Текст книги ""Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

Все произошло очень быстро и неожиданно для обеих сторон, хотя гости похоже все же ожидали здесь кого-то увидеть, ведь шли по следу. Но явно не закончившего магический ритуал колдуна.

И вот здесь, признаю, совершил ошибку. Следовало просто взмахнуть рукой, активировав «Молот», чтобы выбить из трех придурков дух, но вместо этого почему-то мысленно потянулся к символу успевшего перезарядиться «Тумана».

Дальше все случилось мгновенно. Кретины еще шарили в поисках оружия, когда за моей спиной заклубился черный дым. Миг – и из гущи мрака выстреливают три щупальца, черными как антрацит жалами, пронзая тройку насквозь.

– Кха… – выдохнул стоящий по центру мужичок, глаза на щербатом лице мгновенно затянула белесая пленка. Тело безвольно обвисло, соскальзывая с темного щупальца словно с острия проткнувшего его копья.

Та же участь постигла оставшихся двух. Они умерли, ничего не успев толком понять. А черные жала уже втягивались обратно в клубящуюся тьму.

Я моргнул. Даже для разогнанного восприятия рухнувшего в транс сознания все произошло очень быстро. Раз – и на земле три трупа.

Черт, надо срочно развивать Средоточие и ускорять реакции, чтобы не выглядеть ничего не понимающим дураком.

Я деактивировал заклятье, значок в Сумеречном Круге погас. Колышущийся за спиной кусок мрака послушно истаял в воздухе.

– Вот же дерьмо, – я шагнул ближе, разглядывая мертвецов.

Равнодушный взгляд скользнул по телам. Короткий осмотр показал, что несмотря на мелькнувшие опасения погибшие явно не относились к категории добропорядочных граждан. Достаточно посмотреть на типично разбойничьей физиономии, правда все до одной сейчас искаженные гримасой ужаса… но все равно, на обычных путников троица явно не походила. Типичные оборванцы с бандитскими замашками, таких точно никто не станет искать. Что вообще они здесь делали? Шли по следу, надеясь ограбить заблудившегося в горах растяпу?

– Придурки, – я покачал головой.

Но на самом деле меня сейчас волновала не личность погибших идиотов. Вызывало беспокойство другое. Кто нанес удар первым, я или теневая сущность, прятавшаяся в образе тумана? Чьи хищнические инстинкты заставили агрессивно атаковать?

Глава 21

21.

В караулке дозорной башни царил полумрак, на перевернутой бочке, используемой вместо стола, огарок свечки, сгоревшей до состояния пятна воска. Рядом стаканчик с парой игральных костей. На грубо сколоченной лавке два огромных кувшина, из одного тянет запахом перебродившего эля, из другого застарелой сивухи. По соседству вместительные кружки, ароматы оттуда схожие. Тут же глубокая миска полная обглоданных куриных костей.

Саймон поморщился. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что здесь произошло прошлой ночью. Вместо того чтобы добросовестно нести службу, стражники пьянствовали и играли в кости. Сплюнув, чародей поправил теплый плащ и вышел наружу. Крепостная стена встретила свежим воздухом и бодрящим ветерком дневного мороза. В глаза ударили солнечные лучи, заставив на секунду зажмуриться.

– Ну что там? – спросил брат.

Феликс стоял у бортика стены, с безразличием разглядывая суету у ворот. Он даже не повернулся, задавая вопрос, заранее зная ответ. Что поделать, это была не первая неожиданно проверка, выявлявшая нарушение дисциплины среди стражи в момент несения ночного дежурства.

– Опять пьянствовали и играли в кости, – ответил Саймон, взял паузу и со вздохом буркнул: – Свиньи, ничего их не учит.

Третий брат – Грег, прислонившийся плечом к стене дозорной башни, хмыкнул.

– Это потому что делать тут по ночами нечего. Как будто сами не знаете, – помедлил и напомнил: – Забыли, как папаша отравлял нас на стену юнцами, чтобы узнали тяготы солдатской службы и что из этого вышло?

Лица Саймона и Феликса озарили ухмылки. Попытка сурового родителя приучить начинающих чародеев к строгому воинскому порядку обернулась веселыми пирушками под свет ночных факелов. Они даже девиц из борделя сюда водили, заплатив пару монет начальнику караула. Иногда позволяли попользовать после них, в зависимости от настроения. Некоторые солдаты довольствовались деньгами, другие были не прочь попробовать девочек из ценовой категории выше своего уровня. Привыкшие к более чистоплотным клиентам дорогие шлюшки морщились, но послушно обслуживали потных и грязных солдат, получая за труды сверху.

– Но все равно, порядок должен быть, – напомнил Саймон.

Грег и Феликс пожали плечами.

– Что тут сделаешь? Ну накажешь ты этих придурков, лишишь недельного жалования, думаешь после этого что-нибудь изменится? – задал риторический вопрос Грег.

– Город слишком привык к безопасности, закрытые на ночь ворота гарантируют тишину и покой, вот никто особо и не суетится, – поддержал старшего брата Феликс.

Саймон по очереди обвел взглядом братьев, поморщился, но недовольно кивнул, признавая правоту обоих. Все так, Последний Приют стал слишком безопасным городом с точки зрения внешних угроз. Любой завоеватель знал, что столкнется с подземной магией камня и не рисковал. Пары преподанных уроков хватило, чтобы отвадить даже самых отчаянных полководцев.

– Лучше скажи, что мы тут делаем, не проверяем же в самом деле, чем занимаются стражники ночью в каптерке, – спросил Феликс.

Все трое братьев являлись магами и были выходцами из рода Саграси, одного из самых влиятельных в городе и Чародейском квартале. Нельзя сказать, что их называли правителями в полном смысле этого слова, для такого определения основатели города потомки изгоев и одиночек были слишком горды, но статус неформальных лидеров большинство за ними признавало.

– Я же уже говорил, осведомитель одной из магических лавок принес весть о странном покупателе, – сказал Саймон, кутаясь в шерстяной плащ, утро оказалось холодным.

– И что в нем странного? – лениво осведомился Грег.

– Он купил ингредиенты слишком сложные для уровня новичка, каким хотел прикинуться. Осведомитель осторожно поинтересовался и выяснил, что в других лавках незнакомец тоже купил много магических компонентов, за один день потратив кучу золота.

Упоминания золота заставило Грега отлипнуть от стены дозорной башни.

– Куча это сколько? – с интересном уточнил он.

Из всех братьев он имел самую большую страсть к деньгам, временами доходящей до откровенной алчности. Феликс в этом отношении предпочитал тратить время и серебро на женский пол. Саймон, самый уравновешенный из троицы, сохранял баланс, с ровным спокойствием относясь к развлечениям, но не позволяя вскружить себя голову. Из-за подобного хладнокровия за ним почти всегда оставалось последнее слово. Братья отдавали должное его выдержке и часто подчинялись решениям, хотя по возрасту он был не самым старшим.

– Куча это много, – хмыкнул Саймон, покосившись на заблестевшие глазки брата. Но тут же стал серьезным и сказал: – Судя по общей стоимости купленных ингредиентов, думаю не меньше тысячи золотых.

Грег присвистнул, даже Феликс удивленно вскинул брови.

– Сколько⁈ – переспросил он. – Это же прорва денег, откуда у залетного мага столько золота⁈

– Вот и я о том же, – криво усмехнулся Саймон, по очереди оглядел ставшими внимательными лица братьев, об игральных костях и пьянках стражников было забыто, и добавил: – А еще мне удалось выяснить, что наш маг недавно приобрел на границе Денежного и Торгового Квартала неплохое жилище, заплатив за него не моргнув глазом шестьсот золотых. После этого заказал себе мебель, выложив на срочность еще сотню, чтобы все было сделано за неделю.

Феликс покачал головой.

– Ого, а он похоже и правда при деньгах, – последовала короткая пауза, и цепкий взгляд на среднего брата, считающегося не только самым хладнокровным в троице братьев Саграси, но и самым умным: – Но при чем тут мы? Ну приехал какой-то маг, ну купил себе жилье, ну потратил кучу денег. Думаешь он захочет влезать в наши дела? И зачем ему это? Судя по всему, у него и без нас золота хватает с лихвой.

– А если все же рискнет и попытается сунуть нос куда не надо, ему его быстро укоротят, – Грег криво усмехнулся.

Саймон неспешно кивнул. Верно, за годы хозяева Чародейского квартала неплохо навострились решить проблемы с излишне любопытными конкурентами, лезущими куда не стоит. Однако всегда есть место случаю, и однажды старые методы могут не сработать.

Саймон покосился на братьев, прозвучал резонный вопрос:

– Зачем тогда таиться? Зачем прятать собственную силу?

Сначала один, затем другой одинаковыми движениями передернули плечами.

– Не хочет привлекать внимание? – предположил Феликс.

– Но почему такая таинственность? – с нажимом спросил Саймон. – Если нечего скрывать, зачем обманывать?

Ответил Грег, разумно заметив:

– Потому что такова наша натура, любого одаренного. Нам слишком тяжело достаются знания, и мы привыкли ревниво оберегать любые крупицы, даже от самых близких, – он выразительно посмотрел на Феликса.

Лицо младшего брата прорезала кривая усмешка. В свое время, пытаясь обогнать не только близких родственников, но и других чародеев Последнего Приюта, Феликс совершил несколько опасных экспериментов, скрывая изыскания даже от ближайшей родни. Ничего толком не получилось, зато едва не погиб, спасли Саймон и Грег вовремя заметившие, что младший замахнулся на куда большее, чем даровано ему от природы.

– В любом случае, я лично хочу взглянуть на чужака, и определить, не угрожает ли он нам или городу, – решительно рубанул Саймон, стряхивая перчаткой с ближайшего каменного зубца налипший снег.

Ему не стали возражать, потому что, во-первых, не видели смысла не уступить в такой малости, а во-вторых, интуиция Саймона уже несколько раз спасала род Саграси от серьезных проблем.

– Судя по описанию, стражники сказали, что похожий на твоего мага всадник проехал через ворота вчера днем, кто сказал, что он вернется сегодня? – задал логичный вопрос Феликс.

Ему надоело торчать на крепостной стене наблюдая за дорогой и разглядывая каждого въезжающего в город. Они здесь уже несколько часов, а подходящего под описание всадника так и не увидели. Только крестьянские телеги, да разных бродяг, надеявшихся начать в городе под горой новую жизнь.

А ведь могли провести время куда более плодотворно. Оставили бы наблюдать одного из стражников, а сами наведались бы в одно веселое заведение неподалеку. Говорят, туда как раз завезли партию свеженьких девиц, не мешало бы провести дегустацию.

Вот чем следовало заниматься настоящим мужчинам, а не торчать весь день на морозе, трясясь от холода и делая работу простых вояк. Феликс аж причмокнул от удовольствия, представив, как все могло быть, он бы взял сразу двух, рыженькую и светленькую, из тех, которые еще не успели толком поистрепаться, и конечно кувшин охлажденного вина с фруктами…

И мучительно поморщился, понимая, что в ближайшее время ничего из перечисленного ему не видать. Ни девиц, ни фруктов, ни вина, только бескрайняя снежная равнина и ровная, как стрела дорога с бродячим людом. Взгляд молодого мага скользнула за край крепостной стены, брови сошлись к переносице.

– А это случайно не он? – сказал он, кивнув на одинокого всадника, неспешно трусящего на чалой крестьянской лошадке.

В тот же миг Саймон вздрогнул. В отличие от братьев он сразу взглянул на незнакомца через колдовской взор. И увиденное ему не понравилось!

Фигуру чужака окутывала черная, как первозданная тьма, аура. Стелилась за плечами, уходя назад, подобно небрежно наброшенному плащу, видимая только в магическом фоне.

– Боги нижних миров! Это что⁈ – сдавленно охнул стоящий рядом Грег, как и брат сообразивший взглянуть на незнакомого мага сквозь магическое зрение.

– Темный! – ахнул Феликс. – И невероятно сильный!

Саймон плотно сжал губы, не выдавая волнения. Младший был прав: чужак выглядел сгустком антрацитового мрака. Аура походила на кусок тьмы, мерцающей в магическом зрении странным черным светом, завораживающим и смертоносным. Понадобились усилия, чтобы отвести глаза в сторону.

– Что будем делать? – заволновался Феликс.

Не такого они ожидали, планируя посмотреть на незнакомого мага. Думали, что будет обычный чародей, пусть и скрывающийся за личиной новичка. А вместо этого непонятно что, какое-то жуткое порождение тьмы.

Саймон быстро оглядел лица братьев, и с досадой скривился, заметив неуверенность. Не хотелось этого признавать, но похоже чужаку они все трое на один зуб, сожрет и не подавится.

Правда у них имелось преимущество – дома и стены помогают, в их случае, в буквальном смысле. Но даже в этом случае нет гарантий, что удастся подавить ужасающую силу темного. Внутреннее чутье подсказывало, что в деле убийства себе подобных отмеченный мраком гость имеет гораздо больше опыта, чем они. И самое главное, даже если удаться одержать верх, какую за это придется заплатить цену?

Жизнь Феликса? Грега? Его самого? Саймон не знал ответ, и, откровенно говоря, не желал получить его на практике.

– Ингредиенты, – внезапно подал голос Феликс. – Вот зачем он покупал их! Это последствия недавнего ритуала усиления!

– И вот зачем он уезжал! – закивал Грег, быстро сообразивший куда ведет младший брат.

Саймон медленно кивнул. Да, это многое объясняло, в том числе невероятную насыщенность ауры тьмой. Похоже усиленные заклинания до сих пор оказывали остаточный эффект, воздействия на магический дар чужака.

– Он может быть слабее, чем сейчас выглядит, – заметил он, но без особой уверенности.

Феликс и Грег тревожно переглянулись.

– Ты же не хочешь… – в один голос сказали они и замолкли, наткнувшись на взгляд брата.

– Конечно нет, – успокоил он их, кисло подумав, что ни один Саграси не желает связываться с опасно выглядевшим чужаком.

Темные – существа опасные, как правило специально ориентируют дар на смерть и разрушение. С учетом помощи родных стен исход потенциального столкновения неясен, но то, что это повлечет жертвы не вызвало сомнений.

Но что-то все равно делать надо. Чужак не просто здесь проездом, он похоже решил остаться, иначе не покупал бы жилье.

– А ведь он купил дом, – будто прочитав мысли Саймона, напомнил Феликс.

Грег вздрогнул, Саймон с неудовольствием покосился на младшего брата.

– Не нагнетай, – буркнул он и замолк, изучающее глядя на неспешно приближающегося всадника. Флер тьмы от закутанной в плащ фигуры буквально бил в глаза, заставлял морщиться, мысленно прикидывая уровень силы чужака.

Выходило не слишком хорошо для братьев Саграси. Может стоило позвать на помощь? Не стражников, от тех мало толку, остальных магов из Чародейского квартала. Но тогда точно все может сползти в колдовскую битву, а пока хотелось просто поговорить. Оценить намерения гостья, осторожно выяснив, что он собрался делать в Последнем Приюте.

Будь это обычный слабенький маг никто бы даже не почесался, но оставлять без присмотра фигуру такого масштаба может быть опасно для всего города.

– Ладно, попробуем пообщаться. Не безумец ведь он, сразу бросаться в атаку, – пробормотал Саймон, но был остановлен младшим братом.

– А это еще кто? – Феликс вытянул руку указывая в сторону Восточного Тракта.

Как раз в этот момент на дорогу, ведущую к Одинокой горе, съезжал конный отряд, человек двадцать или тридцать, под знаменем.

– Наемники какие-нибудь, – Грег пожал плечами.

Саймон медленно проронил:

– Не уверен.

Предчувствие надвигающихся неприятностей буквально захлестнуло среднего брата, самого умного и прозорливого из троицы Саграси.

Всадники быстро приближались, вскоре стало понятно, что это воины в темных доспехах с ярко желтыми вкраплениями. Сердце Саймона предательски дрогнуло, он вспомнил, где видел подобные сочетания цветов раньше.

– Черное с золотом, – непослушными губами выдохнул он.

И прищурился, стараясь рассмотреть эмблему на колышущемся на ветру знамени. Черная ткань с золотой окантовкой, но что за знак внутри, неужели…

Из груди вырвался облегченный вздох. Нет, показалось. Да и не могло быть такого, ведь все давно кончилось.

Подумал и тут же осекся, память услужливо подсказала значение увиденного символа.

– Не Единение, а Возрождение, – средний Саграси вздрогнул.

– Что за странные доспехи? – с недоумением подал голос Грег.

– Кто они и зачем сюда скачут? – подхватил Феликс.

Саймон не отрывая взора от дороги медленно проронил:

– Гораздо больше меня интересует под каким знаменем они едут.

Уловив напряжение в голосе брата, Феликс удивленно обернулся.

– О чем это ты?

Грег не отставал, быстро осведомившись:

– Ты знаешь кто это?

Саймон помедлил, словно сомневаясь говорить ли братьям о мелькнувших в голове подозрениях, но все же произнес:

– Я знаю только одно воинское подразделение, носившее такую расцветку брони, – короткая пауза и слова, упавшие тяжелыми булыжниками – Гвардия повелителя Старой империи.

Оба брата вздрогнули и не сговариваясь уставились на дорогу, словно желая убедиться, что воины элиты имперских вооруженных сил, будто вынырнувшие из старинных легенд, истаяли в солнечной дымке.

Но надежды не оправдались, вместо этого всадники догнали одинокого чужака, и несколько секунд ехали рядом друг с другом, создавая впечатление одного отряда.

Темная фигура, закутанная в плащ, рядом воины в черных с золотом доспехах. По спине Саймона пробежал холодок. Все это напоминало красочные гравюры из древних хроник, когда имперские боевые отряды сопровождали маги-заклинатели Коллегии. Картина выглядела зловеще, словно вернулись времена древнего владычества.

Глава 22

22.

Искусство древнего пути учит: контролируя разум – контролируешь тело. Без порядка и сосредоточенности невозможно подчинить сознание воле, иначе хаос и путаница, со временем перерастающие в расстройство личности, не видящей цели, не знающей предназначения.

Мар-шааг практичная философия, использующая ментальные техники и установки, которые сразу можно пустить в ход, и этим отличается от множества других течений, возникших в эпоху расцвета философии мыслей. Его адепты смотрели на мир трезво и непредвзято, четко видя свое место в нем, видя путь и зная, что всегда можно изменить ситуацию в лучшую сторону.

Ведь в конечном итоге, все решает исключительно точка зрения. С какой стороны на происходящее смотришь, с такой можешь использовать ее к собственной выгоде. Там, где другие видят проблему, последователи мар-шааг видят возможность.

Заклинание «Тумана» в ходе ритуала усиления претерпело значительные метаморфозы, перестав быть обычным и превратившись в нечто другое. В нечто странное, обладающее зачатками псевдоразума с хищными и агрессивными паттернами поведения. И что гораздо хуже, оставаясь частью Сумеречного Круга, а значит частью заклинателя, то есть меня.

Любой другой в такой ситуации давно бы лихорадочно искал способ, как избавиться от зловещей тени, напоминающей потустороннюю тварь. И дело даже не в ней, а в том, что она являлась частью сознания, естественным продолжением разума, имеющим возможность влиять на носителя. Подобное могло вызвать испуг даже у самого хладнокровного человека, ведь способов контроля на первый взгляд нет, и непонятно можно ли вообще этим проявлением темной магии управлять, не рискуя попасть под обратное влияние, которое в отличие от прочего, четко прослеживалось через хищнические инстинкты инфернального порождения.

Логика и здравый смысл требовали как можно скорее избавиться от непонятного. Инстинкты самосохранения кричали, что это слишком опасно. Но сущность адепта мар-шааг уже начала прикидывать, как использовать возникшую возможность в собственных интересах, подчинив и подавив любые проявления самостоятельности теневого существа.

Это было опасно, и скорее всего будет походить на ментальный поединок, уже однажды случившийся в развалинах старого имперского форта, если теневая тварь все же взбрыкнет и попробует перехватить контроль над телом и сознанием хозяина. Но я верил в успех. Верил, что в случае необходимости справлюсь и подчиню своей воле тень, заставив служить, как если бы речь шла об обычных полуактивных заклятьях, какие любили создавать маги во времена расцвета Имперской Коллегии.

Так что никаких попыток избавиться от претерпевшего метаморфозы заклятья, вместо этого тщательное изучение Сумеречного Круга, пока смирная крестьянская лошадка весело трусит по Восточному Тракту в сторону Одинокой Горы.

Был разгар солнечного дня, стоял легкий осенний морозец, когда я свернул на дорогу, ведущую в Последний Приют. Ехал молча, то и дело обгоняя крестьянские телеги и немногочисленных пеших путников. По привычке голову скрывал капюшон, поэтому не сразу заметил, как через какое-то время меня обогнал отряд конных воинов.

Но стоило взгляду скользнуть по доспехам с характерной расцветкой насыщенно-желтых вкраплений на темном фоне брони, как разум пронзила молния.

Черное с золотом… грозная поступь Старой империи…и сознание накрыло флэшбеком…

'… – красиво идут, этого не отнять, – по лицу Га-Хора Куэль Ас-Аджари скользнула тонкая улыбка.

– Они всегда умели эффектно появляться, – отозвался на реплику, стоящий рядом мужчина в классических одеяниях мага-заклинателя.

Имперская гвардия печатала шаг, шеренга проходила за шеренгой, держа построение. Плечом к плечу, элитные воины маршировали по улице. Самые лучшие, самые опытные, самые вымуштрованные. Не сдающиеся, не знавшие поражений. Сила, не раз склонявшая чаша весов на поле боя в пользу своего повелителя.

Темные доспехи тускло сверкают на солнце, желтые прожилки, рисующие замысловатые узоры, похожи на расплавленное золото. Забрала глухих шлемов опущены, видна только узкая прорезь для глаз. С плеч ниспадает плащи, похожие на полотна мрака.

Если взглянуть через магический взор, то видно, что каждый элемент брони подсвечен колдовским светом. Встроенные артефакты, магические накопители, интегрированные заклятья и вплетенные в сталь узоры плетений делали из гвардейцев не просто воинов, умеющих хорошо махать острым железом, магическая составляющая превращала их во всесокрушающую мощь, перед которой никто не мог устоять.

– «Последний довод императора», так кажется их называют в народе, – лицо Га-Хора прорезала кривая усмешка.

Мужчина в плаще мага хмыкнул в ответ.

– Люди обожает пафосные названия. Простые, яркие, чтобы задевали сердца, – заметил он.

– Сердца, которые так любят обманываться, – непонятно ответил Га-Хор, но собеседник его понял, неспешно кивнул.

– Может ты и прав. Но, с другой стороны, глупо требовать от серой массы разумности, у них другая жизнь, с обычные радостями и печалями, которые им кажутся праздниками или катастрофами вселенского масштаба.

– Они живут в скорлупе незнания, и считают, что по-другому быть не должно.

Взгляды заклинателей одновременно скользнули по многочисленным лицам собравшейся толпы, радостно встречающей возвращение армии из очередного похода.

Похода, по сути, вылившегося в очередной рейд умиротворения волнующихся окраин необъятной империи, когда наместник не справился и для подавления зарождающегося бунта пришлось отправлять столичный гарнизон. А так быть не должно. Неправильно, по всем канонам воинской или любой другой науки.

Но люди на улицах столицы этого не понимали. Не хотели понимать. Не хотели видеть, тем более задумываться, что древо Старой империи расшатывалось, полностью оправдывая свое название.

Закончив обозревать воодушевленные лица толпы заклинателя не сговариваясь, развернулись и направились через каменную арку во внутреннее пространство комплекса государственных зданий.

Портики, колоннады, анфилады, переходящих друг в друга, галереи и переходы, в нишах каменные статуи, полы и дорожки, выложенные мраморными плитами, здесь все кричало о помпезности, присущей императорскую двору.

– Твои речи опасны и вызывают все больше беспокойства в определенных кругах, – сказал старший маг, словно возвращаясь к давно прерванному разговору.

Так в какой-то мере оно и было. Га-Хор не скрываясь поморщился. Заклинатели прогуливались по внутреннему садику резиденции, изредка раскланиваясь с попадавшимися навстречу гуляющими аристократами.

– Уже нажаловались? – Га-Хор криво усмехнулся.

– Ты ведешь себя неразумно, тебя уже прозвали Мятежником, и магистры этого не потерпят.

– Пусть магистры отправляются в нижние миры, где им самое место, – рот молодого заклинателя скривился в жесткой усмешке.

Собеседник вздохнул.

– Ситуация с каждым днем становится все хуже, – поделился он. – На западе крепнут культы, поклоняющиеся непонятным сущностям, связанным со смертью. Поговаривают о человеческих жертвоприношениях. Жрецы лишь разводят руками и кивают на гарнизон наместника, который настолько мал, что с трудом удерживает ближайшие территории и несколько отдельных фортов. В лесах расплодились разбойники, дороги перестали быть безопасными. Некоторые лорды начинают заводить разговоры о добровольных дружинах для поддержания порядка, подчиненные напрямую им, хотя закон ясно гласит, что государственные земли подчиняются имперским законам. Но если власть не может поддерживать порядок, который сама объявила, то рано или поздно найдется тот, кто сделает это за нее.

Мужской голос звучал монотонно, перечисляя все, что молодой маг знал и без него.

– Культы, о которых ты упоминал, я слышал о них, говорят у них появилась сила, с которой с трудом справляются заклинатели, – ровным тоном заметил Га-Хор.

Настала очередь старшего мага морщиться не скрываясь.

– Двор требует разобраться с проблемой, но там не понимают, что у Коллегии тоже не хватает людей. Мы не можем отправлять на другой конец континента своих лучших заклинателей, только потому что местные власти плохо выполняют собственную работу. Но имперские чиновники не ослабляют нажим, и магистры все чаще вынуждены подчиняться.

– Ты знаешь мое мнение, Коллеги должна стать более независимой от Двора, – быстро вставил Га-Хор, и заработал еще одну недовольную гримасу со стороны собеседника.

– Ты не понимаешь, мы слишком тесно связаны с императорской властью. Плохо это или хорошо уже неважно, это факт, с которым приходиться мириться. Без заказов от императорской канцелярии многие проекты просто встанут, и недостаток финансов придется компенсировать из других источников, которых у нас попросту нет, – маг развел руками, показывая, что бессилен что-либо сделать со сложившимся положением вещей.

Никто не мог изменить положение. Малейший толчок и хрупкий стеклянный домик мнимого всеобщего благоденствия грозил рухнуть под собственной тяжестью, разлетевшись на мелкие осколки.

– Мы сами можем легко найти деньги, заработать в других местах, а не только вооружая имперских оловянных солдатиков, – Га-Хор презрительно кивнул в сторону оставленной площади, откуда даже через стены комплекса зданий доносился шум продолжавшегося парада.

– Это дает деньги Коллегии, позволяет нам существовать, – сказал старший заклинатель и тяжело вздохнул.

Он отлично понимал, что молодой коллега в чем-то прав, но внутреннее неприятие изменений, грозящих нарушить привычный уклад жизни, заставлял по инерции искать оправдания сложившейся ситуации, и подбирать отговорки, чтобы все оставалось как есть, любым способом избегая перемен. Он был слишком стар и не хотел потрясений. Как и многие другие члены Коллегии.

– А чрезмерные траты магистров? Думаешь об этом никто не знает? Что высшие лица Коллегии давно живут не по средствам, запуская лапы в казну? Об этом не слышал только глухой. И когда заходит речь о недостатке финансов, ничего кроме презрения это не вызывает, – в ответ возразил Га-Хор.

Его старший товарищ снова вздохнул, медленно проронил:

– Ты должен понимать…'

Видение резко закончилось, я вынырнул из омута чужих воспоминаний, вновь ощущая себя сидящим в седле. Крестьянская лошадка не заметила, что пару секунд хозяин пропадал в невообразимых далях чужой памяти, продолжая неспешно перебирать ногами по дороге.

Взгляд метнулся к обгонявшему нас отряду. Черное с золотом, доспехи, накинутые на плечи плащи, закрытые шлемы – точная копия старинной брони гвардейцев. Губы сами выдавили древний девиз:

– Последний довод императора.

Лицо прорезала кривая усмешка, потому что глаза уже успели мельком осмотреть отряд через колдовской взор. Никаких артефактов, никаких вплетенных в сталь защитных и атакующих заклинаний, никаких магических накопителей. Ничего!

А значит это всего лишь жалкая имитация. Подобие, должное вызвать восторг и трепет у глупцов, смотревших только на внешнюю оболочку.

Или незнакомых с настоящим устройством древних доспехов, считая их обычной броней. С этой точки зрения кавалькада и правда выглядела внушительно. По крайней мере снаружи, сходство с легендарными воителями прошлого бросалось в глаза. Будь я менее знающим, то легко бы поверил, что передо мной конный отряд гвардейцев повелителя Старой империи, словно вынырнувший из древних времен.

Но я это я, глазами Га-Хора Куэль Ас-Аджари я видел настоящих солдат древней империи, и это были точно не они.

Мираж, способный обмануть только глупцов, не понимающих что такое действительно имперская гвардия. Это были не просто воины, умеющие ловко махать клинками и работать щитом, каждый из них обладал специальными навыками обращения с артефактным оружием и доспехами, превращающих их во всесокрушающую силу, которую почти невозможно было остановить. Для этого их долго тренировали, в конце обучения отбирая только лучших из лучших. Процесс был безжалостный и не знал исключений даже на закате империи, когда начало разваливаться буквально все.

Сплав магии и артефакторики, густо замешенной на боевые науки, вот что делало гвардию гвардией, элитой элит. А вовсе не красиво выглядевшие доспехи, которые сейчас пытались показать незнакомцы.

Да и откуда здесь взяться настоящим имперским гвардейцам? Полтысячелетия прошло с момента падения Старой империи, с тех пор даже память о легендарных воинах прошлого стерлась. А если кто и помнил, то только любители старинных книг.

И что это за символ черт возьми у них на полотнище⁈ На мгновение сущность истинного Га-Хора вздрогнула, увидев черное знамя с золотой окантовкой, но потом успокоилась, разглядев вместо привычного знака что-то другое.

Должно быть «Единение», как обозначение единства земель всей империи, но вместо него… Что? «Возрождение»? Слегка необычно, но точно не по древнеимперским канонам.

А всадники между тем подъехали вплотную к воротам, где их ждал неприятный сюрприз. Распугав обычных путников, въезжающих в город, в арке ворот с грохотом опустилась кованная решетка, преграждая путь.

Похоже стражники Последнего Приюта не собирались пускать внутрь непонятных воинов в черных доспеха в количестве тридцати единиц, по крайней мере до тех пор пока не выяснят зачем те сюда заявились.