Текст книги "Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"
Автор книги: Кэтти Уильямс
Соавторы: Картер Браун,Найо Марш,Юкито Аяцудзи,Джулия Хиберлин,Эдмунд Криспин,Адам Холл,Ричард Осман,Джон Карр,Ромен Пуэртолас,Анго Сакагути
сообщить о нарушении
Текущая страница: 39 (всего у книги 282 страниц)
Глава 58
Отец
Бросаю взгляд на свое отражение в зеркале и вижу, что по одной щеке у меня размазана кровь. Оторвав кусок дешевой, жесткой туалетной бумаги в одной из вонючих кабинок, я тру порезы от бритвы на подбородке, пока они наконец не исчезают. Жаль, я тоже не могу исчезнуть вместе с ними. И заодно с тем грязным ублюдком, который только что вышел, не вымыв руки. Ненавижу такое. Портят нам, мужикам, репутацию. Пусть это будет моя единственная суперспособность, но я горжусь тем, что всегда опускаю сиденье унитаза после себя. Хотя Лия вряд ли это ценила – порой мне кажется, она и сама писает стоя.
Рассеянно почесав промежность – еще одна мужская привычка, – я обращаю внимание на темные круги под глазами. Больно признавать, что в свои тридцать два я выгляжу старым и изможденным. Хотя стоит ли этому удивляться, когда в зеркале на тебя смотрит пара глаз после бессонной ночи в муках от чувства вины? Никогда в жизни я еще не казался себе таким подлецом, ведь сегодня я собираюсь расстаться с Холли, зная, что она этого не заслуживает. Моя девушка ничего плохого не сделала, во всем виноват я. Мне вообще не стоило с ней связываться, как я теперь понимаю.
Звонит телефон, и я раздраженно выдыхаю. Надо перевести его на беззвучный режим. За последние несколько минут Дейзи уже пятый раз пытается дозвониться мне с бабушкиного номера. Наверняка снова хочет меня отчитать – иначе зачем звонить так скоро после того, как я высадил ее у дома миссис Касл. Сначала сделаю важное дело – объяснюсь с Холли, а уж потом перезвоню Дейзи. Тогда я смогу ей сообщить, что снова одинок и сдержу обещание заниматься в первую очередь своими детьми. Как и должен был с самого начала.
В голове сами собой всплывают лица моих девочек. Одно – злое и осуждающее, другое – грустное и разочарованное. Я подавляю волну страха, накатившую с такой силой, будто мне в вены вкололи адреналин шприцем размером с огнетушитель, и расправляю плечи, представляя, что вот-вот выйду на ринг против бандюгана Гэри Пирса. Скрипнув дверью туалета, я вываливаюсь обратно в зал паба. И тут же опускаю глаза в пол, потому что вижу Холли, терпеливо ждущую меня за столиком, который она уже называет «нашим».
Я неохотно пробираюсь мимо ряда одетых в цвета любимого клуба футбольных фанатов, которые глушат пиво, уставившись в огромный экран. Там взрослые мужики в шортах негодуют из-за решения судьи. Усаживаюсь рядом с Холли. Жар приливает к лицу. Будто нарочно, именно сегодня она необыкновенно хороша. Волосы свободно падают на плечи, а глаза, встречаясь с моими, искрятся восхищением. И напрасно, говорю я про себя, сдерживая стон.
– Я уж подумала, ты сбежал через окно в туалете, – хихикает она, отхлебывая диетическую колу.
Меня поражает, во-первых, насколько она близка к истине, совершенно не подозревая об этом. А во-вторых, что она не пьет алкоголь. Холли абсолютный трезвенник, что в моем мире неслыханно.
– Я бы так с тобой не поступил, – бормочу я, хотя сам думаю: «Еще как поступил бы…». Что угодно, лишь бы самому не рвать отношения. Хотя однажды я уже разбил сердце женщине, – когда ушел от Скарлет к Лии. Урод… Теперь я совсем другой. Разве что слабаком остался.
– Знаю, что не поступил бы. – Она одобрительно подмигивает и добавляет: – Ты не такой, как другие мужчины.
Отчего мне становится в десять раз хуже. Я расправляю плечи и поднимаю глаза к потолку, будто взывая к небесам, затем с трудом начинаю:
– Холли, я… – И закашливаюсь от нервов.
Первый же барьер – и я уже спотыкаюсь, не в силах произнести ни слова. Все заготовленные и отрепетированные «взрослые» фразы вылетели из головы. Вместо этого я сижу, бледный и беспомощный, – полный идиот, судя по недоумению на лице Холли.
Она тихо спрашивает:
– Винс, что-то не так?
Мой голос дрожит.
– Мне нужно кое-что тебе сказать, но, черт… Я так нервничаю, что не могу выдавить из себя ни слова.
Она сочувственно улыбается и говорит с усмешкой:
– Я уже видела тебя голым, можешь больше не стесняться.
Чувствуя, чего от меня ждут, я фальшиво хихикаю и стискиваю зубы, чтобы не ляпнуть лишнего. Обидеть ее – последнее, чего я хочу. Она ужасно милая. Но та ли она женщина, с кем я готов прожить жизнь? Разве сидел бы я сейчас в раздумьях, как с ней расстаться, пусть даже этого требует моя дочь?
– Избавить тебя от мучений? – игриво предлагает она.
Не знаю, почему, но во мне вспыхивает надежда.
– Да, пожалуйста, – стону я, отчаянно надеясь на спасение.
– Кажется, я знаю, что ты пытаешься сказать, – доверительно шепчет Холли.
Я не верю своим ушам.
– Правда?
Неужели она настолько добра, что облегчит мне задачу? Порвет со мной первой или предложит расстаться по обоюдному согласию? Маленький эгоист во мне уже уязвлен: «Значит, я не стою того, чтобы за меня бороться?» Досадно, честно говоря.
Ее губы растягиваются в ослепительной улыбке.
– Мой ответ… да!
Сердце переворачивается в груди. Ошеломленный, я замираю, жадно глотая воздух, и, нутром чуя подвох, хриплым голосом спрашиваю:
– Что… что значит «да»?
– Конечно, я выйду за тебя, Винс! – Холли радостно подпрыгивает на стуле. – Я с первой же встречи поняла, что ты – тот самый.
Господи… Что я наделал?
Глава 59
Бабушка
– Господи, что я наделала? – в сотый раз за сегодня спрашиваю я себя, когда на мой мобильный звонят с хорошо знакомого номера. Этого разговора я со страхом жду с тех пор, как вчера днем дети вернулись от отца и нашли в саду изуродованную куклу. Дейзи весь день со мной не разговаривает, Элис хнычет и прячет глаза, когда я на нее смотрю. Дейзи, кажется, намерена держать младшую сестру от меня подальше, словно прячет от обидчика. Неужели думают, что я способна причинить вред моим драгоценным девочкам? Тем не менее сейчас, принимая звонок, я их проклинаю – ясно, что они успели пообщаться с отцом.
– Здравствуйте, – говорю я нарочито бодро и нервно сжимаю губы.
Голос соцработника непривычно резок.
– Миссис Касл? – холодно спрашивает «бурая мышь».
Нет, какая-то другая миссис! До чего глупая женщина… Сама же набрала мой номер.
– Да, дорогая, – кротко отвечаю я, вытирая капельку пота со лба. Я уже чувствую, как подмышки и поясница становятся липкими.
Ее следующие слова меня парализуют.
– Кое-что изменилось.
Самое ужасное… Неужели потеря детей? Пожалуйста, только не это! Вчера я изо всех сил старалась их переубедить, но безуспешно. Дейзи и слышать не хотела мои крайне изобретательные оправдания, якобы куклу украла Верити Ноулз из зависти и подбросила в сад, чтобы мы ее нашли. Внучка обвинила меня во лжи, возразив – к слову, справедливо, – что ребенок возраста Верити не в состоянии провернуть такое в одиночку. А я перегнула палку, предположив, что у нее был сообщник в лице матери. Именно тогда стало ясно: на этот раз мне не выкрутиться. Переспоренная девятилеткой, я прибегла к подкупу: наобещала особых угощений, даже поклялась купить новый телефон… Напрасно! Они решили меня ненавидеть, и я бессильна что-либо изменить.
Как говорил мой покойный муж Тед, «все пошло коту под хвост». Он, кстати, даже не представлял, как ему повезло, что не вышел по УДО, а умер в тюрьме, чего и заслуживал. Домашнего тирана, как говорится, могила исправит. И все же на тот маловероятный случай, если бы его выпустили, у меня был готов некий план. После всего, через что он заставил меня пройти… И вообще, пожизненное – значит пожизненное.
– Вы меня слушаете, миссис Касл?
Нет, хочется сказать, предаюсь воспоминаниям. Но я только тяжело вздыхаю и прикидываюсь дурочкой, чтобы потянуть время…
– Очень внимательно…
– Девочки сказали отцу, что хотят жить с ним.
Я смотрю в кухонное окно. Белое одинокое, как и я, облачко плывет по бескрайнему васильковому небу.
– Они объяснили почему? – спрашиваю я, проглотив ком в горле.
В трубке повисает пауза.
– Как ни странно, да. Причина в том, что вы часто выходите из себя и срываетесь на них.
Я отвечаю с ноткой раздражения в голосе:
– Они же ничего не слушают и постоянно пререкаются, особенно Дейзи, поэтому я…
– Миссис Касл, – перебивает она. – Все очень серьезно.
Какая же зануда. Но она, конечно, права. Сердце бешено колотится.
– Еще тот случай со шлепком…
– Вы же сказали, что я вправе их наказывать! – возражаю я, чувствуя, как кровь стучит в висках.
– Все обстоятельства будут рассматривать в совокупности, – вздыхает она.
Я с трудом сдерживаю гнев.
– Неужели как девочки захотят, так и сделают?
– Ну, их пожелания учтут. Я также представлю суду свою рекомендацию.
Я снова чувствую опору под ногами, ведь эта женщина всегда меня поддерживала – она сама это говорила и называла меня подругой.
– И что вы посоветуете? – спрашиваю уже увереннее.
Затем, желая польстить, я силюсь вспомнить ее имя. Вылетело из головы, как обычно. Мейбл? Пола, может быть? Или Хильда?. И вдруг она заявляет:
– Лично я считаю, что им будет лучше с отцом…
Теперь моя очередь перебивать:
– Как же так! Я приняла их, когда никто не хотел!
– И все вам очень благодарны за это, миссис Касл, но, как вы понимаете, Винсент Спенсер – их отец.
Стоя в полном одиночестве, без друзей и семьи, я задаюсь вопросом, так ли чувствовала себя настоящая Ивонн Касл, когда умер ее любимый Чарльз, а дочь отвернулась. Если так, то понятно, почему она отчаянно хотела подружиться со мной. К еще большему своему несчастью.
«Бурая мышь» вкрадчивым голосом пытается меня успокоить:
– Уверена, отец девочек будет не против, чтобы вы виделись с ними в будущем. – А затем, будто издеваясь, добавляет: – Если девочки захотят, конечно. – Намек, что это маловероятно.
Я, должно быть, старею, раз настолько ошиблась в этой женщине. Она далеко не так мила, как мне казалось. Хотя кто в наше время оправдывает ожидания?
– Сомневаюсь. – Меня переполняет злость. Люди, которые советуют не принимать поражения на свой счет – самые большие лицемеры. Все конфликты личные.
– Мне жаль, что все сложилось не так, как вы рассчитывали. Тем не менее, судя по его словам, он искренне заботится о детях.
Естественно, я ей ни капли не верю. Да и по голосу не скажешь, что ей жаль. Винсент Спенсер – домашний тиран, у него приводов в полицию больше, чем зубов во рту. Известно, что он воровал, употреблял наркотики, лгал напропалую и изменял жене. Разве этого мало? И такого, как он, могут предпочесть мне?! Это просто оскорбительно!
– Раньше у вас было другое мнение! – восклицаю я в бешенстве. Так и тянет ткнуть ей в глаз карандашом. Нет, лучше ручкой.
– В итоге все решит суд. – Она вроде меня подбадривает, будто еще есть надежда, однако потом добавляет ехидно: – Но я считаю нужным предупредить: девочки сказали, что с вами не чувствуют себя в безопасности.
Глава 60
Отец
Кто бы мог подумать, что, проснувшись вчера утром с намерением порвать с Холли, я к вечеру буду с ней помолвлен? Стою там, где меньше всего ожидал оказаться – у витрины ювелирного магазина, – и помогаю своей невесте выбрать кольцо. Хотя мои мысли должны занимать две маленькие дочери.
Когда я наконец вчера связался с Дейзи и услышал, что они с сестрой передумали и хотят жить со мной, мне показалось, она что-то недоговаривает. Но я был так рад их решению, что предпочел не обращать внимания. Поэтому позвонил в социальную службу и сообщил, что девочкам трудно рядом со стареющей бабушкой, которая, вероятно, страдает ранней деменцией. Как поведут себя Дейзи и Элис, узнав, что у них появилась новая мачеха, – это уже другой вопрос.
Холли решила не ждать, пока я накоплю, а купить кольцо за свои деньги. Какой позор: девушка сама себе покупает обручальное кольцо. Я нищий. И хотя миссис Касл не без основания называет меня вором, неудачником, бывшим наркоманом (да и убийцей, если вспомнить того педофила, которого я случайно переехал), в душе я все равно романтик.
Когда Холли приняла мою убогую попытку расстаться за предложение руки и сердца, она так обрадовалась, что я не смог ее разочаровать. Смешно, правда? Но как я мог разрушить все ее мечты в тот момент, когда она плакала от счастья? Ей и без этого в жизни дерьма хватило. Я не собирался усугублять ее травму, заставив чувствовать себя нелюбимой или недостойной. Вот только что я, долбаный кретин, скажу девочкам? Точнее, Дейзи? Как буду их знакомить?
Если честно, я надеюсь, что все как-то само утрясется. Может, Холли от меня сбежит, когда поймет, какой я никчемный придурок. Что я могу предложить? У нее есть работа, свой дом, приличная машина. В общем, все то, чего у меня нет. А пока что я буду плыть по течению и надеяться на лучшее. Я уже предупредил Холли, что на следующей неделе, после суда, ко мне, наверное, переедут девочки, и не стоит сразу сообщать им о помолвке. Она понимает: нужно действовать осторожно, не вызывать лишних потрясений. Не зря работает помощницей учителя!
– Вот это! – восторженно вскрикивает Холли, указывая на кольцо в витрине.
Я через силу улыбаюсь, не в силах сопротивляться ее энтузиазму.
– Мы еще даже внутрь не зашли, – говорю я по-мужски снисходительным тоном.
– Я в курсе, – отвечает Холли, прикусывая губу и прищуриваясь. И то и другое не особо для нее характерно. Теперь, когда мы помолвлены, видимо, она не собирается всегда быть «пай-девочкой». С другой стороны, разве не так ведут себя все женщины?
– Ты видела ценник?
– Думаю, я этого достойна. – Мягкая улыбка намекает, что моя Холли вернулась.
– Конечно, достойна. Просто мне понадобится вечность, чтобы отдать пять сотен.
Она продевает руку под мою и шепчет:
– Я же сказала, отдавать не обязательно.
– Помню. Но так нельзя. Я мужчина.
– Мой мужчина. – Она прижимается ко мне, и ее довольный вздох у самого уха убеждает меня: все будет хорошо. А как же иначе.
– Винс!
Я вздрагиваю и резко оборачиваюсь на знакомый голос. Каждый волосок на теле встает дыбом: на нас надвигается Лия – с убийственным взглядом и язвительной усмешкой. Ее пальцы сжимают ручку коляски Сэффи так, что костяшки побелели. Ее настроение мне совершенно понятно!
Не успевает она приблизиться, как выпаливает:
– Только не говори, что ты уже собрался жениться!
– Лия! – Я заглядываю в коляску в надежде увидеть улыбку Сэффи, однако моя малышка крепко спит. Глаза наполняются слезами – так сильно хочется взять ее на руки. С усилием перевожу взгляд на двух женщин, уставившихся на меня. – Это Холли, – представляю я, кашлянув для солидности. – Холли, это Лия.
Мои бывшая подружка и новая невеста оценивающе смотрят друг на друга. Затем Лия снова открывает рот, явно намереваясь втоптать Холли в грязь.
– Я смотрю, кое-кто понизил планку.
Даже не знаю, что меня больше бесит: вид Холли, опускающей голову от обиды, или ее попытка прикрыть родимое пятно.
– Лия, хватит вести себя как сука, – предупреждаю я.
Она фыркает.
– Сука, значит? Вот как ты готов меня назвать после двух лет отношений? – Во рту у нее, как всегда, жвачка, губы поджаты от злости. Она продолжает, неудержимая в своей ярости: – Двух лет, за которые у тебя мозгов не хватило сделать мне предложение или хотя бы кольцо купить!
Холли резко вскидывает голову.
– Ты этого не заслужила, только лживые сказки рассказывала, – бросает она. – Ты заставила Винса растить чужую дочь.
Хоть я и благодарен Холли за защиту – не думал, кстати, что она на такое способна, – Лия, по правде говоря, злится не без причины. Она демонстративно не обращает внимание на сказанное и тычет мне в лицо своим бриллиантом.
– Я охренительно рада, что Сэффи не твоя! По крайней мере, когда Уэйн узнал, что он отец, у меня сразу кольцо на пальце оказалось.
Я бросаю на нее свирепый взгляд и подчеркнуто язвительно замечаю:
– И не только кольцо… Фингал под глазом тоже долго выпрашивать не пришлось, да, Лия?
Она бледнеет. И у меня, полного идиота, сразу смягчается сердце. Неужели еще остались к ней чувства? Хочется прижать ее к себе и сказать, что все будет хорошо, что я всегда буду рядом с ней и Сэффи. Но как же такое сделаешь перед Холли? Боюсь представить, что она подумает!
Вместо того чтобы огрызнуться или встать на защиту Уэйна, Лия неожиданно разворачивается и бросает через плечо:
– Гребаный никчемный урод!
Глава 61
Бабушка
На лобовом стекле моей машины прикреплена записка. Уже третья за неделю. «Ты не та, за кого себя выдаешь», – гласит она, как и предыдущие. Листок пахнет старухой. Не нужно быть Эйнштейном, чтобы догадаться, кто ее оставил. Конечно же, гребаная Джорджина, мать ее, Белл. Честно, она как подлый персонаж в фильме про зомби – уже укушена, но пытается это скрыть.
Дейзи из любопытства последовала за мной к водительской двери. По крайней мере, девочка снова со мной разговаривает – после того как я пообещала самый большой сюрприз в их жизни; скорее, самый большой шок, когда они узнают, что я задумала. А еще я неохотно, но все же «смирилась» с их решением переехать к отцу и заверила, что не буду чинить препятствий. Как говорится, «доверие невинных – самый полезный инструмент лжеца», ведь ни Дейзи, ни Элис не могут быть на сто процентов уверены, что изуродованная кукла – моих рук дело. Это не значит, конечно, что я полностью оправдана в их глазах… и что с моей стороны все забыто. Никому еще не удавалось так жестоко отвергнуть Нэнси Тиррелл и уйти безнаказанным.
Под маской любезности я безумно зла на детей. И разве можно меня винить после всего, что я для них сделала? Да, они никогда не простят мне то, что я намерена сделать, но, учитывая, что их я уже потеряла – из-за проклятого Винса Спенсера, – больше мне терять нечего. Ни секунды не сомневаюсь, что как только девочки переедут к нему, никто со мной поддерживать отношения не будет.
– Что это? – спрашивает Дейзи, показывая на записку в моей руке.
– Ничего, – бурчу я, засовывая ее в карман.
– От кого?
– Ни от кого. – Я пресекаю дальнейшие расспросы строгим взглядом, и Дейзи закатывает глаза, забираясь на заднее сиденье рядом с пристегнутой сестрой.
Полчаса спустя мы в шикарном салоне красоты в Стэмфорде. Девочки робеют перед сотрудницами, каждая из которых похожа на модель «Викториа Сикрет». Зеркала в изысканных золотых рамах украшают стены, с потолка свисают хрустальные люстры, а кроваво-красные кушетки обиты плюшевым бархатом. Честно говоря, смахивает на старомодный бордель.
– Зачем мы сюда пришли? – шепчет Дейзи мне на ухо. Элис, конечно, увереннее себя чувствует с незнакомыми. Не успеваю глазом моргнуть, а она уже сидит в кресле.
– Это мой особый прощальный подарок, – объясняю я, мило улыбаясь парикмахеру, которая стоит с накидкой наготове и ждет, чтобы надеть ее на плечи Дейзи.
– Но я не хочу стричься, – возражает Дейзи, нервно приглаживая свои волосы до талии, словно боится потерять хотя бы сантиметр.
– Просто подровняем кончики. Чтобы вы с Элис приехали к папе опрятными.
Девочка в сомнении хмурится, однако все же идет за стилистом. Усаживаясь в кресло рядом с сестрой, она ловит мой взгляд в зеркале, и я одобрительно киваю.
Хозяйка салона все это время незаметно наблюдала за нами, и я тихо отвожу ее в сторону, чтобы пошептаться.
– Как я говорила по телефону, у обеих полно вшей, никак не выведем.
– Вы уверены, что хотите состричь все? – недоверчиво спрашивает она.
Я решительно киваю.
– Да, практически налысо.
– Молоденькие девчонки прямо трясутся за свои волосы. Это их гордость… – Вот именно, думаю я, а тебе не стоит лезть не в свое дело. Чтобы заткнуть ей рот, делаю страдальческое лицо. – Так они еще не знают…
– Боже, конечно, нет, они бы тут истерику устроили!
Час спустя, как я и предполагала, обе девочки безудержно рыдают на заднем сиденье. Как же летит время, когда получаешь удовольствие! Когда мы садились в машину, я не удержалась и прокомментировала, что с одинаковыми ежиками на головах они похожи на уличных оборванцев. Мне почти становится жалко Дейзи, которая яростно дергает себя за остриженные волосы. Хуже всего, у них нет шансов даже на минуту забыть, как они теперь выглядят – сестра все время перед глазами, словно зеркало.
– У нас вообще нет вшей! – в сердцах кричит Дейзи и пинает спинку моего сиденья с такой силой, что удар отдается у меня в позвоночнике.
– Мама Верити их заметила. Сказала, что видела, как они ползают у вас по головам. Поэтому Элис и не пустили к ним в гости в пятницу, – лгу я, не в силах удержаться и не отпустить шпильку.
Элис заходится в новом приступе рыданий. Слезы текут по ее пухлым щекам, лицо уже все в пятнах. Бедняжка.
– Ты просто нам отомстила! – не унимается Дейзи, колотя по спинке сиденья прямо за моей головой. Ты ж моя девочка.
– Это просто волосы, Дейзи, отрастут, – вздыхаю я. – У меня не было другого выбора. Ты же не хочешь, чтобы все над вами смеялись? Детей дразнят и за меньшее, чем вши.
Последний аргумент на Дейзи, кажется, действует.
– Могла хотя бы предупредить, – дуется она. – Теперь я похожа на свою куклу.
Мне хочется ухмыльнуться, но я старательно прячу лицо и сочувственно говорю:
– Прости, Дейзи. Я хотела как лучше.
– Все хорошо, бабушка, – пищит Элис, и ее детская доброта трогает меня до глубины души.
– По-моему, вы обе выглядите очень мило. – Я поворачиваюсь к ним с искренней по моим меркам улыбкой. Но тут в их глазах появляется настоящий ужас, и они кричат, умоляя меня смотреть вперед.
Я перевожу взгляд на дорогу как раз вовремя, чтобы не столкнуться с машиной, несущейся нам в лоб.
– Как, черт возьми, мы оказались на встречной? – кричу я, рывком выворачивая руль и возвращая нас на свою полосу.
Когда удается успокоиться, я виновато произношу:
– Простите, девочки…
Ответа нет. Неудивительно, учитывая, что я нас чуть не угробила.
Вскоре Дейзи приподнимается на сиденье, – машина сворачивает не там, где она ожидала.
– Куда мы едем?
Я качаю головой, вздыхая:
– Вопросы, вопросы… Вечно одни вопросы.
Вскоре до нее доходит.
– Почему мы едем на Грин-роуд? – спрашивает она с паникой в голосе.
Я осмеливаюсь еще раз оглянуться, чтобы видеть ее лицо.
– Везу вас домой, как вы хотели.
После этих слов обе девочки замолкают, хотя, думаю, настороженно переглядываются, гадая, что происходит. В полном молчании мы подъезжаем к дому номер семь, выходим из машины и оказываемся у задней двери.
– А как мы попадем внутрь без папы? – волнуется Дейзи, прикусывая нижнюю губу. – У нас нет ключей.
Я озорно подмигиваю ей, а затем поднимаю трость и стальным концом разбиваю стекло в двери. Обе девочки ахают от ужаса, когда осколки разлетаются во все стороны. Дейзи, конечно, вспоминает ночь, когда убили ее мать: тогда кто-то использовал похожий способ, чтобы пробраться в дом.
