Текст книги ""Фантастика 2026-39". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Ирэн Рудкевич

Теперь оставалось только ждать. Если с бойцами всё в порядке, и они почему-то ушли сами, то Батя встретится с ними уже на Африке. Если нет...

О «нет» Батя думать не видел смысла.

– Что будем теперь делать, командир? – тихо поинтересовался Винт.

– Найдём другую машину и переместимся в квартиру, где оставили Мокрого, – вздохнул Батя. – Потом будем искать магазин – нам надо продержаться до обновления Африки. Виноградин мы с того элитника набрали прилично, но нет ни еды, ни воды, ни алкоголя. К тому же, мы остались без оружия. Придётся выживать.

– Деда искать не будем? – расстроился Кола.

– Специально – нет, – принял решение командир. – Нет ресурсов. Но если наткнёмся случайно, надо будет постараться за ним проследить, – и тут же добавил персонально для гонщика:

– По возможности. Мы не имеем права подвергнуть опасности женщин и детей.

Собрав оставленные на складе досмотровой припасы, приготовились выдвигаться на поиски подходящей машины. О тихом электрическом двигателе никто даже не заикался, вместимость и запас хода сейчас имели намного большее значение.

Минивэн тёмно-синего цвета с тремя рядами сидений, полным баком и ключом в замке зажигания отыскали спустя час прямо в окрестностях тюрьмы – правда, не с той стороны, где обычно в неё заезжали. Уселись. Водила потянулся было к ключу, чтоб завести новое транспортное средство, но не успел – откуда-то послышался звук другого двигателя. А вскоре из-за угла неожиданно показался хорошо знакомый Бате белый «Форд». Его «Форд».

А за рулём вместо Деда оказался новичок-амер – видимо, один из тех, кто добровольно согласился работать на батиного двойника.

Глава 24

Винт и женщины вопросительно уставились на Батю. Новички, ни разу не видевшие этого бойца в натовском камуфляже, сначала переглянулись между собой, а потом тоже посмотрели на командира.

Батя сидел неподвижно, но мозг у него в это время работал на максимальных оборотах, прорабатывая все возможные варианты дальнейших действий и выбирая лучший из них. Американец в это время спокойно припарковал «Форд» возле административного здания, заглушил мотор и вылез наружу. Осмотрелся и отправился прямиком к зданию тюрьмы.

– Хорошо, что не в административное – мы всю их нычку оттуда выгребли, – слабо усмехнулся Водила.

– Уже не важно, – сжал зубы Батя.

Его поняли без лишних объяснений. Усмешка сползла с лица Водилы, Кола побледнел.

– Что будем делать? – подобрался Винт.

– Действовать, – рубанул ладонью воздух Батя, принимая решение. – Рисковать. Парней наших на месте нет, что с ними случилось – неизвестно. Зато точно известно, что Дед срисовал их и чётко дал нам это понять. Скорее всего, он послал этого янки, чтоб забрать женщин в другое место, подозревая, что раз он вычислил нас, то и мы вычислили его. Так что к чёрту нашу загонную охоту, будем действовать максимально нагло. И быстро.

– Ничего не понял, – вклинился в беседу Кола.

– Сейчас поймёшь, – лихо ухмыльнулся Батя и переглянулся с Винтом.

– Справимся, Бать. Что мы с тобой, мало по Пеклу на громких машинах рассекали? Дед вон, вообще без кинологов справляется.

Батя молча протянул Винту руку. Боец в ответ раскрыл свою ладонь и ответил на рукопожатие.

– Ждите в квартире, где мы Мокрого оставили. Если будет обновление, а я не вернусь – двигайте на Крематорий.

– Так точно, Бать, – сурово кивнул Винт. – Удачи!

Командир только кивнул, открывая дверь. Поудобнее перехватил «Калаш», быстро похлопал ладонью по карманам, проверяя оставшиеся магазины.

– Пригнитесь и не отсвечивайте, пока амер не свалит, – велел он и аккуратно прикрыл дверь. Дожал до щелчка и двинулся к «Форду».

Того, что амер заметит Винта и остальных, он не опасался – минивэн стоял здесь задолго до сегодняшнего дня и не должен был вызвать никаких подозрений. А вот ему самому надо было успеть спрятаться внутри «Форда» до того, как амер обнаружит, что в камере больше никого нет. И суметь не спалиться, пока он будет ехать с докладом к Деду.

Белый внедорожник оказался предусмотрительно заперт. То ли амер ещё не привык, что в этом мире угонять машины практически некому, то ли Дед настоял на подобной безопасности, но факт оставался фактом – проникнуть незамеченным внутрь машины Батя не смог. Однако оставался ещё один вариант.

Забросив автомат за спину, Батя ухватился за установленный на крыше решётчатый багажник, подпрыгнул, ложась на него животом. Быстро развернулся, закидывая наверх ноги, и замер. Поездка предстояла крайне некомфортная, но другого варианта всё равно не было. Да и, сказать по правде, бывали в жизни Бати ситуации и похуже.

Амер, переметнувшийся на сторону Деда, появился спустя всего пару минут своего отсутствия, и на лице его было явственно написано всё. Практически бегом амер добрался до «Форда», не глядя по сторонам – хотя Батю под невидимостью он так и так не смог бы заметить, – запрыгнул в машину.

Взревев двигателем, «Форд» резко развернулся, отчего Батя едва не свалился с багажника, и, набирая скорость, понёсся прочь от лоскута с тюрьмой.

Захлопала на ветру куртка, которую командир впопыхах забыл застегнуть, едва не свалился на багажник ухоженный, но надёжный старичок АК-74 – Батя в последний момент едва успел перехватить его рукой, чтоб не стукнул по крыше «Форда», и снова едва не свалился.

Из переулка справа выскочили на дорогу два топтуна и моллюск. Амер резко свернул влево в надежде, что твари его не заметят.

Заметили, поэтому Бате пришлось вмешаться, благо, его невидимость не была заметна для тех, кого он её прикрывал. Потеряв внедорожник из виду, твари растерянно замерли – звук-то никуда не делся. За это время ничего не успевший понять амер отъехал достаточно далеко, и твари всё-таки решили отправиться по своим делам. Батя выдохнул, сняв невидимость.

Использовать этот свой Дар Батя мог только в ситуации крайней необходимости. Кто знает, как далеко «Форд» от убежища Деда, не хватало только применить его на глазах наблюдателей, которые тут же доложат двойнику, что вместе с амером приехал и лично Батя.

Однако путь, как оказалось, был далёк от завершения. Амер проехал мимо парка, где была спрятана вся украденная Дедом техника – судя по неизменности пейзажа, её отсюда никто перегонять не стал. Потом свернул ещё южнее.

За это время Бате пришлось применить Дар ещё дважды. Первый раз – против такой же стаи, только покрупнее. Второй – от трёх элитников, которые неслись параллельной дорогой на столб кислого тумана, временами видневшийся над крышами высоток вокруг, и, увидев на одном из перекрёстков «Форд», решили отведать и эту закуску, раз всё равно в ту же сторону движется.

Этих отвадить оказалось труднее всего. Элитники, как птица-говорун, зачастую отличались умом и сообразительностью. Не человеческими, понятное дело, но это во многом зависело от развитости. Самые крупные и мощные твари даже обладали своими собственными Дарами, могли устраивать засады – как тот элитник, который наводил невыносимую тоску, вгоняя потенциальную жертву в состояние полной апатии, чтоб та не сопротивлялась.

Вот и эти, едва только заметив белый внедорожник, ринулись за ним, причём самый крупный, судя по всему, обладал Даром телекинеза и сразу же принялся мешать потенциальной еде в её стремлении остаться живой и невредимой.

Делал он это с умом. Сначала попытался швырять во внедорожник стоящие по бокам дороги машины и мусорные урны, но быстро сообразил, что гораздо эффективнее не кидаться предметами, а раскладывать их на пути улепётывающей жрачки. Амеру, чьего имени Батя, как не пытался, так и не вспомнил, пришлось активно маневрировать и всё время менять маршрут, сворачивая в боковые проезды и дворы. Скорость передвижения из-за этого сильно упала, и расстояние до элитников начало стремительно сокращаться.

Бате пришлось врубить невидимость. Потеряв жертву из виду, элитники растерялись, но не сильно. Тот, что был поумнее и с Даром, решил ориентироваться на звук, и теперь препятствия прилетали не прицельно, но зато повысилась вероятность, что одно из них может упасть на крышу «Форда», придавив Батю вместе с подчинённым Деда.

Амер, однако, ситуацией сумел воспользоваться. Прибавил газу и принялся вилять по дороге так, что Бате пришлось вцепиться в багажник до побеления пальцев. Помимо этих манёвров амер продолжил неожиданно менять направления, путая элитников.

Закончилось всё тем, что, выбравшись на широкую многополосную дорогу и найдя на ней относительно свободное место с единственной целой на вид фурой, замершей в правом ряду, амер вдруг сделал полицейский разворот при помощи ручника, тут же заглушил двигатель и накатом завёл «Форд» за фуру.

«Не увидишь», – на всякий случай повторил про себя Батя, по действиям вражеского пехотинца догадавшись, что тот не заметил помощь, и замер.

Элитники промчались мимо с озабоченным видом. Чуть притормозили возле фуры, поводя носами, тот, что обладал Даром, швырнул на дорогу пару сломанных деревьев, которые раньше росли по бокам, но, убедившись, что не слышит больше ни визга шин, ни рёва двигателя, ни, тем более, звуков удара, разочарованно заурчал. Второй поддержал его негодование, но при этом тоскливо обернулся туда, где виднелся вдалеке столб кисляка.

Немного помаявшись, более сильный элитник всё-таки сдался и повернул назад. Второй последовал за ним. Батя выдохнул и, дождавшись, когда обе твари исчезнут из поля зрения, снял невидимость с внедорожника, сам, разумеется, оставшись под нею.

Американец же, вместо того, чтоб продолжить путь, вылез из машины и принялся красочно ругаться по-английски. Его заметно трясло, но штаны пехотинца, вопреки батиным ожиданиям, оставались сухими.

Спустя три минуты боец сумел привести себя в нормальное состояние психики и снова забрался на водительское сиденье «Форда». Чуть слышно скрипнул, приходя в движение, ремень ГРМ, и двигатель зарокотал агрессивно-низкими оборотами.

Сдав назад, амер, стараясь держать обороты так, чтоб шум не становился громче, тоже поехал в обратном направлении.

Батя мысленно припомнил карту в попытке понять, куда занесла их безумная погоня. Сориентироваться сумел только в направлении, однако вскоре узнал лоскут, соседний с тем, где располагалась та шикарная квартира, где оставили безумного Мокрого. Не сдержался и хмыкнул, удивляясь тому, на каком, на самом деле, крохотном пятачке они с Дедом устроили игру в кошки-мышки вместо того, чтоб просто разойтись в разные стороны этого огромного мира, где каждому нашлось бы место. Ирония, мля, что тут ещё скажешь!

Впрочем, не Батя устроил эту войну. Но он её выиграет, и точка. Или сдохнет, пытаясь спасти тех из своих людей, кому действительно пока не обойтись без его помощи.

А бойцы... Они все – парни опытные, справятся и без него. У них есть Док, который продолжит батино дело, если придётся. Если они живы, то отобьют Африку у тварей после очередного обновления и начнут всё сначала. Винт привезёт туда женщин и Колу с Водилой. И всё будет хорошо.

Пора признаться самому себе – его парни справятся. Да, с Батей им будет легче, но они не пропадут и без него. Хватит трястись над ними, как над детьми. Любой из бойцов, даже оставшись один, уже имеет достаточно опыта, чтоб выжить тут даже в одиночку. Поэтому, если даже те, кто был в цехе, погибли, остаётся Винт. И он, как и любой другой боец, имеет достаточно опыта, чтоб не только выжить, но и повторить его, батин, путь.

Как бы не сложилась ситуация с Дедом, Адская Сотня будет жить. И раз за разом возрождаться подобно фениксу, пока в живых будет хотя бы один боец.

И Бате пора уже, наконец, это заметить. И перестать считать, что абсолютно всё зависит исключительно от него. Его задача – Дед и ополченцы. С остальным его бойцы справятся сами. Без назойливой помощи и опёки командира.

Впервые за долгое время командира, взвалившего на себя бремя абсолютной ответственности, отпустило. Он вдруг понял, что не обязан становиться штабным генералом. Его худший страх – оставить поле боя и взять на себя командование из безопасного места, – стал вдруг крохотным и истая, словно кисляк после обновления. Не нужно ничего и никого оставлять. Нет надобности ломать себя.

Бате стало вдруг легко-легко. Он словно освободился от пут, которыми сам себя же и связал. И снова почувствовал себя на своём месте.

Пока командир наслаждался внезапно свалившимся на него ощущением свободы и ясности, Арчи – Батя, наконец, вспомнил его имя, – проехал ещё два совсем крохотных лоскута. Один с руинами какого-то ПГТ, второй, как ни странно, с куском самого что ни на есть настоящего леса, дремучего и мрачного, сквозь который вела старая, укатанная до твёрдости камня грунтовая дорога.

За лесом обнаружилась промзона, похожая на ту, где располагался цех. Но эта, в отличие от убежища Сотни, представляла собой сборище небольших надувных ангаров, раскрашенных аляповатыми бело-голубыми полосами.

Промка была конечной целью – это Батя понял сразу, увидев возле одного из ангаров второй БТР-152. Проверил собственную невидимость. Среди ополченцев не было никого, кто мог бы заметить командира сквозь неё. Но кто знает, какие Дары уже успели прорезаться у новичков.

Американец припарковал «Форд» рядом с БТР и заглушил двигатель. Батя поднял голову и принялся осматриваться. Тут же заметил часового, спрятавшегося в секрете, замаскированном под кучу строительного мусора. Арчи, тоже осмотревшись, махнул рукой часовому. Тот скрылся из виду. А буквально через минуту из дальнего ангара вышел Дед.

Арчи, вытянулся по струнке и резко поднёс ладонь к виску. Дед махнул рукой, разрешая пехотинцу встать вольно.

– Докладывай!

Американец, в хаотичном порядке мешая английские и русские слова, принялся рассказывать. Получалось у него максимально путано – даже Батя, неплохо владевший английским и, к тому же, знавший, о чём пойдёт речь, едва смог его понять.

Дед, похоже, иностранными языками не владел, поэтому запутался ещё в начале рассказа и недовольно потребовал от амера выражаться яснее. Причём сделал это таким тоном, словно перед ним находился сильно провинившийся зелёный новобранец.

Арчи, побледнев, прибег к помощи языка жестов, чем выбесил Деда ещё сильнее. В какой-то момент Бате даже показалось, что двойник вот-вот ударит пехотинца, но Дед сдержался, хотя по выражению лица можно было уверенно сказать – он в бешенстве.

Батя не торопился вмешиваться. Американец, присягнув Деду, сам выбрал свою судьбу. Сам с ней пускай и разбирается. А ему надо убедиться, что эти ангары – не очередной перевалочный пункт двойника. И что все его ополченцы действительно тут, а не где-то ещё. Только после этого можно будет обнаружить себя и вступить в бой. А лучше просто тихо прирезать Деда и амеров, и вся недолга.

Наконец, пехотинец сумел донести до Деда информацию о том, что женщин в камере нет. Дед внешне остался спокоен, но сжавшиеся кулаки выдали его подлинное состояние – уж Батя-то знал, куда надо смотреть, и что значит тот или иной неосознанный жест.

– Жека! – немного помолчав, вдруг зычно скомандовал Дед. – Сюда иди!

И снова посмотрел на Арчи.

– Уверен, что за тобой никто не следил?

Американец старательно закивал.

– Урою, если соврал, – сквозь зубы процедил Дед. – Собирай манатки! Надо взять всех водителей и переместить технику, пока мой братуха до неё не добрался. Этот гад дважды умудрялся повисать у меня на хвосте. Не удивлюсь, если он не только тюрягу обнаружил. Чёрт, жаль, не успел я на его бойцов тварей натравить – ушли, гады! Как задницей почуяли!

На душе у Бати после этих слов прямо-таки отлегло. Живы! Сами ушли! Успели!

Но радоваться было рано. Батя собрал волю в кулак и снова превратился в слух.

– Командир?

Пока двойник высказывал своё недовольство Арчи, к ним подошёл Жека – вполне себе славянской внешности молодой парень, оказавшийся гражданским.

«Тоже успел новичками разжиться, – сцепил зубы Батя. – Сколько их у него? Где находятся?»

И порадовался, что не поспешил вскочить и всадить двойнику пулю в лоб, рискуя под вторую – от соратников двойника, – подставить свой. Осознание, что Сотня справится и без него, развязало Бате руки. Но прежде, чем рисковать, надо было освободить ополченцев и вывести их на знакомые лоскуты. А мёртвым он это сделать точно не сможет.

– Иди с пендосом, собери мне всех, кто умеет сидеть за рулём, – обернулся к новичку Дед.

Тот открыл было рот, но двойник с нажимом добавил:

– Будут упираться – напомни им про тюрьму. А ты, – Дед поднял руку и ткнул пальцем в сторону Арчи, – следи, чтоб всё прошло штатно. Если кто тявкнет – вали его! Андерстенд?

Американец часто-часто закивал.

– Пошли к чёрту отсюда! – раздражённо взмахнул руками Дед, и Арчи с Жекой практически бегом рванули к одному из ангаров.

Двойник же, заложив руки за спину, вдруг обернулся к «Форду».

– Ты здесь, брат?

Батя похолодел.

– Выходи! – велел Дед. – Твоя невидимость тебя не спасёт!

И, быстро рванув к «Форду», зачем-то пнул его ногой, отчего на двери появилась неглубокая вмятина, а сам внедорожник заметно качнуло.

– Успел перепрятаться? – прищурился Дед. – Брат, ты на моей территории! Я всё равно тебя найду!

Батя, так и оставшийся лежать на крыше, круглыми глазами смотрел на двойника и ничего не понимал. Тот совершенно точно его не видел, иначе вместо разговоров просто пристрелил бы незваного «гостя». Но был, тем не менее, абсолютно уверен, что Батя его нашёл.

Это было странно. От поведения двойника, помимо обычных для него жестокости и самодурства, веяло какой-то ненормальностью, что ли. Эдакой лёгкой сумасшедшинкой, совершенно не вязавшейся с образом командира одного из взводов ЧВК «Адская Сотня».

«А не тронулся ли и он умом, как Мокрый? – вдруг пришла в голову Бате мысль. – Он ведь может защититься от кисляка. Но по факту – ещё сам остаётся новичком со слабым пока Даром».

Одними глазами посмотрев на подчинённых Деда, которые как раз в этот момент друг за другом входили в ангар, Батя перевёл взгляд на стоящего к нему спиной двойника. Оценил расстояние и решительно отбросил все сомнения. Уже не пытаясь скрыть своё присутствие, вскочил на ноги, одновременно выхватывая нож.

И прыгнул с крыши на спину двойника...

Глава 25

Дед и Батя, несмотря на различия в характере и подходах, всё-таки были копиями одного и того же человека, пусть и жившего в разных мирах мультиверсума. Оба они имели одинаковые навыки, боевой опыт и то самое чутьё, которое в народе называют звериным. Причём у Деда оно явно неплохо дополнялось протёкшей кукухой, превращая его в параноика, которому везде чудится опасность. Да и знанием своего двойника – тоже.

Поэтому в последний момент он всё-таки обернулся. Оскалился, заметив летящего на него Батю, потянулся к ножу, но выхватить оружие не успел. Батя, упав сверху, сбил Деда с ног, и обо они, тихо рыча, покатились по земле.

Времени было мало. Задвухсотить Деда надо было до того, как из ангара выйдут амер и Жека. Кто знает, как они отреагируют на внезапную схватку двойников, вдруг откроют огонь по ополченцам – Дед ведь мог предусмотреть и такой вариант и отдать соответствующий приказ. Да и новичков у двойника пока неизвестно, сколько. Вдруг там десяток или два, а не один?

Батя выбрал момент и извернулся так, чтоб оказаться сверху Деда. Коротко замахнулся и попытался всадить лезвие ножа двойнику в шею. Тот выставил руки в блоке, схватил Батю за запястья, удерживая смертоносное острие на расстоянии.

– Я знал, что ты придёшь, брат! – прохрипел двойник. – Нашёл своих баб, да? Думаешь, победил?

Батя не ответил – не увидел смысла. Есть дело, которое ему нужно завершить. А вся эта болтовня – пустая трата времени. Тем более с тем, кто вот-вот станет трупом – иного исхода Батя не допускал даже в самых затаённых своих мыслях.

– Ты же слаб, брат! – продолжил Дед. – Ты слишком боишься остаться один! Совершаешь из-за этого ошибки...

На этот раз Батя не выдержал.

– Один? – оскалился он. – Я никогда не был один даже здесь! Даже до того, как вытащил с Африки Винта, я не был один. Знаешь, кто такая Лариска?

– Плод твоего больного воображения! – не остался в долгу и Дед. – Ты двинулся психикой, брат!

Батя рассмеялся. Куда уж его чёрствому двойнику понять ту историю с крысой, ставшей для Бати спасением и мотивацией?

– Пришло время умирать... брат, – сквозь зубы процедил он и надавил сильнее.

Воспоминание о Лариске, всегда ждавшей своего человека в супермаркете «Троечка», придало сил. Нож, застрявший было в одном положении, продолжил двигаться к шее Деда. Коснулся остриём кожи, показалась капля крови.

Дед захрипел, в отчаянном усилии напрягся так, что вздулись жилы на лице и руках, но у него за спиной не было никого, кем он бы дорожил. А у Бати – были. И да, крыса, каким бы маленьким и бесполезным существом не была, среди них занимала своё законное место.

Хрип сменился бульканьем, когда лезвие ножа погрузилось в плоть на треть. Сопротивление ослабло.

– Ты был прав в одном, брат, – не удержавшись, пафосно произнёс Батя, вспомнив вдруг старый фильм про бессмертных, сражавшихся друг с другом на мечах, – должен остаться только один. Из нас – так уж, мля, точно.

Спустя примерно минуту Дед, наконец, затих. Батя, бросив быстрый взгляд на ангар, в котором скрылись Арчи и Жека, поднялся и, ухватив тело Деда, торопливо потащил его за «Форд». Закончив, осмотрел себя – не измазался ли в крови? И, присанившись, вернулся к месту схватки.

Вовремя – из ангара как раз показался Жека. При виде командира прибавил шаг.

– Командир, черномазые готовы, сейчас Арчи их приведёт.

Батя, старательно нахмурившись, кивнул. Посмотрел на автомат новичка.

– Мля, ну кто так оружие держит?! Дай сюда, пока не задвухсотил самого себя!

Новичок, привыкший к крутому норову Деда, выполнил приказ без возражений. Батя, забрав автомат, поставил его рядом с собой, предварительно включив предохранитель.

– Вон там стой, – указал он на место метрах в четырёх от себя, и добавил для эффекта. – Смирно стой!

Новичок, наглухо отученный Дедом мыслить критически, повиновался. А батя принялся, заложив руки за спину, расхаживать туда-сюда.

Наконец, появился и амер. За собой он вёл десятерых ополченцев – Батя узнал Н’бонго, Аксу и многих других, обладавших навыками вождения. И едва сдержал радостную улыбку – выглядели ополченцы крайне недовольными, но вполне здоровыми.

– Что так долго? – набросился он на Арчи, едва тот приблизился. – Мать твою, ты пехотинец или баба на шоппинге?

Амер побледнел.

– I’m sorry, commander... То ест, я хотьел скажите...

Батя, убедившись, что амер, судя по заброшенному за спину АДС, не готов к бою, решил, что хватит ломать комедию. Медленно потянулся к своему АК-47, передёрнул затвор. И с ухмылкой направил его на Арчи.

– Shut up!

Американец, напряжённо пытавшийся вспомнить, как там по-русски должны звучать его оправдания, замер, забыв закрыть рот.

– Командир? – не понял ничего Жека.

Но Батя не собирался разговаривать ни с одним, ни с другим.

– Н’бонго, сколько у Деда вот таких? – стволом показал он на Жеку.

На лице высокого, атлетически сложенного негра с заплетёнными во множество тонких косичек волосами, медленно проступило непонимание. Но продержалось буквально мгновение, сменившись ничем не прикрытой радостью.

– Адъин, Батья, – показав белоснежные зубы, отчитался он. – Остальныье ужье того – Дьед ньикого нье бьерьёг.

– Взять, – коротко приказал Батя и снова перевёл дуло автомата на амера. – Обоих.

Африканцы, до которых уже начало доходить, что перед ними их настоящий командир, а не двойник, в едином порыве ринулись на прихвостней Деда.

– Живыми, – пришлось добавить Бате, при виде получившейся кучи-малы испытавшему разумные опасения, что Жеку и Арчи сейчас просто задавят.

Когда обоих подручных Деда повязали, Батя снова подозвал к себе Н’бонго.

– Наши все целы?

Негр отрицательно покачал головой.

– Двух женщьин Дъед сразу убьил, чтоб показать, что он не шутьит. Маигу тварьи съельи, Конбо прьи побьегье застрьельильи. Ещьё Тоба

– Ясно, – вздохнул Батя. – Про новичка что скажешь? Есть смысл оставлять в живых?

Африканец тряхнул головой так, что косички взметнулись вихрем.

– Идьиото! Хотьел Марту изнасьиловать. Тоба еьё защьитьил, но...

– Я тебя понял, – не стал слушать дальше Батя. – Ответит за это. Кстати, Марта в безопасности. Мы тут тоже нескольких новичков толковых встретили, они за ней и детьми приглядывают. Про остальных потом расскажу.

Африканец кивнул.

– Хорошо, что тьы вьернулсья, Батья. Дьед – тот ещьё факинг щит.

– Был, – поправил командир и указал за «Форд». – Возьми кого-нибудь, осмотрите тело. Вдруг он что полезное с собой таскал...

А сам, хлопнув негра по плечу, направился к удерживаемым счастливыми ополченцами Жеке и Арчи, попутно вынимая нож, которым убил Деда.

Американец сразу всё понял.

– No, commander! No, please! I had no choice!

– You gave me oath, – ровно сказал Батя. – After that you betrayed me and my people. Treason in time of war is punishable by death. You’ve lost your chance to make choice.

Рука Бати взметнулась, нож по самую рукоять вошёл в горло американца. Африканцы радостно загомонили, а сам командир... не испытал ровным счётом ничего. Этот амер не был своим. Он всегда оставался врагом, и только им. Пытался искать выгод, присягая то Бате, то Деду, и думал исключительно о себе. К тому же, был виновен в смерти одного из ополченцев.

Таким в Адской Сотне Бати места нет.

Резко выдернув нож, Батя двинулся к Жеке.

– Да что за хренотень, а? – завопил тот в панике. – Я тут вообще при чём?

– И в борьбу не вступил с подлецом, с палачом... – процитировал Батя фразу из известной песни, – Значит, в жизни ты был не при чём, не при чём...

И снова ударил. Тем, кто вечно не при чём, в его Сотне места так же не найдётся. А за спиной он больше никого оставлять не станет – хлебнул уже проблем с собственным двойником.

Когда оба тела перестали дёргаться, Батя вытер нож и занялся расспросами. По словам Н’бонго, лоскут с промзоной Дед нашёл буквально через пару дней после того, как вывез ополченцев с Африки. Тогда ещё все считали его Батей, а двойник не спешил раскрывать карты.

Первые подозрения появились, когда в обещанный срок не появились бойцы Сотни, хотя Дед всем рассказал, что они добровольно остались прикрывать отход оставшихся на Африке от нескольких преследовавших их огромных стай. Усилились они, когда двойник решил спрятать технику в другом месте, причём сделал это тайно от ополченцев, в помощь взяв только бойцов, спасённых с ним вместе, и Арчи.

Ну а окончательное прозрение наступило только после того, как Дед вернулся из очередного своего рейда один, потеряв Кузена и Мокрого. Он просто не знал, как повёл бы себя в подобной ситуации Батя, и прокололся. Ополченцы попытались было взбунтоваться, но Арчи и уже присоединившиеся к Деду четверо новичков вместе с Жекой быстро заставили всех подчиниться, поскольку у них оружие было, а у ополченцев – нет. После чего вмешался Дед собственной персоной, убил двух женщин из четырёх, забрал оставшихся вместе с детьми и увёз их, пообещав, что теперь их жизни будут зависеть от того, насколько послушно станут вести себя ополченцы.

Больше Дед не скрывал ни свою личность, ни план отогнать Батю подальше от Африки и самому её захватить после очередного обновления и набрать себе бойцов. Он даже пообещал, что после этого отпустит ополченцев и скажет, где спрятал женщин, после чего они все смогут свалить на все четыре стороны. Никто ему, разумеется, не поверил, и африканцы стали думать, что делать. Но руки у них были связаны, поскольку теперь они днём и ночью находились под контролем приспешников Деда. У которых был приказ открывать огонь на поражение при малейшем подозрении на бунт.

– Ну мы и сьидьельи тьишье воды, чтобы жьенщьин нье подставьить. И ждальи удобный случай... А дождальись тьебья, – радостно закончил свой долгий рассказ Н’бонго.

– Правильно, – хмуро одобрил Батя. – Иначе двухсотых было бы больше.

Поднял голову к небу – местное светило, которое все по привычке называли солнцем, медленно опускалось к горизонту.

– Расписание обновления этого лоскута успели вычислить?

– Откуда, Батья? – ухмыльнулся Н’бонго.

– Ясно. Тогда план такой. Завтра утром я и ещё четверо выдвигаемся за нашей техникой – я знаю, где Дед её спрятал. Забираем самое нужное, на обратном пути заскакиваем за женщинами, моими новичками с Винтом и Мокрым...

– Ты пощадьил его? – вытаращился на Батю ополченец.

– С сумасшедшими, мля, ещё не воевал, – скривился командир. – Мокрый в кисляк попал, потёк крышей. Им сердобольный Кола будет заниматься.

– Поньял, командир.

– Хорошо. Дальше. Привозим всех сюда и снова едем за техникой. Если успеем, то в тот же день. Если нет – на следующий. Когда всю её соберём здесь, займёмся обслуживанием и подготовкой к походу на Африку. Попутно будем решать вопросы пропитания и оружия.

– А что с бойцамьи? – задал вопрос Н’бонго. – Они где?

– Не знаю, – признался Батя. – Я хотел перехитрить Деда и оставил их в удобном месте под командованием Дока. Они оттуда ушли, но, если с ними всё в порядке, то подоспеют как раз к обновлению. У них со снаряжёнием ситуация получше, чем у нас.

За планированием провели остаток вечера. Перед сном поели – запасы продовольствия и добытых из тварей ресурсов Дед никуда запрятывать не стал, так что этот вопрос отпал сам собой.

Распределили дежурства – в этом мире без них было никуда. С оружием имелась огромная проблема – его батин двойник тоже куда-то вывез. Так что решили выставлять по четверо часовых – по количеству имевшихся стволов.

Тела Деда, Арчи и Жеки затащили в один из ангаров, чтоб ни своим запахом не привлекли внимание тварей. Следы крови засыпали песком из ящика, прилагавшегося к противопожарному щиту.

Утро началось с привычной всем организованной суеты. Ополченцы, обрадованные тем, что Деда больше нет, были полны энтузиазма. Четверо, которые должны были ехать с Батей, первыми закончили завтракать и уже ждали командира рядом с «Фордом». Остальные набились в привычный ангар и затихли – именно в этом и состояла их основная задача.

Батя сел за руль внедорожника, провернул ключ в замке зажигания и, включив невидимость, поехал в сторону лоскута, где была спрятана техника. По пути пришлось, конечно, уходить от встречных стай и даже разок применить оружие, но, в целом, всё прошло штатно.

Первыми решили забрать один из MAN-ов, на платформе которого высился последний уцелевший «Чёрный Орёл», из-за повреждений так и остававшийся пока стреляющей недвижимостью, второй БТР-152, последний MRAPи один из пикапов. Подумав немного, пикап всё-таки оставили, а ополченец, который собирался им управлять, забрался в кабину «Орла» – пушка калибра сто пятьдесят два миллиметра являлась весомым аргументом в пользу такого решения, а сам танк был надёжно закреплён на платформе тягача. За MAN-ом-барахолкой и ещё двумя пикапами решили вернуться завтра. Батя на всякий случай заглянул в кузов барахолки и с удивлением обнаружил в нём всё вывезенное из крепости оружие – Дед решил, что схрон достаточно надёжен, чтоб поместить в него вообще всё.