Текст книги ""Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

– Упали все!

Беглецы рухнули, как подрубленные. И уже ползком стали выбирать укрытие понадежнее. Вскоре, рядом появились Сашика с Номханом.

– Что там?

Аратан лишь молча кивнул на очевидное.

– Приближаются, – пояснил он. – Ровно к холмам скачут. Не привиделось бесенку, получается.

– А кто это, ясно? – маленький тигр только фыркнул, не удостоив атамана ответом.

Постепенно стало ясно, что всадники несутся двумя группами и несутся во весь опор.

– По всему видать, задние за передними гонятся, – озвучил очевидное Номхан.

В каждом отряде было по несколько десятков лошадей. Вторую группу вообще не рассмотреть, а вот первая…

– Наши! – дернулся вдруг вперед Кроткий. – Вон мой друг Хабил!

Убегающие оказались еще одной группой «парней Номхана», которые не успели соединиться с ними у горелых сосен. Видимо, за ними тоже погнались – и вот догоняли. У дауров было около двух десятков лошадей… Только вот на некоторых сидели по двое наездников, так что хорчины двигались явно быстрее. Беглецы потому и свернули к холму, надеясь, что скакать по сухому дну ручья станет удобнее.

– Черт, они прямо мимо нас пройдут, – стукнул кулаком по камню лоча. – Аратан, как думаешь, сколько хорчинов?

Сашика явно думал о драке. Хорчинская «куча» казалась раза в три больше даурской…

– Лошадей 60, может, 70, – ответил он. – Но, если монголы с заводными конями, то их там не больше сорока.

– Надо напасть! – Номхан вцепился в рукав атамана. – Там Хабил… Мы не можем их бросить!

У Аратана было сто причин, чтобы не нападать. Но даже в его сердце они не перевесят «мы не можем их бросить». А уж в сердце Сашики и подавно.

– Готовьте луки! – глухо бросил он по цепочке, приняв решение. – Я переползу чуть ближе к середине, Аратан. Жди команду.

Под обрывом уже проносились всадники неведомого Хабила. Маленький тигр увидел знакомую картину: совсем молодые воины вперемежку с 13−15-летними пацанами. Но они были и вооружены получше прежних, и вон – все на конях!

«Что ты учудил, неведомый Хабил?» – улыбнулся Аратан, медленно вытаскивая из ножен саблю.

Хорчины неслись плотной толпой. С криками, посвистами и угрозами! Они уже нагоняли добычу и предвкушали расправу.

– По доспешным не стрелять! – дошла до него команда из центра цепочки.

В отряде были настоящие батары в куяках, но совсем немного. В основном, простые пастухи с луками и копьями.

Грохот копыт стал таким, что можно смело орать в полный голос – вряд ли враги услышат.

– Стреляй! – заорал Сашика… и началось.

Дауры вскочили на колени и выпустили по первой стреле. Лупили прежде всего по передним – чтобы задние в них врезались, усилив сумятицу. Дождавшись второго залпа, атаман снова заорал:

– Кто без луков – вперед! – и примерно половина отряда рванула на врага.

С леденящим воплем и радостью в груди Аратан сиганул с обрыва. Краем глаза он заметил, что сам Сашика отчего-то в бой не спешит. Оказалось, атаман практически в полете поймал за шкирку Орла-Муртыги и велел ему нести дозор наверху: не появятся ли в степи еще враги.

«Папаша!» – хмыкнул маленький тигр и ринулся в драку.

Обрыв был не очень высоким для прыжка, но вот забраться на него обратно – почти невозможно. Значит, драться придется, не думая об отступлении.

– Эх, хорошо! – закричал маленький тигр, отбил саблей пущенный в него дротик и ворвался в сечу.

Стрелки выбили с десяток хорчинов: кого насмерть, кого раненым. Но большая часть всё еще оставалась на конях. Они встали, лишились возможности натиска, зато взялись за луки и дротики.

«Сейчас бы копье…», – вздохнул даур.

– Безоружные! – раздавал команды уже спрыгнувший атаман. – С ножами в бой не лезьте! Добивайте раненых и берите их оружие!

«Ага, – прикинул Аратан. – А с ножами у нас более десятка. Значит, надо их прикрыть пока».

С саблей наперевес он встал прямо перед всадниками. На него пошли сразу двое: простой воин с копьем и богатый батар в наборном доспехе и островерхом шлеме. Второму принять бы в сторону, да зажать наглого пешца с двух сторон, но гордый воитель решил сам расправиться с жалким врагом. «Жалкий враг» оказался не против, только встал так, чтобы доспешный перекрыл своим конем копейщика.

Увы, если конь не несется хотя бы рысью, он совсем не страшен пешему воину. Маленький тигр легко отбивал сильные сабельные удары сверху, пока, наконец, не поднырнул и не схватил лошадь за повод под самыми удилами. Теперь ею управлял даур, хорчин мог лупить пятками сколько угодно! Маленький тигр не давал тому поднять лошадь на дыбы, а сам уходил под мордой зверя то вправо, то влево, избегая ударов. Оставалось дело за малым: пропороть обе ноги батара и скинуть его прочь.

Всё это время бедный копейщик пытался обойти дерущихся сбоку – да ничего у него не выходило. Когда доспешный воин, наконец, упал, Аратан толкнул лошадиную морду влево, в сторону пастуха с копьем и рубанул по крупу. Бедная животина, обезумев от боли, ринулась прочь и почти опрокинула копейщика. Маленький тигр коротким ударом добил батара, который только силился подняться. Увы, это трудно сделать, когда на тебе такой хороший, дорогой и тяжелый панцирь, и когда мышцы на обеих твоих ногах рассечены.

Отвернувшись от свежего трупа, Аратан решил забрать копье замешкавшегося пастуха.

– Берегись!

Маленький тигр, не думая, прыгнул в сторону, и воздух справа прошило другое копье. Нда, разгонись хорчин чуть посильнее…

«Тогда я твое копье заберу!».

Аратан коротко разбежался и запрыгнул на крестец лошади, оказавшись за спиной у врага. Саблю, конечно, пришлось бросить, зато старый верный нож уже прыгнул к нему в руку и рассек хорчинское горло.

«Копье!».

Оно даже не успело упасть на землю. Даур спихнул тело набок (по счастью, ноги не застряли в стременах). Маленький тигр на коне и с копьем – ну, теперь держитесь!

– Сука! – так мог кричать только лоча.

Аратан моментально обернулся и успеть увидеть, как с Сашики, стоявшем перед еще одним доспешным воином, слетает его драная баргутская шапка. Рука с саблей вяло опустилась, а сам лоча начал падать на колени.

– Лоча! – заорал испуганно маленький тигр и ринулся на подмогу… Но никак, никак не удавалось ему пробиться туда!

Вокруг носились, прыгали, чем-то тыкали в него… Он еле успевал отбиваться. Лошадь слушалась плохо и тоже норовила скинуть наглого даура.

– Убью! – яростно рычал Аратан и своей кляче, и всем хорчинам сразу.

Он заметил, как к падающему атаману подскочил Номхан. Одной рукой тот кое-как отбивал удары злобного батара, второй – обхватил лоча и тащил его подальше от гарцующего коня.

Всадив копье во что-то мягкое и податливое, Аратан огляделся. В бой вступил уже почти весь их отряд: парни с ножами вооружились, лучники тоже стали спускаться с обрыва – в кого стрелять в такой мешанине! Но хорчины уже оправились. Хоть, отряд их минимум уполовинился, но они натали выводить коней из толчеи на простор.

«Опасно! – кричало в голове у маленького тигра. – Начнут носиться по степи и просто нас перестреляют!»

А из всех них на коне – лишь он один. И что там с Сашикой…

– Черная Река! – заорали откуда-то с дальней стороны… и это… это был боевой клич!

Аратан ничего толком не видел, кроме как то, что большая часть хорчинов отвернулась от них. Догадаться несложно: убегающие дауры неведомого Хабила увидели схватку, развернулись и тоже вступили в бой!

– Захватывайте лошадей! – заорал Аратан своим и тоже радостно заголосил. – Черная Река!

Пиная и шлепая плохоуправляемую клячу, он пустил ее в самую гущу врагов… Но те уже думали только о том, как выйти из боя.

– Уходят! – заорал маленький тигр, надеясь, что-то хоть кто-то услышит его. – Луки! Луки! Луки!

Но трудно быть командиром и одновременно находиться на острие атаки. Почти полтора десятка хорчинов вырвались из внезапных тисков и рванули в голую степь. В спину им понеслись три-четыре стрелы… Маленький тигр даже кинулся вслед убегающим, яростно нахлестывая непокорную кобылу, но быстро понял, что он такой один, выругался по-русски в спину хорчинов и вернулся.

– Хватайте лошадей! – снова крикнул он, поняв, что поневоле командует завершением боя. – Добивайте их раненых!

И ринулся к лоча. Тот лежал в сторонке, как-то странно ворочаясь и что-то мыча. Аратан с тревогой осмотрел атамана: на голове его следов крови не было, зато изо рта – прям лилось!

– Палицей по голове ударили, – Номхан сидел рядом и сразу понял, что хочет знать друг атамана. – Вскользь пришлось, и шапка спасла. Но он себе язык откусил.

Бывают стыдные раны у воинов. Когда стрела в задницу втыкается. Или конь между ног натер, что ходишь нараскаряку. Угораздило же Сашику получить такую же! Видно, орал что-то в момент удара, командовал. Вот челюсти и клацнули.

Аратан быстро взрезал бок халата, выколупал клок ваты с комками шерсти и запихал в рот лоча. Тот вяло отмахивался, но руки его были слабы и бессмысленно молотили воздух. Он пытался выплюнуть воняющую дрянь изо рта, но Аратан не давал это сделать. Наконец, сморщившись от боли в голове, тот откинулся на землю.

– Мфы? Мэвы? – прогундел он с полным ртом.

– Да-да! – закивал даур с глупой улыбкой на лице. – Мы победили, Сашика! Хорчины бежали.

– Фафеы?

– Чего?

– Фафеы! – замычал тот яростно, аж жилы на шее вздулись. – Мофые! Аэнныи!

«Потери! – наконец, понял даур. – Он всегда после драки первым делом это выясняет».

Но Аратан даже примерно не знал, сколько потеряли беглые дауры в этой схватке. О чем с виноватым видом признался атаману. Сашика только гневно ткнул пальцем в сторону и ничего не сказал.

После долгого обхода всех подряд стало ясно: в бою погибли шестеро. И еще более двадцати получили раны. Это уже вместе с отрядом Хабила, который вовремя пришел на помощь. У Хабила в отряде было 23 человека… было до схватки, конечно.

Вообще, этот «неведомый Хабил» по-настоящему поразил маленького тигра. Ибо совершенно не походил на остальных «парней Номхана». Он был старше всех: даже Номхана и Аратана с Сашикой. Кроткий послал старшего товарища к какому-то озеру Могуль, и тот не просто увел юных и горячих дауров. Нет, они организовались, ночью напали на пастухов тамошнего хорчинского рода Хэрэйд, нахапали оружие, захватили лошадей – и только потом ушли. Поэтому отряд Хабила и опоздал. Зато за ними началась уже настоящая охота.

– Несколько отрядов в степи видели: и Туйвэн, и Хэрэйд, и еще кого-то, – вздохнув, рассказывал Хабил. – Думали, проскочим… Но не повезло.

Всё это Аратан передал атаману. Сашика промычал в ответ что-то вроде того, что надо поскорее уходить. Сбежавшие хорчины приведут других. Маленький тигр был полностью согласен, но сказать легко… Их теперь уже сорок пять человек, за всеми не уследишь, до всех не докричишься. Командиров нет, некому отдать приказ, чтобы те довели до остальных. Опять же, кони – их собрали около четырех десятков, но на всех не хватало. Надо как-то распределять. А еще раненые, которым нужно помочь.

Самым сложным оказался сам Сашика. Его кое-как взгромоздили в седло, но лошадь и пяти медленных шагов не прошла, как атаман начал опасно заваливаться. Что-то в голове его работало не так: он смотрел мимо людей и плохо понимал, где верх, а где низ. Вероятно, и болела она у него страшно, но лоча не признавался.

Ну, и как тут ехать? На рысь перейти нечего и думать!

– Сажайте его ко мне, – влез вездесущий Муртыги.

– Чего?

– К спине привяжите!

– Да он тебя, кроху, на землю утянет!

– Нет! Я в седле, как клещ сижу – не выдрать! А то, что маленький – это ж хорошо. Лошадка не устанет.

В последнем малец прав. Кобыла под двумя мужиками уже до вечера из сил выбьется. Или отстанет, или всем под нее подстраиваться придется. А хорчины с заводными конями – быстры, как ветер!

В общем, привязали лоча к мальчишке, рассадили остальных, постаравшись сажать по двое самых легких (к счастью или несчастью, таких хватало). Выступили, когда солнце уже начало спускаться к закату. Пошли рысями по тому же пересохшему руслу, и к сумеркам убрались достаточно далеко. Беда в том, что и след за ними оставался такой, что не скрыть.

– Надо каменистую степь искать, – покачал головой Номхан. – Так не уйдем.

На закате сделали маленький привал. Сашика уверял своим новым шепелявым языком, что полон сил, и надо идти дальше. Дауры наскоро перекусили добытым у хорчинов вяленым мясом и черствыми лепешками, но лоча ничего из этого есть не смог. Ему бы крупы сварить. У Аратана в добыче даже котелок имелся, но времени не было.

– Муртыги, будешь в дороге кусочки разжевывать и Сашике давать. Понял? – мальчишка спокойно кивнул и принялся загодя нарезать атаманову пайку на мелкие кусочки.

Шли большую часть ночи. Номхан с Хабилом все-таки заприметили большой каменистый «язык» и поспешили свернуть на него. Чтобы запутать врага, отряд резко сменил направление и теперь двигался почти строго на север. Учитывая, что до этого беглецы нередко отклонялись на юг и на восток – это даже было хорошо. Уже незадолго до утра дозорным показалось, что далеко впереди они видят отблески света. Опасаясь, что это костры, дауры снова резко свернули – уже на восток.

До обеда отсыпались в совершенно крохотном распадке, который вряд ли мог укрыть такую массу людей и, тем более, лошадей. Зато в нем протекал крохотный ручеек – и это стало решающим в выборе места. Теперь, с конями, отряду требовалось воды намного больше.

Аратан сварил для друга немного каши. Язык у того уже не кровоточил, но сам Сашика постоянно впадал в беспамятство. На голове лоча выросла огромная мягкая шишка. Маленький тигр пока решил ее не трогать, но, если кровь застоится – придется резать.

В сумерках беглецы тронулись в путь. И это была самая спокойная ночь. Тем более, что степь уже заметно сдавала позиции, Номхан ясно видел признаки приближения Наун-реки. Даже на ночевку они встали в настоящем сосновом бору, где никто не смог бы их заметить. Разожгли несколько тайных костерков в ямах, заварили отваров. Раненых тщательно перевязали, все хорошо отоспались. Да и денек выдался таким пригожим. Почти теплым!

В общем, всё сулило неудачу.

И она не заставила себя ждать. В сумерках отряд вышел из сосняка. Поначалу ехали медленно, но добравшись до открытых холмов, пустили коней рысями. Отряд стал сдвигаться всё сильнее на восток и даже слегка к югу, так как Номхану казалось, что он уже узнает места. Солнечный отсвет еще не поглотила ночная тьма, когда голова отряда беглецов выскочила на хребет очередного холма – и застыла. Далеко внизу, в широкой котловине, вставал на ночлег большой хорчинский отряд. Монголы еще даже костров не запалили: кто-то стреножил на ночь коней, кто-то обустраивал бивак или собирал ветки и кизяк.

– Может, это какие-нибудь другие хорчины? – неуверенно спросил Хабил, все-таки дауры давно вышли за пределы родовых владений Туйвэн.

Увы, выяснять это было поздно. Пока задние ряды натыкались на передних и спрашивали: а чо случилось? – внизу тоже заметили цепочку всадников, которая отлично смотрелась на фоне еще не стемневшего закатного неба. Хорчины разом заорали, кинулись к лошадям – сразу стало ясно, что этот отряд кого-то ищет… Ну, а кого тут еще могут искать?

Нда… Вот, что называется, не повезло. Явись дауры на полчаса позже, они бы заранее увидели отсветы костров и смогли избежать встречи. Но с другой стороны, явись они на полчаса раньше, то хорчины не дали бы им небольшой форы, пока распутывали коней и собирали разложенные вещи.

Увы, шедшие во главе колонны дауры плохо распорядились этой форой. Враг оказался прямо на пути к спасению, и, конечно, они слегка растерялись. Аратан предложил бы сначала снова укрыться за холмом, а потом уже выбрать направление для бегства – пусть враг подольше погадает. Но Номхан с Хабилом сразу повернули коней налево и помчались к северо-востоку прямо по хребтине холма. Да, так было удобнее, но зато хорчины прекрасно видели, куда уходят беглецы.

– Гони! Быстрей! – дауры нахлестывали коней и пытались обогнать ветер. Аратан не мог их осуждать, потому как за спиной было слишком много хорчинов; две или, может быть, три сотни. И подпускать их близко…

Другое дело, что далеко не все могли мчать с одинаковой скоростью. Маленький тигр, который традиционно ехал в конце колонны, стал быстро пробиваться вперед и вскоре поравнялся с лошадкой Муртыги. Мальчишка изо всех сил разгонял свою клячу, и видно было, что управляет ею он неплохо. Видимо, учился этому у монголов. Сашика тоже старался. Задача его, вроде бы, и несложна: просто не упасть и не утащить за собою мальчонку. Но лоча и это плохо удавалось. Все-таки, лошадь, идущая галопом, для него и здорового была испытанием. А тут… Лоча болтало из стороны в сторону, и смотреть на это было страшно.

Аратан поравнялся с ними и пытался, как мог, на скаку придерживать атамана. Периодически он еще нахлестывал по крупу муртыгишной кобылки, когда чувствовал, что та отстает от общего темпа отряда. А держать темп важно! Дауры с самого начала хорошо оторвались от хорчинов, которым требовалось распутать коней. Но дальше всё пошло хуже. Номхан с товарищами хотел обойти монголов и двигаться дальше на восток. Последние это поняли и, пустившись в погоню, даже не пытались подняться на холм. Нет, они скакали по дну котловины и ждали, когда же беглецы свернут направо, чтобы догнать их.

«Хорчины быстрее, – ясно понимал Аратан. – Но надвигается ночь. А ночью убегать сподручнее, чем охотиться на убегающую дичь… Нам бы только скрыться с их глаз…».

Увы, донести свою мудрость до тех, кто вел колонну, он не мог. Сейчас всё внимание маленького тигра было сконцентрировано на том, чтобы лошадь Муртыги держалась в общей массе всадников, а раненый Сашика – держался в седле. Поэтому, когда вдруг выяснилось, что дауры скачут вниз, он даже не сразу понял, что случилось. Только по цепочке передавали приказ: «Наддай! Наддай!».

Оказалось, длинный холм на севере распадался на несколько снижающихся «рукавов», между которыми паводки промыли овражки. Вот в один из них беглецы и кинулись. Когда хорчины поднимутся наверх, им придется сыграть в «угадайку», либо долго искать следы в ночной темноте.

– Неплохо, – кивнул Аратан и наддал.

Увы, в тесноте оврага наддавать трудно, лошади едва не сталкивались друг с другом. Четыре десятка вытянулись в длинную цепочку, где один тормозил всех за ним следующих. Когда отряд, наконец, вырвался на широкую равнину, тут уже имелся простор для скачки, но кони беглецов уже подустали.

– Что сзади? – вопрос по цепочке передавали от головы колонны.

Аратан сам не знал, что сзади, так как позади него и лошади Муртыги находилась чуть ли не треть отряда. Так что он тоже передал вопрос и вскоре получил ответ:

– Отстали, но скачут за нами!

Это плохо. На равнине особо не повиляешь. Но Номхан с друзьями все-таки пытались. Периодически колонна дауров уходила то в какие-то заросли, то поднималась на крутой склон. Каждый раз это случалось внезапно, потому что даже головных всадников в темноте ночи нелегко рассмотреть, а уж про окрестности и говорить нечего.

Лошади дауров уже давно перешли на рысь. Они ехали по галечному берегу какой-то маленькой речушки, когда сзади кто-то истошно закричал:

– Вижу их!

Все сразу принялись понукать измотанных лошадей, те возмущенно ржали, но пытались перейти в галоп… Так скакали довольно долго, как вдруг голова колонны сменила направление.

– В воду? – изумился маленький тигр, когда дауры впереди начали сворачивать в речку. – А почему сейчас, а не раньше, когда мельче было?

Конечно, это были вопросы в пустоту. Решают те, кто впереди. Тут, в центре колонны ничего изменить уже нельзя. Оставалось надеяться, что Кроткий знал, что делал. Он ведь уже в почти знакомых ему местах.

Переправа тяжелой не оказалась, даже низкорослые монгольские кони едва замочили пузо в самом глубоком месте. Но дно речки здесь было уже не каменистым, а илистым. Аратан это почувствовал лично, так как спрыгнул в ледяную воду и потянул обеих лошадок за повод.

На берегу даже не отряхивались. Передние уже мчались вперед, куда-то во тьму. На берегу стоял только Хабил. Он подбадривал каждого выходящего из воды и говорил:

– Номхан просит ускориться. Гоните коней!

Правый берег речки оказался заметно выше и зарос редкими еще деревьями. Дауры пинали бока своих животин, толкали их вверх и вверх. И вдруг…

Из тьмы всё наскакивает на тебя внезапно. Вот и Аратан буквально оторопел, когда перед ними раскинулись ровные ряды всадников. Дауры! Десятки и десятки истинных батаров. С копьями, с луками, они решительно вглядывались в темноту. А кто-то по-хозяйски командовал:

– Вон туда! По тропке, не сворачивайте! Там будет деревня, стучитесь в любой дом, вас примут.

«Что творится?» – недоумевал маленький тигр. И в тот же миг узнал сочный голос, привыкший отдавать приказы.

Затем разглядел и самого Тугудая. Тот, особо не приглядываясь, махнул и ему: мол, давай, по тропке! Аратан решительно потащил атамана за собой, но тот заартачился:

– Штой! Штой! – Сашика решительно отвязывался от мальчишки и пытался слезть с лошади. Он явно решил остаться здесь, возможно, поговорить с бошко Тугудаем, который каким-то чудесным образом встал на пути беглецов.

«Ну, значит, остаемся», – молча кивнул даур и начал заворачивать кобылу, проверяя заодно, свободно ли ходит сабля в ножнах.

– Нет! – дитячий высокий крик накрыл собой весь местный шум. – Я тоже тутостанусь!

Сашика что-то тихо пытался объяснить несносному Муртыги своим полуязыким ртом, но тот лишь скалился в ответ.

– Я тебя… вёз тебя всю дорогу! А ты теперь!.. – слов у мальчишки было мало, зато эмоций – на весь мир хватит.

Аратан понимал, что сейчас не до споров, молча подхватил второй повод и направил обеих лошадок к войску. Беглецы к тому времени уже давно прошли по указанной тропке, а снизу нарастал грозный топот: это шли хорчины. Их передовые уже увидели ряды даурского войска и загарцевали на месте.

– Кто вы такие? – на монгольском зычно спросил Тугудай.

– Мы – люди славного Унага-нойона! – закричали разгоряченные погоней. – Мы преследуем рабов, что сбежали от нас и угнали наших коней!

– Здесь не было никаких рабов. Это земли свободных дауров, что служат великому богдыхану.

– Не может быть! Мы шли по их следам, мы видели их!

– Ночью всякое может привидеться, – спокойно ответил Тугудай. – Ваши рабы могли где-нибудь свернуть, а вы и не заметили.

– Врешь! – закричал кто-то из хорчинов. – Ты прячешь их!

– Здесь нет никаких рабов, – твердо ответил даурский бошко.

– Лживая даурская собака! Ты хочешь крови?!

– Я хочу, чтобы вы ушли с наших земель, которые нам даровал сам богдыхан. Но, если вы не уйдете – будет кровь.

Началось долгое переругивание, в котором самым главным были не слова и даже не интонации – а глаза. Кто первым дрогнет, тот и проиграл. Аратан уже немного присмотрелся и с ужасом видел, что вооруженных дауров вокруг Тугудая – вряд ли больше сотни. Даже вместе с их полудетским отрядом, дауры уступают по числу хорчинам! А бошко еще и отправил беглецов в какую-то деревню.

По счастью, в ночном мраке сами хорчины этого не видели. А игру в гляделки явно выиграл Тугудай. Потому что, еще немного погарцевав и поругавшись, преследователи развернулись и ушли вниз, к речке. Вдруг и вправду, потеряли след рабов где-то по дороге…

Тугудай повернулся и заметил своих недавних знакомцев, стоявших за первым рядом его воинов.

– Я же велел всем уйти в деревню! Что вы тут делаете?

Но Сашика с Аратаном полностью проигнорировали этот гневный вопрос. Почти одновременно они спросили о том, во что сами еще не могли поверить:

– Как вы оказались тут?

– Вчера с дальних выселков ко мне привели человека. Тот заявил, что ищет меня, что послал его Номхан… Он единственный из трех, кто выжил. А ехали те трое, чтобы сообщить мне: из хорчинских степей на свободу сбежали несколько десятков даурских… мужчин. И ведет их к свободе неведомый человек-лоча…