Текст книги ""Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

– Ты как хозяина встречаешь, придурок?! Значит, так: немедленно звонишь в колокол и прекращаешь все работы. В мануфактуре тоже. Всех людей собрать в этом дворе через пять минут.

И, ничего больше не повторяя, двинулся в дом. Судя по онемевшему рту приказчика и по его вываливающимся от страха глазам, до него все дошло правильно. Не успели визитеры войти в гостиную, как во дворе заполошно зазвонил тревожный колокол.

Похоже, что опекун молодого хозяина, его родной дядя, видел все случившееся через окно. Потому что стоял возле комода с самым что ни на есть бледным видом, но держал в обеих руках по длинной рапире. Оружие заметно подрагивало, а голос так вообще прерывался:

– Ч-что… что т-тебе надо?

– Дядя, положи мои рапиры на место и немедленно присоединяйся к рабочим. Ты еще не забыл свои обязанности обвальщика? Ну вот и хорошо, если будешь вести себя правильно, с этого часа ты опять зависишь от норм своей выработки.

– А-а-а… э-э-э… Что с его магическим могуществом?

– Чего это ты так за него переживаешь? Скоро этого убийцу будут судить, а потом сожгут на площади перед всем честным народом. Или ты решил за него заступиться?

– Как… как можно!.. – Дяде явно не хватало воздуха. – Он же злой и плохой колдун!

– Значит, порадуешься вместе со всеми на его казни. – Хотрис выглянул в окно и предупредил: – Люди уже во дворе, но если ты через минуту не будешь стоять среди рабочих своего цеха, можешь сразу убегать за ворота. Защищать тогда я тебя перед простыми людьми не стану. Убьют так убьют. Тем более что у них давно руки на тебя чешутся.

Видно было, каких мучений дяде истинного владельца стоило принять верное решение. Шпаги он поставил в угол быстро, на дворе тоже появился, как будто его вытолкнули наружу, а вот дальше все решила явная, мстительная злоба, которая читалась в глазах уже начавших понимать грядущие перемены рабочих. И только что сверженный управляющий довольно резво побежал в сторону ворот. Те весьма быстро открылись, а потом и захлопнулись под радостное улюлюканье множества глоток.

– Пойдет искать на тебя управу? – спросила Александра.

– А найдет?

Торговец улыбнулся простоте встречного вопроса:

– Не переживай, мы будем присматривать иногда за поместьем, навещать. Да и новому бургомистру предупреждение в кабинете повесим. Ну а как ты с остальным распорядишься?

– При жизни родителей работал у нас прекрасный и честный управляющий, а сейчас он раскройщиком трудится. Опять его поставлю, а приказчиков сам подберет. Прежние пропали.

И чуть позже графская чета пыталась скрыть удивление, слушая, как правильно и умно выступает наследник рода Тарсон перед своими работниками. И объяснил все, и посулил повышение заработков, и расчеты правильные сделал, ну а когда назначил прежнего управляющего руководить поместьем, народ радовался от всей души. Даже уходить было жаль.

Но с другой стороны, следовало и силу показать. Поэтому Дмитрий постарался незаметно шепнуть ученику:

– Поднимешь руки, скажешь: «До встречи!» – и мы прыгнем.

Кульминационное зрелище удалось. И, уже оказавшись в саду, возле камня перемещения, Хотрис позволил себе бурное излияние эмоций:

– Как они смотрели, ты видел? А как я этого жирдяя завалил? Ух, я и сам от себя такой злости и силы не ожидал! Опять увижу Эрлиону, расцелую в знак благодарности!

Вначале графиня, а потом и сам граф захихикали:

– Ладно, ладно, расцелуешь. Если она согласится. Только давай вначале опять попробуем в замок попасть. Готов? Тогда пробуем вдвоем!

Они взобрались на камень.

– Представь себе двор замка. Есть? Прыгаем!

С резким выдохом Александра увидела, как дуэт Торговцев вначале исчез, но через десяток – полтора секунд вернулся из подпространства озадаченный.

– Теперь представь себе внутренности замка.

– Кухню?

– Правильно мыслишь!

Прыжок. Безрезультатно.

– Теперь спальню!

Но и со спальней ничего не получилось ни в тот раз, ни в пару десятков других. Наконец юноша уже чуть не плакал от расстройства:

– И что теперь? Я ведь все четко представляю, словно картинка перед глазами стоит. И хуже всего, что все сгорело: и маяк, и кресло, да и вся остальная лаборатория. Или мы потребуем у Купидона рассказать все секреты?

– О-о! Еще как потребуем!

– Но почему нам сейчас не удается?

– Понятия не имею, – задумчиво ответил старший Торговец. – Может, и в самом деле закрыто?

Глава тридцать четвертая
Штурм

Словно с песком хрустящие в голове мысли оборвало появление разумного кальмара:

– Вы еще здесь? Все бьетесь головами об стенку? И как, не болят?

– Увы, если мозга нет, болеть нечему! А у тебя какие успехи?

– Отыскал сразу два тайника. Но оба представляют собой странную магическую конструкцию… как ты ее называл?

– Модуляторная с перекрестным концентратором, – напомнил Дмитрий.

– Вот-вот! И в этих модуляторных такая ловушка таится, что боюсь, и меня распластает. Достаточно только камней коснуться щупальцем, как там все станет нестабильным. В одной четыре, во второй два камня-накопителя. Как быть?

Уже в следующий момент все четверо находились в одном из неразрушенных крыльев замка, а Торговец тыкал пальцем в глухую стену:

– Здесь? Ай да Купидон! Умудрился в одном месте столько модуляторных построить! Его бы энергию, таланты и гений да в доброе русло!

– Может, его тоже отдать на лоботомию и повторное воспитание? – предложила Шура.

Но супруг ответил категорически:

– Ни за что! Хватит с Эрлионы и Дасаша. Вон она с ним сколько возится, а ведь и при зачистке памяти страшную порцию негатива приходится ей через себя пропускать. Как бы со временем эта мразь в ней не осела да вредить не начала. Представляешь, что может случиться?

– Представляю. Но ты стенку-то проломи, или мне за деструктором опять тащиться? – После того как стенка ввалилась внутрь, она смело двинулась в пролом. – Уф, как здесь пыльно! Все забирать?

Ни Дмитрий, ни разумный кальмар и слова вымолвить не могли. Разве что человек затолкал своего юного, еще ничего не соображающего коллегу себе за спину. Настолько истинные маги понимали последствия возможного взрыва и опасались этого. А графине хоть бы хны. Выгребла все четыре накопителя, уложила их на сгибе локтя и вновь вышла в коридор.

– Ну что, отправляемся ко второй модуляторной? Прусвет как-то странно икнул, а потом так задумчиво спросил:

– Слушай, Торговец, а жена у тебя кто?

Тот не придумал ничего иного, как пожать плечами и ответить вполне серьезно:

– Графиня Светозарова Свирепая Шахматная.

– А-а-а! То-то я смотрю, она накопители, словно грибы, собирает.

Когда еще одна пара накопителей оказалась в сумках, настала пора определиться с дальнейшими действиями. И тут, отдавая один из накопителей в личное пользование разумному кальмару, Дмитрий совсем иными глазами посмотрел на своего нового товарища. Затем с минуту мычал что-то невразумительное, а потом воскликнул:

– Прусвет! А ты в полной темноте видишь?

– А как я, по-твоему, в каменной толще предметы нахожу?

– Как?!

– Ха! Да просто: смотрю и вижу. А в пустотах еще и издали чувствую.

– Где ж ты раньше был! – в сердцах воскликнул человек, а разумный кальмар ответил очень двусмысленно:

– В тюрьме сидел. На тебя кричал.

– Ну и правильно делал. После твоего крика лучше думается.

– Так я сейчас! А-а…

Но крика Живого Ужаса так и не последовало, а тон Торговца стал серьезным:

– К делу, дамы и господа! Сегодня же нам надо отыскать Елену и вытащить ее из лап вымогателей.

И совсем не удивился, когда Хотрис спросил:

– Какое задание получаю я?

– Тоже ответственное: сразу начинаешь учиться вести подсмотр методом мелькания. Как только обоснуемся на Земле, так сразу и приступишь. Ну а мы…

Больше конспиративных квартир у Светозарова в нужном городе не оказалось. Поэтому он без особых угрызений совести пошел на нарушение частной собственности. Благо огромных квартир в три уровня, в которых никто не жил многими месяцами, а то и годами, в мегаполисе хватало. Отключил сигнализацию, обесточил видеокамеры и устроил внезапный отъезд дотошного консьержа. Естественно, что и на приборах управления охранной сети не моргнула при этом ни единая контрольная лампочка.

«Третья» в полном составе и с кучей разнообразного оружия расположилась на среднем этаже, в огромном салоне. Там же и старый поляк поместился со своим аналитическим оборудованием. Выше соседствующий с крышей этаж приспособили для нескольких сборников-ловушек. Так, на случай сброса неучтенных взрывоопасных артефактов. В основном же Дмитрий собирался каждого пленника по возможности обдирать как липку от одежды еще в подпространстве, а потом кидать в удобные зинданы своего герцогства Томной Печали.

На нижнем этаже устроили банк, где в мешках лежали собранные по всем мирам драгоценности, а на поддонах, стоящих рядами и обтянутых твердым пластиком, громоздилась немыслимая сумма в пять миллиардов евро. На всякий случай Светозаров хотел иметь выкуп как можно ближе, так сказать, под рукой.

Казимир Теодорович расставил все свои устройства и включился только на сбор уже поступающей информации. Не хотелось привлекать к себе внимание врагов преждевременно. Материала поступило много, и как раз с его переработки начали обсуждения. Правда, вначале Светозаров довольно подробно объяснил Прусвету, где и как проходят подземные линии с курсирующим на них поездом. Тот не стал задавать много вопросов, только один озвучил:

– А как выглядит Елена?

Вопрос не бровь, а в глаз. Хотя и запоздало сообразили, что могли попробовать вытянуть фотографию современного образца, чтобы увидеть, как женщина выглядит в свои тридцать три года, и якобы для сравнения. Но сейчас ничего, кроме фотографии двадцатилетней давности, не нашлось. Тем не менее Прусвет и ее внимательно изучил, сделал какие-то сравнения с родителями и с находящимся рядом старшим братом похищенной и впитался в стену, словно дымное облако в вентиляционную решетку.

Смотрящие на это чудо воины «третьей» не сдержались от бурных эмоций. Причем первой воскликнула Дана:

– Над ним даже аура, как над человеком!

– А мне до сих пор кажется, что я попал в мультик, – признался Василий. – Вот уж чудо, так уж чудо!..

На что Петр, которому впервые разрешили встать на ноги после травмы и передвигаться даже без костылей, напыщенно попытался воскликнуть:

– Есть многое на свете, о Гораций!..

Но его твердо остановила Александра:

– Заканчиваем травить, ребята! Еще и не таких чудес насмотритесь. Вам еще свой Лудеранский лес от жутких кайрегов освобождать, вот там и пофилософствуете. И кстати, не вздумайте что-то неприятное ляпнуть при разумном кальмаре! Прусвет просто отличный парень и замечательный, верный товарищ.

Несколько отстраненно Курт вставил и свои пять копеек:

– Шура, ты за них не переживай. Я вас, русских шутников, знаю, поэтому лично присмотрю.

– Спасибо! – последовала дружная хоровая благодарность.

– Как бы там ни было, – взял слово Светозаров, – а на Прусвета у нас самые большие надежды. Если уж он в тех подземельях не разберется и ничего не отыщет, даже не знаю, что придумать.

– И с его помощью будет сложно, – подал голос Теодорович от своих компов. – Вот тут по докладам видно, что на склад и отель привезли много тяжелых ящиков. А другие источники указывают на конкретную продажу взрывчатки в этих ящиках третьим лицам. Так что, видимо, все три объекта минируются, словно на предпраздничном социалистическом соревновании.

– М-да! – с огорчением воскликнул Торговец, покривился, а потом легонько ткнул сидящего как мышка Хотриса кулаком в плечо: – Ладно, стажер, тут и без нас думать будут. Идем ложимся в другую комнату, и будешь начинать учиться. Шура, если что, растолкаешь нас.

Они ушли в спальню под неустанные вопросы юноши:

– У меня получится? Сразу? А это легко? И почему «мелькать»?

Проводив их взглядами, оставшиеся члены готовящейся операции все дружно прикипели к экранам, где продолжала накапливаться стекающаяся от сыскных агентств информация. Дело шло к вечеру, и поэтому на всех трех объектах резко возросла активность. Особенно это отмечалось в посольстве, машины так и сновали туда-сюда, то выгружая, то загружая пассажиров. Причем многие машины заезжали во внутренние гаражи, а там рассмотреть вообще ничего не получалось.

– У них там что, и в самом деле дипломатический прием намечается? – не верил Василий. – Тоже мне время нашли.

– Да, тут мы малость не успели, – рассуждал аналитик. – Следовало за несколько часов до того пустить утку, что посольство заминировано, и ни одна бы душа туда не наведалась.

– В таком случае они могли и в самом деле подорваться, – предположила Сильва.

– А смысл? Штурма нет, опасности захвата – тоже. Территория неприкосновенна: своими силами отыскали бы какую-нибудь бомбочку в игрушечной машинке и торжественно вынесли бы фоторепортерам. Зато такого бы столпотворения не было.

– Так, может, сейчас запустить утку? Или анонимный звонок?

– Ни в коем случае! – мотал седой головой Казимир Теодорович. – В данный момент все может пойти наперекосяк. Вплоть до массового захвата заложников. Причем сам захват легко подделают в самом посольстве, а вину свалят на политических противников. Тогда там вообще такое начнется, не дай матка боска!

– Хорошо, давайте обдумаем такой вариант, – стала предлагать Александра. – Прусвет отыскивает, а Дмитрий выдергивает свою сестру из неволи. Что в таком случае предпримут вымогатели?

Мнений было много, но основное выглядело проблематично: в таком случае преступники все равно попытаются отыграться на невинных жертвах и либо взорвут то же посольство, либо создадут видимость захвата всего посольства в заложники.

– Ладно, второй вариант: Дмитрий отдает за сестру выкуп, но при этом успевает спрыгнуть из-под готовящегося на него покушения? Что теперь?

Как ни странно, но и теперь сошлись во мнении, что для заметания собственных следов халиф Рифаил устроит кровавое месиво на месте посольства. А может, и на остальных двух объектах. Тогда вообще могут пострадать тысячи ни в чем не повинных людей.

От подобных выводов спорщики даже ругаться стали. Тут выручил опять немец:

– Все, шутки в сторону! – А когда все на него уставились, заявил: – Как ни кинь, а клином выбивают клин.

– Это ты напутал, – заявил было Петр, но Курт и его остановил.

– При смешении русских пословиц как раз и всплывает самое основное. А не понимаете, поясню. Как ни крути, как ни старайся, а захват боевиков, минеров и прочих террористов, окопавшихся на этих объектах, придется проводить. Причем на всех трех! И причем хватать всех подряд, в том числе и иных дипломатов. А уже потом мы с ними сонными, вернее, парализованными и раздетыми догола будем разбираться.

– Так много он не захватит, – скривилась графиня.

– Почему? Сил и накопителей у него с лихвой.

– Время – самый главный враг. При всей своей уникальности Дима не сможет находиться одновременно в трех местах. Молодой Хотрис тут ему не подспорье. И пока он будет вытягивать все живое из посольства, к примеру, то в любом случае сигнализация сработает и все иные объекты уничтожатся в пламени взрыва.

Спор вспыхнул с новой силой. Но на этот раз его погасила фраза Петра:

– Опять-таки, если воспользоваться возможностями разумного кальмара. Ведь он может протягивать любую физическую вещь в камень и там ее оставлять?

– Да, – подтвердила Александра. – Он даже колдуна одного в стену упек, и тот теперь там мучается. Но что нам это дает?

– Да пусть он в тех туннелях с поездом повредит линии связи. Причем не явно, а так незаметно, легонько погружая краешек кабеля в окружающую породу. Пока техники будут искать и разбираться в явной технической неисправности, Дмитрий, стреляя с двух рук из парализующих шокеров наших друзей-хаерсов, успеет складировать все тела в герцогстве Томной Печали.

– Ой, как притянуто за уши! – возмущался старый поляк. – Ты, видимо, о связи только и знаешь, что она по кабелям проходит?

– Но ведь это под землей! – неожиданно вступилась за своего будущего мужа Дана. – Там радиоволны вязнут, не проходят. Помимо этого, я еще могу пару помех поставить прямо вокруг объектов. Имеется у меня такая магическая структура.

Александра немножко ожила:

– Ну так давайте эти моменты более тщательно продумаем.

Когда появился возле людей разумный кальмар, то они его даже не заметили. Поэтому пришлось Прусвету заявить о себе вслух:

– Вагон с Еленой отыскал. Идентифицировал. Она. Тормошите Торговца.

Вскоре уже сам Светозаров выспрашивал мельчайшие подробности, а Прусвет раскрывал свой талант рассказчика:

– Там не поезд, а всего один вагон. Со всех сторон торчат стволы оружия, сразу понял, что наверняка заминировано. Отыскал под днищем несколько ящиков, но зато легко разобрался, что к чему. Теперь смогу отсоединить, не напрягаясь. А вот в самом вагоне все гораздо сложней. Там нереально разобраться в ворохе имеющейся взрывчатки. Очень много, но все мелкими порциями. Но я-то состав любой могу пропустить через себя! Поэтому когда Елена нависла над мраморным столиком, обследовал ее драгоценные подвески на шее и крупные бусины. Они все – сплошная взрывчатка с громадной силой сжатия.

– Так вот как они хотели тебя убрать! – воскликнула Александра, глядя на мужа. – Ты встречаешься с сестрой, обнимаешь ее и – бах!..

– Ничего, предупрежден, значит вооружен. А как она выглядит? Что делает?

– Нормально, в меру бодрая, в меру оптимистичная, даже на своих охранников покрикивает. Вот только вслух и часто проклинает прибор ночного видения на голове. С ним ведь и в туалет ходить приходится, и кушать, и при общении надевать. Вот она и сердится часто. Но тут же себя успокаивает, сдерживает.

– Рифаил там?

– Халифа в вагоне нет, только пять охранников и две женщины. Похоже, повариха и служанка.

– Плохо. А что вы тут надумали?

О своих попытках обучения стажера и личном мелькании внутри объектов сообщить что-то радостное не получалось. Только одно изменение сам лично и заметил: на складе полностью демонтировали линию по подпольному производству лекарств. Станки все разобрали, и теперь на верхних этажах ни души.

– Зато в посольстве столпотворение, – начал рассказывать Казимир Теодорович.

Но когда все обсуждения закончились, Торговец неожиданно заулыбался:

– А ведь все удачно складывается. Смотрите: сейчас я звоню Рифаилу и заявляю уже о конкретном часе передачи выкупа. Причем назначаю его на завтра, на обеденное время. День отсрочки у меня есть, по условиям нашего договора. То есть сегодня он наверняка метаться не станет, а преспокойно завалится спать. Надо ведь набраться сил перед ответственным событием. Где бы он ни лег, не столь суть важно, но в любом случае посольство часов через пять все равно опустеет и риск захвата нами чужих дипломатов сведется к минимуму. Как и сам риск массовой гибели при взрывах. За это время Прусвет меня вместе с Куртом наведет на подвалы заминированных объектов, и мы там постараемся устранить запалы, капсюли и электронные подсоединения по максимуму. Ну а потом – сразу к вагону, и начинаю оттуда. Ага! Вас всех чуть раньше – на плато с зинданами. Заодно добавлю вам в помощь пару десятков целителей из академии. Думаю, там они будут в безопасности, а вот помочь смогут кардинально.

Все перевели взгляд на Хотриса, которого Дмитрий боялся даже на минуту оставить без своего присмотра.

– Эх, придется нашего юного героя оставить в академии, под приглядом Титела Брайса. Больше никому пока не могу доверить.

На том и порешили.

Начали с телефонного звонка. Договорились с вымогателями о точном времени обмена, местах и порядке. Халиф, который находился и в самом деле в подвалах посольства, выставил слишком жесткие условия. Получалось, что деньги и драгоценности следовало передать чуть не в самый центр скопления банкиров из нескольких стран, прямо им в руки. То есть вот, нате вам всем сразу и все. А уж потом я буду понемножку у вас забирать. Единственно верная для такого преступника политика. И только после целого часа оформления и пересчета полученного выкупа халиф обещал позвонить и сообщить, где и в каком месте появится Елена.

Наглое требование. Коварное и скользкое. Но ничего не оставалось делать, как согласиться. Зато после таких разговоров работалось на разминировании с рабочей злостью и стальной выдержкой. Настолько уже достало это общение с подлыми похитителями людей, и настолько уже окрепло желание этих всех мерзких преступников уничтожить одним махом.

И вот настал час, когда все меры приняты, большинство зарядов разминировано и даже линии связи повреждены. Дмитрий стоял в полной темноте туннеля, вжавшись в выемку стены, и внимательно прислушивался к говору разумного кальмара, который крепко держался за его плечи и только высовывал краешек глаза прямо сквозь уголок камня:

– Все, вагон встал. Конец пути. Второй машинист садится за управление. Тронул обратно, поставил на малый ход, отвернулся, что-то говорит напарнику, привстал. Пошел!

И Старший Торговец стал действовать. Первым делом он, конечно, выхватил из кроватей всех трех женщин. Обдирая с них подпространством все одежды, украшения и даже детали пирсинга, он только и молил судьбу, чтобы женщины не истекли кровью до оказания первой помощи или не скончались от страха. Хотя слух уловил от кого-то из них слабое, почти неслышное восклицание при переносе:

– Димочка.

И стало понятно, что сестра ежесекундно ждала подобного момента. Так что не испугается и не получит скоротечного инфаркта. Но даже и на этот случай Эрлиона оставалась предупрежденной и ждала, готовая оказать вместе с остальными старшими целителями академии самую первую помощь.

Ну а с остальными подельниками Рифаила вообще не стал церемониться. Обдирал их пространством настолько грубо, что дикие вопли, исторгаемые впадающими в паралич пленниками, его даже радовали. Причем было все равно, кто это кричит: мелкая сошка или сам халиф. После вагона – посольство! Потом – отель. И напоследок – склад. Причем если несколько взрывов и произошло, то удалось их затянуть в подпространство, и если они там кому-то и повредили, то только тем, кто решил добровольно стать ходячей миной.

Но когда он вынырнул в конце тяжкой работы на плато с зинданами, то ужаснулся количеству только что похищенных им людей. Чуть ли не пять сотен. Причем некоторые тела оказались разорваны и измочалены взрывами, а почти все остальные имели кровотечения на коже, полученные, когда с нее, словно наждаком, сдиралось все лишнее. Кто жив – все без сознания. Ведь приходилось использовать шокеры хаерсов с самого первого мгновения. И вот в этом жутком кровавом бардаке его супруга, бароны Лудеранского леса и два десятка старших учеников академии пытались отыскать его сестру. Его единственную родственницу в этом мире.

Не единственную, конечно, но о своем будущем сыне в такой момент вспоминать не было смысла: ведь тот еще не родился. А вот Елена!..

Пожалуй, удачный исход операции решило только одно: все спасатели действовали быстро и без лишних сантиментов. Даже графиня Светозарова, которая в бытность работы агентом конторы падала в обморок при виде трупов, сейчас действовала, словно прошедшая войну сестра милосердия. Быстро отыскивала наиболее опасные раны на попавшемся под руки теле, останавливала кровь и делала перевязку. Затем двигалась дальше.

Елену удалось отыскать Сильве. Как и первой убедиться, что бесчувственное тело не пострадало. Ну, почти не пострадало. Внешне. А вот непонятные три пятна на спине, с распространяющейся во все стороны синевой, сразу всполошили двух подтянувшихся целительниц. И когда подскочил Торговец, они в два голоса заявили:

– Яд! Если бы была в сознании, уже бы умерла!

В следующее мгновение Дмитрий с сестрой на руках уже стоял на бортике бассейна, а в уши его ворвалось магическое повеление:

– Бросай в суспензию!

Дальше ему пришлось спрыгнуть на пол и отступить на несколько шагов назад, чтобы не испортить зрение из-за разыгравшейся магической бури. Хотя уже через пару минут бессильного ожидания не удержался от вопроса:

– Что с ней, Эрли?

После короткой паузы раздался шум водопада, треск колющегося льда и несколько усталый женский голос:

– Будет жить. Ты успел вовремя. Да и два подаренных тобой час назад кристалла мне пригодились.

– Что с ней сделали? Как отравили?

– Скорее всего, иглы пронзили матрас, на котором она спала. И то хорошо, что только три иглы коснулись кожи. Могло быть и больше.

Не в силах больше здесь оставаться и уже успокоившись о самом главном, Светозаров спросил:

– Через сколько мне сюда вернуться?

– Часа через три. Но лучше вообще не уходи.

– Почему?

– Сейчас месть твоя будет неправильна, остановись.

С минуту он подумал и твердо пообещал:

– Эрлиона! Сейчас я никому не буду мстить. Только помогу нашим.

– Тогда иди.

И вот перед глазами Торговца опять залитое кровью плато. Причем залитое кровью врагов. Но почему, почему он совсем этому не рад?