Текст книги ""Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Данил Коган

Интерлюдия. Поселение «Первородных»

Хранитель храма ворвался в «покои» главы рода, держа в руках расколотый камень, покрытый потеками дряни.

– Воевода мертв! – без положенных церемониальных приветствий выпалил он. – Камень души раскололся!

– Серьезно? – Глава вскочил и подошел поближе. Недоверчиво оглядел камень, качая головой. Сомнений не было: судя по родовым знакам, это был камень воеводы. – Не верю, что эти жалкие опарыши, к которым мы послали воеводу, могли оказать хоть какое-то сопротивление! Не верю!

Хранитель молча бросил осколки родового камня на стол, осмысленных комментариев у него не было.

– Дальние посты слышали стрельбу со стороны тоннеля. По времени воевода должен был уже вернуться. Не знаю, что случилось, но я бы на твоем месте послал Лейтенанта с десятком его людей проверить, кто там стрелял. Заодно и бойцов воеводы встретить.

Глава замер, глядя на каменные осколки, истекающие слизью на столе. Затем мотнул головой:

– Нет. Люди воеводы – хорошие воины. У них есть ноги и голова. Они сами вернутся в поселение. Пусть прикажут оттянуть дальние посты в Священный город. И пусть готовятся к обороне. Ты иди в храм. Пришла пора воззвать к силе алтаря. Мы пошлем разбираться с теми, кто убил нашего родича Тарраска! Кто бы это ни был, он будет уничтожен!

Глава 14
В глубину 3

Сказано – сделано. Быстро подхватившись, мы прошли по одному из центральных коридоров, как по проспекту, и свернули к спуску на первый уровень. Если кто-то смотрел в камеры, они должны были нас после этого потерять. Впрочем, догадаться, куда мы направились, было совсем несложно. Когда до цели оставался примерно километр коридоров, о чём нам сообщил Санек, Заноза послала вперёд своего дрона. Уровень дряни упал до минимума. Он, конечно, не стал таким же, как на «чистых уровнях», но, пожалуй, здесь даже обычный человек из полиса мог прожить годик без вреда для здоровья.

Проблема нарисовалась ожидаемая, но всё равно неприятная. Внутри башни вообще трудновато вести наступательные действия, особенно если не знаешь планировки. Классика жанра: мы в широком и длинном коридоре, уйти в стороны некуда, а прямо перед входом в «реакторную» расположилось пулемётное гнездо с дежурными бойцами. Судя по картинке с дрона, они были предупреждены и бдили. Наступление по бетонной кишке за триста метров на крупнокалиберный пулемёт – чистой воды самоубийство почти для любого из нас. Даже Кабан со своим щитом и умениями земли больше нескольких попаданий не выдержит. Про Витязь тоже речи не идёт, там не того уровня защита. Да даже если бы здесь оказался каким-то волшебным образом наш мех, собранный дендрофекальным способом, за его бронёй спрятаться тоже бы не получилось.

Слава духам предков, у нас в команде была Заноза, а у Занозы был «Скорпион». Мы вручили ей парочку гранат, одноразового «Шмеля» и отправили уничтожить огневую точку противника.

Заноза, слившись с бетонной стеной, потопала выполнять задание. А мы расположились вдоль коридора на вынужденный отдых.

Вскоре по тоннелю прокатился гулкий «бам-м». Граната. На «Шмель» не похоже. Мы трусцой ломанулись к цели.

Гнездо натурально выжгло изнутри. Заноза решила не мудрствовать лукаво, подобралась вплотную и закинула внутрь пулемётной точки плазменную гранату. Ветер неодобрительно покачал головой и с досадой произнёс:

– И когда ты головой, на, думать научишься, девочка?

– Да чё такое, Ветер? Мне задачу поставили уничтожить огневую точку. Я уничтожила. Чё не так-то?

– Можно было и осколочную им закатить, на! Пулемёт нам бы и самим сейчас пригодился, держать периметр.

– Да ну нах. Я не знала, сколько их внутри и что у них за броня и спецуха. Осколочная слишком слабая, мог кто-то выжить, лезть внутрь, добивать – опасно. Не лезть – вас могли накрыть, в теории. Плазма надёжнее, Ветер.

– А ещё тебе огонь нравится, на. Да? Ладно. Ты права, задание выполнено.

Сразу за догорающим пулемётным гнездом коридор расширялся, превращаясь в лифтовой холл. Холл являлся своеобразным перекрёстком для нескольких коридоров. Собственно, в том, куда нам дальше, не было никаких сомнений. Один из коридоров, самый широкий и три метра в высоту, был помечен красными полосами по стенам – и недвусмысленным знаком магического излучения.

– Красавчик, Кабан, проверьте лифты на исправность и минирование.

– Да может, они и неисправны, но кто мешает местным через аварийку лазить, – лениво сказал Красавчик.

– Вот и проверь! Давайте в темпе. Заноза, Свирель, Ветер – чистим пулемётную точку. Мы с Красавчиком, Занозой и Кабаном пойдём дальше, а Ветер со Свирелью здесь остаются. Задницу нам прикрыть, в случае чего. Ну и чтобы сюда ещё один пулемёт не притащили.

Свирель остудила уничтоженное гнездо. Расплавленный бетон пошёл волнами. Внутри ничего не уцелело, плазма в замкнутом пространстве не оставляет шансов. Бедняги, сидевшие на посту, практически испарились. Оружие выглядело как бесформенные комки сплавившегося металла. Убирать было практически нечего. Заноза, конечно, молодец, но плазменные гранаты безбожно дороги, и их у нас по одной на бойца. Как по мне, ценный ресурс потрачен на ерунду. Правда, я не собираюсь её разносить при всех, как Ветер. Да и вообще не собираюсь. Сожгла и сожгла.

– У тебя остался ресурс на невидимость? – спросил я её.

– Здесь я обычные батареи подключила, – ответила Заноза. – Даже защита не понадобилась. Индикатор показывает семьдесят процентов заряда. Так что минут двадцать-тридцать ещё примерно. Потом запасные аккумы есть, это ещё полчаса где-то. Костюм – восторг, конечно.

– Отлично. Красавчик, что там по состоянию лифтов?

– Десять минут, Боярин! К двум подведено электричество, Кабан колупается с дверями.

– Ну пусть колупается. Ветер, обустраивайте со Свирелью огневую точку. И ждите нас. Связи, скорее всего, не будет, так что действуйте по обстановке.

Один лифт действительно работал! А во втором использовалась та самая аварийная лестница. Никто их, конечно, не минировал, но я считаю: иногда лучше перестраховаться. Скорее всего, тот лифт, который работал, ходил на третий. А вот лестницей пользовались как «альтернативным путём» на второй. Скорее всего, оттуда и следовало ждать гостей, если они вообще будут. Работающий лифт мы, естественно, заблокировали.

Оставив Ветра со Свирелью обустраивать позицию, мы последовали дальше. Коридор, помеченный красными полосами на стенах, имел по центру узкую полоску рельс для перевозки небольших, но тяжёлых и габаритных грузов. В стенах попадались двери в технические помещения, однако мы их игнорировали. На тщательный осмотр этого технического комплекса мог уйти не один день.

Узкоколейка привела нас к огромным гермоворотам, изукрашенным стёршимися предупредительными надписями и угрожающими рисунками. Судя по толщине ворот и скопившейся вокруг грязи, их не открывали с момента падения башни. И хорошо. Потому что если бы это был единственный путь внутрь реакторной, мы бы поцеловали эти ворота и ушли. Вскрыть такую громаду нашими техническими средствами было бы невозможно. Путь, которым пользовались местные, нашёлся быстро. Несложно посреди всеобщего запустения и царства наслоений пыли заметить натоптанный путь.

* * *

Дальше было скучно. Мы взорвали служебную дверь, прорвались через импровизированную баррикаду, перебили немногочисленную охрану. Технических специалистов, в количестве десяти человек, включая совсем древнего инженера-энергетика и парочку приведённых с поверхности рабов, мы захватили без боя. Вернее, они сами нам сдались. Старик-инженер зыркал волком, а вот рабы, которым мы пообещали вывести их на цивилизованные уровни, радостно согласились всё нам показать и рассказать. Оказалось, что это не первые похищенные по заказу «Первородных» спецы. Остальные просто не выжили. Уровень остальных «гражданских» варьировался от «грузчик-универсал» до «гнуть железки, вертеть железки, выковать нож» – слесарь, короче. От греха подальше мы просто заперли всех, кроме двух рабов, в давно не используемом техническом помещении без второго выхода. И металлическую дверь сваркой прихватили.

Реакторная состояла из огромного количества помещений с трансформаторами, которые по большей части не работали. Что-то сломалось. Что-то каннибализировали для поддержания работы трёх основных трансформаторных узлов. Один – для монорельса, один – для поселения и ещё один – для местной инфраструктуры и лифта.

Реактор, который находился в отдельном герметичном зале, держался на последнем издыхании. Выдавал максимум шесть процентов от оптимума. Года через три у него уже должен был закончиться топливный ресурс. Впрочем, для текущего энергопотребления его мощность была даже избыточной. Раньше эта бандура снабжала энергией весь первый и половину второго уровня, включая фермы.

Второй и третий, находившиеся на втором уровне башни, реакторы были то ли безнадёжно испорчены, то ли отключены. Наташа и Иван, так звали спасённых воронежских энергетиков, рассказали, что дикари собирались совершить перезагрузку реакторного топлива из неработающих машин. Говорили они об этом с ужасом, потому что задачу поставили перед ними, а при текущем уровне технического оснащения она была совершенно невыполнимой.

Они постоянно нас благодарили. Выглядели ребята забитыми и донельзя истощёнными. Несмотря на то, что именно на них последние два года здесь всё держалось, обращались с ними отвратительно. Но ещё более отвратительно было то, что похищение и поставку ценных рабов с поверхности организовывали через базу ликвидаторов. Кто-то из начальства базы конкретно так перешёл черту допустимого. Короче, моя чёрная книжечка пополнилась ещё одним необходимым злодейством. Сомневаюсь, что мы что-то докажем, если дать ход официальному расследованию. Но и оставлять это просто так я не собирался. Может, мы и подкосим влияние Первородных, но ребята утверждали, что практика похищений, в том числе молодых здоровых женщин, и для других местных «общин» поставлена практически на поток.

В общем, лично я нашёл для себя в этих ребятах полноценное оправдание нашему грабительскому набегу за зипунами. Даже если мы не найдём скрижаль, уже не зря сходили.

Город мы от магистрали отключили, просто взорвав его трансформаторную. Там теперь, для того чтобы заново магистрали протянуть к оставшимся трансформаторам, несколько дней работы для квалифицированной бригады потребуется. Остальных потребителей пока оставили. Как и подарочек: несколько тонн тротила в эквиваленте непосредственно в реакторе. Но эта закладка сработает не раньше чем через двое суток.

Вернувшись на перекрёсток, мы обнаружили скучающих Ветра со Свирелью и никаких признаков вероятного противника.

– Санёк, планы изменились, – заявил я нашему провожатому. – Вот лифт на третий. Твоя задача – вывести к Счастью Наталью и Ивана. Там сдать их с рук на руки Иванычу и никому про них ни звука.

– Мы не так договаривались! Мы договаривались, что я смогу отомстить!

– А тебе мёртвого колдуна и нашего хулиганства с реактором недостаточно для мести? – хотя это я зря. Про реактор он не очень понимает. Не мои проблемы, с другой стороны.

– Ну… я хотел своими руками. А тут получается, всё вы сделали…

– С твоей бесценной помощью, Санёк. Ты нас сюда привёл. И мы ещё не закончили свой бандитский набег. Поверь, когда мы отсюда уйдём, от этого места и Первородных только неприятные воспоминания останутся. И ты будешь знать, что это ты навлёк на них кару духов в нашем лице. В качестве бонуса я тебе сейчас дам записку. Напишу Иванычу, что нашего возвращения можно не ждать, а твою работу считать исполненной, если ты живыми доведёшь вот этих двух людей. И ты заработаешь своей общине довольно солидную поставку. Героем будешь – хоть так, хоть эдак.

Санёк ещё немного поторговался, но в конце концов я убедил его свалить с гражданскими подальше. Нам их с собой тащить вообще не с руки. Да и чем дрянь не шутит – вдруг мы здесь кони двинем? Хоть ребята спасутся.

Так что мы запустили лифт с недовольным проводником и двумя спасёнными на третий уровень. Вернее, запустили на четвёртый, но доедет ли лифт – мы не знали. Впрочем, за них я почти не волновался. Санёк реально отлично знает уровни и крайне осторожен. Выведет.

* * *

Я отпустил проводника с чистой совестью, потому что, едва мы вышли из реакторной, я поймал то же самое ощущение, что и при охоте на колдуна. Ощущение правильного пути к цели. Стоило представить скрижаль перед внутренним взором, как меня неудержимо тянуло в определённом направлении. Правда, одновременно с чётким пониманием, куда идти, нарастало и чувство внутренней тревоги. Впереди ждала какая-то смертельная опасность. На другие моё видение обычно не реагировало.

– Нас впереди ждёт серьёзная драка, – заявил я товарищам.

Они уже не удивлялись и воспринимали мою знаменитую в узких кругах «чуйку» как данность. В огороде бузина, у Боярина лютая чуйка.

– Собрались, ребята. Или нужен отдых? Ветер?

– Не. Пошли, на. Слишком мы далеко от цели. На подступах, если нужно будет, выдохнем. А то опять устанем, пока до города дойдём, на. И вообще. Предлагаю идти через второй лифт. Сам видел: здесь заблудиться невозможно. Если путём пользовались, мы по нему легко пройдём. А им пользовались.

– То же самое хотел предложить. Так засады избежим или встречного боя. Тогда командуй, Ветер. Порядок выступления, построение.

Надо сказать, что, когда мы полезли в лифтовую шахту, моё чувство тревоги не уменьшилось ни на грамм. Оно росло, неспешно, но неотвратимо, по мере нашего продвижения по второму уровню в сторону поселения Первородных. И, наконец, оно завыло сиреной! Был бы я лошадью, точно бы с места после такого не сдвинулся. Но, к сожалению, я существо разумное. Я смело, с гордо поднятой головой… внимательно огляделся. А вы что подумали?

Здесь явно в своё время поработали высшие маги со стихийниками. Несколько этажей вверх было взорвано, раскурочено, превращено в мешанину из бетона и стали. В результате образовались пещеры-катакомбы из завалов, уцелевших залов, рухнувших перекрытий, висящих в воздухе конструкци перекинутых через опасные участки вполне рукотворных верёвочных мостов.

Всё здесь было покрыто толстым застарелым слоем дряни. Это было очень старое гнездо. Возможно, оно здесь находится от падения башни.

Вариантов было два. Возвращаться назад и идти проверенным путём. Но не факт, что мы снова не выйдем к этому же гнезду, просто с другой стороны. И второй вариант – переться через гнездо, ничего не зная о его специфике. Оба варианта были так себе. Я озвучил команде свои сомнения и получил от Ветра довольно логичный комментарий:

– Никто не оставит тварей рядом с домом. Если только они не дрессированные у этих хмырей, на. Думаю, здесь относительно безопасно. Местные же как-то ходят через это гнездо? Вот мостов понастроили. Возвращаться вообще не вариант. Я тебе точно говорю: сюда же и выйдем. Только вон в той стороне, на.

Он ткнул пальцем куда-то вправо.

– Но для уверенности предлагаю раскидать пару манков перед заходом, Боярин. Лишним не будет.

– Так и сделаем. Привал пять минут. Красавчик, манки на тебе. Остальным приготовиться к бою. Чувствую, нас здесь ждёт не лёгкая прогулка. Кто-то здесь живёт, ребята. Кто-то опасный до ужаса. Пятёрка, как минимум.

Мы раскидали приманки: одну бросили куда-то вниз, одну воткнули в ближайшую стену и одну Заноза отнесла метров на сто от нас. Как только мы их активировали, на меня накатило ужасное чувство обречённости. В воображении промелькнуло несколько картинок моей смерти, быстро меняя друг друга. Интересное кино. Хоть и жутковатое.

Здание вздрогнуло. Сверху сошёл небольшой сель из дряни и обломков башни. В глубине лежащего перед нами провала раздались гулкие удары, от которых всё вокруг начало вибрировать. Частично сохранившиеся перекрытия застонали. Такое ощущение, что некий великан лупил кулаком по уцелевшим стенам. Затем наступила тишина. И внизу, там, куда не достигал свет наших налобных фонарей, зажглись два фосфоресцирующих глаза. Узкие зрачки в них были каждый размером с человека.

– Пятёрка, говоришь, Боярин? – Заноза гулко сглотнула. – Да тут шестёрка или семёрка, нах. И как это убивать?

– Какой убивать? Отступаем в тоннели, живо! Бегом!

Глава 15
Скрижаль

Мы рванули в тоннель из которого пришли. Нас в спину физически толкнул глухой рев местного босса гнезда. Внизу ворочалось что-то огромное, как будто вся дрянь гнезда пришла в движение, подчиняясь своему хозяину. Все, что могло здесь обвалиться, уже обвалилось годы назад, поэтому сильных разрушений возня гигантского монстра не вызвала. Оглядываться совершенно не хотелось. Едва я, замыкающий колонну, пробежал по бетонному тоннелю несколько метров, позади раздался оглушительный хлопок. Огромная лапа ударила в створ коридора, вызвав воздушную волну и веер бетонных обломков, пробарабанивший по нашим костюмам.

– Бегом, бегом! – прокричал я остальным, помогая подняться сбитому с ног Ветру.

– Боярин, давай вперед, я прикрою броней остальных, – сказал он, слегка толкнув меня дальше по тоннелю.

Рассудив, что это вполне здравая идея, я бросился догонять товарищей. Позади раздался еще один чудовищный удар, от которого перекрытия и пол пошли трещинами. Но мы уже почти выбежали из «зоны влияния» твари. Раздался оглушающий рев, сила которого чуть не размазала нас по стенам. Я создал, насколько хватило конструкта, «купол тишины».

– Бежим!!! – и сам не услышал своего крика.

Только после того как мы отковыляли метров на пятьсот, монстр, кажется, угомонился. Или затаился. Да все равно, орать и ломать перекрытия перестал – и ладно!

Мы попадали на пол, давая организмам отойти от контузии. Мда, вот те и сходили за хлебушком! Даже рядом не постояли, а все контужены, кровь из ушей, взгляд расфокусирован. Таких здоровенных тварюг в бестиарии нет. «Пятерка» считается максимально опасным порождением дряни. Что-то печально как-то. Не очень понимаю пока, что этому существу можно противопоставить из нашего арсенала. Здесь и танковая рота не справится, если что! Ладно, надо дать своим очухаться и устроить мозговой штурм. Может, какие-нибудь обходные пути найдутся.

На то, чтобы все пришли в порядок, понадобилось около получаса. После этого мы провели импровизированное совещание по итогам «столкновения» с хозяином местного подземелья.

– Это что такое было-на? – спросил Ветер. – Кто-нибудь хотя бы слышал о таком?

Все отрицательно закачали головами.

– Я вот тоже за восемь лет службы первый раз такую херобору встречаю-на. Чего с ней делать-то? Плазменной бомбы авиационной у нас с собой нет.

– Может, «Оводами» задолбать? – не очень уверенно спросила Заноза.

– У нас их по одному на лицо, – недовольно ответил Ветер. – Ты глаза этой твари видела? Теперь представь размеры тела! Ему наши гранатометы как слону дробина. Огневой мощи нам даже чтобы его покорябать не хватит-на! Там же, по сути, уязвимая точка одна – эфириум. А где он в этой туше? Здесь нужно РСЗО на прямую наводку выкатывать! И не одну, а сразу взвод!

– Можем просто гнездо запалить, – сказал Красавчик. – Может, дым просто как по трубе по башне вверх пойдет?

– А если нет? – я включился в разговор. – Здесь весь уровень вымрет, еще и третьему достанется. А если пойдет, ты пол-Счастья с ликвидаторской базой сам хоронить будешь?

– Да, не подумал, – сказал он, почесав затылок. От такого гнезда выхлоп может и жилые кварталы зацепить. Нам такое не простят.

– С чего вы решили, что тварь обязательно нужно уничтожить? Может, тупо ее обойдем? – выдвинула на первый взгляд дельное предложение Свирель. – Пройдем в селение вокруг гнезда. В узкие проходы эта страхолюдина не влезет. Местные же как-то здесь ходят? Мы, кажется, просто зря приманки раскидали. Разбудили сволочугу.

– Полагаю, местные ей как-то управляют, – медленно ответил я. – Поэтому и не боятся. Такой охранник – это очень круто. Есть-пить ему не надо. Знай лежи себе на дне башни, эфириум наращивай. И, скорее всего, обходной путь мы не найдем. Эти ребята здесь не первый год живут. С падения башни сколько прошло? Пятнадцать лет? За это время все обходные пути давно нашли и уничтожили. Какой смысл заводить себе такого сторожа, если атакующие могут просто мимо него пройти?

– Ну тогда мы возвращаемся к тому, с чего начали, – хмуро проговорил Ветер. – Нам нечем эту тварину валить, Боярин.

– А вот здесь ты не прав, – ответил я. – Слишком вы привыкли, ребята, на оружие полагаться. А у нас с вами магия есть. И тварь эта тоже существует за счет магии. Пусть отработанной, но магии. Если нанести достаточный урон энергетической структуре монстра, можно его, как минимум, деактивировать. Эфириум, скорее всего, достать не получится…

И тут меня накрыло видением:

Я создаю огромный бур из огня и воздуха. Внизу мечутся тени, проявляясь то в виде огромной лапы, то мелькнувшим бронированным хвостом. Огромные глаза смотрят на меня с ненавистью и бешенством, но остаются на месте…

Я снова вижу сияющую скрижаль. Она лежит на слое дряни, бросая на антрацитовую поверхность неверные отблески колеблющегося света. Внутри движутся рунные цепочки сложнейших печатей. А недалеко валяется часть нижней челюсти с огромным, с меня размером, клыком, нелепо торчащим вверх…

Я тянусь к скрижали, как зачарованный. Позади вспышки и звуки выстрелов. Я касаюсь поверхности, свет наполняет меня. Но краткий миг – мне становятся доступны все тайны бытия…

Смерть. Меня просто выжигает проходящий через меня поток эфира.

Я вывалился из видения, глотая ртом воздух. Так. Понятно. Мне трогать эту штуку нельзя. А вот моя идея с магией, кажется, работоспособна.

– Что такое, Боярин? От контузии не отошел? – заботливо спросила Заноза. – Чегой-то ты завис как казенный компутер в участке?

– Да все в порядке, – отмахнулся я. – Задумался просто.

– Мы счас увидим одну из его гениально-бредовых идеек-на! Попомните мои слова, – заявил Ветер. – У него всегда после вот таких подвисаний типа мысли появляются. Но я те, Боярин, сразу скажу. Толку от нашей магии – нуль. Это ты у нас и техники освоил как никак, и резерв как у парагона имеешь. А мы тут ребята попроще.

– Не в этом дело, – ответил я. – Если знать, куда ударить, любой из вас сможет повредить какой-нибудь энергоузел. Пять энергоузлов за раз – и лапа у твари отваливается. Или хвост там. Проблема в другом. Попадания должны быть точными. А точной энергосхемы этой уродины в бестиарии нет. Мы только примерно понимаем, куда бить.

– Это ты понимаешь, Боярин. С меня вот теоретик как с дерьма пуля, – заявила Заноза. – Так что я не понимаю, например.

– Суставы. Места соединений конечностей и корпуса. Если у нее есть что-то типа позвоночника, основная магистраль почти наверняка там. То, что мы не знаем прямо вот точного расположения узлов, – проблема решаемая. Да и у такой туши и узлы должны быть огромными. Но тварюга не будет на месте стоять и ждать, пока мы ее расковыряем. Нас только ее шагами контузило. Ни о каком ближнем бое речи идти не может!

– Надо привалить тварюгу, – спокойно заявил Кабан. На него обратились взгляды остальной команды. – Не в смысле убить. А в смысле тяжелым придавить. А что? Он большой, сильный. Но не всемогущий же? Здесь десятки тысяч тонн бетона над этим гнездом на соплях висят. Если подорвать в нужных местах… а потом по энергетическим точкам долбануть. Боярин вот своим сверлом херанет, мало не покажется. Че вылупились? Я чет не то сказал?

– Нет, ты как раз все правильно сказал, – я показал ему большой палец. – Обрушить на него этот клубок, который все еще висит над гнездом. Убить не убьем, наверняка, но оболочку подпортим изрядно. Потом попробуем добить. Вот только взрывчатки нам хватит?

– А кто его знает, – отмахнулся Кабан. – Надо пройтись поверху. Посмотреть, что к чему. Не хватит, так уйдем на четвертый, возьмем взрывчатку и вернемся.

– Похоже на план, – хмыкнул Ветер. – Ну что? Погнали, наши городских?

* * *

Наверху мы возились около пяти часов. За это время «Первородные» нас не тревожили. Видимо, крепко надеялись на своего ручного монстра или ждали возвращения убитых нами бойцов, дрянь их знает. Взрывчатки хватило, но еле-еле. Пришлось снимать заряд с реактора. Но если мы здесь всю эту систему перехода через гнездо разнесем, то у «Первородных» уже не об электричестве голова болеть будет. А мы разнесем – к гадалке, то есть ко мне, не ходи.

Когда Кабан закладывал заряды, я прислушивался к своему предчувствию и корректировал места закладки, чтобы обрушение было гарантированным. Впрочем, у Кабана имелось свое «виденье», нацеленное на то, как получше что-нибудь взорвать или разнести вдрабадан. Он носом чуял слабые места в конструкции. А где их не было – пускал в дело свою магию земли и места такие создавал.

После того как мы закончили с закладкой, пришлось повозиться с настройкой таймеров. Радиодетонаторы здесь по понятным причинам не работали, а способность Занозы не могла удержать защиту нескольких каналов связи одновременно. Хорошо было то, что тварь занимала, судя по всему, почти всю площадь дна образовавшейся здесь ямы.

Мое виденье как будто обрело новое дыхание и охотно открывало мне небольшие моменты ближайшего будущего, разворачивая веер вероятностей, из которых я мог выбирать наиболее выгодные. Если бы не это, наша затея была бы обречена на провал. Еще способность охотно поглощала дрянь, так что мои резервы праны или стихийной энергии практически не были затронуты.

Наконец, все было готово. Таймеры настроены. Мы взяли себе час передышки и в последний раз обсудили последовательность действий. В результате в непосредственной атаке на тварь решили задействовать только меня. Остальные должны были осуществлять поддержку и прикрытие. Заноза рвалась в бой, но ей просто сгрузили все наши «Оводы» и сказали отстрелять все в одну точку, на ее усмотрение.

Час прошел. Я почти наяву видел, как перещелкиваются последние секунды на механических таймерах. За тридцать секунд до момента Х мы сбросили вниз последний оставшийся манок.

Взрывы ударили как частая барабанная дробь – один за другим. Они доносились глухо, словно сквозь вату. Мы задержали дыхание. Секунда. Еще одна. Ничего не происходило…

Затем раздался звук, сотрясший башню до основания. Скрежет, смешанный со звоном тысячи лопающихся струн. Пол под нами вздыбился. Тоннель заходил ходуном. С потолка сыпалась бетонная труха.

Звуки скрежета и глухие удары множились. Стены дрожали, словно в лихорадке. Мы все прижимались к краям провала, стараясь вдавить тела в дрянь.

Наконец случился он.

Удар сотен тонн о дно провала. Башня снова вздрогнула, звуки обрушений раздавались уже со всех сторон. Казалось, еще чуть-чуть – и вся эта мертвая громада сложится как карточный домик.

Где-то внизу, сквозь гул осыпающегося бетона, прорвался новый звук. Тварь орала так, что, несмотря на индивидуальные «купола тишины», которые держали сразу два воздушника, у меня, например, снова пошла из ушей кровь. Защитная реакция такая, больно-то ей не было. В отличие от нас.

Гранатометный пуск ушел вниз, в клубящееся пылевое облако. Что там рассмотрела Заноза, я не знаю, сам я видел только смутные очертания гигантской шевелящейся груды мусора.

Внизу полыхнуло.

Я отклеился от стены, отстегнул страховочные тросы и замахал руками с зажатыми в них сигнальными химическими светильниками. Ветер был в сознании. Меня подхватил поток воздуха и понес вниз навстречу орущей куче.

Бетонные плиты, арматура навалились на тушу твари, придавив ее к днищу бункера. Наш оппонент имел крепко сбитый силуэт, горбатую спину с двойным рядом шипов по ней. На короткой шее сидела башка с квадратной пастью – размером с ковш карьерного экскаватора.

Я видел, как монстр ворочается под завалом: одна лапа перебита, хвост бешено лупит по сторонам, разбрызгивая черную жижу дряни вокруг.

Понятно, что монстр не сдох. Более того, прямо на моих глазах повреждения, нанесенные ей упавшим сверху эквивалентом девятиэтажки, зарастали. Он стягивал к себе дрянь с окружающих стен и пола, восполняя потери с довольно неприятной для нас скоростью.

Вж-у-у-у-х! Мимо меня промчался очередной гранатометный выстрел. Левый глаз чудовища практически выгорел дотла.

Прямо передо мной появился конструкт – вихрь воздуха с вплетенными в него струями огня. Адское веретено вращалось, набирая обороты.

Увеличиваясь.

Я вливал в него резерв, а передо мной мелькали варианты будущего, из которых я почти интуитивно выбирал те, что не ведут к моей смерти.

Правее.

Больше.

Влить еще огня, ускорить вращение…

Третья граната – и снова в левый глаз. Заноза не зря носит звание снайпера. Короткая шея не позволяла монстру сильно двигать головой, но она все равно дергалась, как эпилептик на электрическом стуле. Ракета прожгла слой, который заменял твари глазную кость, и рванула внутри черепа.

Был бы мозг – было бы сотрясение.

Несмотря на меткую стрельбу Занозы, монстр постепенно высвобождался. С его гигантского тела сползали тонны мусора. Тушу порождения дряни становилось видно все отчетливей. Впрочем, Заноза просто сейчас создавала дополнительную точку напряжения. Монстру нужно было тратить ресурсы на то, чтобы залатать нанесенные объемными взрывами повреждения. Это давало мне драгоценные доли секунд для накачки конструкта.

Сверло росло. Оно уже было метров шесть в длину и почти два в диаметре. Вой, наверное, стоял как от самолетной турбины. Слава духам, что я ничего не слышал, закрытый магией Красавчика.

Конструкт опустошал мое стихийное сердце, сожрав уже больше половины, но этого было мало! Все еще мало.

Еще один выстрел! Часть черепа с обратной стороны от глаза взорвалась осколками и слизью. На некоторое время через отверстие можно было рассмотреть шипы на спине.

Адское веретено превратилось в раскаленный штырь из почти чистой плазмы. Сочетание воздуха и огня позволяло разогнать температуру конструкта до невероятных значений.

А монстр внизу почти выбрался. Гигантские лапы начали распрямляться, толкая тушу вверх. Единственный оставшийся глаз гипнотически уставился на меня. Когти скребли по полу, оставляя за собой трещины размером с оросительные канавы.

Сверло передо мной пульсировало. Мне нужно еще две секунды!

Огромная пасть раскрылась и рванула ко мне. Я даже не шелохнулся, продолжая вливать в конструкт остатки резерва.

Секунда.

В голову твари прилетел бетонный блок размером с автобусную остановку. Спасибо Кабан!

Монстра швырнуло назад, челюсти щелкнули в полуметре от моих тактических ботинок.

Готово!

Пасть снова распахнулась. И я наконец отпустил свой конструкт в полет. Гигантская белая игла понеслась вниз, выжигая воздух на своем пути.