Текст книги ""Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Данил Коган

Глава 25

Ревердан открыл портал, когда чудовища были уже в нескольких метрах от них. Кимберли цеплялась за мужчину, в страхе молясь всем известным богам, вот только единственная богиня мертвецов, Марена, была ничуть не добрее этих баньши. Она не помогает проклятым.

– Ким, в портал! – только и успел крикнуть маг, как одна из девушек с горящими зеленым пламенем глазами набросилась на него.

Ревердан из последних сил удерживал переход, ему пришлось сбросить все заклинания иллюзий, которые в данный момент работали в бальном зале, и только одному Создателю известно, что в тот момент творилось с оглохшими людьми, которые теперь остались в полной темноте в помещении.

– Дряная тварь! – Кимберли кинулась к чудовищу, размахнувшись, ударила его по голове, заставляя себя помнить о том, что перед ней уже не живая девочка, а самый настоящий мертвец.

– В портал, живо! – еще громче крикнул Ревердан, отбиваясь свободной рукой от злой баньши.

Ким нырнула в туманный вихрь, следом за ней бросились двое полуночных созданий, и только чудом девушка разглядела впереди бурлящее озеро. Кикиморы радовались снегу и устроили праздник по этому случаю.

“Они жрут все” – вспомнились ей слова чернокнижника.

Девушка со всех ног бросилась к озеру, стараясь не запутаться в подоле платья, пока чудовища настигнутые огненным шаром выпущенным магом отбивались от огня. Они верещали, визжали, но вовсе не от боли – хозяин приказал им не замолкать ни на минуту.

Кикиморы затихли. В непонимании они наблюдали за несущимися в их сторону мертвецами, и только Линда, почувствовав, что ее любимому другу нужна помощь, выскочила на берег.

Кимберли впервые видела кикимору в полный рост и не в воде, а на суше. Движения Линды были рваными, с тощих конечностей свисали водоросли, зеленые мокрые волосы мгновенно покрылись снегом. Линда зашипела, увидев, что и Ревердан сумел нырнуть в портал и теперь бежал к озеру, иногда притормаживая, чтобы догоняющая его баньши не сбилась с пути. Одержимое чудовище не спускало с него глаз, спотыкалось и падало но тут же поднималось и продолжало бег.

Линда метнулась в озеро и спустя мгновение над гладью воды раздалось оглушающее шипение всех кикимор.

Кимберли бегала вдоль берега, приподнимая пышные тяжелые юбки, она, будучи уже совсем не новорожденной, имела преимущество перед новенькими. Скорость бега была выше, девушка держалась на ногах увереннее, и ее разум уже давно работал по-другому, Ким могла логически мыслить и, главное, чувствовать.

Ревердан не прекращал запускать в баньши огненные шары, но те не причиняли им вреда, лишь ненадолго сбивали с толку. Озеро вновь взволновалось, Кимберли собиралась с силами, чтобы сделать то, о чем думала последние минуты. Нет, нельзя… Кикиморы не поймут, что она не одна из этих озлобленных существ.

Темный лорд наконец вырвался из кольца монстров и со всех ног бросился в воду, баньши… глупые баньши побежали за ним. Всего секунда и над озером прокатился вой, а после все стихло, и только одна из чудовищ, которая все еще отбивалась от огня, катаясь по снегу, поднялась на ноги и кинулась к Кимберли. Девушка развернулась, чтобы вновь продолжить бег, но споткнулась о корягу заметенную снегом и не смогла удержать равновесие.

Ким услышала, как над ней раздался переливчатый смех, как клацнули челюсти девочки, которая еще совсем недавно была живой и наверняка очень доброй и милой. Кимберли приготовилась отбиваться, но послышался хруст, визг баньши, и девушка, обернувшись, в отвращении скривилась.

Линда оторвала руку монстра, отбросила ее в сторону, одним движением сорвала белобрысую голову с баньши и теперь с наслаждением вгрызалась в нее гнилыми зубами. Тело монстра рухнуло на Кимберли, и девушка, едва сдерживая тошноту, сбросила его с себя и отползла в сторону, взглядом выискивая Ревердана.

Кикиморы радовались угощению на их внезапный праздник. Зловеще хохотали, прыгали из воды и танцевали свои безумные танцы, но Ким было не них – Темного лорда она так и не видела.

– Ревердан! – закричала, поднимаясь на ноги. – Ревердан!

– Да вон он, – Линда ткнула девушку в плечо рукой мертвой баньши и кивнула куда-то влево.

Кимберли бросилась туда, где на снегу у края озера виднелось черное пятно.

– Ревердан! – девушка упала на колени, схватила мужчину за руку и ужаснулась, такой она была ледяной.

Насквозь промокший лорд лежал на спине и бездумно смотрел вверх. Его грудь тяжело вздымалась, губы были сжаты в тонкую линию, а ладонь, которую удерживала Ким, вдруг сжалась в кулак.

– Он не оставит нас, – спустя долгие минуты молчания произнес мужчина дрогнувшим голосом.

Снежинки липли к его мокрой одежде, мгновенно тая. Оседали на ресницах, щекотали кожу.

– О чем ты? – Кимберли приходила в себя. Она всего на мгновение допустила мысль, что Ревердан мог утонуть в озере, что запутался в водорослях и не сумел выбраться, или что обезумевшие кикиморы перепутали его с баньши и… сожрали. Все эти мысли пронеслись в голове Ким в тот момент, когда она отчаянно пыталась отыскать любимого взглядом, и тогда она вдруг поняла, что ей не нужна никакая жизнь без него. Целая вечность, которая ее ждет, превратилась бы в бесконечные страдания.

– Твой… – лорд осекся и поправился: – Иммаил Авентон. А когда он умрет, на его место придет кто-то другой, и это будет продолжаться постоянно. Нас не оставят в покое.

– Прости меня… – шептала Ким. – Прости меня за него…

– Ты ни при чем.

Ревердан рывком сел, а потом поднялся.

– Я должен проверить, не пострадал ли кто в городе. Идем, Ким.

Мужчина, потерявший изрядную долю магии, едва стоял на ногах. В какой-то момент он едва не отпустил иллюзию стены, но вовремя спохватился, сейчас же он был на грани того, чтобы добровольно ее рассеять.

Портал вынес их на площади. Там Ревердан распустил во все стороны поисковые заклинания и долгое время молчал, сосредоточенно прислушиваясь. Перепуганные люди высыпавшие на улицы города сейчас его и не замечали, они кричали, плакали и трясли друг друга за плечи, пытаясь донести своим родным, что не слышат их. Крики слились в один протяжный неутихающий гул, и Ким постаралась отвлечься, зажмурилась и прижалась к спине Ревердана, обхватив его руками за талию. Сколько прошло времени, она не понимала, минуты длились бесконечно, пока наконец Темный лорд не произнес:

– Пять сотен.

– Пять… сотен? – переспросила Ким, не понимая, что мужчина имеет ввиду.

– Пятьсот три человека погибли, – безэмоционально уточнил лорд.

– Они… они услышали? Крики баньши, они услышали, да? – Ким трясла его за плечо.

Ревердан кивнул:

– Я их не успел спасти.

– Ты снова винишь себя! – не выдержала девушка. – А виноват в их смерти только мой отец!

Ким знала, что заклинание глухоты все еще действует, потому могла позволить себе эмоции и, не боясь, ругалась во весь голос.

– Прекрати, Ревердан! Ты тут ни при чем, так же, как и я! Ты же сам сказал, что в действиях своего отца я не виновата, так почему виновен ты?!

– Я верну ему то, что он хочет, – мужчина тряхнул головой, собираясь с мыслями. – Но сейчас нам нужно успокоить горожан.

Заклинание глухоты рассеялось в один миг, и ошалевшие от радости люди принялись смеяться. Многие из них еще не понимали, что ближайшую неделю в центре города на погребальных алтарях будут гореть их друзья и родные. Что дым от костров будет такой густой, что еще на несколько невыносимо долгих дней скроет город от солнца.

В замке все было ничуть не лучше, разве что погибших, к счастью, не оказалось. Их спасла музыка и танцы, они просто не услышали вой полуночных созданий.

Кимберли крепко держала Ревердана за руку, когда они вошли в бальный зал. Притихшие гости в ужасе смотрели на них, жавшись к стенам и обнимая друг друга. Шиай, как мог, пытался объяснить, что произошло, а Лейла испуганным хвостиком носилась за ним и цеплялась за край его жилета. Увидев Ким, девочка бросилась к ней и забралась на руки.

– Что-то плохое произошло, да? – спрашивала она, роняя слезы. – Я знала, я чувствовала, но ничего не могла сделать!

– Все хорошо, малышка, – с трудом ответила Ким.

Хорошего на самом деле ничего не было, разве что радость от того, что жертв всего полтысячи. Это очень много для такого маленького городка, и очень мало по сравнению с тем, сколько могло бы быть, если бы Кимберли и Ревердан не вышли на балкон вовремя.

– Ты должен рассказать им, – тихо сказала Ким застывшему в дверях Ревердану.

– Они мне не поверят.

– Тогда я сама.

Кимберли разозлилась на мага, и не слушая, что еще он скажет, быстрым шагом двинулась к возвышению, все еще крепко обнимая Лейлу. Говорить громко она не могла, из страха перескочить черту, когда ее голос может стать оружием, но притихшие гости слышали бы ее, даже говори она шепотом, настолько звенящей была тишина в бальном зале.

Ревердан зажег магические светильники и полумрак рассеялся.

– Меня зовут Кимберли Авентон, – начала девушка. – Я принцесса восточного королевства Брекенса, единственная дочь правителя Иммаила Авентона. Он многие годы находится по ту сторону стены и ждет, когда падет крепость, которую ваш правитель, Ревердан, выстроил для защиты королевства. Армия моего отца многочисленна, но ни один его бравых солдат не способен пересечь ни Мертвое море, ни стену, вершина которой теряется в облаках. Войти в Рейевик может лишь мертвец…

Кимберли замолчала на миг, собираясь с мыслями. В лица горожан она не смотрела, боялась увидеть в них недоверие.

– Баньши. Все вы наверняка знаете, кто такие эти полуночные создания…

Зал разразился криками. Лейла вздрогнула в руках Ким и жарко прошептала:

– Не вздумай сказать им, кто ты!

– Не стану, – тихо ответила девушка.

Ревердан незаметно пошевелил пальцами, тратя едва ли не последние силы на заклинание, путающее разум живых. Они сейчас не должны были сопоставить слова Кимберли со своими догадками, и не должны были узнать в ней одну из тех, кого боялся весь мир. Глаза девушки под воздействием еще одного заклинания потухли и зеленый цвет сменился голубым, а волосы приобрели золотистый оттенок. Но ни один из гостей не обратил на изменения в ее внешности никакого внимания.

– Я сбежала из дома и попросила помощи у вашего короля, он принял меня, как свою подданную, поклялся защищать, – Ким бросила на мага короткий взгляд, встретилась с ним глазами и улыбнулась, увидев на его губах едва заметную улыбку.

– Что нужно королю Востока? – раздался женский голос из угла скрытого в тени.

– Земли Севера. Иммаил Авентон считает, что Рейевик принадлежит Брекенсу, и что только он является законным правителем этого королевства.

Народ загудел. Люди обсуждали услышанное, но даже не прислушиваясь, Кимберли понимала, что ей не верят. Обреченно она опустила голову и сошла с возвышения.

– Баньши прорвались через Мертвое море и едва не погубили город, – начал вдруг Ревердан, тем самым вновь погрузив зал в тишину. – Но вам больше нечего бояться… разве что я должен сообщить: я не успел спасти всех и пятьсот три человека погибли. Они будут с почестями отправлены в лучший мир. Завтра начнутся церемонии прощания, прошу присутствовать всех, кто сможет или захочет… И мне больше нечего вам сказать.

Ревердан не сбегал, нет, но он не хотел видеть боль и злобу на лицах своих людей. Развернулся и быстрым шагом вышел из бального зала, чтобы до утра забыться с вином в собственных покоях. Кимберли передала Лейлу Шиаю и поспешила за ним.

Они не говорили всю ночь, маг молча пил, Ким смотрела на огонь в камине, а с наступлением рассвета отправились в Гомер. Стражи, слуга и Лейла не проронили ни слова, пока Ревердан готовил погребальные костры, горожане, которых на площади оказалось немало, поначалу пытались как-то вывести из себя мага, но он отрешенно отмахивался. Вскоре жители города прекратили свои нападки, в конце концов, страх перед чернокнижником в них взял верх, и первая церемония прошла в относительной тишине.

День за днем, на протяжении целой недели в центре города сыпались искры, в небо вырывались языки пламени, трещали ветки и бревна. Маг собственноручно собирал мертвых по городу, приносил и укладывал на алтари. На третий день кто-то из подданных вызвался помочь, а к пятому дню помощников было уже около десятка. Они не заговаривали с лордом, и вообще старались на него не смотреть, безмолвно помогали укутывать тела в простыни и даже ни разу не обвинили его в многочисленных смертях. Лишь однажды кто-то проговорился, что зря Темный лорд тратит столько дров, ведь можно было бы просто похоронить мертвых в земле, но наткнувшись на суровый взгляд правителя, замолчал.

Глава 26

Спустя неделю вымотанные горем жители крошечного города вернулись к своей обычной жизни. Пьяницы все так же звенели бутылками, идя в гости друг к другу, хохотали обнажая гнилые зубы, и думать забыли о том, что на королевство произошло нападение. Работницы дома удовольствий вновь стали принимать клиентов, дети веселились у продуктовой лавки, выпрашивая леденец у пожилой торговки, многие мужчины ушли на охоту, а женщины так были заняты домашними делами, что быстро оправились от страданий по усопшим. И только близкие родственники погибших время от времени приходили на площадь, замирали в тех местах, где совсем недавно стояли иллюзорные алтари, и подолгу бесцельно пялились в одну точку перед собой, после чего разворачивались и уходили в “Кислую сливу”.

Ревердан почти не спал, ел наспех, не чувствуя вкуса, Шиай мучился от невозможности помочь хозяину и изо всех сил старался приготовить что-то необычное. В последний ужин, за которым в столовой собрались все, включая стражников и Лейлу, даже у Кимберли, как ей показалось, проснулось желание попробовать рагу из оленины.

Темный лорд почти не разговаривал. День за днем он воспроизводил в мыслях ту страшную ночь, и тогда подолгу смотрел на огонь и не выпускал из рук бутылку лучшего вина из южной голубики.

Кимберли не спешила заговаривать с ним, ей и самой было о чем подумать. Молчаливо они ложились спать, лорд усыплял девушку заклинанием, а сам рассматривал потолок. Там, на серой лепнине, он в деталях видел лица каждого из погибших в день Середины зимы.

Так и сегодня, он лежал на кровати одетый и не мог сомкнуть глаз. Кимберли лежала рядом на боку и смотрела на мужчину печальными глазами.

– Мы почти не говорили за эту неделю, – прошептала Ким, с трудом решившись. – Я понимаю твою боль, но мне бы хотелось услышать твои мысли…

– Праздник Середины зимы с этого года я больше не стану отмечать. Людям, разумеется, запрещать не буду, им нужно веселье, нужна сказка. Но сам я…

– Я согласна, – поспешно перебила его Ким. – Больше никакого Снежного праздника в этом замке.

Ревердан впервые за много дней улыбнулся. Или же баньши просто показалось, что губы его дрогнули в улыбке?

– Я не смогу вынести, если ты будешь корить себя за то, что произошло. Ревердан, пора жить дальше.

– Жить дальше я не хочу, – глухо отозвался маг, но тут же спохватился: – Прости, не то имел ввиду. Конечно же, обретя тебя, я больше не смогу проститься со своей жизнью, но… Но я должен решиться на отчаянный шаг, который может перевернуть вообще все.

– О чем ты? – нахмурившись, Кимберли приподнялась на локте.

– Тогда у озера я сказал, что верну Иммаилу то, что он так хочет…

– Ты же не отдашь ему Рейевик? Это наш дом!

– Королевство он не получит. Я буду защищать своих людей во что бы то ни стало, и когда я верну магию Ассону, и Мировой Совет вновь все испортит и мир начнет меняться, я не стану помогать другим. Люди… живые люди с душой и сердцем являются более жестокими, чем мертвая ты. Кимберли… Я хочу знать, что ты не отвернешься от меня однажды, когда столетия спустя Ассон падет из-за собственной глупости.

– Я с тобой против целого мира, – ни мгновения не раздумывая, ответила девушка. – Даже если мы останемся вдвоем в целом свете, я буду с тобой.

Ревердан впервые за эту неделю облегченно выдохнул. Притянул к себе любимую и нежно поцеловал в лоб, потом в щеку и коснулся губ. Ласково, нежно, так, как умеет только он. Кимберли мурлыкнула, потянувшись. Ответила на поцелуй, радуясь, что смогла отвлечь лорда от мрачных мыслей хоть ненадолго.

Они еще никогда не были близки. Те два поцелуя не в счет, они не забылись, но и не были по-настоящему чем-то таким, что окончательно поставило бы точку в отношениях двух бессмертных.

Ревердан перевернулся и навис над девушкой, любуясь изумрудными глазами. Они вновь светились в темноте спальни, и не было для мужчины ничего прекраснее. Провел кончиками пальцев по холодной словно мраморной щеке, коснулся губ и вновь накрыл их поцелуем. Его жаркого дыхания хватало на двоих, Кимберли млела в руках и плавилась от поцелуев.

Темный лорд избавился от одежды, сначала своей, а после и Ким осталась обнаженной. Одеяло скинули на пол, оно сегодня ни к чему, и путаясь в простынях, ласкали друг друга пока в головах не осталась всего одна на двоих мысль:

– Я хочу тебя.

Горячий шепот на ухо пустил по спине Кимберли сноп мурашек. Объятия стали крепче, поцелуи жарче, и вот уже девушка оказалась сверху, чтобы лучше видеть Ревердана. Мужчина улыбался. Улыбался впервые за много тяжелых мрачных дней, из которых Ким уже думала они никогда не выберутся. Она ответила на его улыбку поцелуем, обхватила шею рукой и, повинуясь зову тела, подвигалась.

Ревердан прикрыл глаза, пальцами крепко впиваясь в талию девушки. Кимберли хотелось немного побыть “главной”, но маг решил иначе. Теперь уже он решал, что будет дальше.

Девушка оказалась на спине и ее тихий смех прервался громким стоном сорвавшимся с губ. В эту ночь Ревердану пришлось оглушить заклинанием всех жителей замка.

До рассвета было еще несколько часов. Темный лорд вновь нацепил непроницаемую маску, и под недоумевающим взглядом Ким оделся.

– Ты… уходишь?

– Я должен сделать то, о чем мы с тобой говорили.

Девушка вскочила с постели, нашарила брюки и кофту, быстро оделась и принялась шнуровать сапожки. Ей отчего-то стало страшно, так страшно, как не было никогда.

– Как это будет?

– Я вскрою магический резерв, хранящийся на островах Виверны, и верну Ассону всю магию. Всю, до последней капли.

– До последней… – эхом повторила Ким и тут же ее пронзило осознанием: – Ты умрешь! Ты ведь умрешь, Ревердан!

– Надеюсь, что нет, – горько усмехнулся он.

– Надеешься? Ты просто надеешься и даже не скажешь мне, что этого никогда не произойдет?!

– Кимберли… Ким, я постараюсь сделать все возможное, чтобы не покинуть тебя так скоро, слышишь? Ты можешь пойти со мной, но предупреждаю – зрелище так себе.

Мужчина полностью оделся, шагнул к баньши и обхватил ее лицо руками.

– Я не оставлю тебя, клянусь.

– Смотри мне, Темный лорд, – всхлипнув без слез, шепнула Ким. – Если ты умрешь, я тебя сама убью.

– Договорились, – весело согласился Ревердан.

Спустя полчаса они собрались в холле – Ким, лорд и Шиай. Сонный старик путался в своей балахонистой мантии, все порывался спросить, куда все собрались среди ночи, но не спешил задавать неудобные вопросы. Он знал, что если лорд не сказал сам, то и не скажет.

Портал вынес их на уступе голой скалы. Поросший мхом вход в пещеру различить было невозможно в кромешной темноте, но Ревердан уверенно шел к нему по памяти.

– И все-таки, я спрошу… – начал слуга, но был остановлен взглядом Ким. – Что ж.

Девушка двигалась машинально. Как бы она сейчас хотела иметь возможность расплакаться, чтобы соленые слезы оросили ее холодное лицо и вымыли из души весь страх, всю боль… Но она не могла и молча следовала за тем, кому доверяла больше всего на свете. Он поклялся, что с ним ничего не случится, значит, так и будет.

Шиай ворчал что-то себе под нос, по камням ступал осторожно и пару раз едва не сорвался, но был вовремя схвачен за рукав своим хозяином.

– Пришли, – оповестил Ревердан, начертил в воздухе непонятный символ и тот, засияв, с хлопком открыл проход.

Яркий свет вырвавшийся из пещеры наружу ослепил и Ким и Шиая, а лорд вовремя прикрыл глаза. Девушка переступила через каменный порог, обвела взглядом полукруглое помещение, будто все сплошь состоящее из одной чистой магической энергии. Сверкающие стены пульсировали, волнами разливая свет, каменный пол мерцал и едва ощутимо шевелился, словно вздыхал…

Ревердан стянул с себя накидку и передал ее слуге. Шиай, кажется, уже понял, что происходит, и теперь едва слышно молился. Ему можно, он живой, боги его послушают.

Темный лорд остановился в центре резервуара. Распростер руки, шепнул заклинание и с кончиков его пальцев посыпались черные искры, но быстро собрались в тонкие нити и потянулись к стенам. Черные пятна расползались по их поверхности, едва ли не полностью окутывая помещение, но вдруг замерли.

Ким со страхом наблюдала, как темные пятна светлеют, как светлая чистейшая энергия поглощает их и тянется к рукам чернокнижника. Темный лорд молчал, но не прошло и минуты как с его губ сорвался тяжелый вздох. Баньши дернулась в его сторону, но Шиай задержал ее.

– Не вздумай.

Кимберли только мельком взглянула на морщинистой лицо и ужаснулась – старик плакал. Слезы текли по его щекам и путались в морщинках.

– Шиай…

– Молчи.

Тишину разорвал крик Ревердана. Мужчина упал на колени, не в силах удержать поток магии, проходящий через него и устремляющийся ввысь. Пол задрожал еще сильнее, стены завибрировали и вот уже Шиай и Кимберли не могли оставаться на ногах. Сколько продолжалось все это, Ким не понимала, то ли всего минуту, то ли несколько часов. Они с Шиаем присели на пол и обняли друг друга за плечи, и баньши не могла оторвать взгляд от спины любимого мужчины – его черные шрамы сейчас светились голубоватым сиянием, все его тело мерцало и было окутано непроницаемым облаком света.

Но вдруг все стихло. Стены потухли, пол перестал трястись… Чтобы в следующий миг взорваться сверкающей волной, которая пронеслась над островами Виверны и устремилась вперед, все дальше и дальше, охватывая все королевства, города и поселки, зависая в воздухе на миг, а после впитываясь в землю. Ким и Шиая отбросило к стене потоком силы, Ревердан упал навзничь, и пещера погрузилась в полумрак. Темноту рассеивал лишь свет луны, но его было катастрофически мало, чтобы прогнать всю тьму.

– Ревердан! – Кимберли в последний миг напомнила себе, что с ними Шиай, и не закричала в голос. Бросилась к распростертому на каменном полу магу, с трудом перевернула его на спину и заглянула в распахнутые глаза. – Эй, очнись же! Слышишь меня, очнись сейчас же!

Шиай поднялся на ноги, но не смог сделать и шага. До боли в пальцах он стискивал мантию своего хозяина, беззвучно плакал и почти не дышал. Он уже понимал, что Ревердан не смог. У мага не получилось вовремя остановиться…

– Если ты сейчас же не очнешься… – ругалась Ким, но тут замолчала, приложив ладонь к груди мужчины.

Она помнила биение его сердца, подолгу слушала, как оно бьется тихо и размеренно, убаюкивая ее, успокаивая. Сейчас же была лишь тишина.

– Ты обещал мне… Ты поклялся!

Кимберли отпрянула от тела. Забилась в угол и изо всех сил стиснула челюсти. Ревердан уже умер, незачем лишать жизни еще и Шиая.

Слуга же наконец пошевелился. Заморгал, встряхнулся, будто очнувшись от глубокого сна, рукой нашарил цепочку на своей шее и дернул ее, срывая. Тихий звон крошечных звеньев отразился эхом под сводом потолка, амулет засиял алым и запульсировал. У Шиая было всего несколько секунд, пока заклятие долголетия полностью не покинет его, и чтобы не терять времени даром, бросился к хозяину. Дернул рубашку на его груди, пуговицы отлетели и осыпались на пол с хрустом, а старик дрожащей рукой обхватил цепочкой шею мужчины, положив амулет на голый участок его тела.

– Шиай? – Ким заметила странные действия слуги.

Шиай обернулся к ней, улыбнулся и открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел. Жизненные силы оставили его, и старик рухнул на пол с глухим стуком.

Баньши еще с минуту сидела недвижимо, мысли ее путались, а подняться не было сил, пока Ревердан не пошевелился. Его рука дрогнула, а следом мужчина издал тяжелый вздох, наполняя легкие воздухом.