Текст книги ""Фантастика 2026-39". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Ирэн Рудкевич

И это говорила дама, которая чуть не пустила мне пулю в лоб, совсем немного промахнувшись.

– Мне кажется, вы преувеличиваете, дорогая, – сказала королева вежливо, но непреклонно. – А называя себя старой и больной, оскорбляете и меня. Сделаем так. Отдайте мне мисс Браунс, а я с удовольствием подарю вам своего лучшего доктора.

Я стояла перед ними, как кукла на распродаже, и дамы торговались – кто больше даст, чтобы забрать безделушку с собой.

– Любого врача, какого хотите, – продолжала искушать королева. – Хотите господина Ноланса? Он теперь глава гильдии королевский врачей и наблюдает за мной, моей невесткой и моим внуком.

– Нет, я не осмелюсь, – тут же отказалась леди д`Абето. – Врач-мужчина будет меня смущать. К тому же, я привыкла к мисс Браунс, мне будет не хватать её милой болтовни.

«Милую болтовню» я пропустила мимо ушей и мысленно похолодела, представив, что доктор Ноланс будет шнырять по округе и доберётся до охотничьего домика.

– Что же вы такая несговорчивая, – упрекнула королева. – Но у меня есть предложение, от которого вы не сможете отказаться. Мне говорили, что ваш племянник очень увлечен вашей новой кухаркой?

– Абсолютная ложь, – поджала губы леди д`Абето.

– Но есть свидетели, которые видели, как ваш племянник и это юное создание целовались у всех на глазах, – заметила её величество, указывая на меня.

Пол под моими ногами зашатался в очередной раз, я уже сбилась – в который раз по счёту.

– Вас ввели в заблуждение, – тётушка герцога оказалась крепким орешком и не собиралась уступать даже королеве. – Мой племянник чуть не погиб в пожаре… У нас был недавно пожар. Представляете, какой ужас? И мисс Браунс оказывала Дику помощь.

– Оказывала помощь? – королева улыбнулась ласково, снисходительно, словно поражаясь наивности леди. – Каким образом, дорогая Эрмелина? Продувая лёгкие? Не надо меня обманывать. Конечно, подобная связь да ещё и открыто – это недопустимо. Но я могу закрыть глаза на маленькие шалости благородных мужчин. И хотя в девицах подобной распущенности обычно не терплю, – тут она посмотрела на меня, и я сразу опустила голову, чтобы не встречаться взглядами, – но перед герцогом трудно устоять, тут я понимаю вас, Фанни. Ратленды всегда отличались каким-то гипнотическим очарованием.

– Мой племянник – не Ратленд, а де Морвиль, – произнесла леди д`Абето громко и чётко.

– И его отец был такой же, – с лёгкой усмешкой ответила королева., словно не услышав её слов. – Его величество трудно было не любить. Даже когда он разбивал вам сердце. Но всё это я могу забыть, и даже верну герцогу прежние привилегии, если… – она сделала эффектную паузу, во время которой мы с леди позабыли дышать, – если мисс Браунс примет моё предложение.

Мы с леди д`Абето не успели ответить, потому что на лестнице раздался топот, кто-то прошёл по коридору, потом распахнулась дверь, и в комнату ворвался объект нашего разговора – герцог де Морвиль.

Он был в дорожном камзоле и высоких сапогах, заляпанных грязью. От него разило конским потом, а в руке он держал хлыст, который, видимо, позабыл бросить в прихожей.

– Вот и вы, Ричард, – сказала королева так, будто только его и ждала, и отпила чай, красиво отставив мизинчик. – Вижу, вы торопились?

Глава 5

– Вы так неожиданно с визитом, ваше величество, – произнёс герцог, останавливаяь у дверей.

Взгляд его метнулся ко мне, а потом герцог опять посмотрел на королеву. Я как отдельными картинами выхватывала безмятежное лицо её величества с лукаво подрагивающими уголками губ. Чуть дрожащую руку леди д`Абето, когда она пыталась налить молоко в чай и тут же отставила молочник и спрятала руки под столешницу. Напряжённо застывшую фигуру Ричарда…

– А ведь я приехала за вами, – королева поставила чашку на стол и посмотрела на де Морвиля в упор. – Мне надо попросить прощения за Аларию. То, что произошло – не её вина. Моя невестка была так убита горем, что этим воспользовались нечестные люди. Ваше удаление из столицы стало следствием интриг. После смерти моего сына Алария ничего не осознавала от горя, но теперь всё стало на свои места. Как вы смотрите на то, чтобы снова занять место королевского маршала? Через месяц коронация моего внука, и я надеюсь, что вы первым принесёте присягу верности.

– Это несомненно, ваше величество, – произнёс герцог де Морвиль сдержанно. – Вы так великодушны.

– Это всё Алария, – возразила королева, – меня можете не благодарить. Я только передала её просьбу.

«Просьбу, – подумала я. – Будто королевы умеют просить, а не приказывать».

– Великодушны – потому что проделали такой путь, чтобы сообщить об этом, – сказал герцог. – Но вам не следовало так себя утруждать. Достаточно было вызвать меня в столицу.

– Я хотела сообщить приятную новость лично, – весело сказала королева, – тем более, у меня были ещё причины, чтобы приехать в Эпплби. Мы уже обсудили это с мисс Браунс.

– Что именно? – в выдержке герцог де Морвиль ничем не уступал своей тётушке.

Лицо было спокойным, голос не дрогнул, и я тоже призвала себя к спокойствию. Что бы ни случилось, если эти двое из Эпплби играют, надо подыграть им. Возможно, нам и удастся победить в этой партии против королевы.

– Видимо, в вашей семье такая традиция – влюбляться в совершенно неподходящих людей, – доброжелательный тон королевы никак не вязался с её словами.

Зачем напоминать о давно умершей Беатрис, если сказала, что всё прощено? Зачем так переводить тему разговора? Наверняка, только для того, чтобы заставить сделать то, что требуется.

– Вы, Ричард, не исключение, – королева изящно оперлась о подлокотник кресла, поигрывая серебряной цепочкой, которой крепились к пояску миниатюрные часы. – Только вы могли влюбиться в государственную преступницу, Сесилию Лайон. Её, кстати, так и не нашли?

В какое-то мгновение мне захотелось пасть на колени и начать заламывать руки, умоляя о прощении, но леди д`Абето и герцог де Морвиль сохраняли невозмутимость, и я с трудом взяла себя в руки, боясь шевелиться и даже моргать, чтобы не привлекать к себе внимания.

– Меня отстранили от должности через два дня, – мягко напомнил Ричард. – Я не знаю, чем закончились её поиски. Полагаю, об этом лучше спросить у лорда де Бринталя.

Королева чуть заметно поморщилась.

– Де Бринталь смещён с должности и отправлен в ссылку, – сказала она, открывая и закрывая крышечку часов. – Он был одним из тех, кто ввёл в заблуждение мою невестку. Сен-Мераны тоже высланы, всем семейством. Есть подозрения, что они помогли сбежать девице Лайон. Ведь не сквозь землю же она провалилась? Но пропала – и пропала. Это и к лучшему. Она вам не пара, Ричард.

Я тайком перевела дух, а леди д`Абето энергично закивала, соглашаясь со словами королевы. Даже слишком энергично соглашаясь, как по моему мнению.

– Но и мисс Браунс не пара дяде короля, – голос её величества лился ласково, тягуче, как жидкий мёд на хрустальное блюдце. – Когда вы переедете в столицу, мне бы не хотелось слышать… что мисс Браунс спасает жизнь герцога де Морвиля дыханием рот в рот.

Мы трое – я, герцог и его тётушка – дружно промолчали.

– Если мисс Браунс займётся моим лечением, – продолжала королева, как ни в чём не бывало, – вы, де Морвиль, будете восстановлены в должности. Простите, но я тоже имею право на жизнь и здоровье. Поразмыслите об этом и сообщите мне своё решение. И я надеюсь, что вы оба сообщите мне его лично. А теперь прошу меня извинить, – она поднялась из-за стола, протянула руки к леди д`Абето, и та запоздало вскочила из кресла, – я приехала без предупреждения, доставила вам лишнее беспокойство, поэтому спешу уехать.

– Ну что вы, ваше величество, – деликатно ответила леди д`Абето, – никакого беспокойства, это честь для нас. Вам не стоит уезжать так быстро… Хотя бы отдохните с дороги…

– Даже у старой королевы много важных дел, дорогая Эрмелина, – сказала её величество, сердечно пожимая ей руки. – Конечно же, и вас я буду рада видеть при дворе. Пора покончить с вашим затворничеством. Эпплби – прекрасное место, но всё же так далеко от столицы.

– Благодарю, ваше величество, но я уже отвыкла от городского шума, – леди сделала лёгкий поклон.

– Тогда надеюсь скоро увидеть вашего племянника и эту милую девушку. Провожать не нужно, – королева расцеловала леди д`Абето в обе щеки, ласково улыбнулась мне, кивнула де Морвилю и вышла.

Герцог, замешкавшись на секунду, отправился следом за её величеством, а его тётушка рухнула в кресло, подперев голову. Я стояла молча, не зная, что предпринять, но Ричард вернулся почти сразу.

– Королева уехала, – сказал он и позвал меня: – Мисс Браунс, можно вас на минутку? Надо кое-что обсудить.

– Да обсуждайте уже здесь, – огрызнулась леди д`Абето. – Тоже мне… заговорщики!..

– Ваша тётя знает обо всём, – сказала я.

– Что знает? – переспросил герцог, но тут же зашёл в гостиную и плотно закрыл за собой дверь.

– Всё. Кто я такая, и что вы прячете моего дядю. Я сама ей сказала, – добавила я, и леди бросила на меня взгляд искоса, а потом еле слышно фыркнула.

– Зачем? – только и спросил Ричард.

– Так получилось, – ответила я уклончиво. – Но сейчас нам надо решить, что делать дальше. Мне кажется, королева обо всём догадалась.

– Если бы догадалась, вы бы уехали отсюда прямиком в королевскую тюрьму, – отрезала леди д`Абето. – Дик! Не ожидала от тебя такой глупости! Как ты мог так легко оставить под угрозу свою жизнь? Зачем было спасать это семейство? Ты понимаешь, что теперь в опасности все мы?

– Вам с дядей надо уехать, – герцог словно не услышал слов тёти, и она со стоном подняла руки в небу, закатывая глаза. – Прямо сейчас, без промедления. Когда я ехал сюда, то не встретил ни одного гвардейца на дорогах. Вы можете попытаться…

– Они сбегут, а ты получишь наказание за всех! – веско произнесла тётушка. – Дик, опомнись! Нельзя настолько забывать о своей безопасности! Тебе и этой… особе, – она мазнула по мне неприязненным взглядом, – надо немедленно ехать в столицу, чтобы у королевы не возникло никаких подозрений. К тому же, тебе дали шанс вернуть своё прежнее положение. Грех этим не воспользоваться. Но ты, конечно, всегда можешь отказаться давать присягу этому сопляку, сыну Эдварда, и поднять мятеж…

– Тётя! – одёрнул её Ричард. – Ты же знаешь, что я никогда не совершу ничего подобного.

– Ну конечно, – пробормотала она и снова подпёрла голову с самым несчастным видом. – Поэтому и говорю – езжайте в столицу и делайте уже, что вам велит эта вампирша.

– Послушайте меня, Сесилия… – начал де Морвиль, но тётушка хлопнула ладонью по подлокотнику кресла.

– Не называй её так! – зашипела она. – У нас в доме полно шпионов! Хочешь провалить конспирацию до конца? Ты совсем потерял хватку, Дик!

– Я считаю, что она уже провалена, тётя, – сказал герцог. – И Сесилии опасно оставаться здесь. Ей и её дяде надо как можно быстрее покинуть королевство.

– Не можно! – леди д`Абето повысила голос. – Как ты будешь объяснять, что девица сбежала? Это после того, как королева проявила такую необыкновенную милость и сама приехала за ней? Повторяю тебе, малыш, если бы Гизелла знала, что… некая особа находится здесь, она привезла бы сюда полк солдат, и ты уехал бы отсюда в цепях, а твою… Фанни, – она произнесла это имя с презрением, – отправили бы вслед за её дядюшкой. Ты же прекрасно понимаешь, почему так торопятся с коронацией! Чтобы заставить тебя навсегда отказаться от права на корону! Или чтобы в случае твоего отказа обвинить в мятеже.

– Вопрос о коронации даже не обсуждается, – возразил герцог де Морвиль. – Сын Эдварда – законный будущий правитель, и я буду помогать ему, как самый преданный вассал.

– Конечно, будешь! Куда ты денешься! – тётя снова прихлопнула ладонью по подлокотнику. – Но ты – королевский маршал. Ты должен занять свой пост, должен вернуть то, что принадлежит тебе по праву. Поэтому бери свою Фанни и езжай уже в столицу, не отравляй мне кровь. Делай всё, как говорит Гизелла, но не верь ей. Она лжива до мозга костей. И ненавидит всех нас. Тебя – больше всех.

– Тётя…

– Всё верно, – сказала я, прежде чем герцог возразил. – Мы должны ехать в столицу, милорд. Вы и я. И сделать всё, как предложила нам её величество.

– Вы что такое говорите, Сесилия? – произнёс герцог, полностью игнорируя тётушку, которая состроила гримасу сразу же, как он назвал меня настоящим именем. – Вас узнают. Вас сразу узнают в столице.

– Не думаю, – сказала я настолько уверенно, насколько смогла. – Не так уж и много у меня знакомых. Вы же слышали, что де Бринталя сослали, как и моих родственников. Кармайклы, с которыми я, в основном, общалась, не бывают при дворе, на дебюте я была в маске, да так и не успела её снять, поэтому никто меня не узнает. Да и кто из благородных господ обращает внимание на прислугу? Я буду всего лишь поварихой. Зато вы получите то, что полагается вам по праву.

– Очень разумно, – поддакнула леди д`Абето. – Полностью поддерживаю.

– Зато я не поддерживаю! – взорвался вдруг герцог, и мы с леди с удивлением на него посмотрели.

Я впервые видела его гнев и, признаться, даже не подозревала, что Ричард де Морвиль умеет выходить из себя. Но получалось, что умеет, да ещё как…

– Что бы вы там себе ни придумали, – чеканил он, переводя взгляд с меня на тётю, – я не собираюсь устраивать своё благополучие такой ценой. Это понятно? Понятно? – он повысил голос.

– Куда уж понятнее, – вздохнула леди д`Абето, взяла с тарелки сэндвич с сырным паштетом, отправила его в рот и сказала, даже не потрудившись прожевать: – Понятно, что ты – болван, и враг сам себе.

– Послушайте, Ричард, – я заговорила, и герцог медленно, словно нехотя повернулся ко мне. – Мне ничего не угрожает. К тому же, королева, действительно, больна. Можно придумать хоть какую хитрую ловушку, но болезнь не сыграешь. Если королеве не помогает лечение столичных врачей, я могу хотя бы попытаться. Помочь больному – это благое дело. И ещё… Возможно, мне удастся заслужить милость и доверие её величества, и мой дядя будет реабилитирован.

– Или королеве станет хуже, и вас обвинят, что вы пришли убить её, чтобы отомстить за дядю, – заметил герцог.

– Но мой дядя жив, – возразила я. – И если уж дойдет до крайности, я позволю вам проявить рыцарское благородство и сообщить, что мстить мне не за что.

Леди д`Абето перестала живать и свирепо посмотрела на меня, но гнев герцога уже утих, и он задумался. Незаметно для него я сделала знак молчать, и любящая тётушка промолчала, но сделала это с таким выражением лица, будто вместо вкусного паштета съела лягушку.

– Если убегу, – продолжала я, – мы сразу же проиграем, милорд. Давайте хотя бы попробуем сделать что-то для торжества истины, для победы?

– Красивые слова, но мало смысла, – отрезал он.

– Если она убежит, – вмешалась его тётушка, – ты отправишься вместе с ней? А что тогда будет со мной? С Эпплби? С могилой твоей матери? И спроси свою девицу, хочет ли она такой жизни – вечно в бегах? А её дядя, между прочим, убийца короля.

– Он не убивал, – сказали мы с герцогом одновременно.

– Ну так докажите, что он невиновен, – веско сказала леди д`Абето. – А не сбегайте, как трусливые кролики.

Я видела, как стиснул челюсти герцог. Так что желваки заходили, и поспешила привести ещё один весомый довод.

– Вы сказали, что относитесь ко мне по-особенному, – я коснулась руки де Морвиля кончиками пальцев. Простой жест, лёгкое касание, но от него храбрый маршал вздрогнул и прикусил нижнюю губу. – Я всегда пыталась вам помочь и помогла, смею надеяться, – продолжала я проникновенно. – Помогите же сейчас мне, Ричард. Я должна попытаться обелить имя нашей семьи. Я не хочу быть вечной преступницей, и я должна помочь дяде, который всё для меня сделал, пока мог что-то сделать… Это важно для меня… Для нас…

С минуту герцог молчал, темнея лицом и хмурясь, но я тихонько поглаживала его по руке, смотрела в глаза, и он сдался.

– Хорошо, – процедил он сквозь зубы. – Мы вернёмся в столицу, Сесилия. Но вы ни на шаг от меня не отойдёте, и будете слушаться меня, как своего духовника. И если я скажу бежать, то побежите не оглядываясь.

– Клянусь! – я подняла руку ладонью вперёд.

Вроде бы, моя клятва должна была удовлетворить герцога, но он почему-то колебался.

– Но что нам делать с вашим дядей? – спросил он. – Если мы уедем, то…

И тут мы оба, не сговариваясь, посмотрели на леди д`Абето.

Она как раз взяла ещё один сэндвич и застыла, держа его на весу, когда заметила наши взгляды.

– Что так смотрите? – спросила она с вызовом.

– Тётушка, – сказал герцог необыкновенно учтиво, – придётся поручить вам очень непростую и важную миссию. Вам необходимо навещать господина де Сен-Меран в охотничьем домике.

– Вы ведь будете кормить дядю? – выпалила я. – Ему надо относить еду…

– Вот ещё! – фыркнула леди. – Я похожа на Красную Шапочку, по-вашему? Чтобы бегать по лесу с корзинкой пирогов?

– Но… – начала я.

– Ваш мерзкий дядя будет жить здесь, – отрезала леди д`Абето.

Мы с герцогом переглянулись, а леди продолжала:

– Скажем, что он – мой троюродный брат. Правда, Юджин умер десять лет назад, но никому об этом знать не нужно. Неприятный был человек, – она сурово посмотрела на меня. – Вроде вашего дядюшки. И скажите ему, чтобы не распускал руки. Ещё раз попробует ко мне прикоснуться…

Я запоздало сделала знак, чтобы она молчала, герцог обернулся и увидел, как я прижимаю палец к губам.

– Не спрашивайте, милорд, – сказала я быстро и сделала книксен. – Если позволите, пойду собирать вещи, – не удержалась и добавила: – Сбегаю быстро, как трусливый кролик.

– Скорее, как лиса, – проворчала леди д`Абето и потянулась за очередным сэндвичем.

В столицу мы выехали в тот же день. Вернее, в тот же вечер, когда сгустились сумерки. Мы уехали в кабриолете, только вдвоём – я и герцог де Морвиль, и никого из слуг. Я не задавала вопросов, потому что во всём положилась на де Морвиля. Багаж у нас был совсем крохотный. У меня был крохотный чемоданчик, сундучок с лекарствами и корзинка с провизией, а мой хозяин пояснил, что в столичном доме у него достаточно вещей. Единственное, что он попросил взять – портрет матери.

– Раньше он висел в моём городском доме, – пояснил герцог, – когда я переехал в Эпплби, забрал портрет с собой. Теперь ему самое время вернуться.

С этим я тоже не стала спорить, но сидела в кабриолете, как на иголках, будто чувствуя спиной взгляд нарисованной Беатрис Ратленд.

Путешествие прошло без сюрпризов, я успела вздремнуть по дороге, и проснулась уже в городе, когда экипаж медленно ехал по ночным улицам, в жёлтом свете фонарей.

Дом герцога оказался на окраине аристократического район, немного в стороне от улицы, в глубине сада. Я ждала, что герцог позвонит в колокольчик на воротах, и прибегут слуги, но де Морвиль спрыгнул на землю и сам открыл ворота, отперев замок.

– А где ваши слуги, милорд? – спросила я, когда кабриолет въехал в сад и двинулся по направлению к дому.

– Их нет, – ответил герцог.

– Как – нет? – переспросила я озадаченно.

– И даже сторожа нет, – он покосился на меня с усмешкой. – Вас это испугало?

– Меня пугает подобное легкомыслие, – упрекнула я его.

– Не волнуйтесь, – успокоил он меня. – Никому в здравом уме не придёт в голову залезть в этот дом. Слуг сюда тоже проблемно найти, да мне они и не нужны. А сейчас нам лучше обойтись совсем без слуг. Не будем рисковать.

Я вспомнила слова леди д`Абето про шпионов, и примолкла.

Герцог остановил кабриолет возле крыльца, распахнул передо мной дверцу и подал руку, чтобы помочь выйти.

– Милорд, – сказала я, выбравшись сама, – вы не должны подавать руку служанке. Хотите окончательно провалить конспирацию.

– Не повторяйте слова тёти, – ответил он, забирая мои вещи. – И не обижайте меня, отказываясь даже от такой ничтожной помощи. Идёмте, я вам всё здесь покажу, а потом мне надо отвести лошадей в общественную конюшню. Мне некогда ими заниматься…

– Понимаю, – ответила я неловко, пристыжённая его словами, хотя вряд ли герцог собирался меня стыдить.

– Только захватите портрет, пожалуйста, – попросил он

– Да, конечно, – я взяла портрет и пошла следом за де Морвилем по вымощенной дорожке, с двух сторон заросшей пышными зарослями лопухов.

Герцог отпер дверь, зашёл в дом первым, зажёг фонарь и обошёл все комнаты. Дом был совсем небольшой – всего два этажа и пять комнат. На мебели лежал слой пыли, но в целом было чисто, и даже уютно.

– Пусто, – объявил де Морвиль, вернувшись с чердака. – Как видите, никто не прячется в темноте.

– И это удивительно, – отозвалась я.

– Не бойтесь, Сесилия. Мы в королевском квартале. Он охраняется лучше, чем государственная граница. Ваша комната будет вот здесь, – он проводил меня к двери и поставил мой чемоданчик на пол, показывая, что входить вместе со мной не собирается. – Она лучшая в доме. А вот ванна, к сожалению, только одна. Сейчас я затоплю котёл и согрею воды.

– Нам определённо нужен кто-то третий, – сказала я глубокомысленно, и герцог посмотрел на меня, приподняв брови. – В смысле, нам нужен хотя бы один слуга, – сказала я, пытаясь побороть смущение от того, что нахожусь в пустом доме, ночью, наедине с мужчиной, который безумно нравится и с которым мы чуть-чуть не дошли до любовного греха. – Чтобы вашей светлости не приходилось собственноручно топить печи.

– Думаете, не справлюсь? – поинтересовался герцог.

Он держал фонарь, и его свет придавал особый блеск глазам, а белые волосы превратил в золотисто-рыжие.

– Не сомневаюсь в ваших талантах, – ответила я, забрав чемоданчик. – Я наблюдала за вами во время ремонта в Эпплби. Вы многое умеете, но ваш титул к этому не обязывает.

– Я воевал, – ответил он, – в походах всему учишься очень быстро. В том числе, обходиться без слуг. Но нам, действительно, кто-то нужен. Хотя бы для того, чтобы не пошли слухи, что мы живём вдвоём. Королева этого не потерпит.

– И я даже знаю, кто нам нужен, – быстро сказала я. – Эбенезер. Я беспокоюсь о нём. Не представляю, что он чувствует после казни дяди и моего исчезновения. В его возрасте такие потрясения опасны.

– Он ни в чем не нуждается, – заверил меня герцог.

– Уверена, что вы всё сделали лучшим образом, милорд. Но ещё уверена, что Эбенезеру будет лучше рядом со мной. У него нет никого из родных, а оказаться на старости лет в чужом доме, среди чужих людей… Никакие деньги тут не помогут.

– Завтра же пошлю за ним, – заверил меня де Морвиль.

– Благодарю, – сказала я очень искренне. – Только ничего не говорите ему, пока мы с ним не увидимся. И про дядю не говорите. Эбенезер замечательный, но уже старик. Ему не надо знать опасных тайн.

– Вы правы, – согласился герцог. – Не волнуйтесь ни о чём. А теперь вам нужна горячая вода, и я немедленно отправляюсь за дровами.

Когда он ушёл, я открыла дверь в комнату и сразу поняла, что это – комната герцога. Поставив чемоданчик и картину возле порога, я огляделась. Здесь герцог жил дольше, чем в Эпплби, и мне было интересно узнать этого человека чуть больше – по обстановке, к которой он привык, которой окружил себя.

Простая добротная мебель, никаких ковров, шкаф с книгами, дорогой письменный прибор, пресс-папье в форме спящего льва – вещей было немного, но все отменного качества, призванные служить долго, а не быть замененными в следующем году, когда мода на милые безделушки поменяется. На секретере стояла церковная свеча в медном подсвечнике, она уже горела, и я подошла помолиться, чтобы попросить небеса о помощи.

Но молитвы не получилось, потому что на секретере я заметила кое-что, что не принадлежало герцогу де Морвилю – мою маскарадную маску, в которой я была на празднике в королевском дворце.

Набожные мысли тут же разлетелись в разные стороны.

Королева сказала, что герцог влюблён в преступницу Сесилию… Случайно или умышленно он положил мою маску рядом с освящённой свечой?..

Волнение и нежность охватили меня с особенной силой, и я почувствовала, что мне просто необходимо сделать что-то хорошее для человека, который берёг меня даже в тайне от меня самой.

Он пошёл топить печь и котёл, а я… Я тоже вполне могу сделать что-то по дому. Например, накрыть на стол, чтобы устроить поздний ужин. И хоть немного привести в жилой вид этот одинокий дом. Неужели герцог жил здесь совсем один?.. В то время, как я веселилась в компании Винни, объедалась вкусностями и увлеченно слушала медицинские споры дяди и его учеников, герцог жил здесь, совсем рядом… наедине со своими обязанностями и болезнью… и я ничего не знала о нём…

Но теперь-то знаю. Засучив рукава, я первым делом утащила в столовую корзинку с провизией, с третьей попытки разожгла огонь в камине. В доме герцога был самый настоящий водопровод – роскошь, от которой я отвыкла и Эпплби, там воду приходилось таскать из колодца. Я тут же наполнила чайник и поставила его над огнём, смахнула пыль со стола и стульев и ополоснула тарелки, а потом отправила их на каминную решётку, чтобы согреть. На тёплых тарелках еда остывает не так быстро, а горячая еда, как любил повторять мой дядя – залог здоровья. Вспомнив о дяде, я ощутила смутное беспокойство. Как он там уживётся с леди д`Абето? Она – дама с непростым характером. Но и дядя терпеть не может, когда ему указывают, что делать. Надо было попросить герцога де Морвиля, чтобы он на всякий случай спрятал ружьё…

– Сесилия! – позвал меня из коридора герцог, и я поторопилась выйти.

Де Морвиль стоял возле дверей, отряхивая руки от угольной пыли, и на щеке и подбородке у него тоже красовались угольные пятна. Я поднесла руку к лицу, пряча невольную улыбку, но герцог не заметил и простодушно сказал:

– Печь затоплена, вода скоро закипит, а я отведу лошадей.

– Хорошо, – коротко ответила я.

– Отдохните после дороги и поешьте, – продолжал он, – только не принимайте ванну без меня.

– Хорошо, – ответила я так же коротко, но не удержалась и прыснула.

– Не подумайте ничего плохого, – по-своему понял мой смех де Морвиль. – Я не об этом. Просто вопрос безопасности…

– Прекрасно всё понимаю, – сказала я, доставая платочек. – Вдруг пока вас не будет, в дом ворвутся злоумышленники, а я в ванне, совсем беззащитная и голая.

Герцог хотел что-то сказать, но запнулся в словах, закашлялся и оттянул ворот рубашки, чтобы вздохнуть свободно.

– Что с вами? – спросила я, подходя к нему ближе и стирая платочком угольный след со щеки.

– Перепачкался углем? – спросил он в ответ, замирая, пока я вытирала его лицо.

– Совершенно верно, – я взяла его за подбородок, заставив повернуть голову вправо-влево, чтобы проверить, что пятен больше не осталось. – Вашей светлости нельзя разгуливать по улицам в образе угольщика. Сейчас не маскарад.

– Почему бы вам не называть меня просто по имени? – спросил он, подчиняясь каждому моему движению.

– Потому что, милорд, иначе можно оговориться при посторонних, – пояснила я ему, убирая платок. – Поэтому давайте договоримся, что я для вас – Фанни, а вы для меня – милорд герцог. Ваша тётушка была права, нельзя провалить конспирацию. Кстати, вы не могли бы завтра написать письмо в Эпплби, какому-нибудь доверенному слуге, чтобы ваше ружьё, милорд… – я поколебалась немного, но потом решительно закончила: – чтобы его спрятали?

– Чтобы моя тётушка не пристрелила кого-нибудь ненароком? – поинтересовался он, и я удивлённо вскинула на него глаза.

– Я ведь ходил в охотничий домик, Сесилия, – усмехнулся герцог. – Чтобы привести вашего дядю в дом. Вы забыли? И видел дыру в стене.

– Дядя рассказал вам?..

– Нет, он молчал, – герцог опять усмехнулся. – Но тётя призналась. И пообещала больше в хороших людей не стрелять. Так что не беспокойтесь.

– Она не считает моего дядю хорошим, – произнесла я с сомнением, вспомнив все эпитеты, которыми леди д`Абето награждала меня и дядюшку.

– Ружьё заперто в сейфе, а ключ у меня, – сказал де Морвиль. – И хочу показать вам ещё кое-что…

Он открыл дверь в комнату и зашёл первым, а я потянулась за ним. Что он мне покажет? Мою маску, которую я уже видела?

– Если в моё отсутствие что-то произойдёт, – герцог подошёл к книжной полке и поманил меня подойти, – вы сделаете вот так, – он взял меня за руку и положил мою ладонь на одну из дубовых плашек, которыми были выложены стены, а потом нажал.

Внутри стены что-то негромко щёлкнуло, и открылась потайная дверь.

– Вы зайдёте сюда, – герцог убрал мою руку со стены, но продолжал держать мою ладонь в своих ладонях, – пойдёте по коридору – он длинный, там темно и довольно грязно, но не бойтесь. Выйдите за городом, возле Большого моста. Знаете, где это?

– Да, – прошептала я, глядя, как потайная дверь бесшумно закрывается, хотя смешно было удивляться тому, что в доме королевского маршала есть пара-тройка потайных ходов на… на всякий случай.

– Под мостом живут бродяги, – герцог сжимал мою руку, и от этого прикосновения тепло растекалось от кончиков пальцев до самого сердца. – Как только увидите их, крикните, что хотите поговорить с Чёрным Джеком.

– Чёрный Джек? Кто это?..

– Он вам поможет. Скажете, что пришли от Пятнистого Дика. Главное, ничего не бойтесь, – сказал он и, к моему огромному сожалению, отпустил мою руку.

– От Пятнистого Дика? От пудинга?[1]

– Это условный знак, – герцог улыбнулся уголками губ. – Но это – на крайний случай. Который, я надеюсь, никогда не наступит.

– Тоже очень надеюсь, – серьёзно ответила я.

Пугала сама мысль, что мне надо будет идти по каким-то подземельям (где полно крыс, наверное), а потом положиться на милость какого-то бродяги из-под моста.

– Дверь в комнату закрывается пружинным замком, – сказал герцог де Морвиль. – Так что у вас будет время уйти, и никто не догадается, что вы были в доме.

– Очень хорошо придумано, – похвалила я его. – Значит, вы предполагали, что однажды подобным ходом придётся воспользоваться вам, господин королевский маршал?

– Разные бывают ситуации, – ответил он. – Побеждает тот, у кого больше вариантов действий.

– Идите уже в конюшню, – вздохнула я. – Только возвращайтесь поскорее.

– Полетел, как на крыльях, – заверил он, наклонившись ко мне, будто собирался поцеловать, но не поцеловал, а выдохнул одними губами: – Сесилия…

Он ушёл, а я осталась стоять, чувствуя, как горят щёки, и дрожит сердце.

Но когда внизу стукнула дверь, я помотала головой, заставляя себя очнуться. Фанни Браунс точно не стояла бы столбом. Она бы работала. На благо хозяина, между прочим.

Первым делом я произвела ревизию сундуков и шкафа, вынула свежие простыни и чистую мужскую рубашку, перестелила постель в комнате, которую предоставил мне герцог, а потом – в соседней комнате, где тоже обнаружилась кровать. Потом я спустилась на первый этаж, где располагалась ванная, и зажгла там штук двадцать свечей.