Текст книги ""Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Татьяна Андрианова

Соавторы: Евгения Чепенко,Олег Ковальчук,Руслан Агишев,Анастасия Андрианова,Иван Прохоров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 311 (всего у книги 351 страниц)

– Я точно знаю, что помимо человеческого у вас есть и эльфийское имя, – молвил Правитель. – Только ваш зверь отчего-то забыл его упомянуть.

– Оно входит в состав «и прочая и прочая», – пояснила я.

– Действительно? – откликнулся тот, облокачиваясь на подоконник.

Я невольно позавидовала удобству выбранной им позы, но окна за моей спиной не было, присесть мне тоже никто не предложил, пришлось и дальше разыгрывать из себя стойкого оловянного солдатика.

– И тем не менее прошу вас назвать мне свое эльфийское имя. Мне будет гораздо удобнее к вам обращаться.

Я открыла было рот, чтобы известить их сиятельство-высочество-величество (нужное подчеркнуть) о том, что мне плевать на удобство всех эльфов вообще и конкретно его в частности. Что на дворе, между прочим, ночь стоит, а я, вместо того чтобы осчастливить своим присутствием широкую кровать и мягкую подушку, разговоры разговариваю, но передумала. Вдруг он расстроится и на Роландэле отыграется? Кстати, его что-то не было видно на ужине.

– Дарриэль. Именно так зовут меня друзья.

Очень прозрачный намек на то, что Лориндэль к их числу, увы, не относится. Правитель сделал вид, будто не заметил моей шпильки. Хотя, может быть, счел ниже своего достоинства обращать монаршее внимание на подобные пустяки.

– Да. Я слышал, что принц клана Раскидистого Дуба удостоил своим вниманием и предложением руки Сестру Серебряного Единорога. Поговаривают, само предложение было сделано весьма экстравагантным образом. Вот уж не думал, что Сестрой Серебряного Единорога может оказаться человеческая женщина. Неужели за столько веков, проведенных в безвестности, прославленный клан мог так деградировать? Раньше это была наша элита. Не всякая высокорожденная леди удостаивалась чести вступить в этот клан.

Правитель презрительно скривился и сделал движение, словно хотел сплюнуть под ноги, но вовремя спохватился и решил не портить дорогой ковер. Я с интересом смерила этого высокомерного ушастика холодным взглядом кобры, готовой к броску. Похоже, в замке решили устроить соревнование, кто больше всех оскорбит ведьму.

– Я бы на их месте так не рисковал, – вмешался Ахурамариэль. – Чревато последствиями.

Я мысленно хмыкнула, чувствуя, как напрягся меч. Клинку вообще-то было совершенно безразлично, с кем драться и когда. Иногда это пугало, но в данный момент, как ни странно, придавало уверенности.

– Это оскорбление? – спокойно поинтересовалась я.

Правитель слегка подался вперед. Призрак возле камина насторожился. Внешне это никак не проявлялось: та же спокойная и с виду расслабленная поза, только во взгляде появилась некоторая жесткость, а в воздухе разлилось напряжение – одна искра, и рванет.

– И в мыслях не было, – заверил эльф. – Но согласитесь, без пяти минут принцесса путешествует в сопровождении следопыта команды истребителей нежити и кота, вместо того чтобы спокойно готовиться к знаменательному событию. Это по крайней мере странно.

– Между прочим, меня пригласил ваш брат, – парировала я.

Ага. Съел? Так бы я и потащилась в такую даль, если бы Роландэль не настаивал.

– Он не имел права раздавать официальные приглашения, – отрезал Лориндэль. – Я просто хочу, чтобы вы мне предъявили знак.

Чего он от меня хочет? Я же не бог, чтобы являть знамения. К тому же громы и молнии в замкнутом пространстве…

– Ну ты и хватила! – захихикал Ахурамариэль. – Он хочет, чтобы ты предъявила ему свою татуировку с единорогом, и все.

Ясно. Ночь на дворе, мужика на эротику потянуло. Только сейчас вроде бы не весна, непонятно, с чего его так разобрало? Подавай ему стриптиз, и все!

– Обнажить плечо – не стриптиз.

«Возможно. Но это все равно неприлично», – уперлась я.

– Скажите на милость, какие мы скромные! А кто на сельский пляж ходит в минимальном количестве материи?

«Что ты понимаешь в пляжной моде, – насупилась я. – Это называется купальник».

– Неужели? А как похоже на четыре носовых платка для куклы, связанных веревочкой. Сходство просто поразительное.

– Леди… – напомнил о своем присутствии Правитель.

– Вика, я что-то не понял, а этот что, тоже на тебе жениться будет? – наморщил мордочку кот.

– Почему жениться?!

– Как жениться?! – в один голос вопросили все присутствующие.

– А как же? В прошлый раз, когда тебя застали полуодетой в компании эльфа, дело закончилось сватовством, – радостно напомнил Василий.

Последовала немая сцена, во время которой каждый думал о своем. Я прикидывала, стоит ли придушить не в меру разговорчивого фамилиара или просто закрыть его дома месяцев на пять. Или нет. Лучше повесить на дверь амбарный замок, а ключ выбросить в реку. Не знаю, о чем именно думал Призрак, лицо его хранило печать отрешенности от происходящего, хотя глаза смотрели цепко, как хорошо заточенные рыболовные крючки.

Правитель размышлял о том, кому это так не посчастливилось попасться в когтистые лапки ведьмы бесовской наружности. Уж не принц ли клана Раскидистого Дуба так отличился? То-то вокруг предстоящей помолвки ходят различные слухи, один другого нелепее. Поговаривали, что старый священный дуб, под сень которого приносили всех новорожденных, дабы Правитель мог наречь каждого именем, был сломан то ли бурей, то ли еще каким стихийным бедствием. Вместо красавца-великана высадили молодой дубок и белоствольную березку, обозвав полученную композицию «Символом дружбы народов». А еще злые языки утверждали, будто мирно почившая от старости любимая канарейка Правителя вдруг ожила, обросла зубами и долго гонялась за своим хозяином по коридорам дворца. Да-а-а. Странные дела творятся в кланах.

Тем временем кот усмотрел замечательный трехтомник эльфийских блюд на самой нижней полке огромного стеллажа и теперь тщетно пытался вытащить его из ряда плотно стоящих фолиантов. Кот кряхтел и крякал, как полузадушенная утка. Двумя передними лапками он тянул приглянувшуюся книжку за корешок, а задними упирался в деревянную полку. Но, несмотря на титанические усилия, ни одна книга не тронулась с места.

– Прошу прощения, Леди Дарриэль, но я все-таки рискну увидеть вашу татуировку, тем более что многоженство среди эльфов как-то не принято, – отмер наконец Правитель.

Призрак тоже перестал изображать из себя каменную статую и шумно прочистил горло:

– Леди, неужели вы действительно рассчитываете осчастливить нас своим правлением?

Мне раньше никогда не доводилось слышать столько сарказма в чьем-то голосе. Скепсис буквально переполнял каждое слово и щедро лился через край, как деготь из кадушки. Пару месяцев назад, когда я еще не была так близко знакома с Ахурамариэлем, такой вопрос мог поставить меня в тупик. Но теперь, изрядно поднаторев в словесных баталиях с этой металлической ехидной, я уже не та скромная, юная, зеленая выпускница Академии. Нет. Теперь меня ехидными высказываниями не прошибешь.

– Придется, – со вздохом великомученицы молвила я. – Ведь ваша защита распространяется только на этот город, а вы знаете, сколько маньяков проживает за его пределами?

В этот момент Васька совершил особенно сильный рывок, корешок не выдержал напора и с сухим треском оторвался. Кот со сдавленным мявом улетел в темноту, сжимая в крепко стиснутых кулачках кусочек вожделенного издания. Раздался шум падения, что-то с глухим стуком посыпалось на пол, послышались сдержанные ругательства. Через несколько секунд из мрака появился почесывающий спину фамилиар.

– Виктория, ты не права! – решительно заявил он. – Тут тоже маньяков хоть отбавляй! Заметь, никому и в голову не пришло обратиться с необычной просьбой к самой завалящей эльфийке. А это уже дискриминация по расовому признаку.

– Скорее по клановому, – откликнулся Правитель. – Другим ничего такого не предлагалось потому, что ни одна из присутствующих на банкете дам не имеет отношения к легендарному клану Сестер Серебряного Единорога. Леди, вы всех нас задерживаете.

– Действительно, – кивнул Васька. – Покажи ты им эту татуировку – и спать, а то лапы уже не держат.

Я потупилась, и с видом жертвы репрессий со стороны распоясавшихся властей молвила:

– Хорошо, только потребуется помощь. Самой мне замок не расстегнуть.

То ли всем присутствующим надоело наше препирательство, то ли причина была в чем-то другом, но помогать рванулись все оптом, продемонстрировав в едином порыве редкую сплоченность рядов. Забег выиграл фамилиар. Что и неудивительно: он стоял ближе всех и получил хорошую фору на старте. Вжикнула молния, замок расстегнулся, издав душераздирающий вздох, и я стыдливо спустила ткань с плеча. В нервном подрагивании пламени свечей все пристально уставились на мерцающую в полумраке татуировку с серебряным единорогом. Я окончательно смутилась и покраснела. В конце концов, не каждый день мои обнаженные плечи удостаиваются такого внимания.

Правитель даже подошел поближе, пробормотал несколько слов на древнеэльфийском, но так тихо, что я не разобрала текста (восхищался работой, должно быть), и ткнул пальцем в картинку. Что-то вспыхнуло и погасло, плечо обожгла резкая боль, я взвыла. Ахурамариэль с готовностью поддержал мой вопль боевым кличем, от которого кровь в жилах стыла даже у драконов. В следующее мгновение вдруг оказалось, что белый как полотно Повелитель прижат к окну, лезвие моего клинка находится в близком соседстве с его сонной артерией, а Призрак обнимает мой стан сзади и нежно шепчет на ухо, сколько способов казней он знает и какие именно непременно постарается применить, если я не уберу холодное оружие от горла Правителя.

На это я не менее любезно возразила, что Правитель сам первый начал и бить заклятиями по доверчивым ведьмам – штука наказуемая. В конце концов, я не железная.

– Точно. А в подкрепление ее слов предлагаю вам обратить внимание, где находятся мои когти, – внес свою лепту в диалог Василий. – Одно неловкое движение, и мир лишится маленьких эльфят, которые могли бы нежно называть Призрака «папочка».

Призрак впечатлился и замер в задумчивости. Действительно, тут есть о чем поразмыслить на досуге. Первым из ступора вышел Правитель. Чем заслужил мое невольное уважение за проявленный героизм перед лицом смерти.

– Давайте все возьмем себя в руки и успокоимся, – прочистив горло, предложил он. – И может быть, тогда нам всем удастся уйти из этой комнаты живыми.

– Хорошая идея, – поддержала я инициативу смелого эльфа. – Тогда пусть Призрак перестанет шептать мне гадости и уберет свои шаловливые ручки подальше от моей талии, а то я нервничаю. А в таком состоянии рука может и соскользнуть ненароком.

Правитель нервно сглотнул, видимо, представил себе последствия этого самого соскальзывания. Особую убедительность этой картине придавала холодная сталь клинка, практически касающаяся нежной кожи горла.

– А какие гарантии я получаю, что ты не перережешь глотку Правителя? – поинтересовался Призрак.

– Никаких, – отрезала я. – Придется поверить мне на слово.

– Ха! – презрительно изрек тот.

Не понравилось мне это «ха!». И только я открыла рот, чтобы поинтересоваться, что значит это самое «ха!», слово взял Правитель.

– Призрак! – с нажимом прорычал он.

– Но…

– Призрак!

– Ладно, – процедил тот сквозь зубы. – Я умываю руки.

Он отошел в сторону. Наконец я смогла вздохнуть полной грудью.

– Теперь, – осторожно молвил Правитель, – ваша очередь, леди.

– И не подумаю, – фыркнула я.

Правитель нервно икнул, Призрак дернулся, Васька хихикнул, Ахурамариэль довольно хмыкнул.

– По крайней мере, пока вы мне не объясните, зачем хотели навести на меня порчу.

– Порчу? – опешил тот.

– А что, по-вашему, это было? – с нажимом вопросила я.

Правитель часто заморгал глазами. Видеть яркое проявление чувств на лице венценосного эльфа было сродни шоку.

– Леди, вы меня не так поняли, – пролепетал он.

– Да? – вкрадчиво поинтересовалась я. – А вашу магическую атаку можно истолковать как-то иначе?

– Леди, будем рассуждать здраво, – решил пролить масло на беспокойные воды Призрак.

Я снисходительно кивнула. Чего-чего, а здравомыслия нам сейчас явно не хватало. Вокруг сплошной дурдом.

– Если бы его величество решил применить к вам магию, мы бы сейчас с вами не беседовали. Просто позвали бы горничную, она тихо смела бы пепел в совок и выбросила в мусорное ведро.

Хм. Логика в этом была. Мне не так уж часто удавалось встречаться с легендарной магией эльфов. То есть с проявлениями бытовой магии я, конечно, ознакомилась, а вот боевую ипостась воочию приходилось наблюдать только при защите цитадели клана Сестер Серебряного Единорога. И хотя я тогда была несколько занята непосредственным участием в сражении, масштаб разрушений оценила.

– А что же это было? – недоверчиво вопросила я.

Правитель в очередной раз прочистил горло, немного нервно скосил глаза в сторону близкого лезвия и пояснил:

– Я просто проверял вашу татуировку на подлинность.

– Что?

– Проверял на подлинность, – внятно и по слогам повторил он. – Вы просто не представляете, сколько дам подделывали знак, чтобы иметь возможность причислить себя к древнему клану.

– Стесняюсь спросить, – вклинился кот. – И зачем им это надо?

– Клан легендарный, велика честь состоять в его рядах. Это, кроме всего прочего, дает ряд ощутимых привилегий. Например, она может претендовать на более выгодный брак.

– Стоило из-за этого заморачиваться, – презрительно фыркнула я, убирая меч от венценосного горла.

Призрак тут же сунулся разглядеть клинок поближе. Ахурамариэль не дал ему такой возможности и с тихим смешком растворился в воздухе, оставив телохранителя в полном недоумении.

Похоже, эльфов мне не понять никогда.

– Да уж, конечно! Куда тебе понять нужды простой эльфийской дамы! – воскликнул ехидный клинок. – Палец о палец не ударила, а увела из-под носа одного из самых завидных женихов.

«Это кого?» – нахмурилась я.

– Принца клана Раскидистого Дуба, разумеется.

Я огорченно вздохнула. Мог бы и не напоминать мне о предстоящей помолвке и бракосочетании. Одна надежда, что венценосному родителю не удастся изловить вышеупомянутого принца и свадьба не состоится по причине отсутствия жениха.

– Нашла о чем мечтать.

– Вам повезло, Леди Дарриэль, ваша татуировка оказалась подлинной, – сообщил пришедший в себя после нервного потрясения Правитель, потирая горло.

Призрак настолько удивился, что перестал осматривать мою фигуру в поисках замаскированного под одеждой меча и воззрился, как необъезженный мустанг на седло.

– Очень большая честь для меня, – саркастически хмыкнула я.

Но Правитель иронии в моем голосе не уловил и продолжал разливаться соловьем:

– Да уж, конечно, моя дорогая! Это великая честь даже для эльфиек, а за какие заслуги она свалилась на вашу голову, уму непостижимо. Теперь становится понятным, почему клан Раскидистого Дуба позволил своему принцу породниться с человечкой. – Последнее слово, поразившее меня, он буквально выплюнул, так что было непонятно, злорадствует он или сожалеет по данному поводу, и я серьезно задумалась, а не обидеться ли мне. – Но, несмотря на открывшиеся обстоятельства, я вынужден поинтересоваться целью вашего визита.

Теперь пришла моя очередь удивляться. У человека (тьфу ты, у эльфа!) сын пропал без вести, брат зовет ведьму на поиски, а безутешный папаша вместо ценных указаний о месте исчезновения, врагах клана, мотивах преступления и т. д. и т. п. высокомерным тоном интересуется о цели визита.

– Скажи «деловая поездка», – подсказал клинок.

– Меня Роландэль пригласил, – выдавила я.

– Глупости, – отрезал Правитель. Гляди-ка, как отсутствие угрозы применения холодного оружия прибавляет народу смелости. – Мой брат не уполномочен ни вести переговоры от имени нашего клана, ни приглашать лиц иных рас на нашу территорию. Но, – несколько смягчился он, – делая скидку на вашу принадлежность к прославленному, можно сказать, клану Сестер Серебряного Единорога и предстоящее замужество, мы пришли к мнению, что наказывать за незаконное проникновение не будем.

– Большое вам за это спасибо, – съязвила я.

Васька только возмущенно мявкнул и с чувством поточил серповидные когти о ножку стола. Я с удовлетворением заметила, что на резном дереве остались глубокие борозды.

– Пожалуйста, – величественно кивнул Правитель, проигнорировав мой сарказм. Он с явным неудовольствием наблюдал за упражнениями кота, но ничего не сказал. Видимо, решил, что одного наследника для двух кланов будет маловато. – Несмотря на проявленную нами небывалую снисходительность, ваш визит должен быть максимально краток.

Вот это да! Это так теперь изящно намекают: «Дорогие гости, не надоели ли вам хозяева?»

– Похоже на то, – задумчиво согласился Ахурамариэль. – Просто поразительно. В кои-то веки твой визит обошелся без жертв и разрушений, а тебя выставляют в сжатые сроки. Фантастика!

– Я что-то не понял, – от удивления Василий бросил портить мебель и теперь глядел на Правителя во все глаза, как на обнаглевшую мышь. – Это значит: «Вот тебе Бог, а вот порог».

Правитель закашлялся.

– Я бы не стал высказываться так категорично… Но, в общих чертах, ваш питомец прав.

Вот так наша надежда на хороший завтрак в этом замке, тихо пискнув, скончалась, безжалостно растоптанная эльфийскими сапогами из мягкой кожи превосходной выделки. Хотя… Если у них завтрак хоть отдаленно напоминает по качеству обед, мы очень немного потеряем.

Из задумчивости меня вывел Васька, настойчиво дергавший за подол:

– Вика! Ну Вика же!

– Чего?! – рявкнула я на ни в чем не повинного котика.

Зеленые глаза фамилиара мгновенно заполнились слезами, он обиженно засопел.

– Прости, я не хотела тебя обидеть, – попыталась я утешить Василия.

Ну не выношу я зрелища кошачьих слез, сразу чувствую себя средневековым инквизитором.

– Я просто хотел спросить, – шмыгнул носом тот. – Ты, случайно, не гуляла в местном саду?

– Нет.

– Не волнуйся, сосредоточься… Может быть, ты просто забыла?

– Нет. К тому же я все время была с тобой. Хочешь сказать, у нас коллективная амнезия?

Васька пожал пушистыми плечиками и задумчиво потер лапкой нос.

– Скажите, любезный, – фамилиар обратился к Правителю с таким видом, будто из них двоих к правящему дому принадлежал именно кот, а эльф так, мальчик на побегушках, которому следует немедленно сделать выволочку за нерасторопность. – А у вас случайно нет священного дерева?

– Какого дерева?

– Священного. Ну там… рябины, дуба, ясеня или, на худой конец, елки, которая вам особенно дорога. – Медленно, как созданию, глубоко отставшему в развитии, пояснил кот.

– Нет. Священных деревьев у нас нет и не было. Есть статуя Матери всех Драконов на центральной площади. Может быть, она подойдет?

– Вика, – дернул многострадальный подол Васька. – А ты статую не разрушала?

– Нет, – покачала головой я.

– Странно, – констатировал кот. – Тогда, может быть, кто-нибудь объяснит мне, какого демона нас выставляют с вещами на выход посередь ночи?!

Правитель с мольбой воззрился в сторону Призрака. Подобный взгляд мог растопить льды Арктики, но телохранитель проявил невероятную силу воли и проигнорировал молчаливый призыв о помощи, предоставив его величеству разруливать ситуацию самостоятельно. Не найдя поддержки в рядах союзников, Повелитель тяжело вздохнул и возвестил:

– Никто вас не собирается выставлять за порог посреди ночи.

– Да? – искренне удивилась я, окончательно потеряв нить рассуждений. – То есть мы можем остаться?

– Не совсем… – заерзал на подоконнике эльф. – Вы уедете… утром. Очень рано…

Час от часу не легче. Вставать ни свет ни заря, чтобы экстренно убраться из города, где нам оказались не так уж и рады, хотя, по сути, сами же и пригласили. Потрясенная несправедливостью бытия, я застыла как памятник ведьме, встретившей на пути василиска и окаменевшей в результате его пристального взгляда.

– Вика! – Вопль кота заставил трястись стеллажи с книгами. Свитки с тихим шорохом посыпались на пол дождем. – Что ты молчишь?! Нас ведь наглым образом выставляют за дверь, как каких-то… каких-то… коммивояжеров! – нашелся наконец котик.

Но потрясенная до глубины души, я никак не могла подобрать слов на общедоступном языке. На ум приходила только какая-то совершенно дикая смесь из древнеэльфийского, тролльего и гномьего, причем цензурными были только предлоги.

– Я потрясен твоей небывалой сдержанностью. Обычно в таких ситуациях ты являешь собой бездну красноречия, от которого краснеют даже камни. А тут…Ты меня разочаровала, – горько сообщил Ахурамариэль.

Я тряхнула головой как собака, выбравшаяся из воды на берег, и тихо, с ярко выраженной угрозой в голосе, поинтересовалась:

– Скажите, ваше величество, а где я могу найти Роландэля?

Правитель потупился, видимо решая, насколько ему дорога жизнь родственника, хотя, может, он просто страдал склерозом и никак не мог припомнить, кто такой этот самый Роландэль и где его видели в последний раз.

– А зачем он вам? – настороженно поинтересовался он.

– Попрощаться хочу, – мило улыбнулась я, что должно было убедить Правителя в исходе нашей встречи.

– Да! – рьяно вклинился Васька, демонстративно подтачивая и без того острые когти здоровенным рашпилем. – А то завтра уедем и не попрощаемся… Невежливо с нашей стороны будет.

Правитель не без интереса обозрел внушительные когти фамилиара и сник. Шансы Роландэля выстоять против колоритной парочки таяли буквально на глазах.

– Это невозможно, – тяжко вздохнул он.

– Глупости, – отмахнулся когтистой лапкой кот. – Теоретически возможно все. Уехал? Найдем. Сбежал? Догоним. Умер? Воскресим… Попрощаться с другом – святое дело. Правда, Вика?

Я кивнула с жизнерадостностью собаки Баскервилей, учуявшей самого Баскервиля. Правитель нервно икнул и пришел к выводу, что родственника надо спасать:

– И тем не менее это невозможно. Роландэль в данную минуту взят под стражу за порочащее принца поведение. Он не имел права обращаться за помощью к иностранным державам и тем не менее обратился.

– Значит, помощь вам все-таки нужна? – живо заинтересовалась я.

Правитель понял, что сболтнул лишнее, и поспешил исправить положение:

– Разумеется, нет. С чего вы вообще взяли, что нам может понадобиться помощь? Все свои внутренние вопросы эльфы привыкли решать самостоятельно. На протяжении веков нам это блестяще удавалось, не вижу повода изменять такой замечательной традиции. На этом считаю аудиенцию оконченной. Стража!

В кабинет ввалилась дюжина вооруженных эльфов. То ли торжественный эскорт, то ли конвой до тюремных застенков с ознакомительным посещением пыточной камеры. Пришлось уступить силе, раскланяться и покинуть помещение, не дожидаясь, пока нас грубо вытолкают взашей.

Обессиленный трудным разговором, Правитель устало рухнул в ближайшее кресло:

– Кажется, все прошло более или менее удачно. А как ты считаешь, Призрак?

– Я думаю, что с этой ведьмой надо держать ухо востро, – задумчиво процедил тот. – О ней ходят такие слухи…

Конкретизировать он не успел… С душераздирающим скрипом рухнули стеллажи.