Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Никита Муравьев,Игорь Перах,Ирина Фуллер,Сергей Евтушенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 80 (всего у книги 328 страниц)

Глава пятая

За то время, что я провёл в Полуночи и других мирах, у меня сложилось смутное впечатление, что любую проблему можно было решить подходящим ритуалом. В этом даже имелась определённая логика, ведь само существование вечных замков отталкивалось от могучей магии, а чем управлялась магия? Правильно, ритуалами.

Нет, конечно, магию я видел самую разную, в том числе вполне себе моментальную, сотворённую без какой-либо подготовки. Но ритуалов всё равно было много, до неприличия много, в том числе таких, что могли буквально потрясти основы мироздания. В моей голове до сих пор хранилось знание о довольно-таки чудовищном обряде, который позволял хозяину уничтожить собственный вечный замок, перенаправить поток силы на себя и не «лопнуть», а мигом возвыситься до уровня местных богов. Спасибо Орриссу и его неуёмной жажде могущества. Эта информация мне совершенно точно не пригодится, но сам факт её существования и возможность применения заставляли понервничать.

Ритуалы решали проблемы, равно как и создавали их. А некоторые и вовсе были встроены в само существование Полуночи, которые она активировала по своему усмотрению. Я знал минимум о двух: ритуале выбора слуги и ритуале избрания наложницы.

Выбор слуги мне предлагался лишь однажды – после испепеления обезумевшего механика и освобождения мастерской. Полночь не воспринимала Адель как замену, так что предложила ряд кандидатов на вакантное место. Тогда я отказался, не желая потакать системе порабощения душ, а она не стала настаивать – ритуал требовал серьёзного вложения сил.

Об избрании наложницы мне рассказывали мои девушки, причём без больших подробностей. Я помнил основные моменты – наложница призвана… исполнять свои прямые обязанности, в идеале – помочь хозяину зачать наследника. Наложница получает особые права и свободы. Ритуал можно провести многократно, в зависимости от «нужд».

Допустим, насчёт прав и свобод для всех слуг мы с Полуночью уже договорились. Тогда зачем…

Но Полночь уже не отвечала.

Я открыл глаза, покидая дальний зов. Затем моргнул пару раз, чтобы убедиться в том, что вижу всё правильно. Когда я входил сюда минут пятнадцать назад, здесь находились все девушки, кроме Кас.

Сейчас ситуация была полностью обратной.

Когда они успели принести её сюда из лазарета? Когда успели свалить, все до единого? Я спустился с трона, приблизившись к Кас, что неподвижно лежала на своей койке посреди зала, и моё сердце снова болезненно сжалось. Не знаю, какие меры применили Терра и Лаахиза, но внешне они были не заметны.

Никто мне даже не потрудился объяснить – Полночь в первую очередь – как проводить этот ритуал. Чем он поможет Кас, и поможет ли вовсе. Она даже в своём самом «здоровом» состоянии не предлагала себя на роль наложницы. А сейчас, кроме всего прочего, я должен был сделать выбор за неё.

– Она согласна, не сомневайтесь.

Моё нервное напряжение достигло пика, и я не развернулся осознанно – меня развернула сила «Зверя», готовясь отражать неожиданную атаку со стороны. Но там обнаружилась всего лишь Терра, что стояла, опираясь на колонну и грустно улыбаясь.

– Господи, Терра, – только и сказал я, ощущая, как втягивается назад уже полезшая наружу волчья шерсть.

Я в очередной раз успел забыть, кто именно наградил меня способностью к невидимости. И Терра пользовалась ей на совершенно недостижимом уровне.

– Простите, Вик. Полночь недвусмысленно дала понять, что все должны оставить вас наедине с Кас, но вы знаете, где именно я видела её приказы.

– И в данном случае я тебя полностью поддерживаю, – буркнул я. – Что за ритуал без пояснений? Что за перформанс, мать его? Мне казалось, период «кидаем хозяина в воду и смотрим, как он барахтается» должен был остаться позади.

– В Полуночи? Вы сами-то себя со стороны слышите?

В самом деле, что это я. Можно вынуть душу из замка, но замок из души… нет, какая-то ерунда получается. Вернёмся к делу.

– Ритуал, – напомнил я. – Избрание наложницы. Чем это поможет Кас?

– Полностью исцелит и поднимет на ноги, – невозмутимо сказала Терра, но тут же отобрала зародившуюся надежду. – Или же не сделает абсолютно ничего. Главное, что он не навредит, а в практической медицине это основополагающий принцип.

– Погоди, но обязанности наложницы…

– Могут быть с лёгкостью отложены на потом или же не исполняться вовсе. Вы хозяин, вам и решать. Конечно, если бы обязанности были исполнены, это наделило бы хозяина и наложницу особыми силами… Но оставим это на последующие ритуалы и другие ваши выборы. Сегодня перед нами вопрос жизни и смерти.

Я вновь взглянул на бледное лицо Кас, больше напоминающее застывшую маску смерти. По крайней мере она не «распалась», не исчезла, не погибла окончательно. Если её можно было вернуть, я бы провёл сотню подобных ритуалов и ещё тысячу любых других.

– Полночь редко принимает верные решения, – тихо сказала Терра, непостижимым образом оказавшись рядом. – Но это – одно из них.

– Что мне надо делать?

– Вы уже должны были сообразить, как здесь передаётся сила любого рода.

Безумно устал от намёков, но этот был вполне понятен. Склонившись над лицом Кас, я коснулся своими губами её ледяных губ. Третий наш поцелуй, самый печальный из всех.

Сперва ничего не произошло – и мне снова стало нехорошо. В ритуале выбора слуги я перебирал пленённые Полуночью души, просматривал воспоминания о них, тратил на это собственные силы. Здесь же просто поцеловал девушку-призрака, ощущая при этом лишь собственный водоворот эмоций, но ничего сверху.

Я обернулся к Терре, чтобы уточнить, всё ли сделал правильно – и уставился на её застывшее лицо. Полностью застывшее, как и вся она – целительница оказалась заморожена во времени, подчинённая магии ритуала.

И тогда я медленно перевёл глаза на Кас.

На койке из лазарета, доставленной в центр тронного зала, передо мной лежала она – и не она одновременно. Не та Кас, которую я знал всё это время, другая, наполненная жизнью. Человек, а не призрак, женщина такой красоты, что останавливала время не хуже самой Полуночи. Бледную кожу изысканно подчёркивал лёгкий румянец на щеках, густые и блестящие чёрные волосы окаймляли безупречный овал лица. Нежные линии тела, определяющие соблазнительные формы, манящие, умоляющие о прикосновении. Её грудь мерно вздымалась в ритм дыханию, едва прикрытая тонкой тканью.

Совершенство. Искушение во плоти. Стоит лишь протянуть руку…

Образ был настолько могущественным, что я одёрнул себя лишь через пару секунд, молча пялясь и едва не роняя на пол слюну. Надо собраться, убедиться, что она в порядке. Изменения были слишком внезапными, практически невероятными…

– Кас? – хрипло позвал я.

Иллюзия тут же развеялась, стоило лишь моргнуть. Кас вновь стала прозрачной и очень, очень холодной, искалеченной процессом распада. Но прежде чем меня накрыла волна отчаяния, Терра быстро вышла вперёд, склонившись над койкой с пациентом. Не знаю, как она умудрялась прослушивать и прощупывать призрака, но она умудрялась. И выражение её лица при этом было отнюдь не подавленным.

– Лаа! – крикнула леди-вампир, обернувшись к главному коридору. – Давай сюда, живо!

Судя по скорости, с которой через зал рванула закутанная в лохмотья фигура, Лаахизе не требовалось повторять дважды. Теперь над Кас склонились двое лекарей, а я медленно отступил, ощущая, как бешено колотящееся сердце постепенно восстанавливает обычный ритм. Ритуал свершился, моя роль в происходящем вернулась к наблюдению – и надежде.

К счастью, ждать пришлось не слишком долго.

– Хорошо! – хрипло заявила Лаахиза, и её жутковатое лицо прорезала широкая улыбка. – Результат тут. Результат… хорошо!

– Состояние пациента стабилизировано, – мягко добавила Терра. – Процесс распада остановлен.

Она улыбалась, но я не слышал в её голосе… ликования. Победы, врачебного триумфа. И потому я тоже не спешил отдаваться преждевременной радости.

– Она выздоровеет?

– Сама? – Лаа фыркнула до того, как Терра успела что-то ответить. – Нет! Никак!

Леди-лич развернулась ко мне, прожигая неприязненным взглядом. Я практически воочию наблюдал, как в её голове застарелая ненависть борется со свежим научным интересом. И, как и в прошлый раз, научный интерес оказался сильнее.

– Ты! – прохрипела она, подходя ближе и наставив на меня худой палец. – Тиран! Что видеть? Говори быстро.

– В каком состоянии была Кас, когда подействовал ритуал? – «перевела» Терра. – Как она выглядела?

– Живой, – помедлив, сказал я. – Очень… живой. Соблазнительной.

– Наложница? – издевательски сощурилась Лаахиза. – Соблазнять? Не верить, никак не верить.

Чем дольше мы были знакомы, тем понятнее становилось одно: надо было включить в условие её клятвы дополнительный слив яда. Примерно раз в два предложения. Знал бы, где падать – соломки бы постелил.

– Лаа хочет сказать, что ритуал нарисовал бы соблазнительной любую вашу избранницу, Вик, – сдержанно пояснила Терра. – А вот то, что она выглядела живой…

– Интерес. Знак?

– Думаю, да.

– Не думать, знать! – резко сказала Лаахиза. – Знак и ответ.

– Тебе виднее, Лаа. Огласишь диагноз и курс лечения?

– Откат. Возврат. Воскрешение.

Я моргнул, сперва посчитав, что ослышался. Или же понял что-то не так из-за сильного акцента – хотя эта фраза у Лаахизы получилась на удивление внятной. Так что пришлось отвечать первое, что пришло на ум:

– Разве это возможно?

Леди-лич зашипела, взмахнула руками и от возмущения перешла на свой родной язык. Терра подключилась, когда та замолчала:

– Лич есть маг, воскресивший себя с помощью собственной магии… глупыш. Лаа – живой пример того, что подобное возможно.

Кажется, Терра заменила словом «глупыш» что-то куда более оскорбительное.

– Без обид, но по ней так и не скажешь.

Новая порция хрипа.

– А по вам так и не скажешь, что вы хозяин… дурачок. Подумайте, ваша гвардия сплошь состоит из вчерашней нежити, но сейчас их не отличить от людей.

– И мы до сих пор не знаем, что послужило тому причиной, – пробормотал я.

– Моя… я узнаю, – медленно сказала Лаахиза, наконец взяв себя в руки. – Пока тиран искать способ.

Если бы «тиран» ещё знал, с чего начать!

Терра поймала мой затравленный взгляд, и подарила мне новую улыбку – на этот раз, успокаивающую.

– Слушайте внимательно, Вик. Вам не придётся начинать совсем уж с нуля…

По словам Терры, первым шагом к «традиционному» ритуалу воскрешения был поиск прошлого. Родной мир Кас, её настоящее имя, а также обстоятельства её смерти. Для того, чтобы стать призраком, требовались специфические обстоятельства. Для превращения в баньши – невероятно специфические. Всё это следовало выяснить в деталях, собрать воедино, и только тогда пытаться буквально вытащить Кас с того света. Настолько, насколько получится.

Проблема состояла в том, что Полночь без зазрения совести стирала память о прошлом у большинства пойманных душ. Она запоминала сцены их смерти, если те погибали в её стенах или рядом с ними, но это было всё, на что можно рассчитывать. Даже если бы удалось разбудить саму Кас, она бы вряд ли поделилась подробностями своего прошлого.

И всё-таки, это было совершенно необходимо.

Из тяжких размышлений меня вывел звук гонга – приближалось утро, и «заклинивший» Жнец вот-вот планировал отправиться на охоту. Я отошёл в сторону, чтобы без свидетелей осыпать его парализующим порошком – благо, Терра обновила мои запасы. Ещё одна нерешённая проблема, в очередной раз отложенная в долгий ящик. Интересно, осталось ли под маской-черепом хоть сколько-то личности лорда Роланда? Что-то мне подсказывало, что он бы посочувствовал моей беде, а то и дал бы дельный совет.

Только вот для его воскрешения уж точно было поздновато.

В любом случае, поход для «починки» Жнеца относился к вопросам будущего, не настоящего. Кас стояла на первом месте, и раз уж один ритуал помог частично её откачать, надо хорошенько опросить специалиста по другим ритуалам. Первым делом завтра ночью, поскольку сегодня времени уже не оставалось.

Интересно, сегодня я буду спать один или ещё кто-нибудь решит подойти?..

– Поиск прошлого у действующего слуги? – задумчиво протянула Лита. – А вы любите рисковать!

– Скорее, вынужден, – буркнул я. – Но Полночь не будет возражать. Я у неё на хорошем счету.

– Тогда её в первую очередь и спрашивайте! Серьёзно, это должен быть первый шаг!

– Спрашивал уже. Пока что надо искать самим.

Если быть точнее, буря эмоций Полуночи в ответ на запрос о Кас расшифровывалась примерно, как: «надо отдохнуть после ритуала, а затем покопаться в памяти». Это могло занять от суток до недели, и терять время было смерти подобно.

– Поняла, – деловито сказала Лита. – В таком случае, поищу, как перенастроить волновую отдачу поискового артефакта без того, чтобы стирать и восстанавливать зачарование с нуля… Амулет же при вас?

– Сгинул, – коротко сказал я, не став уточнять, что его сожрало всё то же второе испытание, которое почти доконало Кас.

– Вы меня сегодня не щадите, Вик, – расстроенно сказала паучишка.

– Кто бы меня пощадил? – невесело усмехнулся я. – Ты скажи так – с амулетом дело пойдёт быстрее?

– Примерно в тысячу раз. Может, в тысячу и один.

– Ну раз в тысячу и один…

Мой старый поисковый амулет я получил в один из первых… Нет, вообще в самый первый приём гостей. В очень короткий визит паломников из «южных земель», людей с угольной кожей и прозрачными белыми глазами. Их лидер, высокая и красивая женщина, просила благословения – не магического, а просто устного, да и в тот момент я не мог дать им ничего больше. Паломники оставили дары, среди которых оказался неопознанный магический амулет, и больше я их никогда не видел. Не только эту делегацию, а в принципе кого-то из их народа. Чернокожие посетители заглядывали, но ни у кого не было таких глаз, да и одеждой они отличались.

Амулет в виде золотой стрелы на цепочке сперва казался проходным артефактом, полезной мелочью, но быстро доказал свою исключительную ценность. Оставлять его на алтаре второго испытания было больнее, чем я бы хотел себе признаться. Но что самое главное – теперь он понадобился Лите для помощи Кас, а новый достать неоткуда.

Точнее, новый достать было проблемно.

Кас настолько блестяще исполняла свою работу, что многие вещи в Полуночи происходили как бы сами по себе. Точнее, некоторые в самом деле происходили, но за остальное отвечала кастелян. Так без её помощи мне понадобилось с полчаса, пока я обнаружил, куда положил другие дары тех паломников – изумительные золотые фигурки ястребов и антилоп. Затем, вооружившись одной из них, я призвал в тронный зал всех доступных девушек и устроил перекрёстный допрос. Луна и Кулина были на той встрече лично, но не знали, откуда явилась делегация. Терра узнала фигурки – по её словам, стиль искусства этого народа не менялся тысячелетиями. Она припомнила, что тень Полуночи уже опускалась на их мир, где острова цвели, а континенты захватили огромные пустыни, но название от неё ускользало.

К моему немалому удивлению, ситуацию спасла Эррит Галандис, жена Инзора. В отличие от мужа-лингвиста она когда-то занималась историей, и знала наперечёт всех торговых партнёров львиной империи как из Ноарталя, так и сопредельных узлов великой паутины. Некогда их связывали многочисленные двусторонние порталы, которые со временем были закрыты или разрушены. Но архивы сохранили старые записи о контактах альвийской империи с людьми из другого мира под названием Исанкара, мастерами ювелирных артефактов. С людьми из народа, называющего себя Зун’Кай.

Вооружившись этой информацией, Лита нырнула в библиотеку и вскоре приволокла громадный том, что-то типа семнадцатой части «Краткого описания миров, осенённых тенью Полуночи». Мы засели за него вместе, затем паучишка в одиночку долго колдовала возле главного портала замка, пока наконец, далеко за середину ночи, не подозвала меня.

– Я всё… подготовила, – гордо сообщила она, утирая со лба набежавший пот, словно пробежала марафон. – Можете отправляться.

– Извини за нескромный вопрос, но как я вернусь назад?

Раньше меня всегда возвращала Кас, и один раз – сама Полночь, но для этого потребовалось довольно некрасиво умереть. Мой замок сейчас мог выдержать воскрешение хозяина даже в другом мире, но это всё равно была огромная нагрузка. Погибать просто чтобы попасть домой, звучало тупо и расточительно.

– Через рабочий портал, – пояснила Лита. – Я покажу, где, что и как. Говорю же, всё подготовлено! Вы можете спокойно заниматься переговорами… или другими способами убеждения.

Я хотел было назидательно сказать, что насилие решает отнюдь не любые вопросы, но вспомнил свой визит в Ноарталь и передумал. Надеюсь, на этот раз путешествие выйдет менее кровавым – те ребята из Зун’Кай выглядели гораздо сговорчивее альвов львиной империи.

Интересно, в какой гроб я попаду на этот раз?

Глава шестая

Темнота вокруг после заклятия переноса стала для меня самым привычным делом. Вот в один момент я стою возле распахнутых главных дверей Полуночи, изъявляя свою волю большому порталу, а в следующий – корчусь в каменном мешке, кое-как пытаясь осознать своё положение в пространстве. Ощущения совершенно отвратительные, даже учитывая низкую угрозу жизни. Да, я не умру, если окажусь запертым в гробу глубоко под землёй, но выкапывание не доставит ни малейшего удовольствия.

Впрочем, в этот раз «каменный мешок» оказался слегка посвободнее.

– Лита?

– Тут!

– Кажется, мы не в гробу.

– Вам не кажется, Вик. Это какая-то кладовая, просто очень тёмная и пыльная!

– Блин, мог же догадаться и так.

Именно к этому походу у Кулины на кухне кончились редкие ингредиенты, позволяющие делать блюда с одним из лучших «бафов» – зрением в темноте. Я не слишком расстроился, поскольку предполагал, что в основном буду находиться на открытом воздухе или хорошо освещённых помещениях, но со стартом в замкнутом пространстве мало что можно было поделать.

Зато со мной осталась Лита. Вернее сказать, не она сама, а её астральная проекция в виде небольшого полупрозрачного паучка у меня на левом плече. Библиотекарь Полуночи не могла физически покинуть пределов замка – это было дозволено лишь эмиссарам и кастеляну, но подобные трюки не воспрещались. Со временем я планировал договориться с Полуночью о послаблениях к первоначальному запрету, если не полной отмене. А пока сойдёт и так.

Спустя секунд пять я нащупал запертую дверь и выбил её коротким ударом ноги.

– Можно сказать, проклятье снято, – рассуждал я вслух, пробираясь наощупь сквозь тёмные комнаты какого-то дома, заброшенного бог знает когда.

– На вас лежало проклятье, и вы не сказали⁈

– Не переживай, это скорее моя личная шутка. Видишь ли, каждый раз после телепорта я оказываюсь в гробу, или чём-то, напоминающем гроб. Но вот в прошлый раз меня забросило всего лишь в шкаф, а в этот – в самый обычный дом.

С этими оптимистичными словами я добрался до входной двери, рванув её на себя. Старое дерево с лёгкостью поддалось, и из проёма на меня обрушилось что-то около пары тонн первосортного песка.

Сглазил, идиот. Теперь всё-таки придётся выкапываться.

Страницы «Краткого описания миров, осенённых тенью Полуночи» описывали империю Зун’Кай как одну из самых могущественных в Исанкаре. Она широко раскинулась на крупнейшем континенте мира, подмяв под себя многочисленные государства и народы поменьше. По уровню развития технологий зун’кайцы примерно достигли позднего периода эпохи Возрождения, что по меркам великой паутины было очень серьёзным прогрессом. Но при этом они ещё и владели магией, которую в первую очередь применяли в ремесле, создавая первоклассные ювелирные артефакты. Основное население составляли чернокожие люди с белыми глазами, но хватало и других типажей, как и в любой империи. Зун’Кай даже сгребла под свою руку несколько островов, населённых «крылатыми», птицелюдами.

Когда я читал эту информацию, мне почему-то не пришла в голову очень простая мысль. Почему от столь серьёзного государства в Полночь явились лишь трое паломников?

Я телепортировался не то что наобум, но без по-настоящему чётких ориентиров. Сжимая в кулаке подаренную статуэтку антилопы и представляя в голове столицу Зун’Кай по паре строчек описания. Как ни странно, фокус удался, и теперь я воочию мог наблюдать город, «раскинувшийся от горизонта до горизонта».

То есть, его засыпанные песком руины.

Руины величественные, ничего не скажешь. Монументальные здания, некогда увенчанные куполами из чистого золота, вкрапления которого всё ещё ярко сверкали на солнце. Многочисленные жилые дома, расколотые колонны, покрытые полустёртыми золотыми узорами, лестницы, ведущие в никуда. Гигантские обелиски с выгравированными символами склонялись, словно исполины, павшие в битве с ветром и песком. Возможно, я мог бы попытаться прочесть надписи «Взглядом библиотекаря», но вряд ли бы подчерпнул что-то полезное.

Если во время моего визита в Ноарталь Империя Шести Львов переживала не лучшие дни, то Зун’Кай рухнула задолго до моего рождения. А скорее всего и до рождения многих моих предков, вплоть до седьмого колена.

– Лита, радость моя, – откашлявшись, сказал я как можно мягче. – Когда именно была написана книга, которую мы с тобой читали?

– Погодите, сейчас проверю… А, вот! Переписано начисто и дополнено в десять тысяч триста пятнадцатом году по л. п.

Восемьсот лет назад. Для Полуночи – не то что бы мгновение, но совсем короткий период. За который в других мирах могли возникнуть и рассыпаться даже несколько империй.

– Простите, Вик. Я перепроверила наличие порталов по энергетическому фону, но должна была убедиться, что империя всё ещё существует…

– Ты всё сделала правильно, – вздохнул я. – Нам всё равно сюда. Кто-то же послал ту делегацию, и магические амулеты они делать не разучились. Осталось только понять, в каком направлении их искать.

– Ближайший рабочий портал расположен в пяти часах пути на северо-восток! Там же должен быть один из крупнейших оазисов в этой местности.

Между «должен быть» и «есть» разница огромная, но хотя бы насчёт портала паучишка оставалась уверена. Логика была вполне понятна, если зун’кайцы откуда-то попали в Полночь, им тоже требовался портал. Следовательно, даже если рядом с ним не находится действующее поселение, то по крайней мере до него могли добраться паломники. Есть маршруты, обозначения, места для привалов. Портал можно использовать как ориентир, чтобы вычислить, где затем найти потомков рухнувшей империи.

Осталась ерунда – пять часов пути по пустыне под палящим солнцем. И дёрнуло меня телепортироваться на исходе ночи, так бы шёл спокойно, по прохладе…

Меньше слов – больше дела.

Я выдвинулся из-под прикрытия старого дома, и, следуя указаниям Литы, двинулся на северо-восток. Вскоре стало понятно, что информация из «Краткого описания миров» была хоть в чём-то точной: руины города в самом деле не планировали кончаться. Некоторые здания я обходил, через другие перелезал, у третьих делал короткие передышки в тени. Первые полчаса поход казался вполне терпимым, но вслед за первым солнцем в небо выползло второе, и тут же подняло уровень жары с «изрядного» до «невыносимого».

– Лита, у тебя есть заклинание, отражающее солнечный свет?

– Есть, но я не могу применить его в виде проекции, – расстроенно сказала она. – Если вы готовы потратить полдня на изучение…

Тихо зарычав, я активировал «Метаморфа» и начал меняться.

Голова, плечи, спина и руки покрылись ровным слоем белоснежной блестящей чешуи, отражающей мучительные лучи двух светил. Ступни трансформировались в вариацию снегоступов для песка – лапы рептилии с тремя пальцами, защищённые снизу прослойкой толстой кожи. В таком виде я и отправился дальше, лёгкими длинными прыжками, всё ещё на двух ногах, но уже не совсем человеком.

Мимо домов, дворцов и храмов, уцелевших и рухнувших. Мимо покосившихся обелисков, статуй людей с чертами животных и животных с чертами людей. Мимо прошлого, всё глубже уходящего в беспощадный песок. Весь этот мир состоял из песка, палящего солнца и древних забытых камней. Живым здесь был только я, упрямо топающий к далёкой цели.

Или же кто-то хотел, чтобы мне так казалось.

Не знаю, что случилось раньше – краем глаза я заметил движение справа или уловил звук шелеста огромных крыльев. В следующий миг меня накрыла чёрная тень, перекрыв свет палящих солнц, и раздался отчаянный крик Литы:

– Сверху!!

Но меня уже не было там, где я находился в прошлую секунду – когда туда приземлилось настоящее чудовище.

После изучения классической готической архитектуры и многих часов, проведённых в «Героях», меня поразила встреча с настоящими гаргульями. И сейчас я испытывал схожие чувства, уставившись на настоящую же мантикору. Ту самую, что предприняла неплохую попытку прикончить меня одним ударом, броском из засады. Могучий, страшный зверь, с телом и гривой белого льва, огромными кожистыми крыльями и загнутым скорпионьим хвостом с хищно блестящим жалом. Только размером не со льва, а матёрого тигра, и заметно более мускулистей. Уродливая морда мантикоры отдалённо напоминала человеческое лицо, искажённое гримасой ярости.

Монстр глухо зарычал, обнажив жуткую пасть, и слегка припал к земле, опустив крылья и разворачивая сегментированный хвост в боевую позицию. Я зарычал в ответ, чувствуя, как уже пробудившаяся сила «Зверя в лунном свете» наполняет мышцы мощью, а зубы во рту становятся волчьими клыками. Из переносного кармана мне в руки упал новый полэкс, выкованный Луной за время моего похода к сердцу. В этот мир я взял часть привычной экипировки, поскольку Лита уверяла, что её можно будет вернуть назад через стабильный портал.

Я бы мог пальнуть в тварь из Райнигуна. Один, максимум два-три выстрела чтобы наверняка попасть – и мантикора обратится в горстку праха, который тут же развеет пустынный ветер. Если бы я экономил каждую минуту, то так бы и поступил, но сейчас против этого выступало три аргумента:

Мне могли встретиться чудовища сильнее.

Вокруг и так было слишком много песка.

Я был голоден.

Мантикора рванула вперёд, прыгнула с огромной скоростью, но всё же соизмеримой с её тяжёлым телом. Я проскользнул под ней, развернулся и ударил дважды – в левую ногу и основание хвоста. Первая атака достигла цели, вторая нет – тварь уже отпрыгнула в сторону и сделала короткий наскок с молниеносным выпадом скорпионьего жала. Оно с размаху вонзилось в песок.

Это был нечестный, неравный бой. Крылатый хищник был силён и быстр, но проиграл в ту же секунду, когда не смог убить меня из засады. Всё, что от меня требовалось – уклоняться от ударов хвостом, поскольку я не был уверен, что регенерация «Зверя» могла эффективно перебороть мощный незнакомый яд. Спустя пять минут мантикора уже не могла быстро двигаться, и я подарил ей милосердную смерть одним ударом стального шипа полэкса в мозг. Я отделался порванной одеждой и некоторым временем, затраченным на регенерацию ран.

– Лита?

– Д-да? – голос паучишки дрожал, но лишь слегка. Её проекция оставалась у меня на плече всё это время и могла наблюдать брутальную схватку от первого лица.

– Ты не в курсе, какая часть мантикоры годится в пищу?

– Согласно… согласно «Единому бестиарию о тварях, ужас и страдания несущих», нельзя есть только хвост. Но мясо общепризнанно жёстким и невкусным…

Я оставил себе самый мягкий на вид кусок задней лапы, а остальная мантикора отправилась в переносной карман для материалов. Будет Кулине радость от экзотического мяса… Или не будет, поскольку «Единый бестиарий», похоже, сказал чистую правду. Сырая мантикорятина была жёсткой, пряной и с трудом отрывалась от кости даже зубами оборотня. Но мой чудовищный желудок всё равно был доволен свежей пищей, и я чувствовал, как силы после длительного перехода и короткой битвы стремительно возвращаются в тело.

На этот раз движение среди руин оказалось гораздо более заметным, но не угрожающим. Из-за обрушившегося храма метрах в пятидесяти впереди один за другим выходили люди.

Лагерь зун’кайцев был разбит где-то на полдороги между местом, куда меня закинул телепорт, и обещанным Литой стабильным порталом в оазисе. Частично передвижной, состоящий из палаток и шатров, частично использующий уцелевшее здание в городе, которое в прошлом могло быть как храмом, так и дворцом. Всего здесь было сто, может сто пятьдесят человек и полсотни животных, напоминающих смесь верблюда и носорога. К счастью, среди вышедших мне навстречу воинов один оказался тем самым паломником, что навещал Полночь месяцы назад. Он моментально узнал меня, когда я вернулся в человеческий облик, и я с почестями был препровождён в лагерь.

Шатёр верховной жрицы Имаани оказался обширным и на удивление прохладным, словно здесь установили невидимый кондиционер. Сама жрица восседала на изысканно украшенном кресле, но тут же встала, чтобы поприветствовать меня.

– Владыка ночи, – сказала она густым низким голосом, запомнившимся мне с нашей первой встречи. – Лорд Виктор. Не ожидала увидеть вас лично в наших краях.

Имаани была высокой и прекрасной как ожившая резная статуэтка из эбенового дерева. Одеяния тёмно-синего цвета, украшенные золотыми узорами, дополнялись золотыми же браслетами и знакомым амулетом на шее в виде золотой стрелы. Жёсткие чёрные волосы собраны в аккуратную длинную косу, на высоком лбу – золотой обруч. Прозрачно-белые глаза смотрели внимательно и слегка настороженно, но без испуга.

– Прошу прощения за внезапный визит, – сдержанно сказал я. – Надеюсь, я не оторвал вас от важных дел.

– Вовсе нет. Но через три дня, на исходе месяца штиля, мы бы снялись с места и двинулись дальше, обгоняя месяц песчаных бурь. Вам повезло, что вы оказались здесь вовремя.

– Или же это было неизбежно, – слегка улыбнулся я.

– Или же так, – согласилась она без тени улыбки. – Что вам нужно, лорд Виктор?

– Строго говоря, ничего особенного. Один из ваших замечательных поисковых амулетов, примерно такой же, что вы принесли во время визита в Полночь.

Имаани промолчала в ответ, а её лицо заметно помрачнело. Неужели я переборщил с фамильярностью и чем-то её оскорбил?

– Я заплачу, разумеется, – добавил я после паузы. – Золото, драгестол, оружие из кузни Полуночи – всё, что потребуется. Если та сумма, что я взял с собой окажется недостаточна, направьте гонца на один из приёмов, и с ним расплатятся.

– Не сочтите за грубость, – медленно сказала жрица, как будто не обратив внимания на моё предложение. – Но как вы использовали подаренный вам амулет?

– Он долго служил мне верой и правдой, – я не видел смысла что-то скрывать. – А затем был принесён в жертву для спасения Полуночи.

Она кивнула, будто и не ожидала иного ответа.