Текст книги ""Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Крафт Зигмунд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 280 (всего у книги 356 страниц)

Глава 28

Молчание в столовой особняка продолжалось ещё порядком; не меньше десяти минут после ухода мастера Муна, прежде, чем Тэмин – первым из всех – решился заговорить.

– Что… это… было? – медленно, разделяя слова, проговорил он, глядя через толстые стёкла своих очков на остальных.

– Кажется, учитель не в духе, – мрачно отозвалась Чон.

– С чего ему быть не в духе? – удивился Джунсо. – После тех побед вчера!..

– Угу, и после наших поражений, – поморщился его брат. – Неудивительно, что он видеть нас не хотел.

– Эй, я победил! – возразил Джунсо.

– Нет, дело не в турнире, – помотал головой Тэмин, осторожно держа под столом сломанную ногу. – Дело в том, что случилось ночью. Те двое, что пришли и увели его куда-то… он вернулся почти с рассветом, и… он какой-то не такой.

– Какой не такой? – хмыкнула Дайе. – Он всегда был странным, умник.

– Вот-вот, – кивнул Джиан. – Если бы хотел – давно мог бы научить нас тем фокусам, что показывал вчера не арене, а не всякой чуши!.. Хотя бы самым основам, но уж точно не готовке и не стирке!

– Не обвиняй учителя! – выпалил Джунсо. В его глазах авторитет мастера Муна после вчерашнего был непререкаем, а любой, кто подвергал его сомнению, выглядел предателем.

– Он не учитель, а сумасшедший! – огрызнулся Джиан. – Знает и умеет он много, вот только вместо нормального обучения…

– Да я не об этом! – взмахнул руками Тэмин. – Он странный, да, но он по-своему странный, а этим утром, после возвращения, он был странным иначе! Он как будто изменился!

– И Юн, – внезапно согласился Хёнсо. – Видели, как он вчера смотрел, когда охранял дверь?.. Раньше он и не подумал бы выполнить приказ Мастера, а тогда…

– Этот тоже всегда был занудой, как и все в Школе Капли Крови, – поморщилась Дайе. – С ним вообще пусть Юнджи разбирается, нам-то какая разница?

– Кстати, Юнджи, – кивнула Чон. – Где она?

– Может, он из-за этого злой? – Джунсо вдруг побледнел, вставая из-за стола. – Она пошла за ним… и ввязалась в какую-то драку… и погибла! Он не успел её спасти, и теперь не знает, как отвечать перед её отцом…

– По-моему, учитель стал бы спрашивать у нас, где она, если бы видел её смерть? – хмыкнул Джиан.

– Почему нет? – пожал плечами Тэмин. – Если он хотел отвести подозрения, заставить всех думать, будто…

– Учитель не трус!

– А при чём тут трусость? Любой умный человек бы так сделал!

– Умный человек, по-твоему, станет творить такое, что делает он?

– Да, если…

Разгоревшийся спор неожиданно прервался – в одно мгновение. Шестеро подростков вздрогнули и расширили глаза, услышав внизу, на первом этаже, тихий и явственный звук хлопнувшей двери.

– У-учитель? – тихо пробормотал мигом заткнувшийся Джиан.

– Голоса, – тряхнула головой Чон. – И шаги… много шагов.

* * *

– …видите? Пусто и тихо, никакого Готфрида, – проворчал Ральф, заходя последним и закрывая за собой дверь уже знакомого ему особняка.

– А ты что, уже успел просканировать весь дом? – раздался ироничный смешок со стороны Йоко.

– Нет, но помяните моё слово – его тут и не будет, – Ральф пожал плечами. – Он на турнире, и, скорее всего, уже начал убивать местную братию.

– Но разве он сможет? – в голосе Юнджи прозвучал лёгкий испуг. – Он силён, но их много, и если они…

– О, поверь, девочка, – хмуро отозвался Алекс, – он сможет. У этого говнюка есть удивительный талант – выживать в самых дерьмовых ситуациях, да ещё и добиваться своего вдобавок.

Эмбер и Ханагава ничего не говорили – японец вертел головой по сторонам, осматривая место с присущим ему любопытством, а американка попросту держалась настороже, ожидая любой подлянки.

– Ха! Разумеется, его здесь нет, – Виссарион, возвышающийся над всеми, как сторожевая башня, довольно улыбнулся в усы. – Разве кто-то говорил, что он тут будет?

– А? – Ральф поглядел на архимага. – Но тогда, я безумно извиняюсь, на кой хер мы сюда тащились?

Он мельком оглянулся на Юнджи.

– Прости за неженские выражения. Вырвалось.

Виссарион пожал плечами.

– С чего бы мне отчитываться перед тобой, солдат?

– С того, что ты, может, весь из себя такой крутой, но мы здесь не твоя прислуга! – голос Йоко взвился вверх. – Мне и так казалось, что это плохая идея – тащиться сюда, но если здесь даже нет нашей цели, то знаете – я ухожу!

Фигура в белом развернулась; рука со следами былого маникюра дёрнулась к дверной ручке, и…

Резкий треск пронёсся по холлу дома. Фигура Йоко застыла, не в силах даже дёрнуться; казалось, там, где только что был человек, появилась статуя – даже волосы или складки на одежде были совершенно, абсолютно неподвижны.

– Хватит, – отрезал Виссарион уже вовсе не весёлым тоном. – Ваши болтовня и нытьё надоели мне. Уясните вот что: мы не команда, не напарники. Я не предлагаю и не ставлю задачу. Я просто говорю, а вы делаете.

– С какой стати? – Эмбер смотрела на мага ровно, хотя и снизу вверх. – Что будет, если мы ослушаемся?

– Вы не ослушаетесь, – пожал плечами Виссарион. – Не сможете. Мне нужно, чтобы вы все были здесь, и вы будете находиться здесь.

– С чего тебя вдруг это взволновало? – кивнул Алекс. – Сам же говорил – вызнаешь от нас всё, что можно, а дальше можем идти, куда захотим. Все уже рассказали тебе то, что им известно.

– Ох… а вы настырные, – поморщился Виссарион. – Вот поэтому так важна репутация. Покажи, что ты можешь – и любые приказы будут выполняться быстро и без лишних вопросов. А если нет репутации – приходится идти по сложному пути.

Он указал на лестницу, ведущую на второй этаж, и сообщил:

– Вперёд и с песней.

Спустя секунду маг поправился:

– Только не буквально. А то кто вас, идиотов, знает.

Все переглянулись; во взглядах двух американцев, одного русского, одного японца и одной уроженки местного мира читалась одинаковая «любовь» к этому типу. Что до Йоко, то «статуя» развернулась на сто восемьдесят градусов и механически, словно робот, начала идти в указанном направлении.

– А пока мы идём, – Виссарион, пригибаясь, энергично поднимался вверх, – так и быть, поясню. Если бы от вашего послушания зависела лишь ваша судьба – я бы, не задумываясь, позволил бы вам убраться и тут же забыл бы про вас. Погибнете – дело ваше, не моё. Не погибнете… ну и ладно, то же самое.

Дойдя до лестничного пролёта, он развернулся.

– Но от того, где вы находитесь, и в каком вы… агрегатном состоянии пребываете… сейчас зависит кое-что ещё. И мне нужен вполне конкретный ответ на эти вопросы. Смекаете? О, а вот и вы.

Виссарион снова улыбнулся; добравшись вслед до них до второго этажа, все увидели шестерых подростков, стоящих в коридоре и с неподдельным изумлением глядящих на всю эту процессию.

– Юнджи? – изумился Джунсо Мо, увидев в толпе хотя бы одно знакомое лицо. – Что происходит? Кто все эти люди?

– Эти люди, – хмыкнул Виссарион, – мальчик мой – все эти люди, включая вас – те, кто связан с Артуром Готфридом.

– С кем?! – не понял Джиан.

– С мастером Муном, идиот, – проворчал Тэмин, топчась на самодельном костыле. – Можно же было догадаться по его прозвищу.

– Так он Мун или…

– Стоп-стоп, – Ральф поднял ладони вверх. – Ладно, мы здесь и мы не пытаемся уйти. Но уж хотя бы знать о том, что происходит, мы имеем право!

Виссарион смерил его взглядом, в котором открыто читалось «Если бы мне не было лень, я бы показал тебе все твои права» – и зевнул.

– Давай так, солдатик. Я уложусь в три предложения, а ты выслушаешь внимательно и больше не будешь докучать мне с глупыми вопросами.

Все присутствующие, включая учеников, уставились на него, словно в ожидании какого-то великого откровения; некоторые кивнули. К Йоко, похоже, пара секунд как вернулась подвижность, и фигура в белом постаралась отступить подальше и затеряться где-то за спинами, не вступая в новые пререкания.

– Предложение первое: Готфрид получил мощь демонов – и их же жажду крови, но при этом отлично помнит, кто его враги, – загнул Виссарион палец, стоя посреди коридора. Ученики стояли неподвижно по одну сторону от него, остальные – по другую, и все молчали.

– Предложение второе: то, что Готфрид собирается творить – и уже почти наверняка начал творить – очень не понравится демонам, засевшим в этом мирке. И, – Виссарион улыбнулся, – предложение третье: демоны очень мстительные гады, и порой любят действовать через кого-то, играя на чувствах, личном эго и всём таком прочем.

Он хлопнул в ладоши.

– Ну как доходчиво?

– Думаете, они решат, что он привязался к нам, и… – пробормотала Юнджи.

Грянул хохот. Виссарион хохотал громогласно, под стать великанскому росту; почти неприлично.

– Привязался? Мой ученик?

Он вытер рукой выступившие слёзы.

– Он просто очень не любит, когда кто-то ломает его планы. А вы – инструменты в этих самых планах, только и всего. Привязался, конечно же…

Всё ещё продолжая похохатывать, он махнул рукой.

– Собираемся в одном большом помещении и сидим тихо. Можете поговорить, но мне вопросов не задавать – лимит исчерпан. Просто… будьте готовы к тому, что вот-вот могут появиться хтонические рогатые твари. Или безрогие. Демоны любят разнообразие.

Повисло тягостное молчание – впрочем, движение не остановилось. Те, кто уже более-менее (в общих контурах) знал, что происходит, сочти за лучшее не спорить с Виссарионом, те же, для кого всё происходящее оставалось загадкой, всё равно уловили общие настроения.

Двери столовой закрылись; длинные лавки смогли разместить всех собравшихся; впрочем, Ральф предпочёл встать у окна, а Алекс – у дверей. Что до Виссариона, то он просто махнул рукой, создавая из воздуха каменное кресло.

– Как это… – задохнулся от изумления Тэмин. – Что это сейчас было?..

– Лучше обойдись без вопросов, – поморщилась Юнджи. – Их слишком много, а ответа всё равно не будет.

– А если будет – то потянет за собой десять новых вопросов, – согласилась Эмбер.

Виссарион, совершенно не обращая внимания на все эти разговоры – кажется, он обращал на них внимания не больше, чем на полёты мух под потолком – тут же вытащил откуда-то бутылку чего-то то ли горячительного, то ли прохладительного. Он выжидающе окинул комнату взглядом, чему-то кивнул сам себе и сделал глоток.

– Но, но… – продолжала Дайе. – Я не понимаю!

– Как и все мы, девочка, как и все мы, – отозвался от дверей Алекс.

– Я не понимаю! – повторила «девочка». – Сюда кто-то должен прийти? Атаковать нас, потому что учитель… кому-то насолил?

Юнджи пожала плечами.

– Можно и так сказать, – кивнула она. – Насолил.

– А этот человек хочет спасти нас? Почему, для чего?

Виссарион хмыкнул и вытер усы.

– Спасти вас? За кого вы меня принимаете?

Он спрятал бутылку обратно в никуда и скрестил руки на груди.

– Мне просто нужно, чтобы вы все находились вместе, только и всего. Приманка, чтобы держать руку на пульсе. Демоны могут прийти за любым без вас, а мне некогда бегать по городу.

– С чего вы взяли, что они вообще придут? – впервые за долгое время заговорил Ханагава, и тут же поправился, – Простите, но…

– С того, что я хорошо их знаю, – пожал плечами Виссарион. – Они тоже понятия не имеют, кого из вас Готфрид ценит, кого хочет убить, а на кого ему плевать. Но если возможность есть… они её не обойдут.

Фигура Йоко, передвигаясь бочком и крохотными шагами, оказалась возле Эмбер; они тихо заговорили, и, наконец, Эмбер обратилась к Виссариону, глядя прямо на него.

– Как насчёт изъять из Готфрида эту демоническую силу?

Ха. В глазах Виссариона зажёгся азартный огонёк интереса – впервые с момента, как они покинули трактир.

– Миледи, – улыбнулся он. – И что же вы, простые смертные, можете мне предложить на этот счёт?

Эмбер повела рукой.

– Монтировка, – отозвалась она. – Она должна быть где-то тут.

Виссарион чуть привстал.

– Что-что?

– Монтировка, – повторила, а точнее – процедила Эмбер. – Местный маг наделил её свойством выкачивать из Мастеров их Силу. Работает слабо, но работает, а Готфрид вчера забрал её с собой.

Виссарион картинно огляделся по сторонам.

– Здесь её нет, – заметил он. – Если она у Готфрида, с чего ты взяла, что он оставил её дома?

Юнджи прикрыла глаза.

– Это же просто, – отозвалась она. – Он сейчас набит Силой, зачем ему добровольно терять её?

– Теории, догадки. Даже если она и здесь… думаете, я стану этим заниматься?

– Я уже ничего не думаю, – Алекс шагнул от двери вперёд. – Я думаю только то, что вы морочите голову. Всем нам. Мы в качестве приманки? Отлично. У нас нет даже выбора? Чудесно! Вот только зачем это вам? Сами же говорили – можете просто запечатать этот мир со всеми демонами в нём, и точка!

Виссарион вновь рассмеялся – коротко и басовито.

– Я и сейчас собираюсь это сделать, – заметил он. – Но вначале… хочу кое в чём убедиться. Ну, и потом…

Он свёл руки на затылке, откидываясь на спинку каменного кресла.

– Мой ученик, овладевший силой могущественного демона – это… слишком интересно, чтобы пропустить. В конце концов, у меня было больше сотни учеников, но только идеи Готфрида заставляли меня следить за ним с интересом.

Все онемели от такой наглости. Их тут собрали против воли, чтобы… увидеть хорошее шоу?

– Демоны попытаются атаковать вас, здесь и сейчас, – продолжал Виссарион. – Но у них не получится пройти через мою защиту. Далеко не каждый архидемон смог бы её поломать, что уж говорить обо всяких мелких сошках!

Он самодовольно улыбнулся.

– И тогда у них не окажется выбора, кроме как схватиться с ним лично.

– А ты будешь за этим наблюдать, конечно же, – согласился Алекс.

– Наблюдать, – кивнул Виссарион. – И решать, оставить ли мне Готфрида в этом мире – или…

…свет замерцал внезапно. Так бывает, когда скачет электричество в проводах или колеблется пламя свечи.

Впрочем, сейчас стоял день; огня никто не зажигал, а электричества не было и в помине. Это моргало солнце.

– О, – улыбнулся Виссарион. – А вот и гости.

А в следующий миг особняк содрогнулся от стука и скрежета.

Глава 29

Позёры, да и только.

Я как раз вытирал свой меч – спокойно, медитативно, почти любовно, мурлыкая себе под нос какую-то песенку.

Меня окружали трупы – десятки трупов. Самое начало, такая малость!.. Очень скоро завершатся схватки на арене, победители и проигравшие придут сюда… и бойня продолжится. А пока нужно вытереть меч, чтобы блестел. Стиль – это главное!..

И именно в этот момент свет заморгал.

Как я и говорил – позёры.

Демоны вообще были любителями всяческих спецэффектов, дешёвых или очень даже дорогих. Этот был действительно неплох – солнце моргало, как лампочка, что вот-вот перегорит, заставляя прикрыть глаза. Одновременно с этим по всему Колизею – а может, и не только по нему – раздался такой звук, будто откуда-то из-под земли сюда прорывалось нечто древнее и огромное; что-то размером с авианосец, способное стирать города с лица планеты одним ударом…

Покачав головой, я выглянул в окно. Город ещё не рушился, но прилично трясся, как будто составленный из детских кубиков. Из зданий, включая сам Колизей, выбегали люди; стояла полная паника, звучали крики, голоса сливались в единый гул. Ну, да – не каждый день в славном городе Тансон случается конец света.

Сунув меч в ножны, я направился на арену. Почему именно туда? Возможно, потому, что так было ближе, а возможно, я просто захотел, зрелищности ради. В конце концов, я ведь был нужен демонам, так? Это они пришли ко мне. Не я к ним.

Ну, значит, и играть будут по моим условиям.

Всё шло по плану. Пока, во всяком случае.

Коридор, по которому я шёл, был пуст – лишь однажды навстречу попались двое перепуганных Мастеров; я прикончил их раньше, чем они успели понять, кто я – просто свернул им шею, походя. Они не главное блюдо. Так, закуска. А основное лакомство вот-вот подадут.

К моменту, когда я спокойным, энергичным шагом вышел на арену, чуть улыбаясь, ткань реальности уже рвалась по швам. Ну… это и правда выглядело как швы. Нити пространства растягивались и разрывались, как жвачка, и оттуда проглядывало что-то тёмное, противоестественное…

Спецэффекты. Ничего этого не было нужно для перехода – тем более, что перемещался мой визави даже не из другого мира. Банальная телепортация, просто стильно выполненная.

Я лишь улыбнулся, увидев ту, кто выходил из портала.

– Госпожа Сонним, – наклонил я голову. – Ждал вашего появления. Вы сегодня одни?

Признаться, я планировал, что Мать Рока прибудет с целой свитой своей прихвостней, но… женщина стояла одна, чуть склонив голову и глядя на меня холодными глазами.

Конечно, это ничего не значило. Демоны – великие мастера обмана, а потому они могли притаиться где угодно, придумать любую ловушку. Но сейчас их тут не было. Я не просто не видел их – я их не чувствовал.

Мать Рока – а также мать Ино Сонним – когда-то была очень красивой женщиной. Пожалуй, безумно красивой, заставляющей женщин задыхаться от зависти, а мужчин – падать у её ног штабелями, теряя всякое достоинство. Такие, как она, рождаются одна на миллион… или же такими становятся уже в зрелом возрасте.

Но это было два века назад. Время не пощадило Мать Рока, и госпожа Сонним выглядела… мёртвой.

За двадцать лет у Виссариона я привык и к виду зомби, и к запаху мертвечины, свежей или застарелой. Зомби были в его замке повсюду, зомби выполняли большинство работ, зомби составляли основу его армии – и я сам со временем начал их использовать. Зомби, зомби, зомби, зелёные, гнилые и тупые, с гноем изо всех щелей и облезшей кожей.

Именно поэтому некроманты предпочитают скелетов. Даже если ты привык – всё-таки до конца отстраниться от всех этих мерзостей невозможно. Подняв зомби, ты сначала терпишь, глядя, как он теряет уши и пальцы, а затем просто щёлкаешь и уничтожаешь плоть. Зомби становится слабее, но… не воняет. Остаётся, правда, характерная осанка, но тут уж ничего не поделаешь.

Госпожа Сонним выглядела не такой. Даже будучи мёртвой, как камень, она оставалась полной хозяйкой своего тела. Плоть была не зелёной, а пепельно-серой, с белым отливом. Она не сгнила, а скорее усохла, делая Сонним мумией. Живыми были лишь глаза – блестящие, спокойные. Походка была безупречно отточена, каждое движение было подчёркнуто-изящно, а запах… ну, это был запах роз. И праха – слабой примеси, но всё-таки ощутимой.

Кое-что никогда не вытравить до конца.

– Так значит, ты и есть Артур Готфрид, так взбудораживший всех нас, – спокойно, с достоинством улыбнулась госпожа Сонним. Голос звучал почти как у живой, лишь чуть-чуть надтреснуто. – Пожалуй, мне даже стало… интересно.

Ага, значит, ты решила поговорить. Когда к тебе стучатся демоны – варианта два: либо они атакуют, либо вначале поболтают. К счастью для меня, я был готов к обоим.

– Я тоже заинтересован, – я любезно кивнул. Даже демоническая жажда крови внутри поутихла, успокоенная ощущением того, что всё идёт как нужно. – Сама Мать Рока… Наслышан, наслышан. Ваша дочь столько интересного рассказала…

Лицо Сонним чуть сморщилось, но я не дал ей вставить, подняв палец.

– Кстати, вопрос. Так, просто любопытно. Как вы смогли… ну, завести дочь? Вы же, не в обиду будь сказано… это…

– Мертва? – Сонним совладала с удивлением от моей наглости и даже самодовольно улыбнулась. – Кто сказал, что нужно для этого быть живой?

– Учебник биологии.

– Что?..

– Я так читал, – пожал я плечами.

Сонним махнула рукой.

– Ты морочишь мне голову.

– Морочу, – согласился я. – А вас что-то не устраивает? Ладно, тогда давайте к делу. Кто нападает, кто защищается?

Вынув меч, я принял картинную стойку китайского монаха с боевым жезлом.

– А я пришла не драться, Артур Готфрид, – заметила госпожа Сонним.

Ну, вот. А ведь арена – такое красивое место для последней схватки. Трибуны, правда, пусты – все сбежали, как только солнце начало моргать, а дома трястись. Ну да ничего.

Кстати, об этом.

– Точно, – я щёлкнул пальцами и поморщился, указывая наверх. – Прошу прощения, вы не могли бы… того. Выключить эту штуку.

– Повелевать солнцем – не в моей власти, – отозвалась Сонним.

– Да? Жаль, – искренне огорчился я. – В глазах уже рябит. Да и шум от разговора отвлекает…

– …но это во власти моих Владык, – она словно не заметила моей очередной ремарки – видимо, поняла, что я готов шутить бесконечно. – Тех, кто послал меня. Тех, кто предлагает тебе сделку, Артур Готфрид.

Я поджал губы.

– Как это мило с их стороны, – протянул я. – Убить мою семью, захватить один из моих миров и готовиться захватить другой… способствовать тому, чтобы я попал сюда…

– Они и не ждут быстрого согласия, – голос госпожи Сонним-старшей был холоден и мягок одновременно. Знакомая интонация. Демон одновременно должен и поддерживать репутацию своего народа – им не пристало быть слишком уж добренькими – и оказаться достаточно сладкоречивым, чтобы очаровать своего собеседника.

Значит, мне будут пудрить мозги. Что ж… меня это устраивало. Начнём задуманное. От меня требуется лишь одно – потянуть время, потакая Сонним и поддерживая диалог.

Остальным пока займутся мои слуги.

Я на мгновение прикрыл глаза.

Позади меня, в коридорах, зашевелились трупы Мастеров, поднимаясь на ноги (или то, что у них осталось).

Внизу, под Колизеем, пришли в движение мёртвые крысы.

– Быстрого – не ждут, – хмыкнул я. – Как это мило с их стороны.

– Мои Владыки умеют ждать.

О, это правда.

– С чего они взяли, – я принялся вышагивать по арене вокруг госпожи Сонним, – что дождутся того, чего хотят? С чего решили, что я успокоюсь? Они сами дали мне в руки эту силу. И теперь удивляются, что я направляю её на них же?

Госпожа Сонним пожала плечами. Вопрос был… и правда интересным. На что бы ни рассчитывали демоны, от их сознания слегка ускользнул тот факт, что даже под воздействием Силы я останусь их врагом.

Или… нет, они не настолько глупы. Сама Сонним может в это верить, думать, что её послали с одной целью, но это само по себе демоническая интрига; попытка демонов убедить меня в том, что я победил.

– В этом мире подчиняться должны лишь слабые, – отозвалась Сонним. – А сильные смогут договориться.

– В этом мире, – усмехнулся я. – Знаете, изначально я хотел от вас и ваших владык только одного – чтобы вы открыли портал и вернули меня обратно, туда, откуда я пришёл. Этот мир и его зверские порядочки меня не волновали. Но теперь… Теперь я зол по-настоящему.

Лицо Матери Рока ничего не отражало – ни злости, ни испуга, ни досады – но я знал, что она недовольна. Недовольна и… растеряна. Демоны видели в ней расходный материал – а потому наверняка почти не объяснили, кто я такой. Вот она и не знала, чего от меня ждать.

– Твои владыки понимаю это, – улыбаясь нехорошей улыбкой, пояснил я. – Они послали тебя сюда не для того, чтобы мы договорились. Они хотят, чтобы я победил тебя, победил этот мир… и успокоился, решив, что эта победа – и правда моя победа. Хотят задобрить меня, подкупить ценой одного мира из множества.

– Ты себя переоцениваешь, Готфрид, – наконец, в голосе Сонним прорвалось что-то живое – раздражение. – Ты силён, ты можешь доставить неприятности. Но ты не настолько опасен моим владыкам, чтобы…

– О, ты не представляешь, насколько я опасен, – моя улыбка стала хищной. Меч? Прочь, на песок. Мне нужно моё оружие – моя монтировка; движение – и я извлекаю её из вторых ножен на спине.

– Брось, – голос Сонним стал ещё холоднее. – В тебе лишь немного больше Силы, чем было в моей дочери. Ты правда считаешь, что этого хватит для того, чтобы одолеть даже не Владык, а меня?

– Вот тут ты ошибаешься, – покачал я головой. – Сильно ошибаешься. Во мне не только Сила твоей дочери, но ещё и мои собственные умения. Слегка урезанные, искажённые тьмой… но их хватит.

– И что ты сделаешь мне? – Сонним выпрямилась.

Удар. К её чести, женщина отбила монтировку рукой, почти не пошевелившись; лёгкая царапина выпустила на металл тонкую струйку чёрной жидкости, заменявшей покойнице кровь.

– Уничтожу, – честно признался я, с молниеносной скоростью нанося удар с другой стороны. Оставаться хладнокровным в пылу битвы было сложно, но всё-таки я чётко помнил о своей цели.

В конце концов, демоны… наблюдают за нами. Через Сонним. Смотрят, слушают. Они не должны догадаться, что я задумал – до самого последнего момента не должны.

– Я мертва, – презрительно, отринув всякое подобие вежливости, отозвалась Сонним, блокируя и второй удар. – Мертва, а потому – бессмертна.

– У меня опыт в убийстве бессме…

А вот удар от неё был по-настоящему сильным. Ощутимо получив в лоб, я устоял на месте с большим трудом.

Новый удар. Новая струйка крови по монтировке.

Там, внизу, под Колизеем, мёртвые крысы делали то, что я им приказал – прочерчивали огромную, размером с арену, магическую печать.

Ни один демон не войдёт. Ни один демон не выйдет. До тех пор, пока я не завершу задуманное.

Ино Сонним вчера действительно рассказала мне… кое-что интересное.

* * *

– Тогда, – я поднял предложенный мне меч, – остаётся только один выход, так, Сонним?

– Так, Готфрид, – глухо согласилась она.

– Тебе всё равно придётся умирать, – я сделал шаг вперёд. – Но я – пожалуй, единственный в этом мирке, кто способен за тебя отомстить.

Согласиться на условия врага и впустить в себя Тьму было делом рискованным… но ведь Тьма не отнимет у меня понимания того, кто я и кто мой враг. А Сила поможет с осуществлением мести.

Ино Сонним удивлённо взглянула на меня.

– Чего ты хочешь?

– Нет-нет, – покачал я головой. – Вопрос в том, чего хочешь ты. Хочешь умереть, зная, что за тебя отомстят?

Ино пожала плечами.

– Так что ты предлагаешь?

– Расскажи мне о своей матери, – кивнул я. – Не стесняйся. У нас есть время.

– Нет! – она отступила на шаг назад. – Мать услышит… Она не простит предательства, она и посмертие мне превратит в Ад…

– Это если она останется жива, – возразил я.

– Ты не сможешь…

Я хмыкнул.

– Многие так думают. Но разве демоны велели бы тебе умирать, если бы не боялись меня?

Ино прикрыла глаза, опускаясь на алтарь.

– Нет, нет, нет… Она узнает, я не должна…

– А что должна? – мой голос эхом отразился от стен подвального капища. – Должна умирать покорно, как овечка?

Ино вздрогнула.

– Я не узнаю тебя, – продолжал я. – Не узнаю ту женщину, которая могла карать или миловать лишь за то, что человек в толпе не опустил взгляда. Или твоя смелость – только против слабых?

Это было последней каплей. Ино Сонним могла быть покорна матери, могла её бояться, но всё же собственное самолюбие играло в ней.

– Хорошо, – она подняла на меня глаза. – Что ты хочешь знать?

– Мать Рока, – я поигрывал мечом в руке. – Что с ней не так? Для чего она демонам, что они делают?

– Думаешь, я знаю всё в подробностях? – огрызнулась Ино, всё ещё колеблясь.

– Даже если ты знаешь основы – а ты их знаешь, – припечатал я, – это уже больше, чем знаю я. Говори, и если ты скажешь правду – я прикончу эту суку.

Три секунды неподвижности – и…

– …когда-то она была человеком, – быстро заговорила Ино. – Давно, ещё двести лет назад. Полукровкой, если точнее. Дочерью от демона и человека.

Ага. История Герды Крейн повторяется, пока всё верно.

– Её растили для этого, – продолжала девушка. – Готовили. Она часто рассказывала мне о том, что испытала в своей молодости, почему презирает людей…

– А затем?

Мне было не очень интересно выслушивать истории об очередных отношениях нелюбимой дочери и скверных родителей. Лучше бы о демонах и их планах.

– А потом её убили.

– Кто? – потребовал я.

– Поклонник Светлого, – Ино огляделась по сторонам, будто опасаясь, что где-то там в тени стоит её мать. – Тогда Светлые были сильны, и однажды они пронюхали, что её родители поклоняются демонам. Они вырезали всю семью… но им не следовало убивать мою мать. Её жизнь – это ключ… тогда в ней умерла человеческая часть и восторжествовала демоническая.

Звучит… похоже на правду. Интересно, смерть должна быть любой – или какой-то особенной?.. Что-то мне подсказывало, что сами же демоны и навели паладина на дом Сонним. Возможно, её должен убить светлый рыцарь, или что-то в этом роде?..

– …демон на сто процентов, но при этом плоть от плоти этого мира, – торопливо продолжала Ино. – Она хранитель этого мира. Через неё Владыки…

– Демоны, – поправил я. – Грязные демонические ублюдки.

– …демоны могут менять законы, по которым действует этот мир. Так они породили Силу и установили правила, по которым люди получают её…

А вот это уже было интересно.

– Выходит, – подытожил я, – если прикончить твою мать, законы мира можно отменить?

– Возможно, – Ино пожала плечами. – Но… её не прикончить. Она уже мертва. Даже если уничтожить её тело, это ничего не решит.

Я улыбнулся.

Да, задачка нелёгкая. Но… и не разрешимая.

Прикончить демоническую подстилку – и можно будет сделать всё, что угодно. Я смогу вернуть себе всю магию, а не только ту, что воздействует на человеческое тело. Я смогу разделить Силу и Тьму, изгнав второе и оставив первое себе. Возможно, я даже смогу лично, без демонов открыть портал в свой мир!..

Осталось лишь придумать, как решить неразрешимую задачку.

Я поднял меч.

– Стой! – вдруг выкрикнула Ино. В её глазах светился испуг – кажется, она от самой себя не ожидала этой вспышки.

– Что такое? – уточнил я.

– Если ты… я не…

Она помотала головой.

– Я рассказала тебе всё, что знала. Это большой риск.

– Так.

– Если ты правда сумеешь сделать это… – Ино воззрилась на меня, – верни меня к жизни. Ты же некромант!

– Тебе не очень-то понравится бытие нежитью, – отозвался я.

– Тогда воскреси меня, – отрезала она.

Я поморгал глазами, осознавая сказанное ей.

– Ну, – покачал я головой, – теперь я твой должник, Сонним. Так что я попробую – хотя бы в качестве благодарности.

* * *

Что можно сделать с бессмертным трупом, который нельзя убить по той причине, что он уже умер?

Правильно. Воскресить. Ино Сонним подбросила мне эту великолепную идею, и теперь я воплощал её в жизнь – с небольшими правками.

Демоническая защита действовала от противного – пока Мать Рока мертва, ей было невозможно навредить. А если…

Крысы закончили чертить пентаграмму. Отлично, теперь это место непроницаемо для демонов. Это даже не магия – так, знание того, как защититься от этих чертей.

Правда, пентаграмма не выпустит и меня самого. Слишком много во мне Тьмы. Что ж, пока мне это и не нужно.

Преобразовать кровь. Запустить сердце. Размягчить ткани…

Новый удар Сонним пропустила – от неожиданности. Кровь заструилась по монтировке – уже более жидкая, но ещё чёрная.

Нет, не подходит.

– Что ты делаешь? – отшатнулась мумия от меня.

– А что, не нравится? – хмыкнул я.

Конечно, по-настоящему живой её не сделать. Воскрешение мёртвых, полноценное и безоговорочное – это из разряда умений скорее не магов, а богов. Но… я могу сделать некое подобие жизни. С красной, живой кровью.

– Это не сработает, – справившись с первым шоком, Сонним взглянула на меня со всё тем же напускным презрением. – Решил сделать меня живой? А что дальше? Убьёшь меня опять, вернув всё на круги своя?