Текст книги ""Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава тридцатая
Прорыв

Когда Азандель увидел Прусвета и понял, кто перед ним, он минут пять только беззвучно открывал рот и светил выпуклыми белками глаз, словно фонариками. С его опытом и немалым знанием он сразу осознал, насколько дух камня может быть полезен во время пересечения последнего участка лабиринта.

А за это время граф Дин попытался с помощью слияния сознанием сбросить другу весь ментальный пакет полученной информации. Делали они это впервые. Если у Торговца подобное получилось с Крафой при обмене информацией о плагри и о мире, где нет правительств, то почему не может получиться с сильным и разносторонне развитым магом, коим является достопочтенный иномирец Живой Ужас?

Вопрос оказался праздным: все удалось на «отлично»! Разве что принявший информацию озадаченно и интенсивно растирал голову сразу тремя щупальцами и приговаривал:

– Такое впечатление, что ты у меня кровь в мозгу вскипятил… – и тут же добавил: – Вернусь-ка я к знакомому тэйгу да поспрашиваю у него. Вдруг он какую идею подскажет, как от него росток сохранить?

– А может, со здешним посоветуемся? – предложил Дин. – Тут весь подземный мир так взаимосвязан, что не удивлюсь, если о тебе уже все деревья знают.

Тут вошла амазонка с ребенком, встревоженным взглядом спрашивая у возлюбленного, как прошел разговор и что делать дальше. У того сразу прорезалась речь, и он обрадовал супругу:

– Все отлично! Отправляемся в большой мир! Собирайся! А я дам сигнал немедленного сбора и выхода всем нашим!

Он вместе с иномирцами вышел из жилища и направился к своим друзьям, которые стояли неподалеку, ожидая итогов эпохальной для них беседы. Что-то сказал им, и те быстро разошлись.

– Сейчас будут готовы, – сообщил Карольд, вернувшись, и показал рукой: – Здешний тэйг вон там.

Пока шли к местному помещению для умывания, Светозаров спросил:

– А одежду для детей где берете? Да и для женщин, для себя?

– В свободных кельях певуний. Это – самые крайние две пещеры в каждом из пяти рядов. Тоже, можно сказать, чудо местного разлива: забираешь одежду, постельное белье, а ровно через сутки там все новое лежит на прежних местах.

– Интересно-то как… – пробормотал Торговец, уже вторым потоком сознания, вместе с Прусветом, начав общение с удивительным и в самом деле частично живым деревом. – Получается, что в пещеры ведется постоянная поставка необходимого минимума?

– Ну… получается, что так…

– Сколько вас пойдет с нами?

– Кроме моей семьи, еще четыре рыцаря и шесть амазонок с семью детьми.

– Э-э-э? А женщин лишних, да еще с детьми, зачем брать?

– Так они не лишние! – горячо возразил Карольд. – Просто два рыцаря имеют по две жены, а одна женщина успела родить за последние полтора года два раза.

Графу явно не понравилась такое увеличение численности отряда:

– Да уж! Это нас надолго задержит!

– Да нисколько! – от местного ветерана так и рвались во все стороны флюиды немедленного и самого активного действия. – Пока вы до Мерзавки доберетесь, мы постараемся вместе с господином Праймером основную партию переправить. Вы захватите только оставшихся.

– Не понял… А как это вы раньше нас до первой реки доберетесь?

– Ах да! Вы же ничего не знаете о «последнем праве». Мы все, в том числе и Яша, пройдем пещеры певуний без остановок, ибо мы свободны в выборе. А вот тебе и паре твоих побратимов придется отдать час любви самым жаждущим вас амазонкам. Это обязательно. Да и избежать такой обязанности новичкам никогда не удавалось при всем желании.

– А-а-а… всего лишь? – Светозаров облегченно рассмеялся. – Ну, с этой проблемой мы справимся, силенок у меня хватит… Жене я изменять не собираюсь, хоть бы там жаждущие всего мира собрались.

По ходу своего общения с тэйгом он поднял руку и прикоснулся к свесившейся паутине, не слишком-то и обратив внимание на бормотание Карольда:

– Справитесь? Сомневаюсь, честное слово… Там такие силы заряжены, что и сам Высший Протектор не справится. Ускользнуть никак не получится, да и иной дороги не существует… К тому же разве это измена? Это своего рода последний жест благодарности от самых целеустремленных, ловких и настойчивых. Чтобы они ушли, оставив хорошее потомство… Это плата за здешнее гостеприимство…

Руки Дмитрия и щупальца Прусвета продолжали соприкасаться с белыми вуалями. Диалог с древом, если можно было его так назвать, шел вовсю. Предположение оправдалось – тэйги были как-то связаны друг с другом. Новость о некоем летающем иномирце, который сумел вступить в общение и упросил дать ему росточек, уже прошелестела по миру местной флоры, и за новыми советами идти в самую первую пещеру охотниц не было смысла.

Как стопроцентно обезопасить росток и возможно ли его пронести через реки, отшибающие память, чудо-древо не ведало. Оно вообще впервые слышало об этих реках. Но несколько полезных советов по сбережению собственного потомства дало. Причем таких советов, которые наверняка бы и семидесятидвухлетнему Азанделю пригодились, умей он установить контакт с тэйгом.

Получив эти советы, Торговец и Прусвет отошли в сторону и окружили силовыми полями и коконами герметической защиты имеющиеся у них каштаны, росток и местные фрукты, о которых никто не помнил на поверхности.

Вскоре собрались все соратники Азанделя, с вещами за спиной, оружием и детьми на руках.

– Мы готовы! – заявил Азандель и тут же настороженно затих под внимательным, буравящим его взглядом графа.

Как оказалось, тот еще не все выяснил, оставив наиболее важный для себя вопрос напоследок.

– От того, как ты сейчас ответишь, будет зависеть наше дальнейшее сотрудничество и взаимопомощь, – начал Дмитрий с максимальной серьезностью. – Скажи мне, почему ты не любишь, а скорее всего и ненавидишь Высшего Протектора?

Карольд ни мгновения не колебался с ответом:

– Да потому что именно эта сволочь виновата в том, что вокруг нас творится!

И замолк с разгоревшимися глазами, будто в одном предложении умещалась вся правда, весь гнев и вся глубина содеянных преступлений. Естественно, что иномирец не понял всей глубины:

– Согласен, Крафа еще та пиявка, но если разобраться, то данные пещеры, а то и лабиринт – это не совсем уж плохо. Пусть и рыцарей здесь гибнет огромное количество, но это самые воинственные. И потому на всей остальной территории Янтарного царит мир и не проливается кровь.

Опытный, проживший здесь двадцать четыре года целитель тяжко вздохнул:

– Не хотел говорить, но придется… Тем более что понял: вы Крафу тоже сильно недолюбливаете… раз столько оружия для встречи с ним прихватили… Но если бы этот гад только рыцарей уничтожал, я бы и слова не сказал. Они сами глупы и рискуют сознательно. Но тут дела намного хуже и страшней, и, если хотите, я готов вас отвести в пещеру, где у меня собраны и написаны на стенах все мои статистические выкладки, которые я скрупулезно вел все годы. И гласят они о жутком преступлении против нашего мира. Даже простой подсчет, который может провести каждый желающий, покажет один и тот же результат: женщины здесь рожают втрое больше детей, чем выносят на поверхность в виде «подарков» Герои. И только за это Крафу следует судить, а потом и приговорить к самой жестокой казни!

Наступила тишина. Тяжелое молчание говорило само за себя. Во лжи ветерана никто обвинить не посмел, да и его аура пылала жаждой мщения, взыванием к справедливости и цветом искреннего негодования.

Потом заговорил Прусвет:

– Ну вот, еще один пункт обвинения узурпатору миров. Или лишний гвоздь в крышку его гроба! Давайте уже двигаться на встречу с ним… Быстрей за него возьмемся, меньше он натворит.

– Пошли! – согласился с ним Дмитрий, и все двинулись в путь.

Кажется в этой пещере собрались или проживали одни сторонники «семейного ухода», ибо некоторые амазонки тронулись следом, прихватив с собой обозначенных их личным даром мужчин. Уходящие делились с остающимися тайнами, в разговорах царил фон благожелательности.

Прошли еще четыре «детские» пещеры, потом пять «смешанных», как их называли, и, когда осталось пройти только две последние, идущие в авангарде колонны Якоб и Освит резко повернули в разные стороны и двинулись к жилищам. А им навстречу коршунами устремились сразу по две амазонки.

Провожающие дамы резко остановились, а потом еще и для верности взяли за руки своих кавалеров. Некоторые развернулись и пошли назад. А Карольд со вздохом сказал Дмитрию:

– Ничего не поделаешь, «последнее право»…

– Что за чушь?! – раздраженно воскликнул Светозаров, жестом подзывая к себе Прусвета: – Дружище, ну-ка подхвати Освита и неси его к самой речке Мерзавке. Потом прилетишь за Якобом! А я и сам себя охраню…

И, презрительно хмыкнув, вновь двинулся вперед.

– Да ничего страшного не случится с вами, – сказал идущий Карольд. – Час пылкой любви, и вы спокойно нас нагоните… Они ведь все равно не пропустят… Силы здесь невероятные концентрируются…

Разумный кальмар уже приблизился к загипнотизированному рыцарю, но вдруг словно на невидимую стену наткнулся, замер на месте и рухнул на землю. Но тут же взлетел в воздух и несколько ошарашенно стал метаться вокруг Освита и присоединившихся к нему двух девиц.

«Ага! Некий кокон они вокруг него воздвигли! – догадался Торговец и бросился туда. – Надо выручать!..»

И через два шага сам превратился в робота. Ноги перешли на шаг, направляя тело к одному из жилищ. К Светозарову уже мчались две амазонки, в первой из которых он с изумлением узнал Тиэль. Одеждой девушка не отличалась от остальных обитательниц пещеры, а ее торжествующее лицо кричало громче любого вопля: «Я победила! Он мой!»

«Леший их забери с местными приколами! – подумал Дмитрий. – Лишь бы Прусвет успел меня выдернуть до того, как эти озабоченные ко мне притронутся!..»

Разумный кальмар, уже заметив новую опасность, мчался серой тенью и успевал… Успевал?!

Оказалось, что вокруг Светозарова уже образовался кокон, сквозь который Прусвет не мог и щупальце просунуть. А вот двух женщин кокон пропустил беспрепятственно. Они схватили Торговца за руки и потянули за собой.

Первая растерянность прошла. Появилась злость, переходящая в ярость. Все силы и умения были максимально задействованы для попытки вырваться из ментального плена. Но все тщетно. Хотя оставалась возможность при помощи взрыва как освободиться, так и наказать одновременно всех женщин.

Однако начав подсчитывать нужную силу взрыва, Дмитрий опять растерялся: получалось, что погибнет как минимум половина обитателей пещеры. Если весь свод не обрушится! Это было бы слишком суровым наказанием, но ничего иного в голову не приходило. А девицы тем временем раздевали его так лихо и быстро, словно занимались подобным уже не первое десятилетие. И никакие хитроумные застежки, магнитные липучки и крючочки высокотехнических цивилизаций были им в этом не помеха.

Еще пара мгновений, и вот уже иномирец лежит на кровати, на спине. А в голове бьется только одна мысль:

«Как же они смогут от меня добиться желаемого, если я ни на что подобное не способен?!»

Ошибка было осознана быстро: сразу после того, как Тиэль оседлала его. Тело предало своего хозяина и оказалось способно на все. И притом, как показало дальнейшее, способно не раз и не два, а все четыре.

«Магия иной вселенной… – скорбно думал Торговец. – Выходит, она мне не по зубам…»

Глава тридцать первая
Киношный финал

Действо и в самом деле продолжалось около часа. После чего незнакомая амазонка откинулась в сторону, пытаясь отдышаться от полученного удовольствия, а Тиэль стала помогать Дмитрию одеваться:

– Ты меня прости, но иначе я тебя могла потерять навсегда. А так у меня хоть что-то останется…

У Дмитрия язык не повернулся разочаровать наивную девушку заявлением, что он успел обезопасить себя от возможного отцовства. Только и сказал:

– Со временем ты поймешь, насколько была не права. И будь очень осторожна, жизнь в этих пещерах – это далеко не рай и никакая не сказка.

Он вышел из жилища, на ходу поправляя прикрытое плащом оружие, и увидел зависшего невдалеке Прусвета и пошатывающихся, но свободных от «обязательной программы» Освита и Якоба.

– Ну вот, и с тобой все в порядке! – воскликнул друг. – Я, конечно, мог их убить, но стоило ли проливать кровь?

– Нет, не стоило… Да и самого главного они не добились… Детей у нас здесь не останется…

– Ну вот и отлично! Я к реке, а вы догоняйте.

– Давай, – кивнул Дин. – Твоя помощь там нужна.

Прусвет умчался, и Светозаров вместе с рыцарями зашагал за ним. На душе остался осадок. Умом он понимал, что иначе поступить не мог, но сердечко побаливало. И даже желание быстро прикоснуться к зову крови и посмотреть, как там поживает Александра, моментально испарилось при одной мысли: «Вдруг она меня совсем недавно могла ощущать?»

До Мерзавки дошли быстро. Там их ожидали двое мужчин и две мамаши с детьми. Светозаров на короткое время тщательно загерметизировал сапоги свои и побратимов. Подумал, и то же самое сделал двум пока еще незнакомым рыцарям. Так они смогли передвигаться гораздо быстрей и удобней, чем на ходулях.

Преодолев первую реку, переправились через Мутную. А потом без особого труда, используя уникальные силы и умения Светозарова и Прусвета и наработки Азанделя, прошли и Проклятый тоннель. Ни одна из женщин не пострадала, ни один ребенок даже не заплакал.

На краю глубокого ущелья сделали остановку.

Изначально группа «ухода» планировала сделать так: женщины и мужчины одновременно касаются руками Клоца, потом хватают появляющиеся из скалы Обручи, надевают все одновременно и, встав в кольцо, держась друг за друга, переносятся отсюда. Куда угодно, лишь бы подальше от этого страшного места, где похищают самых сильных, перспективных, талантливых и здоровых детей.

Осматривая паутину забвения с повисшими в ней забальзамированными временем и магией телами, иномирцы завели разговор.

– Вот интересно, – сказал Яков Праймер, – было ли хоть раз такое, чтобы Герой, получивший Обруч, не надел его, а вернулся в Пещеры? И уже оттуда попробовал бы унестись в наружный мир?

Карольд рассмеялся:

– До такого я бы не додумался! Все хватают Обруч и сразу надевают на голову. Почти инстинктивно… Да и памяти о детях и о любимых уже нет, и все рвутся в мир, к славе и богатству.

– И что, никто не попытался его даже рассмотреть хоть немного, прежде чем на голову напялить?

– Ну… почему же, рассматривали. Последний рыцарь, которого я провожал, и мне позволил хорошенько подарок рассмотреть, не выпуская из рук.

– Значит, перенос осуществляет не Клоц, а именно Обруч! – пришел к выводу Праймер. – Я это к чему. Хочется помочь Дину и Прусвету справиться с узурпатором. Наказывать за подобные злодеяния необходимо, и я буду рад помочь в пленении такого чудовища, как Крафа. По крайней мере, хоть постараюсь создать видимость поддержки. А если станет слишком жарко, отступлю к пещерам. А то и сразу надену Обруч.

Это заявление привело к спору среди сторонников целителя Азанделя. И наконец Карольд заявил:

– Мы тоже останемся! Наши любимые женщины настаивают на нашем участии во встрече с Крафой.

Светозаров, который лежал на краю ущелья, продолжая рассматривать тела внизу, повернул голову:

– Это лишнее. Детей пожалейте. Они ведь могут пострадать в первую очередь.

– Мы об этом уже подумали, – подала голос любимая местного ветерана. – Трое из нас возьмут детей на руки и на спину и встанут за первым поворотом. Если события примут скверный характер, они надевают свои Обручи и покидают это опасное место. Так что спасутся обязательно.

– Экие вы все уверенные! – проворчал Дмитрий, понимая, что препираться с женщинами бесполезно.

Прусвет, изучавший паутину почти вплотную, вернулся и устроился возле Светозарова:

– Я уже говорил, что белярки – прародители тэйга. Думаю, что и у хищных белярок, и у очистительных тэйгов есть что-то общее и с умерщвляющей паутиной.

– Возможно, – согласился Дмитрий. – Если весь этот массив явился сюда из иной вселенной, то все они в какой-то степени родственники. Разве что не знают друг о дружке…

– Вот-вот! Знать бы еще, кто это все устроил?

– Да уж точно не Крафа, такое и ему не под силу. А вот воспользовался, кое-что тут подправив и усовершенствовав, – точно он. Больше некому. А что ты скажешь о тех телах внизу?

Прусвет посмотрел вниз и ответил:

– Таких существ я точно никогда не видел. Даже не слышал о подобных. Надо бы достать хоть одно тело. Но прикоснуться к паутине страшно. Интуиция так и вопит об опасности.

– Так что будем делать?

– Будем готовиться к встрече с твоим незабвенным союзником. Вначале Обручи. Женщины первыми, я последний! Потом начнем сооружать ловушку. Приступаем! – последние фразы Живой Ужас сказал громко, для всех.

Первая амазонка с очаровательной малышкой на руках прикоснулась к священному колоколу с трепетом и страхом.

Но страх ее оказался напрасным. Некое устройство считало параметры ее тела – и вот уже в приоткрывшейся каменной щели поблескивает дивное украшение.

За ней прикоснулись и другие женщины, и никто из них не остался без награды. Два робких предложения мужчин дать и деткам коснуться Клоца, отвергли как ошибочные, причем отвергли сами матери, руководствуясь своим материнским инстинктом.

Напоследок очередь дошла до Прусвета:

– Если меня не наградят, то я им так позвоню!.. – пригрозил он, касаясь щупальцем краешка колокола и слегка его потирая. – Мало не покажется…

На этот раз открылась щель в другом месте и гораздо более широкая. Да и Обруч оказался вполне по размеру лысой головы, которая была раза в полтора больше, чем у самого головастого мужчины.

– Ну вот, – успокоенно выдохнул граф Дин. – И тебя не обделили. И другое окошко выдачи подтверждает твою гипотезу, что здесь раньше кто только не путешествовал. Не удивлюсь, если и великаны баюнги здесь шастали.

– Да эти – пусть. Главное, чтобы плагри сюда дорогу не нашли.

Все были настолько увлечены рассматриванием Обручей, что не сразу заметили появившегося со стороны Проклятого тоннеля мужчину. Без оружия, в обрывках старой одежды, в которой рыцарские одеяния различались с огромным трудом, он расширенными глазами смотрел на собравшихся у колокола и, судя по всему, никак не мог понять, откуда здесь взялось столько народа. Да еще и с детьми! Это был тот самый рыцарь, которого амазонка Анна с компанией не так давно кормила мясом у пещер.

Увидев столько Обручей, он, вероятно, решил, что ему колокол уже не даст эту диковину, и вообще, слава украдена и поделена и его могут даже не подпустить к Клоцу. Просительно вытянув руку вперед, рыцарь двинулся вперед мелкими шажками:

– А мне? Неужели мне подарка не достанется? Даже ребенка не дадут?

Женщины невольно расступились, и рыцарь бросился к колоколу с криком:

– Это мое право поднять тревогу!

В последнем прыжке он взлетел в воздух с занесенными вверх кулаками.

Просвистели щупальца Прусвета, останавливая летящее тело. Получив удар в грудь, рыцарь начал заваливаться назад в воздухе, и кулаки его так и не коснулись колокола. Казалось бы, угроза устранена, но слетевший с ноги ополоумевшего рыцаря разношенный сапог смачно впечатался подошвой в Клоц.

По всем ущелью пополз глубокий величественный звон.

А на одной из стен замерцал огромный, три на четыре метра, экран. И не успел Дмитрий Светозаров сообразить, какую команду давать собравшимся здесь единомышленникам и помощникам, как на экране возникло хорошо ему знакомое лицо Трибуна Решающего. Тот радостно хохотнул и восторженно воскликнул:

– Ай как здорово! Ай как хорошо, что позвонили! И какая компания! Сколько прекрасных дам и милых деток! О-о! Я думаю, вам всем очень понравится погостить в моем мире! Спасибо, Дин, союзник ты мой дорогой, что ты привел ко мне такую милую компанию!

Женщины и рыцари стали поспешно водружать Обручи на голову, намереваясь оказаться как можно дальше от этого ставшего опасным места. Да только и через пять секунд никто из них не исчез и был вынужден слушать гомерический издевательский смех:

– Ха-ха-ха!!! Наивные! Если уж меня позвали, то сбежать от меня не удастся! Я давно подобное предвидел и принял нужные меры. А то были тут такие умники, возложат Обруч на свою глупую башку, а потом тарабанят со всей дури по Клоцу. А зачем мне на ложный вызов откликаться? Или, может, вас и в самом деле в наказание сбросить в паутину забвения?

Граф Дин заговорил самым спокойным голосом, словно ничего и не произошло:

– А звонили мы тебе недаром, подлая пиявка! Ибо на Янтарный пришла беда, вновь появились плагри. Пока только двое, и нам с другом их удалось уничтожить, но скоро следом появятся новые, чтобы отомстить. Так что будь добр, защищай людей, которые тебя называют Высшим Протектором.

Крафа сразу посерьезнел и нахмурился:

– Весомая заявка на помилование, весомая!.. Но в любом случае от пребывания у меня в гостях вы не отвертитесь. А посему, добро пожаловать, друзья!

И вместо светящегося ущелья вокруг попавшей в переплет компании воцарилась полная мгла. А Светозаров только и успел подумать, пока сознание его не затуманилось:

«Какой-то странный перенос! Или это иной тип телепортации?..»

О своей неудаче он старался не думать. Новый, внеочередной поворот судьбы опять проходил не по его воле.