Текст книги ""Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава девятнадцатая
ОТКОМАНДИРОВАННЫЕ ДЕТЕКТИВЫ

Факт ограбления казны и в самом деле выглядел более чем печально. Особенно печально – для императора, а то и для всей его семьи. Ведь если народ сгоряча не разберется в невиновности правителя, то неизвестные болезни, насланные планетой, и всю династию могут выкосить. Бывали прецеденты в многовековой истории, бывали…

Да и сам способ кражи, а вернее отсутствие следов и улик, мог свести с ума любого следователя. Ни один замок не тронут, ни одна дверь не повреждена, ни одна стена, пол или потолок не проломлены, и бодрствующая стража на местах. Все цело, все нерушимо и все не тронуто, кроме национального достояния империи. А уж там было что брать!

Помимо текущей казны, так сказать употребляемой в рамках годового бюджета, в отдельных громадных помещениях хранились сундуки с драгоценностями, редчайшие реликвии истории, уникальные природные и магические артефакты, бесценные произведения искусства, которые только и выставлялись на обозрение избранной публики по большим праздникам. О ювелирных изделиях, хранящихся вместе с казной, их красоте и невероятной цене ходили легенды и передавались небылицы. А про некоторые алтари, троны, шкатулки и короны прошлых тысячелетий вообще знали в империи несколько человек. И вот все это в единочасье пропало! До последнего золотого, до последнего серебряного колечка, до сделанных из платины мер длины и весов. Все! Все, что нажито и собрано непосильным трудом предыдущих императоров и всего народа Рилли!

Да что там говорить, даже личные короны императорской семьи, которые они надевали при официальных церемониях и которые хранились в «текущем предбаннике», неизвестные злоумышленники похитили.

– Теперь мне даже на люди нельзя показаться, – горевал Телиан Пятый. – Хожу в повседневном, рабочем заменителе из легкого картона с позолотой.

Причем обнаружили кражу ранним утром, как раз перед отъездом на север, куда глава государства отправлялся на открытие новой ветки железной дороги. Вполне естественно, что казначей отправился в «текущий предбанник», где намеревался взять, а потом и выдать секретарю императорской фамилии изрядную долю наличности. Хоть и первое лицо государства путешествует с почти деловым визитом, но и у него всегда имеются личные расходы. То покупки, то выполнение капризов принцессы или младших сыновей, за которые всегда порядочный человек платит наличностью.

Вон казначей и обнаружил, что предбанник пуст. Вначале заорал, потом перешел на охрипший визг, созывая стражу и офицеров всех уровней. Потому как вначале предположил, что обокрали только помещение с текущими расходными капиталами. Но, уже собравшись бежать на личный доклад императору, на всякий случай вскрыл двери и в основные хранилища. Вот там его, маломощного, и прихватил сердечный приступ. Еле придворные Арчивьелы успели спасти беднягу от смерти. Впрочем, как и еще двоих человек из многочисленной и давно проверенной стражи. Настолько честнейшие и преданные империи люди распереживались.

Естественно, что и самого императора чуть кондратий на тот свет не уволок. Благо, что с первой минуты стал крепиться и направлять энергию печали в иное русло. Приказал держать все в тайне и начать немедленное следствие. Потому что сразу понял: это дело рук не простых воришек. Здесь либо неведомые маги могли так постараться, либо не кто иной, как… Торговцы!

– Ну а кто еще мог уволочь все, да еще со всеми стеллажами? – нервно восклицал он в конце своего рассказа. – Ты представляешь?! Даже дешевые, потрескавшиеся деревянные подставки под сундуки забрали! Все! Даже пыли не оставили!

Это и в самом деле выглядело более чем показательно. После обдумывания таких подробностей Верховному целителю пришлось признаться:

– Ты знаешь, даже при всей своей личной фантазии и имея у себя в соратниках дюжину таких же затейников, как я, у меня бы не получилась подобная кража. Даже больше тебе скажу: и у нескольких Торговцев – тоже! Потому что, по рассказам баюнга Шу’эс Лава, остальные их коллеги во все времена только и могли похвастаться переносом тяжестей из мира в мир вдвое больше собственного веса. И это – самые сильные и прокачанные особи. А вынести всю сокровищницу… Хм, такое под силу только его сиятельству Дину Свирепому. Ну! – Он предостерегающе поднял указательный палец. – Или того самого нашего нового врага, о котором я тебе рассказал. Есть подозрения, что он по силе не слабей, если не многократно сильней нашего Дмитрия.

– Ага! – ухватился за слова император. – Но все-таки даже ты из списка подозреваемых нашего графа не скидываешь? Да и его отсутствие в данный момент выглядит довольно странным.

– Это ты брось! – повысил голос рассерженный Тител. – Да я быстрей в себе начну сомневаться, чем в Дмитрии!

– Да и я в нем не сомневаюсь, пойми! – прижал ладони к груди император. – Да только чего в жизни не случается.

– Ты о чем?!

– Например: вдруг нашего честнейшего графа просто поймали в плен, потом загипнотизировали и заставили совершить кражу, управляя им как марионеткой?

– Даже не смешно! – устало махнул рукой Тител. – Совершить над ним такое зомбирование еще невозможней, чем надо мной. Ну а если такое и в самом деле случилось, то можешь сразу забыть о поиске сокровищ и пойти утопиться.

Телиан с укором покачал головой:

– Утопиться? А ведь обещал помочь.

– Ну это я так, образно. Барахтаться и бороться до последнего нужно в любом случае. Но опять-таки, если сокровища империи похищены и унесены в какой-нибудь из иных миров, то помочь тебе даже Граф Дин Свирепый не сможет. Ведь изначально еще надо знать этот мир.

– Ладно. А если похитители прячут сокровища на Зелени?

– Тогда выходит на первый план основное наше действие: правильное расследование по горячим следам! И – нахождение хоть единственной, тонюсенькой ниточки, ведущей к злоумышленникам. Тогда, где бы ни спрятали достояние нашей империи на планете, мы его отыщем. Так что сказывай, как продвигается следствие?

– Да никак, – буркнул император.

И затем поведал, что результатов, улик и фактов следователи откопали… полный ноль и два ноля в придачу. При всем желании и даже излишнем пристрастии заподозрить участие стражи к этому делу не удалось. Пришить соучастие таким людям, которые были вхожи в сокровищницу по долгу службы, – тоже. Даже проверки императора и его семьи не принесли малейшего понимания в вопросах, кто, как, куда и зачем.

В ответ ректор поведал, где и по каким делам пропадал и где сейчас может предположительно находиться Дмитрий Светозаров. И по каким причинам мог застрять либо в мире Гинвейл, или на Земле и на Мерлане. О самом худшем варианте, что Торговец просто погиб во время взрыва кокона-ловушки или последовавшего затем урагана, его старый друг старался даже полусловом не проговориться.

Попутно с обсуждением проблемы он не забывал и с Эрлионой советоваться, которая подключила к этому делу все свои логические, дедуктивные способности. Но когда казалось, что выхода так найти и не удастся, именно магическая сущность подсказала самый приемлемый вариант дальнейшего расследования. Причем исходила из имеющихся в наличии возможностей и известных закономерностей.

«Папа Тител, а тебе не кажется странным, что кража произошла именно в ту ночь, когда взорвалась наша ловушка для Крафы?»

«Я это тоже заметил. Но какая связь? Вот если бы сокровища исчезли у всех остальных правителей Зелени…»

«Не обязательно оглядываться на других. Просто давай сделаем предположение: допустим, сокровищницу защищала некая мощная, магическая структура. Да и таковых там было сразу несколько, ты сам о них прекрасно знаешь. И вот в момент всемирного сотрясения произошел сбой, и эта структура сработала не на сохранение и дачу тревоги, а на перенос всего в иные места».

– Куда? – не удержался Тител и спросил это вслух.

«Неважно куда. Главное, что такая гипотетическая возможность есть».

Глядя в удивленные глаза собеседника, ректор пояснил:

– Это я так задумался над вопросом: куда могли перепрятать злоумышленники такое огромное количество драгоценностей? И сам себе пытаюсь ответить: вряд ли далеко! Верно?

– Хотелось бы и мне так думать.

– Значит, следует перерыть вначале всю столицу. Особенно подземные участки каменоломен и лабиринты катакомб. Вдруг оттуда ведет в сокровищницу потайной ход?

– Твои коллеги там уже все проверяли: сплошной скальный монолит. Да и стену просветили и простучали, – принялся перечислять Телиан. – И потолки.

Тогда как мысленный разговор продолжался:

«Нет, детка, те структуры охраны я сам и устанавливал, и прекрасно знаю, что сбоить или совершать ошибки они неспособны».

«Но за время твоего отсутствия там их кто-то мог изменить, а то и наложить сверху новые. Вот вследствие этой перенастройки…»

«То есть ты намекаешь, что мне лично придется переться в столицу?»

«Ну зачем же так! Незаменимых ректоров нет, как говорят ученики академии. И тем не менее достаточно послать в столицу дружную команду, которая со свежим взглядом и с иных критериев оценит и осмотрит место преступления».

«И кто на такое способен?»

«Можем откомандировать Шу’эс Лава».

Но ректор чуть опять не воскликнул вслух: «Нет, нет и нет! Если с единственным действующим Торговцем хоть что-то случится, то потом Дин и мне, и тебе голову оторвет».

«У меня нет головы!» – хихикнула магическая сущность.

«Не волнуйся! Папа Дима если злой, то голову тебе сначала вставит, а потом все равно оторвет!»

«Только не надо меня запугивать! Я знаю, что он добрый и на меня сердиться и рычать, как ты, никогда не станет. Но раз не хочешь посылать баюнга, тогда пусть команду возглавит Прусвет. С его умением пронзать камни он быстро обследует все катакомбы, подземелья и даже чердаки любых замков. Тем более если ему дать магические слепки некоторых наиболее ценных предметов».

– Да! Команду из наших детективов следует посылать в столицу немедленно! – воскликнул Тител, опять сделав свои выводы несколько не в тему ведущегося разговора с императором. – Немедленно пусть готовят скорый вагон, принадлежащий лично графу Дину Свирепому! И вызовите сюда к нам господина Прусвета! Срочно!

Последние предложения он уже выкрикивал в сторону двери, за которой сидел секретарь и поверенный помощник ректора. Но тот уже и так привык, что подобные распоряжения адресуются не столько ему, сколько Эрлионе, которая в ту самую минуту начинает готовить поезд и звать в кабинет ректора разумного кальмара. А так как последний благодаря своим чудесным возможностям проникать сквозь любые камни всегда мчался к цели напрямик, то уже через минуту высунул свою лысую голову из толщи боковой стены:

– Что за спешка, Тител?! Ах, здравствуйте, ваше императорское величество!

– Заходи, заходи! – Верховный целитель еще и рукой манил. – Тут для тебя и вправду дело важное есть.

– Так ведь у меня там…

– Справятся и без тебя. А тут как раз то, что ты больше всего обожаешь: поиск преступников и сложнейшее правонарушение. Тем более такое злодеяние, которое еще не случалось в нашем мире.

– Не скрою, заинтриговал! Уже немедленно готов бросить твои зловонные лаборатории и мчаться… э-э-э… куда?

– В столицу Рилли!

И пока император во все глаза рассматривал удивительное разумное существо, ректор быстро и сжато поведал о сути преступления. Стоило видеть, как Прусвет загорелся делом, задергал в воздухе своими щупальцами и нервно стал потирать ими время от времени свою лысину.

– Надо немедленно осмотреть сокровищницу!

– Вот и мчись в столицу. Поезд уже готов, только быстро подберем тебе команду. Кого возьмешь? – Заметив разводимые во все стороны щупальца, он понял готовящееся сорваться слово и упредил его: – Нет! Баюнга отпускать не имею права. Да и чем он тебе поможет? В межмирское пространство до сих пор даже заглядывать опасно, не то чтобы перемещаться.

– Ну, тогда возьму Аристарха, – стал деловито перечислять разумный кальмар, – Дасаша Маххужди, главного искусствоведа академии Джейка Слэйви и пару-тройку Арчивьелов из той команды, которая на Земле затеяла новое движение «Наш мир не одинок!». Очень уж сообразительные, гениальные ребята.

– А когда это ты с Джейком познакомиться успел?

– Ха! Да этот воин-ветеран и лучший художник многих миров – уже давно мой старый друг! А ты переживаешь, что до сих пор нас не познакомил!

Тогда как император, наконец насмотревшийся на говорящую, летающую по воздуху и пронзающую камни диковинку, тоже поинтересовался:

– Этот Дасаш… не мой ли бывший коллега, диктатор Успенской империи?

– Тело – его! Хотя и дальше омолаживается. А вот мозг – совсем иного, юного и талантливейшего парня, – пояснил ректор. – И силенки у него – невероятные. Есть мнение, что он вскоре сильней меня станет и как целитель, и как маг общего назначения. И не надо так бледнеть, столицу он тебе не разнесет, за его добрый характер мы ручаемся. Как явствует из истории, Дасаш Маххужди стал меняться в худшую сторону под воздействием трагических обстоятельств только после тридцатилетнего возраста. А мы его намерены поддерживать и мягко направлять хоть до глубокой старости.

Понятно, что на данном поручительстве разговор не закончился. Пока Эрлиона собирала в путь всех упомянутых Прусветом помощников, сам кальмар довольно бесцеремонно и жестко набросился на императора с кучей вопросов и с требованием дать ему чрезвычайные полномочия при расследовании.

– Вдруг мне придется действовать немедленно? – вопрошал он, содрогаясь экспансивно всем телом в воздухе. – А на огласовку времени не будет?

– А ты там не натворишь нечаянных арестов?

– О-о! Ваше императорское величество опасается парочки лишних арестов?! – восклицал Прусвет, прекрасно знающий и осознающий полный масштаб угрозы над всей правящей династией. – Такое величайшее злодейство не может обойтись без первых лиц империи. Так что за лишние аресты нас история простит, а вот за нераскрытие преступления кое-кому не сносить головы. Так что следует решаться: либо молниеносность и напор, либо деликатность и смерть в ближайшей перспективе.

Понятное дело, что император решился действовать без оглядки и должные полномочия разумный кальмар получил прямо в кабинете Титела Брайса. А еще через десять минут после этого скорый поезд скрылся в тоннеле, пронзающем Илиазанские горы.

Глава двадцатая
В ПОИСКАХ СТАВРОЛИТА

В поход за крестиками кэфэц компактный отряд вышел сразу после рассвета. Ночь прошла в форте на удивление спокойно, лишь в поздних сумерках стены полез атаковать явно оголодавший, прибывший со стороны большого тракта голавь. Тварь довольно редкостная, жутко противная и валящая людей с ног всепроникающим свистом. Выглядел голавь как некая смесь тяжеленного битюга, но на короткой шее вращалась премерзкая рыбья пасть с толстенными губами. Вот этими губами хищник и свистел.

Его утыкали лучники стрелами еще раньше, чем он вышел на дистанцию поражения. Прикормышей вообще добивали не спеша, тщательно прицеливаясь по очереди и стараясь свалить с одного выстрела. Так что граф Дин даже не успел выйти из здания во двор, как объявили отбой тревоги. Только уже утром чужестранец специально отъехал к туше и, спешившись, рассмотрел голавь вблизи. Затем с недоумением ткнул сапогом чешуйчатую лапу с копытом и не сдержался от высказывания:

– И как только ваш мир наплодил таких чудовищ?

– Бытует мнение и ходят легенды, что это не мир виноват, – отозвался на это Эрик Зарнар. – Ему просто не хватит фантазии для такого. Многие верят, что это люди натворили бед. Проводили какие-то эксперименты и доигрались.

Торговец опять вскочил в седло, оглядел весь отряд целиком, уже выехавший из форта, и пустил коня рысью к восточной дороге. Потому и выехали рано, что мечтали в идеальном случае сегодня же и вернуться. Все-таки двадцать километров – не свет какая даль, а если судить по скорости добычи ставролитов, то и на месте четырех часов хватит для добычи огромной массы кристаллизованного минерала.

Поэтому в отряде насчитывалось всего двадцать воинов, и у каждого к седлу привязной лошади были приторочены пустые переметные сумы и крепкая кирка. Кстати, больше чем двадцать единиц подобного орудия труда и не нашлось в хозяйстве запасливого Ярока Гундеса. Из-за чего досадующий интендант чуть волосы на себе не рвал. Настолько ему было жаль упущенных возможностей.

Помимо двух десятков лучников в поход отправились маркиз Зарнар и его огромный друг барон Данью. Ну и как-то с общего молчания, ни с кем не обсудив свою кандидатуру, двинулась в путь и молодая целительница, а вернее уже полноценная гульден, Майлина. Запасного коня она не брала, латами и мечами не блистала, но вот легкое копье в крепление седла вставила и сразу четыре колчана стрел к своему луку прихватила.

Наверное, уже все обитатели форта без исключения были уверены в близких отношениях между девушкой и чужестранцем. Ну еще бы! Вторую ночь вместе проводят, запирая изнутри дверь на подпорку. И предварительно устраивают для себя банные процедуры. Да и утром красавица ни свет ни заря мчится на кухню и тянет своему мужчине, так и продолжающему питаться по богатырской норме, целый поднос изумительно пахнущих блюд и свежей выпечки. Шеф-повар Фиала на эту тему успела поведать всем и все.

Но только сама обсуждаемая пара знала, как было все на самом деле: точно так же, как и в предыдущую ночь. То есть они хоть и лежали обнаженные, прижатые друг к дружке, но даже не поговорили на сон грядущий. Опять Дмитрий не смог перешагнуть через что-то у себя в душе, хотя его плоть требовала не теряться и звала в бой. Да и ослабевшее от призывов плоти сознание только раздражало своими поощрительными понуканиями и призывами к немедленному и продолжительному соитию.

Заснул Светозаров на этот раз с трудом, и ему приснилось нечто незапоминающееся, но однозначно кошмарное. Потому что во сне он дергался, вскрикивал, порывался куда-то бежать и кого-то разыскивать. Да и утром, во время их первого, «разогревающего» завтрака, несколько смущенная Майлина призналась:

– Ты так дергался, что я тебя еле удерживала.

– Спасибо! Наверное, это последствие недавних травм.

– И кричал. И звал…

– Кого? – замер над очередной порцией прожаренной колбасы Торговец. При этом в головушке чуть ли не заискрило, настолько он напрягся от ускользающих, но так и неосязаемых образов.

– Странное имя ты произносил. А может, и несколько разных. – И девушка назвала совершенно непривычные имена для этого мира: – То звал: «Александра!», то называл какую-то Сашу «сладенькой», то восклицал: «Ну, Шура, как же так?!» Могло у тебя быть несколько жен?

С минуту Дмитрий сидел замерев, проворачивая в голове все мелькающие образы и пытаясь ухватить забрезжившие ассоциации. Потом сдался от бесплодных попыток и объяснил:

– В нашем мире многоженство пока еще не приветствуется, хотя и не могу заявить, что я такой уж ярый противник сожительства сразу с несколькими женщинами. Как, например, практикуется у вас. Но вот имя – оно фактически одно и наверняка принадлежит тоже одному человеку.

– И ты ее вспомнил?

– Увы! Насколько могу сообразить, женщины с таким именем в моей жизни не было. Тем более такой, которую я бы мог называть так ласково и всеми оттенками вариантов данного ей имени.

Естественно, что оба прекрасно поняли: неизвестная Александра как раз и могла ворваться в жизнь графа Дина в последние недели. Как раз те самые, которые он запамятовал после падения и ударов об дерево. Но в завершение этого утреннего разговора целительница заявила со всей решительностью:

– В любом случае я буду с тобой до конца. И уверена: окажусь даже лучше той, которую ты забыл. Только не обижай меня своим равнодушием и при посторонних не отталкивай от себя. А я постараюсь не надоедать.

Глядя на девушку, Дмитрию хотелось признаться в своих метаниях, высказаться как на духу и даже признаться, как он тяжело страдает от желания обнять, приласкать прямо здесь, прямо сейчас…

Но, выждав паузу и досчитав мысленно до сорока, расслабился и принял трудное решение:

– Еще несколько дней я сумею сдержаться… может быть. Ну а дальше уже будь что будет. Пусть у меня даже три жены, они меня в любом случае простят… Хм! Тем более простят, если их три!

На этой оптимистической для себя ноте он и завершил ранний разговор о ночных кошмарах.

Но уже сейчас, хоть и приходилось двигаться весьма интенсивно и осматриваться во все стороны, нет-нет да и возвращался к загадочному имени:

«Александра? Кем она может быть? Принцесс с таким именем не знаю, более простые девушки в мой круг не вхожи, в иных мирах не сватался, а на Земле вообще стараюсь ни с кем не связываться до интимной близости. Могло такое имя просто померещиться? Словно наваждение? А с какой, спрашивается, стати? Если уж я и был с какой-то Сашей, то не мог в нее настолько втрескаться, чтобы сюсюкаться с таким приторным словом при обращении, как „сладенькая“. Смешно, честное слово! Тогда, может, я нечто такое подсмотрел в кинофильмах? Или вычитал в книгах? Вряд ли, я бы помнил, на память ведь не жалуюсь… Ах да! Уже жалуюсь! Вот незадача с этим склерозом! – Он покосился на скачущую почти о бок Майлину. – Хороша девка! Если бы Бонзай меня с такой познакомил, точно бы не удержался и женился! Мечта поэта, не иначе!..»

В дальнейшем все фривольные и посторонние мысли пришлось забыть и сосредоточиться на охране и защите отряда. Если вначале одиночные твари в лесной чаще еще сомневались в собственных силах и не сразу бросались на такую внушительную группу людей, остро пахнущих железом, то уже после пятого километра пришлось отбросить в сторону неуместную леность и начать глушить тварей при каждом их обнаружении. Потому что все чаще и чаще хищники таились возле самой дороги, а то и бодро неслись к ней наперерез. «Сундук» срабатывал выше всяких похвал, опрокидывая в глубокий сон как самих магических хищников, так и всех прикормышей. Как еще вчера выяснили, продолжительность сна немного варьировалась: от шести часов у крупных монстров до восьми у мелких прилипал.

Останавливаться и добивать тварей граф Дин запретил сразу. Мол, только лишняя трата времени. Но вот после деся того километра на восток все равно начались трудности и непредвиденные задержки. Нет, мечи применять да пускать стрелы не приходилось, а вот объезжать на нервничающих конях многочисленные туши стало проблематично. Твари уже не сидели в засадах, а парами, а то и тройками располагались прямо на дороге или двигались навстречу отряду. Да и дорога как таковая заросла настолько, что трава и мелкий кустарник высотой до колен всадников заставляли снижать скорость продвижения. Не хватало только угодить ездовым животным ногами в кротовые ямы или в щели между древними плитами да преждевременно выйти из строя! Тогда планы всего рискованного похода сразу окажутся под угрозой.

Ну и монстры стали поражать не только своими размерами, но и формами. Так, например, даже знаменитые охотники-истребители во главе со своим маркизом впервые увидели таких тварей, о которых они только слышали, а когда увидели уже в предгорьях гигантский, пятиметровый колобок, только и воскликнули в один голос:

– Чвирья! – А Эрик сразу приступил к рассказу об этой твари.

Эта тварь вообще очень редко выходила к людям, но если уже участвовала в нападении, то только на большие поселки, а то и на города. Причем десяток таких тварей умудрялся своим свиным визгом валить защитников на стенах с расстояния в сто, а то и сто десять метров. А потом, разогнавшись, крушить бронированным телом и ворота, и башни со стенами. Уничтожить чвирью считалось почти невозможно, глаза у нее не просматривались, суши тоже, и мозг как таковой после разделки не отыскивался. Единственное средство борьбы кроме тяжеленных копий – это огонь. Но опять-таки, при почти повсеместном устройстве стен из огромных бревен это средство оборачивалось бедой для самих обороняющихся. Беснующаяся от боли тварь все равно катилась в сторону людей и строений, ломая и раскатывая все на своем пути, и победа над ним часто оканчивалась еще более губительным пожаром.

– Да у вас тут монстрятник, не иначе! – возмущался Торговец, объезжая очередную чвирью вдоль самой кромки нависшего над дорогой леса. – Неужели нельзя было создать против такого чудовища действенные яды?

– Кто создавать будет? – с горечью вопрошал маркиз. – Если в нашем королевстве кроме меня всего лишь двадцать, ну, может, чуть больше магистров! Да и те заняты настолько, что порой не знают, что творится за городскими стенами. Вдобавок всегда в Ирцшуларе бытовало мнение, что беда до нас не доберется. А доберется, так мы ей живо рога обломаем.

– А что, беженцы из соседних государств не навели должную панику?

– Навели, да уже поздно было.

Последнюю пару километров до виднеющихся издали зевов огромных пещер вообще больше часа преодолевали. Здесь уже точно люди столетиями не передвигались, и даже мощенная когда-то камнем дорога стала непроходимой. То есть вместо запланированных двух с половиной часов потратили четыре. Но все равно времени оставалось еще с лихвой и на добычу, и на возвращение. Правда, перед входом в пещеру Эрик Зарнар предупредил:

– Внутри могут быть рота́чи, тоже одни из самых опасных, пусть и редко встречающихся тварей. Этакий паук с трехметровым телом стрекозы на десяти лапах. Ротачи шипят при магической атаке и тоже могут атаковать с расстояния более чем в сто метров.

– Да, – согласился Дмитрий, выслушав описание такого гибрида и реально оценив собственные силы. – Будь они в атаке на форт позавчера, и мое оружие могло не помочь.

– Но их наличие здесь – это лишь мои предположения. Мне и самому не доводилось видеть их вживую.

– Сейчас посмотрим! – Торговец решительно полоснул «сундуком» по створам пещеры и только потом, ведя за собой коня на поводу, вступил внутрь. Там было довольно светло, потому как дополнительно лучи солнца проникали и через разломы и дыры в своде. Так что слабо трепыхающихся пауков удалось заметить сразу. – Ты смотри! Они еще пытаются встать на ноги! Добиваем!

И тут пришлось уже всем воинам поработать мечами. Ротачи оказались невероятно живучи и, даже впав в почти полную прострацию и беспамятство, пытались шипеть при приближении людей. Поэтому и Светозарову пришлось орудовать мечом, словно заправскому мяснику.

Многочисленные проходы вели дальше, в глубь горного массива, но того сланца, который оказался прямо под ногами и в толще стен, хватало для предстоящей добычи ставролитов с лихвой. И от количества таких бесценных кэфэц у того же Эрика чуть глаза не вывалились на подбородок от счастья.

– Кроши! Собирай! – кричал он, ползая на коленях по острым камням и собирая в суму крестики, которые в своем подавляющем большинстве напоминали букву Х. – Быстрей, ребятки, не ленись!

И воины, стреножив коней в самой пещере возле входа и подхватив кирки, бросились с небывалым усердием собирать магическое сырье для вожделенных амулетов. По сторонам никто из них смотреть не удосужился.

То есть вопросами безопасности пришлось заниматься графу и его очаровательной ночной грелке. А для этого приходилось и внутри пещеры быть бдительными, и наружу все время поглядывать. И скучать или бездельничать им не приходилось. Вначале из тоннелей, идущих внутрь, тянулись новые особи ротачи. А прикормышами у них были жуки с устрашающими на вид жвалами. Хоть эти полуметровые жуки и не казались слишком большими или проворными, но их тоже сонный луч валил с ног не сразу. Так что пришлось изгаляться в изведении этих странных пещерных прилипал. Майлина стреляла, словно неутомимый робот, а Торговец натер руку, размахивая мечом. Хорошо еще, что после гибели своих магических хозяев прикормыши, словно очнувшись, разворачивались и устремлялись в темноту подземелий. Кажется, они по своей натуре не склонны были к хищническому образу жизни.

Часа четыре с наплывом новых тварей и их прикормышей удавалось справляться без особых проблем. Уже и сумы были наполнены на три четверти, и Дмитрий высказал предложение двигать обратно, да только маркиз возопил, словно на Судном дне:

– Как! Уйти отсюда, когда еще есть место для кэфэц?!

– Но и так уже набрано предостаточно.

– Нонсенс! Кэфэц – всегда мало! Тем более что у нас в запасе есть в любом случае еще два часа.

– О нет! Мало ли что нас задержит на обратном пути! Да и груз…

– Хорошо! Тогда только час! Ребятки, поднажали! – заорал он воинам, опять падая на колени в груду обломков сланца. – Если у каждого из вас будет по десятку амулетов, вас не свалит никто и никогда!

Ну и народ работал в сумасшедшем темпе. Потому что и в самом деле считалось: имей воин амулет сразу с десятком крестиков, тот мог оставаться и вечным и выдерживать любые по силе удары магического паралича. Другой вопрос, что подобных амулетов в Ирцшуларе имелось всего несколько штук. А каждому участнику похода изначально был обещан амулет в пять кэфэц, а теперь вот сам магистр пообещал все десять. Понятно, что измучившийся под гнетом тварей народ старался изо всех сил.