Текст книги ""Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава семнадцатая
Грустная победа

К его удивлению, Дмитрий прибыл на место крушения ледяного дракона несколько раньше всех остальных заинтересованных лиц королевства Ягоны. Причем с ходу сообразил, что произошло: техника в этот раз оказалась намного сильней колдовства. Неизвестно как сформированное из замершей воды живое создание при попадании ракеты наверняка стало погибать, и творящиеся в его теле изменения привели не просто к разрушению внутренних связей, а вызвали обратную цепную реакцию. То есть по какому-то остаточному принципу видоизменения энергии весь лед, вернее, вода, его составляющая, поменяла температурный минус на плюс и разом вскипела. А судя по широкой и длинной просеке, которую наверняка оставили глыбы падающего льда, она вскипела уже после окончательной гибели самого дракона.

Ну, по крайней мере, так показалось Торговцу на его первый, непросвещенный взгляд. Вдобавок он на втором кругу мелькающего подсмотра разобрал среди кустарника и подлеска множество тел, которых раскидало взрывом по сторонам от просеки. Причем именно по сторонам, ни одно из тел не попало в многочисленные, бурно кипящие озерки и лужи. Хоть люди и выглядели бездыханными, кажется, все остались живы. Вокруг каждого валялись некие остатки не то ткани, не то пластика, а может быть, больших рыбьих пузырей. Мысль при их виде появлялась одна: «Подушка безопасности! Однако! Только парашютов на этом драконе не хватало!»

Уже обегая ножками вдоль правого края просеки, более внимательно присмотрелся к телам. Мужчины, все сильные и молодые. Обряженные в кожаные доспехи, такие же шлемы, наручи и некое подобие щитов за спиной. Как минимум человек сорок, а то и пятьдесят. Всюду раскидано оружие в виде боевых палиц, топоров и гарпунов. Солидно собрались поохотиться ледовые канги в Ягонах. Не с миром сюда шли и не с предложениями о торговле.

Тем более жалеть не стоит. Если не окажутся шафиками, то у Бонзая имеются для таких места трудового подвига, пусть поработают во славу мира и правопорядка. Если же некоторые окажутся людьми с магическими способностями, то придется тоже держать их на каторге далекого Юга. Именно на той каторге, где добывают слантерс и любой пленник в зеленом дыму становился обычным рядовым каторжанином. Когда-то в свое время Светозаров вместе со своим другом королем там побывали и сумели оттуда вырваться лишь с помощью уникальных умений Торговца видеть створы между мирами и уметь сквозь них путешествовать.

Воспоминания о тех приключениях заставили Дмитрия еще раз припомнить о разности власти, о том, что некоторые правители бывают ух как злокозненны! И не просто используют умение колдовать для нагнетания зла, но порой и самих колдунов любого пошиба стараются уничтожить или превратить в рабов. А ведь сюда оживший лед привела чья-то злая воля. Не иначе как самой Ледяной Владычицы. А где же она сама? Спряталась уже или погибла, превратившись в пар? Именно поэтому, невзирая на то что некоторые воины, потерпевшие «драконокрушение», стали приходить в сознание и двигаться, Торговец решил дать еще несколько десятков расширяющихся кругов над местом катастрофы мелькающим сознанием.

И правильно сделал! На расстоянии полутора километров в сторону севера он засек сразу целую группу убегающих агрессоров. Четверо мужчин, несмотря на то что и сами были изрядно ранены, во всю прыть волокли пятое тело, закутанное в белый воздушный саван. Или прихватили кого-то без сознания, или пытались спасти главного инициатора и вдохновителя своей агрессии. Скорее всего, ту самую пресловутую свою владычицу, потому что в ином случае бросить остальных своих боевых товарищей на произвол судьбы – в голове не укладывается. Судя по допросам и поведению прежних пленников, даже среди этих ледяных, отмороженных холодом дикарей такой поступок неприемлем.

Вполне удачно перед убегающей группой оказался нужный створ между мирами, и Торговец появился в нужной точке совершенно бесшумно. Еще и время у него осталось присмотреться к ледовым кангам и приготовиться к сражению. Он хорошо помнил, насколько опасным оказался какой-то Хранитель острова, того пришлось уничтожить с огромным трудом. Вдруг и эти обладают подобной силой? Ведь недаром сумели остаться в сознании после крушения, да еще и бегут вон с какой форсированной скоростью. На окровавленных и расцарапанных лицах, а еще лучше в колеблющихся жаром аурах хорошо просматривались все обуревающие их чувства: гнев, отчаяние, горечь поражения и крайняя решимость спасти своего лидера любой ценой. Сразу легко догадаться, что разговоры о сдаче или просто попытка как-то вразумить здесь неуместны. Поэтому Торговец решил атаковать первым, из засады, хотя и средствами, не вызывающими смерть.

Очень для этого пригодилась одна из новинок, подаренных хаерсами. Ее так и назвали по аналогии «большим шокером». Оружие било на поражение извивающимися, как рыбки, искорками, хотя со стороны атакуемых искорки и смотрелись как миниатюрные шаровые молнии. Причем из шокера вылетали сгустки энергии двух типов: вызывающие долгий паралич или убивающие насмерть. Как раз последними сгустками и уничтожали жрецы несчастных отшельников на тракте Магириков при попытке «третьей» поджечь черный монолит.

Хаерсы улетели в свою Вселенную, но полезное оружие оставили Торговцу. И теперь это оружие выплевывало из себя сплошную струю парализующих искорок. К счастью, четверо кангов не оказались настолько сильны, как павший на острове Хранитель. Хотя следовало отдать должное их силе и магическим умениям. А может, сказались ранения вкупе с жуткой усталостью от бега по максимально пересеченной местности. Все четверо, мягко уронив тело на кучу прошлогодней листвы, дружно бросились врассыпную, пытаясь одновременно атаковать всеми имеющимися у них умениями. Любому простому человеку для успокоения хватало одной, максимум двух искорок, тогда как ледяные отморозки получили по десятку как минимум и продолжили интенсивно двигаться. Даже щитами себя какими-то окружили, которые во второй фазе сражения сумели прикрыть своих создателей от нескольких добавочных порций.

Один из кангов атаковал Дмитрия, прикрывающегося толстенным деревом, облаком тонких, несущихся горизонтально сосулек. Ствол дерева стал похож на белого ежика, остальную порцию отбил личный магический щит, который Светозаров научился сооружать в Успенской империи.

Второй атаковал неким подобием молота. Кажется, молот формировался из влаги, висящей в воздухе и превращающейся в лед. Коварная и опасная штука: сшибло над головой королевского шафика с пяток толстенных веток, но их, как и сам молот, щит от твердых предметов тоже сдержал, отбросил превосходно.

А вот два остальных канга атаковали ядовитыми смесями не только разного цвета или уровня токсичности, но и разными по составу. Одно облако состояло из плотного клуба не то газа, не то дыма, а второе – из нереально крупных капель воды. Здесь уже в обороне во всей своей красе показал себя йо-йо, то самое устройство, создающее вокруг носителя специальный кокон против газа и жидкости. Хотя оба облака, словно состоявшие из липкого пластилина, наглухо обернулись вокруг кокона, затрудняя не только обзор, но и нормальное передвижение.

Пришлось задействовать ускорители и взлететь над полем боя. Короткий осмотр и добавочные порции из шокера по слабо шевелящимся телам. Все-таки и первой атаки оказалось почти достаточно для итоговой парализации, но уже после определенной добавки обездвиженные пленники могли только глухо мычать от бессилия и с поразительным бешенством вращать зрачками в глазницах.

– Ну и чего вы так усердствовали? – философски рассуждал Дмитрий, опускаясь на грунт рядом с женским телом. – Жили бы себе на острове, горя бы не знали. Вас же никто не трогал! Чего это вас на завоевания потянуло?!

Несмотря на свою злость, он старался действовать осторожно. Вдруг эта лидерша кангов только притворяется слабой и немощной. Но первого взгляда на бледное лицо с посиневшими от перенапряжения губами хватило, чтобы удостовериться: женщина, скорее всего, в критическом состоянии от крайнего истощения всех своих сил. Нетрудно было догадаться, что управление погибающим ледяным драконом вымотало и в физическом, и в магическом плане. Вдобавок еще в первой атаке на бегущую группу в окутанное саваном тело вонзилось не меньше пяти, а то и все десять парализующих искорок, что тоже не могло не сказаться на общем состоянии.

Несмотря на все это, женщина нашла в себе силы моргать и непослушными губами выдавливать какой-то шепот. Еще раз осмотревшись по сторонам, убедившись, что ему больше ничего не грозит, Светозаров чуть наклонился и прислушался.

– Они ни в чем не виноваты! – отчетливо раздался просительный шепот. – Вся вина на мне!.. Только на мне! Не убивай кангов! Пощади их!

При такой белизне обескровленное лицо казалось жуткой, гротескной маской, но все равно было заметно, что владычица божественно красива. Следовательно, догадаться о ее способах воздействия на отмороженных островитян было несложно. Что расстроило Торговца и разозлило одновременно.

– Не убивать?! А они это заслужили после того, как метали огромные сосульки на мирный город?!

– Это не они! – шипела надрывно женщина. – Их тогда не было! Я тогда летала сама всего лишь с парой помощников. Этих я взяла для спасения наших островитян из ваших тюрем.

– Не надо с нами воевать, не сидели бы в тюрьмах! – С яростным оскалом Дмитрий навис над пленницей еще ниже: – Зачем вам Ягоны?! Зачем ты прилетела на эту землю сеять смерть и разрушения?!

– Я хотела спасти свою мать. А может, и остальных родственников. Они в рабстве, страшном рабстве.

– Неправда! – бушевал от негодования Торговец. – В Ягонах нет рабства! А на каторгах и в тюрьмах находятся только преступники! Да и то в других мирах их бы казнили без раздумий. Так что не лги! А то прямо сейчас, на твоих глазах, порву этих кангов на окровавленные куски!

– Нет! Умоляю, я готова на все! Только не убивай! Я все расскажу!

– Тогда зачем ты напала на королевство?! И не вздумай опять врать про каких-то рабов! Живо отвечай!

Он пытался хоть что-то получить в ответ сразу, зная, что парочке кангов из арестованных в Ягонах удалось поставить в своих мозгах какую-то странную блокаду. Сколько потом на них ни использовали психотропные средства, отмороженные островитяне так и не выдали главные свои тайны. Если уж они могли сопротивляться последним медицинским разработкам технологических миров, то эта владычица и подавно будет молчать как рыба. Только сейчас, в горячке катастрофы и под угрозой уничтожения ее самых близких сторонников, она и может проговориться.

Хотя женщина, кажется, и сама была готова во всем покаяться, сваливая основную вину на себя. Потому что очень старалась, даже заговорила несколько быстрее, разборчивее:

– Это я виновата! Я обманула кангов, они не знают всей правды: моя мать находится в магическом рабстве у какого-то жуткого волшебника. Причем я не знаю точно, где находится это мерзкое, кошмарное место с зеленым туманом. Матери только и удалось несколько раз донести свои мысли в мои сны, и там звучало самое главное: «Следует отыскать Зеленый Перекресток и уже оттуда прорываться на помощь».

Владычица кангов дернулась, застонала от боли, потеряла сознание от затраченных усилий, а у нее из-под век выкатились на бледные щеки две крупные слезы.

А победитель стоял над телом пленницы, хмурился, нервно покусывал губы, сжимал непроизвольно шокер хаерсов и еле сдерживал себя от волчьего тоскливого завывания: «Ну почему все в этом мире так запутано! Почему так все страшно кроваво и печально?! Чего стоило этой дуре просто дать запрос по дипломатическим каналам и спросить по-доброму: “Нет ли у вас такого-то поганого перекрестка?” И все! Мы бы тоже спросили, а там бы и договорились про совместные усилия при исследовании тех и в самом деле жутких болот в зеленом тумане. Мало того, скоро у меня и оружие будет для той местности, и летающие приборы разведки, и… Стоп! А ведь она послала своих порученцев в Ягоны на разведку! Хм, послала. А те стали действовать на подрыв стабильности в королевстве и вокруг него. Что это значит? Однозначно: они и сами не знали конечных целей своего лидера. А те, что знали, поставили блокаду себе в мозгах. Значит, тут и наша недоработка есть. Может, следовало поймать шпионов, переговорить, а потом и отпустить с вопросом: чего надо? Вдруг эта дура начала бы переговоры? Все-таки своих подданных она в беде не оставляет, старается защитить и выгородить. Вину вон всю на себя взяла».

Мысли прервали звуки выстрелов. Пусть и дремучий лес кругом, но на два километра можно расслышать, распознать подобные хлопки и щелчки легко. А так как огнестрельное оружие имелось только у Бонзая и его гвардейского полка, то, значит, они уже на месте крушения и пытаются организовать захват приходящих в себя лишенцев.

«Как бы они там слишком не перестарались! – несколько сменили направление мечущиеся мысли. – В свете признаний этой бледной куклы, положение еще можно как-то исправить, не доводя дело до кровавой мести и вечного противостояния. После гибели своих кангов и лучших воинов вряд ли островитяне пойдут на мирное соглашение легко и в охотку. И так при нападении на дворец погибли Хранитель и еще десяток защитников».

Поэтому Торговец, подхватив тело в воздушных тканях на руки, как можно быстрей переместился к месту катастрофы. А там, задействовав ускорители, завис над полем боя и с помощью атмосферных усилителей звука заревел громоподобным голосом:

– Всем стоять, бояться! Прекратить сопротивление! Ваша владычица уже пленена и находится в моих руках. По ее словам, воевать нам не за что, мы уже почти обо всем договорились. Так что одумайтесь, присмотритесь к моей ноше и выходите все на открытое пространство! Лишние жертвы бессмысленны! Пошевеливайтесь, времени совсем мало: дело близится к обеду, холодные блюда – невкусные, и делать больше гвардейцам нечего, как выискивать вас в зарослях и вытаскивать из болота. К тому же мы все сейчас в любом случае возвращаемся в столицу. Значит, глупая гибель от диких зверей будет на совести каждого, кто по собственной дурости спрячется в лесу.

Именно такие вот житейские рассуждения о хищниках и стынущем обеде и оказались решающими. Да и ношу в руках королевского шафика, висящего на высоте метров пятидесяти, все канги опознали моментально. Атаковать и при этом хоть как-то задеть свою владычицу им и в голову не пришло. Чуть ли не бегом они стали возвращаться на относительно открытое пространство и под присмотром гвардейцев разоружаться. Не забывали при этом сносить раненых или погибших товарищей. Причем хоть и выстрелы недавно прозвучали, да и гвардейцы в первой атаке не церемонились, но жертв оказалось, к счастью, мало. Лишь двое убитых да шесть раненых. Еще три человека не пережили катастрофы и погибли при падении дракона и его последующем взрывном испарении. Но эти цифры на общем фоне страшно развороченной просеки казались минимальными.

Главный шафик опустился рядом со своими коллегами, которые с двух сторон прикрывали короля Ягонов. Причем Флавия Несравненная сразу приняла под свою магическую опеку пленницу, озвучив дельные вопросы:

– Как удалось ее пленить? И что делать, если очнется?

– Пленил легко сравнительно… она очень обессилена. А если глазки откроет, то сразу ей заявишь: Зеленый Перекресток у нас есть, мы готовимся к походу в его внутренности и ничего не имеем против дополнительных союзников.

– А ты куда? – успел спросить Аристарх Великий.

– Смотаюсь на место пленения, заберу там четверку соратников-телохранителей этой куклы и оставлю в тюремном госпитале. Потом вернусь за вами.

Но монарх Ягонов, Бонзай Пятый, прямо клещом вцепился в рукав сюртука своего друга.

– Ты сам? И как там в столице?

– Все в порядке, не волнуйся. Наверняка Александра с Властой уже чайком балуются и с наследником играются. Скоро сам увидишь. Ты тут быстрей пленных в колонну строй, пехом пойдут. А раненых и павших вот здесь пусть сложат.

После порядочного грохота пальцы короля сжали пустое место, но в отличие от гвардейцев и замерших кангов он не застыл на месте, а стал с возрастающей поспешностью раздавать команды во все стороны:

– Чего встали? Пошевеливайтесь! Строиться в колонну по три! Еще вон сколько вам до столицы ножками топать! Раненых вот сюда, их сразу перенесут вместе с нами в госпиталь! Шустрей, мужики, шустрей! Не переживайте за жизни своих товарищей, вытянем их с того света. А погибших вот сюда, эти уже отвоевались, но в лесу оставлять зверью негоже. Знаете, какие тут волки бродят? Лучше б вам и не знать.

По угрюмым лицам островитян было видно, насколько им такие распоряжения не нравятся. Причем почти у всех в поблескивающих глазах читались явные мысли об освобождении своего лидера и о повторном побеге. Что не ушло от внимания шафика Аристарха.

– Ну и чего вы коситесь, словно агразаса объелись? Ведь ясно сказали: война кончилась! С вашей владычицей уже договорились. Вот ее полечат, она сама вам скажет о капитуляции. Тем более, вам еще мало досталось? Крови лишней хотите? Так сейчас вам гвардейцы из своих «пукалок» живо дырок для охлаждения наделают. А то и раненым нечаянно добавят. Ровней, ровней в колонну строиться! Или военной дисциплины совсем не знаете?

Глядя, как тяжело вздыхающие пленники пытаются подровняться на вздыбленной вывороченными корнями земле, его величество шепнул своему шафику:

– Да ладно тебе, не на площади парад принимаешь. Лучше просмотри, не осталось ли в кустах да на месте падения дракона чего ценного да полезного.

Именно последнее распоряжение монарха и заставило Аристарха задействовать поисковые структуры и тщательным образом начать осматривать образовавшуюся просеку и наклоненные вокруг нее деревья.

А тут и Торговец вернулся. Первым делом спросил у Флавии:

– Не очнулась?

– Очнулась. Уже минуты полторы. Просто лежит и делает вид, что без сознания. К разговорам нашим прислушивается.

Тотчас пленница хоть и с трудом, но приоткрыла слипшиеся от слез глаза. А наклонившаяся над ней Флавия преувеличенно равнодушно повторила оставленное специально для такого случая сообщение. После чего взгляд владычицы заметался, выискивая пленившего ее человека:

– Союзники? Разве мы можем стать союзниками?

– Почему бы и нет? Мы как раз только и делаем, что прилагаем все усилия для проникновения в Зеленый Перекресток. Но там столько монстров и жутких напастей, что просто так не пройдешь. Плюс ко всему обычная одежда и даже крепкое железо там разъедается зеленым туманом, как сахар водой. А то и быстрей. Так что мы заказали оружие из редчайшего сплава, специальные одежды и еще кучу специальных устройств и механизмов. Скоро они будут готовы, так что военная экспедиция не за горами. Тем более теперь, когда мы знаем: монстры и болота скрывают несчастных людей, над которыми кто-то издевается и считает своими рабами. А рабовладельцев или работорговцев мы сразу приговариваем к смертной казни. Их пособников – к пожизненной каторге.

Теперь уже слезы из глаз плененной женщины лились нескончаемыми потоками, а с губ срывался покаянный шепот:

– Что я наделала! Что я наделала!..

Дмитрий тем временем уловил бросаемые на него Аристархом многозначительные взгляды и понял их причину: все канги стояли словно окаменевшие, стараясь хоть что-нибудь расслышать и готовые в любой момент броситься на призыв о помощи из уст своего лидера. Следовало как-то разрядить обстановку. Поэтому главный шафик взял пленницу на руки, повернул ее так, чтобы она не видела трупов, а только строй островитян, и попросил:

– Успокойте своих людей. Иначе они могут сорваться на неблагоразумное поведение. И может, хоть представитесь?

– Леда.

– Кто бы сомневался, – не сдержался он от ворчания. – Говорите, Леда.

– Они не услышат мой шепот.

– Еще как услышат!

Неверие прорвалось в коротком всхлипе-вздохе, а потом владычица стала шептать:

– Не сопротивляйтесь, нам обещали не делать вреда.

Устройство «шелест» прекрасно справлялось с усилением звука в атмосфере. Даже шепот по своей силе казался шумом сходящей с гор лавины.

– Мало того, королевство Ягоны, скорее всего, наши союзники. И мне еще придется вымаливать у кангов прощение на коленях и собственной кровью.

Настроение в строю пленников сразу изменилось. Конечно, они ощущали шок, растерянность и непонимание, но зато прошла агрессивность, исчезла жажда побега и нахлынула несколько апатичная успокоенность. Мол, владычица жива, приказ сдаваться мы от нее получили, а дальше видно будет.

Но, судя по ужимкам Аристарха, у него еще какие-то секреты появились. Передав Леду в руки Флавии, Светозаров наклонился к своему коллеге:

– Что еще?

– Там в одной из остывающих луж лежит нечто большое и жутко магическое. Вы отправляйтесь в столицу, гвардейцы с пленными тоже тронутся, а я постараюсь достать из земли этот странный предмет, когда там чуть остынет. Мало ли что.

– Хорошо, с тобой останется пяток воинов. Сами доберетесь? Вот и отлично. Хотя, может, потом, перед своим убытием из мира, я к тебе и заскочу на минутку. А пока… мы прыгаем.

Дальше вся группа с королем, Флавия с Ледой на руках, раненые и павшие в бою скрылись в туманном и громыхающем коловороте пространства. А уже не раз наблюдавший подобное действо гвардейский полковник браво рявкнул:

– Шагом марш!

Со вздохом глядя на тронувшуюся колонну и цепи конных конвоиров по сторонам, он не удержался и пожаловался Аристарху:

– Хоть бы к ужину успеть.

– Ничего. – Шафик снисходительно улыбнулся командиру, с которым был уже давно в приятельских отношениях. – Зато сегодня уже точно учебной тревоги ты своим орлам не устроишь. И ужин будет не простой, а праздничный. Да, чуть не забыл: вон тех пятерых со мной оставь, и пусть лопаты им дадут, кто имеет.

Когда общая колонна скрылась за стволами деревьев, направляясь к самой ближайшей лесной дороге, Аристарх стал распоряжаться спешившимися воинами. Провел их вначале почти к самому финишу просеки, где образовался, а может, и раньше был крутой холм. На склоне этого холма и красовалась внушительная воронка с крутыми берегами, вся заполненная бурлящей жидкостью.

– Вы, трое, начинайте вот здесь рыть отводную канавку вон в тот распадок. А вы старайтесь обкопать это кипящее озерко.

– Господин шафик, там ведь так кипяток и плещет, – с опаской подходя к краю провала, осторожничал гвардеец. – Может, вы остудите вначале этот бульончик?

– Легко! Момент, и вместо кипятка – сплошная глыба льда. Но тогда тебе взамен лопаты лом понадобится и часа на три больше времени. Устраивает?

Услышав такое, гвардеец молча, но с утроенным усердием принялся копать в указанном месте. Причем вопросов или пожеланий больше не высказывал.

В любом случае, на отвод воды и рытье ушло не меньше часа. И только тогда перед взорами пыхтящих от усердия и перемазанных землей людей предстало исполинское, чуть ли не метр в диаметре, странное кристаллическое образование. Вроде как на вид слиток какого-то разноцветного стекла, но как-то слишком уж странно пульсирует, меняясь раз в полминуты в размерах. Причем плавно так, то меньше, то больше сантиметров на десять станет. И все цвета радуги при этом внутри как-то хаотично меняются. Дотронуться нельзя, слишком горячее.

Споров или противоположных мнений не возникло. Все пятеро гвардейцев только и кивнули согласно, когда шафик воскликнул:

– Сердце! Сердце дракона!

А вот на другие вопросы подсказать ответ было некому.

– Живое оно или умирает? Может, его охладить надо? Но тогда оно точно погибнет. А как нам его погрузить на волокуши?

Поднять на лопатах тоже не получается – тяжеленное, не менее центнера. Но ведь и оставлять здесь никак нельзя. Стали собирать подходящие лесины для создания волокуш, отесывая их лопатами вместо топоров. Работа долгая и неблагодарная, но тут, к всеобщей радости, опять грохотнуло и рядом вывалился из межмирского пространства главный королевский шафик. Причем, ничего не спрашивая, сразу с досадой воскликнул:

– Его надо было коркой льда накрыть! От перегрева оно погибнет!

В следующий момент он передвинул телекинезом пульсирующую глыбу в ближайшее озерцо-лужу и постарался превратить это вскипающее на глазах озерцо в кусок льда. Ничего у него с первого раза не получилось, но зато к нему присоединился Аристарх, и общими усилиями они даже как-то умудрились на поверхности поддерживать корочку льда. Время от времени корочка эта вздымалась, вывороченная паром, но основная цель оказалась достигнута: часть тела павшего дракона стала быстро охлаждаться и успокаиваться, а между шафиками, отправившими гвардейцев в столицу, завязался разговор:

– Вот немного подождем, а потом перебросим сердце в мою башню. Там как раз Шура с Флавией колодец запасной приготавливают.

– Откуда узнал про сердце? И как пленница?

– Ей еще долго восстанавливаться, все-таки силы все поистратила при катастрофе, да и от меня ей куча парализующих молний досталась, но речевой аппарат работает. Вот в конце своего рассказа она про сердце дракона и вспомнила. Опять плакала.

– Чего? Жалко, что ли?

– Еще как! Но утверждала, что дракон погиб и больше никогда такого не создать. Оплакивала как дитя собственное. Вот я и сжалился, спросив, а что могло остаться от ледяного тела? Она и говорит: ничего. Единственное, что оживляло дракона, – его сердце. Но оно слишком хрупкое. Потом задумалась и высказала предположение, что хоть осколки могли остаться. А если хоть один отыщется и его удастся быстро заморозить, то из него впоследствии можно вырастить новое магическое создание. Вот я сюда и поспешил. И как мне кажется, вовремя.

– Ага. Вряд ли это осколок. Целехонькое и действующее. Как только при ударе о землю не разбилось? И вроде как грунт не пушистый. Хотя…

– Может, и успеваем спасти? Вдруг и самим такое чудо удастся сотворить да приручить со временем?

– Если не удастся? Вернешь союзникам?

– Потом видно будет. Пусть оклемается вначале да союзничество свое подтвердит в полной мере.

– А что она о себе рассказала? – выпытывал Аристарх.

– Ух! Совсем жуткая история, хотя и основана больше на снах да мифическом, таинственном появлении самой Леды на острове кангов. Но если подоплека, кошмары, передача матери о своей беде каким-то ментальным способом, а также ошибочные источники нашего конфликта подтвердятся, то из Зеленого Перекрестка ведет дорога в один из бездонных филиалов ада всех вселенных. А может, как раз там самый жуткий ад и расположен.

– Однако! Вдруг тогда вообще не стоит туда соваться?

Торговец с укоризной взглянул на своего коллегу:

– Если бы мы с Бонзаем три года назад не наведались в Бормот на Юге, ты бы до сих пор добывал слантерс на каторге в зеленом тумане. Хорошо быть рабом?

– Как тебе не стыдно! – возмутился бывший многолетний каторжанин. – Сам знаешь, как я отношусь к подобным вопросам! Просто и здравые опасения должны предшествовать нашим поступкам. По тем болотам, кишащим монстрами, даже с самым уникальным оружием и мощной армией не прорваться. Стоит ли начинать такую кровавую эпопею, если платой станет гибель сотен и сотен пусть даже добровольцев? Если уж идти туда, то с неимоверным перевесом в оружии, магии, мускульной силе. Во всем. В том числе и в знании обстановки. Вот когда твои летающие устройства там побывают и доставят нам картинку происходящего, тогда и решим окончательно. Да и не забывай, насколько у нас мало шафиков!

– Помню. – Но грустным при этом признании Торговец не выглядел. – Зато вскоре у нас может оказаться целое войско из одних наших коллег.

– Как это?

– Так ведь островитяне во все века жили себе и не тужили, а губительного для нас зова на Юг никто и не слышал. Не доставал он через льды, холод и сплошные туманы. Вот потому на острове, в отличие от континента, как минимум каждый третий – это хорошо развитый и обученный шафик. А среди остальных – половина с неплохими задатками работы с магией.

– Не может быть. – Аристарх от такой новости даже растерялся. – Так мы что?..

– Вот именно! С новым оружием да с солидным отрядом мы прорвемся через болота и буераки Зеленого Перекрестка, словно прогуливающиеся туристы по крепостной столичной стене. Мало того, для усиления мощи отряда я еще и целителей из мира Зелени приглашу. Сам понимаешь, что добровольцы и там отыщутся.

– Хм! Ну если так все и в самом деле… И опять-таки, кто такая Леда и говорит ли она всю правду до конца?

– Ты ведь знаешь, Александра усилила свой дар. Теперь уже почти с полной уверенностью может различать, когда человек врет, а когда говорит правду.

– Так ведь дело имеем с владычицей. Наверняка самая сильная, хитрая среди всех кангов. Помнишь, как говорили пленные: к власти приходит самый сильный, лучший после магических состязаний.

– Естественно, что сильна. Но сейчас, да в таком психологическом шоке, она, кажется, не способна лгать.

Аристарх в сомнении почесал свои омоложенные кудри, но вслух ничего не сказал. Зато ударив очередной раз магией мороза по луже, ткнул в нее пальцем:

– Смотри, какой лед толстый. Как бы все в один комок не смерзлось.

– Так и надо. Вроде бы.

– Да это не столь важно, как надо, а вот утянешь ли такую глыбу?

– Если уж тебя как перышко могу на верхушку вон той сосны закинуть, то чего про глыбу говорить? Давай еще по разу ударим морозцем и… Вот! Теперь порядок. Чувствуешь, как оно расширяться перестало?

Его коллега всмотрелся внутрь льда и забеспокоился:

– Кажется, перестало биться. Умерло?

– Наоборот. Теперь расширение перешло во внутреннее мерцание и увеличилось по частоте в сотни раз. Можно сказать, работа сердца вошла в нормальный режим. Именно так оно и должно колотиться в самом важном участке тела ледяного дракона.

– То есть оно уже и не вскипит?

– Конечно. Сейчас поместим его в колодец и наглухо заморозим. А потом…

– Отправимся выпытывать пленную?

– Само собой разумеется. Но! Вначале малость перекусим. Бонзай наверняка уже нас за столом ждет.

Перенос прошел без осложнений, и вскоре вся толща воды в запасном колодце башни главного королевского шафика оказалась проморожена до последней капельки воды. К тому времени и Александра прибежала в подвал из небольшой столовой второго этажа.

– Чего вы тут копаетесь? Бонзай грозится собственную супругу от голода проглотить.

– Не дракон, чай, не получится, – возразил Дмитрий с улыбкой и сжато пересказал жене суть всей спасательной операции.

Присмотревшаяся к толще льда графиня непонимающе пожала плечиками:

– И зачем нам дракон? Он ведь без Леды вряд ли станет кому иному подчиняться?