Текст книги ""Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава тридцать шестая
Последний удар

Следующие пять суток семья Светозаровых в основном только и делала, что отдыхала, предавалась объеданию, излишествам сна; прогуливалась по Свирепой долине и вела неспешные, философские разговоры о бытии, собственных возможностях и о приоритетных направлениях будущего.

Правда, в самом начале, сразу после праздничного застолья по поводу спасения сестры, Торговцу пару часиков пришлось интенсивно пометаться между мирами. Готовя, так сказать, почву для последующих дел и свершений. При этом он оставил нового друга Прусвета в королевстве Ягонов, поселив в своей башне главного королевского шафика и дав разрешение обживаться как следует. Но и совет добавил: ни в коем случае не соваться к Зеленому Перекрестку. Кажется, разумный кальмар проникся, хотя и выразил недоумение:

– А мне чего бояться этого хохочущего тумана? Был бы только камень, я в нем всегда спрячусь.

– Все равно: без нас туда – ни щупальцем! – настоял главный королевский шафик. – Тебе тут и так работы на неделю хватит, а там и мы с приборами заявимся.

Зато потом Дмитрий и сам уже ни на что не отвлекался, и его больше никто не беспокоил.

Вследствие чего пять дней прошли как в сказке. Все трое Светозаровых и Хотрис, ставший словно четвертым членом семьи, обошли почти весь замок графа Дина, осмотрели значительную часть академии и побывали в самых красивых уголках Свирепой долины. Тем более что достопримечательностей хватало и обсуждение каждой из них доставляло истинное удовольствие.

Но пожалуй, самой бурной реакция всех оказалась на маленького пегаса, который недавно родился в замковых конюшнях. Визит состоялся в финале тех пятых суток, о которых шла речь, и по всем признакам прошел знаменательно. В выражении восторга трое взрослых нисколько не отставали от юного Торговца, а уж погладить подрагивающего жеребенка по мягкой шерстке, а потом и потрогать гибкие, словно шелковые крылышки хотелось всем невероятно. Наверное, поэтому при этом посещении специального загона не обошлось без некоей толики мистики и чуда.

Дело происходило под неусыпным, жутко ревнивым присмотром мастера Хитса, главного конюха, который с полным правом ставил именно себе в заслугу как уход и восстановление изуродованной лошади-пегаса, так и последующее выведение потомства. В свое время он для этого на какие только ухищрения не шел. И денег требовал от хозяина долины, и магической помощи от целителей, и доставки в долину каких-то уникальных жеребцов с Авроры, седьмого континента мира Зелени. То есть предпосылки к чуду изначально закладывались не на пустом месте. Неуемная вера, доходящая до фанатизма, организаторские способности плюс уникальный уход и забота словно о родном человеке, и вот результат: божественное создание, размахивая для равновесия крыльями и смешно взбрыкивая ногами, забавно носится по загону, под озабоченное ржание своей покалеченной матери.

Изначально мастер Хитс встретил визитеров еще вдали от загона и сразу не постеснялся выдать целую серию указаний-предупреждений:

– Близко к ограде не стоять, пегасы нервничают. Громко не разговаривать и не ахать, им это не нравится. Руки, тем более внутрь, не протягивать, запросто Дива откусит. Ну и не вздумайте бросить маленькому Вихрю какой-нибудь сухарь или морковку.

– Хитс! – попытался приструнить его граф Дин. – За кого ты нас принимаешь? Никто Вихрю или его мамаше зла не желает. Да и закармливать мы их не собирались. Тем более при твоем неусыпном контроле… разве их угостить хоть кусочком сахара…

– Сахар им нельзя!

Между прочим, данные пегасам имена тоже исходили от главного конюха, и он очень любил улавливать даже само звучание этих слов, непроизвольно улыбаясь при этом. Но сейчас, словно предчувствуя грядущие нарушения дисциплины в своем ведомстве, нахмурился и стал строже некуда:

– Им вообще нельзя ничего лишнего или постороннего, выбивающегося из установленного рациона!

Все визитеры грустно вздохнули, потому что перед отправлением на конюшню и в самом деле распихали по карманам не только кусочки сахара, но и сухарики с морковками. Но когда дошли к загону и уставились на невиданное зрелище, сразу подзабыли про припрятанные угощения. И без того было чем полюбоваться и что обсудить восторженными восклицаниями.

Разве что когда первые страсти чуть улеглись, Дмитрий негромко поинтересовался у мастера:

– Неужели и в самом деле может руку откусить?

– А то! Ты же сам видел, какие у нее зубы! – с восторгом стал отчитываться Хитс, словно сам был бы рад пойти на прокорм к такому чудесному, волшебному созданию. – Это когда твое сиятельство только доставил калеку к нам, она была еле жива и ласкова со всеми. А сейчас она – дикий зверь! Только меня внутрь загона и пропускает. Ну а когда я стою рядом с Вихрем и глажу ему шерстку щеточкой, она караулит у меня за спиной и дышит шумно прямо в ухо. Так и кажется: вырази малыш недовольство лишь коротким ржанием или даже движением – так мне голову его мамочка и откусит. А у меня от страха и ликования волосы дыбом встают!

Хозяин замка удивленно кивал и двигал бровями, но потом до него дошла главная несуразность такого воспитания:

– Слушай, мастер! Но так ведь тоже нельзя. Если это истинный, всамделишный пегас, то в будущем он, по всем логическим понятиям, легко должен поднять в небо кого-то из людей.

– Ничего он не должен! – сразу озлобился главный конюх, поглядывая на графа, словно на опасного змея. – Эти благородные существа созданы только для красоты, любования, восторга и поклонения! Какие могут быть полеты?! Им бы хоть свое тело поднять в небо. Куда уж волочь на себе человеческую тушу?!

– Ну почему – тушу? – не сдавался и гнул свою линию Торговец.

А его супруга сразу поддержала скромным замечанием:

– Тем более что женщины гораздо легче. Особенно те, кто следит за своей фигурой.

Хотрис тоже, нисколько не стесняясь, безмолвным не остался:

– А я так вообще сорок килограммов вешу. Пока.

Мастер от такого напора прямо-таки испугался:

– Да вы что, сговорились? Или шутите? Может, вы сразу Вихря хотите зарезать и на колбасу пустить?! Бедное животное, вместо того чтобы радоваться жизни и полной свободе, будет надрываться в рабской упряжке.

– Э-э, дружище! – стал уже и Торговец возмущаться. – Так ты договоришься, что мы и на лошадь никогда больше не сядем.

– Так то – лошадь!

– А это – пегас!

– Это будет насилие!

– Нисколько, если человек просто будет дружить с умным животным.

Пока они вот так спорили, главный конюх и голос повысил, и руками стал размахивать, и к хозяину долины почти всем корпусом повернулся. Поэтому в горячке разговора и не заметил, как Вихрь оказался рядом с оградой, а юный Хотрис без всякого раздумья сделал шаг вперед, протянул руку и погладил любопытную мордашку жеребенка. Тот отнесся к такому жесту знакомства вполне лояльно и с явным интересом.

Зато его мамаша и в самом деле обеспокоилась. В два прыжка оказавшись рядом, она, всхрапнув, показала свои внушительные зубы и стала протискиваться между своим чадом и оградой. Вот тут и Елена показала бесшабашность: тоже шагнула вперед и без тени страха потрепала Диву по шее. Когда та замерла от неожиданности, то и вторая рука принялась гладить гриву.

К тому моменту мастер Хитс уже обернулся, но ничего из себя, кроме сдавленного мычания, выдавить не смог. Граф Дин, видевший каждое движение изначально, испугался гораздо меньше. Мало того, он еще и пробормотал во всеуслышание:

– Даже если и укусит за руку, то мы сразу рану залечим.

Но Дива и не думала кусаться. Кося глазами на жеребенка, которого все больше и смелей гладил Хотрис, она ткнулась губами в плечо Елены, затем потянулась к рукам осмелевшей Александры и уже в следующий момент захрустела первым угощением в виде внушительной ярко-красной морковки. Дальше процесс знакомства, поглаживаний и угощений перешел в совершенно иную, практически неуправляемую стадию. Хотрис первым проскользнул в загон, за ним то же самое сделали и женщины, и уже там они по очереди то скармливали пегасам принесенные лакомства, то нежно гладили Вихря, с особым восторгом прикасаясь к нежным и мягким, словно толстенный шелк, крылышкам.

Тогда как на долю хозяина Свирепой долины досталось успокоение главного конюха. Причем держать руками мастера не пришлось: тот и так стоял, словно окаменев. Разве что мотал ошарашенно головой да удивленно восклицал:

– Гляди! Не укусила!..

То есть до того он был полностью уверен в сильной травме любого человека, который бы осмелился подойти к маленькому пегасу на близкое расстояние. А сейчас смотрел и глазам своим не верил. Когда его восклицания несколько поднадоели, Дмитрий попытался подвести итог увиденному действу:

– Вот видишь, дружище, пегасы сами готовы идти на контакт с человеком.

– Но ведь остальных конюхов Дива чуть и в самом деле не покалечила! – возражал Хитс. – А любого, кто приближался к загону, она отпугивала угрожающим ржанием и грызла зубами доски ограждения. Даже Арчивьелов пыталась укусить.

– Может, это лишь в первые дни? Пока Вихрь не подрос?

– Да я и сейчас уверен, что никого Дива ни к себе, ни к малышу не подпустит, – заверял мастер. – А вот их…

– Почему только их? Меня крылатая лошадь тоже не тронет.

С этими словами Торговец шагнул вперед, подзывая свистом животных к себе и протягивая на ладони пару кусочков сахара. Подошла только Дива, но сахар подцепила губами аккуратно и уважительно.

– Вот видишь!

– Ну, это она тебя помнит. Ведь ты ее от смерти спас и в наш мир доставил. – Главный конюх даже запыхтел от ревности, но дальше выдал интересную сентенцию: – Наверняка между вами есть нечто общее: она могла бы летать по небу, а ты летаешь между мирами.

– Хм! А ведь верно ты подметил, – задумался граф Дин. – Но ведь мы не все…

Да так и замер на полуслове. Если за себя и Хотриса он был уверен, они оба умели перемещаться в иные миры, то вот по поводу женщин так однозначно думать нельзя. Ладно еще Александра, она уже сейчас имела уникальный дар предвидения опасностей и еще много чего полезного как для начинающего, но довольно сильного мага. Воскрешение в волшебной суспензии после страшной гибели разбудило в ее теле массу уникальных возможностей. Вероятно, что и створ между мирами она со временем станет различать, а потом и самостоятельно выходить в межмирское пространство. Во всех иных ее талантах еще следовало хотя бы разобраться в ближайшие годы.

А вот что с Еленой? За прошедшие дни брат с сестрой о чем только не переговорили, что только не обсудили и на какие только темы не общались. Естественно, что подробные детали самого перехода между мирами Дмитрием описывались и рисовались со всем тщанием: слишком уж ему хотелось, чтобы единственная родственница оказалась, как и он, представителем общности Торговцев. Да только, увы, сестра никогда створов не замечала, чего-либо странного в своих умениях не находила и ничего мистического в своей жизни не пережила. Если не считать, конечно, сам факт ее исчезновения из города Лодзь и последующее трехмесячное отсутствие неизвестно где.

Но ведь вот оно, чудо! Прямо на глазах графа Дина и мастера Хитса покалеченный пегас, скорее всего, единственный из подобных созданий, явно проводил параллели между людьми, умеющими перемещаться между мирами. К ним со стороны Дивы совершенно одинаковое, уважительное отношение. А почему?

С другой стороны, за те же три месяца в тринадцатилетнем возрасте с Еленой могло произойти невесть что. В том числе и непроизвольная инициация Торговца, когда человек совершает первый переход между мирами не просто неосознанно или спонтанно, а в результате сильного, а то и смертельного стресса. Насколько Дмитрий помнил свои первые впечатления от проснувшегося дара, так уже сам факт, что он тогда чудом избежал собственной смерти, а потом еще некоторое время не мог припомнить, что именно случилось, говорил о многом. То есть начинающий ходок между мирами получил такой шок, что произошла кратковременная потеря памяти. Во время этой потери он ни створов не видел, ни самой сути случившегося не помнил. А что это могло значить в случае с Еленой?

Вариантов много, но фантазия сразу подбросила самый интересный, который в воображении замершего возле ограды Торговца предстал единой и цельной картинкой. Вот его родители вместе с сестрой отправились на прогулку в парк. Вот их похищают неизвестные злоумышленники. А может, происходит какой-то сбой пространства между мирами, и они попадают неизвестно куда. Причем место попадания могло оказаться неординарным, скорее всего, даже экстремальным для провалившихся туда Светозаровых. То же самое по экстремальности могло относиться и к месту тюремного заточения, если людей похитили.

Естественно, что тринадцатилетняя девочка только и мечтает в таком случае об одном: попасть домой. Как угодно попасть, какими угодно способами, переводя это желание в разряд подспудных, инстинктивных, не зависящих от разума. Мог в таком случае проявиться дремлющий, еще не набравший нужной силы дар? Трудно сказать, потому что Дмитрий не имел ни книг на эту тему, ни личных статистических наблюдений. Но ведь мог! По всей логике путешественника между мирами – мог! Значит, тринадцатилетняя девушка каким-то чудом, в момент критического перехода на высшую ступеньку, а то и нежданного пробуждения дара, могла вырваться неизвестно откуда и очутиться в родном городе. Вполне понятно, что она при этом чуть ли не смертельно «надорвалась», потеряла память и лишилась большой части своего физического резерва. Практически спонтанный перенос использовал все, что только мог. В том числе и некоторую часть мышечной ткани и все жировые прослойки. Потому Леночка и стала выглядеть на два года младше.

Гипотетический вариант, но ведь вполне возможный!

Теперь только оставалось исследовать некоторые параллели и провести сравнительный анализ не только с собой, но и с Хотрисом. И естественно, что с этим делом лучше всего справится именно Эрлиона.

«Наверняка “детка” уж за эти пять дней отдохнула от наших визитов, – рассудил Дмитрий. – Пора к ней наведаться».

Приняв такое решение, он вернулся из своих грез, присмотрелся к расшалившимся визитерам, на которых мастер Хитс взирал уже с безысходной тоской и унынием, и захлопал в ладоши:

– Девочки и мальчики! Предлагаю оставить маленького Вихря в покое, может, и в самом деле не стоит закармливать Диву внештатными продуктами. У меня тут наметилась некая срочная программа обследований, поэтому давайте навестим нашу милую Эрлиону и попросим у нее помощи.

– Так вы идите, – невинно посоветовала Елена. – А я еще немного с пегасами побуду.

– Сожалею. Но как раз твое присутствие на предстоящем обследовании меня больше всего интригует.

– Это он любит, – пожаловалась Александра, сама первой тем не менее дисциплинированно отправившись к ограждению. – Опыты проводить над другими. Но если раньше ему вначале следовало выловить Титела Брайса и оторвать того от важной работы, то теперь он без угрызений совести сразу бежит к Эрлионе и нагружает бедную малышку своими проблемами.

Женщины уже выбрались наружу, тогда как Хотрис делал это неспешно, стараясь напоследок просто обнять игривого Вихря за шею.

– А когда мы еще сюда придем?

– Скоро.

– Может, я позже сам могу?

– Нет. Пока не можешь! – До сих пор Дмитрий боялся отпускать от себя геройского юношу дальше чем на пяток метров. – Да и не только ты. До встречи, мастер!

Главный конюх только и успел пожать на прощание руку графа, а потом тот сразу исчез вместе со своими спутниками.

Вся четверка очутилась возле бассейна с магической сущностью, и уже там Александра с нажимом спросила:

– Что ты имеешь в виду?

– Дорогая, ты и так самая дисциплинированная, ни на шаг от меня не отходишь. А теперь вот пришла пора и с Еленой разобраться.

Сестра Дмитрия улыбнулась и соглашательски кивнула:

– За двадцать лет так соскучилась, что и сама не отстану.

Зато такое положение вещей не понравилось молодому Торговцу:

– Так мы теперь что, вот так вчетвером целых двадцать лет ходить будем?

Чувствовалось, что для него личная свобода не пустой звук и непрерывную опеку взрослых он долго не выдержит. Но на это граф Дин Свирепый Шахматный ответил весьма расплывчато:

– Время покажет, как мы ходить будем. – Потом он сделал паузу, очевидно завершая мысленный разговор с магической сущностью. – Вот и отлично! Эрлиона нас всех четверых приглашает покататься. Занимайте сиденья вертушки.

Сам уселся первым, и сиденье вместе с ним скрылось в искрящихся переливах. Когда расселись и остальные, вертушка сдвинулась с места в своей привычной манере: вверх-вниз и с постоянным ускорением. Но вскоре и наметились первые различия: каждый постепенно смог разглядеть лица остальных троих людей, словно те находились в конце туманного туннеля. Причем лица с каждым взлетом или падением становились все ближе и отчетливее, а когда оказались на расстоянии вытянутой руки, то стали покрываться и соединяться между собой вначале десятками, а потом и сотнями лучиков ярко-желтого света.

Объяснения со стороны Эрлионы не раздавались, между собой людям тоже оказалось говорить невозможно, так что оставалось только догадываться о сути эксперимента. И только один Торговец знал, что проводится скрупулезное сравнение тел по всем возможным для восприятия магической сущности параметрам. Вопрос стоял ребром: что есть у Елены и Александры такого, что обязательно присутствует в теле Дмитрия и Хотриса?

Трудный эксперимент, скорее всего, и безрезультатным окажется, но попробовать стоило в любом случае. Тем более силами уникальной магической сущности. Другой вопрос: сколько для окончательного сравнительного анализа понадобится времени? Исследуемым показалось, что немного, но, когда они выбрались из вертушки, оказалось, что прошло почти пять часов. Александра даже рассердилась из-за этого на супруга:

– Хоть бы сказал, в чем дело!

– Вот сейчас наша малышка и расскажет. Готова?

– Можно и так сказать. – В голосе Эрлионы не слышалось запала и присущего ей оптимизма. – Если рассуждать с позиции единых для Торговцев свойств организма, то мне следует сделать в ближайшее время подробный осмотр еще десятка квартетов иных людей. Потому что у меня нет базы данных для сравнения. Ведь если вы все путешественники между мирами, то и различий между вами не отыщешь.

– Эх! И в самом деле! – расстроился покаянно Дмитрий. – Моя вина, не продумал.

– Да я это сразу поняла, но все равно эксперимент начала, – фыркнула магическая сущность, словно делая замечание ее не перебивать. – Так что пока утверждать, что Елена или Александра – это явные кандидаты в клан Торговцев, не берусь. А вот иных различий между вами имеется неисчислимое множество. Причем явно магического свойства. Здесь тоже мне трудно определить, что и к чему конкретно соотносится. Но я сравниваю некие силы магии с теми Маурьи и Арчивьелами академии, которых уже до сегодняшнего дня тщательно обследовала. Конечно, много там спорного и странного, о чем вообще пока рано заявлять во всеуслышание. Но есть и парочка очень впечатляющих моментов. Например: мне удалось выделить орнамент силы, которая сопутствует целителю, умеющему отыскать любого иного, но хорошо знакомого ему человека в данном мире. Так мы проводили опыты с одним Арчивьелом, который утверждает, что видит своих сестру и отца и даже точно знает, где те в тот момент находятся, что конкретно делают. Мало того, он может наблюдать и за главным обидчиком из своего детства, который живет по соседству с родительским домом. Все обитают на другом материке, так что пока мы еще письменных подтверждений в ответ на наши запросы не получили. Но уж слишком отличается выделенный мною орнамент силы от всех остальных магических потоков.

Наступившую паузу Торговец в нетерпении заполнил вопросом:

– И как нам теперь этот орнамент в себе рассмотреть, а потом и использовать?

– Да я и не говорила, что вы все эту силу имеете. Она есть только у Александры.

– О-о-о! – поразилась Шура. – А почему я до сих пор о ней и не догадывалась?

– Ее еще надо уметь разбудить, – принялась поучать Эрлиона. – А потом еще и направить в нужную сторону.

После этого полчаса велась лекция по данному вопросу. Причем даже Хотрис слушал с неослабевающим вниманием, с оттопыренными ушами и с приоткрытым ртом. Настолько казался увлекательным урок колдовства в изложении магической сущности. Но в итоге «поисковый орнамент», как отныне решили называть данную силу, графине не только удалось прочувствовать, но и начать правильно им пользоваться. Только вот тут сразу последовало от учительницы предупреждение:

– Мама Саша! Не забывай: ты можешь представить себе только конкретного, хорошо знакомого человека и только в том случае, если он находится в мире Зелени. В другом случае ничего, кроме боли, от перенапряжения ты не получишь.

Но Александра вроде как и не собиралась перенапрягаться:

– Будь мы хоть на Земле, никого из родных или близких я не помню. Мать… – Она вспомнила опустившуюся женщину, вечно пьяную, которая за свою жизнь ничего, кроме горя, дочери не принесла, и нервно сглотнула: – Умерла. Разве что одну свою подругу по детскому дому увидела бы с удовольствием.

Дмитрий поспешил обнять супругу за плечи и прижаться губами к шее. Хотелось утешить и оградить от неприятных воспоминаний. Хотя в тот же момент остро пожалел, что ни у него, ни у Елены такого поискового орнамента не обнаружилось. Они бы сразу, не раздумывая, приступили к поиску родителей. Хотя тоже не факт, что враги или похитители не могли оказаться из иного мира, а значит, и отыскать их было бы в любом случае почти нереально.

Но зато упоминание о врагах заставило Торговца встрепенуться:

– Подругу тоже обязательно отыщем, а вот по поводу наших недоброжелателей… Может, ты попробуешь директора своей конторы отыскать? Или того же подлого миллионера Бонке? Он в последние дни как-то исчез из поля зрения сыскных агентств.

– Правильно! Такие, как Пыл Пылыч и Каралюх, не должны портить атмосферу! – загорелась местью Александра. – Прыгаем на Землю!

И даже шаг сделала перед собой, словно это именно она сейчас перебросит всех остальных за собой.

– Ну нет, не так быстро! – воскликнул Дмитрий, останавливая жену за руку. – Мы и так на ужин опоздали. Так что война войной, а еда – по распорядку. Ну и никуда твой бывший шеф от нас до утра не денется. А на свежую голову мы его быстренько определим куда следует. – И, уже перенося свою семейку в графские апартаменты, добавил: – Перед тем еще придется на Ситулгайн заскочить да в Ягоны наведаться. Ну и в Кабаньем осмотреться.

– Начнем допрашивать Купидона? – деловито поинтересовался Хотрис, усаживаясь за стол рядом с давно восседающим там Тителом Брайсом.

Пришлось ему напомнить:

– Без Прусвета мы его из стены не вытащим. Так что Ягоны все равно раньше у нас по пути. Но! Вначале мне следует побывать на родине разумных кальмаров, причем самому. Атмосферы там нет, как таковой, так что я отправлюсь в гости сам, в скафандре. И вот только после этого мы займемся оболочкой Кабаньего и новыми попытками попасть в замок Свинг Реальностей. Как возможность и время появятся. А теперь всем внимание: никаких разговоров о делах. У нас последний спокойный ужин перед следующей рабочей неделей. Говорим только хорошее и жутко интересное. Приятного аппетита!

Зато на следующее утро Торговец и в самом деле принялся интенсивно разгребать накопившиеся дела и выполнять давно данные обещания. Причем они так и путешествовали вчетвером: он, любимая жена, любимая сестра и молодой стажер, которому он во время переходов постоянно бубнил правила, законы и раскрывал профессиональные секреты человека, умеющего передвигаться в межмирском пространстве.

Вначале наведались в Ситулгайн, самый технически развитый мир, известный Торговцу. Там он показал свой дом и объяснил расплывчатый статус местного Советника:

– Это как обращение на Земле к некоторым «господин доктор». Тот и лечить порой не умеет, да и доктором себя считает только в производстве одного сорта пуговиц, зато солидно звучит и позволяет самому себя уважать. Так и здесь: ничего не умею, почти ничего не понимаю, зато наловчился иждивенчески пользоваться плодами здешней цивилизации.

Знакомство с Шалвенгройзом, дворецким господина советника, прошло излишне чопорно и официально. Но иного и не получилось бы. Как только высоченный служитель узнал, с кем он знакомится, его словно заклинило на выполнении всех церемониальных действий. Пришлось Торговцу убедительно попросить:

– Шалвенгройз, дружище! Нам очень некогда, и званый обед устроишь для нас во время следующего визита. Договорились? И не смотри на меня так, словно удав на лягушку, я тебя не боюсь. Лучше скажи: что там наш уважаемый сосед-академик делает? И что там с нашими заказами?

Стоило видеть, как тяжело и шумно выдыхал расстроенный дворецкий:

– Господин Курстюнгрьюм только четыре с половиной часа как нанесли последний визит. Он оставил вот эти сумки с аппаратурой и инструкциями по ее использованию, а сам отправился за первой партией оружия и обмундирования. Обещался доставить к сегодняшнему вечеру.

– Отлично, мы это забираем. Ну а Курстюнгрьюму передай: пусть свозит весь заказ сюда и мы постараемся забрать все это завтрашним вечером. Кстати, о своем обещании и его прихватить я тоже не забыл. Если хочет, пусть приготовится и из дому далеко не отлучается.

Видно было, как дворецкий хочет поведать последние, самые важные новости этого мира. Он даже начал пересказывать скороговоркой, наплевав на свою солидность и степенность:

– Со вчера ввели обязательный закон, при котором карта телепортаций всегда должна находиться при любом гражданине и быть заполнена до того, как производится перемещение. Это вызвало сильные волнения среди народа, решившего, что посягают на его свободу. Сегодня…

– Все! Я понял – это надолго, – перебил советник своего дворецкого. – А нам страшно некогда. Есть еще какие-нибудь дела, которые ты не сможешь решить без моего участия?

На этот традиционный вопрос последовал не менее традиционный высокопарный ответ:

– Таких дел нет!

– Вот и отлично. А как у тебя со средствами на ведение хозяйства? Достаточно?

– В который раз напоминаю, господин советник, что ваши средства тратятся умеренно, и при этом накопления на счету постепенно увеличиваются благодаря правильной политике и выгодному обороту имеющихся капиталов. Разве что у меня еще одна идея мелькнула.

– Согласен с ней заранее и даю свое добро! До свидания!

И даже не дожидаясь, пока женщины раскланяются с дворецким, Торговец переместился в Ягоны, не забыв и сумки прихватить. Первым делом сказал несколько фраз по внутреннему телефону, связавшись с Бонзаем, а потом, разведя руки в сторону, указывая на стены громадного холла, сложенные будто бы из гигантских валунов, он воскликнул:

– И как тебе обитель колдуна?

Пока его сестра осматривалась по сторонам, жена укорила за поспешность при прощании в мире Ситулгайн. Пришлось дать краткие пояснения:

– Если уж Шалвенгройз оседлает своего конька по обороту свободного капитала, то может как клещ вцепиться на несколько часов. Оно нам надо? Помимо истинного таланта дворецкого в нем еще и великий финансист пропадает. Причем настолько явный и талантливый, что содержание всего огромного дома мне с момента покупки и оснащения ничего не стоит.

Наконец и Елена высказала свое мнение про обитель главного королевского шафика:

– Впечатляет! Словно в сказке! И много у тебя таких жилищ?

– Подобная башня пока только одна. Но хочу нечто схожее, еще больших размеров построить и в герцогстве Томной Печали. Вот увидишь, насколько тамошний мир Лейшанов удивителен и прекрасен. Хотя место для жительства на иных облагороженных землях выторговать оказалось на удивление трудно. Только и сумел, что случайно приобрести страшно убыточное герцогство по цене двух мешков картошки.

Вот тут сестра Дмитрия и высказала впервые свое сокровенное желание:

– А как мне приобрести, вернее, как заработать на свой дом? – Заметив, как брат расширил глаза от удивления, она поспешно стала объяснять: – Понимаешь, мне всегда хотелось иметь свой домик. Пусть маленький, всего на две спальни, но только мой, персональный. И чтобы никто, ну кроме тебя и Саши, не имел права там появиться без моего разрешения.

Подобная прихоть считалась вполне оправданной, если припомнить, что Елена прожила двадцать лет практически в рабстве. Где бы она ни находилась, в любой момент туда мог войти либо представитель охраны, либо прислуга, попутно выполняющая в гареме роль надсмотрщиков.

Поэтому Дмитрий лишь успокоительно кивнул, поцеловал сестру в щечку и только после этого добавил:

– Как мне кажется, работы для тебя будет очень много. Причем работы очень высокооплачиваемой. Так что приобрести для себя любую недвижимость ты сможешь где угодно и каких угодно размеров. А если тебе хочется немедленно определиться, то смело покупай все, что тебе понравится. Оплата с меня, а если тебе хочется полной самостоятельности, то вернешь деньги, когда заработаешь. Тем более что есть сразу несколько вариантов прямо в этой столице. Взгляни в окно.

Пока они обсуждали несколько виднеющихся зданий, прибыл его величество Бонзай Пятый. В сопровождении Аристарха и еще нескольких младших шафиков, которые специализировались на самой современной вычислительной и съемочной технике. Опять состоялась короткая процедура знакомства, которую Торговец в официальной части свел до минимума. Пока сестра пыталась присесть перед монархом в реверансе, он обнял Бонзая за плечи и стал наставлять:

– Ну вот, теперь у тебя уже две сестры: Саша и Лена. И если я буду в дальней командировке, ты должен их опекать вместо меня.

– Это еще кто кого, – не удержалась стоящая сбоку Александра, а веселящийся король только хмыкнул:

– Слышь, Дин! Как тебе в последнее время везет! – Затем стал загибать пальцы: – Супругу себе заимел, сестричку отыскал, теперь только и осталось, что маму найти вместе с папой, и станешь весь в шоколаде. Здорово!

– Да, хорошо бы. – Напоминания о родителях вызвали короткий вздох и жажду дальнейших действий. – Что там с Ледяной Владычицей?

– Прекрасно! Уже почти полностью восстановилась после катастрофы и совершает экскурсии по городу и его окрестностям. При этом у нее частенько вырывается: «Почему я решила, что здесь мои враги?» Канги у нее по струнке ходят и, кажется, заранее простили все бывшие прегрешения. Попутно усиленно отговаривают Леду от публичного покаяния, которое та намерена вначале провести здесь, а потом и у себя на острове. Сегодня вечером я ей обещал показать Зеленый Перекресток.