Текст книги ""Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Данил Коган

Глава 8
И другие звери

Надо сказать, «приключение» выглядело донельзя скучным. Рассредоточившись «пятиугольником» мы шли между бескрайних грядок, из которых тянулись к слабому солнечному свету чахлые пучки зелени. Чуть правее виднелись ряды пластиковых теплиц. Левее волновалось поле каких-то зерновых, выросших уже выше колена.

Пастораль.

Через поле в нашем направлении двигалась неразличимая в деталях фигурка человека. Какой-то работник серпа и тяпки делал свои таинственные дела.

Я шел передовым дозором, после меня метрах в пяти шагал Ветер в своем экзо-доспехе. По бокам от Рудницкого, метрах в десяти от него держались Красавчик и Кабан. Заноза замыкала процессию. Я не очень понимал смысла такого построения, но я в тактике малых групп не разбираюсь. Не проходил такой спецкурс. Предполагалось, что я буду правой рукой отца и возглавлю родовое предприятие «Симаргл» – занимающееся производством летающей техники. Не срослось.

Моя задача была: «смотреть воба», – как пояснил сержант. Но сразу же предупредил, чтобы я ничего особенного от сегодняшнего патрулирования не ждал. Я тем не менее поставил свое предвидение на готовность. Если начнутся неприятности – успею среагировать.

Скоре всего.

Костюмчик немного натирал. По телу стекали неприятные струйки пота. Каска ограничивала обзор. Респиратор я сдвинул на шею, как и мои товарищи. Иначе ползти по этим чертовым бесконечным полям было бы уже совсем невыносимо.

Второй уровень района Соколовых снабжал квартал пищей, закрывая почти все потребности простонародья. Еще и на продажу в другие кварталы и даже полисы оставалось. Здесь же находились предприятия пищевой промышленности. Настоящие, элитные продукты для дворян, знати и пафосных кабаков растили исключительно на четвертых уровнях.

Я окинул взглядом горизонт. До поворота обратно оставалось топать еще полчаса. Тоска.

Тело сжимают стальные тиски.

Хруст костей.

Кровь хлынула из горла на блеклую ботву.

Моих сил физика не хватает, чтобы разорвать смертельные объятия. В глазах темнеет.

Смерть.

Видение мелькнуло передо мной, предвещая тяжелый откат. Я вскинул руку и выкрикнул:

– Все назад! Назад! – сам же отпрыгнул метра на три, смещаясь так, чтобы не перекрывать Рудницкому линию огня.

Сослуживцы отреагировали мгновенно. Наш пятиугольник резко сдал назад. Фланговые еще слегка разошлись, Заноза же отпрыгнула в сторону и завертела головой.

А передо мной, выбросив вверх комья земли и недозревшую репу, вынырнуло здоровенное щупальце с присосками. Метра три длиной и обхватом у основания больше полуметра. Не сумев ухватить добычу, оно изогнулось немыслимым образом и, разбрасывая вялую ботву, двинуло основание в мою сторону.

Вперед пока нельзя. Под землей к нам подбираются товарки этой дряни.

– Под землей еще есть. Больше десятка! – Выкрикнул я, вскидывая дробовик.

Выстрелить я не успел. Короткой очередью из ДШК-12 щупальце разорвало в клочья. На землю полилась густая черная жижа.

Дрянь!

В пределах досягаемости из-под земли взвилось еще два отростка. Я, бросая дробовик, проскользнул между ними, сорвав с креплений свой «кабаний меч».

С разворота атаковал ближайшее щупальце, вкладывая вес. Перерубил почти пополам. Щупальце, вяло подергиваясь, упало на землю, остаток втянулся в грядку.

В бой вступили Красавчик и Кабан. И сразу стало понятно, почему у Прилепского нет шрамов. У него была до предела раскачана ловкость. И даже чуть больше предела. То есть он двигался немного быстрее меня. А вот Кабан был олицетворением физической силы. Щупальца невидимого под землей монстра он срубал начисто и под корень. Хоть и делал это довольно неторопливо.

Сзади четко отбивались короткие очереди ДШК-12. В основном, Ветер стрелял в щупальца вокруг Кабана, как самого непроворного из штурмовиков. Двух-трех попаданий хватало, чтобы срезать жаждущую человеческой плоти конечность.

Я срубил уже пятое щупальце, двигаясь по краю, вокруг спрятавшегося монстра. Крикнул Виталию:

– Красавчик, не лезь вперед. Диаметр метров десять! – Тот, увернувшись из-под четырех атаковавших его тентаклей, отскочил на указанное расстояние, оказавшись как раз напротив меня.

Позади сухо защелкала «Кобра» Занозы, но куда и зачем она стреляла, я так и не понял. Потому что не отрываясь смотрел в условный центр пятна, из которого лезли щупальца.

Я знал!

Сейчас из-под земли покажется горб, превратится в уродливую колышущуюся массу. В центре ее распахнется пасть. Плевок концентрированной кислоты, которой полностью накроет Кабана.

После такого не выжить…

Дрянский восьминог посреди капустной пасторали

Как только гигантская пасть начала распахиваться посреди антрацитового холма колышущейся плоти, я метнул туда зажигательную гранату, выставленную на минимальное время срабатывания.

Хлопок.

Пламя взметнулось из пасти чудовища и охватило подобие головы, показавшееся из грядок с репой. Щупальца бешено заколотили по земле, конвульсивно дергаясь в разные стороны.

Это агония.

Еще два выстрела Занозы, и один из ДШК-12. Я перевел взгляд на округу, но ничего толком не увидел.

Меня уже штормило от отката. Я крепко зажмурил глаза и оперся на меч, переживая бурю ложных ощущений и шторм навязанных образов. Хорошо, что я не позавтракал, – сухие рвотные позывы пробежались по моему телу волной.

– Ты чего, паря? На спину мне легла широкая лопатообразная ладонь. – Дряни глотнул? Донеслось до меня словно издалека.

– Нет, Кабан. Сейчас пройдет. Сейчас. – Мне постепенно становилось лучше.

Зрение уже позволяло различить больше десятка темных пятен, лежавших цепочкой между нами и полем. Навел резкость. Двенадцать трупов гуманоидных существ. Тонкие лапы, заканчивающиеся тремя когтистыми пальцами. Мощные ноги, покрытые витыми мышцами. Маленькая голова, растущая почти сразу из плеч. Вот же пакость. А эти откуда? И что на них за яркие лоскуты? А на одном, что? пластиковая каска?

– Прыгуны. Землекопы обратились. – Подтвердил мою догадку Ветер. – С поля набежали, пока вы щупальцы дубасили. Плохое дело-на. Массовое заражение, мать его. Но откудова? Здесь-то дряни концентрация минимальная. И чего счетчики молчали?

Я просто пожал плечами, взглянув на рукав костюма. Счетчик Гюйгенса налился желтым цветом с переходом в оранжевый. И легонько попискивал. Но до боя он был грязно-белым, это я точно запомнил. И молчал.

– Ты как, молодой, заметил-то эту дрянь? У тебя счетчик сработал?

– У меня развитая интуиция. И восприятие на максимуме. – Нашел я корявую отмазку. – Я универсал, говорил же.

– Ну-ну. – С непонятным выражением протянул Рудницкий. – И гранату ты прям вот очень вовремя метнул. Ни раньше, ни позже. Еще и таймер переставил. Хороший бросок. С боевым крещением тебя, стажор. Молодец.

– Рад стараться, господин унтер-офицер.

– Ишь ты. Не стоит. Не в армии. А что в конце-то было? Замутило после боя? По первости бывает.

Ишь глазастый какой. Углядел.

– Нет, сержант. У моих способностей бывает откат. Временная дезориентация. Не всякий раз. Ненадолго. И не в бою, когда уже опасности нет. – Я решил, что врать и юлить в этом случае неправильно. – Такой небольшой дефект. Надеюсь, что он пройдет после посвящения стихиям.

Все равно придется объяснять. Не сегодня, так в следующий раз, когда откатом накроет.

Рудницкий покачал головой.

– А если тебя прямо в бою накроет? Что тогда? Как ты медкомиссию прошел с таким дифетом?

– В бою не накроет. Откат случается всегда после боя. И длится недолго, вы же видели, сержант. Медосмотр никаких аномалий в моем развитии не выявил. Я же говорю, нечасто бывает. Только если угрожала смертельная опасность. Когда полностью выкладываюсь.

– Ладно. На базе погуторим. Индикаторные пластины заменить всем! Заноза, Стажор. Осмотритесь здеся. Не нравится мне это пятно говна во чистом поле. Не бывает так. Сюда что, бочку Дряни вылили-на?

Мы с Занозой отправились осматривать местность. Я обратил внимание на полосу пожелтевшей ботвы, тянущуюся наискосок от места основного боя к полю овса. Пару раз копнул топором. На лезвии остались следы, как будто оно измазалось в густой черной смоле.

– Оттуда приползло. Откуда и прыгуны прибежали. – Сделал я очевидный вывод вслух, махнув рукой в сторону группки строений посреди поля. – Если присмотреться, видно просеку в овсе.

– Ну да. А ты и впрямь глазастый. И в бою не растерялся. Может, и выйдет из тебя толк. Коль не сдохнешь. – Заявила эта милаха. – Сейчас ребята здесь почистят. И пойдем смотреть гнездо Дряни. Ты как вообще? В норме?

– Да в норме. Часто так бывает? Как сегодня?

– В патруле почти никогда. Да и что сегодня было-то? Легкая разминка. А ты с перепугу даже гранату не пожалел. А они подотчетные. Семеныч теперь тебе плешь проест в твоей модной прическе.

С перепугу. Надо же, какое она мнение обо мне сложила. Оспаривать я не стал, не скажешь же, что видел смерть Кабана. Да и вообще. Зачем мне им что-то доказывать? Пусть думают что хотят. Эффективность мою они видели. Я больше всех скосил щупалец. И тварь, в результате, я прикончил. Или Заноза думала, что мы втроем будем рубить уродливую башку, пока она не сдуется? Что за чушь. Граната была наиболее эффективным и безопасным способом расправы. Так что я промолчал.

– Ладно. Идем доложим Ветру. Поджигатель. – Фыркнула Заноза.

Интерлюдия. Башня Орловых

Фома Орлов – глава службы безопасности башни подошел к дверям апартаментов, находящихся на одном из нижних жилых этажей. Этаж предназначался для проживания слуг рода и мелких родственников, имеющих самый низкий статус во внутренней иерархии башни. Именно здесь располагались апартаменты Игоря – слуги Алексея Георгиевича, покойного главы рода.

Викентий Алексеевич нетерпеливо следовал за Фомой по пятам.

С ритуала прощания прошло чуть меньше суток, когда у службы безопасности дошли руки до проверки его требования.

Портальный переход между покоями главы и бывшего слуги не работал. Поэтому попасть в комнату конфидента покойного главы рода можно было теперь только с этого этажа.

– Не понимаю, твоего беспокойства, брат. – Фома выглядел спокойным, как удав.

Формально никаким братом он Викентию не был, максимум троюродным. Но Викентий Алексеевич предпочитал, пока не прояснится ситуация с тем, кто станет главой рода и как распределятся родовые активы, не раздувать конфликты по пустякам.

Он не страдал злопамятностью, просто все записывал. Придет пора и он припомнит этому малокомпетентному мудаку и «брата», и снисходительный тон, и «письменную заявку». А пока на повестке дня был простой вопрос, что с Игорем? Во внутренней сети он отвечал, что болен. От помощи и медиков отказывался. Выходить или открывать двери тоже.

Даже этот тупица Фома заподозрил неладное и согласился нанести визит в апартаменты слуги рода.

Пиликнула панель замка, принимая карту-вездеход, и двери в апартаменты распахнулись.

– Вы кто такие? Я вас не звал! Идите на хрен! – раздалось из комнаты.

Из потолка в коридоре вдруг вывалился и завращал стволами самый натуральный роторный пулемет. Судя по отпавшей челюсти Фомы, на схеме систем безопасности этого пулемета не было.

Однако Викентию вся эта скверная комедия уже опостылела.

Он взмахнул левой рукой. Почувствовал мгновение сопротивления – пулемет был защищен от техномантов. Но защита рухнула, под потолком что-то вспыхнуло и загорелась проводка, раскрутившиеся стволы обвисли.

Викентий стремительно шагнул в комнату, где предположительно скрывался «больной» слуга рода.

На кровати был аккуратно разложен смартфон, подключенный к лаптопу. Здесь же валялась мастер/ключ-карта самого Игоря. Когда Викентий ворвался в комнату, динамики лэптопа голосом Игоря продублировали фразу про «вы кто такие, идите на…» После чего оба устройства ушли в перезагрузку.

Полчаса спустя, после того как этот идиот Фома запустил-таки план «перехват» стало понятно, что Игорь покинул башню, причем точно установить, когда именно он это сделал, не удалось. Промежуток времени, в который он стал недоступен для сети внутреннего наблюдения, оказался больше трех суток. Казалось, верный слуга покойного главы просто растворился посреди бесчисленных этажей твердыни Орловых.

Второй уровень квартала Соколовых. Фермы

– Дрянский осьминог приполз под землей, со стороны вон тех строений. – Я указал в сторону виднеющихся за полем овса покатых крыш. – Прыгуны тоже оттуда прибежали. Полагаю, там и есть источник, господин сержант.

– Хорошо. Ждем. – Сказал Ветер, хмуро глядя в сторону, откуда предположительно приползла Дрянь.

– Чего ждем? – шепотом, убрав от лица гарнитуру, спросил я Занозу.

– Да вон его. – Она махнула рукой в ту сторону, откуда мы пришли.

Оттуда появился наш броневик. Ну да, полагаю теперь-то не до целостности грядок. Сержант вызвал машину либо вместе с началом боя, либо сразу после него. Автопилот работает. Недешевая техника, однако. Начинка, по крайней мере.

Броневик лихо оттормозился, разбрасывая комья рыхлой земли.

– Так, достаем нюхача. – Рудницкий сразу взял с места в карьер. – Сейчас стажор и поучишься с поисковым оборудованием работать-на. Давайте ребят. Не тормозим.

Из багажного отделения нашего броневика явились на белый свет здоровенная стойка с монитором и клавиатурой. К ней подключили гибкие кабели, на конце которых виднелись цилиндрические датчики, покрытые мелкоячеистой сеткой.

– Вставай к пульту стажор. Врубается энта тряхомудия вон там. – Рудницкий ткнул пальцем в сторону пульта. – Управление интуитивно понятно-на. Запускаешь в тестовом режиме. Не перепутай.

Я включил пульт, выбрал в выскочившем меню опцию «тестовый режим». Дождался загрузки.

– Все, нажимай «начать сканирование». – Я нажал.

Мои коллеги уже разобрали датчики и разошлись по сторонам пятна дряни, оставшегося от хтонического осьминога. У меня на экране появились контуры пятна, очерченного датчиками на пределе их чувствительности. А внутри пятна я увидел несколько мерцающих искорок.

– Здесь какие-то отметки на экране. – Сказал я.

– Прекрасно. Веди ближайшего человека с датчиком к отметке.

Дальше мы играли в тепло – холодно. Находясь близко к отметке, датчик начинал пищать, так что установить точное расположение странных аномалий труда не составило. Всего их нашлось четыре.

– Хрень. – Сказал Красавчик, ковыряясь в земле. – У меня пустышка.

– У меня тоже. – Отозвалась Заноза.

Кабан выпрямился и вздохнул. Видимо, тоже ничего интересного.

– А вот у меня, кажется, семя. – Сказал Ветер.

И все мои коллеги, как по команде уставились на меня. Я же ничегошеньки в происходящем не понимал.

– Идите трупы осмотрите, ребят. Я со стажором поговорю.

Группа направилась в сторону стащенных в кучу тел прыгунов, а Ветер подошел ко мне, снимая шлем «Витязя». Жестом он обозначил, чтобы я снял гарнитуру и ПМЗ. Я выполнил его молчаливую просьбу, кажется, начиная понимать, что здесь происходит.

– Трофеи с тварей подлежат сдаче в участке. – Тяжело вздохнул Рудницкий. – Мы с этого нихрена не получаем. Окромя зарплаты и премий квартальных. При этом иногда попадаются дорогущие запчасти-на, которые на черном рынке можно сдать за большие деньги. Такие трофеи мы не сдаем. Продаем через нужных человечков. Так мы пополняем фонд отряда. Ну и на карман каждому остается-на. Вот такая у нас коммерция. Твоя доля в этом теперь тоже есть. Я сейчас заберу семя, ты запустишь сканирование в базовом режиме. Под запись. Так?

– Нет проблем. А что мы нашли, Ветер?

– Пустышки – основы для накопителей. Это наиболее частая штука. Семя – содержит гена… гина… короч на ем записано как такую тварь собрать. Кристаллизированный гармониум твари. Или у них дряньмониум-на? Говорят, можно способность какую получить, если поглотить. Ну или выжечь себе все к хренам-на. В башках у прыгунов найдутся кристаллы – те алхимикам надо. Во время патруля все фиксируется и, как я и сказал, хер нам чего от этого достанется.

Мы разжились двумя геносеменами. Одно с ожившего хентая, еще одно с прыгуна. Остальную добычу собрали под запись и уложили в специальные контейнеры для транспортировки.

– Ну чо? – Ветер был хмур и как будто даже не рад добыче. – Погнали домик фермера проверим-на.

– Может, подмоги дождемся? – Спросил Красавчик.

– Я не вызывал. Сами справимся-на. Енто на прорыв не похоже. Думается, всю монстрятину-то мы приколотили уже.

Сейчас и посмотрим!

Глава 9
Чего думать? Трясти надо!

Не всех мы «приколотили». На участке, где проживали местные работники, среди бытовок бродили прыгуны. Проблем они нам не доставили. Также мы уничтожили несколько странных монстров, похожих на гигантских лобстеров.

Но особенно меня поразила зубастая рыба, шустро перемещающаяся на плавниках, которая чуть не оттяпала ногу Занозе. Мы быстро провели зачистку, завалив еще примерно пятнадцать прыгунов и несколько странных монстров, которых я затруднился классифицировать.

Нашей добычей стало еще два семени с прыгунов, и, неожиданно, одно семя с сухопутной рыбы. Остальное сложили в трофеи для сдачи в участке.

Местечко выглядело жутковато. Между жилыми модулями валялись разорванные трупы, окровавленные куски одежды. Двери в часть жилых бытовок были взломаны. Показательно, что складские помещения остались нетронутыми. Тварей не интересовали мотомотыги, минитрактора и прочий сельхозинвентарь.

– Тел маловато. – Сказал я. – В этих бытовках жило человек пятьдесят.

– Растворило. – Коротко ответил Рудницкий. – Дрянь в активном состоянии использует тела как биомас… беом… короче как строительный материал – тварей новых делать. Лады. Осматриваем территорию. Нужно понять, где источник. Чет я вообще не пойму, чего тута случилось.

– Подозрительно, да. – Сказал Красавчик. – Такая быстрая спонтанная мутация невозможна в принципе. Трах бах, прыгуны всех сожрали. Здесь реально человек пятьдесят жило – прав наш малек.

– Пятьдесят шесть. – Заявила Заноза. – Плюс минус два.

– Ну мож прыгунцы эти пришли откуда. – Неуверенно прогудел сержант.

– Не. Местные. Одежда. Каски. – Разродился Кабан, после чего фонтан его красноречия вновь иссяк.

Мы довольно быстро нашли источник дрянских морепродуктов. Здесь были здоровенные аквариумы, в которых и выращивали морских гадов. Судя по клеймам на оборудовании, принадлежало это хозяйство известной в Воронеже продуктовой компании. Сейчас аквариумы стояли пустыми, вода вытекла. Обитатели исчезли. Тоже пошли на корм дряни, кроме тех, кто мутировал.

– Нашел. Фонит ска! Герметизируйте гандоны, ребят. – Раздался в наушниках сиплый голос Кабана.

Я запечатал свой ЗКЛ, надвинув на лицо респиратор и опустив ПМЗ на глаза. Сразу стало трудно дышать, и поле зрения заметно сузилось. Да, к этой экипировке нужна привычка.

Под одной из бытовок, вернее, под модульным домом, довольно солидным по площади, обнаружился подвал. Бетонные стены были покрыты темными потеками. На дне клубился и переливался всеми цветами антрацита темный эфир. Он же Дрянь. На стенах там, где бетон проступал сквозь потеки мерзотного вида слизи, виднелись магические символы и части сложных ритуальных кругов.

– Слышь, стажор. Что там за каракули, не знаешь? – Спросил Ветер.

– Нет, сержант. Не видно же рисунок полностью. Да и не разбираюсь я в ритуальной магии. Рано мне еще в такие дебри соваться.

– Клетка это. Я видел такое уже. – Вылез с ценным мнением Красавчик. – Здесь лаба была. Гнали какую-то запрещенку с использованием Дряни. Специально ее здесь прорастили. Долбо… (роскомнадзор).

– Эт понятно. Непонятно откуда прыгуны и прочее счастье привалило. Ладно. Пора следаков из Управления вызывать. Наша работа здеся выполнена.

Мы ждали вызванную кавалерию. Парни, отойдя от источника Дряни подальше, отдыхали, сняв маски. Заноза же устроилась рядом со мной, положив винтовку на колени.

– Слушай, правда, что вас бояр до восемнадцати лет до стихийной инициации не допускают? И долго на ранге физиков держат? – спросила она.

– Боярские рода могут себе позволить, не торопиться с обучением членов старших семей. – Ответил я.

– А ты из старшей?

– Я уже никто. – Спокойно сказал я. – Не боярин. – я прислушался к себе и вдруг понял, что спокойствие, с которым я это говорю не напускное. Ни злости, ни разочарования. Отпустило меня. – Что касается твоего вопроса, в деле обучения магов давно уже устоялась доктрина трех шагов. Сначала по максимуму развивается физический гармониум. Потом стихийный, чтобы улучшить проходимость и управляемость энергетики. А потом уже можно приступать к изучению полноценной магии.

– Без этого магом никак не стать? – В голосе Занозы звучала какая-то странная нотка. Что-то вроде тоски. – Есть же маги не бояре, и не дворяне.

ЗАНОЗА

– Теоретически-то можно. – Я вздохнул. – Но на практике такой маг получится ущербным. Ни тела, которое может выдержать серьезные нагрузки. Ни развитой энергетической части гармониума. Если есть хорошие природные задатки, он будет, конечно, прокачиваться, но высот в магическом искусстве не достигнет никогда.

– Что ты под высотами понимаешь «не боярин» Орлов? – Сарказм пополам с любопытством. Забавное сочетание.

– Башню Синицыных видела? – Ответил я, внезапно зевнув. Все же ночные упражнения сказывались. Даже я устал.

– Конечно. Жуть просто как ее разнесло!

– Не «разнесло». Разнесли! Это сделали всего лишь трое ритуалистов Воронцовых. В течении двадцати минут. Вот это я понимаю под «высотами магии».

– Офигеть! Гонишь! Про такое я не слышала. – Она выглядела реально потрясенной.

– Это не публичная информация. Но все эти разрушения, реально дело рук всего трех человек. – На самом деле не совсем. Но нюансы организации масштабных магических атак я выкладывать не готов. Ни к чему ей это.

– Ну. Бомбами или там из пушек было бы то же самое. Наверное. – Она быстро облизнула пересохшие губы.

– Смеешься? Все башни обнесены защитой в несколько слоев. Снаряды или бомбы не взорвутся. Пороховое оружие вблизи башен или внутри них не работает. Пушки, бомбы… Кто даст приблизится к башне с таким примитивным оружием? У каждого боярского рода, помимо магов – вроде тех, что разнесли Синицыных, есть гвардия, прокаченные физики и стихийники, обычные маги. Нет, если против рода выступит хорошо вооруженная и поддержанная магами бригада, башня падет. Но сильно сомневаюсь, что остальные рода или те же Воронцовы, если мы говорим о Воронеже, будут сидеть и смотреть на такое.

– Что же получается: большинство этих рекламируемых магических училищ для простолюдинов е… ный обман? – Заноза требовательно смотрела мне в глаза, как будто в данный момент решался крайне важный вопрос.

– Не обман. Но и не школа волшебников, как из сериала. Их и пооткрывали-то только потому, что вышедшие оттуда маги конкуренцию боярам и дворянам составить не смогут. А слабосильные заклинатели сейчас нужны во множестве. На производствах нужны, в энергетике, в армии… Да даже в сельском хозяйстве. Насколько я знаю, в училище минимально прокачивают гармониум по той же схеме трех шагов. Только каждый курс занимает всего год. Год на тело. Год на стихию. Год на специализацию. Сама понимаешь, какие там маги получаются. Гармониум надо десятилетиями культивировать, чтобы толк был. Впрочем, алхимикам, например, или ритуалистам большие объемы энергии через себя прогонять и не нужно. Техномаги тоже могут не иметь развитого физического гармониума. В конце концов, чтобы в мехе гонять, например, училища вполне достаточно.

– То есть, правда, что пилотом стать можно! – Глаза ее загорелись. Эээ, девочка. Вон ты куда нацелилась.

– Можно. – Ответил я. – А зачем? Нет, понятно, мехи – элита воинских частей. Хороший техномант на вес золота в мехподразделениях. Но пушечным мясом они от этого быть не перестают. Знаешь, какая выживаемость у пилотов, во время интенсивных боевых действий?

– Удиви меня, ска. – Она смотрела упрямо и как-то даже с отторжением.

– От десяти до двадцати процентов. – Я поморщился. – Каждый пятый выживает и сохраняет способность к пилотированию, и это в лучшем случае.

– Волков бояться в лесу не еб… ся. – Ответила она. Чуть подумав добавила. – Нам положены мехи по штату. Если ты думал, что я в императорскую армию иль гвардию боярскую хочу, то хер там плавал. Ликвидаторы – лучшие. Но мехи нам положены, а пилотов нет. Понял, че?

– Хочешь в училище? Тогда готовься заранее. Начинай физический гармониум прокачивать. Восприятие у тебя, судя по всему, и так высокое. А вот силы с ловкостью не хватает.

– Гармониум – хренониум. Я просто стреляю хорошо!

– Нет, Заноза. Не бывает: «просто хорошо что-то делаю». Практически любые таланты завязаны на развитом гармониуме.

– И у тех оглашенных, что на скрыпке пиликают? – она смотрела со сдержанным весельем.

– Конечно. А ты думала? Музыкальный слух – одно из направлений восприятия. То есть часть гармонимума. Ты, очевидно, без учителя интуитивно прокачала свой гармониум. Но криво. Надо выправлять. Восприятие для техноманта, конечно, главное. Но силу с ловкостью подтянуть необходимо. Хороший маг – живой маг. И, кстати, – я использовал понятный ей, по моему мнению, аргумент, – в училища для пилотов жесточайший отбор, в том числе по физухе. А главное – осознанное управление внутренней энергией.

– Да. Я в курсе. Просто думала… Что не всем дано магами стать. Во мне же нет ничего такого… ну особенного. Я только стреляю хорошо.

– Пффф. Заладила. Выучиться на пилота ты точно сможешь. Если поступишь. Я бы советовал, если по карману, алхимию кое-какую… Если ты всерьез решила пилотом стать. Да те же семена увеличивают потенциал гармониума. У вас, я так понимаю, доступ есть. А чего ты у Красавчика не спрашивала? Он вроде тоже разбирается.

– Он мне специально ничего не говорит, гавноед. Или врет. Я его трахнула, а потом кинула в игнор. А он к такому не привык. За ним вечно девки бегают, слезами умываясь. Короче, я ему хорошенько эрго евойное прищемила.

– Эго. – Не удержался я. И засмеялся. Заноза – девчонка с характером. Славная.

– Чего? – Она, сбитая с толку, глянула на меня.

– Ничего. – я не стал развивать тему. Ну говорят они, как говорят. – Я тебе помогу с подбором алхимии и упражнений, если ты серьезно настроена.

– Круто чо. А взамен? Надесь не какая-нибудь еба… ь

– Ну, будешь отвечать на мои вопросы по нашей работе. Не знаю. Обязательно взамен что-то надо?

– Бесплатно в нашем мире ничего не дается. Ты просто добренький такой, что помочь мне хочешь? С хера ли?

– А что в этом такого? – Я реально удивился. – Мне это ничего не стоит. Только немного личного времени. Мы коллеги. Одно дело делаем.

– Коллеги-хренеги, – она скривилась. – Ветер говорил, ты сюда просто пересидеть пришел. Какие-то у тебя планы там, громадные. Я понять не могу, с чего ты вдруг ко мне такой добрый «небоярин». Взять с меня нечего. На потрахаться развести можно было и попроще. Ты ничего такой, симпатичный. На пару раз хватит.

– Слушай, вот чего я точно делать не собираюсь, так это лечить твои детские психологические травмы. – Резче, чем собирался, ответил я. – Мне от тебя ничего не нужно. Захочешь помощи по развитию, обращайся. Просто так помогу. Безвозмездно. Не хочешь, дело твое. Я тебе в друзья не набиваюсь. По мне, так нормально помочь человеку, с которым вместе башкой рискуешь.

– Я подумаю. – Она вздернула нос и отвернулась. – Мы тобой всего день знакомы. Может, и впрямь ты долбанутый на голову «блахородный лыцарь». И нету у меня никаких детских травм нахер. Только, ска, взрослые!

– Чего здесь думать. Трясти надо. – Процитировал я известный анекдот.

Ответить она не успела. Послышалось завывание сирен и хрип плохо настроенных двигателей. На площадку перед бытовками приземлилось три милицейских аэровагона. Как эти развалюхи, окрашенные в желто-синие цвета, до сих пор держались в воздухе – загадка природы. По-моему эту модель уже давно сняли с производства. Впрочем, чего я хотел от милиции уровня. У Соколовых найдется, куда деньги потратить помимо обеспечения ментов новой техникой.

Из машин высыпали милицейские с автоматами коротышами на плечах. Рудницкий переговорил с начальником прибывших, аж целым лейтенантом. Рядовые начали споро устанавливать ограждения, а сержант передал указание по рации.

– Все. Сматываем удочки. Пока не прилетели хмыри из управы. Возвращаемся на маршрут.

– Что такие страшные «хмыри из управы»? – спросил я подскочившую Занозу.

– Душу вынут и мОзги трахнут. – Ответила она. – Они это в любом случае сделают, но с маршрута снять они нас не смогут. А значит, все эти объяснительные-хренительные и прочее хреноплетство будет завтра. А не вот прям щас, если останемся. А мож поленятся к нам ехать, тогда и вовсе Ветру с лейтенантом просто бумажки накалякать останется.

Мы успели сбежать на маршрут. Уже издали мы наблюдали, как к месту трагедии мчит серый зализанный аэровагон Управления. Но, к моменту прибытия «шишек из управы» мы уже снова «копытили землю», по меткому замечанию Кабана.

Оставшиеся часы патруля прошли в штатном режиме. Мы добрались до складов готовой продукции и тщательно их осмотрели. Никаких признаков Дряни. Фон слегка повышенный, но он, я так понял, на втором уровне везде такой. Все же близко земля, а там концентрация Дряни местами зашкаливает. Место, где держали тайную лабу, тоже было частью нашего маршрута. Но туда мы должны были попасть на обратном пути. Здраво рассудив, что теперь в этом нет надобности, сержант вызвал броневик, и мы сразу со складов поехали в участок.

Атмосфера в коллективе явственно потеплела после совместного боя. Даже Красавчик не отпускал саркастических замечаний в мою сторону, только слегка косился и лоб морщил.

В участок мы приехали, вымотавшись до предела. Скинув ликвидаторскую сбрую, я почувствовал невероятное облегчение. Без привычки таскать на себе всю эту амуницию было тяжело.

– Ну што. – Рудницкий выглядел благодушно. – Новичок себя неплохо показал. До конца смены всем написать рапорты. А я пойду трофеи Семенычу сдам, под опись. Чего еще? А стажор. Со мной к Семенычу пойдешь. Зелья получать. Тебе стартовый набор полагается. Всем «трубочиста» принять, кстати. Не морщись Кабан! Тебе особенно. Заноза, погляди его царапины, на всякий залей. А то знаю я его. Сам забьет на это дело, потом вырастет у него хер на лбу. К концу недели, как обычно, премии за ликвидацию гнезда получим. Пошли, стажор.

Вопрос с трофеями решился просто. Тот самый Лев Семенович, который жрец и жнец оказался еще и приемщиком. Посетовав на скудность добычи, он все занес в свой древний компьютер, после чего с намеком уставился на сержанта.

– Ничего сверху вам в руки не упало? Смотри Ветер, ты же знаешь, я могу по выгодной цене пристроить.

– Не. Ничо не было. Та там мелочевка же была какой с нее прибыток. – Не моргнув глазом соврал сержант. – Ты лучше Семеныч зелья стажору моему выдай.