Текст книги ""Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Огромные глаза Александры уставились на Дмитрия с обожанием:

– Конечно!

– Тогда просто доверься мне во всем и тщательно выполняй все мои указания. Договорились?

– Легко!

– Тогда прямо сейчас и отправимся.

– Прямо вот так? – Девушка кокетливо подтянула простыню, прикрывая почти освободившуюся грудь. – Да и душ принять хочется.

– Естественно, примем! И одеться нам надо будет соответствующе. Тем более, что я сообразил заблаговременно запастись для тебя некоторой специальной одеждой.

– Без моего согласия? Ты ведь совсем не умеешь выбирать платья.

– Ха! Это не совсем платье, но, мне кажется, одежда тебе понравится. Поэтому объявляется аврал: весь личный состав должен помыться, одеться и через десять минут выстроиться на верхней палубе для последнего инструктажа. Побежали!

– Э, нет! – Александра капризно надула губки. – Я так быстро себя в порядок привести не успею. Тем более, что до верхней палубы так далеко идти. Кстати, а где моя лошадка?

Уже начавший было движение к выходу из кухни Дмитрий покорно вернулся и подставил любимой свою спину:

– Транспорт подан, Махестар!

Откинув простыню, наездница с довольной улыбкой прижалась к мужской спине и проворковала:

– А обзываться – зачем?

– Разве ты не знаешь, что так в Испании обращаются к их величествам? Между прочим, подобное обращение используется в очень многих мирах.

– Ах, да! Ты ведь недавно так изумительно общался с принцем и его супругой. Но неужели и в других мирах тоже говорят на испанском?

– Нисколько! – Светозаров чуть ли не бегом поднимался по лестнице. – Там порой такая языковая каша творится, что ни один лингвист по записи не разберется.

– Как же тогда общаются с аборигенами путешественники?

– Подожди до первого контакта, умоляю.

– Ну, раз умоляешь, подожду! – пообещала Александра, спрыгивая на пол возле ванной комнаты и устремляясь туда первой: – Чур, я в шарко первая!

– Тогда чур: намыливать тебя буду я!

– Ха! Можно подумать, я позволю это сделать кому-то другому!

К процессу подбора одежды Торговец отнесся со всем тщанием. Пуленепробиваемый камзол в данном случае не требовался, да и не было подобных вещей на вилле, зато отменное воинское обмундирование элитных десантников в наличии имелось. Причем как раз по размеру женской фигурки. Идущие в комплекте щитки и разгрузку надевать не стали из-за лишней тяжести, а в многочисленных карманах и без того находилась уйма всякой всячины, полезной для дальнего похода. Начиная от разноцветного фонаря необычайной мощности и кончая набором средств первой медицинской помощи. Напоследок Светозаров застегнул на крутящейся перед зеркалом Александре пояс с кобурой, из которой торчала рукоятка пистолета.

– А это зачем?

– Умеешь пользоваться?

– Да. У нас в школе был клуб любителей стрелкового оружия, так что даже модель мне известна. Но как нас в таком виде оценят на улице?

– В доме они хранятся с полным комплектом разрешений. А на улицу нам выходить не потребуется. Ну-ка, покажи свои умения!

Девушка, хоть немного неумело, вынула магазин, взвела затвор и спустила курок. Затем вставила магазин на место, загнала патрон в ствол и поставила на предохранитель. Напоследок со все увеличивающейся сноровкой удалила патрон из ствола, вернула его в обойму и привела пистолет в состояние нормального хранения. Ничего не оставалось, как похвалить:

– Отлично! Если ты еще и стрелять умеешь – по движущимся целям, я с тобой иду в разведку.

– Какой из меня разведчик. – Александра вложила пистолет в кобуру. – По мишеням и то редко стреляла, патронов нам очень мало давали.

Дмитрий запоздало сообразил, что для усиленных тренировок патроны покупать надо тысячами, а позволить себе такую роскошь скромно живущая обывательница никак не могла. Поэтому просто подбодрил:

– Ничего, мы это дело вскорости наверстаем. А сейчас спускаемся в подвал.

– У тебя там подземный ход?

– В нем нет нужды. – Они отправились вниз, а Торговец продолжал пояснять: – Между мирами имеются определенные стыки, другое название – створы. Выглядят они в виде дуг разной длины, толщины и насыщенности. Когда я один, то могу протискивать тело через створы без малейшего шума или сотрясения. Тогда как вне дуги вокруг меня все трясется и сверкают молнии. И чем дальше буду при этом находиться от стыка между мирами, тем большие разрушения вокруг того места произойдут.

Александра часто посматривала на любимого с явно читаемым удивлением, но пока ничего не спрашивала, и он продолжил:

– То же самое происходит и при проводке посторонних людей. Только в створе гром довольно слабый и молний почти не возникает. Тогда как на других пространствах силы возмущения увеличиваются в геометрической прогрессии и может произойти жуткое землетрясение.

После такого утверждения девушка не выдержала:

– Получается, твой дом может развалиться?

– Не совсем так, и не совсем мой, а наш! – Он ласково сжал девичью ладошку и стал осматриваться в подвале, в который они спустились. Просторное помещение по сторонам было густо заставлено многочисленными ящиками, но посредине отчетливо просматривалась свободная от любых предметов дуга двухметровой ширины. Именно к ее центру и устремился Светозаров: – Вот, как раз здесь находится самое оптимальное место для перехода. Поэтому, когда я тебя буду проносить, дом содрогнется с силой в один-полтора балла по шкале Рихтера. То есть оконные стекла, люстры и посуда останутся в целости и сохранности. Помимо выбора места, так сказать, для смягчения нашего перехода я воспользуюсь створом редкой величины в другом мире. Я назвал тот мир Пустошь, потому что там нет ничего живого. Да и вообще ничего интересного, но как переходной тамбур он подходит идеально. Итак, ты готова?

Девушка в последний раз оглянулась вокруг:

– Может быть, я и выгляжу полной и доверчивой дурочкой; может, ты меня сейчас разыгрываешь и снимаешь скрытой камерой; но с тобой я готова на все.

После таких слов они не удержались от долгого страстного поцелуя. И прервали это благостное состояние лишь по той причине, что одновременно почувствовали усиливающийся жар. Все-таки защитные комбинезоны десантников не способствовали таким горячим утехам. Пришлось, запыхавшись, спешно расстегивать все имеющиеся на груди и рукавах отверстия. Помахивая в сторону своего лица ладошкой, великолепно смотрящаяся десантница предложила:

– Возвращаемся в душ и наденем чего-нибудь полегче?

– Нет-нет! Так мы тогда вообще никуда и никогда не выберемся. Тем более, что в Пустоши практически постоянная температура в десять градусов и в другой одежде ты можешь простудиться. Теперь надень вот это на глаза. Не будут беспокоить вспышки молний и дезориентация вестибулярного аппарата. Легкого грома ты, надеюсь, не испугаешься?

– Если буду за тебя держаться, то нет.

– Могу тебя обрадовать: не только держаться, а и вообще у меня на спине сидеть. Ведь обещал катать свою королеву, значит, буду держать слово.

Повязку прижали как следует резиновым зажимом, затем девушка запрыгнула на спину своего любимого, крепко обняла, прижалась губами к шее и прошептала:

– Я с тобой!

В следующий момент они качнулись в первом шаге. Грозовое громыхание, казалось, разверзлось возле самого уха, сквозь многослойную повязку и прикрытые веки прорвались отблески вспышек, а все тело оказалось в полных неладах с пространственным положением. Александре показалось, что она и падает, вращается, кувыркается и взлетает одновременно. Хотя стихло все и успокоилось буквально через несколько секунд. Затем короткий момент тишины – и голос Дмитрия участливо поинтересовался:

– Ты как? Если все нормально, можем сразу продвинуться в нужный нам мир. А здесь все равно ничего интересного…

– Ишь какой хитрый! – Девушка осторожно опустила ноги и коснулась каменистого грунта. – Что за интерес попасть в первый иной мир и не увидеть его? – Она начала снимать повязку с глаз. – Может, мы до сих пор в твоем… в нашем подвале?

Но ее взору предстала совершенно иная картина. Во все стороны на несколько километров тянулась унылая каменистая равнина с редкими вкраплениями более крупных оплавленных булыжников размером с кабанью тушу. Над головой нависал перистыми слоями розоватый туман, видимость сквозь который не составляла и нескольких сот метров. Ни единого деревца или даже травинки не было. Ни единого порыва ветерка или намека на запах.

– Значит, все это и в самом деле правда! – восторженно выдохнула поверившая в иные миры путешественница.

При нормальной организации и определенном антураже подобное место можно было создать и на Земле. Но вот позади Александры находилось не что иное, как внушительный склад прямо под открытым небом. Плавной дугой в пятьдесят метров и шириной в десять располагались горы каких-то ящиков, тюков, мешков, плетеных корзин и баулов. Причем ровно по центру между ними опять-таки пролегала двухметровая полоса свободного пространства. Вдобавок ко всему этому сразу возле прибывших путешественников стоял с приподнятыми вилами многопрофильный автопогрузчик, который обычно используют на индустриальных складах. Именно он больше всего и поразил Александру:

– А где водитель?

– Сам справляюсь, – бодро отозвался Торговец.

– Так это все твое?

– Да. Вот, пришлось организовать перевалочную базу разных товаров для обмена, и это место подошло больше всего.

– Вот так база! А охранники где?

– Нет здесь никого. Вообще никого – во всем мире. Только мы с тобой.

– Но ведь и крыши нет. Вдруг дождь пойдет? Или град?

– И этого здесь не бывает. Ни снега, ни ветра, ни бурь. Здесь вечный туман и спокойствие.

– Но чем мы дышим? – не унималась Александра. – Должен же быть океан, джунгли для производства кислорода.

– Честно говоря, не имею малейшего понятия, – признался Светозаров. – Только и проверил, что атмосфера подходит для нашего дыхания. Опасные микробы не найдены. Осадков нет, ураганов тоже. Желающих позариться на мое добро – и подавно! Влажность отсутствует практически полностью.

– Ой, как интересно! И ты обследовал весь этот мир?

– Делать мне больше нечего! Заглянул везде, где только успел, и ладно. Всюду на этом шарике и так одно и то же.

– Так это – планета? И вокруг нее другие звезды? Дмитрий с умилением обнял возбужденную девушку за плечи и несколько раз с восторгом поцеловал в шейку:

– Дорогая, сладкая моя! Да таких дыр во Вселенной миллионы, и нам не хватит даже тысячи жизней для их обследования. Давай все-таки поторопимся туда, где ты на самом деле увидишь ожившую наяву сказку.

Александра еще раз несколько обалдело пробежалась взглядом по никем не охраняемому складу и со вздохом надела повязку на глаза:

– Ладно, вези дальше.

– Только ты приготовься: теперь греметь и сверкать будет чуток посильнее.

Но когда переход через стык завершился, девушка не сразу решилась слезть со спины своего «извозчика», только хрипло прошептала:

– Ого! Ничего себе «чуток»! Мне едва плохо не стало, и завтрак наружу попросился. Надо бы еще и наушники выдавать…

– Исправлюсь! Ведь никогда доставлять женщин не приходилось, вот и не сообразил.

– Мужчин ты тоже сюда на себе переносишь? – Она осторожно сползла и коснулась ногами чего-то мягкого и пружинистого.

– Редко, чаще использую стационарные твердые переходы. Но переходы строить долго и хлопотно, и делаю я их только в целях конспирации, чтобы путешественник так и не понял, как мы здесь оказались. – Затем Торговец мягко остановил поднимающиеся к повязке девичьи руки: – Постой! Вначале прислушайся к звукам и запахам.

Действительно стоило воспользоваться этим советом. Потому что запахи своим многообразием и таинственной новизной заставляли тело чувственно сжиматься и содрогаться. Знакомых среди них почти не было. Разве что один, самый яркий, название которого ошарашенная память никак не могла выдать. Скорее всего, и примятая ботинками трава исторгала из себя необычные пряные ароматы, способные перебить все остальные ощущения.

А среди птичьего гомона вообще не слышалось знакомых криков. Только по этому признаку любой образованный путешественник мог бы с уверенностью заявить, что он не на Земле. Из привычных уху звуков выделялся лишь шум ветра в кронах да редкое поскрипывание стволов. А потом теплые пальца Дмитрия скользнули по щекам Александры и стали медленно снимать повязку. Постепенно открывая взору любимой яркий, солнечный день и яркий, совершенно отличный от земного мир.

Глава двадцать вторая
ЛОВУШКА БЕЗ ВЫХОДА

С местного аналога каучука старый каторжанин поднялся на ноги гораздо быстрее молодых новичков. К этому времени тело второго монстра с неприятным хрустом потянулось, словно это была гигантская собака, выставляющая свой зад кверху. От увиденного зрелища лицо Аристарха перекосилось, и он сразу обрел дар речи:

– Проклятье! Совсем забыл: сейчас у Берты будет большой понос слантерса! Бежим! Вон туда!

Он указал рукой чуть в сторону от направления, куда умчалась Ленари, и, словно лихой кузнечик, запрыгал вперед. При этом он так ловко управлял своим телом, что умудрялся поворачиваться в полете вокруг собственной оси, посматривать за спешащими за ним новичками да еще и продолжать выкрикивать нужные пояснения:

– Со свежим слантерсом лучше вообще не соприкасаться! Так прилипнет, пока горячий, что несколько дней отдирать приходится. Если в рот или на лицо попадет, то и задохнуться можно, были смертельные случаи! И постарайтесь не оглядываться!

Предупреждение немного запоздало, благо решивший взглянуть, что у него за спиной, Торговец не сбился с ритма прыжков, оставаясь на ногах и в движении. Сзади, в пределах видимости, сверху падал густой поток красных шариков шипящего слантерса. Создавалось впечатление обильного густого снегопада, попадать под который ну никак не хотелось.

Благо еще, что удалось вовремя уйти из-под «артобстрела», ни к одному из каторжан не прилип ни единый шарик, и вскоре они оказались возле самой стены пещеры. Там просматривалось нечто наподобие широкого каменного выступа, который метров на пять возвышался над ямой с местным каучуком. Именно туда, хорошенько разогнавшись, и нацелился Аристарх. Столетний опыт помог ему так плавно и точно заскочить на уступ, словно он просто шагнул на него. После этого старый каторжанин сразу развернулся и стал советовать:

– Не снижайте скорости! И последний прыжок делайте самым сильным! Ну!..

К сожалению, новички с финальными акробатическими кульбитами не справились. Более расчетливый Дин при последнем отскоке слегка подпружинил коленями, не решившись совершить перелет, и в результате всей плоскостью тела шмякнулся о каменную поверхность чуть ниже цели. Лицо руками он прикрыть успел, а вот обнаженные коленки и пальцы ног оказались ободранными. И это при том, что почти весь склон был облеплен слантерсом разной толщины, который накопился здесь за века. Видимо, матки и в этих местах порой баловались своим поносом. После такого жесткого столкновения прославленный шафик кулем свалился вниз, благо там было мягко и комфортно.

Монарху Ягонов Бонзаю Пятому повезло еще меньше, потому что он сразу понадеялся на свою молодецкую силушку. Последний прыжок у него получился настолько сильным, что орущее в панике тело перелетело весь неширокий выступ и со всего маху впечаталось в стену пещеры. На том месте прилипшие шарики местного каучука отсутствовали, поэтому ноги молодого короля были повреждены существенно. Да еще и падение назад получилось настолько неудачным, что основной удар пришелся по затылку – и самодержец всех Ягонов перешел в бессознательное состояние.

О чем и сообщил после беглого осмотра местный старожил прерывающимся голосом:

– Эй! Господин граф Свирепый! Тут ваш друг солидную шишку себе набил. Но дышит…

При этом он стоял на краю уступа и, наклонившись, смотрел на лежащего Дина, который решил отдышаться после интенсивной «скачки». Но, как только он понял, что с товарищем что-то случилось, тут же вскочил на ноги и стал наращивать амплитуду прыжков прямо на месте, благо оно было ровное и удобное. И, как только поравнялся с уступом, немного подкорректировал последний прыжок вперед. На этот раз получилось запрыгнуть на уступ без ущерба для здоровья. Но вот ругательства и проклятия так и сыпались. Правда, среди них встречались и вполне литературные словечки:

– И куда тебя понесло, дурья твоя башка?! Ничего твои мозги не соображают, только корону носить и могут! Ну, очнись! Или я за себя не ручаюсь!

Он стал переворачивать товарища на бок, когда тот пришел в себя и негромко простонал:

– Кто это меня так по головешке саданул?

– Уф! – вздохнул с облегчением Дмитрий. – Повезло, что добивать не придется! Ладно тебе, лежи и не дергайся. Сейчас попробую боль убрать. Переворачивайся на живот и клади руку под лицо!

После этого старший пастух минут пять с отвисшей челюстью наблюдал, как сосредоточившийся граф лечил ушиб на затылке у короля. Внушительная шишка сходила прямо на глазах, а пострадавший, еще недавно лежавший без сознания, говорил все громче и все веселее. Ну а после того как Бонзай встал на ноги и несколько неуверенно пощупал затылок, Аристарх не удержался от восклицаний:

– Чудо! Граф, ваша сила превосходит все наши, вместе взятые, во много раз! Вы совершили невероятное, и я лишний раз убеждаюсь, что вы и в самом деле можете без труда отсюда выйти.

Однако сам Динозавр делом своих рук остался явно недоволен:

– Странно это, очень странно… Раньше я подобное лечение проводил раза в три быстрее. Неужели и меня ваш мерзкий дымок прижимать стал? – Затем потребовал от товарища: – Ну-ка покрути резко головой!

Тот проделал требуемое без промедления:

– Вроде не болит…

– Головокружение есть?

– Да как тебе сказать… Да, немножко в глазах рябит и голова кружится.

– Только этого мне не хватало! – в сердцах воскликнул Дмитрий. Глядя на расстроенного друга, Бонзай сразу перешел на шутливый тон:

– Доктор, скажите, я так и останусь дебилом?

– Да это не страшно, – как-то отрешенно стал рассуждать Торговец, внимательно осматриваясь по сторонам. – Тем более что твои подданные тебя и таким любят. А вот насчет себя я больше беспокоюсь… – Затем он пришел к какому-то решению и стал командовать: – Значит, так! Прямо здесь и попробую! Бонзай, Аристарх, становитесь вот за этот выступ, закрывайте ладонями глаза, а кусочки слантерса засуньте в уши. Греметь и сверкать будет знатно. Хотя это больше касается нашего старшего коллеги, тебе будет достаточно воспользоваться капюшоном.

– Что, не видишь? – многозначительно спросил молодой монарх, намекая на отсутствие в пределах видимости створа между миров.

Друг шафик развел руками:

– Пока ни единого. Но это не столь важно. Главное – попробовать вообще. Потому что я все больше и больше начинаю бояться этого хохочущего дыма.

Оба товарища вспомнили советы на камне в межвременье и с большим опасением всмотрелись в распростершееся перед ними и над ними озеро зеленоватого бормочущего тумана. Если и в самом деле он может лишать шафиков силы, то как он подействует на Торговца? Ведь недаром на камне кто-то выплавил предупреждение:

«Бойся зеленого перекрестка из-за дыма хохочущего».

Правда, там упоминался только Перекресток, а про вулкан ни единого слова не было, но, вполне возможно, писавший такие послания на тот момент о городе Бормоте, а то и вообще о Южном континенте этого мира ничего не ведал.

Молодой монарх жестом увлек за собой Аристарха в небольшое углубление в стене, которое вдобавок со стороны прикрывалось еще и выступом. Вначале Бонзай проследил, как предохранил глаза и уши старший пастух маток, а потом сноровисто накинул капюшон камзола себе на голову, прозрачное забрало опускать не стал, а просто до упора затянул соединяющую иномирские ткани молнию. Затем прикрыл своим телом старого каторжанина и дал отмашку товарищу рукой.

Некоторое время было тихо. Потом слегка громыхнуло. Да так и продолжило еле слышно громыхать, словно кто-то баловался большим листом кровельного железа. Через несколько минут Бонзаю Пятому это надоело, и он решил, что недалеко от них просто раздаются остаточные шумы после состоявшегося перехода. Поэтому он смело расстегнул молнию на капюшоне и шагнул из укрытия. Каково же было его удивление, когда он увидел Дина, озлобленно перешагивающего с места на место, но и не подумавшего исчезнуть. Ни единой молнии рядом с шафиком не наблюдалось. Зато несильный грохот вокруг него так и продолжал разноситься.

Заметив уставившегося на него друга, Дмитрий со злостью сплюнул и раздраженно развел руки в стороны:

– Вилы! Ничего не получается!

– Совсем-совсем? – с недоверием уточнил молодой самодержец Ягонов.

– Такое ощущение, что начинаю видеть пространственный пробой, а вот шагнуть туда не могу. Словно силенок не хватает.

Друзья принялись обсуждать свои шансы на побег из этого места, совершенно при этом не обращая внимания на прислушивающегося старого каторжанина. Было решено, что сначала надо обследовать всю пещеру и постараться отыскать хоть один стык между мирами. По логике вещей, там смещение проходит мягко, без потери сил и межмирских турбулентных возмущений. Следовательно, на переход в створе силенок Торговца должно хватить. Оставалось этот самый створ найти.

Как раз к тому моменту и Аристарх решился внести первое предложение:

– Вы мне хоть примерно опишите, что ищете! Я ведь тут каждый камешек знаю, – но даже после подробного рассказа о том, как выглядят створы, лишь пожал плечами: – Ни я, ни мои коллеги ничего подобного никогда не встречали. Но может, мы сможем помочь силами шафиков? Порой мы так делаем, когда надо вытащить из смертельной простуды наших подопечных.

Возможность суммировать некие магические возможности сильно удивила Торговца. О чем он честно сразу признался:

– Где только я не бывал и каких великих шафиков не видывал, и никто из них не мог воспользоваться силой своего напарника, коллеги или товарища. Но почему бы не попробовать! Как вы это делаете?

– Очень просто, – оживился старый каторжанин, приступая к пояснениям: – Вы, граф, присядьте на корточки, а я положу правую ладонь вам на голову. Вот так. Готовы? Тогда я начинаю!

Хоть Дмитрию и неудобно было из такого положения делать шаги, но он решил попытаться. Сосредоточился и на самом деле почувствовал некую освежающую волну, проходящую в его кожу от ладони Аристарха. Затем он сконцентрировался на обнаружении-создании пробоя и заметил, как знакомая тьма замелькала перед глазами. Но только он стал чуть смещаться телом для гусиного шага, как «подпитка» силой прервалась, пространственный пробой исчез и раздалось прежнее несильное громыхание.

– Э, нет! – запротестовал Аристарх. – В данном случае двигаться нельзя совершенно. Наш врачующий коллега накладывает руку на больного и сидит словно статуя.

– Ха! – воскликнул Дин. – Метод, конечно, хорош, можно с уверенностью сказать – уникален. Его мы вскорости изучим и применим к делу. Но как же я перейду в другой мир? Мне ведь двигаться при этом надо.

Старший пастух от неимоверного желания хоть как-то помочь заметно нервничал и дергал космы своей бородищи теперь уже двумя руками:

– Может, вы попробуете перейти сквозь ваш пробой в падении? Допустим, его величество вас в нужный момент подтолкнет? Или вообще будет держать на руках, а потом перенесет в нужную сторону?

– Хм… – Торговец мысленно прокручивал предложенные комбинации. – Сомневаюсь, конечно. Но вынужден признать: некое рациональное зерно в ваших рассуждениях присутствует.

Теперь четверть часа старались и пыхтели все трое. Но ничего, кроме нескольких новых ушибов и царапин многочисленные попытки не принесли. Зато непрерывный грохот привлек внимание других каторжан. Из дыма дальнего участка выступа, крадучись, показались двое мужчин и две женщины. Но если основательно заросшие мужчины ничем внешне не отличались от старшего пастуха, то женщины оказались совершенно безволосыми. Даже на голове у них не было видно ни единого волоска. Это в первый момент новичков шокировало, и они с некоторым обалдением рассматривали надетые на вполне симпатичных каторжанках трусики из кожи пауков, которые весьма напоминали стринги, и весьма эффектно смотрящиеся бюстгальтеры. Сооружение для поддержки груди тоже состояло лишь из вездесущего слантерса да двух кожаных треугольников.

Один из мужчин сделал шаг вперед и негромко поинтересовался:

– Аристарх! Чего здесь творится? Ленари прибежала уже давно и ведет себя очень странно: в озеро идти не захотела. Поэтому мы и поспешили в обход.

– Все в порядке, у нас новенькие! – обрадованно затараторил главный надзиратель Зеленой Каторги. – Сейчас я вас познакомлю! – Тут он правильно истолковал удивление новых товарищей по несчастью: – Ах, да! Совсем забыл сказать, что зеленый дымок у женщин полностью уничтожает волосяной покров. Мы-то к этому привыкли, а вот вам… Хм, вам наверняка покажется такой вид довольно эротичным. Не правда ли?

На последнее утверждение все старожилы дружно улыбнулись, а у женщин еще и глазки как-то странно заблестели при этом. Похоже, они не только не стеснялись своего вида и положения, но и усиленно этим пользовались. Что и проскользнуло в первом вопросе со стороны старшей каторжанки:

– Уголовники или политические?

– Увы, Флавия! – хохотнул Аристарх. – Они наши коллеги, так что тебе выбирать нового кавалера не придется. И не расстраивайся так, хоть я и понимаю, как тебе хочется чего-нибудь новенького и экзотического. Но! Есть и более радостные новости, друзья: для начала просто взгляните на их камзолы. А ведь наши гости здесь уже очень долго.

С этого момента старший пастух действительно показал, что по праву пользуется здесь заслуженным авторитетом. Не теряя времени даром, он направил всех в сторону жилых пещер. Затем прямо на ходу стал знакомить новичков со старожилами и довольно слаженно пересказывать все последние новости. Напоследок он успел ответить на град вопросов своих товарищей и довольно емко обрисовать быт и распорядок дня всех обитателей Зеленой Каторги. Так что к концу пути по уступу, окружающему озеро слантерса, гости с далекого севера успели узнать очень многое, а Торговец с некоторым интересом воспринял откровенное заигрывание любвеобильной Флавии. Возраст свой местная дама-маг не скрывала: сорок семь лет. Но при этом открыто хвасталась тем, что выглядит не старше тридцати. Вторая дама-шафик выглядела гораздо скромнее, да и старше была на пятнадцать лет, судя по внешним данным. Так что Бонзай Пятый, несмотря на продолжающееся головокружение, тоже стал заглядываться на красавицу, которая выглядела гораздо моложе, чем любая его сверстница.

По прибытии на место стали осматривать места жительства, которые состояли из трех пещер и где зеленый газ клубится не такими густыми слоями. Практически видимость здесь составляла более пятидесяти метров – от одной стены до другой. В первой, самой большой пещере проживали все восемь шафиков со своими «семьями». Условность последнего слова заключалась в том, что постоянных семей как таковых не существовало, их количество варьировалось довольно произвольно. Привилегий сам факт проживания с местным аналогом мага не давал, потому что норму выполнять приходилось всем одинаковую: как любимицам, так и уголовникам, живущим в других пещерах. В противном случае гибло большинство каторжан, а посему устоявшиеся за века законы соблюдались беспрекословно.

У шафиков-мужчин численность семей составляла от двух до пяти человек, тогда как женщины себе позволяли намного большие излишества. Та же Флавия, например, жила сразу с пятью мужчинами и двумя простыми женщинами. И никто не обижался на тесноту в отделанном толстыми слоями местного каучука домике. Но всех переплюнула в многочисленности партнеров самая старшая женщина-шафик: возле нее обитало шесть заросших волосами существ мужского пола и четыре совершенно безволосых – женского.

Все остальные каторжане селились, как и с кем им заблагорассудится, руководствуясь строгими правилами обоюдного согласия.

Помимо этого в главной пещере находились и предметы из неизвестного вещества, кардинально влияющие на жизнь каждого несчастного: два огромных глубоких корыта с крышками. Точно такой же материал составлял основу трубы, высасывающей наверх слантерс. Но даже наверху за более чем тысячелетнюю историю раскрыть загадку не удалось. Именно возле этих артефактов, как сразу окрестил их Торговец, и выяснились некоторые другие загадки бормочущего вулкана. Материал одного корыта оказался недоступным для разрушающей мощи зеленого дыма, кроме того, любая помещенная в него пища оставалась целой.

– Но как же вы едите? – в недоумении воскликнул Бонзай, когда гостям все показали и объяснили назначение внушительного тяжеленного корыта, напоминающего контейнер-переросток для вывозки строительного мусора.

– Сейчас сам увидишь, – вздохнул Аристарх, – как раз рабочий день кончился.

Вскоре из прохода во внутренние пещеры потянулись усталые каторжане, каждый их которых прижимал к себе нечто похожее на ячеистые двусторонние соты. И в каждой ячейке этих сот подсвечивал зелеными бликами тот самый корень под названием акстрыг. Сразу бросалось в глаза, что женщин здесь подавляющее большинство и они посматривали на новичков со странной жадностью и бесстыдством. Затем каждый из прибывших каторжан укладывал свои соты в другое корыто и направлялся к первому. Там они или залезали вовнутрь, или ложились на наклонные, открытые в стороны крышки и просили тех, кто был внизу, достать их порцию. Весь паек находился в картонной коробке и состоял из четверти буханки хлеба, бумажного кулька с рисом, нескольких фруктов и рыбьего пузыря на поллитра фруктового сока. Все это съедалось не спеша, хоть и с заметным оживлением, при этом ни один человек со своим блюдом в руке не отстранялся от загадочного вещества, из которого состояло корыто, более чем на полметра.

Стоящий рядом Аристарх говорил не переставая:

– Еду нам спускают как раз перед завтраком, и коробки с ним лежат в верхнем слое. Второй слой мы употребляем на обед. Ну а сейчас доедаем последний, так сказать, ужин. Вы не волнуйтесь, мы с вами своими порциями поделимся…

– Еще чего! – фыркнул граф Свирепый, похлопывая себя по животу: – Наших запасов должно на неделю хватить. Да и совесть не позволит объедать невинно приговоренных.

К тому моменту, судя по царящему оживлению, вернулись самые запоздавшие обитатели Зеленой Каторги. Когда все соты были загружены во второе корыто, с каждой стороны за откидные крышки взялось по двадцать человек и с дружным гиканьем забросили их вовнутрь. Две рифленые пластины, скрипнув на петлях, захлопнулись с необычным, колокольным звоном.