Текст книги ""Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Данил Коган

Марта Генриховна, так девушка представилась, обещала научить нас этикету основных стран Европы, а также способам получения информации с привлечением женщин. Посмотрел на своих сослуживцев, все сидели чуть ли не с открытыми ртами, внимательно ловили каждое слово Марты Генриховны, даже забывали писать конспекты, залюбовавшись хорошенькой представительницей женского пола. Откровенно говоря, Марта Генриховна мне тоже очень понравилась, услышав ее приятный голос, почувствовал, как по всему телу побежали «мурашки». Но я, в отличие, от своих коллег сидел с закрытым ртом.

Преподаватель вкратце рассказала нам об истории возникновения стран: Франции, Великобритании, Германии и Австрии. Рассказала о монархах возглавляющих эти империи. Посвятила много времени культуре этих стран, рассказала о живописи и музыке этих стран. Обратил внимание, что Марта Генриховна не использовала никаких письменных тезисов в ходе занятия, похоже, все ее знания помещаются в прекрасной голове.

В конце занятий нам были обещаны практические занятия, а именно посещение через месяц благотворительного бала у губернатора. Эта информация вызвала настоящую бурю в аудитории. Курсанты были готовы начать подготовку к балу незамедлительно.

Глава 21

«Готовясь к войне …..в Германии было организовано несколько центров, откуда и начала развертываться разведывательная работа. Один из таких центров внешне был замаскирован в Управлении германского треста химической промышленности…. В качестве технического работника, хранителя и зоркого надсмотрщика к центру была приставлена немолодая женщина, в детстве тяжело изувеченная в автомобильной катастрофе, лишенная семейной жизни и крайне озлобленная. Это был бешеный пес, рычавший с цепи на каждого приближающегося к заветной железной двери. Приручение этого опасного животного и было поручено мне.

Клясться в любви и падать на колени тут было бессмысленно….И я начал издалека…..»

Разведчик-нелегал Быстролетов Д.А. (граф Толстой),

«Пир бессмертных: Книги о жестоком, трудном и великолепном времени»

Месяц, проведенный в стенах этого своеобразного специального учебного заведения, для меня не прошел даром, багаж специфических знаний увеличился. Много времени приходилось уделять самоподготовке и чтению разноплановой литературы.

Взять хотя бы античный трактат «Троя». На занятии мы подробно разобрали действия греков и троянцев, применительно к нашей будущей деятельности. Оказалось, что если правильно читать открытые источники, то можно совершенствовать свои познания. Те же греки, используя отдельные верования троянцев, приготовили им «троянского коня», отведя из зоны видимости большую часть своих кораблей. Потом малым числом воинов провели тайную операцию по захвату ворот, и организовали их оборону до подхода основных сил. Подводя итог можно сказать, что отлично сработала разведка греков, и из рук вон плохо обстояло дело с контрразведкой у троянцев. Не было у троянцев надежной агентуры в лагере греков. Троянцы не удосужились вести постоянное наблюдение за противником, и не проверили «коня», прежде чем доставить в свой город, за что и поплатились своими жизнями.

Иван Всеволодович гонял нас по способам и формам ведения наблюдения за пешим человеком. Мы разучивали специальные визуальные коды, чтобы своевременно передавать своим коллегам информацию о перемещении объекта наблюдения. От этих размахиваний руками «объект повернул направо», «объект повернул налево», «объект пересекает улицу», с непривычки голова шла кругом, а после двух-трех занятий все пришло в норму.

Пока работали в аудитории, все было понятно, а когда начали работать на местности, в небольшой деревне Фоминово, из головы вылетели знания и наставления. Объект теряли, не могли отследить все его контакты. Короче, не один блин оказался комом. А Иван Всеволодович, вновь и вновь гнал пары на работу. Помимо топанья в деревне, мы составляли отчеты. Преподаватель хотел нам вбить в головы, что любой объект наблюдения – опытный разведчик или начинающий агент, излишне насторожены. Они будут предпринимать попытки ускользнуть от наблюдателей. Зачастую для этого используются изученные нами приемы: изменение ритма и направления движения, создание различных естественных барьеров между объектом и наблюдателями, усыпление бдительности сопровождающих объект лиц. Да, не завидую я людям, которые всю жизнь посвящают службе в подразделениях наружного наблюдения. Днем и ночью, в холод и в зной нужно качественно выполнять порученное задание, замечать малейшие отклонения в поведении объекта, терпеливо и тщательно фиксировать его контакты, выявлять возможные места закладки тайников или получение через них материалов, выявлять факты передачи оружия, взрывчатки и многое другое, имеющее значение для оперативных разработок. И все это на фоне постоянной чисто бытовой неустроенности стационарных постов наблюдения, которые приходится оборудовать исключительно из оперативных, а не чисто человеческих соображений, когда подчас проблематично справить малую нужду, не говоря о большем, а также нерегулярного, подчас отвратительного, всухомятку, питания. По рассказам преподавателя у многих филеров разбиты семьи, многочисленные хронические заболевания желудочно-кишечного тракта. Не позавидуешь такой службе…

Понятно, что мы научимся выполнению этой работы, но квалифицированными специалистами можем стать, только накопив многолетний практический опыт. Ничего, не святые горшки лепят, научимся.

– Для ведения активной разведывательной игры с противником, – диктовал нам Анатолий Николаевич, – необходимо иметь в его стане своих людей. Ими могут быть внедренные ранее помощники, или завербованные лица из членов группы, организации или вражеского штаба. Вам нужно точно знать, какой уровень занимает кандидат на вербовку. Люди высшего уровня, это руководящее звено – они разрабатывают и принимают важные для организации решения. Лица среднего уровня – имеют доступ к устной и письменной секретной информации. Сотрудники низшего уровня могут общаться с представителями среднего уровня, но к серьезным документам допуска не имеют.

– Анатолий Николаевич, а секретари и писари к какой категории лиц относятся? – спросил курсант Смирнов, поднявшись со своего места. – Они могут вести записи важных бесед, им, наверное, дают поручения по составлению секретных бумаг.

– Вы совершенно правы, молодой человек. Иногда писари обладают большим объемом информации в отличие от чиновника или офицера, сидящего высоко. Такую категорию лиц, целесообразно рассматривать, в качестве перспективных кандидатов на вербовку.

– Я так понимаю, что писарь, сидящий сейчас в оперативном отделе Второго Главного управления Генерального штаба, обладает всей информацией о курсантах, которые обучаются в этом имении? Насколько я понял, информация о наших личностях держится в секрете.

– Это не совсем так. По документам вы были прикомандированы к оперативному отделению, а потом, за ненадобностью, вы все отбыли проходить службу в штабах, кто в Сибирь, кто на Камчатку, отдельные на Дальний восток. Соответствующие документы на вас выправлены. А то, что вы не прибыли по месту службы, то это не ваша беда, в штаб пришла бумага, в которой прописано, что такой-то офицер перенаправлен в другой штаб. Отследить сегодняшнее ваше местонахождение трудно. Все ваши личные дела собраны у одного человека, у полковника Терехова, а где он их хранит, не знает никто. Со стороны Терехова, утечка информации о вас исключена. Если вы не начнете кричать на каждом углу о своей причастности к разведке, то противник о вас информацию получит не скоро. Например, вам организовали приглашения на благотворительный бал. Хочу сказать, что это своего рода проверка. Каждому из вас будет разработана легенда, с которой выйдете в свет. Вы должны сохранить в тайне место своей теперешней службы. Ладно, пока оставим эту тему, нам еще надо разобраться с вербовкой.

И, смею вас заверить, с вербовкой мы разбирались основательно. Как я правильно понял, вербовка полезного для работы человека проходит в несколько этапов. Вначале нужно выявить того человека, который обладает нужной нам информацией, и располагает ли он возможностями и способностями для проведения секретной деятельности. Затем начинаем его тщательно изучать. Выясняем, с кем он дружен, какими обладает достоинствами и недостатками, каковы особенности характера, к кому ходит в гости, какие у него политические взгляды, наличие недвижимого имущества, долгов и многое другое, вплоть до различных увлечений, кулинарных предпочтений и регулярности увлечения женским полом. Всю полученную информацию накапливаем в письменном виде.

Изучив заочно кандидата, нужно найти ненавязчивый способ личного знакомства. Лучше, когда знакомство выглядит случайным. Постараться, чтобы знакомство переросло по возможности в приятельские отношения. Общаясь с кандидатом, можно более тщательно выяснить интересующие нас вопросы.

Не нужно отказываться от способов закрепления знакомства. Можно случайно встретиться на улице, в каком-нибудь общественном месте. Если кандидат на вербовку заядлый охотник или рыбак, обязательно туда пригласить его. Таким образом, мы в какой-то степени разжигаем у кандидата интерес и постепенно привязываем к себе. А если мы окажем ему помощь в каком-либо сложном деле (которое при необходимости сами и организовываем) или выручим из беды (угрозу которой сами и создадим искусственно), тогда предполагаемый объект вербовки становится нашим однозначно.

Досконально изучив человека и оценив его возможности, способности, устремления и желания, мы можем установить мотивы, по которым у нас получиться склонить кандидата к плодотворному сотрудничеству. Для полной привязки человека к себе целесообразно отбирать у него письменное согласие на сотрудничество.

Глава 22

«Бал. Как много людей наивно считают, что это красивый праздник. На самом деле это одно из самых трудных испытаний. Блеск, алкоголь, музыка, танцы, смех… интриги, сплетни, шантажи, убийства, дуэли, договоры, политика. Только наивные девочки не задумываются, что бал – это место, где решаются судьбы»

Галина Долгова, «Под маской долга»

Завтра у нас сложный и ответственный день – курсанты отправляются на бал. Наш преподаватель Марта Генриховна тоже будет присутствовать на балу, с целью осуществления контроля нашего поведения. Каждый из курсантов был готов сопроводить Марту Генриховну, но не тут-то было. Преподаватель устроила лотерею, и победитель сопроводит девушку на бал. Повезло Вильчуру. Для Вадима Вацлавовича не нужно было прорабатывать какую-либо легенду. Сын провинциального врача, приехал с кузиной на бал. Надо сказать, что у Вильчура, напрочь отсутствовала офицерская выправка, заподозрить его в причастности к армии не представлялось возможным.

У меня была легенда тоже не сильно заумная. Я очень дальний родственник сибирского промышленника Миронова – Андрей Федоскин, который год назад оставил военную службу по состоянию здоровья, и работал у родственника в Екатеринбурге. Правда, для вживания в образ, пришлось перелопатить много литературы о Екатеринбурге и о господине Миронове. Липовая легенда должна быть несокрушимой, как дуб. Соответственно образу, приобрел классический английский костюм с плащом и котелком, уже прохладные погоды наступили. Дополнил костюм роскошной рубахой и щегольской бабочкой. Выглядел, таким из себя прожигателем жизни. В бумажник положил около трехсот рублей, купюрами разного достоинства, бал благотворительный, а значит, надо что-то пожертвовать.

Бал проходил в бывшем конногвардейском манеже, построенном в стиле классицизма по проекту итальянца Джакомо Кваренги в 1804-1807 годах. Парады конных выездов Лейб-гвардии Конного полка перенесли в другие места, а манеж стали использовать для устройства выставок и балов.

Народу собралось море. Присутствовали почти все сословия, за исключением крестьян и рабочих – им пригласительные не выдавались. С учетом названия бала, дворяне постарались соблюсти некоторую скромность, не увешивали своих спутниц драгоценностями с головы до ног. Я думаю, это не скромность, а опасения. Ведь при таком скоплении народа легко незаметно лишиться колье или серег с бриллиантами. Проходимцы всегда найдут возможность проникнуть даже на закрытое для свободного посещения мероприятие.

Разыскивать своих соучеников я не стал, нам категорически это запрещено. Стал рядом с троицей молодых девушек, выпускниц Смольного института – это я узнал, подслушав их беседу. Вот вам налицо один из способов сбора информации. Еще раз, осмотрев группу девушек, выбрал одну из них в качестве пары для вальса, объявленного концертмейстером.

Представившись, пригласил девушку на танец. Молодую особу звали Ольга, и она с радостью приняла мое предложение. Надо сказать, в зале заметен дефицит представителей мужского пола.

Несколько минут вальсировали с Ольгой, и я убедился, что в Смольном танцы не на последнем месте. После танца я не покинул эту стайку девушек, да, собственно они сами попросили меня остаться с ними, в качестве кавалера на весь бал. Танцевал со всеми по очереди, слава Богу, слух у меня музыкальный, и танцую я недурно. Правда, с новомодными танцами у меня не очень, но их здесь пока не исполняют. Приятно было общаться с девушками. Я согласно легенде поведал им о службе. Рассказал о своей работе на предприятии дальнего родственника. Короче, старался удовлетворить любопытство девушек. Естественно сам вел незаметно опрос девушек, выяснял, кто есть кто, и чем изволят заниматься в настоящее время.

В перерыве Ольга предложила пройти в салон, где мой слух будут услаждать песнопением в исполнении смолянок. Пели девушки замечательно, хорошо поставленными голосами! Поддавшись общему настроению, не удержался, сел за рояль и спел несколько романсов. Прозвучали: «Белой акации гроздья душистые», «Гори, гори, моя звезда» и «Лебединая песня». Не профессиональный я певец, но голос у меня ничего, я его разработал, командуя батареей на войне. Как сказала Ольга, я своим бархатистым баритоном очаровал всех девушек и поэтому они требовали еще романсов. Сказав, что сегодня я не в голосе, предложил девушкам пройти в зал, там начиналось второе отделение танцевального вечера. Уже покидая салон, заметил Марту Генриховну, удивленно взирающую на меня. Контроль и здесь меня обнаружил.

К завершению бала, применив на практике полученные теоретические знания, я узнал о своих знакомых очень много интересного, будет, что отразить в отчете.

Как галантный кавалер, я доставил девушек по указанному адресу на извозчике. По их словам, девушки вместе снимали одну большую квартиру, на жалование гувернанток отдельные апартаменты не снимешь.

В понедельник писали отчеты о посещении бала. Все курсанты интересовались, понравилось ли Вильчуру общество нашего преподавателя Марты Генриховны. Вадим Вацлавович, сама скромность, сказал, что ему не удалось завоевать внимание такой эффектной дамы. Поскольку, согласно легенде, она его кузина, то на балу ее наглым образом увели. Марта Генриховна провела большую часть времени в компании иных мужчин, чем Вадим сильно расстроен. Вильчуру не удалось собрать хоть какой-то значимой информации, то есть его выход в свет подобен холостому выстрелу из орудия. Расстроился Вильчур сильно. Анатолий Николаевич провел с ним индивидуальное занятие, объяснил, какие допущены им ошибки и указал способы их устранения.

В конце декабря, когда мы набрались более-менее достаточных знаний и опыта, нам предстояло провести учебную вербовку агента. Каждому выдали письменное досье, в котором были собраны данные предварительного изучения кандидата на вербовку.

Согласно легенде, мне достался инженер, занимающийся разработкой новых видов взрывчатых веществ для снаряжения артиллерийских боеприпасов. Я должен тщательно изучить досье и, если посчитаю информацию полной, принять решение о проведении учебной вербовки. Надо отметить, что в качестве учебных объектов вербовки выступали бывшие сотрудники Генерального штаба, находившиеся в отставке, имевшие колоссальный опыт. Для связи с учебным объектом дали словесный пароль, услышав отзыв на который, я обязан приступить к выполнению своей задачи.

Неделю я лопатил и изучал досье, пытался по полочкам разложить предоставленную информацию. Обратил внимание, что мой объект, страстный любитель русской бани, ему очень нравится использовать для топки бани березовые поленья, а также хлестать себя в парной березовыми вениками. Этим пристрастием я решил воспользоваться. Просто так, открыто, прийти в дом к объекту было невозможно. По легенде, нужно соблюсти условия секретности контакта. За домом объекта будет вестись постоянное наблюдение силами трех пар наших курсантов, они в таком случае отработают навыки наружного наблюдения.

Скрытно отправился изучать подходы к большому бревенчатому дому моего объекта, расположенному на окраине Санкт-Петербурга. Да, задачка еще та! Дом находился на перекрестке двух улиц, обнесенный высоким глухим забором, как и другие рядом стоящие строения. Совершенно открытое место, в какую сторону ни посмотри. Каких-либо трактиров или питейных заведений, где бы можно уйти от наблюдения, не имелось. Удружил Анатолий Николаевич, мог бы и полегче мне задачку подкинуть. Возвращаясь домой, столкнулся по дороге с торговцем дровами, он предлагал всем желающим целый воз дров. Решение пришло сразу. С мужиком договорился, что через два дня он привозит полные сани березовых поленьев и ворох березовых веников. Я на время беру в пользование его лошадку с грузом. Эту услугу щедро оплачиваю, в качестве задатка дал мужику рубль.

В назначенный день с утра восседал я на санях, загруженных березовыми чурками и вениками. Для маскировки водрузил на голову парик с седыми волосами, такого же цвета наклеил бороду, оделся в потертый армяк. Как по мне, то опознать в таком облике курсанта трудно, если не трясти за душу.

Постучал настойчиво в запертые ворота. На стук отозвалась лаем собака внутри двора и, как мне показалось, по голосу – размеров немалых.

– Чего надо? – спросил у меня мужчина, отворив калитку.

– Хозяин, продаю чурки и веники березовые первостатейные, – весело сказал я, немного меняя голос, чтобы он хоть немного совпадал с возрастом представляемого мной человека.

– Мне обычно Трифон привозит.

– Приболел он нынче. Сказывал мне везти дрова к вам, хорошую цену даете.

Мужчина обошел сани, внимательно осмотрел дрова, веники потрепал.

– Уговорил, товар действительно хороший, – заключил хозяин дома, – завози во двор.

В распахнутые настежь ворота завел лошадь.

– Куды прикажите сгружать? – поинтересовался я.

– В дальнем углу двора дровяной сарай видишь? Вот туда и переноси дрова, а веники я сам в баньку снесу.

В течение получаса я разгрузил сани.

Когда хозяин производил со мной расчет, я произнес пароль. Иван Иванович, назовем его так, где-то минуту открывал беззвучно рот, удивленно взирая на меня.

– Ну, проходи в дом, любитель маскарада, поговорим, – после затянувшейся паузы сказал хозяин дома.

Войдя в сени, я избавился от армяка, очистил валенки от налипшего снега, а затем проследовал в комнаты. Возле двери снял валенки, перекрестился на иконы в красном углу. В доме хозяин был один, я знал, что в это время его жена уходит на рынок, и у нас есть в запасе около двух часов для беседы.

– Рассказывай, зачем пожаловал? – спросил Иван Иванович.

– Слух до нашей артели дошел, что уж больно вы любите париться с березовыми вениками, а мы завсегда готовы помочь хорошему человеку. Вот я к вам хорошие, не порченые веники и доставил. А то если поглядеть в округе, то березовые рощи изводятся людьми и гибнут по неизвестным причинам. Говорят, что завод новый, который недавно отстроили, шибко вредный для людей, живности разной и леса. Вы сказывают, на этом заводе трудитесь.

Дальше наша беседа проходила согласно доведенной до Ивана Ивановича легенде. В итоге, мне удалось его убедить в необходимости сотрудничества с разведкой, с целью предотвращения утечки к врагу секретной информации о новом взрывчатом веществе и исключения нанесения вреда окружающей природе. Иван Иванович написал учебную подписку о сотрудничестве. Просто гора с плеч упала, когда я спрятал во внутренний карман своего одеяния вожделенную бумагу.

– Ладно, с основной работой закончили, – улыбнулся Иван Иванович. – Теперь объясни свои действия. К чему нужно было прибегать к такому карнавалу?

– Ваш дом расположен не очень удобно для скрытого подхода, улица просматривается хорошо. Мои коллеги ведут за домом наблюдение, одну пешую пару я обнаружил, а еще четверо, по всей вероятности где-то образовали стационарный пост. Выполнить задание я должен в срок, не допустив провала, и не засветить вас перед наблюдением. Поэтому решил сыграть роль торговца дровами.

– Молодец, хорошо сработал, и так натурально. Я поначалу поверил тебе, а когда ты назвал пароль, то на время дара речи лишился. Какой-то крестьянин, и вдруг пароль мне говорит. Когда ты связал производство взрывчатки и вред лесным насаждением воедино, то признаюсь, озадачил меня. Я под таким углом зрения не рассматривал данную проблему. Видно, готовился ты к нашей встрече основательно. А засели твои дружки в доме напротив, я их заметил два дня назад. Соседний дом уже пару лет сдается внаем, только никто не селится, нехорошим его считают, там смертоубийство произошло всей семьи. Как предполагаешь ретироваться?

– Также как и приехал, на санях. Отвешу вам несколько поклонов, громко поблагодарю за поднесенную чарку, за щедрость и поеду за город, там передам лошадь владельцу. Там же переоденусь в обычное для себя платье.

– Продумал, значит, пути отхода. Хорошо, передай Анатолию Николаевичу от меня поклон, скажи, отчет представлю в срок. Успехов тебе в тяжелой работе.

Поступил я, как и наметил. Долго кланялся Иван Ивановичу, хвалил его водку и радовался его щедрой оплате. Пока длилось мое представление, мимо двора прошли мои однокурсники, Вильчур и Игнатьев. Мазнули взглядом по нам, и направились дальше, ведя неспешную беседу. Вильчур и Игнатьев ничем не выдали своего интереса к нам, но сами бросались в глаза своей одеждой. Не учли они рекомендации Ивана Всеволодовича: облачаться в одежды, в которых ходит основная масса народа. В своих недешевых пальто, курсанты в этом районе смотрелись необычно и, естественно, могли привлечь внимание.

На следующий день в усадьбе Фоминово я составил рапорт о состоявшейся учебной вербовке, и приложил к нему подписку.

Разбор моего задания в присутствии всех курсантов, проводил Анатолий Николаевич. После прочтения моего рапорта по аудитории прокатилась волна возмущенных возгласов. Курсанты Игнатьев и Морозов обвинили меня в обмане, сказали, что подписку я сам написал, а к объекту вербовки я не ходил вообще. Они вели за домом неусыпное наблюдение, от их внимания не ускользнула даже малейшая деталь в поведении хозяина дома и его жены. Игнатьев отметил, что он знает, какие продукты с рынка приносила женщина домой.

– Все, закончили возмущаться и произносить обидные речи, а то договоритесь до драки, – поднял руку, Анатолий Николаевич. – Я всегда вам говорил, и буду говорить, что нужно в каждом случае подходить к решению задания творчески. Вы же организовали наблюдение за домом по известной вам схеме, и успокоились. Все направления вами перекрыты, мышь не проскочит. А у вас целый курсант Головко проскочил, и вы его не зафиксировали. Мне еще вчера вечером доставили отчет учебного объекта, там все подробно изложено. Вот Морозов, вы больше всех кричали, обвиняя Головко в обмане, найдите в своих записях, что-то такое, которое показалось бы вам необычным.

Курсант Морозов встал и начал зачитывать журнал визуального наблюдения за домом. Все четко и поминутно. Мой приезд тоже там отмечен, составлен словесный портрет, указано, что я хорошо угостился водкой у хозяина дома.

– Что вам кажется необычным в ваших записях Павел Артемьевич? – спросил Морозова преподаватель.

– Все здесь обычное. Мы не видели курсанта Головко, и он не мог попасть незаметно в дом к объекту.

– Смею вам заметить, он там побывал, провел вербовочную беседу, получил подписку и успешно дом покинул.

– Такое невозможно, Анатолий Николаевич, все нами перекрыто было. Пешая пара постоянно курсировала по улице. Скрытно Головко не мог пройти.

– Он и не скрывался. Открыто вошел во двор, выполнил задание, и также открыто, на глазах у всех наблюдателей, покинул дом. Ну, теперь догадались, как он это провернул?

– Еще скажите, что Головко подземный ход прорыл за пару дней, – обиженно сказал Игнатьев.

– Да, очевидного факта, вы, к большому сожалению, не заметили. Крестьянин с дровами – это был курсант Головко.

– Не может быть, – только и смог сказать Вильчур, – там был откровенный пьяница, да и голос другой.

– Переиграл вас Головко, господа курсанты вчистую, – резюмировал Анатолий Николаевич.

– Головко, расскажите курсантам о подготовке и о мотивах, побудивших вас прибегнуть к подобной маскировке, – предложил преподаватель.

Кратко рассказал об анализе имеющейся информации о кандидате на вербовку. Остановился на исследовании путей подхода к его дому, указав примерные места расположения постов наблюдения. Немного подсластил пилюлю коллегам, сказав, что они грамотно организовали прикрытие объекта. И естественно по совокупности этих всех факторов, решил импровизировать с переодеванием и гримом. Предложил всем желающим показать способы маскировки, и оказать помощь будущим вербовщикам в ее разработке. Вильчуру и Морозову рекомендовал выходить на дежурство в одежде, соответствующей окружающей обстановке, в модных пальто они смотрелись «белыми воронами».

В перерыве курсанты: Игнатьев, Морозов и Вильчур принесли мне свои извинения за необоснованное оскорбление. Вадим заметил, что во мне умер ведущий актер императорских театров.

Надежды на Рождественские каникулы, о которых шепотом говорили между собой курсанты, растаяли, учились, как обычно.