Текст книги "Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"
Автор книги: Кэтти Уильямс
Соавторы: Картер Браун,Найо Марш,Юкито Аяцудзи,Джулия Хиберлин,Эдмунд Криспин,Адам Холл,Ричард Осман,Джон Карр,Ромен Пуэртолас,Анго Сакагути
сообщить о нарушении
Текущая страница: 230 (всего у книги 282 страниц)
Глава 21
Карина пришла в себя. Голова кружилась. Хотелось пить. Она осмотрелась. Она лежала на кровати с завязанными сзади руками. В комнате было одно окно. Это уже неплохо, она не в подвале. Пахло краской и свежим ремонтом. Мебели не было, если не считать кровать, на которой она лежала, и разбитый журнальный столик с окурками. Стены были недавно оштукатурены. Пол был покрыт ламинатом. Карина опустила ноги на пол и села. Она осмотрела себя. Одежда была целая. Болела голова и затекшие руки. Она встала и подошла к окну. Дом стоял на горе. Внизу простирались небольшие частные домики с двориками и заброшенные зеленые территории. Склон горы был настолько скалистым и крутым, что по нему с трудом можно было передвигаться. Но местные жители, каким-то невообразимым образом, не только строили дома на уступах, но и садили деревья и разбивали грядки, отвоевывая у природы уступы и расщелины. Карина посмотрела вниз, она находилась на втором этаже дома в мансардном помещении. До земли или точнее до обрыва было метров пять. Прыгать и бежать было некуда. Только если разбиться насмерть. Она вспомнила, что случилось. Она села в машину к полицейскому, а потом в памяти был провал. Кажется, он сунул ей в нос тряпку со снотворным и она вырубилась. Сколько времени прошло? Час, два или сутки? Она не знала. На улице было светло и солнечно. Руки были завязаны грубой толстой веревкой. Рот был залеплен скотчем. Она сразу даже не заметила, что не может говорить. На помощь не позвать. Да и кому кричать с горы? Она подергала веревки. Развязать руки и ослабить натяжение грубой веревки не получалось. Она подошла к двери и стала ногой бить по ней. Она хотела в туалет. У нее просто разрывался мочевой пузырь. Дверь открыл мужчина. Она его узнала, хотя он был уже в джинсах и в футболке. Это был ее похититель, прикинувшийся полицейским. Оборотень в погонах. Он не прятал свое лицо. Карина сообразила, что это плохой знак. Значит ее собираются убить, а не просто просить выкуп. Кирилл бы заплатил за нее любой выкуп. Она в этом не сомневалась. Он ее любил, не смотря на их ссору и развод. Но почему это сейчас с ней случилось? Это просто какой-то злой рок. Хорошо, что она остановилась у Коробея. Он тоже будет ее искать. Он ее найдет. Нужно продержаться, просто потянуть время на сколько будет возможно. Эта мысль ей придавала сил. Ей нужно быть смелой и сильной и не скатиться в истерику. Паника ей не поможет.
– Дверь не ломай, я не глухой. Видишь новые двери поставлены после ремонта. В туалет хочешь?
Карина кивнула. Затем она начала мычать. Ей хотелось пить. Горло першило и горело.
– Можешь не надрываться, воду я тебе дам. Еды здесь нет. Не умрешь от голода. И не вздумай из окна выброситься. Умереть не умрешь, только покалечишься. Здесь скала внизу. Все ноги переломаешь. Я тебя все равно потом опять в дом притащу. Мне пофиг будет, что ноги переломаны. Так что думай башкой, а не жопой, здесь тебе не санаторий. Если поняла, то кивни.
Карина послушно кивнула. Мужчина повел ее в туалет. В доме шел ремонт. Какие-то комнаты были покрашены, какие-то только оштукатурены. Туалет находился на первом этаже. Карина внимательно смотрела по сторонам. Больше людей в доме не было. По крайней мере, она их не видела и не слышала. Было тихо. За окном пели птицы. Рай, да и только. Ее похититель был ниже ее ростом, но довольно спортивного телосложения. Она пыталась запомнить его внешность. Черты лица были местные, кавказские. Загорелая кожа, большой горбатый нос, колючий взгляд, щетина на лице и темные, коротко стриженные волосы. Ничего особенного, таких тысячи ходит по городу. Самая обычная внешность в Геленджике и в Сочи. Если бы не его полицейская форма и состояние шока, в котором она пребывала, она бы не повелась на развод. Попросила бы удостоверение. Позвонила бы Коробею. Включила бы голову. Ладно, после драки кулаками не машут. Сама виновата. Он просто поймал ее врасплох, она была в шоке. Хотя она до сих пор не знала, жив ли Кирилл или нет. И только сейчас до нее дошло, что возможно Кирилла уже нет в живых, тогда выкуп за нее никто не заплатит. Стоп! А кто говорил о выкупе? Это она сама придумала. Похититель ей сказал, что она задержана по подозрению в организации убийства Быстрова. Но откуда он мог знать о покушении, о взрыве и о том, что Карина будет рядом с машиной в момент взрыва? Думай, Карина, думай. У тебя руки завязаны, а не мозги.
Чтобы сходить в туалет, похититель развязал ей руки и снял веревки.
– Без глупостей. Я тебя предупредил. Ты для меня товар.
Карина потерла запястья. Ссадины болели. Она сдернула со рта скотч.
– Что вам нужно?
– Заткнись, потом узнаешь. Убивать я тебя не собираюсь. Но лучше не зли меня. Могу по башке дать или руку сломать. Делай свои дела молча.
– Меня будут искать.
– Конечно будут. Только время не на твоей стороне. Иди в туалет.
– Я вам заплачу. Отпустите меня. У меня муж миллионер.
– Мне твои деньги не нужны. Жадность фраера сгубила. А я не фраер. Мне уже заплатили.
Похититель впихнул Карину в туалет. Переговоры закончились. Через две минуты он открыл дверь и опять завязал ей руки, но уже не за спиной, а спереди. Затем он достал бутылку с водой и дал ей.
– Пей. Воды больше нет. Здесь нет водопровода. Мы в горах, думаю ты это уже поняла. Мобильная связь здесь не ловит, поэтому и не мечтай о звонке другу. Телефон твой я выбросил. Муж миллионер, а ты с таким старьем ходишь, – мужчина ухмыльнулся, – Нам богатых не понять.
– Вы знали о покушении на Кирилла, это вы все организовали? Как вы узнали, что я с ним должна встретиться? Он жив? Скажите, он жив?
– Заткнись, иди в свою комнату, сейчас скотч принесу, чтобы рот твой заткнуть. И не ори!
– Не нужно, я буду молчать. Не заклеивайте рот.
Карина опять оказалась на кровати с облезлым старым матрасом, который вонял старыми тряпками. Она была почти спокойна. Адреналиновый шок прошел. После всего пережитого, у нее уже выработался иммунитет к стрессу. Ее не собирались убивать? Бред. Это расскажите наивным девочкам на пляже. Сказка стара, как мир. Когда похитители так говорят, да еще и показывают свое лицо, то на самом деле все в точности наоборот. Ей просто дали отсрочку. Пока она нужна живой. Похититель – просто шестерка. Ждет заказчика. У нее два выхода – пытаться убежать или ждать, когда ее найдет Коробей или Кирилл. Другого не дано. Хотя Кирилла можно сразу с весов сбросить. Кишка тонка. Он не будет ее спасать, рискую своей шкурой. В глубине души он трус, не способный рисковать своей жизнью ради спасения даже собственной матери. А может это банда? Конкуренты Быстрова? Замочили Кирилла, а теперь будут ее пытать и требовать пароли ко всем его счетам? Или, как вариант, может это Денисов все организовал? Паскуда, с него станется. У него рожа бандита. Он всегда ее ненавидел и не скрывал это. Шакал. Тогда скоро она его самого увидит. Хоть плюнет ему в лицо перед смертью и проклятья пошлет. Рот ей все-таки пригодится. Лучше сейчас помолчать.
Карина услышала звук подъезжающей машины. Хлопнули двери. Вот и все. Это конец. Стало страшно. Ее пугала неизвестность.
– Где она?
– Наверху, в комнате. Деньги где?
– Как где? На счет тебе перевели.
– Здесь связи нет, я не могу проверить.
– Так ты сходи туда, где есть связь. А мы займемся делами. Только далеко не уходи. Ты нам нужен.
Карина услышала шаги, по лестнице кто-то поднимался. Шаги были тяжелые, мужские. Дверь распахнулась. В дверном проеме стоял мужчина. Маски на нем не было. Карина посмотрела на похитителя. У нее был шок. Она его узнала. Она точно знала этого мужчину. Как он изменился.
– Ромка? Это ты? Глазам своим не верю. Что ты здесь делаешь?
– Расслабься, Каська, вот и прилетел бумеранг. А я-то думал, что никогда тебя больше не увижу. Ванек, тащи ее вниз. Только не растряси.
Карина увидела еще одного бандита. Лицо было незнакомым. Он грубо схватил ее за руку и потащил на первый этаж. Роман шел следом. Он ухмылялся. Его забавляла эта картина. Они спустились на кухню.
– Ванек, отпусти ее. Она умная девочка. Пойди, проверь Ашота, что-то не нравится мне его настроение. Бегает, суетится. Нервный какой-то.
– Я бы телку не отпускал пастись по дому. Но тебе виднее. Выйдем на пару слов, нужно перетереть кое-что.
Карина осталось в комнате одна. Дверь закрылась. Она проверила веревки. Туго. Не развязать. Она посмотрела по сторонам. Комната была пустая. На полу валялась использованная кисточка от краски и грязный валик. В отдалении лежал толстый строительный карандаш для разметки. Она подбежала, схватила связанными руками карандаш и засунула его в джинсы. Затем вернулась на прежнее место.
– С Ашотом нужно кончать. Думаю, он хочет нас кинуть, и убежать. Боится, что засветился на камерах в городе.
– Рано еще. Есть дела. Я дам команду. Уберешь сразу двоих. Бабу тоже в расход. Свидетели нам не нужны.
– Как скажешь. Давай только быстрее. Я на стреме.
– Ванек, расслабься. Все под контролем. Мне нужно немного побазарить с тёлкой. Вспомнить прошлое, – мужчина хмыкнул довольно. Все шло по плану. Жаль только, что страха он не видел в Каринкиных глазах.
Дверь открылась. Карина напряглась. Роман вернулся один. Она выдохнула.
– Кася, Кася. Знаменитая Кассиопея. Мечта всех пацанов. Ну что же ты так сжалась. Расслабься. Вижу, что ты удивлена. Думала Бобёр тебя забыл? А вот и нет. Забавно нас жизнь свела.
– Ты меня убьешь? – Карина разглядывала своего бывшего одноклассника, Романа Боброва.
– Да, но сделаю это гуманным способом, без пыток, мы же с тобой старые приятели. Однокашки. Одиннадцать лет в одном классе учились. Итак, ближе к делу. Мне нужны документы Алика Козырева. Досье, которое он собирал несколько лет. В его квартире ничего нет. У матери тоже нет. Пасеку у деда ребята проверили, пусто. Что же остается? Ты, Касенька, единственная и неповторимая, его последняя ниточка. Козырь тебе доверял. Он тебя боготворил.
– Ты ошибаешься, Бобёр. Мы редко встречались. Я ничего не знала про его жизнь за границей. Мы расстались после школы. Я уехала в Москву. Он мне ничего не оставлял.
– Не неси пургу, зачем тогда ты моталась в Сочи с мусором? Мы следили за тобой.
– Ты блефуешь, Бобёр. За мной никто не следил.
– Козырь был у нас под колпаком. У него в Ямахе стоял наш маячок. Мы прослушивали его телефонные разговоры. Поэтому мы знаем о твоей поездке в Сочи. Колись, Каська, а то я могу и передумать. Тогда ты умрешь негуманно. Выбирай.
– Кто это – мы? Ты явно не из полиции, – Карина тянула время и не собиралась сдаваться. Бобёр был еще в школе мудаком, мерзким и циничным упырем. Надо же, ничего не изменилось.
– А вот это тебе знать не обязательно, – Бобёр подошел вплотную в девушке, – кто много знает, тот быстро умирает. Как же ты мне в школе нравилась, Каська, я мечтал о тебе. Но сердцу не прикажешь. Отвергнутый мужчина очень злопамятный. Шутка. Мне давно уже насрать на тебя. Ты стала мусором для меня, когда в десятом классе при всех меня унизила, помнишь?
– Я не унижала тебя, а сказала правду. Ты изнасиловал Ленку, но она дура не подала на тебя заявление. Боялась, что ты ее покалечишь. А я не боялась. И правильно, что тебя избили и почки тебе отбили. Долго ты после этого ссался в штаны, ублюдок.
– А ты такая же дерзкая и красивая. Будет жаль тебя убивать.
Карина взвыла от боли. Бобёр резко схватил ее за длинные волосы и намотал на кулак. Она ударила его коленом в пах. Он отпустил ее волосы и ударил ее со всего маха кулаком в челюсть. Бобёр был здоровый и мускулистый. Она отлетела к стене, как шарик, но сознание не потеряла. Она подняла голову и плюнула ему в лицо слюной, смешанной с кровью.
– Утрись, мразь. Мало тебя били.
Карина получила еще один удар в живот. Она согнулась пополам.
– Мы квиты, Кассиопея. А теперь давай по делу. Хочешь умереть быстро, скажи где документы, которые Алик спрятал. У меня мало времени.
– У меня нет документов. Я ничего не знаю. Мы просто трахались и все.
– Зачем ты ездила в Сочи? Что ты делала в горах? Там находится пасека деда Козыря. Что он там спрятал?
– Я деда проведывала. Он не знал о смерти внука. Я ему рассказала. Это был мой долг перед Аликом.
– Я могу быть не очень добрым и даже бесчеловечным. Могу отрезать пальцы по одному. Начнем с рук или с ног?
Карина задрожала при виде раскладного ножа, который Бобёр достал из кармана. Быстрым движением он раскрыл острое лезвие и покрутил им перед ее лицом.
– Я забрала коробку. Это все.
– Где эта коробка?
– В квартире, где я жила.
– Ванек! Давай Ашота сюда. Нам домушник нужен. Квартиру проверить. Такса двойная за срочность.
В комнате появился Ванек. Он держал в руках мобильник.
– Здесь нет связи. Нужно в лес идти.
– Блядь, идите вдвоем и ищите, где есть связь. Коробка через час должна быть у меня. И скотч мне дай. Этот красивый ротик нужно заклеить. А теперь, сука, поднимайся и топай на второй этаж. Ты мне пока не нужна. Если ты мне соврала, то я тебе не завидую.
Глава 22
– Слушаю, товарищ генерал!
– Александр Герасимович, как у вас обстоят дела?
– Ночью обследовали лодку, это действительно пропавшая U-871.
– Не может быть!
– Да, может, Петр Николаевич. Судно не было потоплено 1944 году в Индийском океане, как это считалось в исторических документах. В любом случае это была лишь официальная гипотеза. Лодки этого типа во флоте Третьего Рейха обладали самой большой дальностью плавания. Поэтому, в принципе, ничего сверхъестественного в ее походе в Черное море – нет. Рабочая глубина погружения – 230 метров. Но сказать, как именно судно оказалась у побережья Геленджика, пока не представляется возможным. Это историческая загадка. Возможно, нам ее предстоит разгадать.
– Что на борту?
– Ребята подняли капитанский сейф с документами. Очень сложное погружение, товарищ генерал. 85 минут, из которых только 30 минут ушло на обследование лодки, а остальное время заняла декомпрессия перед подъемом на поверхность. Работали ночью, 2 команды военных водолазов. Уровень радиации измерили, все в норме.
– Как удалось проникнуть во внутрь? Есть пробоины в корпусе?
– Да, одна в передней части корпуса. Ребята говорят, что не были даже задраены люки между отсеками, поэтому у них получилось проникнуть вовнутрь. Скорее всего лодка была на поверхности и получила повреждения. А потом уже утонула.
– Интересно. Но в советских военных документах нет такой информации. Кто ее атаковал?
– Есть у меня одна гипотеза, Петр Николаевич. Субмарина могла погибнуть от собственной торпеды. Это лишь гипотеза. Возможно, на борту были акустические самонаводящиеся торпеды. Это была самая передовая в то время технология. Первыми ее применили немцы в 1943 году. Торпеда реагировала на шум гребных винтов корабля противника. Лодка могла ночью атаковать какую-нибудь цель из надводного положения, такая тактика была распространена в годы Великой отечественной войны. Однако, возможно из-за сбоя, торпеда начала описывать циркуляцию и на каком-то из витков угодила в лодку. Я позвонил ребятам, специалистам, они подтвердили, что такие случаи происходили во время войны. Звучит, конечно, маловероятно, но это более похоже на правду.
– Саморазрушение? Поэтому нет документов, подтверждающих сражение?
– Да, лодка могла затонуть в считанные секунды. На борту на одном из приборов нашли металлическую табличку с номером судна. Это U-871, сомнений быть не может. Теперь это дело будут изучать военные эксперты.
– Может золото? Нашли что-нибудь?
– Нет, не обнаружено.
– Радиоактивные материалы?
– Не обнаружены. Все замеры произведены. Все в норме.
– Поздравляю, Александр Герасимович. Седых волос у нас будет меньше. Жду сейф с материалами и отчет. Теперь пусть наши «друзья» обследуют судно. Нам там больше делать нечего. А как дела у Герольда? Вы же понимаете, что мы не можем выпустить из страны Ханса Амлера?
– Герольд не подведет, вы же его знаете. Он просит имена, касающиеся операции, которой сейчас занимается Управление экономической безопасности.
– Только после ареста. Это не наше расследование.
– Хорошо. Думаю, уже сегодня информация появится в прессе.
– Да. Очень вероятно.
– Господина Быстрова ждет неприятный сюрприз.
– И не только его. В Минобороны намечается крупная «чистка». Головы полетят.
– Насколько мне известно, под следствием уже четверо.
– И это только начало, Александр Герасимович.
Глава 23
Почти все сотрудники находились в отделе. Совещание должно было начаться через десять минут. Было без десяти три. Виктор продолжал просматривать видеоматериал, изучая камеры. Он, как всегда, зависал в экране и одновременно слушал, что говорили окружающие.
Вадим Михайлович созванивался с криминалистами. Санек задерживался. Герольд общался по телефону с начальником службы безопасности компании Быстрова. В 18.00 он назначил ему встречу в своем кабинете. Денисов уже подъезжал к Геленджику и вежливо согласился приехать и пообщаться со следователем, так как в его обязанности входила безопасность Быстрова. Он был готов помочь следствию и предоставить всю имеющуюся информацию. Герольд знал, что потом последует. Обычно в кабинете следователя вежливость пропадала. Начиналось прощупывание слабых мест, доступной информации, а потом в ход шли угрозы и обвинения. «Полиция должна охранять, а не допрашивать невинных».
– Герольд! Охренеть! Поднимаем наряд! Не, ну надо же, уже совсем оборзели! Посреди белого дня!
Виктор подскочил со стула и начал сам набирать дежурного. Герольд подошел к экрану и с удивлением увидел площадку своей собственной квартиры. Кто-то взламывал его дверь.
– Хорошо, что ты попросил камеры везде поставить. Сейчас я ребятам наводку дам. Они вора внизу и оприходуют. Ты че там дома прячешь? Миллионы?
– Ты же знаешь, что у меня кроме микроволновки и моих кроссовок воровать нечего.
Коробейников вдруг вспомнил про коробку с деньгами.
– Хотя, точно! Деньги! Есть миллион и не один, я про них совсем забыл.
В кабинете наступила гробовая тишина. Все с любопытством посмотрели на Герольда.
– Как же грабители вычислили, что в квартире деньги? – И тут его пробило током.
Карина! Только она знала о коробке! Но она даже не успела открыть и проверить ее. Она не знала о деньгах. Или все-таки успела открыть? И решила выкупить свою жизнь? Записку от Алика он забрал себе. Ее в коробке не было.
– Тот, кто сейчас залез в мою квартиру знает, где находится Карина Быстрова. Это ее деньги хранятся у меня дома. Я еду домой. Виктор, свяжись с патрулем, пусть меня дождутся, мне срочно нужно допросить вора. Это наша зацепка.
– Герольд, ты с ума сошел? Совещание через десять минут! – Виктор занервничал, он боялся начальника отдела в гневе, – Я не могу за всех отдуваться, Семен меня в порошок разотрет!
– А и не нужно, вон Санек прибыл. Вы начнете, я подъеду. Санек, откопал что-нибудь?
– А то! Нашел следы взрывчатки. Не все отсеки затопило. Отправил экспертам.
– Отлично.
– А что за шухер? Герольд, ты куда?
– Ниточку нужно дернуть и клубок распутается.
– А оружие зачем из сейфа берешь? Я с тобой!
– Хорошо, только пистолет прихвати.
– Сейчас, я готов!
– Виктор, если мы не вернемся к 18.00, ты начнешь вести допрос Денисова. Тяни время. Из участка его не выпускай до моего возвращения. Головой за него отвечаешь! Придумывай, что хочешь!
– Я? Допрос? Только не это! Я же айтишник!
– Вадим Михайлович, вы…
– Да понял уже, я – громоотвод.
– Да, послушаете Семена Владимировича и поучаствуете во вселенском потопе.
Патологоанатом задумчиво посмотрел вслед уходящим сотрудникам отдела, затем обреченно вздохнул, готовясь к моральной порке.
– Сейчас у нас будет наводнение, со шквалистым ветром и цунами. Ты готов, Витек? Меньше бы ты в экран пялился…
Виктор сидел бледный, как приведение. Он терпеть не мог, когда его отчитывали или на него кричали. Ладони начали потеть. Патологоанатом улыбнулся.
– Расслабься. Лучше в кабинете слушать крики начальства, чем лезть под пули, спасая неблагодарных красоток.
– Ну да, ну да. Мне бы ваше спокойствие.
Патруль успел схватить домушника с поличным, когда тот выходил из лифта. Задержание произошло быстро и четко. От удара дубинкой по животу, мужчина согнулся пополам, затем был болезненный удар по коленям. Вор обмяк и присел на пол.
– Тащи его в машину. А ну, встал и пошел! Коробку я сам понесу.
– Суки поганые, твари!
– А это за сук! Думать нужно чью квартиру вскрываешь, мразь.
Герольд подоспел вовремя, иначе ему бы некого было допрашивать. Субтильный вор выл от боли в полицейской машине, проклиная всех на свете.
– Как тебя зовут?
– Да пошел ты!
– Где Карина Быстрова?
– Не знаю такую.
– Если ее убьют, тебе светит максималка, как соучастнику убийства. Если сейчас все расскажешь, то получишь только вскрытие квартиры, а это другая статья. Чуешь разницу? Или совсем тупой?
– Я ничего не знаю про бабу. Просто наводку дали, сказали коробку принести. Хозяин на работе, сингалки нет, что еще? Какая еще баба? Ты меня разводишь, начальник?
– Кто дал наводку? Думай быстро.
– Ашот из «Бистро», охранник.
– Где он живет?
– Не знаю. Я на его работе с ним встречался. Блядь, я вам все рассказал, Ашот меня убьет.
– Смотри, чтобы мы тебя не убили раньше Ашота, – Санек сидел рядом с вором в машине и следил за допросом. Он демонстративно достал из кобуры пистолет и покрутил перед собой.
– Мамой клянусь, что про бабу ничего не знаю. Позвонил Ашот, сказал срочно. Тут же заплатил аванс, я вскрыл хату. Больше ничего.
– Ребята, визите его в участок, оформляйте. Коробку потом Герольд Александрович заберет.
– Да, принято! Пошел в машину! Придурок, надо же было к следоку в квартиру залезть. А что в коробке?
– Не знаю.
– Деньги небось.
Когда патрульная машина уехала, Санька осенило.
– Герольд, я знаю этого Ашота из «Бистро», он у нас свидетелем по одному делу проходил. Пьяный дебош в кафе с поножовщиной, помнишь?
– Адрес? – Коробейников шестым чувствовал, что время начало сжиматься. Для Карины пошел обратный отсчет.
– Сейчас добуду. Вот адрес, едем. Сначала давай кафе проверим, потом по адресу регистрации. Хотя чую, что птичка уже упорхнула.
Когда они приехали в кафе, сотрудники сообщили, что Ашот уволился.
– Когда уволился?
– Вчера. Сказал, что уезжает в Армению. Там у него родственников много и невеста ждет.
– А здесь у него родственники были или друзья?
– Только брат. Но он в кафе не приходил и здесь не работал.
– Мы не из трудовой инспекции. Как брата зовут?
Официант и администратор переглянулись. Ашот был не подарок и мог отбить почки за три секунды.
– Вазген. Они вместе квартиру снимали.
– Позовите всех сотрудников. Поваров и официанток. Мне нужна информация. Кто знает этого Вазгена? Кто его видел? Как он выглядит?
Все молчали. Никто не хотел неприятностей.
– Хотите, чтобы всех вызвали на официальный допрос? Желаете стать соучастниками похищения и убийства человека? Значит никто не знает, где сейчас находится Ашот и его брат Вазген?
– Я, я знаю, – вперед вышла официантка, совсем молодая девушка, лет двадцати, – что, все языки в жопу засунули? А мне пофиг, я тоже собралась увольняться. Ашот – еще тот гавнюк. Если его посадят, то экология лучше станет.
– Пройдёмте в кабинет директора! Рассказывайте!
– У Ашота нет брата. У него все родственники в Армении. Он на заработки приехал.
– Вазген не его брат? Тогда кто он?
– Никакой он не Вазген и не брат его, зовут Иван, они квартиру вместе с Ашотом снимают. Ашот всех братьями называет. Но это лишь видимость. Такая манера общения. Сначала брат, а потом на счетчик ставит. Один раз мы на дачу ездили, где Ашот помогал Ивану ремонт делать. Они подрабатывают ремонтами. Там я видела этого парня. Это его единственный приятель. Остальных он просто имел. Ну, наркота, но я вам этого не говорила. Официально я не буду давать показания. Он и меня хотел на наркоту посадить.
– Сейчас я вам покажу фотографию. Узнаёте? – Герольд показал в телефоне фотографию с камер наблюдения за его домом.
– Хорошо, – девушка посмотрела на фотографию, – Да, это он, Иван. Друг Ашота.
– А теперь посмотрите на эту фотографию. Вы можете опознать этого мужчину?
– Ашот? Полицейский? Ой, ну вообще. Что за цирк?
– Адрес дачи знаете?
– Нет, но я могу показать на карте, адреса не знаю. Так примерно дорогу помню.
Этого было достаточно. Дом находился в горах. Дорога там была одна.
– Санек, оправь патруль по адресу съёмной квартиры, пусть проверят, но думаю, что это дохляк. Едем на дачу.
– Может ребят вызовем? Что-то мне чутье подсказывает, что будет жарко.
– Да, свяжись по рации с отделом и передай примерные координаты дома. Пусть вызывают ОМОН.
– Так, сделано. Группа захвата выезжает. Приказано следить за домом. Самим ничего не предпринимать.
– Санек, ты должен знать, что это дело не только полиции, но и ФСБ.
– Как это? Все так запутано?
– Потом расскажу. Сядь за руль, мне нужно поработать с документами.
– Ну и нервы у тебя, Герольд, просто стальные. Как ты думаешь, это Ашот Быстрову похитил?
– Да. Но он действовал не один. За Быстровой также следил этот Вазген-Иван, его напарник. Камеры перед подъездом моего дома зафиксировали его рожу. Он на лавочке с утра сидел и ждал, когда Карина выйдет из дома. Но вопрос не в том, что они ее похитили. Они просто исполнители. Вопрос в заказчике. А вот это уже серьезно. Мы должны подстраховаться.
Санек ничего не понимал, но напарнику доверял. Он вообще боготворил Герольда, хотя никогда в этом не признавался. Он просто выполнял приказы и старался меньше думать, чтобы крепче спать.
Герольд анализировал документы, которые ему отправил Виктор на электронную почту. Было 16.00. На почту пришли данные от подполковника Самойлова. Он посмотрел невидящим взглядом в окно. Клубок начал разматываться.
Он взял телефон и написал сообщение:
«Ваши клиенты в деле. Карту местоположения объекта прилагаю. Возможно, в доме заложница. Буду на объекте через 30 минут. Вызываю подкрепление»
«Будь осторожен. Вылетаем. Наши клиенты опасны. Вызывай группу захвата»
