Текст книги ""Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Данил Коган

У выхода из внутренних покоев Зурабов наконец заговорил:

– Надеюсь, Ее Высочество осталась довольна встречей, ваша милость, – его тон давал понять, что он ни секунды в это не верит.

– Более чем, – с усмешкой ответил я, не добавив «светлость». Утомил меня этот человек.

Он чуть заметно приподнял бровь, однако от комментариев воздержался.

– Флаер ожидает на парковке. Вас доставят обратно в гостиницу. Если возникнет необходимость в помощи двора, уведомите меня.

Опять эта безупречная вежливость, за которой слышится: «ты здесь никто, и ненадолго».

Я шагнул к флаеру:

– Надеюсь, не понадобится. Но спасибо за предложение.

Судя по тому, как дернулся уголок его губ, ответ ему не понравился. Но мне с ним, к счастью, тотемы для детей не делать. И общим духам-предкам не молиться.

* * *

Ночной Муром вновь встретил меня тем же холодным блеском огней.

Флаер поднялся почти вертикально, и дворцовый комплекс быстро ушел вниз, растворяясь в сиянии, будто его и не было. С высоты он уже не казался чем-то монументальным. Просто еще одна часть сложного, дорогого и тщательно спланированного города.

Я откинулся в кресле и прикрыл глаза.

Разговор прокручивался в голове снова и снова, но уже очищенным от эмоций. Сухо, по пунктам.

Пророчества – инструмент политики. Все правящие дома в курсе и используют его. И, возможно, не только правящие.

Апокалипсис – не религиозный бред, а вполне конкретный сценарий гибели цивилизации под наслоениями Дряни. Сценарий, который прочитали мои предшественники.

И где-то в этом всем я. Ведь я и есть тот самый «второй», который по обмолвке княгини «должен появиться» в добавок к северному оленю, смотрящему ледяные сны. Ставлю на это свой серебряный рубль с Анной Иоанновной.

Просто отлично-на, ска!

Я тихо выдохнул.

Первое, рассказ княгини. Она не врала. По крайней мере, не в лоб. Но и не сказала ничего по-настоящему полезного. Все, что прозвучало в разговоре, либо общеизвестно, либо завязано на вещи, к которым у меня пока нет доступа.

Второе, ее предложение. Не служба, а покровительство или даже соратничество. Это кажется смешным. Мне предложили войти в игру, правила которой даже не объяснили. И при этом оставляют право отказаться. Люди при власти обычно так не поступают. Хотя не стоит скидывать со счетов, что княгиня, как она сама говорит, «блаженная» в хорошем смысле этого слова.

Под нами проплывали кварталы Мурома. Огни, дороги, редкие затемненные зоны маскировки. Где-то там, в этих аккуратно расчерченных блоках, люди продолжали жить, работать, обсуждать войну, радоваться победам, ругаться на цены. И не подозревали, что кто-то в верхах обсуждает конец цивилизации как рабочую гипотезу.

Глава 20
Черви, дрянь и безудержное веселье

– Весело, – пробормотал я.

«Комментарий зафиксирован», – отозвался Кай.

Я хмыкнул и ответил в чат:

«Ты давай-ка отключайся, фиксатор. Дрянь вокруг, излучение высокое, вот-вот глючить начнешь».

«Принято, мастер. Отключаюсь».

Мы с ребятами стояли на границе гнезда, которое выбрали своей первой целью. На выход я подорвал всех, едва вернувшись из Мурома. Пока война, праздники, пока другие команды бухают, мы поработаем. Мне нужно было отдохнуть от душного разговора с Великой княгиней, а ничего лучше, чем получить или раздать нехилых трындюлей, для этого еще не придумали.

Так что я скомандовал общий сбор, Ветер напрягся, вернее, напряг подчиненных, и вот мы здесь. Почти все, кроме Красавчика, который уехал открывать стихию.

Мы все в обновках: Ветер в «Витязе», Заноза в «Скорпионе». Остальные в хороших сплошных защитных костюмах, которые одновременно и доспехи класса «В». На лицах магические маски, не мешающие обзору. Все вооружены до зубов и крайне опасны. Особенно Свирель со своим слонобоем. Короче, готовы к любым неожиданностям и навалять дрянским червям по самые помидоры.

Я внимательно оглядел лежащие перед нами, покрытые дрянью, руины. Вроде ничего похожего на ту улочку, в которой мне перерезали горло в моем видении, не наблюдается. И отлично. Сражаться сразу с порождениями дряни и с диверсантом Орды я не готов. Впрочем, думаю, летать он не умеет, машины у него нет, так что увидимся мы с ним, скорее всего, не сегодня.

– На сколько нужно зайти внутрь, чтобы на нас напали местные обитатели? – спросил я Ветра.

– Смотри на толщину дряни на стенках-на, Боярин. Сантиметров пятнадцать есть – пора бояться-на. Ну, или им бояться, а нам ожидать нападения.

– Пятнадцать, – проговорил я скептически. – Почему мало так? В бестиарии Управления твари в диаметре с полметра будут. И это «малыши». Или вранье, что они из толщи дряни атакуют?

– Слушай, Боярин. Ты мне здесь дерьмократию не устраивай-на. И этот, диспунт заканчивай.

– Диспут-хрениспут, – весело прогудел в динамики голос Занозы.

– Во-во. Наша злюка дело говорит. Они ползают и под таким слоем. Какие побольше – дальше будут. Да и вообще, они как бы из дряни себя собирают, а потом в ней растворяются. Понял? Сами они как бы махонькие, даже которые большие. Тьфу пропасть! Хватит трындеть. Работать будем?

– Командуй, Ветер! Я готов.

– Построение шесть. Кабан, Свирель, точки три и девять. Заноза – тыл. Боярин впереди, его не жалко-на. Погнали наши городских.

И мы погнали.

Распределившись по улице, мы медленно двинулись вперед. Пока что мы были в условно безопасной, хоть и изрядно загаженной дрянью зоне. Гнездо выползло с третьего уровня на четвертый, и мы сейчас шли поверху по более-менее свежим отложениям дряни. Больших или сильных тварей здесь не ожидалось. Хотя черви здесь, скорее всего, еще не всех подъели, так что учитывать возможность атаки других тварей тоже стоило. Но наша бравая пятерка была готова разобрать практически кого угодно. Арсенал позволял. Я окончательно отказался от ликвидаторской «кочерги» в пользу своих зачарованных коротышей, а из стрелковки вооружился «Зубром» – ружьем десятого калибра. Не такая пушка, как у Свирели, конечно, но мало никому не покажется. Но мое главное оружие не в этом.

Среагировав на движение, я метнул к ближайшей стене сгусток огня. Из-за угла выкатилось горящее и верещащее нечто, подергалось и растеклось лужицей дряни.

– У тебя, Боярин, совсем ума нет-на? Ты хочешь здесь все спалить к бубеням? – Ветер добавил к своей инвективе парочку крепких и совершенно непечатных выражений.

– Я контролирую пламя, Ветер. Случайно ничего не загорится, не переживай. Мне нужно тренироваться во владении стихиями. Что это было хоть?

– Теперь и не узнаем, – просипела Свирель, наклоняясь над местом упокоения зверюшки. – Ничего. Спалил трофей, Боярин. Ну, либо не кристаллизовался еще.

– Да какой там в такой тушке трофей мог быть! Чего вы все до моего огня докопались!

– Тут Боярин прав, Свирель. За таким трофеем нормальные охотники даже наклониться поленились бы. Это мы на службе копейничать привыкли-на. Всем внимание. Продолжаем движение-на.

Таким порядком мы и двигались, пока не достигли пролома на третий уровень. По дороге пристрелили еще парочку тварей. Мелочевка.

Очередной удар бетонобойной бомбы разломил бетонные перекрытия, разметал куски и останки зданий по округе, проделав в покрытии дырень диаметром метров шесть. Впрочем, дрянь внутри была настолько густой, что солнечный свет ей был уже нипочем. Даже на четвертый залезла, зараза.

– Вправо пойдем, – решил Ветер. – Боярин, давай свою погремуху испробуй. Кинь вон тудыть подальше, но шоб обзор нам ничего не перекрывало.

Специально для этой охоты я приобрел штуковину с маркировкой «ПВМ-3», которую вся моя команда, вслед за Занозой, незамысловато именовала «вибратором». Если совсем просто, это манок для тварей, что полагаются в своих чувствах в основном на ощущение вибрации почвы. Черви из таких как раз.

Я швырнул «вибратор» метров на пятнадцать от нас, на более-менее открытый участок. Ребята полезли на обломки стен и выступающие из дряни плиты, а я, дождавшись, когда все займут стрелковые позиции, активировал манок.

Металлический штырь, ушедший в дрянь почти до половины, мелко затрясся. Мы ждали. Если верить бестиарию, черви должны чувствовать такую вибрацию метров за пятьсот – семьсот.

Мы ждали уже около трех минут. Индикаторы излучения давно почернели, но накопители показывали, что мы можем относительно безопасно присутствовать в этой зоне еще часа полтора. Что-то это начинает мне рыбалку напоминать. Тоска! Штырь уже почти полностью утонул в дряни, выкапывай его потом.

Возле «вибратора» дрянь пошла волной, и Заноза немедленно влепила пулю в образовавшийся холмик. Правда, без малейшего эффекта.

– Не трать патроны, Заноза! – рявкнул Ветер. – Пока пасть с телом не увидишь-на, не стреляй! О, хорошо. Пошла жара.

Поверхность дряни в районе «вибратора» ходила ходуном. Я насчитал пятнадцать гибких дорожек, показывающих двигающихся под поверхностью тварей. А затем я увидел первого червя.

Тварь будто вынырнула из дряни возле «вибратора» и разинула пятидесятисантиметровую трехлепестковую пасть. Куда и получила немедленно пулю и снова от Занозы. Шустрая девочка. Я только потянул энергию из стихийного сердца. Тварь расплескало – темный комок трофея упал на землю, чтобы сразу же быть проглоченным другим червем.

– Куда, дрянский скотоложец! А ну верни взад, ска! – заорала наша мисс сквернословие года и открыла частую стрельбу.

Из дряни начали показываться тела червей. Все мелкие. Те самые, примерно полметра в диаметре и три в длину. С первого выстрела эти твари не ушатывались, это Заноза у нас снайпер и удачник, что положила первого с одной пули. Затем, словно по команде, черви нырнули в дрянь и рванули в нашу сторону. Ой-ей.

ЧЕРВЯК

Монстры окружили нашу группу, а затем синхронно, словно получив ментальную команду, выметнулись наружу, пытаясь вцепиться в членов команды. Хорошо еще, что мы все забрались на твердые участки без дряни. Представляю, как подобная мерзость вскакивает сразу из-под ног. На каждого члена отряда пришлось примерно по три-четыре гадины. Впрочем, мне стало не до наблюдения.

Я нанес удар воздушной волной вокруг себя, предварительно скормив самой крупной твари сгусток огня. Остальных откинуло в стороны, а реципиент, которому я дал прикурить, вспыхнул изнутри. Не жилец. Как потом трофеи искать, блин? Краем глаза увидел, что Ветер повторил мой прием со стеной воздуха.

Черви были стремительны. Они действительно были всего лишь частью окружающей нас дряни, и поэтому физические законы на них, казалось, не действуют. Отброшенные в стороны гады просто втянулись в землю, чтобы сразу же атаковать меня с новых позиций. И, несмотря на то, что одного я точно грохнул, их не стало меньше. Я снова повторил маневр с отбрасыванием и аутодафе. Сил тратилась капля, а тактика довольно эффективная. Жаль, не могу пока что атаковать несколько целей огнем одновременно. Это техника, а технику нужно тренировать.

До меня доносились неразборчивые маты, редкие выстрелы и чавканье мечей, рубящих псевдотела. Что-то многовато мы приманили червяков. Надо было учитывать, что гнездо это вообще никто не чистил практически.

В следующую итерацию я отбросил трех червей, сжег одного и, изобразив вентилятор, срезал еще двух мечами. Проблемка была в том, что нужно было очень точно попасть в сочленения пасти, чтобы нанести червю реальный вред, потому что новое псевдотело он отращивал практически мгновенно. Они тратили на это энергию эфириума, но, когда энергия подходила к концу, червь предпочитал свалить от слишком зубастой добычи, а не сражаться до последнего. Не самые опасные, но и не самые удобные твари, конечно.

В общей сложности мы потратили на истребление тварей минут десять непрерывной рубки. Я, уничтожив своих гадов, пришел на помощь Кабану, который был буквально увешан этими паскудами, извивавшимися вокруг нашего силовика, как гигантские черные пиявки. Кабан периодически врубал свое силовое поле, и черви соскальзывали с него, но уничтожал он их слишком медленно.

– Не самое простое гнездо ты выбрал, Боярин, – пропыхтел Ветер. – И надо трофеи все собрать, иначе, если чего пропустим, твари просто отрастят новое тело, и все-на.

Мы настроили датчики, чуть более чувствительные, чем штатные, и начали прочесывать поле боя. В итоге нашли восемнадцать трофеев, упавших с убитых червяков.

– Это, если, считай, на краю гнезда их столько ползает… – Ветер помотал головой. – Так кого-нибудь прокусили-на?

Все костюмы остались целы, но все имели внешние повреждения.

– Так, уходим-на, – решил Ветер.

– Олег, – сказал я, – может, еще разик порыбачим? Просто подальше от края? Я совсем не устал.

– Боярин! Я сказал уходим, значит, уходим. Нам надо менять тактику и снарягу-на. Восстановить костюмы. Не устал он. Это была тряхомудия какая-то, а не рыбалка-на! Из нас никто на червей раньше не охотился, кроме меня. А я с такой кодлой тоже первый раз встречаюсь.

Я поднял руки, давая понять, что не оспариваю решений командира. Уходим, так уходим.

* * *

В Счастье мы сняли практически весь первый этаж одной из местных гостиниц для охотников, которая называлась «Королевский рог». На вывеске краснощекая голова в короне держала губами здоровенную конусообразную штуку. Если судить по картинке, кто-то через нее пытается надуть несчастного неизвестного монарха. Откуда под Воронежем взялись короли, да еще и с рогами, никому не известно, но это оказалась единственная гостиница, количество номеров в которой нас устроило. Хозяин, Владимир Свержин, оказался очень приятным мужчиной в возрасте, гостиница – достаточно комфортной, цены – умеренными.

Помещение сразу строили для обустройства отрядов, поэтому наше временное пристанище имело одну большую общую комнату, в которую выходили двери спален, а также единственной ванной.

– Ну что-на, добытчики. Лажанули сегодня? – Ветер обвел всех взглядом.

Я пожал плечами. На мой взгляд, вылазка прошла нормально, но Олег гораздо опытнее меня, и если он говорит, что мы лажанули, значит, я чего-то не понимаю. Кстати, мой трансформатор заполнился дрянью почти на четверть, и это при минимальных тратах стихийной энергии. Неутешительная пропорция была бы. Если бы моя способность не питалась дрянью. Но, честно говоря, новых пророчеств видеть мне не хотелось.

– Лажанули, – согласился Кабан. – Если б не снаряга, половине бы руки-ноги пооткусывали черви-то.

И тяжело замолчал, остальные просто покивали, и я понял, что за месяц работы с дрянью ничегошеньки на самом деле еще не смыслю.

– Но снаряга же была? – спросил я. – Если бы у нас не было таких защитных костюмов…

– Что, не полезли бы? Сам-то в это веришь? – спросил Ветер. – Никто из нас не смог предсказать количество тварей. На каждом висело по три-четыре. Не ошибусь, если скажу, что у всех гематомы, кроме Кабана, а у тебя, Заноза, – растяжение.

– Че Заноза-то, сразу. Нормально все. Зелье приму, завтра как новая буду.

– Ага. А мы на зелье-то заработали-на? Я вам так скажу: сегодня мы в минус сходили. Костюмы восстановить. Зелья очистки. Лечилки. Все трофеи с червяков столько не отобьют, если только там уника какого не будет-на!

– Ну, я и не рассчитывал, что отряд сразу прибыль принесет, – заикнулся я. – Мы же об этом говорили.

– Если мы будем все время, как сегодня, ходить, то прибыли вообще не будет. Спасибо, что мы ни одной тройки не приманили в сей раз. Одни двоечки были. А так в этой кутерьме кому-то могли и реально жопу откусить! Моя ошибка, канешно. Если что, я не собираюсь ни на кого валить. Но я же и говорю. Надо пересобирать снарягу и тактику. – Заноза пошевелила губами, я отчетливо увидел: «тактика-херактика». – Иначе придет в такой куче две тройки, и у нас будут потери или серьезно покалеченные бойцы-на. Так што я не разнос щас устраиваю, а просто ставлю вас в известность об изменениях. Боярин, мы продолжим это гнездо дербанить? Спускаться будем?

– Да, продолжим. Да, будем. Я понял, о чем ты, Олег. У тебя же есть идеи по снаряге и тактике?

– Канешно есть, иначе чего бы я тут разорялся. Вот, смотрите…

Все обсудив и решив перевооружиться и завтра во второй половине дня повторить «рыбалку», мы разошлись по комнатам. Заноза и Ветер остались ковыряться со своими костюмами, техническое обслуживание, все дела. Остальные сдали свою снарягу хозяину гостиницы, который должен был вызвать алхимика для починки.

А я, вместо того чтобы лечь спать, поперся в ночь в специально арендованное помещение, чтобы очистить наши трофеи. Во-первых, было интересно, что падает с червяков именно этого гнезда. Во-вторых, сколько ни есть, а все деньги. Завтра проверим, как работают мои договоренности с его милостью Фурсовым по поводу первоочередных закупок и льготных условий. Ну и, в-третьих, мало ли. Вдруг уникалка упадет? Я везучий.

Я не везучий. Я тупой. Полночи провозился с этим мусором. А нам реально с этого боя одна мусорная ерунда нападала. Из интересного только шесть звездочек сопротивления холоду, которые усиливали одноименную способность, не занимая места. А вот кому может понадобиться леденец с «растворением в дряни», я даже не знаю. Вернее, знаю. Никому! Нет, я понимаю, что этот трофей падает с червей часто, но не в шестидесяти же процентах случаев! Зла не хватает.

Я завалился в «Рог» уставший и злой. Мне еще «очистку» пить сегодня, потому что пить ее «до» дезактивации трофеев глупо. Подумав, я все же решил рискнуть и завалиться так.

Нет, ну а что? У меня просто сегодня день тупых решений. Имею право.

Всю ночь я гулял по мертвому Воронежу, вглядываясь в замерзшие лица знакомых и незнакомых людей. Под утро начался вообще какой-то треш-парад из жутких видений. Огромные монстры, крушащие бронетехнику, как тараканов. Магические печати, закрывающие половину неба и извергающие гигантские молнии. Странный кристалл, похожий на огромный «леденец», внутри которого вспыхивали и гасли витиеватые письмена, которые я не мог разобрать. Жуткий силуэт в ледяной глыбе источающий ледяную ярость.

Как ни странно, утром я чувствовал себя довольно бодро. Отравление дрянью полностью ушло. Стихийное сердце даже слегка пополнилось. Голова болела, и восприятие притупилось. Сон не принес отдыха. Впрочем, я могу отдать трофеи Кабану на реализацию, Ветру – свою карточку с деньгами. А сам завалиться спать до обеда.

Отличный план. Так и поступлю!

Глава 21
Производство, следствие и планы на будущее

– Я все равно не понимаю, ваша милость, – «приглашенный специалист» выглядел скорее раздосадованным, чем озадаченным, но все же пытался соблюдать вежливость.

Учитывал, что я барон, а он всего лишь слуга боярского рода. Но жестко тупил. Подсуропила Вика мне со «специалистом».

– Вам и не надо понимать! Сестра вас прислала как инженера и техномага, а не финансового эксперта. Мне нужна консультация только по техническим аспектам производства. Ваши рассуждения о том, что подобное не окупится, я уже выслушал, много раз. И столько же раз проигнорировал.

Он меня реально достал. После каждой фразы по делу, он повторял: «Но окупаемость подобного производства…» и прочую чушь. Действительно раз десять уже повторил.

– Еще раз. Мне нужен перечень оборудования, устойчивого к дряни, и список специалистов, которые смогут его обслуживать. Все необходимые данные я вам выдал.

«Специалист» покосился на листки с описанием запатентованной технологии и вздохнул.

– Так никто не делает. Накопители эфира – очень высокотехнологичное производство, которое довольно серьезно автоматизировано. Много электроники. Вам же нужно старое оборудование, которое выпускали около тридцати лет назад. Я не уверен, что оно есть на рынке.

– Но перечень вы можете составить? Или просто не знаете? Если вы не можете мне помочь, то так и скажите.

– Я знаю о производстве накопителей и их истории все, что нужно знать специалисту моего уровня, – сухо ответил инженер. – Мне придется проверить кое-какие записи и произвести расчеты. Я просчитаю вам полную производственную линию, энергопотребление, ресурсную загрузку, выход продукции. По-прежнему, – увидев, видимо, мою исказившуюся физиономию, он не окончил фразу и сменил тему. – Также расходы по защите персонала, я так понимаю?

– Защита и медобслуживание персонала, условия хранения… По максимуму считайте.

– Хорошо, ваша милость. Я понял задачу. Могу прямо сейчас дать вам один совет, который значительно сэкономит вам средства на медицинское обслуживание.

– Вот! Мне кажется, вы начинаете понимать, зачем я вас пригласил! Буду благодарен за совет.

– Это совсем не моя область, но кое-какой опыт работы с загрязнениями у меня есть, – да духи же предков! Я теперь понимаю, почему на него Вика жалуется. Зануда. Ни слова в простоте! – Ваш титул, я так понимаю, не номинальный. То есть у вас есть свое удельное владение. С населением.

– Совершенно верно. Какое отношение это имеет к теме производства? Поставить его там будет как раз экономически неоправданно.

– Я вовсе не это имел в виду, – ответил он, разгладив усы. – Работников для вашей затеи лучше брать там, а не в полисе.

– Это почему? При чем здесь медицинские расходы? Их не так жалко, что ли, – я даже немного обалдел от такой святой простоты.

– Что вы, ваша милость! При чем здесь… Я сам из простолюдинов. И к людям всегда всей душой, – впервые за разговор он действительно проявил какие-то эмоции. – Просто люди из земств и уделов уже мутировали. Если человек прожил до двадцати пяти лет в тех условиях и сохранил здоровье, его устойчивость к дряни в разы выше устойчивости потомственного жителя полиса. Все, кто имеет дело с переработкой, хранением или утилизацией дряни, это знают. А еще условия, которые вы им собираетесь предложить, просто сказочные по сравнению с тем, что они имеют в уделе. Поверьте, жизнь на земле не сахар.

– Интересно. В целом логично, но сам бы я не догадался. Спасибо за совет. Он действительно ценный.

– Рад помочь, ваша милость. На расчеты мне понадобятся три дня, если позволите. А еще я бы хотел взять эти документы с собой.

– Вы разве не зафиксировали их на свой нейро?

У инженера имелся кружок нейроимпланта на виске, судя по цвету «Д»-шка. Довольно дорогое устройство, кстати. Не говоря уже о стоимости операции. Но и не зря он был главным инженером в лаборатории отца и слугой нашей ветви семьи Орловых уже много лет.

– Без вашего разрешения? Нет, конечно. И не хотел бы им пользоваться. Мой имплант под контролем службы безопасности рода, а ее сиятельство, – это он о Вике, – ясно дала понять, что это частный проект, о котором роду знать не обязательно. Я бы предпочел информацию на бумаге.

– Забирайте. Потом уничтожите их, когда перестанут быть нужны, – разрешил я.

– Да, еще один вопрос по спецификации конечной продукции. Вы же в курсе, что подобные накопители весьма маломощные и используются в основном в бытовых приборах?

– Ну не настолько я профан в теме. Больше вам скажу, я уже консультировался с другим специалистом, – ага, Каю задачу поставил, – чтобы он подобрал мне именно такие модели.

– Ясно. Благодарю вас, ваша милость, за терпение. Расчеты я передам ее сиятельству, мы так договаривались.

– Да, все верно. Жду результатов, спасибо за консультацию.

Инженер сгреб бумаги, поклонился и был таков.

Вчера мы сменили снаряжение отряду, Ветер отказался от двуручников в пользу мачете, длинноствольные ружья сменили на короткоствол. Плюс мы добавили еще парочку забавных придумок Кабана, вроде переносных башенок для стрелков, дополнительных защитных рукавов на ногах и руках, в которые так любили цепляться черви. И охота пошла намного веселее.

Вечером я пересчитал трофеи – сорок шесть «эфириумов». Это уже похоже на прибыльную охоту. Мне, правда, были нужны не трофеи, а зачистка местности и тренировка, но команда должна чувствовать свою полезность. Трофеи я отдал Серне, все-таки она профессиональный алхимик, с записями, которые остались от Игоря, она быстро разобралась.

Интересно, где сейчас старик? Вика говорит, что в башню он так и не вернулся. Ладно, все равно мне, где он, главное, чтобы мне не попадался.

Так что я с легким сердцем оставил отряд ради сегодняшней встречи с Викиным «высококлассным специалистом». Если бы он еще не пытался советовать о том, о чем его не просили, и не был бы таким занудой, было бы вообще здорово. Хотя один хороший совет я уже получил.

Теперь надо ехать в удел, встречаться с управляющим… Как-то я не планировал скорое посещение своих титульных земель, но, видимо, теперь придется.

Еще сегодня, раз день для охоты все равно пропал, мне надо встретиться с Волковым. О встрече уже договорились, придется пилить в управление. Этот толстяк вообще не любит куда-то перемещаться и наотрез отказался даже от встречи в кафе. Причем по смешной причине, мол, он опасается за свой желудок и мне есть во всяких там «подозрительных местах» тоже не советует. Это он про один из лучших ресторанов центрального района, если что. Ну и ладно, зато на «Чайке» полетаю! Машину я себе очень удачную подобрал. Совсем немного не дотягивает до моего ховера по уровню адреналина. Но зимой тратить прану на обогрев организма только для того, чтобы полетать на ховере, не слишком рационально.

* * *

Я приземлился на закрытой парковке Управления, оказывается, у лидеров свободных отрядов есть такой бонус, и направился в крыло дознавателей. По дороге я бездумно бросал и ловил свою монету, просто так, размышляя.

Волков как будто не уходил из своего кабинета, хотя, я присмотрелся, костюм вроде новый. Я еще в первое знакомство обратил внимание на то, что он одет дороже Брандорфа, который был, как-никак, статским генералом. Пижон.

– Что-то есть по делу, Алексей Григорьевич? – спросил он меня, приветствуя кивком.

Я отрицательно покачал головой и сел в кресло напротив. Рукопожатий он тоже не признавал, подозреваю, ему просто было лень вставать.

– Поздравляю с первым успешным выходом вашего отряда. Слышал, вы взялись за самое проблемное гнездо «Синицы». Тяжело было?

– Спасибо за поздравления. Гнездо не то чтобы проблемное. Скорее муторное. Но мы пока только поверху ходим. По краешку. Вот когда вглубь полезем, думаю, будет тяжело.

– Полагаю, вы и ваша команда справитесь. Я здесь случайно узнал. С Михаловского фронта везли на тульские заводы поврежденные мехи. Однако они так заражены дрянью, что все сгрузили у нас, как раз в районе «Синицы». Так что если выкупить эти обломки, дезактивировать, из них можно собрать рабочую машину для вашей группы.

– Интересно! С моей лицензией пока что мех в группе мне не светит. Но спасибо за подсказку.

– Пока обработаете. Пока соберете. Глядишь, и лицензия обновится. А получить нормальную технику на льготных условиях всегда хорошо.

– Вы правы. Займусь, пожалуй, выкупом и очисткой уже сейчас. Но я к вам по другому поводу, – Волков сложил руки домиком, пристроив локти на подлокотники кресла. – У меня просьба частного характера. Есть несколько странных смертей, произошедших за период в пятнадцать лет. Эти смерти расследовались, но никакого криминала в них не нашли. А вот мне кажется, что они не случайны. У меня есть доступ к материалам расследований. Довольно подробным. Я бы хотел попросить вас просмотреть их и дать свое заключение.

– То есть вы хотите поручить мне следствие в частном порядке, не имеющее отношения к делам Управления? – уточнил толстяк.

– Да. Все так. С этим какие-то проблемы, Орин? Я понимаю, что просьба необычная, но ваш сверхординарный интеллект…

– Ой да бросьте, Алексей Григорьевич, – толстяк махнул пухлой ладонью, размером с небольшую книгу. – Только не надо лести, я и так знаю, что я гений. Тридцать тысяч за исследование и экспертное заключение. Еще пятьдесят тысяч за раскрытие дела.

Я поперхнулся следующей заготовленной фразой. Сколько, лять? Восемьдесят тысяч? Да… с другой стороны, я ожидал, что он меня просто пошлет с моей просьбой. А это всего лишь деньги. Всего лишь. Огромные, мать их, деньжищи! Ну ты и жлоб, Орин.

– То есть деньги – единственное условие? – уточнил я.

– Не единственное. Но главное. Вы претендуете на мое свободное время и мой талант. Если в деле за пятнадцать лет не найдено никаких подвижек, значит, оно действительно сложное. Да. Сначала деньги, вернее ваше согласие их потратить. Это мой гонорар, без накладных расходов.

– Какие расходы? – я не жадный. Но тридцать тысяч просто за анализ? Нет, я жадный!

– Скорее всего, придется нанимать человека, который поедет и займется расспросами живых свидетелей и родственников. Поисками в архивах, сбором фактов. Не думаете же вы, что я, – он обвел рукой свою массивную фигуру, – буду сам скакать туда-сюда, проводя следственные действия. К счастью, у меня есть отличный оперативник на примете.

– Тридцать тысяч. Хорошо, – на самом деле мне сильно хотелось выдавить ему глаз. Но я выше этого. А еще я мог себе это позволить. – И еще пятьдесят по благополучном окончании. Плюс накладные расходы. Я согласен.

– Тогда вот мой счет, на который нужно перевести аванс, – у меня брякнула общая почта. – Материалы можете переслать в ответ на это письмо. Я буду присылать вам еженедельные отчеты о том, как продвигается дело. Но сначала мне нужно, чтобы вы рассказали все известные вам обстоятельства. В том числе то, зачем вам это расследование. Встретимся здесь же, когда у меня закончится рабочее время. До этого момента деньги переводить не нужно. Есть ненулевая вероятность, что, выслушав ваш рассказ, я откажусь браться за расследование.

– Прикажете болтаться по центральному району еще два часа? – мне очень не понравилась оговорка про то, что он, оказывается, может и отказаться. – А рассказ вам зачем? Есть же документы.

– В документах, собранных за пятнадцать лет, нет главного. Того, как вы, Алексей Григорьевич, оказались в это замешаны, и каковы ваши мотивы, а также каковы риски для того, кто возьмется за повторное расследование. Так что пересказывать документы не нужно. Я просто вас расспрошу и приму решение.

– Хорошо, я вернусь через два часа, – я поднялся, а он кивнул мне, погружаясь в хаос, который царил у него на трех мониторах.

Спустя четыре часа я, вымотанный до предела, снова уселся в «Чайку». Волков вытащил из меня даже то, что я, казалось, забыл или чему не придавал значения. В конце концов он, закончив расспросы, после примерно пятнадцатиминутной медитации, ну так это выглядело, открыл глаза и сказал просто: «Переводите деньги. Я возьмусь».

* * *

Когда я приехал домой, на часах было уже начало десятого. Особого смысла ехать на «Синицу» уже не было. Да и вообще у меня внезапно образовалась куча дел, которые требовали моего непосредственного участия.

Я позвонил Ветру и спросил, справятся ли они без меня еще несколько дней. Тот заверил меня, что все под контролем, и в моем личном присутствии нет никакой необходимости. Переправку трофеев Серне они и без меня организуют.