Текст книги ""Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Татьяна Андрианова

Соавторы: Евгения Чепенко,Олег Ковальчук,Руслан Агишев,Анастасия Андрианова,Иван Прохоров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 327 (всего у книги 351 страниц)

– Не дергайся, – осклабился некромант. – Еще порежешься.

Это он шутит так, что ли?

Он чуть-чуть поднял лезвие, замер на мгновение и полоснул прямо по венам. Резкая боль – и кровь потекла темным ручейком прямо в выдолбленное углубление. Это был последний шаг, круг замкнулся.

Я тысячу раз чувствовала, как закрывается круг, но сейчас все было иначе. Магия оказалась холодной на ощупь и несла с собой запах могильного тлена и смерти.

– Ты еще всплакни, – зло предложил Ахурамариэль. – После будешь писать книгу «Как я была жертвой злобного некроманта». Сейчас надо о другом думать. Ну сделай же что-нибудь! Не лежи бревном!

Но на меня нахлынула какая-то апатия, и глас вопиющего меча на подвиги не вдохновлял. Я глубоко вздохнула и прислушалась к ощущениям организма. Боль в запястье была ноющей, саднящей и какой-то далекой. Короче, терпеть можно. Мысли текли ровно и неторопливо, как спокойная полноводная река с тихим течением. Вот сейчас помру, и никто не узнает, где могилка моя, никто не пойдет за гробом, никто не станет плакать и кидать цветы на белый саван… У меня и гроба-то не будет…

– Тьфу! – в сердцах сплюнул меч. – Сентиментальная идиотка!

«Попрошу относиться с уважением к моим душевным переживаниям», – насупилась я.

– Вместо того чтобы предаваться душевным страданиям, лучше вглядись в окружающее действо. Вон Дельфициус мечется, как кошка на раскаленной крыше. Похоже, что-то пошло не так.

Я растерянно моргнула и огляделась по сторонам. Дельфициус ожесточенно листал свой фолиант. Заскучавший Тимофей не смел лезть с вопросами к учителю и скучал, пиная ножку медной треноги.

– Может, я что-то не прочел? – кусал в исступлении губы некромант. – Да нет… Я все прочел… Не понимаю! – Маг принялся заламывать руки. – Я нашел этот фолиант!.. Я чуть не погиб, доставая его! Я унижался! Пресмыкался! Пошел на сделку с этой эльфийской идиоткой, жаждущей мирового господства! Я собрал благовония, нашел подходящую жертву… И что?! Все пошло прахом?

Некромант нервно заметался внутри круга, как пойманный в коробку таракан.

– Да-а-а, – задумчиво протянул Тимофей. – Все просто дракону под хвост…

При словах ученика маг подпрыгнул на месте, будто кто-то ткнул его шилом в филей.

– Точно! – возвестил он, бешено тараща глаза на побелевшего от ужаса парнишку. – Дракон! Как же я сразу не догадался… Для такого сложного заклятия нужна не жертва… а супержертва! Тимофей, иди в темницу и приведи сюда Змея. Будем его в жертву приносить.

Ученик поборол страх и поинтересовался:

– А че я-то?

– А кто? Я?

Рыжий шаркнул ногой по каменной плите, но с места не сдвинулся.

– Тимофей! – Некромант угрожающе навис над учеником. – Приведи Змея!

Парнишка насупился и поплелся было в сторону двери, но наткнулся на контур круга как на невидимую преграду и остановился как вкопанный.

– Тимофей! Я кому сказал?!

Парнишка вжал голову в плечи, шмыгнул носом и сообщил:

– Вы же не прочли заклинание завершения.

Каждый уважающий себя маг прекрасно знает, для чего чертится защитный круг. Знает и то, что покидать его без завершения заклинания никому не рекомендуется. Были случаи, когда не вполне сформировавшийся демон просто порвал магов на множество кусков. Тимофей помнил об этом, чем вызвал мое невольное уважение.

– Не говори ерунды! – Некромант побагровел и принялся надуваться, как будто кто-то накачивал его насосом. – Здесь не требуется заклинание завершения. Магия не сработала. Иди, я тебе сказал.

Тимофей вжал свою рыжую голову в плечи, но с места не сдвинулся, стоял насмерть. Дельфициус четко осознал, что сдвинуть ученика с места можно только на буксире, и топнул ногой с досады. Ну почему такой грандиозный замысел может сорваться из-за нерешительности суеверного дурака! Вот и набирай после этого деревенских парней в обучение. Некромант демонстративно прошествовал до меловой линии и… остановился. Смех смехом, а вдруг и правда вызванное из темного небытия нечто кровожадно поджидает своего создателя где-то за чертой. Бр-р-р… Старик невольно вздрогнул от страха.

Мне стало холодно и потянуло в сон, но спать на камне… Этак и ревматизм заработать можно.

– Я, конечно, не жалуюсь, но меня в жертву сегодня будем приносить или нет? У меня уже руки-ноги затекли… и весь организм тоже.

Мое в целом невинное замечание подействовало на Дельфициуса, как удар бича на дикую лошадь: он совершил скачок вверх, приземлился на меловую черту, завизжал от ужаса и заметался по периметру, как тигр по слишком тесной клетке.

– Ну почему?! – вопил он, вцепляясь в собственные седые космы. – Почему в древних фолиантах опускают самые интересные подробности? «Нужно принести Великую жертву», – пишут они. А что это за жертва? Человек? Слон? Может, дракон?.. Конечно, – некромант почесал затылок, – можно попробовать пожертвовать эльфийского принца, полугоблина или Змея наконец… – Старик вперил пристальный взгляд в меловую черту на полу, словно ожидал, что она вдруг оживет и дотянется до двери.

Черта проявила полную несознательность и гипнозу не поддалась. Дельфициус глубоко вздохнул и уставился на собственного ученика. Видимо, рассчитывал, что с парнишкой больше повезет.

– Тимофей… – угрожающе протянул он. – Живо в темницу за жертвами! Розгами выпорю…

Рыжий бросил испуганный взгляд сначала на учителя, затем на пространство за кругом и решил, что неизвестность гораздо страшнее розог. Встречу с разъяренным демоном еще никто не переживал, а после экзекуции наставника просто придется с недельку поспать на животе.

– Вот послали боги ученичка! – всплеснул руками некромант.

Я не выдержала и тихо рассмеялась. Старик вытаращился на меня, как мышь на мешок крупы.

– Первый раз вижу такую жертву. Ее крови лишают, а она веселится.

– Может, она с ума сошла, – выдвинул предположение Тимофей. – От ужаса.

– Сами вы с ума сошли! – оскорбилась я. – Причем оба. Некроманты хреновы… Что такое Великая жертва не знаете, а туда же… нежитью повелевать намереваетесь.

Некромант недобро прищурился, раздраженно поправил пенсне, некстати съехавшее на нос, и гордо подбоченился:

– Дожил! Каждая ведьма-недоучка меня, именитого некроманта, поучать норовит! Да я столько зомби поднял, сколько волос на твоей пустой голове!

Тимофей смерил меня уничижительным взглядом и преисполнился гордости. Вон какой у него наставник! Этакую уйму зомби поднял. Он попробовал представить, сколько это, и обомлел от ужаса. По самым скромным прикидкам, такое количество мертвецов заполнит весь замок доверху и еще во дворе складывать придется…

– Ты действительно некромант, – спокойно согласилась я. Меня нещадно тошнило, к тому же сознание заволакивала какая-то темная дымка. Я судорожно сглотнула. – Но некромант ты хреновый… Любой старшекурсник Академии знает, что Великой жертвой в магии называют самопожертвование…

– Что? – в унисон выдохнули Тимофей с Дельфициусом.

Нет, ну пацан еще ладно, а учителю его быть таким наивным просто неприлично. Неужели непонятно, что если бы заклинание активировалось путем водворения на жертвенный алтарь первой попавшейся девицы, нежитью распоряжался бы любой дурак. А так все становится на свои места. Чтобы получить желаемое, надо пожертвовать собой. Значит, конечным результатом насладиться не придется. Преподнести плоды своих рук кому-то еще, а самому тихо и благородно сыграть в ящик. Не такой некроманты народ, да и редко кто станет за здорово живешь подставлять запястья под жертвенный нож.

– Короче, ребята, если наш глубокоуважаемый подниматель зомби не собирается вскрывать себе вены, придется меня отпустить…

– Отпустить? – со смешком переспросил Дельфициус. – Вот еще! Замок мой кто мне возвращать будет? Нет, дорогуша, все, что ты тут наплела, ровным счетом ничего не стоит. Чего не выдумаешь, чтобы жизнь свою спасти.

Внутри всколыхнулось глухое раздражение:

– Но это правда!

– Очень может быть, – согласно закивал некромант. – Так мы сейчас проверим.

– В каком смысле? – наморщила лоб я.

– Может, заклинание не сработало именно потому, что ты еще жива, – предположил он.

И этот паразит Тимофей послушно закивал как китайский болванчик. Ну все! Море трупов, гора костей!

– Очень многообещающее заявление, – ехидно хмыкнул меч. – И как ты собираешься его осуществить?

«Сейчас увидишь», – фыркнула я.

Все. Решила. Осталось только сделать. Теперь главное – не закрывать глаза – усну. А сон и смерть для меня теперь синонимы. Я облизнула пересохшие вдруг губы и попыталась другим зрением рассмотреть сформированное уже заклинание. Осталось ли в нем еще хоть что-то, что удастся использовать? Меч прочел мои мысли и затих. Решил не мешать сосредоточиться. И правильно – с каждым толчком слабеющего сердца это становилось все труднее сделать. Хотелось отдаться на милость подступающего на мягких лапах сна и скользнуть в благословенное небытие. Я упрямо тряхнула головой. Нет! Так просто им от меня не избавиться! И магический круг им не поможет.

– Постойте, а у вас действительно есть эльфийский принц? Или это шутка такая?

Магические линии были на месте. Более того, заклинание жило, в его центре пульсировали зеленые нити силы, готовые сработать, послушные воле создателя. Осталось только понять, как перехватить его и активизировать.

– Почему шутка? Принц реальный. Я бы даже дал его пощупать, только Тимофей боится из круга выйти.

– Между прочим, кровь – самая сильная составляющая некоторых видов магии, – изрек Ахурамариэль.

«Это ты к чему?»

– К тому, что твоя кровь льется в жертвенную чашу, а чаша касается одной из нитей заклинания.

Я чуть не подпрыгнула от радости, но железные браслеты ковали на совесть, и я дугой выгнулась на столе.

– Что случилось? – тут же заинтересовался маг.

– В бок что-то кольнуло, – солгала я.

– Бедняжка. – С деланым сочувствием протянул он. – Ну ничего… Скоро тебя перестанет интересовать бренная оболочка и временные неудобства сменятся покоем и сном… вечным сном.

Какой же он добрый… Просто душка! Умилилась я. Кровь медленно, но верно покидала мое остывающее тело. Я попробовала представить, как красная тягучая капля вместе со своими сестрами сливаются в тонкий ручеек в желобке и стремятся стечь в жертвенную чашу. Их магия поднимается по стенкам благородного сосуда и тянется прямо к тонкой, незримой для невооруженного глаза линии заклинания. Линия сначала упруго дернулась, как нить паутины, в которую угодила неосторожная мошка, и замерла в терпеливом ожидании. Я тоже ждала. Сердце испуганно замерло в груди. Неужели не вышло?.. Будет ли еще один шанс? Еще одна попытка? Хватит ли времени и сил или сознание окончательно померкнет, прежде чем заклинание подчинится моей воле?

Казалось, ничего не происходит, но тут центр заклинания едва ощутимо вздрогнул. Слабенько так, но я почувствовала. В глазах потемнело. Я снова облизнула губы и слабеющим голосом шепнула:

– Кровью своей я призываю вас… – Кажется, сердце пропустило один такт. Только бы успеть. Я попыталась сосредоточиться, но мысли ускользали и растекались, словно чернила по столешнице. – Кровью своей я оживляю вас…

– Что это такое она делает? – Кажется, удивленный голос принадлежал Тимофею.

– Понятия не имею. – Это уже некромант.

Я мстительно усмехнулась, продолжая шептать:

– Кровь моя – пища ваша… Одна плоть, одна кровь, одна воля, одна душа… Кровь от крови моей, плоть от плоти моей… Восстаньте, дети мои… Восстаньте и служите мне!!!

Казалось, все силы ушли на последний то ли хрип, то ли вопль. Я закашлялась, из горла вырвался какой-то булькающий звук. И… заклинание сдетонировало. Под натиском магии я на миг потеряла способность дышать. Разряд, похожий на электрический, пронзил мое тело. Мне показалось, будто у меня вспыхнула кожа и я сгораю заживо на своем алтаре, не в силах даже попросить помощи.

Никогда я не ощущала ничего подобного! Сила текла, распространялась, как круги по воде, все дальше и дальше, пока не покрыла весь пол в замке и всю землю толстым ровным слоем, как туман прохладным осенним утром. Я чувствовала нежить – всю нежить, которая кишмя кишела в этом странном лесу и была заперта в самом замке… Но не только их. Еще я чувствовала каждый труп, каждую древнюю могилу. Чувствовала, как они восстают из праха – эти дряхлые скелеты людей и нелюдей, каких-то зверей и даже нежити.

Некромант не мог не почувствовать эту мощь. Он бросился к границе круга, но было уже поздно. Я услышала, как дверь распахнулась от мощного удара и в комнату ввалилось что-то, что заставило некроманта взвыть от ужаса и кинуться к центру в надежде, что меловая черта на полу сможет защитить его и ученика от жути, что шла, ползла, бежала сюда, подгоняемая единственным желанием: быть мне полезными.

Дельфициус тонко, по-бабьи, взвизгнул и метнулся ко мне. Раздался треск материи.

– Учитель! Вы сошли с ума? Зачем вы рвете на себе одежду?

Голос Тимофея был полон ужаса.

– И тебе советую сделать то же самое!

– Думаете, если нежить увидит нас обнаженными, решит, что мы слишком тощие и невкусные?

– Нет. Я надеюсь, что, если мы перевяжем эту зловредную разрушительницу замков, монстры нас пощадят. Боюсь, ее смерти мы не переживем.

Я усмехнулась, разглядывая как бы со стороны тощее, бледное тело старика, который сорвал свой плащ и наклонился надо мной. Тимофей тоже больше напоминал кузнечика, чем парня: ему явно не хватало физических упражнений. Самое удивительное, что я их действительно видела: они суетились вокруг моего распластанного на жертвеннике тела, пытались остановить кровь и заботливо перевязывали окровавленные запястья кусками материи…

Стоп… Как я могу видеть себя со стороны? Неужели я уже того… умерла? Почила в бозе… Пала жертвой мстительного некроманта… Я не видела ни белого коридора, ни света в конце тоннеля, ничего подобного, и чувствовала себя обделенной. В горле родился какой-то звук, кажется, шипение… Теперь у меня была целая вечность для жалости к себе. Отчего не начать прямо сейчас? Я плюхнулась на пятую точку, опустила вниз голову и… обнаружила огромные чешуйчатые лапищи грязно-зеленого цвета, с внушительными серповидными когтями. Ой, мамочки! Это еще что?

35

Ищейка поднял вверх голову и принюхался. Роландэль пролетел над оборотнем на бреющем полете.

– Я знаю, где она! – крикнул Ищейка, хотя не был уверен в том, что дракон его услышит.

С другой стороны, древняя раса драконов славилась остротой зрения и слуха. Подтверждая этот исторический факт, черный зашел на посадку. Мощные крылья подняли тучу пыли, когтистые лапы ударили по земле, как стенобитное орудие, желтые глаза с поперечными зрачками не мигая уставились на оборотня. Когда тебя внимательно изучает пара драконьих глаз размером с тарелку, это впечатляет. Ищейка невольно осадил назад, споткнулся о выступающий из земли корень и с размаху грохнулся на пятую точку. С равновесием у оборотней все в порядке, просто он не привык к тесному общению с реликтовыми ящерами, пышущими огнем.

– Я видел комнату, где ее держат… Правда, не знаю, где она находится, – сообщил Ищейка.

Роландэль раздраженно выдохнул, из ноздрей вырвались струйки дыма. Оборотень мужественно подавил в себе инстинктивное желание виновато съежиться на земле, чтобы гнев дракона миновал такое ничтожество, как он.

Филька и Драго дружно спикировали в подлесок к сводной группе истребителей.

– Я знаю, где искать Викторию! – радостно возвестил филин.

– Только вам это не понравится, – грустно вздохнул мышь.

Истребители внимательно уставились на нечисть. Как-то не принято в среде борцов с разного вида нежитью привлекать для своих целей саму нежить. Есть в этом нечто противоестественное.

– Это еще почему? – осторожно переспросил Игорь.

Все остальные мысленно проголосовали за вопрос командора. Ответ желали знать все.

– Это мой родной замок Носфератус. А стоит он посреди Адовой Глыщобы, где водится много жуткой нечисти.

Народ уважительно присвистнул. Добровольно соваться в естественный заповедник разнообразнейшей жути не хотелось никому: слишком уж дурацкий способ покончить с собой, к тому же весьма болезненный. Героизмом здесь даже не пахло, только дуростью. Народ заметно приуныл. Только Васька воинственно вздыбил шерсть на загривке и прорычал:

– Ну? И за чем же дело стало? Неужели среди истребителей не найдется смельчака, готового рискнуть, спасая жизнь дамы?

Истребители замялись. Кот смерил всех внимательным взглядом и презрительно фыркнул, топорща усы:

– Понятно! С рыцарями в наш век напряженка… Граф! Вы сможете найти Роландэля?

– Разумеется, – откликнулся мышь. – Дракона в небе трудно не заметить.

– Замечательно, – потер пушистые лапки фамилиар. – Тогда окажите мне любезность: передайте ему, что мне известно местонахождение Виктории и я жду его во дворе крепости.

Мышь отвесил коту изящный поклон:

– Вот истинная преданность, которая заставляет гордиться нашим знакомством. Я с радостью передам ваше послание, мой отважный друг.

Вампир резко взмахнул крыльями и ввинтился в небо, следом за ним исчез филин. Васька смерил истребителей презрительным взглядом и с тихим шорохом исчез в ближайших кустах.

– Как-то нехорошо получилось, – прервал неловкое молчание Новгородский. – Какой-то кот, пусть и говорящий, ведет себя так, будто истребитель он, а не мы.

– Согласен, – тряхнул головой Игорь. – Мне стыдно, что мы спасовали перед какой-то Адовой Глыщобой. Не знаю, как вы, а я, пожалуй, составлю компанию коту. Настаивать на чьем-либо участии я не могу и не имею права. Если кто-то надумает – милости прошу, если останется – осуждать не стану.

И он отправился вслед за котом. Остальные, как один, двинулись следом. Никому не хотелось показать себя трусом. Как известно, истребители своих не бросают.

Во дворе крепости царили суета и сумятица. Участники шабаша проверяли метлы, крепили снаряжение и взлетали вверх. Мелена с нескрываемой завистью смотрела им вслед. Лишенная транспорта ведьма не могла последовать за товарками. Ей оставалось лишь наблюдать за приготовлениями с земли и провожать глазами спешащий народ. Внезапно к ней сверху спикировала хорошенькая ведьмочка. Она лихо осадила метлу прямо у ног ошарашенной Мелены и весело рассмеялась, тряхнув огненно-рыжей гривой волос:

– Прыгай!

Мелена не заставила себя ждать. Она легко оседлала метлу позади ведьмы, обхватила ее тонкий стан, и метла взвилась в воздух. Истребителям оставалось только позавидовать более удачливой ведьме. С ними поделиться транспортом никто и не подумал. Неподалеку, заложив передние лапы за спину, мерил землю лапами кот, его пушистый хвост нервно подергивался от нетерпения.

Крепостной двор уже опустел, когда на него, вздымая пыль перепончатыми крыльями, сел черный дракон и сопровождающая его нежить: вампир в облике летучей мыши, филин и Ищейка. Все трое вольготно расположились на спине крылатой рептилии, благо гребенчатая спина была достаточно широкой и длинной, чтобы на ней с комфортом могли путешествовать пять-шесть человек. Ищейка зорким глазом заметил среди встречающих кота и без излишних предисловий спросил:

– Ну как?

– Не нукай, не запряг, – ничуть не смутился фамилиар.

Впрочем, оборотень замечание кота проигнорировал.

– Ты обещал сказать, где ведьма.

– Обещал – скажу. Только вы меня берете с собой.

Оборотень принялся было возражать, но дракон с невозмутимым спокойствием, присущим всем хладнокровным, задавил попытки в зародыше. Роландэль с элегантностью, странной для такого большого организма, опустился на передние лапы, приглашая кота на спину. Васька не заставил себя ждать и рысью скользнул в зазор между костяными наростами.

– Вика в Адовой Глыщобе, в замке Драго Носфератуса. Трогай! – На одном дыхании скомандовал он.

– Что?! – обалдело вытаращился Ищейка.

И тут дракон тронул, да так, что уши заложило от встречного ветра, а мыша с филином просто сдуло с костяного нароста. Вампир с оборотнем дружно выругались, выражая единодушное отношение нежити к выкрутасам реликтового ящера, и шустро замахали крыльями, торопясь нагнать. Драконы быстро летают, их даже оборотню не догнать.

Игорь проследил за полетом ящера, приложив руку козырьком ко лбу:

– Хорошо летит.

Третьяков поднял голову и тоже полюбовался быстро превращающимся в черную точку драконом.

– Согласен. Летит очень даже замечательно. Хотелось бы узнать, а как мы доберемся до замка?

– Полагаю, так же, как и мы. – Серебряный голос Киркиэля прозвучал неожиданно. Липай мысленно надавал себе пощечин за расхлябанность. Пока он любовался красотами природы, целый отряд эльфов подкрался незамеченным. Похожее чувство испытывали и остальные истребители.

– Кстати, а как мы туда попадем? – радостно поинтересовался Бес.

Киркиэль поморщился, как от зубной боли. Видно было, что наличие в команде этого жизнерадостного обормота нравится ему, как сверло стоматолога.

– Есть такая штука, дорогой бесенок, наверняка ты о ней слышал: телепорт называется.

Ирония сочилась так густо, что ею можно было бутерброды намазывать.

– А в чем подвох? – настороженно прищурил левый глаз Новгородский. – Насколько я понял, вы и сами знаете, где наша непредсказуемая ведьма находится. Зачем же вам понадобилось помогать нам с перемещением?

– Никакого подвоха, – мило улыбнулся эльф. Он вообще мог казаться окружающим белым и пушистым, если желал этого. – У нас нет магии, зато есть накопители. Вы можете колдовать, но сами явно не справитесь. Предлагаю объединить усилия…

Черный дракон летел над Адовой Глыщобой. Воздух звенел от взмахов могучих крыльев. Кот и оборотень зажали уши руками и лапами, чтобы не оглохнуть. Мышь с филином держались в фарватере змея. И Роландэль и его пассажиры держались намного выше деревьев. Памятуя о репутации Глыщобы, можно было предположить, что проживающая там нечисть вполне способна выпрыгнуть вверх с ближайшей сосны и вцепиться в брюхо дракону.

– Вот он! – Мышь увидел родные стены и кинулся к морде Роландэля.

Тот нервно клацнул на мелочь зубами, чтобы не мельтешил. Дракон без подсказки понял, что одиноким замком посреди Глыщобы может быть только Носфератус. Если где-то и существует очередь из желающих построить дом, то определенно не здесь. Дракон зашел на посадку, сделал круг над каменными зубцами… и обомлел. Весь двор был заполнен нежитью. Их было много, даже какие-то скелеты притащились, хотя непонятно было, каким образом кости крепились друг к другу, если сухожилий и связок не сохранилось.

Первым порывом Роландэля было сжечь их всех. Он даже набрал воздух в легкие, но выдохнуть пламя из пасти не успел. Вездесущий кот ловко пробежал по чешуйчатой шее и свесился со лба наподобие оригинальной челки.

– Даже не думай, морда змеиная! – настоятельно порекомендовал он. – Я тебе собственными когтями все глаза выцарапаю.

Дракон недовольно рыкнул.

– И нечего на меня рычать! Сначала спасем Вику, а потом делай что хочешь.

Роландэль разочарованно вздохнул и пошел на снижение. Ваське пришлось держаться за скользкую чешую. Эльф мстительно улыбался про себя. Убивать любимца Вики он не собирался, но ведь кот этого не знает.

Нежить во дворе почтительно расступилась перед драконом, благоразумно предоставив место для посадки, если слово «благоразумие» вообще применимо к нежити; сбежать твари не сбежали, но и нападать не торопились. У Роландэля создалось такое впечатление, словно они ждали чьего-то приказа. Он с подозрением покосился на каменную громаду замка. Надо отдать должное вампиру: жилище он отстроил вполне соответствующее личности жильца… или нежильца? Мрачное строение словно материализовалось из готических романов, тех, где местом действия служит старый замок с привидениями, где в каждом случайном шорохе пыльных портьер чудится приближение чего-то сверхъестественного, а в стрельчатые окна заглядывает неупокоенный дух.

Дракон покосился на окружающую его нежить. Интересно, что они здесь делают в таком количестве? Да и запах от тварей исходил специфический: пахло склепом, рептилиями и гниющей плотью. Бр-р-р! Роландэль очень сожалел, что не имеет возможности поморщиться и что противогазов для драконов не выпускают. Однако странная компания подобралась! Многие твари в обычных условиях не брезговали каннибализмом, и потому видеть их стаей было странно. Эльф пригляделся к нежити пристальнее. Все они без исключения смотрели на него с одинаково бесстрастными мордами: никаких эмоций, словно их тут и не было вовсе. Определенно что-то было не так… В глазах нескольких тварей скользнуло нечто неуловимое. Дракон вздрогнул от неожиданности, обругал себя безмозглым кретином и резко сбросил со спины седоков, не особо заботясь об их сохранности. Впрочем, у оборотней всегда реакция отличная, а коты в девяноста случаях из ста приземляются на четыре лапы.

– Обалдел?! – возмутился эльфийской бесцеремонностью Василий.

Лапы фамилиара мягко спружинили на булыжник, кот даже сумку не выпустил. Ищейка ничего не сказал, он выгнулся в судороге превращения: морда вытянулась вперед, кожа на спине лопнула, на волю выплеснулся густой серый волчий мех. Теперь он, по крайней мере, дорого продаст свою жизнь. Внушительный оскал пасти и глухой звериный рык предупредил потенциальных противников о его намерении вывести из строя как можно больше тварей.

В свою очередь черный дракон подернулся сияющей дымкой, и через несколько секунд взору подоспевших ведьм предстал совершенно обнаженный эльф. Кожа его серебрилась в лунном свете и походила на сверкающую драгоценность, блестящие волосы расплескались по спине черным водопадом, являя поразительный контраст между бледностью кожи и цветом роскошной шевелюры до пояса. Несколько ведьмочек восторженно ахнули:

– Ах, какой красавчик!

– Девочки! – осадила особо разгоряченных зрелищем Велина. – Не забываем, зачем мы здесь. Сначала война, а удовольствия достанутся тем, кто благополучно переживет эту ночь.

Воздух наэлектризовался, пошел рябью, и из распахнувшегося телепорта сначала вывалились истребители, а потом строевым шагом промаршировали эльфы.

– Блеснуть желая наготой, почтил эльф камни мостовой, – выдал на-гора экспромт Бес.

– Я и раньше находил твое поведение странным, – хмыкнул Киркиэль. – Но стриптиз в таком месте – слишком даже для тебя. Нежить способна оценить тебя только в качестве очередного блюда в меню.

Третьяков заявил, что боевая операция и стриптиз – это пока еще не одно и то же. Впрочем, Роландэль не принимал близко к сердцу реакцию окружающих. Тонкие пальцы эльфа крепко уцепили подбородок ближайшего шкира. Тварь зашипела, высунув раздвоенный язык из зловонной пасти. Но кусаться не стала.

– Вика, не дури! Впусти нас! Нам еще Улфивольтурниэля найти надо!

Народ пораженно замер и уставился на эльфа как на помешанного.

– Он спятил, – грустно выразил общую мысль Васька и нежно прижал сумку к своей пушистой груди, словно кто-то собирался у него ее отнять.

Я себя чувствовала… странно. Просто этому ощущению других слов не подобрать ни на одном языке, который мне известен. Казалось, я присутствую сразу в нескольких местах: вижу многочисленные комнаты замка, извилистые галереи и даже двор совершенно с разных точек. Пока я пыталась осознать суть происходящего, во дворе приземлился черный дракон. Под лапы ящеру такого размера может сунуться только дебил. Я отхлынула – по-другому не скажешь. Дракон сел свободно, с грациозным изяществом, не совместимым с размерами, обдав ветром и пылью из-под кожистых крыльев. Желтые с вертикальными полосками зрачков глаза уставились на меня. Морда ящера не способна воспроизводить эмоции, глаза тоже. Ровно с таким же выражением морды дракон признается тебе в любви и разорвет на части. Я выжидала. Сказать ему что-то? Но я даже мысль на драконьем сформировать не могла, да и далеко не факт, что происходящее реально. Может, это бред, вызванный большой кровопотерей?

Воздух вокруг рептилии налился магией, заколыхался волнами, и из этого сверкающего кокона, как бабочка, появился Роландэль. Его волосы темным шелком разлились по плечам, глаза были настолько темными, что разницы между зрачком и радужкой не было видно, кожа сияла лунным светом, и все это великолепие выхватило часть меня из воздуха и мелодичным голосом сообщило:

– Вика, не дури! Впусти нас. Нам еще Улфивольтурниэля найти надо!

Я не сразу поняла, чего он вообще хочет. Просто глядела и наглядется не могла. Я ведь с ним знакома не один день, но почему-то раньше не реагировала на красоту эльфа так остро. Наверняка это какие-то чары… А что же еще?

– Вика! – настойчиво твердило мне это совершенство. – Ты знаешь, где принц?

Какой принц? Ах, Улфи… Действительно, где же он? Темнота наполнилась шорохом и звуками скрежета когтей по камню. Теперь передо мной были стены подземелья. Местами на них виднелась плесень и конденсат, словно холодная испарина, покрывал огромные камни. Факелов по стенам развесить никто не удосужился. Впрочем, свет мне не был необходим. Я прекрасно ориентировалась и в темноте. Это точно видения, сон уставшего организма. А как еще объяснить тот факт, что я вот так, запросто, ориентируюсь в темном пространстве и не набиваю шишек, не ломаю конечностей и – о чудо! – даже не спотыкаюсь. Да если бы в мою голову пришла мысль мчаться на такой скорости по темному лабиринту, ориентируясь преимущественно на слух и нюх, – для эвакуации останков моего организма пришлось бы вызывать спасателей.

Одна из дверей привлекла мое внимание. Внешне она ничуть не отличалась от других: крепкая, окованная железом, с окном-решеткой и массивным засовом, способным пережить атаку стенобитного орудия. Но за этой преградой ясно ощущалось биение сердец. Я их слышала. Хотя, пожалуй, слово «слышала» не может выразить той сладкой дрожи в теле, что вызывало во мне ощущение этих сердец за дверью. Это было как глоток чистой родниковой воды посреди пустыни, их пульс ощущался сочной вишней на языке и рождал где-то в глубине глотки звериный рык. Несколько секунд ушло на то, чтобы одернуть бушевавшего внутри зверя, мечтающего добраться до живой плоти и ощутить ее вкус на губах. Да что это, в конце концов, со мной? Несколько целенаправленных ударов по засову, и балка чуть не отдавила мне лапы. Лапы? А они– то откуда?!

Дверь открылась легко. Видно, петли недавно смазывались. Обитатели камеры взвизгнули, вскрикнули, зашипели… Полуэльф мужественно толкнул за спину растрепанную блондинистую девицу (где-то я ее уже видела), зеленый ящер с интересом воззрился на меня и удивленно прошептал:

– Волколак?

Волколак? Где? Я заозиралась, но никого постороннего не обнаружила. Ясно. У них просто шок. Говорят, что такое часто бывает с узниками, слишком долго сидевшими в камере. Правда, обычно это одиночки. Я потянула носом воздух, не очень-то рассчитывая на зрение. Принца среди заключенных не было. Жаль. Пришлось бежать дальше.