Текст книги ""Фантастика 2026-39". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Ирэн Рудкевич

– Каша для наследного принца ещё не готова? – недовольно спросила дама, строго глядя на мастера Максимилиана, и тот сразу растерял свою воинственность. – Где обед для его высочества? – повторила дама высокомерно и нетерпеливо постучала каблучком. – Вы задерживаете обед на десять минут. Её величество страшно недовольна.

– О, простите, леди Свитборо, – заискивающе поклонился повар и сунул стоявшему рядом поварёнку блюдо с форелью. – Прошу прощения, меня отвлекли. Каша сейчас же будет…

– Каша наследника сгорела! – раздался истошный вопль, и кухня превратилась в столпотворение – все забегали, запричитали, а мастер Максимилиан схватил голыми руками медную кастрюльку и помчался к бочке с водой.

Едкий запах подгоревшего молока заставил даму Свитборо поморщиться. Она демонстративно закрыла нос кружевным платочком и гневно сверкала глазами, пока повара носились по кухне, пытаясь спасти обед наследника.

Спустя минуту мастер Максимилиан с поклоном поднёс белоснежную фарфоровую чашечку на серебряном блюде. Чашечка была прикрыта такой же белоснежной фарфоровой крышечкой, но дама Свитборо только нахмурилась.

– Откройте! – потребовала она.

Когда крышку сняли, леди долго принюхивалась, и становилась всё мрачнее и мрачнее. Потом она потребовала подать ей ложку, и когда ложку принесли, почерпнула немного молочной каши и осторожно попробовала.

В следующую секунду ложка полетела в лицо мастеру Максимилиану, а дама завизжала так, что у меня заложило уши.

– И вы собираетесь подавать это принцу? – голосила она, топая ногами. – Я это даже своей собачке есть не позволю! Вы сожгли кашу! Её величество будет ужасно недовольна! Извольте сами объясниться перед ней!

– Ваша милость, я виноват, – запричитал повар, – но я не виноват! Это она меня отвлекла! – и он ткнул пальцем в мою сторону. – По её вине погиб обед наследника! Это она должна быть наказана!

Я не успела возразить, как леди Свитборо на каблуках обернулась ко мне. Взгляд у неё был чуть-чуть посердечнее взгляда гадюки.

– Это вы отвечали за кашу, милочка? – спросила она ледяным тоном.

– Нет, миледи, – я посмотрела ей прямо в глаза. – Моя работа – готовить для её величества королевы Гизеллы. За обед для наследника я не отвечаю.

– Вы что мне здесь представление устраиваете? – дама снова напустилась на повара. – Как смеете мне лгать?

– Я не лгу, ваша милость! – заголосил мастер Максимилиан. – Говорю чистую правду! Если бы эта пигалица не помешала мне готовить… Это все подтвердят! – он раскинул руки, приглашая поддержать его слова, и повара с готовностью закивали.

– Всё было совсем не так… – начала я, возмущённая до глубины души такой подлостью.

– Замолчите, – леди Свитборо вскинула руку. – Каша должна быть готова через четверть часа, и вы оба отправляетесь со мной к её величеству. Пусть она сама решит, кто из вас виноват, и кто будет наказан.

– Покорнейше подчиняюсь, – поклонился мастер Максимилиан и тут же заметался у плиты, подгоняя помощников, чтобы несли свежее молоко, манную крупу и свежайшее сливочное масло.

Я осталась стоять рядом с разгневанной леди, стараясь не смотреть на неё лишний раз. Потому что она продолжала награждать меня негодующими гадючьими взглядами. Не так я представляла возможность предстать перед её величеством королевой Аларией. Но даже если всё пошло не как ожидалось, я не могу упустить своего шанса. Тем более, что второго раза у Фанни Браунс может и не быть. Хорошо, если просто выгонят из дворца с позором, а не прикажут казнить, как бедного дядюшку.

Глава 11

Королева Алария – теперь тоже вдовствующая – ничем не напоминала весёлую и радостную богиню плодородия, которую я видела на маскараде. Её величество осунулась, похудела и побледнела, но самое большое отличие было во взгляде. Раньше её глаза так и плескались весельем, а теперь она словно смотрела внутрь себя.

«Она ведь потеряла мужа, – напомнила я себе. – Ты переживала из-за казни дяди, а тут женщина потеряла самого близкого человека. И это вовсе не было постановкой, это настоящая трагедия».

Не знаю, как я смотрела бы на королеву Аларию, если бы дядю казнили по-настоящему, но сейчас я испытала к ней острую жалость. Её роскошные волосы были убраны под чепец, но он не мог скрыть колтуны надо лбом и висками. Похоже, королева давно не расчёсывалась. И на лице не было никакой краски – ни румян, ни пудры, и платье на ней было с оторванной пуговкой у горловины. Куда только смотрят фрейлины?

Пока леди Свитборо вполголоса и с возмущением рассказывала историю подгоревшей каши, королева слушала, не перебивая, но чем дальше, тем больше я подозревала, что она ничего не слышала, занятая своими мыслями.

– Надо наказать этого неумеху, ваше величество, – закончила леди Свитборо свою обличительную речь.

– Да-да, вы правы, – тут же ответила королева.

– Ваше величество! – завопил повар так, что королева вздрогнула и посмотрела на него, будто впервые увидела. – Я не виноват! – мастер Максимилиан бросился на колени перед креслом правительницы. – Меня отвлекла она! Эта настырная коротышка!

– Не говорите ерунды, – холодно произнесла я, делая маленький книксен. – Я и понятия не имела, что вы забыли о каше для наследного принца.

Королева перевела взгляд на меня, и я прочитала в её глазах лёгкое недоумение. Казалось, она спрашивала – кто эти люди? что им нужно?

Последовала длинная пауза, а потом её величество спросила:

– Кто эта девушка?

С двух сторон к ней подскочили фрейлины и начали шептать в оба уха. Лицо королевы немного прояснилось.

– А, вы – новая повариха её величества? Она говорила, что наняла вас…

– Фанни Браунс, с вашего позволения, – сказала я твёрдо. – Ваше величество, никоим образом я не хотела помешать главному повару выполнять свои обязанности. Но он не давал мне выполнить мои. Я должна была приготовить обед её величеству королеве Гизелле, а многоуважаемый мастер Максимилиан почему-то решил, что может игнорировать королевский приказ.

– Действительно, зачем спорить? – сказала королева Алария, глядя куда-то поверх моей головы. – Моя драгоценная свекровь захотела есть то, что приготовит эта девушка…

– Сардины?! – возопил мастер Максимилиан. – Помилуйте! Как можно готовить сардины вместо форели? Это еда бедняков! С тем же успехом я могу запихнуть на сковороду башмак дровосека!

Королева снова вздрогнула, взглянув на повара уже с опаской, а фрейлины зароптали – им показалось неприличным упоминание башмаков в присутствии её величества.

– Ваш кулинарный снобизм, господин мастер хозяин, равен только вашему невежеству, – отрезала я и скрестила на груди руки.

– Объяснитесь, – королева Алария словно вынырнула из какого-то омута – взгляд её прояснился, и сама она не выглядела уже такой отстранённой. – Мастер Максимилиан служит во дворце много лет. Он здесь дольше, чем я. Но вы указываете на его невежество?

– Именно, – я даже не опустила головы, хотя кроме королевы на меня смотрели все фрейлины, и смотрели, надо сказать, почти свирепо. – Форель – речная рыба. Она питательна и на вкус хороша, но вашей драгоценной свекрови сейчас нужно есть морскую рыбу. Да, сардины – дешёвая рыба, её едят народе, но это не значит, что она хуже форели. Надо просто уметь её готовить.

– Вам сколько лет, барышня? – язвительно перебил меня мастер Максимилиан. – С чего вы взяли, что сардины для её величества полезнее, чем форель? Вы врач, может быть? Или вам сардины нашептали, что они полезнее?

Фрейлины зафыркали от смеха, прикрываясь платочками, а королева Алария посмотрела на меня сочувственно.

– Женщинам не место ни в королевской кухне, – торжественно объявил повар, почувствовав свою силу, – ни в королевской лечебнице. Готовить и лечить – это мужские занятия, смею заметить.

– Да, вы правы, – кивнула королева Алария.

Но я не собиралась так просто сдаваться. Сдаться, когда мне представилась возможность заручиться доверием правительницы? Ну уж точно нет.

– О полезных свойствах пищи, в частности – морской рыбы, писали ещё Гиппократ, Гален, Асклепиад, принцесса Анна Комнина и преподобная Хильдегарда фон Бинген,[1] – громко и чётко сказала я. – Или вы, мастер, считаете, что ваши знания превосходят знания известных врачей? Пусть даже некоторые из них были женщинами.

На этот раз фрейлины не стали фыркать, как кошки, а удивлённо приподняли брови, и пунцовые накрашенные ротики превратились в подобие буквы «о».

– Какие у вас знания, – растерянно сказала королева Алария.

– Благодарю, ваше величество, – ответила я и на этот раз склонилась в низком и почтительном поклоне. – С вашего позволения, осмелюсь предложить разрешение спора между мною и главным поваром.

– Говорите, – кивнула она.

– Прикажите, чтобы мы с мастером Максимилианом приготовили блюдо для вас, – сказала я очень серьёзно. – Блюдо на ту тему, которую вы выберете, ваше величество. Вы попробуете и оцените наше искусство точки зрения вкуса и полезности.

– Что за нелепица, – пробормотал мастер Максимилиан.

– Почему же, – произнесла королева Алария после недолгой заминки, – очень интересный спор. Пусть приготовят свои блюда. Думаю, и моя драгоценная свекровь будет рада…

– Что я буду рада? – дверь в покои королевы Аларии распахнулась и в комнату стремительным шагом вошла королева Гизелла. – Почему моя служанка у вас, Алария? Ей надо готовить, а вместо этого вы вызвали её к себе?

– О, вы очень вовремя… – королева Алария поднялась из кресла, и фрейлины услужливо поддержали её под руки. – Мастер Максимилиан… а девушка… – она болезненно поморщилась и потёрла лоб, а потом обратилась к леди Свитборо: – Анна, лучше вы…

– Да что происходит? – строго потребовала ответа королева Гизелла. – Анна, Марианна, кто-то мне что-то объяснит?

– Ваше величество! – затараторила леди Свитборо. – Подгорела кашка наследного принца…

– Моего внука ещё не накормили?! Да куда это годится! – королева Гизелла повысила голос, и в комнате началась настоящая суматоха.

Пока бегали за кормилицей и выясняли, что наследный принц ещё спит, а кашка благополучно варится помощником главного повара, прошло около четверти часа. Королева Алария всё это время стояла возле кресла, судорожно сцепив руки, и глядя в пол.

Наконец, все распоряжения насчёт наследника престола были выполнены, и королева Гизелла уселась на пуфик.

– Итак, теперь слушаю, – объявила она. – Продолжайте, Анна. Только переходите сразу к делу. Без кашки. Сделайте одолжение.

Королева Алария села в своё кресло, а леди Свитборо быстро и толково повторила суть кухонного инцидента.

– Барышня Браунс предложила спор, – закончила леди, – чтобы решить, чьё блюдо полезнее и вкуснее.

– Почему это моя служанка должна что-то кому-то доказывать? – изумилась королева Гизелла. – Она сейчас же отправляется в кухню, и никаких состязаний.

– Ваше величество, – очень осторожно сказала леди Свитборо, – её величество уже подтвердила, что главный повар и ваша кухарка будут готовить свои блюда.

– Хм… Какая торопливая, – заметила королева Гизелла, неодобрительно взглянув на невестку. – Но если ей хочется, то пусть они готовят. Для того и нужны повара, чтобы готовить.

– Если её величеству королеве Аларии угодно, пусть назовёт тему наших блюд, – сказала я, не обращая внимания на недовольный шепоток фрейлин.

– Называйте, – проворчала королева Гизелла, махнув рукой.

– Тема… – королева Алария посмотрела на меня, на повара, а потом перевела взгляд в окно.

Там к стеклу приникли листья плюща, и капельки дождя дрожали на них, как драгоценные камни.

– Пусть будет осень, – сказала она. – Пусть приготовят что-то, что напомнит нам раннюю солнечную осень.

– Алария, дорогая, – возразила королева Гизелла, – они не об этом. Скажите, что захотите съесть – мясо, рыбу, что-то сладкое.

– О, простите… – королева Алария смешалась. – Сейчас я подумаю…

– Ваши величества, – снова вмешалась я, опять без разрешения заговорив в присутствии двух королев, невзирая на картинное возмущение придворных дам, – тема была названа. Чем она сложнее, тем интереснее. Вы не находите?

– Находим, – сказала королева Гизелла после недолгого молчания. – Хорошо. Готовьте для нас осеннее блюдо. Вечером мы его попробуем. Но мой обед я желаю получить вовремя и не горелым. Вы слышите, мастер Максимилиан?

Было бы странно, если бы мастер Максимилиан этого не услышал, и ещё более странно, если бы он на это не согласился. По-моему, не родился ещё тот безумец, который осмелился бы нарушить приказ королевы. Глядя на пунцовую физиономию главного повара, я неодобрительно думала, что такого глупого человека нельзя ставить во главе. Пусть даже он командует не солдатами, а отрядом поваров и взводом поварят. Зачем было устраивать эту безобразную сцену сегодня в кухне? Чтобы теперь вот так униженно кивать и обещать, что сардины будут готовы к обеду без опоздания и проволочек?

Было решено, что осенние блюда мы с мастером Максимилианом подадим вечером, на ужин. А сейчас предстояло вернуться туда, где всё началось, и приступить к своим прямым обязанностям – главный повар командовал королевским и придворным столом, я готовила индивидуальные блюда для её величества королевы Гизеллы.

Перед тем, как уйти, мы с поваром поклонились коронованным особам – сначала её величеству Аларии, как королеве-регентше, потом её величеству Гизелле, как вдовствующей королеве. От первой я получила слабую улыбку – вернее даже её тень, а от второй – открытую, приветливую улыбку.

Вроде бы, обе королевы отнеслись ко мне хорошо, но в душе заскребли коготками мышки. Что-то было не так, но я не могла понять, что именно.

– Не радуйтесь раньше времени, интриганка, – заявил мастер Максимилиан, едва мы оказались в коридоре, и никто не мог нас услышать. – Думаете, добились своего? Пусть даже вы считаете себя звездой кулинарии, королева всё равно на моей стороне. Я служу здесь с детства, я поварёнком в королевской кухне был, когда ваша мамаша только на свет родилась!

– Я не хотела с вами соперничать, – ответила я, усилием воли прогоняя мышек из душевных закоулков. – Вы сами заварили эту кашку.

Упоминание о кашке подействовало на повара, как удар сковородкой по голове.

На мгновение он замолчал, хватая ртом воздух, а потом выдал, вложив в слова как можно больше презрения:

– Посмотрим, что у вас получится, стряпуха деревенская! Имейте в виду, что доступа к королевским кладовым у вас нет. Получите только те продукты, которые обозначены в королевском меню. Даже не надейтесь на редкие ингредиенты!..

Он нахлобучил поварской колпак, который снял в присутствии королевы Аларии, и быстро зашагал по коридору. Я заторопилась следом, чтобы не заблудиться, хотя больше всего хотелось подпнуть этого напыщенного индюка пониже спины.

Мастер Максимилиан оказался верен себе – я получила только те продукты, которые были указаны в расходе по меню. Ни меньше, но и не больше. Но я не расстроилась по этому поводу, потому что предполагала что-то подобное, и к тому же, я уже знала, что буду готовить.

Помощников у главного повара было трое, да ещё и куча поварят бегали на посылках. Мне не дали даже самого маленького поварёнка. Стол, на котором мне предстояло готовить, был пуст, и обитатели кухни старались даже не подходить близко.

Я вымыла руки, ополоснула лицо и туго завязала чепец, чтобы ни один волосок не выбился.

На обед королеву ждали сардины, пряное морковное пюре на гарнир, сырный суп с овощами и ржаные вафли с семенами тмина и взбитыми сливками. К ужину я собиралась подать суп из красной чечевицы, куриные котлетки, приготовленные на пару без панировки, под белым соусом с сыром, а на десерт предполагалось то самое осеннее блюдо, которым я должна была напомнить их величествам о тёплых осенних днях. Я не сомневалась, что королева Алария вспомнила о том, как была счастлива во время маскарада. Тогда стояли тёплые, солнечные дни. И листва на деревьях была золотисто-рыжей. И его величество был ещё жив.

– Посмотрите, она даже рыбу разделывать не умеет, – услышала я голос за спиной, но даже не оглянулась.

Конечно, я проигрывала в сноровке по сравнению с поварами, которые за годы практики могли вытащить кости из рыбы закрыв глаза. С сардинами я провозилась довольно долго, вытаскивая из маленьких жирных тушек хребёт и рёберные кости. За это время подручные мастера Максимилиана сделали филе из форели, лосося и камбалы, и посматривали в мою сторону, не скрывая насмешки.

– Она заворачивает рыбу в листья!

– Зачем жарить рыбу на огне в листьях? Тогда не получится хрустящей корочки…

– Суп из чечевицы! Как в лачуге дровосека!

Я старалась не замечать ни этих насмешливых взглядов, ни обсуждений моей поварской неумелости, и продолжала готовить, потому что нельзя было передержать сардины на огне, нельзя было позволить супу свернуться, а взбитые сливки должны быть именно взбитыми, а не замасленными.

Час обеда приближался, и я начала сервировку. Всё по тому же принципу, что и стол для леди д`Абето – красота в простоте, никакой вычурной изысканности в виде роз из морковки или лилий из белка варёного яйца. Еда должна быть понятной, чтобы обедающий сразу видел, что ест, и мог ощутить природный вкус того или иного продукта.

– Прежде чем подавать, я должен попробовать, – заявил мастер Максимилиан, который тоже закончил свою работу.

Его блюда выглядели очень внушительно, и я предполагала, что вечером он подаст такое же – больше похожее на картину художника, чем на тарелку с едой.

– Пробуйте, пожалуйста, – щедро разрешила я.

Он потоптался на месте, будто чего-то ждал, а потом негодующе хмыкнул и взял серебряные вилку и ложку со стола, где лежали столовые принадлежности. Наверное, ждал, что это я подам ему приборы с поклонном, да не дождался.

Главный повар обмакнул кончик ложки в сырный суп, попробовал, выпил воды из бокала, предложенного помощником, потом подцепил на вилку кусочек сардины, тоже попробовал. Сардину мастер дегустировал дольше – с очень сосредоточенным видом и закрыв при этом глаза.

– Здесь изюм?! – воскликнул он, открывая глаза и с возмущением глядя на меня.

– Изюм, сосновые орехи, розовое вино и красный лук, – перечислила я ингредиенты соуса. – С ними жирность сардин совсем незаметна, а сама рыба не имеет неприятного запаха.

Повар ничего не ответил, но вооружился ножом и чистой вилкой, отрезал кусочек вафли, подцепил капельку взбитых сливок и отправил в рот.

Против воли я следила за своим конкурентом с любопытством и волнением. Всё-таки, я не была поварихой, а только любителем с небольшим стажем. Конечно, дядюшка и Эбенезер хвалили мою еду, да и герцог с леди д`Абето были довольны, но на королевский стол мне готовить не приходилось. А вот главный придворный повар на этом собаку съел, если можно выразиться настолько неаппетитно.

Но по выражению лица мастера Максимилиана невозможно было определить – понравилось ему или нет. А вслух он мои старания не оценил. Только выпил ещё воды, буркнул, чтобы подавали, и отошёл к своим блюдам, наводя последние штрихи.

Значит, всё не так уж и плохо? Или плохо, и он нарочно отправил мою стряпню к королевскому столу, чтобы я точно и безоговорочно опозорилась?

Оставалось только гадать, потому что на королевский обед меня никто не приглашал.

Блюда унесли, а мне предстояло приняться за ужин, и без помощника работы у меня будет немало.

Прежде всего я принялась чистить морковь. Её было много – больше ведра. Повара и поварята обступили мой стол, пользуясь тем, что мастер отбыл к королевскому столу вместе с блюдами.

– Зачем вам столько моркови? – не удержался от вопроса один из подмастерьев – молодой парень с весёлыми карими глазами.

– Королева Алария пожелала осеннее блюдо, – пояснила я, решив не делать тайны из того, что буду готовить – всё равно в кухне, у всех на виду, этого не скроешь, – а зрелая морковь – это символ осени. Моё блюдо будет тортом из моркови.

– Из моркови? – поразился парень, и все остальные тоже удивлённо открыли рты. – Вы добавите морковь в тесто?

– И в тесто, – пояснила я, – и в крем, и даже использую в качестве украшений.

– А мастер делает вепревину с можжевельником, это тоже осеннее блюдо, – радостно поделился подмастерье и тут же получил крепкий подзатыльник от помощника главного повара.

– Хороший выбор, – похвалила я. – Уверена, ваш мастер приготовит всё наилучшим образом. Жаль только, – тут я посмотрела на помощника, – что в этой кухне так часто занимаются рукоприкладством. Приготовление пищи требует ровного настроение и душевного спокойствия, а подзатыльники к этому точно не располагают.

Помощник главного повара фыркнул и отошёл к плите, а следом за ним потянулись и остальные. Последним от моего стола отошёл кареглазый парень, потирая затылок.

До вечера я крутилась у плиты и стола, бегала в холодную кладовую, пекла, пассировала, нарезала, смешивала, пробовала, добавляла пряности, и старалась не замечать, как колдует над своими кушаньями мастер Максимилиан.

Судя по тому, что вернувшись он не сказал мне ни слова, я сделала вывод, что обед королеве Гизелле понравился. Если бы она была недовольна, главный повар непременно и с удовольствием сообщил бы мне об этом.

Когда первое и второе для ужина были готовы, я приступила к главному блюду вечера. Сначала я нарезала четыре морковки самыми тонкими полосками, какие только можно было сделать при помощи кухонного ножа. Эти полоски вываривались в сахарном сиропе до полупрозрачности, а потом подсушивались до мягкой карамели в приоткрытой духовке. Отправляя их в духовку, я свернула полоски бантиками и каплями, а потом взялась за тёрку и остальную морковь. Перетерев морковь в кашицу, часть я отправила в уже готовый сироп, добавила туда мёда для аромата и розовой воды, а остальную морковь пересыпала сахаром, пряностями и рубленными орехами. На этой основе замесила бисквитное тесто и отправила его следом за морковной карамелью.

Ужин начинался в восемь вечера, и к шести часам у меня уже был готов рыжий, как апельсин, бисквит. Он был яркий, ароматный, пористый и ещё обжигающе горячий. Я положила его на доску, чтобы остывал, и достала из духового шкафа морковные ленточки. Они были полупрозрачными и хрупкими, как стекло, а в сиропе булькал настоящий морковный джем – только протереть через сито, чтобы добиться нужной консистенции.

Можно было и передохнуть, и я села на скамеечку у входа, где от дверей веяло прохладой, и не так жарили печи.

Мне казалось, я закрыла глаза всего на пару минут, но не заметила, как задремала, и встрепенулась лишь когда часы простучали семь вечера.

Надо собрать торт, сервировать блюда, а потом, возможно, мне удастся увидеться с королевой Аларией. Ей должен понравиться мой осенний рецепт. Потому что я вложила в морковный торт все силы, все свои надежды, и даже часть души. Ведь невозможно готовить, не вкладывая в блюда душу.

Кареглазый подмастерье, тащивший к корыту башню из кастрюль, вдруг остановился, словно ловя равновесие, и шепнул мне, не поворачивая головы:

– Попробуйте крем…

Я чуть было не переспросила, в чём дело, но он уже умчался дальше, позванивая на бегу кастрюльками.

Попробовать крем?..

Но я его пробовала…

Получилось в меру сладко и немного кисло, потому что я добавила лимон.

Пока я шла к столу, каждый в кухне был занят своим делом – все готовили, чистили, крошили, мыли, и никто не смотрел на меня. А ведь раньше только и таращились…

Морковный бисквит лежал, как и ему положено, на дощечке. Морковные полоски лежали блестящими рядками, дожидаясь своего часа, а крем… Взяв ложку, я почерпнула немного морковного джема – янтарного, текучего, как мёд – и попробовала.

Язык обожгло – таким противным и мерзким был мой янтарный крем на вкус. Причину я сразу поняла. Рядом стояла услужливо оставленная кем-то солонка.

[1] Здесь упоминаются реальные врачи, практиковавшие в Средние века.

Глава 12

Какая низость – испортить солью сладкое блюдо.

Я кусала губы, стоя перед кастрюлей с пересоленным джемом. Чем его заменить? Обязательно нужна кислинка. Варить морковь снова – я просто не успею. Сначала натереть, потом разварить до прозрачности… У меня нет на это времени.

На всякий случай я попробовала все остальные блюда – вдруг их тоже испортили. Но с остальными кушаньями всё было хорошо. Пострадал только морковный джем. Наверное, вредитель побоялся оставить королеву без ужина, а вот блюдо для состязания испортил. Чтобы кое-кто наверняка победил.

А возможно, именно этот кое-кто и посолил джем от души.

Я посмотрела на мастера Максимилиана, который старательно работал над соусом из можжевельника – запах леса и осени так и плыл по кухне, заглушая аромат корицы в моём пироге.

Подать пирог без кремовой прослойки? Это не испортит десерт, но и нужного эффекта не будет. Бисквит получится суховатым, да и вкус окажется слишком простым. Мои блюда и так слишком незатейливы… Нужен дополнительный вкусовой акцент, иначе я потеряюсь на фоне изысканной кухни мастера Максимилиана. Чем заменить кисло-сладкий джем? Ведь из продуктов остались… остались…

Да почти ничего не осталось. И вряд ли мне разрешат взять из королевских кладовых клюквенный или смородиновый джем. Главный повар особенно заострил на этом внимание. Интриган…

Найти королевского маршала, чтобы он приказал открыть для меня королевскую кладовую? Чтобы припугнул этого индюка?..

Я ещё раз посмотрела на мастера Максимилиана. Он ответил быстрым взглядом искоса, усмехнулся углом рта, и я немедленно поняла – он. Или сделано с его приказа. В любом случае, главный повар знает, что произошло, и уже уверен, что победил.

Но ужин начнётся через час. А я не знаю, где искать герцога де Морвиля. Неизвестно даже, во дворце ли он. И где гарантия, что пока я буду бегать за королевским маршалом, господин главный королевский повар не насыплет соли в другие блюда?.. Да и вмешивать в кухонные дела Ричарда мне совсем не хотелось. Пожаловаться королеве? В первый день службы? Неужели, я такая беспомощная?.. Да и повод-то пустяковый – насыпали соли в морковку…

У меня оставались орехи, и я быстро сыпала их в каменную ступку. Схватив пестик, я принялась крошить орехи в порошок, одновременно прикидывая в уме, как их подать в качестве начинки. Одними орехами торт не прослоить, будет сухо. Добавить сахарного сиропа – будет слишком сладко и липко, даже если выжать пару лимонов. Надо что-то, что создаст мягкую, приятную прослойку в бисквите.

Чечевица. У меня осталось чечевичное пюре, которое я готовила для супа.

Больше не сомневаясь, я выложила орехи в миску, выскребла туда же разваренную чечевицу, приправила мёдом, специями и натёрла лимонную цедру для кислинки.

Мастер Максимилиан снова смотрел на меня. Но теперь взгляд у него был не насмешливым, а озадаченным. Казалось, повар задавался вопросом, не сошла ли я с ума.

Но любоваться на эту картину было некогда.

Пропитав бисквит лимонной водой с мёдом, я сделала чечевично-ореховую прослойку, украсила верх торта взбитыми сливками и ломтиками вываренной моркови. Получилось очень красиво и празднично.

Было уже без четверти восемь, и мастер Максимилиан вооружился ложками и вилками, чтобы снять пробу.

Суп, второе блюдо, гарнир… Всё это повар дегустировал с непроницаемым лицом. Потом наступила очередь торта.

Минуты три мы все ждали ответа, пока мастер Максимилиан, уставившись на бантики из морковки, жевал крохотный кусочек бисквита, словно он был из патоки и смолы.

– Подавайте, – наконец-то изрёк главный повар сквозь зубы и швырнул ложки и вилки в тазик для мытья посуды.

Так. Не нашёл, к чему придраться – уже хорошо.

В этот раз меня ждали в комнате королевы Аларии вместе с мастером Максимилианом, но когда мы вошли, оказалось, что в покоях королевы-регентши не протолкнуться. Здесь были фрейлины, пажи, придворные кавалеры и сама королева Гизелла.

– Мы ждём ужин, – сказала она весело, расправляя на коленях льняную салфетку. – И ждём осенние блюда. Надеюсь, повара готовы поразить нас?

В комнате было душно, и открыли окна. Свежий воздух не слишком помог, но королеве Гизелле не помешали ни духота, ни зрители – она ела с таким завидным аппетитом, будто на обед и завтрак ей досталась маковая роса.

Зато королева Алария едва попробовала кушанья. Она была бледна, рассеянна, и когда свекровь спрашивала её, понравилось ли ей то или иное блюдо, кивала и неизменно отвечала: да, да, всё очень вкусно.

Подали вепревину с можжевельником от мастера Максимилиана. Насколько я могла судить – мясо было приготовлено великолепно. Полностью прожаренное, но не ставшее сухим, сок так и сочился, когда отрезали толстый ломоть. Аромат был умопомрачительным, и наверное от этого королева Алария прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла.

– Попробуйте, – предложила ей королева Гизелла, когда мясо полили густым соусом. – Хотя бы кусочек, дорогая.

– Да, – королева Алария открыла глаза, взяла вилку и нож, отрезала крохотный кусочек, обмакнула в соус и попробовала.

– Как вам? – заботливо поинтересовалась королева Гизелла.

– Очень вкусно, – кивнула королева Алария.

– Мне кажется – великолепно! – её свекровь расправилась со своей порцией с таким удовольствием, что мастер Максимилиан засиял и приосанился.

Черед моего блюда наступил под конец ужина, когда подали чай.

– Удивительно красиво, – похвалила королева Гизелла, когда торт поставили в центр стола. – Золотистый бисквит, немного белого крема и эти чудесные яркие бантики!.. Что это?

– Морковь, ваше величество, – пояснила я.

– Никогда бы не подумала, что морковью можно украсить десерт, – она улыбнулась мне и сложила ладони, в предвкушении. – Ну же, скорее дайте мне попробовать. Меня одолевает любопытство. Алария, дорогая, попробуйте.

– Да, – королева Алария взяла блюдечко, десертную ложечку и отправила в рот кусочек торта.

– Как вы считаете, это осеннее блюдо? – продолжала королева Гизелла, тоже пробуя торт. – М-м… Что-то невероятное! Бисквит не похож на бисквит. Он пряный, с ярким вкусом, и сам по себе хорош! А ещё и с кремом… А что за крем? – она приподняла блюдечко повыше, пытаясь разглядеть прослойку между коржами. – Тоже оранжевый… я чувствую орехи… мёд… но есть что-то ещё!

– В креме чечевица, ваше величество, – подсказала я.

– Чечевица?! Вы шутите!

– Разве я осмелюсь? – я покачала головой. – В крем я добавила пюре из чечевицы. Оно мягкое, сладкое и приятно разнообразило вкус. Один бисквит было бы слишком просто. Попробуйте и морковные ленты, они не только для украшения.

– Вы правы, – согласилась королева Гизелла, уписывая торт за обе щеки. – Удивительное блюдо! И осеннее, конечно же! Здесь все цвета осени, и все дары осени – орехи, мёд, морковь… Ну кто бы мог подумать, что из моркови можно сделать такую прелесть! Алария, как вы считаете?