Текст книги ""Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Данил Коган

Соавторы: Теона Рэй,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 287 (всего у книги 351 страниц)

– Папа спрашивал, почему ты пришла без Сони. Я ответила, что ты оставила ее со знакомой старушкой. Соврала, но ты предупреждала, что нельзя говорить правду.

– Спасибо тебе за это, – я искренне улыбнулась подруге. – Я пойду, еще увидимся.

Я выпорхнула на улицу и с наслаждением вдохнула чистый свежий воздух. От духоты, которая стояла на кухне ночлежки, я вся взмокла и даже начала кружиться голова. Домой шла неспешно, любовалась гирляндами на домах, слушала песни, которые доносились откуда-то со стороны площади. Дом Советов тоже весь искрился, а на пике башни трепыхался от ветра флаг с надписью “Счастливой зимы!”

Домой заходить совсем не хотелось, на улице был чудесный зимний вечер. Я все же отворила дверь и прошла на кухню. Раздеваться не стала, решила дождаться Соню и убедить ее в необходимости прогулки по городу.

Кажется, я задремала в ожидании дочки, потому что момент, когда открылся портал, укрылся от моего внимания.

– Мамочка! – Соня бежала ко мне от выхода из спальни. Портала и Эйдена уже не было. – Я принесла тебе подарок, смотри!

Мне на колени бухнулся сверток. Я с улыбкой потянула за тесемки и фольга с шелестом упала на пол.

– Это светильник, – объяснила Соня, хотя то, что светящийся олень был именно источником света, я и так поняла.

Изделие было по-настоящему прекрасным. Небольшая стеклянная фигурка оленя была выполнена настолько искусно, что невозможно было представить, что сделали ее обычные человеческие руки. Кружевом вились рога, а копытца были украшены мелкими прозрачными камешками. Олень светился изнутри, но источника света я не видела. Наверное, снова обычная магия…

– Он очень красивый, – я прижала дочку к груди и она счастливо выдохнула в мои волосы, а потом вскинула голову, посмотрела мне в глаза и меня затопило волной нежности. – Но где ты его взяла? Дядя Эйден дал?

– Нет, дядя Ритон. Он сделал его сам, а потом дал мне и сказал, что я могу оставить себе… Но я не хочу себе, сегодня ведь праздник!

– Прогуляемся по городу? – я отставила оленя, еще раз погладив ветвистые рога.

– А тут есть горки? Я хочу на горки!

– Попробуем найти.

Горку мы нашли прямо на площади. И не только горку! У Дома Советов бурлило веселье. Здесь стояли круглые столики с закусками, и никому не было дела до того, что тарелки засыпает снегом. На небольшом помосте музыканты играли такую задорную музыку, что каждый присутствующий танцевал, даже если был занят разговором с приятелем.

Соня хлопала пушистыми ресницами, с восторгом разглядывая девочек в пышных чудесных платьицах. Дочка и сама была одета празднично, в теплое платье из красного бархата и белоснежную шубку. Мальчики были одеты как юные аристократы, и с такими же слегка надменными выражениями лиц. Они держали одну руку за спиной, а второй тащили в рот закуски.

– Какой противный, – сморщилась Соня, ткнув пальчиком в сторону одного из мальчишек, лет десяти на вид. Ребенок истерил, мама пыталась его успокоить, но тот и слушать не желал.

– Пойдем на горку, ты хотела.

– Идем, – дочка первая потопала к искусственно созданной горке. Она была невысокой, достаточной для деток возраста Сони.

– Санки? – к нам подскочил бородатый мужичок в зеленой мантии. В руках он держал кусок металла с деревянной ручкой. – Всего три серебряных!

Дочка, услышав, что санки достанутся не бесплатно, расстроено взглянула на меня. Она ведь не знала о том, что нам больше не нужно экономить…

– Мы возьмем, спасибо, – я сунула монеты в руку мужчине и, забрав санки, отдала их дочке.

Соня каталась долго. С радостными воплями скатывалась вниз, потом быстро, едва не бегом, взбиралась по лесенке и снова скатывалась. Других детей на горке почти не было – лишь одна девочка, которая попросила у Сони санки, а потом и двое мальчишек, которые катались на своих шубках.

Я бродила между столиками, выискивала на тарелках закуски, которые не так сильно пострадали от снегопада, и пила горячий сок с пряностями. Все же сегодня поесть не успела, только во время готовки удавалось ухватить кусочек мяса или сыра.

В какой-то момент меня увлекли в круг танцующих и мы водили хоровод под ритмичную музыку.

– Алена, – меня подхватили чьи-то руки и вытянули из толпы.

Я едва дышала от усталости, но улыбалась. Пока не увидела перед собой Хенста.

– Чего вам? – нахмурившись, взяла первую попавшуюся кружку со столика, просто чтобы прикрыть лицо. Машинально глотнула. Сок был уже холодным.

– Просто хотел поздравить с праздником. Ты с дочкой?

– Она там, – я кивнула на горку, возле которой сидела Соня. Дочь уже не каталась, лепила из снега крошечного снеговика.

– Красавицей вырастет, – цокнул языком Хенст. – Извини, что не навещал…

– Я вас и не приглашала. Если забыли, то вы очень настойчиво требовали продать вам мою лавку.

– И за это извините.

– Что же, вы нашли у кого купить дом?

– Нет, но у меня есть другая идея, – глаза Хенста сверкнули каким-то восторгом. Мужчина словно восхищался своей находчивостью, а мне это показалось странным. Очень странным, таким, что по спине пробежал морозец.

– Что за… идея?

– Ничего особенного, – уклончиво ответил он. – Вы планируете возвращаться домой или отправитесь вместе со всеми на озеро?

– Домой. А что на озере?

– Маги будут пускать в воздух ледяные огни. Это красиво, но скучно… Лучше провести вечер дома в кругу семьи. Что ж, Алена, был рад вас увидеть. Счастливой зимы!

Мужчина схватил мою руку, быстро оставил поцелуй на тыльной стороне ладони и скрылся в толпе. Я поежилась от охватившего меня волнения.

– Соня! Пойдем домой?

– Иду, – дочка пыхтела, таща за собой санки.

Малышка устала и ей действительно пора было спать, а на озеро сходим в следующий раз. Не нравилось мне то, что я видела во взгляде Хенста… Будто он чего-то ждал, и подошел не просто так… Ай, пора бы уже наконец понять, что не все мне желают зла! Дурацкая подозрительность!

Мы добрались до дома и я заперла дверь изнутри на две щеколды. Подумав, для надежности зачем-то приставила к ней сундук. Глупости, конечно, но мне почему-то было не по себе. Напряжение все росло, и даже заснуть я бы не смогла, поэтому уложила дочь спать и заварила себе чай.

В местной книжной лавке на днях приобрела несколько томов сказок и теперь с упоением читала одну из них, грела руки о горячую чашку и не думала ни о каких Хенстах!

Когда вдруг из, внезапно появившегося портала, выглянул Эйден, от неожиданности вздрогнула.

– Спит? – одними губами спросил мужчина, и я кивнула. – Пойдем со мной.

– Не могу.

– Почему?

– Не хочу оставлять Соню одну. Сегодня праздник, мало ли что может случиться… – я покосилась в сторону прихожей, где дверь была заперта так, будто я ждала грабителей.

– Я оставлю с ней Ритона, – Эйден потерялся из виду, а через минуту на кухню шагнул его помощник. – Теперь идем.

Любопытство было сильнее меня. Я поздоровалась с помощником Эйдена, отложила книгу и юркнула в портал.

Он вынес нас на заснеженную крышу замка, но здесь не было холодно. От увиденного я раскрыла рот в восхищении и словно в тумане двинулась к самом краю, где были перила и стоял стол, сервированный на двоих. Не ужин меня удивил, а то, что было на горизонте – сверкающие молнии, которые резали облака и вспыхивали миллиардами звезд.

– Нравится? Это иллюзия, не бойся, – Эйден отодвинул стул, помог мне сесть.

– Ты… пригласил меня на… – я запнулась, но поморщившись, все же спросила: – Свидание?

– Нет, – улыбнулся мужчина, и у меня отлегло от сердца. – Просто ужин в честь праздника. Мне всегда нравилась Середина зимы. Пожалуй, это единственное, что привлекает меня в Молоте.

– Я слышала, что этот мир огромен. Разве в нем не нашлось того, что понравилось бы тебе?

Звякнула бутылка, в бокал с шипением полилась янтарная жидкость. Эйден заглянул мне в глаза.

– Нет.

– Океаны? Горы?.. Пустыни?

– Ты знаешь хоть что-то о Расстуине? – маг отставил бутылку, жестом предложил мне попробовать горячий исходящий паром стейк.

– Ничего.

– Тогда тебе не понять, что чувствует расст, когда его отрывают от родного мира.

– Расст?

– Так называется моя раса. Я не человек, не маг, я – расст. Моя сила – сила моего мира, и я мог бы быть гораздо сильнее, находясь в нем. Но я в Молоте, а часть меня, моей души, осталась в Расстуине.

Я подавилась кусочком мяса, поспешно запила игристым напитком и с ужасом уставилась на мужчину.

– Не знала, что все… так.

– За долгие годы, проведенные в Молоте, любой бы привык к новому миру и смирился. Я же не могу, и вовсе не потому что скучаю по дому, а потому что дом меня зовет. Это страшная мука, это боль, что таится в сердце с самого детства… Я не могу даже отомстить, тот старик давно оставил эту жизнь.

Эйден замолчал, но вдруг на его губах появилась улыбка. Мужчина смотрел на вспыхивающие молнии в небе и пил вино маленькими глотками.

– К чему ты все это рассказал?

– Соня вырастет и сможет открывать порталы. Я хочу, чтобы она никогда не открывала проход в Расстуин. Для этого я рассказываю тебе о себе, и… я не знаю когда я уйду, но когда уйду, Соня должна запомнить – никогда ни один Путешественник не должен переступать границу моего мира. Любой, кто сунется, должен знать, что обратно он не вернется. Я не позволю.

– Я не могу обещать, но попрошу… – я снова припала к бокалу.

Молнии не прекращались, а когда ужин был закончен, вдруг зазвучала музыка, которая лилась словно с неба. Я вскинула голову в надежде увидеть музыкантов в окнах башен, но никого не заметила.

– Магические струны, они невидимы, – Эйден привлек меня к себе. – Потанцуем, и я тебя отпущу.

– Это все-таки очень похоже на свидание, – усмехнулась я, но к магу прижалась. Он больше не вызывал во мне раздражения.

– Ничуть не похоже. Я лишь хотел ощутить внимание женщины, давно ни с кем не проводил время вот так.

Горячие губы коснулись моего виска, совсем неощутимо, почти невесомо. Я вытянулась струной, и руки, что обвивали мою талию, вдруг стиснули ее еще сильнее.

– Эйден, если ты думаешь, что у нас что-то будет…

– Не думаю, не надеюсь, не рассчитываю. Один танец и ты уйдешь.

Мы танцевали в свете всполохов молний. В воздухе кружились искры будто снежинки, они падали на волосы мужчины, на мои, и даже вся моя одежда теперь сверкала. Эйден вел меня плавно, музыка становилась все медленнее и тише, пока совсем не заглохла.

Когда мужчина остановился и отпрянул от меня, меня вдруг обуяла тоска. Горечь прокралась в сердце и стиснула его железной хваткой, а потом заныла тихо, подобно музыке, что минуту назад лилась с неба.

Но я скучала вовсе не по прикосновениям Эйдена. Мне вдруг вспомнились глаза Рагнорда.

– Проводи меня домой, – я обхватила себя руками, и через мгновение шагнула в портал.

Эйден не пошел за мной, Ритон тенью скользнул мимо меня и проход закрылся. Я двинулась в спальню с желанием скорее заснуть, усталость давала о себе знать, и еще эта тоска… С чего вдруг столько времени спустя я вспомнила дракона? Не думала о нем ведь ни разу за все эти недели…

Я заснула сразу, стоило голове коснуться подушки. Провалилась в сон будто в зыбкую черную грязь.

Глава 20

А проснулась от запаха едкого дыма, открыла глаза и они тут же заслезились. Спальня утопала в густом сером дыме, а совсем рядом, словно над ухом, слышался треск и завывание ветра, от которого за окном плясало пламя огня.

Паники, как ни странно, не было. Будто я знала, что произойдет что-то плохое, и была к этому готова.

– Соня! Сонь, просыпайся, – я судорожно выхватила дочку из-под одеяла. Сонная малышка смотрела на меня совенком, а потом в ее глазах мелькнул ужас.

– Мам? Что это, мама?

– Скорее, – я уже надевала на Соню пальто, а ее валеночки просто схватила в руки.

Свое пальто и обувь тоже успела вытащить из сундука, а вместе с ними и мешочек золота, а потом бросилась на кухню. Мне не показалось – лавка полыхала в огне.

На глазах проступили слезы, когда я увидела закопченное оконное стекло, услышала как оно трещит и лопается, а огонь перебрасывается на новенькие шторы.

– Мамочка!

Я прижала дочку к себе еще крепче и кинулась в прихожую, не разбирая дороги из-за густого дыма. Но не успела сделать и пары шагов, как потолок затрещал прямо над нами. Я отскочила к столу. Думай, Алена, думай! Выбить стекло и вылезти в окно не представлялось возможным, шторы шипели и плавились, что на долю секунды заставило меня задуматься о составе ткани, а потом я сдернула горящее полотенце с формы-портала.

– Алена!

В миг, когда мои пальцы коснулись формы, посреди кухни открылся портал. Но было уже поздно.

Меня и Соню вышвырнуло на берегу озера. Дочка плакала и терла глаза, я подползла к ней и обняла изо всех сил. Осмотрелась. Куда бы не вынес нас портал, это было очень далеко от Вивлонда.

На синем ясном небе не было ни облачка, крупные птицы лениво парили в вышине, а легкий ветерок приносил с собой запах тины.

– Мам, – Соня уткнулась в мое плечо, содрогаясь от рыданий.

– Все хорошо, милая, все хорошо, – я подтянула к себе мешочек с монетами, который выпал из руки во время перемещения, и поднялась на ноги, увлекая за собой дочь.

– Там пожар, мама!

В каждом ее “мама” звучала такая горечь, что у меня сжималось сердце. Моя маленькая, но взрослая дочка, сейчас была испуганным воробушком и жалась ко мне, ища утешения и защиты.

– Пожар, да.

– Печка, да?

– Нет, малышка, я не топила печь вчерашним вечером… – я сказала это и осеклась. Я ведь и правда не топила печь… Мне показалось, что в доме достаточно тепло, и не стала… Но как же тогда дом загорелся? Когда я проснулась от запаха дыма, лавка уже была вся в огне… со стороны улицы.

– Где мы? – Соня вытерла мокрые щеки и подняла на меня красные глаза.

– Не знаю, – я ответила честно, чтобы не обнадеживать ребенка, а сама тяжело вздохнула. – Где-то очень далеко, пожар нас не достанет.

– А дядя Эйден? Как же дядя Эйден?!

– Надеюсь, он нас найдет.

Вот на это я и правда надеялась, поэтому особенно не страшилась неизвестной местности, в которую нас занесло. Я точно была уверена, что Эйден сделает все возможное, чтобы найти ту, кто вернет его домой. Он нашел Соню через день после нашего появления в Молоте, что же, не сумеет отыскать в…

Я снова замерла. А что если портал вынес нас в другом мире?!

– Малышка, послушай меня, – я опустила дочку в густую зеленую траву. – Когда ты держала в ручках ту форму для свечи, о чем думала?

– О море, – всхлипнула Соня. – И о лете.

– Хорошо… замечательно… а о каком-то другом мире ты думала?

– Нет. Я думала, что было бы здорово уехать из зимы в лето куда-нибудь… эх… – дочка подняла мокрые глазки к небу, задумавшись. – Дядя Эйден говорил про юг, что там всегда лето.

Я цокнула языком, вздохнув. Подозреваю, что мы на юге, и было бы совсем здорово, если бы на юге Молота.

– Мы найдем чей-нибудь дом. Здесь же должны жить люди, да? Конечно, да. А дядя Эйден скоро поймет где мы, и придет за нами.

– Придет, – закивала Соня и первая потопала по узкой тропинке.

Раз есть тропинка, значит ее кто-то вытоптал, и надеюсь, это были люди, а не животные.

Но чем дальше мы уходили от озера, тем сильнее в мое сердце прокрадывалось нехорошее предчуствие. Вокруг были зеленые холмы, поросшие короткой травой, то тут, то там высились пышные деревья с белоснежными цветками, похожими на соцветия яблони. На одном из холмов журчал ручей такого размера, что вполне мог потягаться с водопадами. Он впадал в… море.

– Соня! Вон там море, – я повернула дочку лицом к бескрайнему водоему, и ее глазки стали круглыми от удивления.

– Ого!

– А там, где мы очутились, было озеро. Оно меньше размером и…

Дальше я объясняла дочери отличия озера от моря, а моря от океана. Она слушала внимательно, не перебивая, и о пожаре совсем забыла. В ее глазах больше не было страха, она не боялась, потому что я лучилась уверенностью. Соня верила, что я выведу нас и обязательно спасу.

Вот только во мне такой уверенности не было.

Когда впереди показались белые крыши белых домов, я облегченно выдохнула. Мы попали в поселение, а значит, сможем узнать где очутились! Дома были расположены в хаотичном порядке по всем холмам, между ними тянулись каменные дорожки, по которым прогуливались…

Я замерла в очередной раз, разглядев одного из мужчин. Он был высоким, с белоснежными длинными волосами, в коричнево-зеленом балахоне, а уши… из-под волос торчали треугольные уши!

– Мамочки, – выдохнула я едва слышно, но Соня услышала.

– Я… не мама…

– Милая, мы у эльфов. Помнишь, дома мы читали сказку про лесных существ?

– Про тех, кто носит с собой лук? А зачем они носят лук? Это как чеснок от вампиров?

– Лук – это такое оружие, к нему полагаются стрелы.

Я перехватила пальто и валенки в другую руку, прикрывая мешочек с монетами. Взяла бы дочку на руки, но это практически невозможно сделать, так что малышке пришлось шагать самостоятельно.

Вскоре мы оказались на оживленной улице. Каменные постройки были украшены цветущими вьюнами, откуда-то доносился аромат свежеиспеченного хлеба, булочек, пряностей и еще чего-то сладкого и терпкого. Горожане оборачивались на нас, с удивлением и по-доброму разглядывали Соню, а кто-то даже приветственно махнул рукой. Соня помахала женщине в ответ и пожилая эльфийка послала ей воздушный поцелуй.

– Это очень добрые эльфы, – заключила дочка, и я с ней согласилась. На нас и правда никто не смотрел косо, несмотря на то, что мы очень сильно отличались от местных.

Когда из-за угла высокого белого здания появились двое мужчин с оружием, я и не подумала испугаться. Эльфы мягкой походкой приблизились к нам и легонько поклонились.

– Кто вы, путники? – спросил один из них, внимательно глядя мне в лицо.

– Мы заблудились, – честно солгала я. – Скажите, где мы?

– Вы в Эйдарензии, леди.

– Хорошо, – кивнула я. – А Эйдарензия это где?

– На юге Молота, конечно.

Молот! Я выдохнула, улыбаясь, и сразу такое счастье разлилось в груди!

– За нами придет дядя Эйден, – дочка шагнула вперед и высоко задрала голову, чтобы видеть лицо эльфийского стража. – А вы с собой носите лук?

– Милая, – я потянула дочку к себе и виновато глянула на мужчин. В уголках губ эльфов скрывалась улыбка. – Простите нас, мы правда очень далеко от дома… А дядя Эйден, как сказала Соня, придет за нами, вот только мы не знаем когда.

– Гости Эйдарензии – наши гости, если вы пришли с миром, – приложил ладонь к груди один из эльфов и снова поклонился. – Если вас не ждут здесь, то я провожу в свой дом и моя супруга позаботится о вас.

– Не хотелось бы вас стеснять. У нас есть деньги, вы могли бы подсказать, где здесь гостиница или ночлег…

– В Эйдарензии нет гостиниц, леди.

– Что ж, тогда буду рада вашему гостеприимству, – я тоже поклонилась и поймала улыбающийся взгляд. Покраснев от смущения, выпрямилась.

Мужчина повел нас по дороге, уходящей далеко вверх по холму. Второй эльф отправился по своим делам.

– Как вас зовут? – спросила я, догнав стража.

– Уиллиот.

– Мое имя Алена, а это моя дочка Соня.

– Интересные имена. Откуда вы?

– Из Вивлонда.

Эльф на мгновение притормозил, потом задумчиво хмыкнул и свернул в проулок, который утопал в тени деревьев. Здесь было ощутимо прохладнее, чем под палящим солнцем, и я блаженно зажмурилась.

– С севера к нам еще никто не приходил. Вы путешествовали?

– Да, верно. Моя дочь желала увидеть море.

– Вы уже видели его?

– Одним глазком. Мы проходили мимо.

– Советую спуститься к нему вечером, когда ирлинды сверкают на дне. Мы пришли, – мужчина толкнул белую дверь большого белого дома и мы вошли в просторную прихожую.

– Уиллиот? – из арочного прохода вынырнула молодая девушка со светлыми волосами, заплетенными в причудливую косу. – О, у нас гости?

– Добрый день, – я снова поклонилась. Похоже, эльфы очень любят этот поклоны.

– Ламьен, это Алена и ее дочь Соня. Они с севера, в наших краях оказались во время путешествия и заблудились. Прошу, предоставь нашим дорогим гостям сытный обед и чистую постель.

– Непременно, – улыбнулась эльфийка.

Мужчина вышел на улицу, а Ламьен повела нас по широкой лестнице наверх, попутно болтая. Голос ее был таким тонким, будто хрустальным, и слушать его хотелось бесконечно, так что болтовня девушки меня ничуть не утомляла.

– Вы, наверное, не знаете обычаев эльфов? Каждый, кто попадает в Эйдарензию, обеспечивается комфортом. Нашим гостям должно здесь понравиться, чтобы по миру не ходили слухи будто светлые эльфы уподобились темным… Прошу вас, вот здесь купальня. Вы сможете смыть с себя пыль и… я чувствую запах дыма от ваших волос, вы жгли костер?

– Вроде того, – снова солгала я.

– Я буду внизу, – Ламьен махнула изящной ручкой в сторону лестницы. – Когда искупаетесь, можете взять одеяния из шкафа, что стоит в купальне, и спускайтесь вниз. Слева от лестницы увидите дверь, она ведет на кухню. Я приготовлю для вас обед.

Ламьен ушла, а мы с Соней шагнули в купальню. В просторном помещении было что-то вроде бассейна, похожего на тот, что был в замке Эйдена. Только у эльфов купальня была в светлых тонах, а стены стеклянными. За ними можно было видеть зеленые холмы и синее безоблачное небо.

– Такие добренькие, – снова сказала Соня, стягивая с себя чулки и платьице.

– Чтобы мы не думали, что они уподобились темным эльфам, – пробормотала я, чувствуя разгорающееся желание узнать побольше обо всех народах, населяющих Молот.

Я видела магов, гнома, дракона и эльфов. С ума сойти! И даже воспоминания о сгоревшей лавке не могли заглушить мой восторг от осознания того, что я и моя дочка прямо сейчас в гостях у настоящих эльфов!

Наплескавшись вдоволь, мы поспешили к тумбам, стоящим вдоль одной из стен. На них лежали пушистые полотенца и щетки для волос, а в отдельном широком шкафу обнаружились платья всех размеров, но они были однотипными из светлого шелка, так что скорее всего их здесь держали для внезапных гостей. Даже для Сони нашлось платье, правда, оно было ей чуть велико и рукава пришлось закатать. Обувь надевать не стали, взяли с собой и отправились искать кухню.

Искомое обнаружилось быстро, мы следовали указаниями Ламьен – спуститься по лестнице и свернуть налево.

– Как раз все готово! – оповестила нас девушка, выставляя на стол последнюю тарелку. Отодвинула стул себе и села, жестом пригласив нас присоединиться.

Кухня была очень симпатичной, такой, словно из сказки! Ажурные салфетки, деревянная светлая мебель, пучки зеленой травы под потолком, а в воздухе (прямо в воздухе!) плавали крошечные огоньки, несмотря на то, что в помещении и без них было светло. Стол же стоял прямо у широкого окна, за которым можно было видеть улицу эльфийского города.

Створки окна повиновались плавному жесту руки Ламьен и распахнулись, наполняя кухню шумом улицы. Вновь запахло выпечкой, пряностями, и послышался детский смех. Соня даже высунулась в окно, в нетерпении высматривая, когда же перед домом появятся малыши-эльфы.

– У вас так чудесно! – совершенно искренне воскликнула я, опускаясь на стул.

– Эйдарензия пропитана чистотой и светом, – Ламьен на миг прикрыла глаза, улыбаясь. – Откуда вы к нам прибыли?

– Из северного городка Вивлонд, что стоит у подножия скал.

– О, я бывала там однажды, – взгляд девушки затуманился, будто она ушла глубоко в себя в поисках воспоминаний, но спустя мгновение вновь заговорила. – На севере слишком холодно для светлых эльфов, привыкших к вечному лету. Я была там в гостях у одного моего друга по его приглашению.

– Вам совсем не нравится зима? – я стащила с тарелки кусочек фрукта, напоминающий манго, только этот был не оранжевым, а нежного молочного оттенка, и с наслаждением откусила от него. Сладкий сок растекся во рту, а мякоть растаяла. Как же я мечтала о фруктах!

– Я уважаю все сезоны года, но мне комфортнее жить среди холмов на родных землях. А как себя чувствуете вы?

– На севере? – я задумчиво мотнула головой. А как я себя чувствую? На этот вопрос у меня не было ответа. – Я люблю зиму… но не вечную. Хочется тепла и солнца, и… фруктов.

– Вина? – Ламьен двинулась к шкафчику и достала из него бутылку… знакомую бутылку. Из такой наливал вино Эйден на нашем “не свидании”.

Эльфийка поставила на стол два хрустальных бокала, выполненных в виде соцветия тюльпана, и налила в них пузырящийся янтарный напиток.

– Ваш друг все еще живет в Вивлонде? – вырвалось у меня, когда девушка вернула бутылку в шкафчик.

– Да, к сожалению. Там его дом будет еще многие годы.

– Не будет… – едва слышно пробормотала я, уже догадываясь, что мы говорим об одном и том же человеке. Точнее, рассте. – Как бы странно это ни звучало, но мы с дочерью ждем вашего друга.

– Дядю Эйдена? – вскинулась Соня, оторвавшись от созерцания играющих эльфийских детей.

– Эйдена? – Ламьен вздернула светлые брови. – Вы знакомы с Эйденом Рэнольдом?

– Он меня… – начала Соня, но я перебила.

– Знакомы, верно. Мы заблудились, но он об этом знает и скоро придет.

– Ах, я была бы счастлива вновь увидеть его! Мы не виделись много лет… уже очень много.

– Тогда будем ждать вместе, – хихикнула я.

Как же мне было хорошо в Эйдарензии! Словами не передать то чувство окрыленности и счастья, что появилось у меня внутри, как только я ступила на эльфийские земли. Что это – магия или же доброта, которая сочилась изо всех? И все здесь было такое светлое, чистое, и даже солнечные лучи ласкали кожу будто пушистые котята.

Кажется, Ламьен как-то почувствовала мое состояние, потому что с улыбкой сказала:

– Все изменится, когда вы покинете Эйдарензию. Ваша боль вернется, ваши мысли спутаются, – девушка отвернулась к окну. – Лишь здесь можно быть по-настоящему счастливым, вот почему я люблю родные земли.

Ее слова резанули мое сердце лезвием, но боли я не ощутила. Эйдарензия не давала мне чувствовать горе.

– Мамочка… Мам, можно мне поиграть? – Соня вновь вела себя как обычный ребенок. Ее глаза искрились радостью и неуемным желанием прыгать, скакать, делать то же что и другие дети! Она уже была не такой, как всего день назад в Вивлонде.

Я не могла ей запретить.

– Вам не о чем волноваться, Алена. Вашей дочери на наших улицах ничего не угрожает.

– Беги, – кивнула я дочке и та унеслась со скоростью ветра. Через секунду послышалось, как хлопнула дверь, а еще через мгновение Соня резвилась с маленькими эльфятами под окнами.

Я отпила всего глоток и отставила бокал. Алкоголь, пусть даже и такой, как эльфийское вино, мне совсем не нравился.

– Ламьен, а нет ли у вас возможности послать письмо или записку нашему с вами знакомому? Нам с дочерью нужно возвращаться домой, там произошло кое-что очень неприятное.

– Увы, такой возможности нет. Почтовые порталы все еще доступны лишь дроу. Темные эльфы не желают признаваться в секретах изготовления подобного артефакта. Могу я узнать, что у вас случилось?

– Наш дом сгорел, – я сказала это и вздрогнула, вдруг ясно осознав – нам некуда возвращаться. И пусть у меня с собой была целая куча золота, но лавку монетами уже не спасти. И все те вещи… новые ковры, шторы, конфетница… Я ведь даже не успела толком попользоваться всем этим!

– Как это ужасно… А как это произошло? И вы ведь в путешествии… Вы поэтому ушли из Вивлонда?

– Вроде того. Я не знаю, кто поджег дом, – я снова осеклась, задумавшись на миг, а потом солгала. – Из печки выпал уголек или искры попали на ковер и он загорелся.

– Кошмар!

В синих чистых глазах эльфийки проскользнуло и, тут же исчезло, сочувствие. Ведь Эйдарензия не дает чувствовать боль. Как и мне… Я боюсь представить, что будет со мной, когда покину эти земли.

За окном вдруг на мгновение пропало солнце, детский смех прекратился, а в следующую секунду по ту сторону окна стоял Эйден. Взбудораженный и взволнованный, а еще немного… удивленный.

– Ламьен? – выдохнул он, будто не веря своим глазам. – Как ты повзрослела!

– Да и ты больше не десятилетний мальчишка, – хохотнула эльфийка и, совершенно сумасбродно и по-детски, запрыгнула на подоконник и спустилась на землю. Прижалась к груди Эйдена. – Я так рада видеть тебя! Заходи скорее в дом, нам о стольком нужно поговорить!

– Прости, – мужчина вяло улыбнулся. – Я должен вернуть Алену и Соню домой, а вот завтра я смогу к тебе прийти. Твой муж дома? Передай ему от меня приветствие. А теперь прошу извинить, нам нужно торопиться.

Я подскочила с места, бегом достигла второго этажа, собрала все наши с Соней вещи и мешочек с монетами, и так же бегом спустилась вниз и вылетела на улицу.

– Я готова! Соня? – обернулась в поисках дочки, а она, уже увидев Эйдена, неслась в нашу сторону от булочной.

– Дядя Эйден пришел!

Я улыбнулась и поймала смеющийся взгляд мага. Мужчина так сильно выделялся на фоне белоснежных домов и ярких клумб, что на него все обращали внимание. Слишком темный по сравнению с эльфами, такой же высокий, как и они, вот только одет в черные одежды и его, подбитая мехом, накидка казалась неуместной на землях Эйдарензии, где царило вечное лето.

– Алена, – Ламьен обернулась ко мне. – Мы всегда будем рады видеть вас в гостях.

– Спасибо! – я порывисто обняла девушку, расчувствовавшись.

Эйден кивнул эльфийке на прощание и увлек меня и Соню в портал.

Мы оказались в библиотеке в замке мага и меня в ту же секунду затопило волной горечи. Эйден крепко обхватил меня за плечи.

– Тише, Алена. Не стоит рвать себе душу… Успокойся, Соня волнуется.

– Мою лавку… они сожгли мою лавку, Эйден! – я всхлипнула, собирая в кулаки края накидки мага. – Это принцесса и Хенст, это они!

– Я видел их неподалеку, когда отправился искать вас. Почему вас вынесло в Эйдарензии?

– Соня говорила, что мечтала о море и лете, когда создавала портал.

Маг хмыкнул и взглянул на Соню с уважением.

– Молодец.

– Молодец, да. Только зачем ты показал ей как делать подобное? Нас могло отправить черт знает куда!

– Но не отправило же.

Я, не удержавшись, стукнула мага кулачком в плечо. Он и бровью не повел.

– Соню заберет няня, а нам стоит поговорить.

Одна из стен растворилась и в открывшийся проем вошла уже знакомая мне седовласая женщина. Она приветственно улыбнулась мне, забрала Соню и вывела ее из библиотеки. Стена вновь стала цельной, и Эйден помог мне сесть в одно из кресел за столом.

– Если ты и сейчас не скажешь, что находится в моей лавке… – начала я, а маг прервал.

– То что? Ты ничего мне не сделаешь, перестань.

Едва я собиралась вспылить, высказать все, что думаю, как Эйден снова заговорил.

– Под твоим домом находится портал. Он открывается каждые двадцать лет на один день, вот только весь день проход мерцает и войти в него невозможно, потому что закрывается и открывается он каждые доли секунды и никогда дольше. Десятки мертвых в мире за тем порталом, неудачники, которым не посчастливилось иметь мозги, но которые знали, где расположен проход. Об этом портале знают многие, но мало кто знает, где он находится, а те кто нашел… только глупцы пытаются пройти через него.