Текст книги ""Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Татьяна Андрианова

С каждым новым невоплощенным или исчезающим диалогом, Лик чувствовал себя все увереннее. Энергия не кончалась, а разум контролировал время все эффективнее.

В конце концов, осталась лишь одна яркая ветвь. Маруся, ее сосуд и ее пыль нужны были Люциферу лично. Для Эйдолона и идущих вслед за ним отводилась иная роль: загонять ангелов в Пустоши. Вот только Лик не был намерен терять связь с ведьмой ни на миг, тем более отдавать ее в чужие руки, о чем в довольно резкой форме дал понять Первому сыну. В синих глазах Люцифера появилось легкое раздражение, и тогда Лик догадался. Не все, что случилось в этой реальности, входило в планы ангела, в частности, его, Ликурга, единство с Рыжиком.

В картину времен вдруг вмешался Азазель. По его мнению, все было просто – изложить ведьме факты и позволить самой решать.

– Рыжик, – обратился Лик внутрь себя, заставив ведьму, старательно прислушивающуюся к его эмоциям и ощущениям, вздрогнуть от неожиданности. – Ты колечко где взяла?

Он вернулся в настоящее и обернулся к Марусе. Медные брови встали домиком над удивленно распахнутыми серебряными глазами.

– Которое?

– Которое раритетное, – вслух ответил Лик. – Не слишком приметное, постоянно на твоем пальчике. Во время общения с большой изюминой я опрометчиво предположил, что оно родовое, но наш старый новый знакомый знает эту вещь иначе. А еще он заблуждается, будто я вообще не осознаю кольцо на твоей руке. И отчасти он прав, печать на нем всегда ускользает от сознания. Так, где ты его взяла? Ему ты всегда отказывалась говорить.

Медные брови сошлись на переносице, сообщив окружающим, что хозяйка озадачилась.

– Я его сама сделала, точнее переделала. И это не кольцо, точнее не совсем кольцо.

– А если уточнить точнее? – Синие глаза Люцифера засияли любопытством. И Руся увидела в них того самого Дингира, который совсем недавно хозяйничал в ее гостиной, называл «дамой сердца» и искренне просил прощения за свое неподобающее поведение в ее присутствии.

– Да, я знаю. Он в тебя влюблен. – Тряхнул головой Люцифер. – У него своя жизнь каждый раз с нуля в новой реальности, у меня – своя вне времен. Помогает скрываться и отдыхать. Так что это?

– А вам зачем?

Лик не без восхищения смотрел в подозрительно сощурившиеся серебряные глаза. Не сказала тогда, не скажет и сейчас. Он видел, что не скажет. Люцифер сердито выдохнул. Заглянуть далеко вперед, где готовы исходы предстоящей битвы, ангел, как выяснилось, не мог, а, значит, и наблюдать, как именно Рыжик использует свою таинственную поделку, тоже не мог.

– Она справится сама, – Лик произнес это вслух прежде, чем по настоящему осознал. Он не мог проследить ее будущее, но был абсолютно уверен в ней и в ее силах. Рыжик со своим незаурядным умом, бесстрашием, Шутом и пылью не нуждалась ни в богах, ни в ангелах. Это они испытывали необходимость в ней. Вот что ему тогда поведал сосуд Баранова, и что он изо дня в день наблюдал сам, но отказывался осознать.

В повисшем напряженном молчании Лик отпустил Безумца, прервав связь. С тихим шипением Шут вырвался на свободу и растворился в своей ведьме, заставив ее с ног до головы покрыться серебряной пленкой.

– Ты проведешь нас.

Женя перевела взгляд с турса на Костю. Она точно знала, что парень, крепко сжимающий ее талию в объятиях, не человек и никогда им не был, но почему-то в это до сих пор трудно было поверить. В ответ на реплику Локи он задорно, по мальчишески усмехнулся и посмотрел сверху вниз ей в глаза.

– Драться умеешь?

Девушка растерянно повела плечами и почувствовала, как шевельнулись крылья за спиной. Откуда ей было знать? Будучи слабее самых слабых созданий в этом Мире, она с детства училась пользоваться разумом, а не силой.

– Мы не можем, – радостно констатировал Костя. – Мы драться не умеем.

– Кончай ерничать, клоун!

Женя впервые увидела Локи таким. Турс, трикстер из семейства Гюд огрызался на другое создание за несерьезность? Она вновь посмотрела в глаза Косте.

Где-то за ее спиной засмеялся Баба:

– Вот так слагаются легенды. Маленькие и большие.

– Собрался разрушить мою репутацию, ориша?

– Ну, что ты. Баба добрый. Ты стареешь, как все мы. Однажды это просто происходит, и на смену приходят молодые, а мы становимся опорой и легендой. Либо пытаемся сбежать и тонем в небытие. – Ориша с улыбкой развел руками.

– Хочешь сказать, это моя смена? – Локи с сомнением осмотрел лешего с головы до ног и обратно.

– Ну, согласись, похож. Сильный, умный, любопытный, и клоун. Трикупис даже до меня добрался с жалобами.

Женя плотнее сжала губы, стараясь сдержать улыбку.

– Ладно, – Костя поморщился. – Буду хорошим.

Окружающее пространство мелькнуло и изменилось в мгновение. Женя испуганно взмахнула крыльями и стремительно понеслась вместе с лешим вверх.

– Тихо, тихо, – засмеялся Ивченко, на ходу заставив пространство удерживать себя отдельно от встревоженной девушки. – Это я, я.

На земле послышалось рычание и оклики.

Костя спустился чуть ниже и обхватил Женю за бедра. Почувствовав опору, она сложила крылья. Бешеная гонка прекратилась так же резко, как началась.

– У Нинхурсаг там беременная волчица. Ты поможешь закрыть ребенка от посягательств?

Она кивнула.

– Тогда не возражаешь, если мы к ней слетим?

Девушка снова кивнула.

Костя осторожно спустил их обоих на землю, аккурат рядом с мембраной восприятия матери, и под недовольное шипение возникшего из темноты аниото поцеловал. Мнение леопарда его не волновало. Он отлично слышал каждое движение каждого сущего создания, включая Пустоши. И точно знал, что уместно, а что нет.

Проекция Нинхурсаг возникла рядом с Женей и вобрала ее в себя, оставив в руках Кости ощущение пустоты. И необходимости вернуться в существующую реальность, где вместе с первыми лучами солнца, готовыми вот-вот окрасить горизонт, должны были появиться три сотни блуждающих, враждебно настроенных созданий.

– Костя! – окликнул его из темноты Ликург.

Ивченко обернулся. Без оболочки мага бог выглядел внушительно, даже с новой не человеческой точки зрения.

– Держи, – Эйдолон на ходу кинул ему осколки реальности, аккуратно собранные в книгу, и пронесся мимо, туда, где на фоне темного неба появился первый взвод. Кожа бога засияла, от его волос и кончиков пальцев в землю побежали яркие электрические разряды. Костя разглядел едва заметный шлейф серебряной пыли за божественными плечами. В воздухе запахло озоном. В какой-то момент Ликург исчез и тут же появился вдалеке, на спине летящего Воеводы, прижал ладони к его вискам и пропустил через голову пернатого один за другим несколько разрядов. Костя насчитал около пяти вспышек, заставивших командира взвода сбивчиво заработать крыльями и снизиться. Лик исчез и появился на спине следующего ангела.

Костя проследил, как оглушенного Воеводу прибила к земле собравшаяся буквально из воздуха волна. Леопард прыгнул ангелу на плечи, свалив с ног. И в этот момент появилась Маруся в сопровождении Люцифера и серебряного облака. Крупицы металлической пыли, поблескивая в свете вспыхивающих разрядов молний, окружили голову несчастного Воеводы. Ангел взвыл от боли, выгнулся и стряхнул с себя Иму. Леопард едва успел вывернуться и приземлиться на лапы подальше от противника. Огромные крылья забили по земле, вырывая куски дерна.

Заинтригованный столь неожиданной картиной, Костя сменил зрение, и не напрасно. Ведьма не просто коснулась маниту искусственного создания, она буквально проникла в его мозг. Пустые частицы ее вживленной части личности с невероятной скоростью разрывали старые нейронные связи и создавали новые внутри головы Воеводы, пока тот метался по земле, сопровождаемый Горицей и Иму.

Когда процесс перестройки был почти завершен, Люцифер взмахнул крыльями и присоединился к Ликургу и Азазелю. Теперь они втроем методично скидывали с небес летящих ангелов, развернувших полноценное сражение. Внизу каждого из падающих ожидал холодный прием.

Синее пламя Клеомена захватывало очередного низверженного, скидывая на землю, где того несколькими мощными ударами передних лап выводил из строя белый леопард. Зверобой действовал в паре с Бабалу-Айе. Старый ориша счастливо улыбался. Слишком давно старику не доводилось спустить с цепи божественное маниту. Мор черным ветром сносил обожженных чертом противников. С теми, кого после чертей не успевали добить Мос или Баба, справлялся Лои. Топор Сигюн с шумом рассекал воздух, отдавая в руки ледяного турса раненых ангелов. И в центре всего этого хаоса кружила ведьма с рыжими вьющимися волосами, последовательно переходя от одного измененного к другому.

Костя схлопнул осколки в руках, растворив их в себе. Созданный Люцифером сборник не содержал ничего, что он бы уже не узнал от окружающих через мать, кроме разве что истории Пелопа, родного брата Скирона. Сумасшедшим несчастного нефилима сделало неудачное столкновение с одним из крылатых, но кто теперь заинтересуется этим?

Горизонт окрасили первые солнечные лучи. Теперь на фоне светлого неба можно было различить десяток взводов. Встревоженные успешным сопротивлением защитников архангелы вели в бой все свое войско. По окрестностям разносился гул больше трех сотен пар хлопающих крыльев. У мембраны появилась проекция Нинхурсаг. Она вышла за пределы своего разума и коснулась старого дерева, увешанного лентами и обрывками ткани всех мастей. Ствол ожил и принялся расти, подобно змеям зашевелились ветви, и вот уже несколько ангелов беспомощно трепыхались в нерушимых тисках матери. Создания, проходящие сквозь нее, сами того не понимая тысячелетиями делились крупицами своей силы. По капле создается океан. То, что в видимом диапазоне казалось деревом, на деле представляло из себя живую материю разнообразия маниту этого Мира.

«Пора», – обратилась к нему Нинхурсаг.

Костя мысленно растворился в живой сути природы планеты. Береславу и змия Вуколу он нашел уничтожающими родовое поместье семьи Овечкиных.

Старая ведьма свирепо хохотала, пока из полыхающего здания на встречу к ней на пару с сосудом несся глава семьи и по совместительству старший аптекарь Шабаша.

– Страшную месть потом закончите, – проговорил Ивченко и перенес ее вместе со змием на помощь внучке, оставив разъяренного Овечкина наедине с последствиями его решений.

– Ох, ты ж сколько их! – Воскликнула Козлова-старшая, ошарашенная масштабом развернувшейся битвы, но тут же встрепенулась. – Куля! Пали перья! Они без них не взлетят! – И повернулась к Косте. – Внуча где?

Ивченко кивнул в сторону рыжей головы, исправляющей структуру очередного мозга.

– Она их переделывает. Потом узнаете.

За Жар-Птицей на затерянный в океане остров Костя отправился под зарево полыхающих в огне ангелов. Возможно, опаснее Высших, чем змии, эта Вселенная еще не рождала.

Фениксу много объяснять не понадобилось. Ей достаточно было узнать, что ее черт сражается с неравным противником. И вот уже в небе над его матерью парили два огненных, страшных в своей сути создания.

«Люцифер!»

Костя услышал ментальный крик одного из архангелов. Увернувшись от огненного плевка Вуколы, Михаил взлетел ввысь, а затем, сложив крылья, вытянулся и стрелой снес брата. Земля клочьями разлетелась под их телами, точнее под телом Михаила. Люцифер первым оказался на ногах и исчез.

«Трус!»

У Ивченко в ушах зазвенело от ярости, прозвучавшей в этом крике. Впрочем, Первого сына реакция брата эмоциональным не сделала. Ведомый четкой целью, он появился снова и нанес Михаилу удар со спины, а следом в действо включилась Маруся. И снова Костя наблюдал, как невероятно сильное искусственное создание бьется в агонии, пока ведьма безжалостно наживую перекраивает его личность.

Ярослав был последним, кого привел на поле боя Ивченко.

– Где Женя?

– В безопасности, у мамы.

– Быстро и вкратце, – скомандовал Атум, хмуро оглядывая небо.

Костя поймал всесильную бездну за руку и переместил чуть в сторону, спасая от агрессии Рафаила.

– Идея у другого вас была создать идеальный мир, убив мою мать. А это ваше совершенное войско. Дети, так сказать. – Костя собрал книгу Пелопа и растворил ее в маниту Атума. Так было проще. – Научитесь контролировать свое эго самостоятельно, без помощи дочери. – Тихо посоветовал Ивченко и присоединился к битве. Работы предстояло много.

От сознания Маруси не ускользало ни одно движение вокруг. Видела она и появление бабули с дедом, и Харикон, и хмурое лицо Ярослава рядом с Костей. Одновременно следила за Ликом и каждым из близких ее сердцу созданий, готовая в любое мгновение помочь. Малую часть пыли она оставила со своим богом, дав ему возможность видеть временные ветви и действовать наравне с Азазелем и Люцифером, остальную направила в магию аптекарей. Ее «поцелуй смерти» не убивал, а лишь проникал в разум тех, чью личность она сама и написала. Руся узнала собственную манеру и почерк еще до того, как увидела подпись в первом измененном.

Михаил стал шестнадцатой по счету системой, код которой Руся сбросила к базовым настройкам. Та, другая, уже не существующая Маруся все же была Марусей: создала и спрятала неактивные блоки, которые после подключения давали ей полный контроль над личностью объекта. Хорошая страховка никому еще не вредила. Заранее ведь не угадаешь, что в жизни может пригодиться. Тем более, когда речь идет о заказе Высшего, тем более, когда техническое задание этого Высшего подозрительно напоминает планы по захвату Вселенной. Изображения всех сопровождающих документов та другая Козлова тоже предусмотрительно записала в неактивные нейроны памяти созданий.

Руся тряхнула головой, отгораживаясь от ментальных воплей Михаила. Буквально через пару минут боль пройдет, и он о ней забудет. А еще через несколько часов он очнется свободным и готовым для жизни в этой реальности созданием. Стоило Русе отпустить голову ангела, как появилась Нинхурсаг и забрала его. Она уносила их всех, намереваясь не позволить ни одному из ныне живущих повлиять на их чистые личности.

Маруся оглянулась и направилась к следующему объекту. Объем работ немного пугал, но выбора она все равно не имела. Не доверять же, в самом деле, Люциферу ее «кольцо» или объяснять присутствие лазеек в коде. Обойдется. Тридцать три десятка не такое уж и большое число. Главное, чтобы никто из ее близких не пострадал. Руся сощурившись понаблюдала, как Атум развернул шторм и смел на землю почти пять десятков пернатых разом, где проросшие корни диких трав, повинуясь воле сына Пустошей, задержали их, пока Нинхурсаг медленно, но верно не заключила их в путы ветвей единственного в этой местности дерева. С Ярославом и Костей дело явно пошло быстрее. Руся встрепенулась и влезла в разум следующего, поморщившись от крика новой жертвы.

Мурад опустился на теплый белый песок у кромки океана и сосредоточил взгляд на линии горизонта, где лазурное небо сходилось с темными поблескивающими на солнце водами. Он предусмотрительно выждал несколько минут после исчезновения феникса вместе с Ивченко, лишь затем вышел из дома, достал из кармана сверток с небольшим количеством пыли и раскрыл. Записанная полудницей программа сработала мгновенно. И вот на крыше домика появилась универсальная станция.

Прозрачная, будто призрак, Ясна приблизилась со спины и опустилась с ним рядом. Серебристые пылинки, транслирующие трехмерный образ, переливались на свету.

– Не расстраивайся, тебе не долго тут сидеть. Все быстро уляжется. У меня прогнозы очень хорошие. К тому же я наблюдаю сейчас за Ярославом и его подопечными. Думаю, тебе понравится общий исход всех событий.

Див взглянул на подругу детства.

– Да, я не о том грущу. Меня все устраивает в плане реализации наших замыслов о равенстве и доступности информации.

– А о чем тогда?

Мурад пожал плечами.

– Не знаю. Это даже не грусть. А что-то светлое, странное, вроде ожидания сказки, – он мечтательно взглянул в сторону горизонта.

Ясна заулыбалась в ответ.

– Странный ты, и всегда был. Романтичный больно. И вечно все у тебя эмоционально, красиво, аккуратно и эстетично.

– Возможно. – Мурад снова пожал плечами. – Ты не нашла, что искала?

– Нет, – она отрицательно покачала головой. – Но я точно знаю, кто в силах нам помочь.

Див вопросительно поднял брови. У Ясны всегда была эта дурная привычка – делать неуместные драматические паузы.

– Знаешь Мухина?

– Легендарного профессора психиатрии?

Полудница угукнула.

– У него дочь есть. Вот тебе с ней придется пообщаться. Только смотри не назови ее Клавдией и особенно Клавдией Петровной, у нее на почве имени условный срок имеется. Ладой зови. Вообще она странноватая в целом.

Мурад вздохнул.

– Обеих Козловых мне было мало, хочешь сказать?

Ясна кивнула.

– У этой свои сложности. Она приемная, найти ее родителей или установить их личность никто так и не смог.

– И что тут особенно сложного? По этой логике и я должен быть неуравновешенный.

– Ну, ничего, кроме того, что она – дакини.

Див поперхнулся.

– Да, – рассмеялась Ясна. – Они существуют. Представляешь? Семья скрывает ее истинное маниту. Если бы не стабильная яркая кровь Мухиных, сомневаюсь, что у них это получалось бы столь успешно. Но, – полудница победно воскликнула, – ты точно найдешь с ней общий язык!

– Вот спасибо, – кивнул Мурад.

Ясна снова рассмеялась.

– Да, обращайся! Кстати, про Козловых не забывай. Нам еще старшая на пару со змием понадобится.

Осознание пришло, словно вспышка, поселилось в голове и растворилось в теле. Я был человеком и был созданием, был слабым и был сильным. Я – есть Я единого организма, состоящего из двух зеркальных планет, пронизанных нервной системой, носящей имя Нинхурсаг. Они, – я окинул взглядом семнадцать созданий, – антитела, которые мой организм выработал в борьбе с болезнью. Измотанные, но абсолютно счастливые, включая двух ангелов, они лежали посреди поля, откуда всего мгновение назад мама забрала последнего измененного, переговаривались и откровенно хохотали. Над чем? Они сами этого не знали. Да и не волновали их подобные мелочи.

Позади меня зашуршали крылья, тонкие руки обвили мою талию. Прикосновения Жени подарили непередаваемые ощущения мне-человеку. Мимо стремглав пронеслась Всемила и едва ли не упала в объятия лугару. Ее ребенок еще будет моей головной болью, но это будет потом. Да и не только он. Нервы подергивало то там, то тут на обоих планетах – издержки жизнедеятельности моего развивающегося организма. Сейчас я не хотел думать об этом, сейчас я был просто Костей, который очень много фантазировал о прекрасной девушке Жене.

Вместо эпилога

– Рыжик!

Руся задрала голову и недовольно взглянула на Лика. Как можно быть таким разговорчивым после секса?

Лик подтянул ее повыше и чмокнул в нос.

– Я понял. Ведьма недовольна. Но все же. Ведьма мне скажет, что за «кольцо-не кольцо» она себе сделала? Или там очередная великая тайна Аптекарей?

Медные брови уползли вверх.

– Аптекарей? Нет, они не при чем, – фыркнула она. – Точнее технология их, да, но тайны – мои.

– Так что за тайны?

Руся нахмурилась.

– Я скажу. Только ты серьезно отнесись. Ладно?

Лик ожидал, какого угодно уточнения, но не такого. Впрочем, если вспомнить, что Рыжик была началом и концом невероятной истории, то причины у нее могли оказаться.

– Ладно, о, великая создательница личностей тридцати трех десятков ангелов. – Лик не удержался от поддразнивания. Она понятия не имела, как он ее обожал, как гордился ею, и как был счастлив рядом. – О, великая легенда двух Миров.

– Я – не легенда, – насупилась Руся.

– Через неделю будешь, поверь. А через пару-тройку лет коды разума этих существ войдут в университетские учебники. Процесс перестройки тоже. Ярослав вот не возражает против изучения созданной им физиологии.

Руся тяжело прерывисто вздохнула.

– Ну не печалься. Лучше расскажи любопытному богу страшную тайну.

Она поводила носом из стороны в сторону, чуть помедлила и затем опасливо произнесла:

– Мне деда Вукола в шестнадцать колечко подарил древнее. Оно верное, не теряется, хозяина знает. Вот я подумала и из него шпаргалку с паролями сделала еще в университете, я же их с Шутом забывала всегда, а они у меня сложные и позарез нуж… Ну, чего ты смеешься?!

Татьяна Андрианова
Здравствуйте, я ваша ведьма!

1

Стоял душный, знойный июльский день. Ни облачка на небе, ни тучки на горизонте. Я нерешительно топталась на пороге сельсовета села Малые Кузьминки, – в синих джинсах, в белой, промокшей от пота футболке и сандалиях на босу ногу. Вместительная спортивная сумка оттягивала плечо. Единственное, что отличало меня от местного обывателя, – несколько амулетов на шее и деревянные четки с оберегами на руке вместо браслета.

Меня зовут Виктория Загнибеда, и я – ведьма. Звучит как признание на сборе Ассоциации анонимных алкоголиков. Но это действительно так. Очень редко в семье, не имеющей никакого отношения к магии и волшебству, рождается настоящая ведьма. Мой дар обнаружился в двенадцать лет, когда я умудрилась превратить контрольную работу соседки по парте в лягушку. Земноводное получилось белое в клеточку, как листок из ученической тетрадки; оно противно квакнуло и шустро ускакало в коридор, где было съедено питоном Яшкой, выбравшимся из террариума живого уголка.

Как оказалось впоследствии, столь эффектное превращение контрольной было моим самым крутым деянием как ведьмы. Родители гордились мной. Меня тут же отправили в спецшколу для магически одаренных, затем в Академию Колдовства, Чародейства, Магии и Волшебства. В результате нескольких лет безуспешных усилий со стороны учителей на свет выпущена посредственная ведьма с минимальными оценками по предметам и такими же способностями. Профессора вздохнули с облегчением и с чувством выполненного долга дали мне распределение в село, куда уже лет сто никого не посылали. Видимо, надеялись, что слава о деяниях бездарной ученицы до них не дойдет ввиду дальности расстояний.

Я еще раз глубоко вздохнула, перекинула светло-русую косу через плечо, поправила тяжелую сумку и сотворила небольшое заклинание на пасмурную погоду. Маленькие тучки не повредят сельскому хозяйству, а мне будет куда приятнее выйти из помещения, когда спадет невыносимая жара.

К моему удивлению, заклинание сработало. На небе действительно появилась тучка, прямо надо мной. Тучка спустилась ниже, залетела под козырек сельсовета, грянул гром, сверкнула молния, и полил ливень. Я вымокла практически мгновенно. Во избежание простуды пришлось поспешить в помещение, но проклятая тучка последовала за мной.

Секретарь сельсовета, дородная женщина, смачно жующая малосольный огурец, минут пять созерцала молодую ведьму с персональным душем над головой. Я поежилась от сырости, чихнула и выложила перед ней направление.

– Дак вам к председателю надо, – махнула она надкушенным огурцом в сторону закрытой двери с табличкой «Глава администрации с. Малые Кузьминки». – Он как раз у себя.

Глава администрации оказался, не в пример своему секретарю, сед и худосочен. В своем черном костюме, минимум на размер больше, он выглядел как всклокоченное пугало, сбежавшее с огорода из-за несусветной жары, отчаянно потел, но пиджак не снимал. Берёг авторитет.

– Что это вы, уважаемая, мне весь ковер замочили? Мы влажную уборку не заказывали, так что денег с нас не сдерете. Даже не думайте.

В подтверждение своих слов глава сложил крепкий кукиш и помахал им из-за своего стола.

От такого приема я немного опешила. Честно говоря, я рассчитывала, что о моем прибытии в деревне должны знать. Распределяют не с бухты-барахты, обычно поступает заявка из местных органов самоуправления. А туда ли я попала?

Я вернулась назад и еще раз внимательно изучила табличку на двери. Так и есть: «Глава администрации с. Малые Кузьминки». Никакой ошибки.

– Здравствуйте, я ваша ведьма, – неуверенно выдохнула я. – По распределению.

Мужчина оторопело моргнул и принялся внимательно изучать мое направление. Даже очки надел, разве что на зуб не попробовал. Затем поднял на меня глаза.

– О! Здравствуйте, госпожа ведьма! – расплылся в улыбке глава, будто не он только что махал перед моим лицом фигой. – Жарковато что-то сегодня, не находите?

Это он на мой дождик намекает?

– Давайте знакомиться. Я – глава администрации, Сергей Алексеевич Овцынов.

– Виктория Загнибеда, – с вымученной улыбкой откликнулась я и чихнула, пока он тряс мою мокрую от дождя руку. Так и воспаление легких подхватить можно… Стоп! Я же ведьма. Нужно просто развеять чары. Я сотворила заклинание, но развеяла не тучку, а стул Овцынова. Предмет мебели исчез с легким хлопком. В этот момент мужчина как раз собирался на него сесть и со всего размаха грохнулся копчиком об пол.

– Опс! – Это все, что я могла на это сказать.

– Ничего-ничего, – махнул рукой глава откуда-то из-под стола, словно стулья у него исчезают несколько раз на дню и он давно смирился с сим прискорбным фактом. – Жильем мы вас обеспечим, не сомневайтесь…