Текст книги ""Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Тогда как возница помог выйти из кареты сразу трем женщинам, с ног до головы закутанным в разнообразные меха, и уже вчетвером, оставив карету, они довольно поспешно и ловко обогнали неуклюжего из-за многочисленного железа рыцаря. Еще и ему помогли выбраться на последнем метре крутого склона. Вот тогда старый воин и сказал, сделав десяток шагов и осматриваясь по сторонам:

– Молодец, Гулит! Славное место ты выбрал для нашего последнего боя!

– А больше тут ничего и нет, ваша светлость, – эхом отозвался возница.

Голос у рыцаря оказался на диво басовитым, насыщенным. А вот в глазах сразу читалась вселенская печаль и безысходность. Его спутницы никак не отреагировали на жуткое восклицание. Хотя рассмотреть их лица пока не удавалось. Так и держась одной гурьбой, все пятеро приблизились к скале и развернулись лицом к своим преследователям. После чего возница стал помогать старику прочно закрепить рыцарский шлем.

Преследователи тоже не проявляли суетливой поспешности. Заметив, что жертва никуда уже не денется и все равно успеет приготовиться к бою, они сбавили темп и приблизились к карете шагом. На месте немного посовещались, но не стали рисковать своими благородными скакунами, а спешились сами. После чего один из них, в мантии жреца, определенным образом повел рукой, и лошади словно замерли. Все семеро сняли с седел щиты, обнажили мечи и только после этого перемахнули через глубокий придорожный кювет. Но сразу атаковать не стали, а, остановившись метров за шесть от беглецов, решили в стиле дешевой мелодрамы унизить более слабого противника. А может, и в самом деле надеялись на добровольную сдачу оружия. Разговор начал самый тучный, с красной мордой жрец:

– Ну что, старый баран, допрыгался? От нас ведь сколько ни бегай, все равно кровь пустим.

– Ничего, шакалы вонючие, – воинственно прогудел рыцарь, приоткрыв забрало шлема. – Хоть парочку из вас, но я все равно для доброго дела в капусту порубаю! Не думайте, что если вас много, то вы легко справитесь с бароном Эрхайзом! Это вам не подло убивать из-за угла, как вы привыкли.

Своего коллегу за локоть придержал другой жрец, с тонкими, синюшными губами на бледном лице:

– Полно вам, барон! Я даю вам последний шанс для спасения жизней ваших внучек. Уполномочен дать гарантии судебного разбирательства, а возможно, и самого помилования. Как вы знаете, все возможно в нашей империи…

– О! Я знаю! Даже больше знаю, чем вы думаете, подлый лгун и предатель. Именно вы заманили моего старшего сына в ловушку, где его гнусно расстреляли вместе с верными воинами прямо в спины! Именно вы пытаетесь уже несколько лет уничтожить моего второго сына вместе со всей его семьей! И именно вы вводите в заблуждение как самого императора, так и проклятый черный монолит по поводу истинного количества новорожденных. Сами подло пользуетесь похищенными дарами, а другим запрещаете это делать с ханжеством законченных ублюдков!

После такой пламенной речи жрецы многозначительно переглянулись и мерзко рассмеялись.

– Да, старикашка действительно слишком много успел вынюхать, – веселился красномордый. – Договариваться с ним нет никакого смысла…

– Это я с вами, жалкие уроды, и не вздумаю договариваться!

– Но вы бы могли спасти своих родственниц, если бы просто сложили оружие, – все-таки решил продолжить уговоры тонкогубый. – У них заберут незаконно сохраненный «дух смерти» и отправят в ссылку на север. Все-таки лучше, чем прямо возле безымянной скалы расстаться с такой прекрасной жизнью.

Старый рыцарь пробасил с явным укором:

– Эх, маркиз, как же вы докатились до такой низости? Как у вас язык поворачивается даже сейчас порочить мерзкими словами тот великий дар, который дается каждому человеку при его рождении? Или вы себя в собственных глазах обелить пытаетесь? А ведь вы в молодости таким не были, я даже и в самом деле давал согласие на ваш брак с моей племянницей. Куда же вы катитесь?

– К твоей смерти, старый болван! – рявкнул красномордый, которому явно надоела бессмысленная болтовня. – Атакуйте его! И постарайтесь девок только оглушить: в армейских борделях они еще не один год послужат нашей империи!

– Зря надеешься, жирный боров! – выкрикнул рыцарь, перед тем как опустить забрало. – Они готовы принять яд раньше, чем вы нанесете им хоть одну царапину.

Затем чуть отставил меч в сторону и назад, приподнял свой массивный щит и приготовился к последнему бою в своей жизни. Возница приготовил бич и встал чуть сзади, а все женщины напряженной группкой застыли возле стены.

Четыре угрюмых воина, рассредоточиваясь, обступили обреченных беглецов полукругом. Миг истины приблизился.

Увы, благосклонность судьбы оказалась на другой чаше весов. Уже прекрасно решившие, что и как им делать, лежащие в засаде земляне открыто встали со своих мест и стали стрелять из пистолетов. Четыре воина, как самые ненужные ни на допросах, ни в дальнейшем, рухнули наземь после первых выстрелов. Все три жреца оказались на диво неприступными. Хотя красномордый, видимо, не успел создать вокруг своего тела защиту и завалился с воплями боли на спину первым. Сильва успела прострелить ему обе ноги.

Зато оставшиеся двое мужчин в мантиях прильнули друг к другу, как стоящие в противоположной группе женщины, и на какое-то время стали недосягаемы для пуль. Те словно обходили тело по немыслимой параболе, поражая подобной бесполезностью боевиков «третьей» до глубины души. Подобного чуда они раньше еще не лицезрели, а во время их рейда по тылам противника вблизи перешейка, скорей всего, жрецы такой силы им просто не встречались. Теперь уже они вчетвером окружили парочку врагов и с недоумением посматривали на свои пистолеты.

Василий решил несколько усилить давление:

– Петруха, ну-ка ввали им по ступням.

Тотчас возле сапога тонкогубого взвился фонтан мерзлой крошки от удара тяжелой разрывной пули. Видимо, в первый момент защита все-таки сумела отклонить угрозу. Но вот вторая пуля таки достала до тела, раздробив ступню вместе с сапогом, словно гипсовый муляж. Жрец завыл от боли и рухнул на бок, катаясь от сводящего с ума шока.

Видимо, это во много раз уменьшило общую сопротивляемость противодействия, потому что второй, пытавшийся броситься к коням жрец получил пулю в колено, недоуменно посмотрел на оставшуюся культю и в тот же миг потерял сознание.

После такой демонстрации силы получивший всего лишь две пистолетные пули красномордый затих и только смотрел на вяжущих его людей налившимися кровью, выпученными глазами. А вот тонкогубому пришлось делать обезболивание. Видимо, он сам не смог преодолеть навалившийся на него болевой удар. После чего Сильва и Василий подхватили по одному связанному пленнику и поспешили к месту своего ночлега, с противоположной от дороги плоскости скалы. Третьего жреца, который остался без ноги, Дана после короткого раздумья добила в затылок.

И только потом парочка целителей приблизилась к окаменевшей от увиденной сцены группе. Судя по оставшемуся в боевой позиции рыцарю, они относились к неизвестным точно с таким же настроением, о котором недавно Сильва напоминала о крокодиле. Скорее всего, не могли понять, кто им пришел на помощь: союзники или еще более опасные враги. И все их сомнения лучше всего читались на единственном открытом лице возницы. Поэтому Деймонд решил сразу обозначить свои основные позиции:

– Мы сражаемся за тотальное возвращение каждому человеку Успенской империи его дара самоизлечения. Считаем лишение младенцев возможности расти здоровыми преступлением и готовы уничтожать каждого жреца, который не перейдет на нашу сторону.

Все женщины встали в одну линию и сложили ладошки на груди. Смотрелось это несколько странно, но пока на это пара целителей внимания не обращала. Барон Эрхайз опустил щит к ноге и открыл забрало. Теперь выражение у него на лице читалось совершенно другое: смятенное, растерянное, но полное надежды и радостного предвкушения:

– Вы представляете интересы империи Рилли?

Дана подвигала бровями, припоминая, по чьему они приказу здесь и кого, в сущности, этот человек пытался защитить. Ответила полуправдой:

– Не только одной империи Рилли.

– Ну да, понятно, – еще больше обрадовался старикан и сразу поспешил уточнить: – Так вы и есть те самые имперские егеря?

– Не совсем егеря… Скорей воины более высшего уровня…

– Какое счастье! – воскликнул Эрхайз, отбрасывая щит в сторону и подвешивая свой меч к поясу. – Мы ведь именно вас и разыскивали!

Дана несколько удивилась такому спичу, но продолжила в прежнем стиле:

– …К тому же вот этот мой коллега – ашбун. Можно сказать, почти здешний. По меркам остального мира – он целитель третьего уровня, которому в иных государствах мира Зелени подчиняются порой и короли.

После этих слов неожиданно повели себя все три родственницы рыцаря. Они откинули капюшоны своих шубок, которые до того длинным и густым мехом скрывали лица, и, опустившись на колени, запели нечто, очень напоминающее гимн. А сам рыцарь нервно задергался, пытаясь стащить с себя боевой шлем:

– Гулит! Да помоги мне быстрей!

Стоящий до этого столбом парень бросился к барону, освободил того от мешающего железа, и только после этого старик пробасил, склоняясь в легком поклоне:

– Извините, не могу в таком виде преклонить колено.

– А что, это так обязательно? – с некоторым недовольством проворчал Деймонд. – Я стал целителем всего несколько дней назад, так что о подобных знаках почтения вообще слышу впервые.

– Но как же так? – поразился барон. – Об этом знает каждый жрец… извините, я хотел сказать, каждый целитель! Если вы, конечно, и в самом деле…

Пока он выдавливал из себя это сомнение, самая старшая на вид из его внучек на мгновение прекратила напевать гимн и строгим шепотом осадила родственника:

– Дедушка! Не дерзи господину Арчивьелу!

– Извините. – Барон попытался согнуться еще больше в непокорном панцире. Но когда ему это не удалось, решил закрасить свои промахи скороговоркой: – Мои внучки приравниваются к целителям первого уровня, как и большинство жрецов, но они – самые лучшие из лучших! И могут вид еть ауры целителей всех остальных уровней, различая их при этом. Мы, конечно, им раньше не верили, как и трудно поверить такой красивой женщине в том, что она является воином…

Он, видимо, хотел просто польстить Дане как воительнице, но и тут попал впросак, потому что был опять прерван сердитым шепотом сзади:

– Перед тобой госпожа Маурьи!

Кажется, это добило старого воина еще больше, чем лицезрение какого-то Арчивьела. Потому что он замолчал с открытым ртом и некоторое время безотрывно пялился на умопомрачительную по красоте лица воительницу.

Паузу своим облегченным смешком заполнил Деймонд:

– Ну, это мне известно! Маурьи правят провинциями и являются прямыми представителями императора на местах. Об их умениях лечить ходят легенды. Так что ты, Дана, сразу становишься почти непререкаемым авторитетом для многих ашбунов. Ну а вот кто такие Арчивьелы, никак не припомню… Что-то крутится в голове эдакое…

Рыцарь к тому времени опять восстановил спертое дыхание и зачастил словами:

– В Успенской империи Арчивьелов всего трое. Двое почти все время находятся в свите императора, а третий обитает постоянно в вершине Прозрения. Кто они и какого пола – не известно никому, кроме самого императора. Но говорят, они могут вылечить от любой болезни лишь прикосновением руки…

Еще недавно бывший простым отшельником мужчина еле слышно пробормотал себе под нос:

– Знать бы еще, какой именно рукой и куда касаться…

Дана думала примерно так же, поэтому подошла к задаче знакомства и вытягивания сведений из новых союзников более практически. А раз звание Маурьи ей дает право распоряжаться целыми провинциями, то следовало использовать это немедленно. На продолжительные расшаркивания времени не оставалось.

– Господин барон! Представьтесь полностью.

– Тантри Эрхайз, моя госпожа! Барон долины Фьерской. Готов к исполнению любого приказа.

– Давая такое согласие, не побоитесь, что мои приказы пойдут вразрез с вашими принципами?

– Боюсь. Но вы ведь не станете убивать младенцев?..

– Понятно. Конечно не стану, но вы всегда сможете и сами судить о наших действиях своим разумением. Например, вы поддержите нашу идею остановить караван, уничтожить жрецов, а из ларцов Кюндю выпустить плененные способности младенцев к самоизлечению?

Прежде чем ответить, Тантри Эрхайз оглянулся на своих внучек. Но не затем, чтобы показать сомнения или колебания, а чтобы убедиться в твердости духа своих родственниц. Те уже к тому времени перестали петь и стояли с округленными от восторга глазищами. Когда дед на них посмотрел, они твердо и синхронно кивнули. Получилось у них это довольно умильно, но решительно. И барон лишь высказал общее мнение:

– Да мы на вас после этого молиться станем!

– Ну, молиться на нас не надо, а вот от помощи не откажемся. Поэтому растолкуйте как можно быстрей, что умеют ваши родственницы и что они знают о сути применения магической защиты. Потому что наши силы совершенно не соответствуют пока нашим знаниям. Кстати, и почему вы сказали, что именно нас разыскивали?

– О! Да хотя бы, чтобы сразиться с вами в одном строю против общего врага! – экспансивно воскликнул барон. – К тому же обстановка в армии после вашего рейда сложилась самая уникальная. Можно сказать, наступила самая благоприятная пора для начала хоть каких-либо действий против векового произвола, царящего в империи. Полнокровного переворота может и не получиться, но ведь главное – запустить искру и открыть народу глаза на истинное положение вещей. Дальше свержение существующего строя пойдет по нарастающей, и от монолита вскоре даже мелкого камешка не останется.

– О! Да вы революционер! – восхитилась Дана. – Как жаль, что на вас раньше не вышли лидеры прогрессивных сил остального мира.

– Увы, приходилось скрывать свои мысли даже от самых близких друзей, – тяжело вздохнул Тантри. – Всех инакомыслящих у нас уничтожают очень быстро…

– Видела последнюю попытку такого уничтожения. Но давайте я вам буду задавать конкретные вопросы, а вы будете на них отвечать. Так мы сэкономим гораздо больше времени. А потом и вы мне расскажете все, что посчитаете нужным.

И новые союзники приступили к интенсивному обсуждению как предстоящих событий, так и практических способностей Арчивьелов, Маурьи и целителей первого уровня.

Тогда как проворный Гулит принялся очищать территорию вокруг скалы от трупов и приводить в порядок застывших на морозе верховых животных.

Глава двадцать четвертая
Ушла с водой…

Александру спасло то, что и по бокам двери имелись некие щели. Да и в самом верху осталось махонькое отверстие, через которое с трудом можно было вдыхать свежий воздух. Иначе утонула бы или задохнулась в том минимальном кармашке воздушного пространства, которое осталось после подъема воды до максимальной отметки.

Так и сидела на верхушке своей пирамиды, по шею в воде и для каждого вдоха приникая губами к спасительной щелке. Потому что мысль нырнуть в воду и перекрыть краны она отбросила сразу, как только вспомнила про собранную на лестнице мебель: даже если она прорвется сквозь нее, ныряя в подвал, то уж обратное движение никак не получится. Нырять в полной темноте – самоубийство. Достаточно легкого удара головой при всплытии о ножку стола или стула. Да и времени сплавать и туда и обратно, скорее всего, не хватит. Это только в фильмах агент 007 мог находить людей за шесть минут пребывания на глубинах, а после распознания еще и целовать податливые губы, если спасенная оказывалась прекрасной топ-моделью.

Здесь же девушке оставалось надеяться только на удачу, расторопность аварийной службы и мысленно корить себя з а подобную непредусмотрительность. Просчет с максимально открытыми кранами следовало приписывать только своей самонадеянности и нежеланию предусмотреть все возможные последствия. Хорошо еще хоть вода оставалась довольно теплой, не приходилось выстукивать зубами от холода, словно испанскими кастаньетами.

Ну и в конце концов с той стороны зашевелились. Вероятно, вытекающий на тротуар ручеек таки привлек должное внимание, и прибыла аварийная служба. Скорей всего, они сначала попытались отыскать хозяина гаража, чтобы уже в его присутствии если не вскрыть ворота, то хотя бы устранить довольно сильную утечку питьевой воды. По этим вопросам коммунальные службы действовали жестко, невзирая, как говорится, на лица. Как выяснилось чуть позже, они так и не дождались ответа из квартиры владельца гаража и стали действовать по утвержденному перечню движений.

Перекрыли подачу воды на весь дом. Самое странное, что на утечке это никоим образом не отразилось. Подводка в тюремный подвал осуществлялась совсем из другого дома на параллельной улице. Как и подводка горячего пара на установленные внизу батареи отопления. Но в тот момент озадаченные слесари этого не знали. Поэтому уже с несколько иной настойчивостью стали выстукивать по металлическим дверям гаража, подозревая, что хозяин где-то внутри и занимается чем-то непотребным. Кое-кто даже предположил нелады со здоровьем. Мол, инсульт, приступ удушья, вот и лежит хозяин, встать не может. Стучали со знанием дела: погромыхают молотком по железу и уши прикладывают, что, дескать, с той стороны отзовется.

Ну Александра и постаралась со своей дубинкой. К сожалению, весь труд извлечения ударов смазывался навалившимся на дверь уровнем воды. Подобная сила глушила звон, укрощала вибрацию и топила в себе гул. Но где-то через полчаса отчаянные призывы о помощи все-таки были расслышаны и поняты. Да еще бы их было не понять! Хотя Шура могла выстукивать каким угодно кодом и знала массу условных перестукиваний, она не мудрствуя лукаво отчаянно выстукивала «SOS». Тут и семи пядей во лбу не надо было иметь, дабы догадаться о попавшем в неприятности человеке.

Но в данном случае предполагались действия совсем иных спасательных служб. Слесарей потеснили в сторону примчавшиеся пожарники, полиция и готовящиеся вступить в действие представители «скорой помощи». Теперь уже полицейские еще несколько раз обменялись сигналами с застрявшим где-то там человеком, и бравые пожарные стали взламывать ворота. Понятно, что к тому времени движение и по тротуару и по полосе движения автомобилей вдоль него было плотно перекрыто.

После вскрытия ворот и проникновения в гараж спасатели сразу обнаружили следующую цель для вскрытия и попытались уже через нее наладить диалог с попавшей в ловушку жертвой. Тут уже девушка стала разыгрывать крайнюю степень истерики, граничащую с сумасшествием. Она дико вопила, призывая на помощь, и умоляла как можно быстрее вскрыть двери, потому что вокруг нее плавают крысы и пытаются укусить.

В ход пошли кайла, пожарные топоры и даже отбойный молоток, которыми на уровне гипотетического замка стали выбивать кусок стены сбоку. Когда образовалась приличная щель, из которой ручьем хлынула вода и стали более отчетливо слышны женские вопли, мощные пожарники сразу несколькими ломами поддели полотно двери и поднажали. Такого издевательства даже универсальный замок не выдержал, лопнул. А вслед за открывшейся дверью на руки спасателей вся мокрая и в щепках мебели вывалилась зареванная и опухшая девушка.

Судя по ее рваным объяснениям, удалось понять, что ее женишок попросил прибраться в подвале. И она с особым усердием потянула какую-то трубку. Вот тут вода и рванула огромным напором. При возвращении к двери выяснилась и другая печальная деталь: дверь захлопнулась. После подобной серии слов вперемешку с рыданиями Александра забилась в конвульсивной истерике, и врачи сразу вкололи ей успокоительное. Офицера полиции тоже выгнали из машины со словами:

– Сейчас все равно она вам ничего больше не скажет. Часов пять будет спать. А вот потом приходите.

– Жаль, хотелось еще спросить, не остался ли кто в подвале…

– Она ведь утверждала, что была одна.

– Ну мало ли что, – сомневался офицер. – Сейчас эти наркоманы где только не прячутся. Тем более что и выглядит молодка несколько подозрительно, вся в синяках.

– Так осмотрите подвал, и все дела, – советовал врач, уже закрывая тыльные двери «скорой помощи» и направляясь к сиденьям возле водителя. Но притворяющаяся спящей девушка слышала каждое слово. – Сразу отбросите все сомнения.

– Да пожарные только сейчас начали откачивать воду. Вроде подвал и не должен быть большой, по свидетельствам соседей, там его вообще никогда не было, но демон его знает, сколько времени пройдет, пока все выкачают. И вода эта…

– Ну, это уже ваши проблемы, – отмежевался врач от приставаний. И, усаживаясь как можно удобнее, скомандовал шоферу: – Гони!

Под завывание сирены деловито оглянулся на пациентку, удовлетворенно заметил на табло пульсометра спокойное биение сердца и стал переговариваться с санитаром на отвлеченные житейские темы.

По прибытии в клинику передал больную дежурному врачу, добавляя с полным равнодушием:

– Нервный стресс, чуть девка в подвале не утонула. Часа четыре еще будет спать.

И как частенько бывает в таких случаях, к стоящей под стеной каталке долгое время никто не подходил. Ведь ни хирургического, ни прочего вмешательства не требовалось, капельницы ставить не следовало, колоть лекарства тоже. Так что с определением в палату и проведением анализов можно и подождать. Других, более тяжелых больных следовало распределять, принимать и обследовать в первую очередь. И только через полчаса дежурный врач распорядился освободившимся санитаром:

– Семнадцатую «Б» – на третий этаж в четвертую палату.

Парень отправился выполнять распоряжение, но минуты через три вернулся:

– Может, вы ошиблись? На каталке с таким номером никого нет.

– Да как нет? – стал сердиться врач, срываясь с места. – Я сам лично бирку крепил. Девица там лежала.

Но и он не обнаружил искомое. Даже под каталку для чего-то заглянул с бормотанием:

– Но ведь точно здесь лежала, мы ее даже раздеть не успели, мокрая вся…

– Может, в туалет пошла? – предположил санитар.

– Может, и пошла. Только как она себя чувствует после полновесного укола снотворного и успокоительного?

А девушка и в самом деле чувствовала себя отвратительно. Но продолжала упорно раскрывать глаза и двигаться по малознакомой улице. Ее пошатывало из стороны в сторону, и большинство прохожих принимало ее за пьяную, смотря при этом с осуждением. А то и словами выражая свое негодование. Но Александре было наплевать на прохожих, теперь следовало немедленно отыскать удобное место и элементарно отоспаться. Главного она добилась – спаслась. А все остальное не так сейчас важно, подождет…