Текст книги ""Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Данил Коган

– Как хочешь. Дурная затея, как по мне. Дурная. Есть данные – эти твои жидкости опаснее табака. Ну ладно. Все вздор. Что там у нас с мелочевкой? Орловы эти воронежские?

– С Орловыми все прошло по плану, Ваше Высочество. В ближайшие годы этот род носу из своего Воронежа не покажет. Единственное упущение «Веном» провалил дело с младшим Орловым, да еще и попался. Кузнецов не смог закрыть вопрос.

– Так. Это плохо. Плохо. Нам не нужно, чтобы дело Прикаспийского губернатора вновь всплыло. Государь только упокоился! И сколь много знает этот ваш «Веном»?

– Про нас ничего. Приказать Кузнецову завершить ликвидацию?

– Да. И подкрепление ему пришлите. Из профессионалов. А то кузнецов этот твой чистый авантюрист,

Чиновник мысленно поставил галочку: отодвинуть Кузнецова от оперативной работы. Слово «авантюрист» в устах Его Высочества означало «несерьезный человек». Почти «мужеложец» или еще хуже «либерал».

– Будет исполнено, Ваше Высочество. Отправлю Шакала.

Данил Коган
Изгой рода Орловых: Ликвидатор 2

Глава 26
Ведомственное взаимодействие и семейные ценности

Я засунул трубку в карман и сказал Истоминой:

– Вроде договорились. Он сейчас протоколы поднимет по взаимодействию с МВД. И вы все оформите на законных основаниях. Ждем скорую и забираем этого неудачника?

– Мне до сих пор эта затея кажется сомнительной. – Сказала рыжая бестия. – Я сейчас тогда тоже пакет с ведомственными инструкциями открою. Пока едем.

С неба хищным коршуном или, скорее, беременным бегемотиком, спикировала серая с зеленым кадуцеем на борту ведомственная скорая. На крыше можно было увидеть крепление под пулемет. Насколько я знал, оружие монтировалось на место за пятнадцать минут.

Тяжело раненого спецназовца загрузили в неотложку, и та немедленно взмыла к небесам, выбросив из движков пламя и постобразы магических печатей. В центральный район полетела. Там госпиталь для военнослужащих и «приравненных к ним лиц».

– Надеюсь, у парня все будет хорошо. – Сказал я, провожая глазами неотложку.

– Не знаю. – Истомина помрачнела. – Повреждения обширные. Прямо на броне гранаты рванули. Благо не осколочные. А скажут – сам виноват. Надо было в защищенном подсумке держать, как по инструкции положено. Окажут медпомощь по страховому минимуму и спишут по инвалидности, например. А все моя вина. Не проверила группу перед выездом.

М-да. Мы такое тоже проходили. У девочки гиперответственность проснулась. Впервые, наверняка, боец во время «ее» операции пострадал. Да еще и по-глупому так. Кажется, не мое это дело?

– Слушай, Мария свет Юрьевна. Ты что городишь-то? У ребят свой непосредственный командир есть, чтобы их перед выходом проверять. Ты им вообще не начальник ни в одном месте. Так что кончай брать на себя чужую ношу.

– Спасибо, конечно, за такую оригинальную поддержку. Но Лосев мне теперь весь мозг выест. И будет прав.

– Хм. А кто есть мсье Лосев? – Спросил я, сбивая ее серьезный тон.

– Руководитель межрайонного отдела специальных операций. Прямой командир моих ребят. Дрянь какая! Всего третий раз группу поддержи беру и сразу тяжелое ранение у бойца. Ну лечение я ему по-любому оплачу, конечно, если что. Но дальше-то?

– Тебе бы научиться решать проблемы по мере поступления, Мария. А не выдумывать их. Вот ты сейчас нагромоздишь планов, а парень нормально реабилитацию пройдет и снова в строй встанет. И на кой-ляд, получается, ты только что время и ресурсы мозга потратила?

– Вот здесь соглашусь. Хватит сопли распускать. Парни. Грузите арестованного. Вот сюда летим, я вам точку прибытия скинула.

* * *

Возле изолятора Управления ликвидаторов нас встречал коллежский секретарь Орин Волков собственной персоной.

– Алексей Григорьевич, добрый день. Как договаривались, я заберу вашего с Марией Юрьевной крестника на хранение. Основания у нас есть. Нападение на сотрудника ведомства.

– У вас точно надежная охрана? – С некоторым подозрением спросила Истомина.

– Обижаете, милочка. Наш изолятор даже понадежней вашего будет. Здесь же простые люди почти не сидят. Все сплошь маги, мутанты и колдуны. Ранг «Г» присвоен, по классификации мест содержания всякой опасной гнуси. Подпишем документы?

– Сейчас. Вы, Орин, не торопитесь. И я вам не милочка, сколько раз говорить? – Ого эти двое знакомы! Тесен мир императорских служащих в Воронеже. – Все допросы только с моим личным участием. Его отсюда никуда не переводят и не отдают без моей санкции. И я старший офицер в деле. Руководитель межведомственной группы. Так?

– С нашей стороны все так, Мария, будьте покойны. А вот что ваше начальство решит, я не знаю. Могут и прислать кого-то чинами поболее вас. – Орин улыбаясь, развел руки в стороны.

– Со своим начальством мне и разбираться. – Истомина достала планшет. – Да. Последнее. Опричников мурыжим сколько можем. Не пускаем ни к подозреваемому, ни материалы допросов сырые не отдаем, так?

– Максимум неделя. Все, что могу обещать. Потом опричники его заберут в любом случае. Но неделю в режиме карантина я вашего клиента продержу.

– Недели хватит. У вас же «Око истины» есть? В таком крутом центре для задержанных? (Око – ритуал, заставляющий говорить и говорить только правду).

– И «Око истины» есть. И много чего еще. Я документы отправил уже вам. Заверяйте, пока смежники из других ведомств не явились, как вороны на зерно.

– На падаль. – машинально ответил Истомина, заверяя документы в планшете.

– Что?

– Выражение такое. Налетело воронье на падаль. Голуби на зерно. Пчелы на мед. Мухи на го…

– А, да. Я еще не совсем освоил вашу идиоматику.

– Не скромничайте, Орин. Вы отлично по-русски шпрехаете. Все. Готово. Можете забирать задержанного. Долго учили?

– Полтора месяца. Потом ежедневная практика. Пусть ваши ребята передадут тело охране на проходной. У них уже все сопроводительные листы оформлены.

Полтора месяца для ментата, чтобы освоить незнакомый язык – срок плевый.

– Когда первый допрос? – Истомина проводила взглядом упакованного убийцу.

– Давайте дополнительно согласуем? Сейчас не могу сказать, милочка. Его еще лекарь должен осмотреть. Алексей Григорьевич – повернулся ко мне Орин. – Вы останьтесь пока, надо же заявление о нападении от вас оформить.

– Только если вы меня потом до дома довезете, Орин. А то тратить два-три часа, чтобы добраться до района Соколовых я не хочу.

– Вызову вам такси, за счет управления.

– Алексей, можно тебя на минуточку? – Истомина отошла в сторону, а Орин тут же деликатно скрылся в караулке. – Спасибо. За мной долг.

– Не понимаю, о чем ты, Мария. – Я сделал типичную «морду кирпичом».

– Все ты понимаешь! Ты меня и задержанного прикрыл от огня. Я бы не успела среагировать. Да я и не успела! Ты сильно рисковал.

– Мне надо было стоять и смотреть, как какой-то непонятный мужик сжигает нашу добычу? И такую красотку?

– Не беси. Ты мне гораздо больше нравился, когда не говорил комплиментов. И не надо меня считать дурой. Живым этот человек был нужен мне! Тебя бы вполне устроил вариант обгорелого трупа убийцы. Да и я бы, может, частично и прикрылась бы, но точно не полностью. Ходить недели с ожогами – такое себе удовольствие. Так что я тебе должна, даже не начинай!

– Ну и отлично! Во-первых, теперь называй меня Алекс. Во-вторых, с тебя совместный выход куда-нибудь по твоему выбору. Свидание. Где я буду говорить тебе комплименты, а ты будешь не на службе. Только день и час вместе выберем. И продолжим ведомственное взаимодействие в неформальной обстановке.

– Неожиданно…

– Не то чтобы у тебя был большой выбор. Сама долг признала. – Я широко и плотоядно улыбнулся.

– Хорошо. Подловил, интриган боярский. – Она вдруг тоже улыбнулась в ответ. Улыбка делала ее из красотки просто неотразимой. – Свидание так свидание. Мне пора. Спасибо, Алекс!

Мария, дождавшись своих спецов, загрузилась в броневик и отбыла. Я же остался, чтобы «заполнить заявление».

«Заполнение заявления» слегка затянулось. Орин поспрашивал меня о планах на завтрашний день, мол, может ли он расчитывать на мою помощь, если группу «Браво» не сдернут на выезд. И, похоже, собирался припахать меня прямо здесь и сейчас, но здесь уже я возмутился и напомнил этому венгерскому эмигранту, что у меня законный выходной. После чего господин коллежский секретарь изволил меня отпустить. Такси, как и обещал, он мне вызвал.

* * *

Я только открыл входную дверь ставшего уже почти родным дома, как смартфон выдал руладу входящего вызова. Сестра звонит. Так быстро достала ключ? Или случилось что? Ладно, зачем гадать.

– Вы попали в приемную Алексея Орлова, эсквайра. Запишитесь у секретаря на следующую неделю. – Пробубнил я в трубку по-английски.

– Так, братец. У тебя срочная встреча с божественной мной.

Я застонал.

– А отложить никак, ваша божественность?

– Я уже лечу. Нашла вроде приличную забегаловку в этом твоем соколовском клоповнике. «Устав соколиной…»

Я застонал еще громче.

– Я там уже был сегодня! Можно нет?

– Нельзя. Я заказала столик. И не люблю менять планы. И вообще. Как ты смеешь, холоп, боярышне указывать? Выпорю!

– Надо говорить «запорю». – Ответил я этой вредной козе. – Ладно, сейчас переоденусь и приеду.

– Это ты вечно все запарываешь. У меня как раз все в порядке. Целую. Жду. – И отключилась.

Пришлось идти в душ, а потом переодеваться. Из сколько-нибудь приличной одежды была серая кофта и почти однотонная футболка. Обгоревшие шмотки я выкинул в утилизатор. Чую, меня в «Уставе» теперь не любят. Ничего не буду там заказывать, а то еще в суп плюнут.

* * *

Сестру я увидел от входа в общий зал. Она стояла и терпеливо слушала администратора. Тот изогнувшись крючком, что-то докладывал Вике. Ну понятно. Она столик или скорее кабинет на свое имя сняла. Я почти добрался до моего белокурого сокровища, но кое-кто подоспел раньше. Какой-то молодой человек, кричаще одетый и явно нетрезвый, подошел к сестре.

– А что такая хорошенькая девочка делает одна? Может она желает развлечься? Могу…

Договорить Вика ему не дала. Во время подката она окатила его взглядом, полным презрения. Зацепила краем глаза меня и кивнула. А потом резко бросила нетрезвому ухажеру.

– Пшел вон. Быдло.

– Чего ты сказала? Ты знаешь, кто я такой? Ты чего себе возомнила, шлюшка! – Заорал типус, попутно отмахиваясь от вьющегося вокруг него администратора, который тщился донести до залитого алкоголем мозга «пикапера» какую-то мысль.

Как будто воплей было недостаточно, он схватил Вику за запястье.

Я встал на месте и скрестил руки на груди. Когда еще такое увидишь.

Сестра зло глянула на меня.

После чего…

Размытые движения, треск ломающейся кости, и я, аккуратно обнимая Вику, не дал ей добить придурка ударом шпильки в висок.

Пьяный молодчик валялся на полу. Предплечье согнуто под неестественным углом, из рукава торчит кость. Бедняга свернулся калачиком, придерживая другой рукой свое мужское достоинство, да так и вырубился от болевого шока.

Я взглянул на его одежду и руки. Знаков дворянского достоинства не было. Судя по количеству стразов на пиджаке, толщине браслета золотых часов и другим признакам, пострадавший из купцов.

– Ты только что лишила какое-то купеческое семейство надежды на скорое обретение внуков.

– А ты мог бы и помочь! Твою сестру лапает какой-то бомж. А ты стоишь, ручки скрестил.

– Считай это практикумом по рукопашному бою. Я был на подхвате.

– Чего за херня здесь происходит? – Влез в разговор новый персонаж. За ним от стола, за которым, видимо, сидел наш герой пикапа, вставало еще четверо не очень трезвых молодых людей.

– Ваше Сиятельство. – Очень громко произнес менеджер, преданно глядя на сестру. – Милицию уровня вызывать или сразу «тяжкие»? – А молодец. Заслужил чаевые.

– Чего? Сиятельст… – Подошедший к нам быдловатый молодой человек в кожаном пиджаке с модно подшитыми под локти рукавами мгновенно уменьшился в размерах и затих.

Вставшие было приятели пострадавшего немедленно упали обратно на стулья.

– Сам разбирайся со своими «посетителями». Вы их по лесам сибирским собирали? Или по соседним лепрозориям? Специально нашли тех, у которых мозги совсем сгнили? И проводи меня с братом в кабинет, наконец. – Вика даже не смотрела на беднягу администратора.

– Секунду. – Я шагнул к парню в кожаном пиджаке. Тот аж отшатнулся и прикрылся локтем, хотя я двигался медленно и спокойно. – Мы не будем беспокоить официальные органы, ведь так? – Спросил я, глядя ему в глаза. Парень обрадованно закивал. – Вы сейчас вызовете помощь своему поскользнувшемуся другу. Со всяким может случиться, если не смотришь, куда идешь. Потом оплачиваете заказ и любой ущерб, который вам выставит администрация заведения. Если у родителей этого эквилибриста или у него самого возникнут вопросы, пусть звонят на номер… И я на память назвал номер пресс-службы башни Орловых. Вопросы есть? Вопросов нет. Молодец.

В процессе я видел как минимум три смартфона, на которые добрые соотечественники фиксировали происходящее. Кто-то станет звездой «Эфира» на час. Вике-то по барабану, что там плебеи в своих бложиках обсуждают. А вот мне светиться не очень хотелось. Но поздно пить боржоми, когда почки отвалились. Вот она, слава.

* * *

– Говоришь, поклялся на алтаре? Именно с такой формулировкой? «Ни прямо, ни косвенно…», – и все такое? Не разглядела, он там фигу в кармане не сложил? Или, может, хоть пальцы крестиком? – спросил я, задумчиво крутя между пальцами отданный сестрой ключ от импланта.

Клятва на семейном алтаре – очень серьезное дело. Духи предков ложь видят и клятвопреступника наказывают. А иногда и его потомков, на сдачу, так сказать. Вплоть до искажения гармониума.

А я был так уверен, что нашел улики, указывающие на Викентия. Ничего удивительного, вообще-то, боярские многоходовки с выкидыванием ложных следов – дело вполне обыденное.

– Да. Чтобы получить ключ, пришлось принять извинения за покушения на тебя. Надеюсь, я правильно поступила.

– Даже не сомневайся. Ключ для меня очень важен. К тому же ты приняла извинения от лица семьи. А я больше не ее часть. Меня-то ничего не связывает.

– Я тоже не собираюсь ничего прощать этим ублюдкам – отпрыскам дяди Кеши. – От Вики полыхнуло гневом. Пора ей уже посвящение стихиям проходить. А то без практики из нее прана прямо хлещет.

– Вик. Детство кончилось. – Глядя ей прямо в глаза, как можно серьезнее ответил я. – Твой старший брат больше не может тебя прикрыть. Ты одна – сама теперь на переднем рубеже. Будешь тратить время и ресурсы на глупости вроде мести идиотам, проиграешь. Тебе пора пересмотреть приоритеты. Войти в дела. По заводам нашим покататься. С основными слугами и главами младших семей контакты завязать. Прости за занудство, но эти двое не стоят твоего внимания. Ты уже в другой лиге играешь. И с другими игроками.

– А я просила эту другую лигу? Гад, ты дрянский! Все из-за того, что ты не мог потерпеть несколько месяцев! – Сестра чувствительно ткнула меня кулаком в плечо. Точно синяк будет. – Я не готова! Понимаешь⁈ Легко тебе сидеть здесь советы раздавать с видом Сенеки доморощенного! Свалил в закат, оставил нас одних, и в ус не дуешь. Меня вон в качестве курьера используешь.

– А ты дралась по-настоящему, до сегодняшнего дня? – Сбил я ее зарождающуюся истерику сменой темы.

– Нет, конечно, что за дурацкий вопрос? Совсем ты тупой стал, будто в сибирских лесах родился!

– А ухажера своего сегодня на пол уложила за треть секунды. Это я к тому, что все нужные навыки для игры в другой лиге у тебя есть. Начнешь играть – проявятся.

– Да я не хочу! Алекс. Меня уже все бесит там. Я на этом сегодняшнем родовом собрании еле высидела. Даже тетушка Агнесса, которая мне про поручительство предков подсказала, на самом деле скользкая гадина!

– Ну, прости. Мы боярские отпрыски. Это наша социальная роль с рождения. И наша среда обитания. Меня могли убить. Я мог сжечь себе гармониум. В конце концов, мог сбежать с актриской в Американский доминион. И ты всегда знала: случись что со мной, семья упадет на твои хрупкие плечи. Плевать судьбе и миру на твои хочу или не хочу.

– Ну не так же рано! Ладно, ты прав. Нытьем делу не поможешь. Ничего уже не исправить. Как думаешь, будет дядя Кеша мстить мне за то, что я его на пост главы забаллотировала?

– Сто процентов нет. Главы семей… Они не мыслят категориями вчерашнего дня и проигранных битв. Для него это рабочий момент. Который вы «проехали». Это не значит, что он не пнет тебя, если ты подставишься. Или не подгадит в важном для тебя деле. Просто он не будет создавать такие ситуации специально. И еще он должен будет получить от такого поступка выгоду. Иначе он и пальцем не пошевелит. Девиз настоящего боярина – рациональность. И разумное распределение ресурсов. А главный ресурс – это твое время и твоя концентрация на чем-либо. – Я грустно усмехнулся. – Тех, кто не следует этим правилам, по оврагам волки доедают. Ну или они сидят веками в младших линиях и паразитируют на могуществе рода.

* * *

Возвращался домой я в странном настроении. С одной стороны, ключ у меня! Это прямо успешный успех. Надо радоваться и разливать шампанское по бокалам.

С другой, общение с Викой оставило очень тяжелое чувство. Собственная неспособность помочь с ее делами в башне раздражала. Сестра слишком живая для башни. Сожрут ее. Нет, она молодец, конечно. И боец. Но без поддержки ей будет очень тяжко.

Мать, похоже, совсем семью запустила. Вика ни разу за разговор маму не упомянула. Плохой знак. Я не стал спрашивать в чем дело. Еще до моего изгнания, после смерти отца мать впала в тяжелую депрессию. Тщательно усугубляемую бытовым алкоголизмом. В этом отношении я так понял, ничего не поменялось.

Я завел байк в арку ворот, отключил парение и прислонил машину к стене. И, тут же выхватив револьвер, направил его в ничем не примечательный угол воротного тупичка.

– А ну, выполз из сумрака. Ты кто такой?

В ответ на мои угрозы, сидящий в углу развеял печать незаметности. Долговязая фигура покинула складной стульчик, на котором восседала и вышла из угла на свет.

Я выругался.

– Игорь? Что тебе здесь понадобилось?

Бессменный помощник деда, небрежно шевельнув рукой, породил еще одну печать, которая всосала в себя стул. Пространственный карман, однако.

– Я пришел просить у тебя прибежища. – Ответил Игорь.

ИГОРЬ ПРИШЕЛ ПРОСИТЬ УБЕЖИЩА

Глава 27
Не было забот, купили порося

– Я пришел просить у тебя прибежища. – Ответил Игорь.

– Прибежища? – Я лихорадочно перебирал варианты, проясняющие появления Игоря у моей двери, и не находил ни одного приемлемого объяснения. – Ты переночевать или надолго?

– Если позволишь, надолго. Содержание свое службой отработаю. Да и деньги есть, скопил немного.

– Ладно. Давай в дом зайдем. Чего порог штанами подметать. – Я открыл дверь и снял сигнализацию.

Потом достал империал и подбросил. Анна Иоанновна одобрила.

– Смартфон свой дай. Гостевой доступ тебе настрою. – Произнес я, зевая.

Быстро скормил данные смарта и биометрию Игоря системе безопасности и повел его на второй этаж. Он с непроницаемым видом следовал за мной.

Остановившись посреди гостиной, ткнул рукой в сторону дивана.

– Сегодня переночуешь здесь. У меня нет другой мебели. И обжил я из дома максимум восьмую часть. Остальное в запустении. Завтра мне с утра на службу. Еду сам себе готовь, я с трудом научился яичницу делать. Завтра вечером поговорим, если все еще здесь будешь. А то у меня был тяжелый день. Я ловил убийцу и таскал его по всему полису. Сражался с огневиком. Потом сестра в ресторане подралась, пришлось ее от тела оттаскивать. Еще и ты здесь. Я, пожалуй, спать пойду.

– К какому времени тебе на службу? – Спокойно спросил он, якобы пропустив мой поток сознания мимо ушей.

– К девяти. Встаю я в полвосьмого.

– Могу я осмотреть дом, пока тебя не будет?

– А без моего разрешения ты не будешь смотреть? Пожалуйста, Игорь. Ходи везде, смотри что хочешь. Мне скрывать нечего. Так и передай совету рода.

– Буду благодарен тебе, если ты не упомянешь о моем присутствии никому из совета или рода. Даже сестре. Я ушел, скажем так, без благословения совета и нового главы.

– Это все звучит очень неправдоподобно, но я не хочу с этим разбираться сейчас. Я спать. В спальню не заходить, даже если тебе покажется, что меня там убивают.

– Как прикажешь, господин.

– И вот этого дерьма я чтобы больше не слышал! Твой господин ушел к предкам. Я, не он.

Игорь в ответ просто склонил голову, а я вышел из гостиной, волевым усилием заставив себя не хлопнуть дверью.

Это что такое, мать вашу, было? Дайте водички напиться, а то так кушать хочется, что аж переночевать негде? С другой стороны, отказать старику от дома с ходу я не смог. Я его с детства помню. Тень деда. Он вел для нас с Викой и двоюродными курсы по внутренней и внешней политике Империи. И занятия по рукопашному бою, между прочим. Всегда спокойный, сдержанный, холодно-вежливый. Мы, помнится, по-малолетству все пытались его из себя вывести довольно дикими выходками, надо сказать. Ни разу не вышло. Ну и что могло привести его ко мне? В голову приходит только посмертная воля деда. Ладно. Места полно, и пусть старик лучше будет под присмотром, чем строит козни издалека. Решено. Оставляем его. И Аня не против.

Печать в этот день поддавалась медленно. К тому же я потратил довольно много праны на короткую стычку с Кузнецовым. Однако уже был виден просвет в конце тоннеля. Еще три-четыре дня, и я зачищу свои центры зрения. А потом и самой печатью займусь. Зря я что ли к маэстро Геллеру в обучение прошел?

Поменяв промокшее от пота постельное белье, я, наконец, улегся спать.

Сны были странные цветные и яркие, похожие на наркотический трип. Но, проснувшись утром, я понял, что ничего не помню.

* * *

Утро встретило меня умопомрачительным запахом свежезаваренного кофе и чего-то вкусного, доносящимся из кухни.

Позевывая и почесывая голый живот, я прошлепал по холлу в ванну, по дороге заглянув на кухню.

Игорь что-то смешивал в небольшой кастрюле, вкусные запахи усилились. На плите торчала сковородка с песком, на котором стояла дымящаяся джезва. В ведре виднелись куски упаковки и картонных коробок.

– Я взял на себя смелость, заказать доставку, Алексей Григорьевич. Кое-какого оборудования и посуды не хватало. Также пришлось докупить продуктов. Надеюсь, ты не обижаешься, что я вот так хозяйничаю?

– Пахнет дивно. – Ответил я. – Но я прошу все же все дополнительные траты согласовывать со мной. У меня не так много денег, чтобы покупать лишние вещи.

– Я же сказал. У меня есть сбережения. Можешь считать новые покупки моей собственностью, я их приобрел, чтобы облегчить свою жизнь.

– Духи предков! Я еще даже в ванную не сходил, а ты меня уже грузишь. Делай что хочешь, Игорь. Просто держи себя в руках. Не хочу вечером приехать и обнаружить, что ты заменил душевую кабинку на джакузи с брулльянтовыми крутилками, для «своего удобства».

– Любые значительные преобразования будут согласованы с тобой, Алексей Григорьевич, безусловно.

Я на эту пассивную агрессию только беспомощно всплеснул руками и поплелся в ванную. Совершенно не предполагал делить с кем-то дом. Тем более с Игорем. Но человек предполагает, а духи и фатум располагают.

А пахнет обалденно. Хоть какой-то плюс, буду теперь нормально питаться дома. Как готовит Игорь, я не знал, но так вкусно пахнуть плохая еда не может.

Через десять минут умытый, посвежевший и чисто выбритый, в халате на голое тело я занял место за столом.

– Почему один прибор, Игорь?

– Слуга не должен есть за одним столом с господином. Кроме того, я уже позавтракал. – И, не давая мне вставить ни слова, он продолжил, – На завтрак яйца пашот. Гренки с паштетом и джемом на выбор из трех сортов. Мультизлаковая каша. Три соуса, на выбор. Прошу прощения за бедный выбор блюд. Не стал готовить мясо. Утром лучше не переутяжелять желудок. Рекомендую после еды выпить витамины и несколько биодобавок. Я приготовил примерный набор.

– Ым. – Ответил я. – Шикарный завтрак. Точно не составишь компанию? – Он отрицательно покачал головой. Ну, была бы честь предложена.

И я схватил гренок, намазав его паштетом.

Нет. Определенно жизнь налаживается. Игорь, конечно, заноза в заднице. Но подкуп в виде шикарного завтрака ему вполне удался.

Когда я, допив третью свежесваренную чашку кофе, отвалился от стола, Игорь как бы невзначай спросил:

– Могу я выбрать одну из пустующих комнат в этом крыле? Я бы заказал мебель и небольшой ремонт. За свой счет, естественно.

– Выбирай любую на первом этаже. Остальное по желанию. Все, я полетел. Спасибо за завтрак.

Я выскочил из дома и включил ховер. Надеюсь, вечером станет понятнее, зачем старый слуга, да что там слуга, по сути правая рука деда, приперся ко мне. Не затем же, чтобы завтраками меня кормить, в самом деле.

* * *

В участке пришлось сразу облачаться в походную амуницию и отправляться в патруль. На этот раз никаких битв, встреч со странными монстрами или же противостояния с таинственным колдуном. Мы проверяли склады в одном из секторов третьего уровня. Работа однообразная и выматывающая. Мы вскрывали складские помещения, быстро обследовали их на предмет превышения фона дряни. Большинство складов были не охраняемыми, а у нас были коды доступа к замкам. Там, где сидела живая охрана, нас пропускали без лишних пререканий.

Часть помещений пришлось вскрыть, оставив сообщение владельцам, с квитанцией штрафа за непредставление свободного доступа к объекту.

Иногда Красавчик, бывший, как оказалось, говорящей головой нашей группы, опрашивал местных на предмет: «Не видели ли чего странного, например, бегающих вокруг мутантов».

Я был поражен тем, какими обширными полномочиями обладала наша, на первый взгляд невзрачная контора. Вот так без ордера вломиться в здание, принадлежащее частному лицу – легко. Владельцам объектов на будущем маршруте патрулирования рассылали какие-то предупреждения. И этого было достаточно. Когда я задал вопрос Ветру, он ответил:

– А ты чего хотел-то, Боярин? Оборот всяких производных дряни, колдуны и прочая мутанатская шелупонь в нашем ведении-на. Если не делать вот такие вот рути… рутанн…

– Рутинные. – Подсказал я негромко, вновь пронаблюдав процесс «освоения слова».

– Рутинные-на проверки, спасибо, Боярин, дрянь может сама завестись. И тогда ужас, куча смертей и убытки немалые. Такшто полномочия нам и правда отвесили в две руки. Для нас только башни – запретная территория. И имущество родов, но там есть эти… тонкости-на. А может ведь и не случайно быть дрянь-то. Мы примерно треть всяких подпольных производств, где дрянь используют, во время патрулей накрываем.

– А еще две трети? – Спросил я, хотя примерно знал ответ.

– От стукачей-на. Сообщения подданных, эээ, сознательных ска. Или по «оперативной информации» с управления. Тоже стукачи, только ихние, и рангом повыше. У нас на участке стукачами Семеныч ведает. А в группе – Красавчик. Но, у его такие себе информаторы пока что. У нас сектора поменяли недавно-на, после того как группу «Чарли» расформировали. Вот и нету никого толкового с этого сектора покамест.

– Понятно. Но скучновато.

– Это ты еще на профилактику не ходил. У нас она раз в месяц по разнарядке. Вот где тоска-на!

– Ого. А это что за зверь?

– Это когда группа разбредается по сектору. Кажный берет с собой мента. И мы, значит, ходим, проверяем всяких уродов, которые на контактах с дрянью попадались. Или зарегистрированных мутантов-на. Тебя мы к кому-нибудь прикрепим на следующий обход-то. Поглядишь, как там дела делаются. Но, говорю тебе, мероприятие отстойное. Меня гораздо больше патруля бесит-на!

Собственно, за весь сегодняшний патруль мы только конфисковали несколько ящиков какой-то ерунды, сильно фонящие дрянью. По накладным – тушеное мясо с соей. Что там на самом деле, мы не проверяли, просто опломбировали ящики и выставили их на улицу, выписав для сторожа акт об изъятии. Еще и протокол составили на владельца склада. Забрать их должна была специальная «дряневозка», – машина, обслуживающая сразу несколько участков. Разбираться с содержимым будут уже спецы.

Даже если это просто изготовленная «внизу» тушенка, это уже зашквар. Во-первых, непонятно что за мясо там использовали. Во-вторых, и в-главных, жители уровней плохо адаптированы к дряни. Распродай владелец складов этот «тушняк», и уровень гарантированно накрыла бы волна тяжелых пищевых отравлений. И, скорее всего, с трупами.

Я о таком никогда не задумывался. Обитатели башен вообще рассматривали Дрянь как источник ресурсов, а изредка повод для сафари.

Для меня работа ликвидатора выглядела раньше как череда лихих стычек с порождениями Дряни. Эдакие защитники человечества. А здесь всякие патрули, «профилактики» и прочая рутина. Я не тупой. Понимал, что все не такое, каким кажется. Тем более я целился в создание своей группы, у которой основным занятием будет именно зачистка гнезд. И находил свое нынешнее бытие полезным и познавательным. Но количество нудной работы, повешенной на оперативные группы, казалось мне избыточным. Впрочем, я не государь император и даже пока что не генерал Громов – командир нашего управления. Им, наверное, виднее, как должна наша работа выглядеть.

* * *

Патруль заканчивается не по времени, а, по меткому выражению сержанта Рудницкого: «Когда заканчивается».

Поэтому я покинул участок в половине девятого вечера.

Третий уровень в это время суток выглядел мрачновато. Солнечный свет покинул многоквартирные ущелья. А электрическое освещение и неон все равно не придавали улицам «праздничный вид». Такой нуар на минималках.

Я глянул в смарт. В течение дня мне несколько раз написал Игорь с отчетами или запросами. Например, просил утвердить список продуктов для кухни, или выбранную комнату. Я на все ответил «Si». Второй клавиатурой у меня стоит испанский, и смарт иногда на него переключается. Написал, что буду примерно через час, и рванул к выезду с третьего уровня.

На самом деле ехать до дома минут двадцать, но на сегодня у меня было запланировано еще одно дело. Нужно было заехать в «Золотую пулю», место, где я купил свое первое оружие и получил неожиданное наследство.

Дело в том, что я усиленно серфил воронежский «Эфир». И имперский тоже, но уже с меньшим энтузиазмом.

Сословное деление общества ощущалось даже в виртуальном пространстве. Сайты, социальные сети и новостные ресурсы для безродных и для бояр с дворянами, существовали параллельно и независимо друг от друга. Это разделение закреплялось технически. Чтобы попасть в некоторые сетевые сообщества элиты нужны были всякие рейтинги аккаунтов, верификация, рекомендации и прочая и прочая.

Информационные ресурсы для нижних слоев общества были гораздо более открытыми и меньше обложены различными правилами. С другой стороны меня раздражала их низкая экспертность. Для того чтобы найти достоверную информацию, приходилось прикладывать множество дополнительных усилий.