Текст книги ""Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Данил Коган

Так вот. В сети мелькала информация о том, как маркируют себя скупщики трофеев дряни. Не все афишировали такую деятельность, даже если имели лицензию от государства. В «Золотой пуле» такой маркер был. Я, когда обещал Ветру поискать новые каналы сбыта для трофеев нашей группы, имел в виду именно «Пулю», хотя у меня уже были на примете парочка других мест на четвертом уровне.

Добрался быстро. Зашел в зал, заполненный различными образцами холодного оружия специально проверил, маркер на месте. На стенде, оформленном как доска объявлений из какой-нибудь хоррор игры, помимо «жалобной книги», информации о продавце и прочих обязательных штук виднелась яркая наклейка с гербом Империи и номером лицензии.

Возле прилавка стоял пожилой господин, выбиравший себе оружие самозащиты. Дождавшись, когда он покинет заведение, я подошел к Юргену и начал разговор:

– Приветствую, Юрий. Смотрю, не закрывались еще?

– До последнего клиента, наш девиз. Но, честно говоря, пора бы уже. Хотите что-нибудь докупить? Появились спецпатроны к вашему слонобою.

– Пока нет. Есть довольно деликатная тема для разговора. Ко мне изредка попадают трофеи из дряни, которые имеют… скажем так вольное происхождение. У вас вроде бы есть лицензия на покупку. Хотел узнать, насколько сложно реализовать мои излишки. Цены посмотреть.

– А! Нет проблем. Если вам не нужна известность, у меня есть несколько официальных охотников, которые всегда готовы записать на себя чужие трофеи. За процент, конечно. Но я принимаю только очищенный товар. Чисткой не занимаюсь. Могу взять как под прайс, – он протянул мне руку со смарт-браслетом. Я коснулся его телефоном и получил файл. – Так и на реализацию. Но это дольше, хотя и выгоднее.

– Чистка не проблема. – Ответил я. – Вот так, просто?

– Ну лучше предупредить о наличии товара. И об ассортименте. Особенно, если хотите сдать на реализацию, а не по прайсу. Если вы серьезно настроены, скину вам ссылку на диск, куда можно выложить список и фото образцов.

– Давайте. – Я выбрал на смартфоне цифровой код одной из почт и протянул ему для считывания.

После того как мы обменялись ссылками, я направился к двери, сопровождаемый Юргеном, который собирался закрыть магазинчик.

Возле двери стоял черный мужской зонт на длинной ручке. Я обратил на него внимание только потому, что он не «вписывался» в интерьер. Неновый, подержанный. Ручка «под бамбук», заканчивающаяся головой то ли птицы, то ли волка – с трещиной вдоль. Наконечник сбитый и обшарпанный.

ЗАБЫТЫЙ ЗОНТИК

Зачем-то я коснулся головы странного зверя ладонью.

И в тот же миг лавка пропала.

Я стоял на тротуаре и крутил головой. На мне была чужая одежда и обувь. И вообще, я был в этом теле только зрителем. Бесплотным визитером без прав управления.

Вот человеку пришла в голову какая-то мысль.

– Точно! Надо зайти. Наверное, там оставил… – Пробормотал он и решительно направился в сторону дороги. На противоположной стороне горела вывеска «Золотая пуля».

Человек подслеповато моргнул и вступил с тротуара на дорогу.

Скрип тормозов.

Удар! Хруст костей. Мелькнула надпись «Быстрая доставка».

Смерть.

Я стоял на пороге магазина оружия с чужим зонтиком в руках. И понимал, что сейчас мне придется что-то решать.

Оставить все как есть? Зачем мне чужие проблемы? Вмешаться в ход событий?

Глава 28
Чужие проблемы

Я шагнул на тротуар. Затем быстро перебежал улицу, получив в спину истеричный матерный сигнал от проезжающего мимо таксиста. И схватил за руку того самого пожилого мужчину, который стоял у прилавка передо мной. Он уже собирался делать шаг на проезжую часть.

– Вот ваш зонт. – Торопливо проговорил я. – Вы забыли его в «Золотой пуле».

Мимо нас, обдав грязью из уличной лужи, промчался синий фургон с надписью «Быстрая доставка».

– Вот дрянь! – Воскликнул мужчина. – Разве можно так носиться! Надо…

Его голос отдалился, заглушаемый шумом крови в ушах.

Меня накрывало совершенно чудовищным откатом. Какофония образов заполняла мое сознание и бытие.

Нити напряглись до предела. Часть из них лопалась и, казалось, что отскочившие концы бьют меня прямо в душу.

В мозгу воцарилась каша из фрагментов несбывшегося. По реальности прокатились волны перемен, и меня качало на каждой из них, выворачивая наизнанку.

Скорая, не вызванная сюда, тормозит напротив превращенной в решето представительской машины. Санитары вытаскивают лысого, залитого кровь мужика, подключая к приборам. Вокруг лежат трупы охраны…

Мужчина с зонтом в кабинете нотариуса:

– Вы уверены, что хотите подписать новое завещание?

– Уверен ли я? Эта женщина не получит ничего, пусть умрет на улице, порченая кровь!..

Картинка водитель грузовичка, одетого в арестантскую робу, выцветает. Он входит в бедно обставленную квартиру, где его ждет супруга с грудным ребенком, шестилетний сын и помойного вида кот. «Представляешь милая, сегодня у меня был сбой в системе навигации»…

И еще сотни фрагментов измененной реальности промелькнули мимо, оставив в сознании нечеткие образы и кисловатый привкус во рту. Наконец, вселенная сжалилась надо мной, и я отключился.

Я пришел в себя под шипение инъектора.

Открыв глаза, я обнаружил медтехника, меняющего ампулу в пневмопистолете. На заднем плане, приткнувшийся к тротуару аэровагон «Боткинских лечебниц». Охранник в экзоскелете со штурмовой винтовкой скучающе озирал окрестности.

Чуть в стороне стоял нервничающий мужчина с зонтиком.

– О. Очнулся. – Заявил медтех. – Только вызов оплачиваем или в больничку едем? – Обратился он ко мне тоном «как вы мне все дороги».

– Вызов. – Мой голос хрипел, как порванный динамик. – Сейчас… – Я нашел в смарте банковское приложение и ткнул телефоном в терминал «неотложки».

– Мой вам совет, молодой человек. Поменьше вы этой дряни принимайте. – Авторитетно заявил медтех, упаковывая свой чемоданчик. – В следующий раз может так не повезти. Не дождетесь реанимации.

– Реанимации? – Я осторожно потрогал лицо. Пальцы окрасились красным. – У меня что, остановка сердца была?

– Сильная аритмия. После введения «ритмилена» встало почти на тридцать секунд. Так что поменьше на наркоту налегайте. Это все сказки, мол, легкая не опасна…

– Деньги пришли? – Неприветливо спросил я. – Отчет мне медицинский скинь. И рот болтливый прикрой. Я твоего «компетентного» мнения не спрашивал.

Охранник чуть шевельнулся, меняя позу, но и только. Медтехник фыркнул. Скинул отчет, после чего запрыгнул в аэровагон, сопровождаемый охранником, и захлопнул дверь. «Боткинка» взмыла в воздух.

Опираясь на стену, я встал. Меня все еще штормило, но я быстро приходил в норму. Вонь-то какая. Меня изрядно прополоскало, пока я был без сознания. Вся одежда в этой пакости и в крови. Вот уж не думал, что у меня вообще может быть спонтанное носовое кровотечение. Нынешние шмотки только на выброс. Расходую я, конечно, одежку с какой-то невероятной скоростью последнее время.

– Молодой человек, – осторожно приблизился ко мне с подветренной стороны «мужик с зонтиком». – Вам как, получше? Не в претензии, что я «боткинцев» вызвал, а не районку? У меня они на быстром наборе.

Если у человека «боткинцы» на быстром наборе, значит, деньги есть. Чего он тогда такой зонт таскает? Да еще и вернулся за ним.

– Я в принципе благодарен, что вы вызвали помощь, а не ушли по своим делам. Позвольте представиться. Алексей Орлов. Дворянин. Руки не подаю, сами видите. – Я обвел рукой то безобразие, в которое превратился мой внешний вид.

– Барон Пустовалов Дмитрий Валерьевич. – Он слегка склонил голову. После чего протянул мне визитную карточку, которую я взял за уголок двумя пальцами и положил в чехол от смартфона. – Я вас помню, Алексей. Как-то два года назад видел вас с отцом на промышленной выставке в «Воронежской экспозиции». Как поживает ваш почтенный батюшка?

БАРОН ПУСТОВАЛОВ

Ничего себе. Целый барон. Самый нижний дворянский титул, но это титул. Всего на сегодняшний день в Русской Империи чуть более двух тысяч семей, главы которых его удостоены.

– Убит. Простите, ваша милость, мне нужно добраться домой, чтобы привести себя в порядок. – Постарался я завершить неприятный разговор.

– Да, да, конечно. Не смею задерживать. Хочу предложить вам отобедать вместе. Я приглашаю. Этот зонт, в некотором роде, мой талисман. То, что вы вернули мне его, я воспринимаю, как перст судьбы. Отказ не принимается, молодой человек.

Он добродушно улыбнулся. Но когда слова «отказ не принимается» слышит обычный дворянин от титулованной особы, это фактически требование. Сюда бы Занозу с ее ехидными и матерными комментариями. Что-то вроде: «отказ-хреназ». Я же лишь отвесил равновесный поклон и заверил:

– Обязательно свяжусь с вами сегодня или завтра.

Перст судьбы. Не иначе. Все еще ловя отдаленные последствия отката, я сел на ховер и полетел в сторону дома.

Игорь встретил меня невозмутимой миной и словами:

– Вижу, у тебя был нелегкий день. После ванны прошу на кухню, ужин готов.

Я поплелся в ванную, где сбросил испоганенную одежду и залез в душ. Накатил озноб. Потом все тело бросило в жар. Включил ледяную воду и закрыл глаза.

Не сомневаюсь, что очнулся бы самостоятельно. Все же укрепление тела у меня находится на весьма высоком уровне. Но тем не менее, первый опыт изменения виде́ния о другом человеке в «правильную» сторону меня изрядно подкосил.

В этом деле я иду на ощупь, пытаясь понять правила использования моего дара. Хотя… кто сказал, что я такой один-единственный? Надо поискать материалы о пророках, пророчествах и прочем ясновидении, которые описывают реальные случаи, а не проделки мошенников. Возможно, мой дар не уникален.

А еще меня очень беспокоило то, о чем я сразу не подумал. Я ведь… меняю реальность. Немного и не очень сильно. Да я просто отнес человеку зонтик! И получил сотни нитей-будущих связанных с неслучившимся событием. Это поражало воображение. И немного пугало. Эта способность не человеческая какая-то. Перспективы завораживали. Плохо, что я совершенно не управляю произошедшим.

Я не просил дорогое мироздание показывать мне картинку смерти барона.

Решение о предотвращении происшествия я принял сам. Но я совершенно не представлял последствий этого решения. Вернее, подумал, ну пусть дед поживет еще.

А получилось вон что. Да я даже точно не знаю, что именно получилось-то! По сути я вмешался в естественный ход вещей. Интересно, есть ли какое-нибудь божество, которое присматривает за нитями судьбы и карает таких, как я отщепенцев, сующих шаловливые ручки в налаженный механизм кармы?

Короче говоря, пока все выглядит так, будто мне открылся новый уровень моей способности, когда я еще предыдущий толком не освоил. Буду надеяться, что научусь управлять своим ви́дением. И рассчитывать последствия. Не знаю, возможно ли это. Но это то, к чему необходимо стремиться.

Выключив воду, я вытерся и надел свежий халат. Выкинул изгвазданные в крови и блевотине шмотки. И прошел на кухню.

Огромный телевизор, которого здесь раньше не было, транслировал картинку с места происшествия.

Я узнал расстрелянный автомобиль. Тела вокруг него частью закрыли в мешки, частью уже убрали. Хорошенькая ведущая, стоя так, чтобы на заднем плане были видны последствия бойни, тараторила, будто боялась не успеть договорить. Сбоку от нее по экрану ползли строки чата эфира. Зрители делились своим очень важным мнением о происшествии, пострадавшем и ситуации в целом.

«Сегодня было совершено покушение на Гарри Сафронова. Он единственный выжил после нападения неизвестных, благодаря своевременной реакции районного отделения милиции и отделения неотложной помощи. Если мы прошерстим воронежский „эфир“, то узнаем, что господин Сафронов – купец второй гильдии. Добропорядочный торговец свининой. Однако некоторые источники в сети могут рассказать нам и о втором имени почтенного торговца. „Гарри-Топор“. Возможно, это прозвище связано с его основной деятельностью. Но злые языки, наверняка завистники и конкуренты, рассказывают о несчастных должниках, порубленных на части и скормленных свиньям. Якобы под личиной законопослушного фермера и торговца прячется один из князей преступного мира нашего района. Сегодняшнее происшествие некоторые сетевые источники уже окрестили началом большой криминальной войны. В ближайшее время мы с вами узнаем, правда ли это. Мы попытаемся выяснить, зачем кому-то убивать купца второй гильдии, используя тяжелое вооружение. Возможно, это просто недовольные покупатели, которым недовесили вырезку? Смущает, что нападение произошло на четвертом уровне, можно сказать прямо под носом у башни! Полага…»

– Выключить телевизор. – Приказал я вслух. Экран потух. – Игорь. Ты купил плазму?

– Да, Алексей Григорьевич. Я привык смотреть новости, когда занимаюсь кухней. А здесь, внизу, совсем другой мир. Хотелось бы узнать его получше. Прикажешь подавать еду?

– Да. – Не имело никакого смысла срываться на старика.

Хочет плазму, пусть будет плазма. Я не покупал ее не потому, что не люблю большие экраны, а из соображений экономии. Да и, честно говоря, как-то не очень хотелось начинать обживать этот дом. Это означало бы, что я как бы становлюсь частью этого места. Я имею в виду район Соколовых в целом. С другой стороны, я сюда в любом случае не на недельку заскочил.

Настроение у меня, особенно после просмотренных новостей, было не самое радужное. Поэтому ужин прошел в молчании. Закончив жевать, я обратился к Игорю:

– Спасибо. Невероятно вкусно. Не знал, что ты еще и знатный кулинар.

– Я начинал с должности денщика Алексея Георгиевича. Еще с тех времен, когда он отдавал долг Императору и стране, служа офицером в Семеновском гвардейском полку. – Про этот период жизни деда я знал позорно мало. Хотя о самом факте службы был осведомлен. – Приходилось готовить, ухаживать за формой. Решать многочисленные хозяйственные вопросы. Навыки, как видишь, остались. Кофе, Алексей Григорьевич?

– Да. Себе тоже налей. Тебе придется ответить мне на несколько вопросов. Я не против твоего проживания в моем доме. Даже не против твоего самоуправства с обстановкой, в конце концов, сам я этим не занимался. Но кое-что нам необходимо будет прояснить.

– Тогда минуту, Алексей Григорьевич. – Он занялся приготовлением новой порции кофе.

Наконец, Игорь устроился за столом напротив меня.

– Готов ответить на вопросы. – Проговорил он, осторожно отпивая из исходящей паром чашки.

– Первый и главный вопрос. Как сказал бы один из моих нынешних сослуживцев: «Чего надо»? Или, говоря благовоспитанно, зачем ты приперся? Зачем ты вообще из башни ушел? Я понимаю, что это два вопроса. И я бы хотел услышать ответы на оба.

– Против рода начата игра. Убийство твоего отца. Твое изгнание. Смерть главы. Это звенья одной цепочки, которая куется где-то в Муроме, я полагаю. В любом случае не в Воронеже. И у авторов этого скрытого нападения есть союзник в башне Орловых. Причем на верхних этажах. А я знаю слишком много о делах рода. А еще я точно не собираюсь служить Георгию Алексеевичу. В такой ситуации моя ликвидация – вопрос времени. Спасибо, я еще пожить хочу, как ни странно. Так что я предпочитаю наблюдать за происходящим снаружи. Но при этом быть возле одного из родовичей. Все же Орловы, это вся моя жизнь.

– Меня вышвырнули. Как будто я и не родович уже. – Я усмехнулся и отхлебнул из чашки. А хорошо!

Все сказанное Игорем было… нет, не ложью. Но одной большой недомолвкой. Но я не собирался пытаться выяснить его истинные мотивы. Это бесполезно. Мне была интересна как раз первая легенда прикрытия. Почему первая? Потому что непременно есть и вторая. А может, и третья.

– Алексей Григорьевич Орлов еще вернется в башню. – Убежденно сказал он. – Возглавит семью. И весь род, в конце концов.

Странно. Вот это его «предсказание» звучало очень искренне.

– Моя задача – помочь. Служить главе. Пусть и будущему. Вот и ответ на оба твоих вопроса, Алексей Григорьевич.

– Слушай, Игорь. Ты намного старше меня. Да еще наверняка и мой кровный родственник. – Он еле заметно кивнул. – Давай ты уже будешь обращаться ко мне Алексей. Мне так будет более комфортно.

– Как прикажешь, Алексей.

– Я не буду тебе задавать дурацких вопросов, с чего ты взял, и почему извне. Сам пришел к таким же выводам. Правда мне все равно, что происходит с родом. Я вернусь в башню только в том маловероятном случае, если весь совет рода с низким поклоном позовет меня обратно. И подарит, в качестве жеста доброй воли, голову братца Виссариона. И то… я точно не возьму на себя обязанностей даже главы семьи. Вика прекрасно справится. У меня, кажется, появились собственные интересы.

– Будущее покажет, Алексей. – Он поставил чашку на блюдечко и отодвинул от себя. – Если «собственные интересы» – это служба ликвидатором, – он позволил появиться на лице легкой брезгливой гримасе, впрочем, тут же исчезнувшей, – то это выглядит как некоторое легкомыслие, которое лечится только с возрастом. Впрочем, – торопливо добавил он, – не мое дело обсуждать твои пристрастия или забавы.

– Хорошо, Игорь, что ты различаешь где твое дело, а где не твоё. А то с возрастом, да еще и с таким прошлым, как у тебя, иногда взгляд замыливается. – Вернул я ему укол. – Третий вопрос, как ты обеспечишь свою безопасность здесь? Ты же понимаешь, что тебя здесь будут искать в первую очередь?

Он в ответ сложил из пальцев сложную фигуру и его лицо и все тело охватило марево. Через пару секунд на меня взирал совершенно другой человек. Примерно такого же возраста, как Игорь. Но совершенно непохожий на него. И не имеющий ни одной фамильной черты Орловых.

– Если позволите, в дальнейшем я буду пользоваться этим обликом. – Сказал он. – У этого тела довольно обширное досье. И, главное, оно принадлежало человеку, который служил вашему двоюродному брату – Михаилу. Так что это не самое плохое объяснение того, как этот человек появился у тебя на службе. И зовут его Игорь. Игорь Владимирович Иващенков. Из семьи титулованных дворян, однако титул ему не светил. Михаил погиб. Игорь… Скажем так он точно не объявится, чтобы предъявить права на облик. Свой имплант я полностью перенастроил. Его характеристики в сети соотнести с прошлыми невозможно. Позиции рода в этом районе не позволят им вести полноценное расследование. Так что с вероятностью восемьдесят девять процентов башня меня не вычислит.

Вероятность ему нейропомощник, конечно, посчитал.

– Это же не личина? – Спросил я, слегка обалдев от тщательности подготовки Игоря. Такое прикрытие впопыхах и за день-два не слепишь. – Полноценная трансформация?

– Все так, Алексей. Полная идентичность. Отпечатки пальцев, сетчатка. Даже простые анализы крови не выявят расхождения.

– Не знал, что ты так силен в алхимии! – Мое удивление было неподдельным. Он сейчас продемонстрировал высший пилотаж. Трансформация, да еще и с такими параметрами соответствия это очень высокий уровень алхимика.

– Да ты вообще почти ничего обо мне не знаешь. – Спокойно ответил он. – Я всегда был тенью главы. И эта роль меня полностью устраивает. Но, да. Я алхимик высокого ранга. Не парагон, конечно. – Он слегка улыбнулся. – Но в Воронеже равных мне найдется один, много два человека. А в Империи не больше сотни.

И он не похвалялся, а просто констатировал факт. Да. Алхимик такого класса в союзниках, пусть и временных, это очень здорово.

– Последний вопрос. Сколько ты за мной наблюдал, до того как подойти?

– Трое суток. С интересом следил за твоими танцами с убийцей.

– А если бы я не справился? – Спросил я, прекрасно зная ответ.

– Значит, ты был бы недостоин моей службы.

* * *

Уважаемые читатели. Если вы открыли эту книгу на любом сайте, кроме /work/451232 значит она ворованная.

Автор уведомляет вас, что вы, скорее всего, читаете сырой неотредактированный и не вычитанный текст. Единственный законный экземпляр этой книги находится здесь /u/dankogan

Глава 29
Гранит науки

Первым делом, перед тем как заняться имплантом, отослал Пустовалову электронное письмо, следующего содержания:

'Ваша милость, Дмитрий Валерьевич. Желаю здравия и передаю свои контактные данные, как и обещал. Я помню о Вашем приглашении, но в ближайшие дни буду занят по службе. Освобожусь я не ранее, чем на пятый день от сегодняшнего.

С уважением. Алексей Орлов. Дворянин'.

Несмотря на некоторую старомодность облика барона адрес электронной почты на визитке был. В отличие от телефонного номера. Личный номер телефона считался у знати более приватной информацией, и кому попало не раздавался.

Отправив письмо, я отключил камеры в спальне и дополнительно заклеил их кусочком пластыря. Открыл свой ноутбук. Отключил его от сети, вырубил беспроводной доступ.

Достал ключ и, осторожно размотав тонкий проводок, отделил тонкий диск коннектора от основного устройства. Подключил ключ к ноутбуку, а коннектор приладил к виску.

И только после этого запустил программу настройки, через ключ. На экране выскочила табличка с надписью: «Устройство деактивировано. Активировать устройство?».

Естественно, я нажал: «Да».

Кожу на виске слегка закололо. На экране побежали логи загрузки.

Следующая надпись: «Настройка интерфейса» выскочила уже прямо в воздухе передо мной. Здравствуй дополненная реальность. Мне тебя не хватало.

Я выбрал в настройках опцию «Восстановить профиль» и ввел пароль.

Когда мне предложили выбрать помощника, я пробежался по своим сохраненным нейро. У меня их было три. Первая – фривольно одетая девица, по имени Алиса. Ее я создал в четырнадцать и распустил чрезвычайно. Но она была самая опытная. Второй был чопорный и похожий на старомодного дворецкого Евпатий Арсеньевич. Зануда. Но продвинутый. И третий имел шкурку и характер моего сверстника, которого звали Кай. Этот нейро был самый неразвитый, я только начал его обучение. Скользнув взглядом по списку, я разблокировал помощника, но пока что поставил его в режим «наблюдение». Пусть немного информации впитает.

Следующим стала подделка, а вернее, перенастройка данных импланта. Большинство вариантов были довольно ненадежными, но я, еще будучи членом рода, купил себе легальный пакет «новых настроек» от производителя. Суть в том, чтобы поменять все данные, вплоть до серийного номера, если у хозяина импланта возникнет в этом необходимость. При непосредственном сканировании самого импланта эта замена все равно не работала, данные высвечивались реальные. Подменялись только те данные, которые собирались сетью об устройстве пользователя.

Последний этап, – познакомить нейро с моим смартфоном и ноутом и «умным домом». Готово. Полный доступ.

Я немного поразвлекался, настраивая окошки сообщений, прозрачность картинок, расположение маркеров и прочее. Вернее, проверяя и немного регулируя старые настройки. Затем поручил нейро сделать мне подборку материалов по барону Пустовалову и его окружению и перешел к перестройке печати.

Сегодня я совершил настоящий прорыв! Мне удалось полностью убрать управляющие нити из зрительного центра. Дальше – дело техники. Ослабить связь и перегрузить общий управляющий контур еще больше.

Даже удивительно. На первую связь мне понадобился месяц. Вторую я убрал за три дня. Прогресс.

Вымотанный и терзаемый ужасной головной болью, я тем не менее вырубился вполне довольным жизнью.

На завтрак были блинчики, фруктовый салат и снова каша. Игорь опять отговорился своим «ужепоелом», но кофе выпить со мной согласился.

За завтраком я пролистал досье на барона, которое собрал мой нейро.

Негусто. Собственно, про самого барона были только официальные сведения из «энциклопедии рунета». Не был, не замечен, не состоял. Даже удивительно. Сам барон имеет ранг «повелитель стихии», но какой именно не указано.

Титульные земли находятся в Прикаспийской губернии, недалеко от Воронежа. Два села, шахта, пруды с рыбой, сто гектар загаженного дрянью леса. Супруга почила в бозе. Так и написано в некрологе.

С детьми барону вообще не повезло. Младший, будучи вольноопределяющимся, сгинул во время очередной пограничной стычки с турками в Бессарабии. Дочь подалась в Евангельскую церковь, ушла в монастырь, и он от нее публично отрекся. Ну да, все эти церкви – стойла для безродных. Благородному сословию в подобном пачкаться позорно, это общепринятая среди аристократов точка зрения.

Оставшийся сын – Николай Пустовалов офицер. Служил в Тургайской области. Женат на простолюдинке. Оба погибли в прошлом году – набег ордынцев. Какой-то фатум невезения над этой семьей навис.

У Николая была дочь. Внучка барона. Но что с ней и где она, непонятно. Ее профили в социальных сетях неактивны с момента смерти родителей. Миленькая девчонка, судя по фото двухлетней давности. Такой белокурый ангелочек, лет пятнадцати.

В общем, не самый благополучный и богатый род. Я бы даже сказал, на грани исчезновения. А если вспомнить мое виде́ние про нотариуса… Да дрянь его знает, кстати, о ком там шла речь. Создалось такое впечатление, что близкие барона разбежались по всей России, лишь бы не контактировать с Дмитрием Валерьевичем.

Следующая заметка заставила меня задумчиво хмыкнуть. Фото из частной сети, которое утекло в общий доступ, с подписью, «Проект ЧМ». На групповом фото находились девять человек, среди которых был моложавый еще барон и… мой отец! Отец был совсем молодой, но это, без сомнения, был он. Фото было удалено со всех ресурсов, кроме одного древнего файлообменника. Проследить происхождение фотографии не удалось. Остальных людей на фото я не узнавал.

Да уж. Вопросы множатся, а ответов не прибавляется.

Приказав нейро провести поиск по изображениям людей на фото, и составить небольшую биографическую справку на каждого из них, я полетел на службу.

* * *

Очередное дежурство снова грозило вылиться в групповое ковыряние в носу, но неожиданно в самом начале ко мне подошла Заноза.

– Ладно, Боярин. Раз уж ты такой добряк, я согласна учиться. Только руки не распускать, понял?

Напрашивающийся жест «рукалицо» я удержал. Очаровательно. Она мне одолжение делает. Но я сам предложил. Тем более, прозвище у девчонки явно не просто так появилось. Заноза и есть. И заняться все равно чем-то нужно. Так что я спокойно ответил:

– Руками мне тебя трогать и не понадобится. Я могу обучить тебя азам обращения с праной. Для этого тактильный контакт не нужен.

– Хренильный. Ты не своей Боярской Думе тут. Попроще будь, а то я половину слов не понимаю. Чему ты там меня учить собрался?

И снова я сдержался. Даже не вздохнул печально.

– Основам. Попробую научить тебя чувствовать внутреннюю энергию и управлять ей. Так понятней?

– Понятней. Не тупее бронетранспортера. А она у меня вообще есть, прана-то эта твоя?

– У всех есть. Просто в ком-то крохи. А в ком-то больше. Замерить твой объем я не могу, но подозреваю у тебя неплохой потенциал. Тем более у тебя явно инстинктивно развитое восприятие. С ним проще будет почувствовать прану.

Она замялась. Я смотрел на пытающуюся сформулировать мысль Занозу и терпеливо молчал. Наконец, не выдержал и спросил:

– Что ты мнешься, как девица перед ухажером. Прямо говори, что душеньку тревожит.

– Ну а если, это, ну ничего не выйдет. Значит, если крохи там. Значит, все? Не гожусь в маги-хренаги.

– Это будет значить, что-либо ты недостаточно стараешься, либо я плохой учитель. Второе, кстати, вероятнее всего. Я знаю основы, упражнения, теорию. Но сам никого никогда научить не пытался. Ты зелье развития пьешь, которое из набора досталось?

– Да ну… нет еще. Дорогущая же хренотень. Я все думала вдруг ты, ну назад потребуешь.

Это что у нее за жизнь интересно такая, от которой подобные мысли в голове бродят? Для нее нормальным считается подарок обратно потребовать? Ладно. Будем косплеить Игоря. Спокойствие, только спокойствие.

Помню, мы как-то стул его намазали клеем. Хорошим таким – намертво схватывающим. Так он нам ни слова не сказал. Просто печать какую-то применил и ушел после занятия. А вот от отца нам потом с Викой влетело знатно. Мы сами неделю сесть не могли. И ко всему клеились. Это папочка нас таким проклятьем наградил. Сразу после этого мы и прекратили Игоря доводить.

– Так. У меня есть условия! – Я прижал палец к губам, и Заноза неожиданно промолчала, хотя и порывалась что-то ляпнуть. – В том, что касается обучения, ты меня слушаешься беспрекословно. Если я говорю что-то сделать, ты делаешь. Не споришь. Не возражаешь. Не выпендриваешься. Просто делаешь, как сказали. Если мы на это не договорились, то никакой учебы не будет. У меня нет желания с тобой препираться. А то мы рискуем, при твоем ершистом характере, вместо обучения постоянно ругаться. Такое условие. Готова исполнить?

– Резонно, так-то. Готова. И ничего у меня характер не говнистый. Просто не доверяю я тебе пока, понял? А так-то я лапочка.

Я на этот раз не выдержал и очень непедагогично рассмеялся. Впрочем Заноза тоже улыбнулась, поддерживая настрой. Даже она не считала себя лапочкой.

– Тогда распоряжение номер раз. С сегодняшнего вечера начинаешь пить развивашку! По схеме. Схема есть?

– Есть схема, ага. Я одну уже выпила в прошлом годе. Но… Поняла. Начну.

– Отлично. Второе. С сегодняшнего дня начнем работать с «внутренним зрением». Сразу у тебя точно ничего не получится. Ни у кого не получается. Главное – освоить техники дыхания и легкой медитации.

В разговор встрял Красавчик, все это время посматривавший на нас с непонятным выражением:

– Медитации? Ей бы научиться людей почем зря не хренососить. Для медитации внутреннее спокойствие нужно и…

– Красавчик! – Громко перебил его я, пока он еще чего-нибудь не наговорил. Заноза уже воздуха в грудь набрала, чтобы ответить ему матерной тирадой, но я и ей слова не дал вставить. – Если ты будешь встревать в процесс обучения со своими неуместными комментариями, мы поссоримся. То, что я у вас без году неделя не имеет значения. Просто игнорируй наши занятия.

– И то. – Вдруг прогудел вроде бы спавший до этого Кабан. – Боярин дело говорит. Не по-человечачьи так, Виталь.

Я уж думал, что сейчас начнется конфликт. Но Красавчик удивил. Посмотрев на меня, Занозу и Кабана, он вздохнул, поднял руки ладонями вперед и произнес:

– Согласен. Был не прав. Собачиться с Занозой в свободное от занятий время будем.

Так просто, конечно, ничего не закончилось, и Заноза разразилась меморандумом в адрес нашего «дон-жуана», в котором даже междометия несли оскорбительный и непристойный оттенок. Но Виталий не стал ей отвечать, и красная от злости ученица вернулась ко мне.

Сказать, что начало было нелегким, не сказать ничего. Заноза ерзала, отвлекалась, не могла сосредоточиться. Злилась на то, что у нее не получается. Понятно, что когда человек злится, ни о какой медитации не может идти и речи. У девчонки была большая проблема с контролем эмоций. Впрочем, базовые техники, например, технику дыхания она осваивала на удивление быстро. На все мои увещевания, что, мол, ни у кого не получается сразу, она возложила основательный такой болт с прибором.