Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Никита Муравьев,Игорь Перах,Ирина Фуллер,Сергей Евтушенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 248 (всего у книги 328 страниц)

Хоть Рой и выглядел обманчиво хрупким – молодой юноша с чёрными волосами, взъерошенными от ветра, он стоял с мечом наперевес. Клинок мерцал тусклым, почти мёртвым светом, от которого по коже пробегал холодок. С каждым его ударом в груди нарастало тягостное чувство – словно вот‑вот должно было произойти нечто неотвратимое. Казалось, враг чего‑то ждал… или кого‑то.

В городе прогремел взрыв, и знакомая сила волной докатилась до меня. На миг обернувшись, я увидел того самого старика, что когда‑то отрезал мне крылья, Охотник на богов.

Плечо пронзила острая боль: Рой уловил момент, вонзил в меня меч и, резко развернувшись, выдернул клинок, отступив на безопасное расстояние.

…

Разделившись с девчонками, Морган встретил противника, пугающего его до усрачки. Ноги предательски подрагивали, но он не смел отступить – на кону были их жизни.

От старика веяло смертью – тяжёлый, металлический запах крови настигал за километр, сплетаясь с мрачной аурой, что клубилась вокруг него зловещим туманом. В этом мареве проступали призрачные силуэты его жертв: они тянули к герою полупрозрачные руки, беззвучно моля о спасении – или о милосердной смерти.

Жажда крови, исходившая от охотника за богами, впивалась в кости ледяными иглами, парализуя волю и сковывая мышцы. На мгновение мир замер, а тело стало чужим, непослушным. Но вдруг горячая волна крови монстра прорвала оцепенение, прогоняя леденящий ужас.

Морган ринулся в бой.

– О, так ты его сын. – спокойно произнёс старик и одним ударом отбросил Моргана к стене здания.

Каменная кладка треснула, обломки посыпались вниз, но старик даже не дрогнул – его лицо оставалось бесстрастным.

– Теперь понятно, почему он отвлёкся от боя со мной. – всё так же невозмутимо продолжал он, намеренно поддевая противника, провоцируя на бездумные, отчаянные действия.

Морган с трудом выбрался из груды обломков – каменные осколки со скрежетом осыпались у его ног. Человеческий облик стремительно таял, растворяясь в вихре тёмной энергии, и вот уже перед ними предстало обличье монстра. Чешуя переливалась голубым оттенком, глаза горели красным хищным цветом.

Эвелина и Лилит, прикончив ещё одного мага девятого круга, остановились. В груди у обеих кольнуло острой, почти физической болью. Не сговариваясь, они переглянулись, и в этом мгновенном обмене взглядами не было нужды в словах. Развернувшись, они устремились обратно к Моргану.

…

Маг вглядывался в хаос, царящий вокруг, и сердце его сжималось от тяжести происходящего. Куда ни кинь взгляд – повсюду кипели сражения, сливаясь в единый грохочущий вихрь стали, магии и криков.

Всебог схлестнулся с Роем – сама ткань мира, казалось, трещала по швам от мощи их противостояния. Внизу, среди хаоса, обычные солдаты и маги отчаянно отбивались от тьмы Роя. Где‑то мелькнула фигура девушек, хладнокровно выискивающих магов девятого круга и одним отточенным движением обрывала их жизнь, даже страшный до дрожа костей юноша вступил в бой с Роем. Маг перевёл взгляд на стену, где сам стоял, методично отражая натиск врага.

В этот миг он остро ощутил собственную ничтожность: все эти грандиозные схватки, судьбы миров и легендарные противники – а он мог лишь стоять здесь, на этой каменной полосе, и снова, и снова опускать посох, чтобы спалить очередную тварь. Он был песчинкой в урагане, каплей в бушующем море – и от этого понимания внутри всё сжималось в тугой, болезненный узел.

…

Рой словно закалялся… нет, точнее – он адаптировался под натиском ангельской и демонической энергий: они больше не причиняли ему вреда. Если бы не бездна, он давно бы перешёл в контрнаступление – и тогда я уже давно проиграл бы. Молнии вспыхнули в моём теле – четвёртая сила вступила в бой. Мана-каналы трещали по швам, грозя разорваться в любой миг. Я стиснул зубы, пытаясь удержать рвущуюся наружу бурю. Перед глазами плясали тёмные пятна, но я не смел закрыть их – нельзя было упустить ни единого движения Роя.

А он… он менялся прямо на глазах. Раньше его тело искажалось под напором ангельского света и демонической тьмы, будто разрываясь на части. Теперь же эти силы скользили по его коже, как вода по закалённой стали, не находя бреши. В его взгляде, прежде мутном от боли, проступила ледяная ясность – он не просто приспособился, он начал впитывать эту энергию, превращая её в своё оружие.

Кровавая печать вспыхнула на лапе, условия были выполнены.

Немедля ни секунды, призвал короля Ада, Агамона и его армию.

…

Рой теснил Моргана, каждым ударом словно вбивая его в землю. Каменный пол под ногами Моргана покрылся трещинами, а снег взметался в воздух при каждом сокрушительном выпаде. Прибив противника к колонне, Рой занёс меч – стальное лезвие, сверкнув в тусклом свете, устремилось вперёд, чтобы пронзить грудь врага.

Морган, обессиленный и сломленный, бессильно смотрел, как смерть неотвратимо надвигается на него. От леденящего ужаса он зажмурился, сжавшись в ожидании неминуемой боли. До его слуха донёсся резкий, жуткий звук – сталь рассекла воздух и вонзилась во что‑то… но боли не было.

Дрожа от страха, Морган приоткрыл глаза. Перед ним, заслонив его своими телами, стояли две девушки. Меч пронзил их насквозь – клинок вышел из спины второй, обагрённый алой кровью. Время будто застыло: в застывших глазах девушек ещё теплилась тень решимости, а на губах первой дрогнула едва заметная улыбка – словно она успела шепнуть:

– Всё в порядке?

– Нет, нет, нет, нет… – затараторил Морган, не веря в увиденное. Он рванулся вперёд, но ноги подкосились, и он рухнул на колени, протягивая дрожащие руки к девушкам. – Не-е-ет!

Рой медленно вытянул меч, и сталь с противным скрежетом покинула тела. Девушки пошатнулись и, словно куклы с перерезанными нитями, начали оседать на пол. Морган успел подхватить первую, прижимая её к себе, будто мог удержать ускользающую жизнь.

– Зачем… зачем вы это сделали? – прошептал он, голос его сорвался.

Лилит слабо улыбнулась, её пальцы слабо сжали руку Моргана.

– Мы… любим… тебя. – выдохнула она, и её веки медленно опустились.

Тишина обрушилась на зал, тяжёлая и звенящая, лишь где‑то вдалеке завывал ветер, пробираясь сквозь щели в стенах. Морган склонил голову, прижимая к груди безжизненное тело, и из его груди вырвался сдавленный, горький стон, похожий на волчий вой.

Волна демонической энергии вырвалась из тела. За его спиной начала медленно материализовываться фигура Сайлера – нечёткая поначалу, словно сотканная из клубящейся тени, она постепенно обретала очертания. Апостол благословил своего последователя на резню.

Фигура юноши медленно поднималась, сжимая демонический клинок. Катана завибрировала, отзываясь на пробуждающуюся волю носителя, её лезвие вспыхнуло багровым светом, будто впитав в себя саму суть вырвавшейся энергии – и с каждым мгновением клинок становился всё тяжелее от прилива демонической силы. На голове юноши медленно прорезались рога – чёрные, с острыми, хищными изгибами, они росли, разрывая кожу и выпуская тонкие струйки тёмного дыма.

Рывок – и колено врезалось в челюсть старика. Его тело рывком взметнулось вверх, в следующий миг сокрушительный удар кулака пришёлся точно в нос – и старика швырнуло обратно, на землю. Оттолкнувшись от воздуха, со всей силы впечатал ногу в грудную клетку этой твари. Собираясь зарубить противника, Рой отбросил от себя потерявшего рассудок монстра, но Морган не отступал. Шаг за шагом он теснил Роя, и тяжёлые, неумолимые удары не давали тому пойти в контрнаступление. Кровь пылала ярким пламенем, подстёгивая жажду расправы, требуя убить врага перед собой.

С каждым ударом Морган всë сильнее и сильнее превращался в демона, теряя свой монструозный вид, навсегда.

– Примитивные удары. – спокойно произнёс Рой и плавным движением меча отразил выпад монстра.

Меч отскочил в сторону, с лязгом обнажая уязвимость Моргана, полностью раскрывая его тело для атаки. Вонзив клинок в землю, Рой в мгновение ока сократил дистанцию и провёл десяток молниеносных ударов. Каждый из них отдавался в воздухе гулким эхом, прошивая пространство. Каждый удар по Моргану проходился эхом по всему телу. Куда бы кулак не пролетал, страдал весь организм.

Выбив последний дух, Рой притянул к себе меч и пронзил им Моргана в районе солнечного сплетения, с проворотом вытаскивая его.

Держась из последних сил, Морган сделал один единственный шаг и после этого с разворота получил ногой в грудь, отправляя прямо к девушкам, приземлившись между них.

Готовясь провести горизонтальную атаку по противнику, последний удар. Рой вдруг почуял запах серы, мгновенно отреагировал и отпрыгнул в сторону, уворачиваясь от вылетевшего из портала пылающего двуручного меча.

Из портала медленно ступил на землю дьявол. Он сделал глубокий вдох, затем медленный выдох, будто смаковал сам воздух этого мира. Переведя взгляд на Моргана, Эвелину и Лилит, он мягко улыбнулся.

– Как же давно это было! – произнёс Агамон с ноткой ностальгии в голосе.

– Дьявол, это не твоя битва! Уходи, если хочешь жить! – рявкнул Рой, стараясь сохранить хладнокровие.

– Это ты мне говоришь… ТАРАКАН. – последнее слово Агамон вложил всю свою жажду крови.

За спиной дьявола вспыхнул огромный огненный круг, настолько яркий и раскалённый, что окружающее пространство на мгновение исказилось от исходящего от него жара, а внутри самого круга, словно живые существа, начали вращаться семь чудовищных потоков энергии, каждый из которых олицетворял один из смертных грехов; багровый свет ярости смешивался с тёмно-фиолетовой завистью, алое пламя гнева переплеталось с золотистым сиянием алчности, а остальные силы образовывали вокруг Агамона подобие зловещей короны, от одного вида которой по коже пробегал холод, совершенно не соответствующий царившему вокруг невыносимому жару.

Рой почувствовал, как всё его тело мгновенно стало тяжелее, словно невидимая гора обрушилась прямо ему на плечи, а пространство вокруг него начало сопротивляться каждому движению; колени едва заметно согнулись, спина прогнулась под чудовищным давлением, и, хотя со стороны это движение казалось практически незаметным, Агамон прекрасно его увидел.

На губах архидьявола появилась широкая, безумная улыбка.

– Путь Ада... – протянул Рой, внимательно разглядывая противника, после чего в его глазах вспыхнул неподдельный интерес. – Значит, ты новый король Ада? Прекрасно... Никогда прежде мне не доводилось пожирать архидьяволов.

Агамон ничего не ответил, лишь крепче сжал кулаки, однако Рой внезапно рванулся вперёд, и в следующий миг расстояние между ними исчезло.

Вернув себе меч, архидьявол обрушил на Рой одну атаку за другой, не пытаясь сразу нанести смертельный удар, а словно намеренно прощупывая пределы его силы; каждый взмах гигантского клинка сопровождался оглушительным грохотом, воздух разрывался от чудовищного давления, а земля под ногами обоих противников покрывалась глубокими трещинами, из которых наружу вырывались потоки раскалённого воздуха и языки пламени, словно сама планета не выдерживала силы столкновения двух существ, стоящих далеко за пределами обычных смертных.

Рой блокировал первый удар, затем второй, третий, но каждый следующий становился тяжелее предыдущего, и постепенно его руки начали неметь от отдачи, проходящей через клинок прямо в тело.

Он попытался отступить, увеличивая расстояние между собой и противником, однако Агамон двигался за ним практически без остановки, словно был привязан к Рою невидимой цепью, не позволяющей тому вырваться из зоны поражения.

– Неужели это всё, на что способен Рой?! – рассмеялся архидьявол, вновь занося меч над головой.

Рой резко изменил направление, уходя в сторону в самый последний момент, и гигантский клинок с чудовищной силой обрушился рядом, разбрасывая вокруг куски раскалённого камня.

Однако Агамон не остановился.

Рой едва успел развернуться, как архидьявол неожиданно бросил свой меч, вложив больше силы для рывка правой ногой, с невероятной скоростью нанёс удар левой ногой.

Удар пришёлся точно в грудь.

В следующую секунду Рой почувствовал, как его тело буквально обожгло изнутри, а по одежде и коже расползся яркий огненный след, оставленный ногой архидьявола; сила атаки оказалась настолько чудовищной, что Рой отбросило на несколько метров, после чего он с грохотом рухнул на землю и несколько раз перекатился по раскалённому камню.

Агамон медленно опустил ногу и, вернув оружие, закинул огромный меч себе на плечо, с безумной улыбкой посмотрел на лежащего противника.

– Долг вернул. – произнёс он, словно поставил последнюю галочку в давно составленном списке. – Теперь осталось только уничтожить твой сосуд.

Рой попытался сделать вдох, но вместо воздуха из его груди вырвался тяжёлый, болезненный кашель; один единственный удар оказался настолько сильным, что полностью выбил из лёгких воздух, и несколько мучительных секунд он просто лежал, пытаясь заставить своё тело снова нормально дышать.

– Чёрт... – выдавил он сквозь стиснутые зубы, медленно поднимаясь на одно колено. – А ты... действительно монстр.

– Монстр? – усмехнулся Агамон. – Я уже давно не монстр! Я ЧУДОВИЩЕ!

Рой едва успел прийти в себя, как Агамон внезапно исчез с места.

Инстинктивно оттолкнулся от земли и успел отпрыгнуть в сторону буквально за мгновение до того, как огромный меч с оглушительным грохотом обрушился на то место, где он находился секунду назад.

Удар оказался настолько мощным, что земля под мечом не просто раскололась – она взорвалась.

Грохот разнёсся по окрестностям, а вслед за ним в разные стороны разлетелись десятки раскалённых осколков камня, словно смертельный дождь, некоторые из них впились Рою в плечо, бок и ноги, оставляя рваные кровоточащие раны.

Агамон же остался стоять прямо в эпицентре взрыва.

Раскалённые осколки ударялись о его тело, но не причиняли абсолютно никакого вреда; некоторые разбивались о кожу, другие отскакивали в сторону, а сам архидьявол лишь медленно провёл рукой по плечу, стряхивая с себя каменную крошку, словно это был обычный песок.

Рой медленно выпрямился, чувствуя, как каждая мышца тела отзывается тупой болью после полученных ударов, а из небольших ран на коже тонкими струйками стекала кровь, тут же испаряясь под воздействием раскалённого воздуха, однако, несмотря на боль и тяжесть в груди, он не позволил себе отступить ни на шаг, лишь крепче сжал рукоять меча и поднял взгляд на Агамона, в котором постепенно исчезал страх перед чудовищной силой противника, уступая место холодной, почти ледяной решимости.

Вокруг тела Роя начало стремительно сгущаться тёмное сияние, которое сначала едва заметно клубилось у ног, а затем стало подниматься выше, обволакивая ноги, грудь и плечи, словно живой дым, при этом воздух вокруг него задрожал, а трещины в земле начали постепенно расширяться, выпуская наружу багровое свечение.

Агамон перестал улыбаться. Семь потоков силы за его спиной закрутились значительно быстрее, образуя вокруг огненного круга огромную спираль, а затем один за другим начали впитываться в тело Агамона; пламя вокруг него вспыхнуло настолько ярко, что окружающая местность на несколько секунд превратилась в ослепительное море багрового света, а из глубины земли донёсся низкий гул, напоминающий рёв пробуждающегося древнего зверя.

Рой сорвался с места первым. Одно движение. Всего одно. Но расстояние между ними исчезло практически мгновенно.

Мечи столкнулись. Ударная волна разошлась во все стороны, срывая с земли камни и пепел, а воздух между двумя противниками буквально взорвался от столкновения силы, заставив пространство вокруг них задрожать.

Рой вложил в удар всю накопленную мощь, однако Агамон остановил его атаку одной рукой. Резко повернул запястье, отбросил меч Роя в сторону, после чего попытался нанести удар.

Рой успел пригнуться.

Меч Агамона прошёл над его головой, срезав несколько прядей волос, а следующей атакой Рой попытался пробить противнику бок, но архидьявол развернулся практически одновременно с ним и заблокировал удар.

Их движения становились всё быстрее.

Каждый новый обмен ударами занимал лишь долю секунды, однако за это короткое мгновение они успевали нанести друг другу десятки атак, от которых окружающая земля постепенно превращалась в руины.

Клинки вспыхивали при каждом столкновении, оставляя в воздухе яркие следы, а звуки ударов сливались в непрерывный грохот, напоминающий раскаты грозы.

Рой сделал шаг назад, резко взмахнул рукой, и из земли перед Агамоном вырвались десятки чёрных цепей.

Они взметнулись вверх со всех сторон, пытаясь обвиться вокруг тела архидьявола.

Цепи сомкнулись.

На мгновение Агамон оказался полностью обездвижен.

Рой тяжело выдохнул и поднял меч.

Он рванулся вперёд, вкладывая в удар всю оставшуюся силу.

Но в последний момент цепи начали трескаться.

Сначала одна.

Потом вторая.

А затем сразу несколько.

Агамон медленно поднял голову, и в его глазах вспыхнуло багровое пламя.

Цепи разорвало взрывом силы.

Рой едва успел выставить меч перед собой, когда чудовищная ударная волна отбросила его назад; он несколько раз перевернулся в воздухе, после чего врезался спиной в огромный каменный выступ, расколов его своим телом практически пополам.

– Кх...!

Изо рта Роя выступила кровь.

Он попытался подняться, но левая рука предательски дрогнула.

Агамон уже шёл к нему.

Медленно.

Спокойно.

Будто совершенно не сомневался в исходе битвы.

– Око за око, зуб за зуб! – прорычал архидьявол, и голос его раскатился по залу, словно удар грома. Он вскинул меч над головой – и клинок вспыхнул ослепительным пламенем.

Свист рассекаемого воздуха слился с яростным рёвом архидьявола. Удар обрушился с неумолимой силой – и сосуд Роя, охотник на богов, вспыхнул ярким пламенем, полностью сгорая в пламени инферно.

…

Тело горело, будто в жилы закачали расплавленный металл. Энергия, аккумулируя в моём теле, рвалась наружу, разрывая мана-каналы один за другим – каждый разрыв отдавался вспышкой агонии, но тут же затягивался новой волной силы, не давая сознанию провалиться в беспамятство.

Демоническая сила клубилась тёмными вихрями, выжигая изнутри, обещая мощь ценой рассудка. Ангельская – холодными иглами пронизывала каждую клетку, пытаясь обуздать хаос, навязать порядок, чистоту, безупречность. Божественная искра, та самая, что удерживала меня на грани, пульсировала ровно, как далёкое солнце, не позволяя ни тьме, ни свету поглотить меня целиком. А собственная сила – дикая, упрямая, выкованная в битвах и падениях – сцеплялась с ними всеми, сплетая воедино то, что по законам мироздания не должно было существовать вместе. Всем над этим находилась бездна, полностью защищая мои мана-каналы от полного уничтожения.

Демоническая и ангельская сила сталкивались внутри, словно две враждебные стихии, рождая ослепительные вспышки – те пробивались наружу, просвечивая даже сквозь кожу. Воздух вокруг меня дрожал и искажался, будто сама реальность не выдерживала этого надлома. Пространство выгибалось, покрывалось трещинами, истончалось до прозрачности – и сквозь эти разломы проглядывали иные миры: чужие небеса, холодные, чуждые звёзды. Казалось, сама ткань бытия силилась понять, как вообще возможно удержать в одном теле столько противоречий.

Противник, напротив, замер на миг – не от страха, а от изумления. Он знал, что такое чистая сила, но никогда не видел её такой – разорванной, живой, бунтующей, будто каждое её мгновение боролось само с собой.

Когда сила вырвалась наружу, пространство не выдержало и рассыпалось в вихре искр. Оно жадно засасывало всё вокруг, стремясь восстановиться любой ценой. Рой, не успев даже пошатнуться, исчез в этом водовороте – и меня утянуло следом.

…

Агамон медленно склонился перед Морганом, Эвелиной и Лилит – в этом движении сквозила не покорность, а тяжёлая обречённость, будто он сам провожал их в последний путь.

Морган распахнул глаза – и мир в тот миг сжался до одной леденящей детали: над ними нависла тень клинка, тёмная и безжалостная, словно сама судьба приняла форму стали. Время будто запнулось, растянулось в тягучую, мучительную паузу, где каждый миг царапал душу. Дьявол что‑то шептал – слова тонули в гулком рёве тишины, растворялись, не достигая слуха, но в его взгляде читалось нечто пугающе противоречивое: в нём сплетались горечь утраты и мрачное торжество, скорбь и холодная радость от свершающегося.

Взмах меча прорезал воздух, как треск разрываемой реальности. А в следующую секунду дьявол забрал жизнь – и в этом мгновении не было ни крика, ни борьбы, лишь горькая, звенящая пустота, что осела на сердце Агамона свинцовой тяжестью.

…

(Восстановлена божественность 50%)

Сознание возвращалось нехотя, словно его выуживали из густой, ледяной смолы. Первой пришла боль – глухая, вибрирующая, заполняющая собой всё сущее. Она зародилась где-то в центре грудной клетки и разошлась по венам жидким огнем. Казалось, каждая кость моего тела была перемолота в мелкую крошку, а затем небрежно собрана обратно.

50% божественности, сколько я был без сознания.

Удар. В тело пролетел метеор, придавая моему телу новую траекторию полёта, кувыркаясь среди звёзд, пока космос равнодушно разглядывал мою сломанную оболочку. Сознание погасло, погрузившись в спячку, оставив только инстинкты выживания функционировать.

Пространство вокруг было безмолвным, ледяным, пронизанным тонкими нитями далёкого света. Ни ветра, ни гравитации, ни привычной тяжести – только невесомость, которая казалась издевательски спокойной на фоне той агонии, что бушевала внутри. Боль не исчезла – она просто сменила форму: теперь она была не огнём по мана-каналам, а холодом, пробирающим до самой сути, до той самой половины божественности, что ещё теплилась во мне.

Тело медленно, неохотно начинало сращиваться. Кости, раздробленные до мелкой крошки, стягивались невидимыми нитями силы; вены, разорванные ударом, сплетались заново; кожа и чешуя, рассечённая осколками метеоритной ярости, смыкалась, оставляя после себя лишь тонкие, едва заметные шрамы.

Время здесь теряло смысл. Минуты сливались с веками, а звёзды кружились в медленном, гипнотическом танце. Я не знал, сколько прошло – день, год или мгновение. Но в какой‑то момент почувствовал, как дрожь в теле утихает, как холод перестаёт быть врагом и становится частью меня, как дыхание – если это можно было назвать дыханием в вакууме – становится ровнее.

Полностью восстановившись. Упрямая кровь монстра, вытянула меня из края небытия. Полностью пробуждая.

Расправив крылья, отправился к ближайшей планете.