Как же теперь? Снова идти обратно через эту ужасную огненную реку?

– Нет, дитя моё, – магистр улыбнулся, подошёл к ней и взял за руку, – мытарства наши кончились, и ты будешь дома быстрее, чем думаешь. Идём, – и кивнул своим спутникам, – идёмте же.

Всего несколько шагов сделали они, а вокруг всё чудесным образом изменилось. Исчезла каменистая равнина, исчезли чертоги Ангела Света. Они находились в редком перелеске, освещаемом закатным осенним солнцем. Свет его лучей играл пожелтевшей, но не опавшей ещё листвой, расцвечивая её золотом.

А позади стремительно несла свои тяжёлые воды река. Вода с рёвом мчалась по острым камням и, пенясь, устремлялась за скалистый поворот.

– Конрад, да это же… – у Демиры от волнения перехватило дыхание.

– Та самая река, которую ты держал за шиворот, чтобы мы проехали по дну, забодай меня комар! – закончил изумлённый Ливий.

– О, да, – согласно кивнул магистр, – та самая река. Мы у первого своего перевала. Завтра будем ночевать в степи у колодца, где стоит каменная баба. А следующим днём вступим в Лемурию.

– Домой! – принцесса подпрыгнула и захлопала в ладоши.

– Вот это да! – восхитился вор. – А когда вперёд шли, нельзя было так сделать?

– Нельзя, – улыбнулся Арий Конрад, – это магия Ормузда – перевести отряд обратно, к первому перевалу. Чтобы путь к его святилищу скрылся из вашей памяти.

Все почему-то повернулись и посмотрели на Ливия.

– Что? – окрысился он. – Чего вы на меня все выпялились? Думаете, сдалось мне туда ещё раз топать? Да не пойду ни за что! В этом году…

Демира смотрела на воды бурной реки и улыбалась своим воспоминаниям, а Арий Конрад смотрел на неё, стараясь запечатлеть в памяти каждую чёрточку её лица. Они расстанутся и больше не встретятся, и нужно запомнить, сохранить в сердце её светлый образ.

– Давайте становиться на ночлег, – предложил Ливий, – я наловлю рыбки. Вы двое, – обратился он к Арефе и принцессе, – побродите по лесу, покуда не стемнело, может, яблочек каких или орехов найдёте. А вы двое, – кивнул он магистру и Демире, – разведите костёр и навес какой сплетите али шалашик, чтобы дождик нас не промочил.

– Как скажешь, государь! – склонилась в пояс воительница.

– Ниже кланяйся-то! – велел вор. – Чать, не переломишься! Курт! – окликнул он магистра. – А река нам мстить не будет?

– Не беспокойся, – ответил Арий Конрад, – река чувствует мою силу и не полезет на рожон.

– До чего ж ты у нас крутой! – Ливий похлопал его по плечу и пошёл к берегу, выбрать удилище. А Демира и магистр принялись ломать ветки и городить шалаш.

Хозяйственный вор удачно порыбачил, рыбу испекли над угольями на прутиках, Арефа и принцесса принесли горсти три мелких лесных орешков, дополнили скудную трапезу. Заварили брусничный лист, попили чаю. Потом юноша позвал Тею Ирис «поговорить наедине», она с неохотою встала и пошла с ним.

У костра остались Арий Конрад, Демира и Ливий. Взволнованные предстоящим возвращением, они не спешили ложиться спать, но разговор между ними не клеился. Каждый был погружён в свои мысли.

– Что делать будешь, став бессмертным, Конрад? – осмелилась спросить Демира.

– Не знаю, – задумчиво ответил магистр, – я так долго шёл к этому, что сейчас, обретя желаемое, стою на новой вехе своей жизни в некоторой растерянности… А ты? – в свою очередь спросил он. – Решила, какое королевство ты назовёшь своим?

– Руану, – ответила Демира.

– Руану? – приподнял брови магистр. – Но ведь там идёт война. Пиар, тупой и жадный владыка острова Глетчер, осадил стены Сенота, её столицы.

– Я сниму осаду с Сенота, и буду провозглашена королевой, – заявила, не колеблясь, воительница.

– А король? – вспомнил Ливий. – У Руаны же есть свой король! Вирджил Великий, прозванный так из-за своего роста и недюжей силы! Я один раз видел его на городском празднестве. Тогда украл у одного руанского торговца золотой ларец с во-о-от такими,– он развёл пальцы и показал, – гранатами! Э-эх, – он лёг у костра, блаженно потянулся, радуясь воспоминаниям, – богатющая страна – Руана была до войны. Хоть всю жизнь воруй, а всего не украдёшь. Но Вирджил Великий следит за порядком! Стражи там – немерено!

– Король – да, – согласно кивнула Демира, – но править Руаной буду я. Если владеть, то лучшим, верно?

– Знаешь, душа моя, – Ливий перевернулся на пузо, оглядел свою боевую подругу, – поеду я с тобой. Подсоблю осаду снять и с королём разобраться. А ты за это сделаешь меня министром финансов. Сделаешь?

– Вора – министром финансов? – фыркнула Демира.

– А чё? – не смутился Ливий. – Самая по мне должность. Больше, чем мне надо, из казны не украду. Но зато! Скраду на червонец, прибыли принесу на сотню! – пообещал он.

– Руана, – раздумчиво произнёс Арий Конрад, глядя на огонь, – хороший выбор. Чем труднее достичь цели, тем дороже результат. Удачи тебе, Демира.

И воительница только теперь со всей ясностью осознала: он отпускает её из своей жизни, он прощается с ней навсегда, и нет ни малейшей надежды, сблизиться с ним вновь. Она знала это и не ждала, но почему же при его словах внутри всё сжало болью, так что слёзы выступили на глазах? Демира тяжело вздохнула, давя рыдание в горле, и встала.

– Я иду спать, – сказала она тихо, – доброй вам ночи.

Арий Конрад и Ливий ещё какое-то время сидели у костра, потом вор захотел напиться, сказал, что «рыба воды просит» и пошёл к реке.

А на берегу он неожиданно застал за выяснением отношений Арефу и принцессу. Со стороны ученика магистра только что последовало бурное объяснение, а принцесса тщетно пыталась высвободить из его рук свои и мягко убеждала:

– Ты сам подумай, ну кто ты есть, кто? Что ты имеешь, чтобы просить руки дочери лемурийского царя? Безродный!

– А Арий Конрад смотрелся бы в твоих глазах более выгодно? – поддел её Арефа.

– О, ну конечно же! – простодушно ответила принцесса. – Могущественный магистр древнего Ордена! Равный по силе богам, бессмертный! К тому же, он сказочно богат, в этом я не сомневаюсь!

– Да не в богатстве дело! – вздохнул юноша. – Ты не любишь меня, Тея. О боги, чем же заслужить мне любовь сердца твоего?

Магрибский вор, случайно узревший столь бурно кипящие страсти, поспешил уйти и вернуться обратно к костру.

– Курт, – обратился он к сидящему в задумчивости магистру, – а ты можешь сделать так, чтобы один человек полюбил другого?

– Любовный приворот? – уточнил Арий Конрад. – Легко. А тебе зачем? Хочешь влюбиться в Демиру?

– Да тьфу ты, боги с тобой! – отмахнулся Ливий. – Мне-то зачем? Демиру я и так люблю… по-своему… как умею… Сделай так, чтобы наша принцесса влюбилась в Арефу! Жалко прямо мальчишку! Извёлся весь, дурак.

– А она его и так любит, – ответил магистр, – просто не понимает ещё этого.

– Ну, так сделай, чтобы поняла! Ускорь течение! Чего тебе стоит, а, Курт? Дай Арефе награду за этот Поход!

Арий Конрад закрыл глаза, вытянул перед собой руки ладонями вверх, сжал их в кулаки и мысленно послал в пространство мощный сигнал, который, подпитавшись от полей Вселенной, вошёл в сознание Теи Ирис.

Девушка почувствовала острую боль, кольнувшую в сердце, и будто что-то, прежде незаметное, неведомое, открылось ей.

– Постой, Арефа! – она бросилась за юношей, который, ни на что уже не надеясь, оставил её и пошёл к костру. – Не уходи, останься, – принцесса взяла его за руку, прижала к сердцу, – я боюсь ошибиться… – прошептала она, – я не всё понимаю… но и терять тебя я не хочу тоже!

Арефа схватил её в объятия, желтеющие травы мягко расступились, принимая их в своё лоно. Ветер стих, остерегаясь потревожить мгновения их сокровенной близости, и воды бурной реки умерили свой пыл, тихо плескались о камни. Глубокая ночь стояла над лесом, когда Арий Конрад встал и сказал Ливию:

– Пойдём спать. Тех двоих ждать не стоит.

«Те двое» вернулись только утром. Бросив взгляд на разрумянившуюся принцессу, Демира только улыбнулась. Ливий усмехнулся в бороду, подмигнул заговорщически Арефе. Арий Конрад, оказавшись рядом с ним, негромко спросил, чтобы не слышали остальные:

– Ну?.. И как это?..

– А ты сам попробуй! – фыркнул Арефа, показывая взглядом на Демиру.

Он себя победителем чувствовал, и оно понятно! Он столько добивался любви этой девушки, и теперь, встречаясь с её смущённым взглядом, переполнялся нежностью к ней и ощущением бесконечного счастья. Путешествие не прошло для них даром. Они обрели много больше, чем золото сокровищниц Ормузда.

После скудного завтрака Арий Конрад отворил дверь в иное измерение и вывел наружу коней, которых спрятал там перед входом в Серые Скалы. Демира обрадовалась встрече с Карфаксом, да и остальные воспряли духом – верхом путь домой станет ближе.

Весь день провели в седле и на ночь стали в степи у того памятного кургана, подле которого был вырыт колодец и вросла в землю неуклюжая каменная баба. Арефа и принцесса из лагеря ушли, а вернулись только к рассвету, невыспавшиеся, но счастливые.

– Что теперь, руки её у отца просить будешь? – спросил Ливий.

– Буду, – не смутился мальчишка.

И попросил. Во дворце лемурийского царя воины Кир Кризана было взяли их под стражу, но принцесса велела убрать оружие. Арий Конрад хранил гордое достоинство, не препятствовал солдатам, не снисходил до объяснений. Молва людская уже дошла до владыки Лемурии, трубила о Походе Последнего из Ордена Сов, об обретении им Бессмертия, а спутницей его – Меча, что Бьёт Без Промаха.

Глубокая тяжёлая складка залегла у переносья царя, виски стали совсем седыми – год минул с пропажи его единственной дочери. И теперь она вернулась и требовала воли для своих похитителей. Кир Кризан слушал рассказ её, с интересом глядя на суровое бесстрастное лицо Арий Конрада, на чернокосую воительницу, которая столь хороша собой была, что в тронном зале бы ей блистать в дорогих нарядах, а не в окровавленных доспехах среди выжженной степи.

– Осмелившийся коснуться моей дочери будет рад быстрой смерти, – вымолвил Кир Кризан, в упор глядя на Арий Конрада.

– Я не причинил вреда принцессе, – ответил магистр, – я только исполнил условия Ангела Света Ормузда ради обретения нами самого желанного.

– И чего же желала ты, дитя моё? – спросил, ещё боле хмурясь, царь. – Чего недоставало тебе в родном доме?

– Я обрела любовь, отец, – краснея, призналась Тея Ирис и спрятала смущённое лицо на груди Арефы.

– Замуж, значит, собралась? – процедил Кир Кризан.

– Он уже муж мне, отец, – созналась тихо принцесса.

– Уже муж?! – лицо лемурийского царя потемнело, и складка у переносья обозначилась ещё глубже. – Что ж… бери тогда её в жёны, киммериец, но приданого… – он сложил пальцы руки в крепкий кукиш и показал Арефе.

– В том нет нужды, – раздался низкий звучный голос магистра, – кнес Арейский богаче тебя, царь.

– Это кто – кнес Арейский? – не понял Кир Кризан.

– Это… – Арефа взглянул на безмятежное лицо Арий Конрада, в уголках глаз которого затаились смешинки, – это я?

– Если он насыплет курган из золота в рост дочери твоей и другой курган – из самоцветов, ты будешь доволен, царь? – добил его Арий Конрад.

Кир Кризан, позабыв о дворцовых приличиях, выдохнул:

– Врёшь, чародей!

– Водами Стикса клянусь! – ответил магистр

Звенящая тишина заполнила тронный зал. Потрясённые богатством и титулом посватавшегося к царской дочери юноши, молчали придворные, молчал и царь. Демира улыбалась, Ливий довольно пощипывал бороду. Арефа шагнул к трону государя и опустился на колено.

– Я люблю её, царь, – нарушил тишину его полный сильного чувства голос, – я ради неё пойду в самое пекло Ада и для её счастья не постою ни перед чем. Отдай мне её!

– А ты что же? – Кир Кризан взглянул на дочь.

– Я… – принцесса подбежала к Арефе и встала рядом, – я на край света за ним! Не позволишь стать женой его, жить не буду!

Суровая складка у переносья царя разгладилась, улыбка заискрилась в морщинках у глаз.

– Быть тому, – Кир Кризан встал с трона, подошёл к дочери и ученику магистра и возложил тяжёлые руки на их склонённые головы, – да хранит вас Кронос и сонм богов. Ступайте, готовьтесь к свадьбе.

Свадьба была пышной и весёлой. Демира и Ливий много пили, танцевали до упаду, веселились всласть после своего Великого Похода. Арий Конрад восседал рядом с Кир Кризаном, полными кубками пили вино и вели неспешную беседу.

Втайне лемурийский царь ожидал от Последнего из Ордена Сов каких-то чудес, но магистр чудесами по горло был сыт, и никаким колдовством царя не потешил. Пожелал молодым счастья и отбыл в опочивальню, когда свадьба ещё гуляла в полном разгаре. Впрочем, к тому времени Ливий и Демира уже перепились и по старой дружбе опять завалились вместе в одну постель.

Арий Конраду досталась для ночлега смежная с ними комната, и всю ночь он слушал весёлую любовную возню, недвусмысленные стоны и пьяную похвальбу Демиры мужским способностям её полюбовника.

Ближе к рассвету старинные друзья вроде бы приутихли, и только магистр стал проваливаться в сон, как раздался страшный грохот и треск, бычий рык Ливия и полный сладкого облегчения глубокий стон Демиры.

Арий Конрад рывком сел на постели. Да, он выбрал сам. Да, он отрёкся от неё сам. Да, она живая, огонь и плоть. Но боги всесильные, так терзать его душу! Ни смертный, ни бессмертный не заслужил таких мук! И, будто нарочно, будто, чтобы ещё больнее сделать, он услышал за стеной её счастливый голос:

– Край света, до чего хорошо-то!

– Говорил тебе, можно так! – удовлетворённо отозвался Ливий. – А ты: помру, помру!

Арий Конрад встал. Он задыхался, сердце громко колотилось, кровь толчками била в виски. Рванул ворот рубахи, отворил дверь и вышел на балкон. Стал, вдыхая полной грудью прохладный ночной воздух, глядя на звёзды, слушая долетавшие сюда отголоски свадебного гуляния.

Он долго стоял так, смотрел на ночной город, и успокоил было бешено стучащее сердце, и хотел вернуться в комнату, но скрипнула соседняя балконная дверь, и Ливий и Демира, полураздетые, разгорячённые, с кубками вина вышли освежиться. Магистр поспешно отступил под тень тяжёлой портьеры. Ему было хорошо видно и слышно их. Воительница потянулась навстречу полной луне, гибкая, стройная, крутнулась вокруг себя и со смехом упала в объятия вора.