Текст книги ""Фантастика 2024-65". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Крафт Зигмунд

Глава 13

Мать заговорила с ней прямо здесь, в ложе стадиона.

«Дочь».

О Великие Мастера… Как вовремя. У Ино Сонним закололо в висках.

«Да, мама».

Что бы ты ни думала – нужно отвечать так, как и подобает послушной дочери. Отвечать и надеяться, что она не прочтёт твои настоящие мысли.

«Владыки в ярости. Ты должна найти его, дочь».

«Прямо сейчас»? – Ино огляделась по сторонам. Разумеется, никто ничего не заметил – она давно практиковалась в искусстве вести мысленный разговор так, чтобы это не было заметно со стороны. Да и здесь, в её ложе, не было никого, кроме охраны.

«Как можно быстрее. Владыки рвут и мечут – то, что сейчас произошло, возмутительно».

«Погоди, сейчас?» – Ино еле удержалась от желания нахмуриться. – «Ты говорила, ночью…»

«Ночью было иное», – пояснила мать. – «Сейчас случалось нечто куда худшее, и это дело рук того же самого человека, что и тогда».

«Может, скажешь уже, что именно такое жуткое произошло?»

«Жертвы. Их Сила не течёт Великим Мастерам; она уходит куда-то ещё. Тот некромант каким-то образом забирает её себе».

О, вот, значит, как. Потому Владыки и зашевелились – обидно, должно быть, остаться без угощения. Ино Сонним никогда не тешила себя иллюзиями по поводу Великих Мастеров, точно зная, что они вовсе не те благодетели, которыми любят выставлять себя в легендах. Демоны – так называли их Светлые, кажется? И ведь что-то было в этом слове…

«Если Великие Мастера так обеспокоены», – спокойно заметила Ино, – «то, может, они сами прибудут и обнаружат чужака? Они, по крайней мере, смогут увидеть его невооружённым глазом, не прибегая к иным ухищрениям, в то время, как мне придётся что-то изобретать».

«Думаешь, я поручила бы это тебе, если бы Великим Мастерам было угодно самим заняться этим?» – в голосе матери были и презрение, и гнев, и ещё много чего.

«Ладно», – Ино мысленно пожала плечами. – «Тогда, может, ты мне скажешь – как я должна найти его?»

После первого, ночного разговора предполагалось, что она пойдёт на кладбище и поищет там следы, а точнее – что за неё это сделает охрана. Впрочем, если это и правда тот же тип, то метод рано отбрасывать и сейчас…

«Он не местный», – заговорила мать снова после короткой паузы.

«По-твоему, я знаю всех местных?» – Ино презрительно взглянула на толпу Мастеров внизу. Большинство – мелкие периферийные выскочки.

«Их знают сами местные, а наш злоумышленник будет чужим для них», – резонно возразила Мать Рока. – «И к тому же, он силён – возможно, сильнее всех местных. Приглядывайся с победителям… особенно к тем, чья победа неожиданна».

Покалывание прошло, и это означало, что мама больше не желает говорить, передав дочери всё, что было нужно.

Что ж… ладно. Ино вздохнула, покачала головой – и взглянула вниз, на арену.

Жертвоприношение ещё не закончилось – впрочем, оно уже подходило к концу. Удар – и раб падает замертво. Удар – и ещё один перестаёт существовать.

Никто не делал этого долго, понимая, что толпа в полторы сотни человек – слишком большая для этого. Все пытки, все ритуалы были проведены заранее, и сейчас от Мастеров требовалось одно – прервать их жизнь.

И куда же прямо сейчас уходили души этих рабов вместо того, чтобы отправиться на корм демонам?..

Последняя жертва упала; трубы возвестили об окончании жертвоприношений торжественными фанфарами – такими громкими, что Ино снова поморщилась. Ну и куда они так дуют!..

Что ж. Говоришь, искать его среди победителей, мама?

Ну, пусть начнётся схватка. А к победителям она присмотрится.

* * *

Ну, пусть начнётся схватка.

Я с лёгкой усмешкой глядел на своего первого противника – того самого мускулистого усача по имени Шин. Признаться, я думал, что для начала мне подсунут кого-нибудь полегче. Тот смотрел не на меня; взгляд его был направлен туда, на арену Колизея, где шли схватки.

Сразу после жертвоприношения – и всех сопутствующих славословий – слуги, действующие с чёткостью и слаженностью автоматов, быстренько убрали все трупы и выставили ограждения, превращающие большую арену в семь рингов поменьше. Одновременно шло сразу семь схваток – иначе этот турнир грозил бы затянуться до следующего года.

Мы с моим противником должны были сражаться во второй семёрке, то есть – вот-вот. Шестеро из семи пар уже закончили свой «спарринг», и только последняя никак не хотела завершать схватку.

– Ну и чего он возится? – не выдержал кто-то. – Это же легко, раз – и всё!

– Слишком легко для него, – прохрипел мой противник. – Как будто ты не знаешь Сун Ли… Он любит это дело. Покуражиться над жертвой, потянуть время. Играет красиво…

О. Да, это выглядело вполне в духе нашего красавчика-блондина.

– Он, кажется, сказал, что ты не сильнее его? – заметил я Шину. – Впрочем, ты и правда выглядишь так, будто тебя сразу в полуфинал нужно отправлять.

– Что, сынок, напуган? – хохотнул Шин, повернувшись ко мне.

– Скорее… удивлён, – заметил я. – Тем, что нас поставили вместе в первую схватку.

– Впервые сражаешься в Гранд-Турнире? – Шин наклонился ко мне; я кивнул, и он доверительно продолжил, – Хочешь, открою секрет?

– Почему бы и нет? Валяй.

– Никто не любит глядеть на слабаков, дерущихся со слабаками, – шрамированное лицо усача расплылось в нехорошей улыбке. – Ни Великие Мастера, ни люди. Устроители турнира ставят тех, кого считают слабыми, с бойцами посильнее – чтобы слабаки как можно скорее выбыли из гонки.

– Звучит… даже логично, – пожал я плечами. – А если устроители турнира ошибаются на чей-нибудь счёт?

– То это задача бойца – доказать эту ошибку, – хмыкнул Шин.

Он снисходительно похлопал меня по плечу.

– Не бойся, сынок – я не Сун Ли, калечить тебя сильно не буду. Будет почти не больно.

Я спокойно оглядел его двухметровую фигуру. Да, вполне может быть и так, что на этом мои турнирные приключения и закончатся – я, в отличие от Шина, недооценивать врага не собирался и вполне допускал, что могу проиграть в этой схватке.

Но и сдаваться раньше времени тоже не планировал.

Трибуны взревели; это Сун Ли наконец-то соизволил красивой комбинацией ударов добить своего противника. Крик поверженного, полный боли, потонул в этом рёве, но всё-таки донёсся до нас, стоящих ближе.

Выждав, пока овации стихнут, один из распорядителей махнул нам рукой:

– Вторая семёрка, на выход!

Что ж, начнём.

* * *

– …и третья пара второй семёрки! – провозгласил «конферансье», припав губами к своему громкоговорителю. – Первый Мастер – тёмная лошадка, ещё один неизвестный, на этот раз в алом плаще!

Да, до этого уже было минимум двое неизвестных, и один из них ходил в точно таком же одеянии, как я, только в белом. Кажется, я вовсе не выделялся своим «инкогнито» – таких тут было десятка полтора-два.

– Он назвался загадочным прозвищем Аротуру Готофуриду! – продолжал ведущий; трибуны приветствовали мой выход, но довольно сдержанно. – Мы не знаем, кто он на самом деле, и не знаем, какие подвиги и победы есть у него в послужном списке. Но Аротуру Готофуриду желает, чтобы за него говорили его нынешние дела!

Хрустнув пальцами, я крутанул в руках турнирный меч. Ранить таким можно, убить… ну, при желании и должном умении – тоже можно, конечно, но придётся повозиться.

– Зато его первый – и, как знать, может, и последний! – противник куда более известен и прославлен!

Да уж, организаторы болели явно не за меня.

– Встречайте – Мастер Шин из Школы Дубовой Кожи!

Мой противник выходил со знанием дела – воздев руки, поворачиваясь во все стороны и что-то ревя, грозно, но неразборчиво. И он что-то говорил о Сун Ли? Да он играет не меньше, просто у него амплуа другое! Один эксплуатирует во все поля образ «типичного злодейчика из аниме», другой – рестлера из WWE.

И публика отвечала такой игре взаимностью. Когда Шин вышел вперёд, трибуны взревели раз в двадцать громче, чем во время моего объявления; люди привставали, свистели, махали руками, приветствуя своего кумира.

– Во имя Великих Мастеров – порву любого! – взревел Шин. Трибуны снова заорали в восторженном исступлении, а я поморщился. А что, получше лозунга не нашлось?

Что. и мне полагается что-то сказать? Ха. Я хмыкнул и поднял свои глаза к трибунам.

– A tenebris ad lucem! – сообщил я зрителям этого кровавого спектакля. Я не знал, переведёт ли им Система девиз моего рода дословно – «Из тьмы во свет» – или они будут гадать, что это значит.

Да мне и было плевать.

«Конферансье» продолжал объявлять другие пары второй семёрки, но я не обращал внимания ни на что – ни на их имена, ни на реакцию толпы, ни на самих бойцов. Мой бой был здесь, и я сосредоточился на нём, отбросив всё лишнее.

…Шин ломанулся вперёд с твёрдым намерением сшибить меня весом, точно носорог. Хороший расчёт… впрочем, от этого удара я увернулся легко.

Сражаться на турнире – не то же самое, что в реальном бою. Даже если противник выше тебя на полторы головы и весит втрое больше, а также может голыми руками перешибить дерево, ты знаешь, что это не схватка насмерть (если речь не о финале, во всяком случае), а драка на публику. Тут главное – красота.

Пусть даже Шин не разделял любви Сун Ли к получасовым схваткам-представлениям, завершить бой за минуту он тоже не мог. А значит, у меня было время изучить его, понять сильные и слабые места… прощупать. Итак, что мы знаем о Школе Дубовой Кожи?..

Ох, чёрт. О Школе Дубовой Кожи я до этого момента не знал ничего, но раздавшийся сбоку треск, сопровождаемый восторженным рёвом трибун, быстро восполнил пробелы в моих знаниях. Кожа Шина быстро деревенела, становясь тёмной, грубой и очень твёрдой; шрамы превращались в зарубки.

Так они это буквально?.. Дубовая кожа – не метафора? Ну, ладно.

– Знал бы – взял бы не меч, а топор, – хмыкнул я, снова отходя с траектории тяжеловеса и пригибаясь, чтобы не попасть под удар его исполинской руки.

– Не болтай! – проревел Шин. – Дерись!

Как скажешь. Мой меч, выставленный ребром, царапнул по дубовой коже дуболома, оставляя некрасивые зазубрины. Тот, впрочем, не издал ни звука – то ли в таком состоянии он был невосприимчив к боли, то ли стоически терпел.

Думай, думай, думай. Чем можно навредить Буратино-переростку? Нет, там, в мире Виссариона, я нашёл бы с десяток способов укокошить дубину, но здесь моя магия ограничена воздействием на тело – либо своё, либо чужое. Никаких огненных штормов, летающих каменных глыб, иллюзий и так далее – в общем, никакого простора для фантазии. Простейшие фокусы – вроде света и звука, как вчера на кладбище – ещё выйдут, но сложнее – не получится.

– Не юли! – ревел белугой дуболом. – Дерись, а не прячься!

А кто бы юлил? Просто я быстрее, а потому сумел оказаться сзади и нанести пару ударов по деревянным бочкообразным ногам. Жаль лишь, Шина это не замедлило.

Думай, думай. Дерево. Дерево не любит огня, откуда взять огонь?

Когда варианта всего два – либо моё тело, либо его тело – ответ приходит на ум быстро. До сих пор я пытался навредить противнику, но как насчёт того, чтобы усилить себя? В конце концов, мой противник именно так и поступил – превратил себя в огромную колоду для мяса, и плевать хотел на всё остальное.

А я… я ведь проделывал этот фокус относительно недавно – всего года три назад. Или четыре?.. В пылу боя сложно упомнить. С Люком. Дракон из него, помнится, вышел что надо.

Вот только на такое у меня сил пока не хватит точно. Нужно что-то покомпактнее… и чтобы одежда осталась целой. Блистать прелестями на весь Тансон в мои планы пока не входило.

Начнём с кожи.

Запахнув плащ – противник не должен был ни о чём догадаться раньше времени – я проскользнул сбоку и пнул его в деревянную задницу. Повалить такое бревно, пока оно стоит ровно и не колышется, у меня не было и шанса, но, к счастью, я владел основами самбо. Не хватает собственного веса – используй вес противника!..

Шин грохнулся на песчаный пол арены тяжело, плашмя; раздался лёгкий деревянный треск, и трибуны затаили дыхание. Кажется, сейчас все – или почти все – следили за нашей схваткой, позабыв про остальные.

Не давая противнику встать, я рубанул мечом по спину здоровяка. Ух!.. Вот это было зря – руку отбил и чуть оружие не погнул, а толку – как от попытки разрубить стену.

Впрочем, свою роль это сыграло: удар не дал Шину встать быстро, и тот неповоротливо поднимался на месте, пока я отошёл дальше, завернувшись в плащ.

Кожа уже почти превратилась в красную чешую; зубы удлинялись, лицо обращалось длинной крокодильей мордой.

Сюда бы зеркало!.. Превращения не так уж и сложны сами по себе, но нужно очень чётко видеть то, во что ты превращаешься. Я держал в голове образ из какой-то фентези-книжки – ориентир, на который опирался мой мозг.

Пробуя свои новые способности, я выдохнул. Струя горячего пара вырвалась из моего рта… но огня пока не было. Рано.

– Эй, что у тебя с лицом? – изумился Шин.

– А что у тебя с кожей? – парировал я, откидывая капюшон и давая всем увидеть изменения. Голос вышел искажённым, но всем было на это плевать – рептилоидов в этом мире отродясь не видели, и моё изменение было воспринято на ура.

– Но ты…

– Не задавай глупых вопросов и дерись, – я рванулся вперёд и ударил Шина левой рукой по касательной; когти, которые я отрастил на руках, были заточены не хуже меча… а вот когти на ногах только что порвали мне ботинки. Чёрт, не учёл!

Изумлён – значит, замедлен. Дуболом моргал глазами, и это дало мне нанести ещё один удар. А затем… Крепкие пальцы схватили моё запястье в дубовый захват. Вот чёрт!

– Ты сумел меня удивить, – прохрипел Шин. – Но победить? Это вряд ли!

С той позиции, в которой я находился, его можно было очень удачно пнуть, но толку? С тем же успехом можно пинать дерево: только ногу отобьёшь. Шин, тем временем, сжимал мою руку всё крепче; кости почти начали трещать, в груди закололо от боли, ноги подогнулись под весом великана. Моя драконья пасть инстинктивно распахнулась, крик-выдох…

То ли в этом мире не было легенд про драконов, то ли были, но какие-то другие – вроде водного дракона, в честь которого назвали таверну. Иначе Шин ждал бы чего-то такого и не подставился бы под удар.

Довольный, я наблюдал, как он хлопает себя дубовыми ручищами по лбу, пытаясь сбить огонь. Плевок вышел что надо, и дубовая голова горела.

Не теряя времени, я подхватил свой меч – и ринулся вперёд. Не наносит вреда? А так?

Новый сгусток пламени охватил клинок. Я дул на него секунд десять, оббегая Шина со стороны, пока металл не начал светиться красным. Прелесть драконьего пламени в том, что оно куда горячее обычного.

Ох. Наверное, у меня будет изжога после всего этого.

Размахнувшись, я рубанул Шина из Школы Дубовой Кожи раскалённым клинком, оставляя пламенеющие следы на деревянной поверхности.

Глава 14

Толпа ревела в упоённом, исступлённом восторге, и её товарищи ревели вместе с ней. Юнджи видела, что в этот момент они простили учителю все нелепые задания, все тычки и пинки на тренировках – осталось только восхищение умелым воином.

– Как он это… – Тэмин вцепился руками в бортик своего сидения. – То есть, это же какая-то фантастика! Волшебство, как в мифах!

– Ну, это точно не Школа Позвоночного Меча, – тихо, чтобы никто рядом не услышал, отозвалась Чон.

Разумеется, «мастер Мун» никогда не обучался в Школе Позвоночного Меча. Этот «мастер Мун», во всяком случае. Превращение в какую-то чешуйчатую огнедышащую тварь… это привело толпу в восторг и замешательство одновременно. Такого здесь ещё не видели.

– Какая разница, как, если он победил? – Джунсо, напротив, орал громко, не сдерживая своих эмоций. – Он победил этого здоровяка!

Ещё не победил, номинально – Шин из Школы Дубовой Кожи ещё держался на ногах, и сигнал рога ещё не оповестил о победе загадочного Аротуру Готофуриду. Но исход боя, конечно, был уже предрешён; Шин скорее лихорадочно пытался сбить с себя устойчивое пламя, чем дрался.

А вот учитель вошёл в раж. Подбираясь к противнику то спереди, то сзади, он наносил удар за ударом, не давая Шину опомниться. Вот великан опрокинулся на песок – и, даже не пытаясь встать, принялся кататься по нему, чтобы сбить огонь. Только честолюбие бывалого бойца не давало ему сдаться на публике – но он тоже всё прекрасно понимал.

Аротуру Готофуриду победил. Там, где этого никто не ожидал, и так, как этого никто не мог предвидеть. Что это вообще была за магия?..

– Он и этому нас научит?! – выдохнул Хёнсо, когда учитель, задрав вытянутую клыкастую пасть, исторг из себя новый столб пламени – на этот раз просто в небо, для пущего эффекта.

– Ага, как же, – хмыкнул Джиан. – Держи карман шире.

Впрочем, и он был тоже возбуждён. Даже если он где-то и в чём-то недолюбливал учителя – а так оно и было, глупо отрицать, пусть он же его и уважал – то сейчас он увидел в нём главную ценность своей парадигмы.

Силу. Такую, с какой мало что сравнится.

Все они сейчас видели именно её. Даже Тэмин, который, казалось бы, уважал ум не меньше и любил задавать вопросы. Даже Чон, которая ценила дисциплину и умение. Все попали под очарование того, что сейчас вершилось на арене.

И ни один не задавал верных вопросов.

Учитель занёс меч над поверженным противником – и развернул его лезвием вниз. Он что, собирается его прикончить?! Такого удара не переживёт даже дубовый Мастер…

…трубы возвестили о победе загадочного воина в алом плаще – и учитель, встрепенувшись, опустил меч. Буквально в последнюю секунду, будто он и правда хотел…

Юнджи глядела на него внимательно, не отводя взгляда. Она ведь и сама помнила – как это.

Ты убиваешь. Это сладко. Сила вливается в твоё тело, тебе хочется ещё и ещё, ты не можешь остановиться; ты входишь в раж даже во время учебных битв… Она сама так однажды чуть не прикончила своего тренера по бою на мечах – старик-то дрался вполсилы, давая девушке фору, а вот она сама увлеклась.

В другой раз она чуть не бросилась убивать собственных слуг и друзей – настолько велика была эйфория от полученной Силы, ей хотелось получить больше; если бы отец не остановил её…

Вот он, верно заданный вопрос. Почему учителя так захватывает сила, почему она так пьянит его, что он чуть было не забылся, чуть было не прикончил Шина прямо на глазах у всей арены?

…он новичок. Он получает Силу недавно, и ещё не успел привыкнуть к ней, к её воздействию. Не успел научиться управлять собой и гасить жажду крови до той степени, чтобы не рваться разрушать всё вокруг.

И вместе с тем, учитель достаточно силён, чтобы провернуть… Это. Превратиться в какую-то тварь. Почти прикончить того, кто по праву славился как великий воин.

Так… кто же ты, учитель? Если ты не отсюда, то… откуда?

– И победил… – заорал распорядитель, перекрикивая трибуны, – Аротуру Готофуриду! Порой такое случается, да, друзья – даже прославленные чемпионы терпят поражение в самом начале. Мы вряд ли могли такое предсказать, но тем острее вкус состязания, не так ли?

– Сейчас они пойдут лизать ему задницу, – поморщился Джиан. – А ведь они специально поставили его со здоровяком, чтобы тот выбыл в самом начале!

Они не ждали, конечно. Никто не ждал. Потому что… никто не задавал верных вопросов.

И вот ещё один верно заданный вопрос: куда пропал Юн?

* * *

– …мы вряд ли могли такое предсказать, но тем острее вкус состязания, не так ли? – конферансье разливался соловьём, я же медленно приходил в себя – как внешне, так и внутренне.

Чешуя дракона, красная, раскалённая и блестящая на солнце, медленно превращалась в человеческую кожу. Ботинкам, конечно, пришёл конец, но остальная одежда практически цела, если не считать пары-тройки прорех и десятка подпалин. Всё тело горело, словно я вылез из полного муравейника термитов, и я знал, что это жжение продлится ещё не меньше часа, но… не то, чтобы это было худшим, что я испытывал в своей жизни.

А вот мысли… здесь такой уверенности не было.

Я чуть не убил его. Забыл обо всём – о правилах турнира, о толпе вокруг. Чуть не опустил меч. Чёрт. Как некстати.

И не то чтобы мне было жалко дуболома… Просто я вдруг осознал одну простую вещь.

Моих усилий недостаточно.

Сила, что вливается в моё тело – тёмная. Как и та, которую передавали демоны через Интерфейс 2.0. Средство превращения людей в низших демонов, воздействующее на душу. До сих пор я полагал, что сумею справиться с негативными эффектами, но… что-то шло не так.

Конечно, пока – пока! – всё ещё было под относительным контролем. Пока – пока! – я оставался хозяином собственной воли, и даже отдельные кратковременные вспышки ярости, вот как только что, не могли меня сломать. Пока – пока! – я ещё не источал приторно-сладковатый аромат и не упивался чужими страданиями. Я был человеком, а не демоном.

Пока.

Дилемма состояла в том, что… эффект накапливался. Рос. Я думал, что «очищаю» Силу – и я действительно делал это, тщательно выгоняя из себя всю тьму. Но, как показало произошедшее, моих усилий было недостаточно.

Может быть, это сам мир так действовал на меня – в конце концов, им управляли демоны. А может, я просто расслабился, подсел на эйфорию от Силы и потерял бдительность. Как бы то ни было, эти мрази меня провели.

К счастью, я спохватился достаточно быстро. Предупреждён – значит, вооружён, и дальше я ошибки не допущу. Вот только…

Фанфары продолжали трубить, люди на трибунах – орать, и даже «соседние» бои как-то притихли. Я поднял руки и криво улыбнулся; пусть ликуют. Сегодня я победитель.

Затем я поправил сползшую красную ткань. Бой закончился, я снова направился «за кулисы», в катакомбы Колизея, откуда был выход во внутренние помещения. С фактом, который я только что обнаружил, нужно было что-то делать – но прямо сейчас у меня не было сил думать об этом.

Впрочем, и откладывать надолго тоже нельзя.

…Шин брёл позади меня. Деревянная кора сошла с его тела, и выглядел он теперь вовсе не так, как до нашего боя. Свежих ожогов и шрамов не было – все они выглядели так, будто им уже по много лет… И тем не менее, красоты у великана не прибавилось. Он молчал, хмуро бросая на меня взгляды – но не решаясь ничего сказать.

И верно. Попробует сейчас пошутить – выйдет не смешно, попробует сказать серьёзно – ещё не смешнее.

– Мастер Аротуру Готофуриду! – как только я вошёл под своды катакомб, заполненные Мастерами, ко мне тут же подскочил кто-то из местного персонала, протягивая объёмный, запотевший кубок. Вода, пиво? Что они там налили? Впрочем, неважно; это действительно было то, что нужно.

Кислый вкус, очень лёгкий градус. Кажется, это было что-то вроде яблочного сидра. Неожиданно, но освежающе; я осушил кубок до дна и вернул его сотруднику. За моей спиной Шин медленно цедил свою чашу.

– И что теперь? – уточнил я у персонала. – Что там дальше по регламенту – Шин выбывает из сражения после одного только провала, или мы дерёмся до трёх побед?

Кажется, я уже узнавал это, но у меня в голове всё перепуталось.

– Верно, Мастер, до трёх побед, – согласился местный работник. – Каждому из участников сегодня предстоит ещё два боя, но уже с другими противниками… разумеется, тем из них, кто остался способен сражаться, иначе им засчитывается автоматическое поражение. Затем вылетает треть Мастеров – те, у кого больше всего поражений, и дальше оставшихся разбивают на пары…

Ага, точно, вспомнил. Дальше обычная турнирная таблица, только очень большая. Ничего сложного – вплоть до самого финала с боем четырёх Мастеров до момента, когда жив останется лишь один.

– Ладно, признаю, – сзади раздался голос, в котором звучали нотки и тщательно скрываемого удивления, и интереса, и своеобразного превосходства. – Ты и правда сумел сделать… нечто неожиданное.

Я обернулся к Сун Ли. Вокруг него, как и тогда, стоял с десяток шакальчиков. Впрочем, я почему-то был уверен, что большинство из них не пройдут дальше первого раунда. А вот сам Сун Ли… хотелось бы мне знать, о чём он сейчас думает. На самом деле, не на публику.

– Я лишь, – я пожал плечами, с которых сполз алый плащ, – показал, как ошибочно бывает первое впечатление.

– Смело, – улыбнулся Сун Ли ещё шире. – Смело и радикально. Кстати, техника очень интересная, никогда такой не видел прежде. Ты не из Школы Скульпторов Плоти?

Он поднял обе руки и состроил невинное выражение лица, будто поймав себя на собственной же ошибке.

– Впрочем, молчи, молчи. Если у тебя есть причины скрывать имя и школу, значит, они достаточно весомы.

Я ещё не успел что-либо ответить – да и просто придумать ответ не успел – а Сун Ли уже щёлкнул пальцами и продолжил:

– И вот что мне интересно, Аротуру Готофуриду…

– Можно просто Аротуру, – вставил я. – Мы не на арене.

– Хорошо, Аротуру, – кивнул блондин. – Ты специально подстроил свои свойства под слабости всеми нами любимого Шина – или же это так совпало?

– Хочешь знать, к чему готовиться, когда мы сойдёмся вместе? – хмыкнул я.

– Может быть, – он пожал плечами. – Впрочем, если это и случится, то вряд ли скоро. Организаторы тобой заинтересованы; теперь они не будут ставить тебя к бойцам вроде меня или Шина.

– Вот как? – я присел на отполированную, холодную каменную глыбу.

– Ну да, – сообщил он. – В этом же нет смысла! Их задача – сделать бои зрелищнее. Сильный против сильного – это означает, что один хороший боец покинет турнир раньше времени, кто бы ни победил.

Ну… звучит довольно справедливо.

– Но и со слабыми тебя тоже ставить не будут – смотреть на избиение младенцев не очень интересно. Думаю, второй и третий сегодняшние бои ты проведёшь с кем-нибудь средним по силе и победишь.

– Интересно, – заметил я с лёгкой усмешкой, – а такие приёмы не считаются… ну, не знаю – подтасовкой результатов? Вмешательством в ход боя?

– С чего бы? – отозвался Сун Ли. – Побеждают и проигрывают всё равно бойцы. Если ты слаб, то всё равно вылетишь, на бой раньше или на бой позже – не так существенно. Ну, и, к тому же, как ты только что доказал – их суждения о том, кто силён, а кто слаб, не всегда оказываются верны.

По рядам бойцов прошёлся лёгкий смех. Шакалы, шакалы…

– Сегодня вообще везёт тем, на кого не ставили, – заметил кто-то. – Тем, кто прячет лицо под маской. Алый, Белый…

– Белый? – уточнил я.

– В первой семёрке тоже был такой Мастер, – ответил боец. – В белом плаще и в шлеме, закрывающем лицо.

– Этот перещеголял тебя по таинственности, – кивнул другой. – Так закутался в свой плащ, что мы до сих пор спорим, мужчина это или женщина. Даже ставки делаем!..

Я поморгал. Конечно, о неравенстве полов в мире боевого гуро вот уже два века знать не знали; в турнире участвовало множество женщин – примерно треть от общего количества. Здесь, правда, их не было – то ли им отвели отдельную «раздевалку», то ли что.

И тем не менее… как-то уж очень знакомо прозвучали эти слова.

– И… что этот Белый Рыцарь? – уточнил я.

– Его тоже поставили с крепким бойцом, и он тоже победил, – отозвался один из дружков Сун Ли. – Не так красиво и разгромно, но всё-таки.

– Он ещё сражался очень странным оружием, – заметил ещё один.

Ох, чёрт. Мои подозрения только крепли и крепли.

– Каким оружием? – нахмурился я.

– Вроде короткого копья, а может, дубинки из металла, – первый пожал плечами. – Издалека не видать было… Странная, в общем, штука, никогда такой не видел.

– Немного гнутая на концах и красного цвета? – уточнил я.

– Ну… да, – удивлённо кивнул Мастер. – А ты знаешь, что это такое?..

– Я ещё и знаю, кто это такой, – отозвался я, оглядываясь по сторонам. – Или такая. Или такое. Где он сейчас, этот Белый Рыцарь?

– Ушёл куда-то внутрь, – бойцы были явно удивлены моей реакцией. Ну, да, их можно понять. – Он всё время молчал, ничего не говорил… никто и не навязывался, а что, кто он…

– Кое-кто, с кем мне нужно поговорить, – отозвался я, вставая с места и устремляясь вперёд. – Но за наводку спасибо!

Нужно отдать должное. За полторы недели – или сколько мы тут! – выбиться в рыцари, каким-то образом узнать о турнире в Тансоне, добраться до города, записаться в турнир и даже начать побеждать… это не каждый сможет провернуть. Особенно не зная ни языка, ни самого мира.

Впрочем, меня сильно волновал другой вопрос, а именно – зачем постороннему человеку вообще этим заниматься? И вот тут у меня ответа не было.

Белую фигуру с красной монтировкой в руке я увидел издалека и ускорил шаг; та в ответ тоже обернулась. Шлем закрытый настолько, насколько это возможно, даже глаз не разглядеть; белое одеяние на всём теле и плащ. Прямо супергерой, да и только!..

– Ну, привет, Йоко, – хмыкнул я, подходя ближе. – А я-то гадал, где тебя носило всё это время. Поговорим по душам?