Текст книги ""Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава двадцать вторая
ВЫПАДАНИЕ ИЗ СТРОЯ

Елена никак не могла понять, почему невестка так настроена против нее, вернее, против ее участия в спасательной операции. Ведь по собственным ощущениям и понятиям она стала настолько сильной, умелой и разносторонне развитой, что, кажется, могла бы теперь уничтожить своих похитителей собственными руками. Не используя при этом даже оружие. А уж с оружием, да тем, которое сейчас при ней, она могла бы справиться с целой армией негодяев.

А если прибавить к этому комплекту знаний, умений и экипировки еще и Вихря, то недавняя рабыня сама себе казалась самой непобедимой и самой независимой воительницей во всех вселенных. На фоне этого самолюбования даже сильные чувства к Курту как-то меркли и теряли яркость. Хотелось и ему, и всему миру вначале доказать, какая она стала отважная, ценная и незаменимая. А тут Шура ее поставила на место, куда обычно определяют самых несмышленых новичков. Обидно! Но! Все-таки в операции участвует, да еще и вместе с красавцем пегасом.

И теперь можно посмотреть, кому повезет больше!

Елене страстно хотелось и брата спасти, и подлого Крафу пленить. А что?! Мощнейший парализатор при ней, оружия хоть отбавляй, да и заплечные ускорители позволят пролететь даже в таком месте, куда Вихрь не протиснется из-за своих внушительных габаритов. Осталось только внимательно всматриваться вниз, чтобы сразу заметить любое существо, неосторожно выбравшееся под палящие лучи сразу трех солнышек.

«Хотя какие они палящие? – удивлялась женщина, присматриваясь к показаниям забортной температуры на своем забрале. – Греют только, да и красиво как!.. О! Семьдесят шесть градусов! Ну вот, даже такая надежная техника порой подводит. Или это мне из-за сюртука не верится? Вихрь! – мысленно прокричала она, когда хотела, чтобы летающий конь ее услышал. – Тебе не жарко? Может, хочешь в тень?!»

Пегас на лету чуть повернул голову, покосился на наездницу глазом и единым образом, словно в одном слове, послал сообщение:

«Мне хорошо. Полет прекрасен. Я люблю высоту. Я люблю тебя. Не беспокойся».

Из чего так и не прояснилась истинная забортная температура. Но Елена все-таки благоразумно воздержалась от желания чуть приоткрыть забрало или снять с руки перчатку. Не хотелось собственным телом проверять истинность неисправных показаний.

Как раз пошел очередной обмен мнений между тремя спасателями, находящимися в недрах. Помех не было, особых трудностей – тоже, так что Елене, рассекающей в высоте на крылатом красавце, стало опять скучно:

«Ну вот, все чем-то заняты, а меня опять оттерли на десятые роли. А ведь как я помогала той же Шуре, стоя на Тропе и уводя кайреги в их мир. Тогда она на меня чуть ли не молилась, так радовалась помощи. А сейчас за все время только два раза спросила, что я тут вижу. А что тут увидишь? Все те же унылые горы и бесцветные ущелья. Ни одной зеленой точки куста, ни одной травинки. Как все выжгло, однако! Может, и в самом деле там везде эти семьдесят шесть градусов выше ноля?»

За последний месяц своего интенсивного существования Елена выучила и узнала столько, что вся предыдущая жизнь ей показалась только первым уроком. А использование магической силы во время приобретения знаний и развития навыков могло заставить человека и более скромного, чем она, возомнить о себе бог весть что. Знания и умения переполняли женщину с головой, а вот осознание своего места, чувство дисциплины и высочайшей ответственности ей привить не успели. Так что последующий диалог с пегасом можно было приписать скорее ветреной девчонке, чем зрелой женщине, которой тридцать четыре года.

«Вихрь! А у тебя сильное зрение?»

Все ответы летающего красавца умещались в один миг, но раскладывались на много предложений:

«Я вижу все. Мое зрение различает каждый камешек в пределах видимости. Я не просто вижу. Я чувствую пространство».

«Ой, как здорово! Ну а если вдруг внизу появится мой брат Дима, ты его увидишь? Ты его узнаешь?»

«Обязательно. Не сомневайся. Дима спас мою мать. Я его люблю. Он мне знаком, как и ты. Я понимаю, что вы – от одной матери».

«А ты понимаешь, что мы сюда его прибыли искать? Он в этих горах потерялся».

«Понимаю. Смотрю. Ищу. Буду рад его увидеть».

«А если мы по очереди залетим в самые большие пещеры и осмотримся внутри?»

«Как скажешь. Решать тебе. Можем залетать, можем осматривать».

«Ой, Вихрь! Ты просто прелесть! Ты самый красивый и самый сильный пегас во всех вселенных! Я так рада, что мы с тобой дружим! Давай начнем проверять вон с той огромной пещеры».

В некотором роде летающий конь оказался даже умнее восторженной и взбалмошной женщины:

«Интимная подруга Димы будет волноваться. Твои друзья нас потеряют. Ты их перестанешь слышать. Они тебя тоже не услышат».

«Ничего страшного. Это ведь будет лишь в тот момент, пока мы будем осматриваться в пещере. Отбрось сомнения, мой верный друг! Вперед! Мы должны отыскать Диму первыми!»

Если бы пегас показал себя озадаченным, как человек, он бы почесал себе голову крылом. Но так как подобные жесты ему природой не предусматривались, а мыслительного статуса из-за крайней юности для спора или дискуссии с человеком не хватало, он решил довериться подруге и выполнить ее просьбу. И сразу же в плавном вираже стал снижаться к могучим вершинам.

Только хорошо видимых пещер просматривалось с избытком, так что разнообразия действий могло хватить надолго. Все-таки так намного интересней вести поиски, ныряя вниз и взмывая в небо, чем, нарезая огромные круги, патрулировать над одним и тем же участком. Вот летающее чудо и вошло в азарт: на огромной скорости неслось к очередному темнеющему зеву и под восхищенное попискивание наездницы, успев рассмотреть внутренности своим многопрофильным зрением, влетало в пещеру. Если была возможность, делал там парочку рискованных пируэтов, от которых Елена визжала с восторгом и прижималась всем телом к гриве. Если внутри пещеры было тесновато, Вихрь просто приземлялся, разворачивался обычным способом и вновь устремлялся наружу.

В некоторых пещерах было жарко до невозможности. В некоторых царила сравнительная прохлада. И именно в последних Вихрь стал делать короткую, но обязательную остановку. Хоть он и обладал умением защищать себя от высоких температур, но пребывание в прохладе позволяло хоть немного отдохнуть и восстановить запас собственных сил естественным образом. Когда в тебя не бьют лучи сразу трех горячих светил, гораздо приятнее просто пройтись копытами, чем непрестанно махать крыльями на постоянной жаре.

Вот пегас и прохаживался, а уже успокоившаяся Елена со всем тщанием пыталась высмотреть любые признаки жизни в наиболее темных углах. Один раз по совпадению, как раз на перелете, в наушниках раздался очередной вопрос Александры:

– Леночка, что там у тебя?

– Пока ничего не видно, командир! Продолжаем патрулирование! – четко, пусть и чрезмерно залихватски ответила наездница.

Может, невестка, не будь так занята внизу, и уловила бы в тоне излишнюю браваду. Но так как сложностей в подземных переходах хватало, она занималась именно ими, а золовку опять на какое-то время оставила в покое. Курт так вообще пока только прислушивался, но сам с воздушным патрулем не переговаривался. Видимо, считал обстоятельства для лишних слов неподходящими.

«Вот как здорово все получается! – радовалась Елена Светозарова, тоже совсем недавно ставшая графиней. – И себе достойное занятие нашла, и Вихрю – развлечение! Верю, мы обязательно вместе с ним что-нибудь или кого-нибудь отыщем!»

Ну и в пятьдесят третьей по счету пещере они и в самом деле что-то нашли. А точнее, они нашли их. И как любил верно квалифицировать подобные поиски сам Дмитрий Петрович Светозаров Дин Свирепый Шахматный и прочее, прочее: они – это приключения на свою задницу. Хотя вначале все показалось довольно романтическим и таинственным.

«Эелейнд! – именно так звучало в произношении пегаса имя его любимой и единственной наездницы. – Почему ты не отвечаешь на вопросы Хозяина сама? Он спрашивает меня. У меня отвечать не получается. У меня мало информации».

«Кто? Хозяин? Какой и откуда он взялся? – вначале не поверила женщина. – Объясни мне, пожалуйста, более ясно».

«Спрашиваю. Уточняю. Пытаюсь понять».

Замерев на одном месте, Вихрь прял ушами и поворачивал голову во все стороны. Словно пытался понять, откуда к нему доносятся хорошо слышимые им, но не улавливаемые Эелейнд объяснения. Наверняка и сам при этом общался с невидимым существом. Через некоторое время он смог значительно прояснить обстановку и для настороженно замершей в седле наездницы:

«Хозяин здешних гор. Его зовут Подрикарчер Ситиньялло. Он хочет с нами познакомиться. Свое имя я назвал. Он хочет узнать твое».

При таких вежливых вопросах да совсем недалеко находящемся открытом зеве пещеры Елена не заподозрила ничего плохого или опасного. Наоборот, подумала, что неизвестный джентльмен мог бы оказать неоценимую помощь в поиске родного брата.

«Можешь ему сказать мое имя. Но почему я его не слышу? И почему он не слышит меня?»

Крылатый красавец, тоже вполне спокойно, если не с интересом относящийся к ведущемуся через него диалогу, отвечал с большой задержкой:

«Он не умеет говорить хорошо на общем человеческом языке. Но обмен образами он может вести только через меня. Я его слышу и тебя. Он – только меня».

«А общие звуки и речь он слышит?»

«Конечно. Он будет рад услышать твой голос. Он обещал все понять, если общение будет на нашем языке мыслей. Этот язык Хозяину знаком. Говори».

После чего Елена вполне естественно заговорила вслух:

– Привет! Не знаю, кто ты, но я буду рада с тобой пообщаться.

К сожалению, ответы приходилось дожидаться через посредника, через Вихря:

«Хозяин приветствует Эелейнд. Хозяин рад возможности общаться с представителями иного разума».

– Надо же! Господин Подрикарчер Ситиньялло, так вы – местный житель?

«Да. Хозяин здесь живет и правит своим царством. Он приглашает нас у него погостить. Он обещает огромные пастбища, на которых много корма. Он обещает много воды и много растительной пищи».

– О! Весьма лестно слышать такое приглашение! – вроде бы радовалась Елена, но в то же время стала задумываться над таким нежданным открытием целого царства. – Но у меня вначале есть к уважаемому Хозяину несколько вопросов. Не соблаговолит ли господин Подрикарчер на них ответить?

Кажется, такое уважительное, обходительное обращение-просьба очень понравилось местному царю. Потому что от него вскоре поступило разрешение спрашивать о чем угодно и сколько угодно.

Знал бы он, о чем у него спросят!

Да, скорее всего, и сама наездница не ожидала от себя подобных вопросов. Причем задавала она эти вопросы один за другим:

– А где ваши дети? Сколько их у вас? И живут ли с вами ваши родители?

Глава двадцать третья
СМЕНА ПОЛИТИКИ

Громадное создание знало о себе очень мало. Ни аборигены, ни «санитары космоса» ничего о нем тоже не знали и не могли осветить ситуацию на тему происхождения, размножения и родственных отношений с иными, подобными Ситиньялло существам. Поэтому вопросы человеческой самочки, прибывшей на летающем существе, ввели Хозяина если не в стопор, то уж точно загнали в некий тупик. Что ответит, он даже представить себе не мог. Вначале. Потому что, чуть поразмыслив, решил сообщить о себе все, что смутно осознавал. Причем сделал это по причине логического вывода: «Задавая вопрос, можно сопоставить ответ с собственными знаниями. Вследствие чего знания увеличатся. А потом можно поделиться этими знаниями с тем, кто отвечает».

Хотя изначально попытка вступить в контакт проистекала от банального желания поймать человеческую самку вместе с ее чудным, оригинальным летуном-носителем. Но пара слишком стремительно залетала в каждую пещеру и так же стремительно покидала ее, а личных сил Подрикарчера на верхних уровнях оставалось совершенно мало, передислоцировать свои мощности настолько быстро даже ему было не под силу. Сразу ударить по ним ментальным ударом повиновения не получалось, как не поддавались подобной легкой атаке Птица с Умником. Но те просто были могущественны своей внутренней магической силой, а здесь было нечто иное. Как только начиналась попытка воздействия на женщину и крылатого, в ответ слышалась какая-то дивная, разрушающая всю силу ментальной атаки мелодия.

Вот тогда и родилась у него идея задержать пару разумных существ отвлекающим действом, а контакт для этого подходил лучше всего. Да и подслушанный обмен не звукового, мысленного общения давал возможность и самому Хозяину действовать точно так же.

Увы, на первые призывы женщина не отозвалась, оказалось, что ментальное восприятие у нее более узкого, направленного свойства. Зато летающее существо легко вступило в контакт. Причем передаваемый пакет информации крылатого поражал уникальностью. Так раньше общаться не мог никто. Назвавшийся Вихрем стал посредником и в общении с женщиной. После чего для ускорения диалога и женщина перешла на звуковую речь, которую Ситиньялло понимал прекрасно. Другое дело, что сам он в ответ не мог изобразить звуковые формы общения, не хватало все тех же необходимых частей гигантского тела, которые могли бы это сделать. Но все равно процесс общения сразу ускорился.

Возникшая пауза после очень неожиданных вопросов женщины, которую крылатый Вихрь называл Эелейнд, не слишком сказалась на результативности ведущегося контакта. Причем на каждый вопрос Подрикарчер отвечал по очереди и довольно обстоятельно:

«Где мои дети? Да их у меня нет совсем. И я даже не знаю, могут ли быть вообще. Понятие селекции у животных и суть деторождения у людей мне понятны, но я отличаюсь как от первых, так и от вторых совершенно. Мало того, я до сих пор не знаю, к какому полу принадлежу, потому что никаких половых признаков у меня нет и не может быть по умолчанию. Почкование и деление мне тоже не присущи, хотя тут я могу и ошибаться. Возможно, я еще слишком молод, чтобы размножаться тем же делением, к примеру».

В этот момент гостья и задала попутный вопрос:

– А сколько вам конкретно лет, уважаемый Подрикарчер?

К данной системе, где три солнца вообще не позволяли определить для планеты год как данность, подсчет возраста был бы немыслим, но Хозяин нахватался много знаний от «санитаров космоса» и такое понятие, как «стандартный год», который мало чем отличался от земного, ему было известно.

«Мне недавно исполнилось одиннадцать тысяч лет. – Всплеск эмоций показал, что гостья и удивлена, и поражена, и одновременно в восторге. Но слушала она, уже не перебивая, поэтому Хозяин завершил свой ответ: – Как раз из своего далекого детства я очень смутно помню, что родители у меня вроде как есть… или были. И как раз они мне и дали имя Ситиньялло. Хотя порой мне приходят мысли, что они не настолько родители в вашем человеческом понимании, как некие создатели моей плоти и моего разума. Но, не имея, кроме домыслов, никаких иных данных, я могу и ошибаться. Может, я вообще сам родился под воздействием излучения на эту планету сразу трех звезд».

– Ой, как интересно! – слишком непосредственно и ярко реагировала Елена. – И так таинственно! Только вот, мне кажется, вам невероятно скучно жить одному. Или вы все-таки с кем-то дружите?

И опять вопрос поставил Хозяина гор в тупик. Ему никогда до этого не попадало в процесс мыслительной деятельности такое понятие, как «дружба», и он решил уточнить:

«А что это такое – „дружите“? Никак не могу определить в своем словаре».

– Да это совсем просто, – охотно стала объяснять женщина. – Дружба – это когда двое или больше существ питают друг к другу огромное доверие, уважают, любят, заботятся друг о друге и во всем помогают. Вот, например, мы с Вихрем дружим сильно-сильно. Я его просто обожаю и всегда готова его и накормить чем-нибудь самым вкусным, и почистить его щеткой, и душ ему устроить. Ведь ему тяжело самому сделать подобное. А он мне разрешает себя гладить, им любоваться и общаться. А когда нам надо, то он меня еще и катает по небу, и это преогромнейшее удовольствие. Причем, когда мы летим вместе, нам радостно вдвойне, потому что мы чувствуем эмоции, мы обоюдно ощущаем радость полета, и я порой кричу от восторга, не в силах удержаться.

После паузы последовал логичный вывод: «То есть дружить – это наивысшее блаженство и счастье?»

– Несомненно! Потому что если есть друзья – любые проблемы решаются легко и быстро. Дружба – это постоянная взаимопомощь, постоянный приток новых эмоций и ощущений, а также твердая уверенность в защите и поддержке.

«То есть если тебе что-то надо, ты просишь у своего друга и он этим с тобой делится?» – стал уточнять Подрикарчер.

– Конечно! Он – со мной, я – с ним.

«А если у него нет того, что нужно тебе?»

– Не беда. Во-первых, нашими общими усилиями отыскать нужное или построить нечто большое будет гораздо проще. А во-вторых, у моего друга есть его друзья, которые тоже не откажут ему в просьбе пособить либо в помощи силой, либо в помощи чем-то материальным. А значит, любые проблемы окажутся решены гораздо быстрее, если у человека много друзей. И чем больше друзей, тем жить легче и интересней.

По большому счету Елена совершенно не задумывалась над глубоким смыслом своих ответов и вопросов. Просто как человек вежливый и деликатный она не хотела сразу спрашивать о своем брате и выяснять в лоб: не Подрикарчер ли устраивает тут ловушки и незаконные пленения. По ее понятиям, следовало вначале поговорить на отвлеченные темы и только после налаживания кое-какого контакта и приемлемого расположения к собеседнику можно переходить к важным темам.

Тем более с тем, кто сразу изначально не мог войти в такую категорию, как человек или иное известное существо, попадающее под понятие «разумный». Недавняя рабыня и так за последний месяц узнала невероятно много. Познакомилась с разумным кальмаром Прусветом и перестала вздрагивать при его виде и звуках иерихонского Прусветова голоса. Наладила уникальный контакт с пегасом Вихрем и его матерью Дивой. Лично помогала практически разумным кайреги вернуться на свою историческую родину. Нисколько не удивлялась великанам баюнгам и визжала от восторга при виде пушистых и милейших туюсков. Хорошо знала историю и строение тел летающих сейзунов и интенсивно знакомилась с информацией про иные, отличные от человека разумные существа. Так что и тут такое вот неординарное общение было ею воспринято как должное.

Разве что изначально у женщины сформировалось мнение, что Хозяин гор – это некий бесплотный дух. Добрый, милый, ну разве что любящий попроказничать и похулиганить. Как домовой, к примеру. Тем более что, несмотря на невероятный возраст, детство у него оказалось весьма трудное, скорее всего, брошенный или забытый родителями сирота, которому пришлось на жуткой и страшной планете изо всех сил бороться за собственное выживание. Понятно, почему и друзей него не было: аборигены вымерли, а глупые инопланетяне наверняка пытались его поймать для своего зверинца. Вот и получалось, что бедный дух страдает от одиночества, и, скорее всего, поделись он своими страданиями с тем же Торговцем, тот запросто перенес бы его либо к родителям, либо как-то иначе отыскал способ одного существа общаться с другими, себе подобными.

Так что диалог на тему дружбы, можно сказать, получил свое логическое завершение в очередных вопросах и вполне гениальных, как для данного стечения обстоятельств, ответах.

«Как начинается, как зарождается дружба?» – спросил Ситиньялло.

– О! Это очень просто! – заверяла гостья пещеры. – Надо иметь чуточку желания для общения, постараться понравиться, а еще лучше предложить, а потом и подарить что-то очень красивое, нужное или полезное. Ну и самое главное: надо просто постараться понять, чего конкретно хочет иной разумный, чего он желает и хочет и чем ты ему можешь помочь.

«Странно. Ведь лягушка не пытается понять улитку, она ее сразу съедает. Правильно?»

– Для неразумных созданий, живущих инстинктами, – совершенно правильно. Но тем и отличаемся мы с тобой, что мы существа мыслящие, стремящиеся к интересным познаниям, новым впечатлениям и не могущие существовать без общения и дружбы. Ведь даже психически неуравновешенные, больные особи нуждаются в некотором уходе, в опеке своих родных и близких, которые просто помогают им удержаться на грани существования. Даже они стараются создать вокруг себя некое подобие или видимость дружбы, потому жизнь без этого превращается в сущий кошмар.

«Однако! Как все просто получается, – еще сомневался Подрикарчер. – Значит, если кто-то предлагает мне какие-то дары, то он открыт и готов для дружбы со мной?»

– Несомненно! Правда, желательно знать, в чем ты нуждаешься, каковы твои чаяния, а для этого предварительно следует хоть немножко пообщаться с присущей любому разумному существу доброжелательностью. Вот, к примеру, я бы не против иметь такого умного, прожившего тысячелетия друга и уверена: только твои рассказы и деление опытом было бы лучшим подарком.

«Ага! Подарок – это не обязательно что-то материальное?»

– Несомненно! То же самое относится и к умениям. Ведь если бы ты научил меня тому способу общения, который ощущает Вихрь в гораздо большем, чем я, диапазоне, это был бы очень, очень большой подарок. С другой стороны, и мне очень интересно узнать, в чем ты нуждаешься. Что тебе надо? Чего бы ты хотел? Вдруг и я бы смогла тебе оказать некую услугу или сделать жест доброй воли, который и является первым преддверием настоящей дружбы.

Ответ задержался надолго. Хозяин данных гор задумался, убеждая самого себя: «В том-то и дело, что у меня все есть, мне ничего не надо, а все остальное я и сам себе могу сотворить или сделать».

Его и в самом деле накрывала волна уверенности, что у него есть все, по той причине, что многовековой уклад нарушался редко, стада лягушек взращивались неуклонно, никакие стальные игрушки и оружие Подрикарчера не интересовали изначально, а придумать для себя некий иной подарок у него банально не хватило ума и воображения. То есть он настолько зациклился на собственной жизни и своих бытовых приоритетах, что не смог приподняться выше и взглянуть на имеющиеся проблемы под иным углом зрения.

К примеру, самая его главная беда: малое, можно сказать, мизерное количество высокомолекулярных органических веществ. Тех самых белков, которые он мог получать при разложении живых существ с высокой организацией материи. Таких, как люди, в данном случае. То есть за нормальный, да еще и синтезированный или выделенный, белок Ситинья лло был готов дружить хоть с теми же улитками. Но настолько здравый смысл и соображение ему не отказывали. Хозяин понимал прекрасно, что инстинкт самосохранения присущ всем, а уж существа разумные в этом плане уверенно лидируют и будут бороться за свою жизнь до последнего вздоха. На примере аборигенов и «санитаров космоса» это было доказано и стало аксиомой. То есть было бы глупо попросить у этой женщины в подарок ее жизнь. Да и само понятие дружбы как бы утверждало длительные, чуть ли не до крайней старости отношения, которые после съедения одной из сторон вполне логично сразу бы прекратились в самом зародыше.

Но теперь в сознании огромного и всесильного существа назойливо вращалась и разрасталась своей масштабностью мысль-воспоминание: один из пленников, который получил сразу два условных имени, Второй и Умник, совсем недавно и вполне при этом доброжелательно предлагал Врубу какие-то подарки. Причем явственно не врал и утверждал, что подарки разные, невероятно ценные и любые по желанию. Естественно, что Умник не сможет заинтересовать Хозяина чем-то полезным и нужным, но поражал сам факт: человека раздели до гола, забрали у него все оружие, а он все равно готов идти на компромисс с пленившими его силами и фактически предлагает дружить!

Опять-таки, вспоминая реакцию пленника под именем Птица, или Первый, а потом сравнивая ее с реакцией аборигенов и «санитаров космоса», можно было сделать вывод о крайней озлобленности большинства разумных и категорическом их нежелании завязывать дружеские контакты. Тот же Умник явно гнался за Птицей с намерениями его то ли убить, то ли съесть живьем. А если это верно, то не является ли проблема нехватки белка основной проблемой для большинства разумных?

Дальше размышления Подрикарчера произвели невероятный вираж и помчались совершенно в ином направлении: «Как же я сразу не догадался! Ведь Второй уверял, что одарит меня всем, что я только не пожелаю, а значит, у него хватит сил одарить меня теми же белками. Только он для этого не себя мне предложит на развод или консервацию, а доставит в мои пещеры сотни, тысячи подобных ему самцов и самок! Мне только и останется, что расселить особей по плантациям и обеспечить в те ареалы нужную и постоянную миграцию лягушек. Как феноменально и как просто одновременно! Вот они, несомненные плюсы дружбы с благожелательно настроенными разумными существами!»

А как раз в этот момент прозрения и понимания Подрикарчер вдруг обнаружил, что два его надежно замурованных в удобной пещере пленника собрались бежать. Вернее, не бежать, как показалось вначале, а вообще лишить себя запасов воды и лягушек. Иначе зачем, спрашивается, открывать сток древнего русла для выхода собранной такими усилиями воды?

А сток был варварски вскрыт совместными усилиями обоих мужчин, и они начали с интересом наблюдать за событиями. Но тут уже и Хозяин догадался: вода уйдет – сток останется открытым, пленники последуют по нему и постараются затеряться в лабиринтах пустот.

«Наивные и неблагодарные! – одновременно и развеселился, и удивился, и разозлился владыка этих мест. – Неужели они думают меня обмануть? Неужели они надеются, что я их выпущу, предварительно не обдумав, не подготовив их дальнейший путь? Ну, ничего, сейчас мы ваш сток закроем! Зря вы так надрывались. Для этого дела достаточно обрушить всего несколько громадных камней со свода».

Но и дальше пленники сумели удивить своим непредсказуемым поведением. Сильно рискуя целостностью своих организмов, они бросились в сток еще до того, как в водовороте ослаб ревущий поток. И их унесло куда-то вниз вместе с тоннами воды и тысячами лягушек. А вот следить там за ними внизу оказалось-то и нечем! Подавляющая часть телес Подрикарчера находилась на верхних уровнях. Положение усугублялось еще и тем, что иная группа людей при содействии около сотни технических, самодвижущихся устройств настойчиво и нагло пыталась пройти на нижние уровни. С одной стороны, это было хорошо: самка, самец и великан сами продвигались в места своего будущего постоянного обитания. Как бы. Вся беда была в том, что и на них Хозяин не мог оказать должного ментального воздействия! И ведь понимал, что в магическом плане пришельцы гораздо слабее Птицы и Умника, а вот не мог с ними совладать, как только ни пытался. Все та же странная мелодия-свист сводила на нет все усилия как по усыплению, так и отводу глаз от ненужных для Хозяина проходов.

То есть внимание могущественного существа было несколько рассеяно сразу многими делами: разговаривал о дружбе с Эелейнд, пытался отследить сбежавших пленников, наблюдал за группой прорыва и массой техники, да и не забывал присматривать за своим царством вод, лягушек и улиток.

Как итог, чуть не остался без одной самки. Опускаясь вниз, они прошли над опухолью, а та вдруг взяла да попыталась съесть именно второго человека из идущей в авангарде пары. Подобных опухолей в горах оставалось шесть, и они постоянно досаждали Подрикарчеру своим неподчинением и непредсказуемостью. То они спокойно дремали столетиями, то вдруг начинали просыпаться, раскрывать свои пасти и сбрасывать в свои ненасытные глотки миграционные потоки выращенных с такой кропотливой заботой лягушек. Понятное дело, что стада уменьшались, их пастух и создатель злился и каждый раз пытался избавиться то от одной, то от другой опухоли. Но на попытки их уничтожить неподвластные хозяину полости замыкались наглухо и вновь впадали в спячку на долгое время.

Причем всегда при этом в сознании Ситиньялло довлело некое убеждение, что опухоли для чего-то нужны и кто-то их создал в свое время специально. А может, не столько сами опухоли, сколько прочнейшие вместилища для них? Скорее всего, именно родители и сотворили эти несколько странные полости, оснастили их пастями-ловушками и начинили упругими мышцами из древесных волокон, странной жидкости и плоти. Ну а раз их создали, следовательно, они для чего-то необходимы? Поэтому Хозяин и не слишком-то старался при их уничтожении. По большому счету не мешают? Ну и ладно. В иные полости не лезут и не размножаются? Вот и прекрасно! Ну а тысяча лягушек туда, тысяча сюда – глобальной роли не играет. Их гораздо больше вымирает во время той же миграции от жажды и падений с большой высоты.

А сейчас все получилось не так радужно. И хуже всего, что даже резко повлиять на ход событий Подрикарчер не мог, банально не имел в том месте должных сил. И только чудо, изворотливость женщины да ее технические помощники спасли ее от падения в опухоль. Мало того, в отместку за те несколько вспомогательных устройств, что все-таки провалились вниз, люди и их механические помощники начали настоящую войну с опухолью. Вначале они повредили ей пасть, и та не смогла закрыться в прежнее положение. Затем уничтожили полностью вторую пасть. Ну а потом так наподдали по внутренностям взрывами, огнем и излучением, что за короткое время вредная, надоедливая опухоль прекратила все свои жизненные функции.

«Вот это да! – неожиданно даже для самого себя восхитился и обрадовался Хозяин. – Как они лихо прикончили эту вредную, надоевшую мне болячку. И что самое интересное, мне хуже от этого не стало, и вдобавок появилась одна громадная полость для выращивания и селекции нового, изолированного от других лягушек вида. Или улиткам дать шанс? Да и мох там наверняка особенный вырастет на тех сожженных остатках».

Проснувшийся у него в душе жадный хозяйственник тут же стал продумывать, как он воспользуется таким подарком и как было бы здорово, помоги гости избавиться от других подобных опухолей. Заодно требовалось срочно разыскать сбежавших пленников, которые воспользовались мешающими поиску массами воды. Да и сами потоки воды весьма нарушенного многоуровневого каскада теперь нуждались в кропотливом восстановлении. Ну и разговор с гостьей в пещере на верхнем уровне требовал повышенного внимания. А как пленить шуструю самку с несущим по воздуху устройством теперь стало чуть ли не вопросом принципа. Ведь что одна, что вторая самка, как и мужчина, и великан, их сопровождающие, не поддавались ментальному воздействию. Да плюс следовало срочно и тщательно обдумать новую, слишком отличную от прежней политику отношения к людям. Ведь если выгодней с ними дружить и получать подарки, возможно, это позволит гораздо эффективнее и быстрее достигнуть намеченных целей?