Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Потрясающе. Просто невероятно. Вовремя применённая «Вуаль» превращала злобные зеркала в систему телепортов по всей Полуночи! О такой экономии времени я и мечтать не мог. Больше никакой беготни по лестницам, маеты с ловушками, лишних сражений! Единственный минус – нельзя выбирать, куда именно забросит. Но если выбор происходил между теми зеркалами, что я уже «открыл», то вообще никаких проблем.

Чтобы подтвердить теорию, я снова развернулся и прошёл сквозь зеркало – с расчётом выйти в центральном коридоре или, на худой конец, в гостиной наверху.

Меня встретил запах пыли, непроглядная темнота и гнетущая тишина. Правда, последняя продержалась недолго – сзади почти тут же раздался стук падения чего-то очень тяжёлого, а за ним – характерный звон разбитого стекла.

– Твою мать! – выругался я, отшатываясь в сторону, но части разлетевшихся осколков избежать не удалось.

Кажется, мне предстояло узнать на личном опыте, что будет, если рядом разбилось одно из больших зеркал.

Глава пятая

Первую минуту я находился в полной боевой готовности – с мечом в правой руке, подняв левую с латной перчаткой для отражения возможных атак. Но секунды лениво ползли мимо, а неведомый враг так и не объявился. Не исключено, что зеркало здесь изначально не было закреплено и упало из-за моего телепорта.

Кстати, «здесь» – это вообще где?

Знал бы где падать – точнее, выходить из зеркала – попросил бы у Кулины пряного супа для зрения в темноте. С другой стороны, текущий обед работал по схожему принципу, обостряя все возможные чувства сразу. Глаза, к сожалению, из уравнения выпадали – в помещении не было никакого источника света, так что усиляй – не усиляй, ничего не увидишь. Но стоило мне немного постоять на месте ожидая нападения, и подключились остальные органы восприятия.

Слух сообщил мне, что бардак с разбившимся зеркалом не вызвал большого переполоха. Маленького тоже не вызвал – просто всё отгромыхало, отзвенело и успокоилось. Никто не спешил встречать случайно зашедшего хозяина с хлебом-солью или, что более вероятно, с алебардами и арбалетами.

С запахами ситуация была поинтереснее, пусть и ненамного. Сильнее всего здесь пахло пылью, но за ней проступало и что-то другое. Старое дерево и бумага, почти выветрившийся запах чернил. Почти неуловимый аромат с нотками металла, который я не смог опознать, как ни старался.

Насчёт вкуса и осязания сказать было сложно, по вполне понятным причинам. Пробовать я тут ничего не планировал и коснуться ничего не успел.

Осторожный шаг в сторону вызвал отчётливый хруст разбитого стекла, зажатого между сапогом и полом – судя по всему, деревянным, а не каменным. Ещё пять-шесть шагов на удивление позволили мне сориентироваться гораздо лучше. Я читал когда-то, что у людей есть эхолокация как у дельфинов или летучих мышей, только в зачаточном состоянии. Нам даже не обязательно говорить или кричать для её применения – достаточно звуков шагов. Лучше всего это проявляется у тех, кто ослеп с рождения и не привык полагаться на глаза. Хозяева магических замков, заручившиеся помощью кухарок-слаймов, тоже годились.

Так или иначе, благодаря чудо-бутербродам, которые я слопал с полчаса назад, в моей голове вырисовывались очертания помещения, которое невозможно было разглядеть. Обширное пространство, нечто среднее между большой комнатой и маленьким залом. Я стоял в одном из углов, почти вплотную к очень длинному столу, заваленному неведомым хламом и шкафу – вроде бы с книгами. Остальные предметы мебели ускользали от моего эхолокационного «взгляда», так что я медленно пошёл вдоль стола, вслушиваясь изо всех сил.

Хлам на столе на ощупь оказался бумагой – настолько древней, что та распадалась в труху от легчайшего прикосновения. Вскоре я нащупал металлическое перо для письма и опустевшую чернильницу – предметы, которые мне доводилось видеть разве что на картинках и фотографиях, но перепутать с чем-то другим их было невозможно. А вот стульев рядом со столом не было, и куда они делись, эхолокация не подсказала.

В противоположном углу от того, где я вышел из зеркала, обнаружился ещё один промежуток между столом и шкафом. Стена там «слышалась» как-то не так, как в других местах, и я решил изучить это место повнимательнее. Вскоре пальцы наткнулись на ставни – крепко закрытые и не поддающиеся попыткам их открыть. Ни задвижек, ни засова – ничего, просто две створки, намертво прикрывающие возможный источник света.

С одной стороны, я уже более-менее привык к эхолокации и можно было продолжить исследовать помещение без лишнего шума.

С другой…

Кулак в стальной латной перчатке с размаху врезался в старое дерево, заставив его обиженно затрещать. Левой рукой я орудовал немногим хуже чем правой, так что точность и сила удара не пострадали. Второй удар вызвал треск погромче, третий – заставил створки разлететься на обломки и щепки. Окошко, которое они закрывали, оказалось совсем небольшим, чуть ли не на правах бойницы, но его хватило, чтобы в комнату хлынул чистый лунный свет. Мне даже пришлось немного проморгаться, чтобы привыкнуть после полной темноты.

В целом, освещение показало не так уж много нового. Я верно оценил размеры комнаты, количество мебели и качество бумажного мусора на длинном столе. Зато теперь открылись новые детали: осколки зеркала на полу в противоположном углу и большая рама, сиротливо упокоившаяся сверху. Корешки книг в шкафах, на первый взгляд поразительно целые. Череп и груда человеческих костей на полу…

Я подошёл поближе, присев на корточки возле останков. Смерть в Полуночи традиционно котировалась иначе чем обычно – павшие обычно возрождались в виде слуг замка, либо паразитов, присасывающихся к её душе. За всё время здесь костей я не видел ни разу. Следовательно, тот, кто погиб на этом месте либо превратился во что-то вроде призрака, либо проигнорировал оба варианта.

Остаётся ещё вопрос, как именно он погиб в центре закрытой комнаты.

Не трогая кости, я поднялся и продолжил обход. Из открытого оконца ощутимо тянуло холодом, и я невольно вспомнил слова Кас, что здесь тоже есть зима. Не простудиться бы – по статусу не положено.

Спустя минуту нашлись и стулья – у единственной двери, ведущей наружу, в попытках то ли подпереть её, то ли вовсе забаррикадироваться. Баррикада из стульев вышла посредственная, но нельзя сказать, что сооружающий её не старался. Скорее ему критически не хватило времени.

Ладно. Смерть от голода, пожалуй, можно исключить. А вот чего нельзя исключать, так это неизвестный фактор. Я тут пытаюсь решить загадку убийства в закрытой комнате, когда за ним может банально стоять тварь вроде Жнеца. Причём подобная участь ждёт и меня, если так и буду тянуть резину.

Последний круг осмотра и пора выбираться отсюда. Бумаги на длинном столе не прошли проверку временем и ценности не представляли. Кости неизвестного разве что вызывали лёгкую грусть. А вот книги в шкафу смотрелись весьма перспективно. Здоровенные, в тяжёлых переплётах из коричневой кожи, они и не думали истлевать.

Книги – это информация. В Полуночи информация на вес золота, а возможно и драгестола. Даже одно наличие книг здесь намекает на близость библиотеки, да и внутри могло оказаться что-нибудь полезное. Не смогу прочитать я – передам Кас, пусть расшифровывает.

Только почему у них абсолютно одинаковые обложки, хотя стоят они на разных полках? И что это за звук?

Справедливости ради, этот легчайший, еле слышный шорох можно было интерпретировать как угодно. Допустим, ветерок из окна слегка пошевелил старые страницы. Или я задел шкаф, сам того не заметив.

Или что-то здесь было конкретно не так!

Я отскочил от шкафа ровно в тот момент, когда первый том с верхней полки вылетел вперёд и пронёсся примерно там, где только что находилась моя голова. За ним моментально последовали остальные – и уже секунд через пять я оказался окружён со всех сторон. Это были небольшие, но очень агрессивные монстры, без видимых глаз, зато с острейшими треугольными зубами и высунутыми языками на месте того, где у нормальных книг находились страницы.

Мне уже доводилось сражаться с мимиками, даже дважды. Первый раз те изображали ларцы с сокровищами, во второй один принял форму деревянного люка. Но мимики-фолианты отличались от своих собратьев, и не только размером. Во-первых, раньше эти твари нападали максимум по одному, а эти полезли вшестером, целой стаей. Во-вторых, они были заметно шустрее и использовали продвинутую тактику – пока одни отвлекали спереди, другие пытались вцепиться мне в спину и затылок.

И наконец, эти мимики летали. Не просто высоко прыгали, а свободно зависали в воздухе, затем пикируя под острым углом, распахнув неприлично зубастые пасти. Пара атак увенчалась успехом, оставив мне на память плечи с кровоточащими дырками от зубов. Отпрыгивая от очередного налёта я чуть было не споткнулся о груду костей в центре комнаты – и почему-то больше не задавался вопросом, откуда они тут взялись. Даже если бы я решил расстрелять тварей из Райнигуна и каким-то чудом попал каждым выстрелом по непредсказуемо движущейся мишени, мне бы всё равно не хватило патронов.

К несчастью для оголодавших чудовищ, их жертва – то бишь, я – всё ещё двигалась быстрее, её раны зарастали под лунным светом, но что главное – оказалась идеально оснащена для отражения такого рода атаки. Стальная полоса уруми сверкнула, свистнула и загудела, раскручиваясь вокруг меня в подобии непроницаемого купола. Один мимик тут же решил попытать удачи – и гибкий клинок отсёк высунутый язык почти под корень. Издав пронзительный визг, монстр-книга упал на землю, сотрясаясь в конвульсиях и заливая всё вокруг себя бесцветной жидкостью, заменяющей ему кровь. От такого зрелища остальные мимики на миг замерли – и я этим тут же воспользовался.

Латная перчатка отправилась на пол – она давала приличную защиту от зубов, но посредственно годилась для нападения. Освободившейся левой рукой я выхватил из ножен короткий меч и в молниеносном выпаде пронзил насквозь ближайший летающий «фолиант». Этот манёвр стоил мне пары новых укусов, но уруми вновь загудел, отрезая подходы с воздуха. Один из зубастых монстров догадался спуститься до уровня земли – лишь чтобы получить мощного пинка, выбившего ему несколько зубов и отправившего в полёт к дальней стене. Там он жалобно захрипел и затих.

На разборку с оставшимися тремя мимиками у меня ушло минут десять – они резко стали осторожнее и в основном уворачивались от моих атак, почти не делая попыток контратаковать. Бледное пламя Полуночи отмечало смерть каждого из небольших чудовищ, пополняя мои невидимые запасы. В конце я не поленился коснуться «обложки» каждого из них, собирая ингредиенты для кухни и лазарета. С миру по нитке – голому рубаха. Тем более что с книгами меня, кажется, крупно обломали.

Я тщательно оглядел оставшиеся книжные полки и с досадой убедился в своей правоте. Мимики-«фолианты» представляли сто процентов литературы в данном помещении. Мне доводилось читать разную ерунду, но ещё ни разу она не пыталась меня сожрать. Если вся библиотека Полуночи выглядела примерно так же, туда в принципе можно не торопиться.

Вздохнув, я принялся разбирать старую баррикаду из стульев. Внизу что-то тускло блеснуло. При ближайшем рассмотрении это оказалась часть доспеха, стальной наруч с налокотником, предназначенный для прикрытия руки от кисти до локтя. Перчатка, которую я успел снова нацепить на левую руку, издала легчайший звон, словно почуяв родственную связь. Хотя тут и на глаз было ясно, что это часть единого сэта.

– С миру по нитке, дубль два, – одобрительно хмыкнул я, прицепляя находку на пояс. – А иногда и по целой верёвке.

Надевать новый элемент брони без опознания я не торопился. Если «левая длань Сумерек» запрещала пользоваться оружием в левой руке, мало ли какие ограничения наложит новый кусок? Не удалось притащить Кас книги – пусть хоть поможет с артефактом.

К слову об артефактах – кажется, пора испытать подаренный амулет. Он имел форму золотой стрелы на тонкой цепочке и медленно поворачивался туда-сюда, свисая с моей руки. Я сосредоточился на мысленном образе тронного зала. Стрела дрогнула и застыла, указывая на выход из комнаты.

– Логично, – пробормотал я и взялся за ручку двери.

Новый коридор на первый взгляд не вызывал воодушевления, почти не отличаясь от других проходов в Полуночи «по умолчанию». Камень, факелы, полное отсутствие окон. Но это было ложное впечатление, и оно испарилось спустя несколько секунд.

На полу коридора лежали рельсы. Натуральная такая колея, а точнее аж две колеи, параллельно друг к другу. Через минуту я догадался поднять глаза на потолок и с не меньшим изумлением обнаружил там их точные копии. Это было что-то новое, капитально новое. Ладно летающие мимики, но рельсы? Да ещё и на потолке? Я тут же представил себе небольшие такие вагонетки, в каждой из которых почему-то сидела миниатюрная версия Кулины, рассекающая по коридору, радостно подняв руки в воздух. Туда и назад, сверху и снизу.

Милый образ, не имеющий, увы, ни малейшего сходства с реальностью.

Стрелка амулета повернулась туда-сюда, а затем снова застыла, указывая в направлении по правую руку. Я медленно двинулся туда, раздумывая, не стоит ли по дороге прихватить «вечный» факел. Главный аргумент «за» – других источников света мне могло и не подвернуться. Главный аргумент «против» – с латной перчаткой на левой руке я и так оставался без оружия, а уж с факелом в правой… Обойдусь пока, а при случае недолго и вернуться.

Разумеется, вскоре замок решил протестировать моё решение.

Издавая оглушительный грохот и лязг в конце коридора появилась жуткая металлическая фигура.

Как и сами рельсы, она немедленно попадала в разряд новинок, причём однозначно малоприятных. Больше всего фигура напоминала какого-то древнего идола, но выкованного из тёмного железа, тут и там покрытого пятнами ржавчины. Руки идола были смиренно сложены на груди, а ноги заменяли четыре небольших колеса. «Идол» неторопливо перемещался по колее как влитой, но дребезжал при этом так, что уши отваливались. Сейчас усиленный слух работал против меня.

Я напрягся, но сместился на соседнюю колею, планируя пропустить странный механизм мимо. Ну едет и едет, мне-то какое дело? Но как только «идол» подкатился поближе, его глаза распахнулись и уставились прямо на меня. С диким скрежетом он оторвал руки от груди – те оказались длиной метра в полтора, а кисти заменяли здоровенные крючья. Расставив их в разные стороны «идол» начал вращаться вокруг своей оси, одновременно приближаясь ко мне

Да вы шутите!

В отличие от битвы с мимиками тут я не мог воспользоваться уруми, да и короткий меч казался практически бесполезным. По сути у меня было два варианта – развернуться и бежать назад к безопасной комнате либо прорываться вперёд, вопреки смертоносной юле на колёсах.

И почему это не могли быть стандартные безголовые латники?

Прикинув расстояние на глаз, я выхватил револьвер из кобуры и всадил пулю прямо в центр вихря из ржавого железа. Тот заскрежетал так, словно с размаху наткнулся на стену, но продолжил вращаться по инерции. Я разбежался ему навстречу и перескочил жуткий механизм, почти наверняка поставив олимпийский рекорд. «Идол» всхлипнул у меня за спиной – это был первый не металлический звук, что я от него слышал – и затих. Но не успел я сделать и пяти осторожных шагов вперёд, вновь раздался знакомый лязг.

Я напряжённо развернулся, готовый вновь стрелять и прыгать, но поверженный враг так и остался сидеть на рельсах посреди коридора. Лязг повторился – на этот раз более отчётливо, практически у меня над ухом. Повинуясь интуиции, я бросился на пол, и только потому не оказался подцеплен на новую пару крючьев, что пронеслись надо мной сверху. Второй «идол» спокойно прокатился по потолку и вскоре исчез вдали.

Никогда бы не подумал, что начну скучать не только по безголовым, но и качающимся маятникам. Только вот времени на рефлексию не оставалось, вообще не оставалось. Я вскочил и рванул вперёд, отсчитывая в уме секунды. Ровно на десятой лязг раздался снова, на этот раз отчётливо снизу и спереди. Если бы конструкты-ловушки оказались лучше смазаны, мне пришлось бы куда как более туго!

Выдав мой лучший боевой оскал, я поднял Райнигун и прицелился в нового железного болвана. Что кончится раньше – пули или запас этих уродов с крючьями вместо рук?

Глава шестая

Спустя полчаса некогда аккуратный коридор больше напоминал заброшенную свалку металлолома. Новые «идолы» не появлялись уже минут пять, но только потому, что рельсы как снизу так и сверху оказались заблокированы останками предыдущих. Я стоял посреди этих останков, медленно поворачиваясь то вправо, то влево, отслеживая малейшее движение по обе стороны коридора. Как ни странно, у меня всё ещё оставалась последняя пуля в барабане – на отстрел ржавых болванов я потратил только три, а остальных прикончил подручными средствами.

Правда, стоило мне это огромных усилий и немалой крови – буквально. На плечах, едва заживших от укусов мимиков, остались глубокие борозды от крючьев, а последний «идол» с верхних рельс слетел с них на полном ходу и попытался врезаться меня в лучших традициях камикадзе. Увенчайся его план успехом – я бы тут же отправился просыпаться на Земле. Но и мне не удалось идеально увернуться, за что и получил два сломанных ребра и вывихнутую стопу. Всё это почти не болело, но создавало массу неудобств.

С павших железяк не удавалось даже вытянуть пламя Полуночи. Очевидно, они относились к категории конструктов, а то и вовсе ловушек. Можно было попробовать запихнуть их «трупы» в карман для материалов, но тогда тут же могут прикатиться новые. Спасибо, обойдусь.

Убедившись, что коридор не торопится кидать на меня новые порции проржавевших уродов, я ощутимо прихрамывая отступил в комнату, откуда и вышел. Сеанс исцеления под лунным светом избавил меня от кровоточащих разрезов на плечах, но если и срастил рёбра, то сделал это кое-как. Кас упоминала, что с каждым применением мои особые силы росли, так что хотелось бы поскорее научиться заживлять любые раны и повреждения. Не покалечиться бы только в процессе.

Промежуточный итог противостояния: минус шесть мимиков и пять «идолов». Вроде солидный результат, да только я потратил три пули Райнигуна, потерял в скорости и гибкости, и к тому же устал как собака. Удалось преодолеть одну комнату и небольшой кусок коридора. Негусто? Не то слово.

Время, к несчастью, работало отнюдь не на меня.

Что мимики, что «идолы» подлежали возрождению или починке на следующий визит, так что я мог крошить их хоть десятками, эта секция не опустеет. А вот за мной маячила тень Жнеца, который терпеливо отсчитывал минуты до момента, пока не сможет наброситься на меня со своими долбаными серпами. Эта секция замка представляла куда как более серьёзную угрозу чем все, что встречались мне ранее. Пока что я держался с угрозой наравне, но насколько меня ещё хватит?

Сдаваться нельзя – Кас расстроится, да и не только она. Вернуться и сесть на трон – верный план, как и всегда. Исполнение неверное. Нельзя просто идти ножками, пусть и следуя указаниям артефакта, и надеяться, что получится беспроблемно добраться до тронного зала. Я уже топчусь на месте битый час почти без результата. Не говоря о том, что зеркало могло закинуть меня в такие дебри, что даже без препятствий шагать придётся несколько часов.

Следовательно, остаётся единственный альтернативный вариант. Найти другое зеркало и вернуться через него.

Дождавшись, пока раны окончательно затянутся и недовольно ощупав всё ещё повреждённые рёбра, я вновь достал на свет золотую стрелу подаренного амулета и сфокусировался. Несколько секунд спустя амулет повернулся вокруг своей оси и уверенно указал на пустую раму поверх осколков, лежащую в углу.

– Целое, – буркнул я. – Нужно целое.

Стрела дёрнулась и развернулась в другую сторону.

Теперь я двигался по коридору с рельсами в противоположном направлении. В краткосрочной перспективе это не меняло ситуацию – «идолам» было всё равно, с какой стороны на меня наезжать. Зато долгосрочная перспектива выглядела значительно лучше. Я прикинул разведанную территорию Полуночи и обычное расстояние между зеркалами. По всему выходило, что без учёта монстров и ловушек от одного зеркала до другого можно было добраться за пятнадцать-двадцать минут. С учётом, понятное дело, время умножалось в три-четыре раза, но это всё равно был оптимальный вариант.

Металлический лязг с потолка поспешил напомнить, что оптимальность хороша в теории, а практика вполне способна накрыть любые планы медным тазом.

К этому моменту ловушки на рельсах потеряли своё главное преимущество – эффект неожиданности. Их поведение было диким, пугающим, но абсолютно предсказуемым. Так что в тот момент, когда новый претендент растопырил свои хваталки-цеплялки, но ещё не начал вращаться, я подпрыгнул так высоко, насколько позволила повреждённая нога, и цепанул его самого – рукой с крюком, оторванной от одной из предыдущих железяк. Инерция и масса сделали своё дело, отправив «идола» в полёт до нижних рельс, лишь чудом мимо моей головы. Рисковый манёвр, зато времени сэкономил только в путь.

Мне пришлось повторить его дважды.

По левую руку периодически попадались закрытые двери, но я игнорировал их и двигался вперёд, периодически сверяясь с амулетом. «Идолы» с потолка настолько приучили меня смотреть наверх, что спустя минут десять я чуть не поплатился за это, шагнув вперёд и не почувствовав под ногой пола.

Сперва я принял это за очередную ловушку, но при ближайшем рассмотрении дыра оказалась аутентичной. В том смысле, что она исполняла именно роль дыры в полу, словно пробитой снарядом, запущенным далеко снаружи. Чуть-чуть правее – и под удар попали бы рельсы на полу.

Следующая дыра зияла в левой стене, на месте очередной двери. В пролом можно было разглядеть остатки комнаты, очень похожей на ту, где я вышел из зеркала, а также часть пейзажа снаружи. Далеко внизу шелестел ночной лес и, кажется, шумела река. Это зрелище отвлекло меня настолько, что я чуть не пропустил очередного ржавого болвана на колёсах, что попытался протаранить меня спереди. В последний момент я успел отпрыгнуть и ударить его здоровой ногой – «идол» заскрежетал и улетел в громадную дыру.

Эти железяки начали меня утомлять, но вскоре рельсы внезапно кончились – верхние упирались в железный люк на потолке, нижние – в аналогичный люк на полу. Ручки у люков не было – по всей видимости, те открывались сами, чтобы выпустить очередного ездока. Я не стал дожидаться этого волнительного момента и отправился дальше – лишь чтобы через пять минут обнаружить, что коридор тоже кончился.

Точнее сказать, он обрывался на ровном месте.

С этой точки стало отчётливо видно, что коридор с рельсами выполнял роль эдакой перемычки между двумя частями замка – той, где я находился сейчас и тремя большими башнями в некотором отдалении. Под воздействием немыслимых осадных орудий эта перемычка была частично разрушена, и теперь на другую сторону можно было попасть лишь с нижних этажей, либо научившись летать.

У меня в голове роились сразу несколько вопросов. Например, каким образом большая часть коридора, получив страшные повреждения, продолжала держаться, фактически повиснув в воздухе на высоте десятиэтажного дома. Почему Полночь могла менять местами свои помещения и достраивать новые, но не залатать зияющие дыры? И наконец, что важнее всего – новое зеркало находилось на моей стороне или чуть подальше?

Золотая стрела амулета слегка затормозила, поворачиваясь вокруг своей оси, но затем уверенно указала налево – на последнюю уцелевшую дверь.

Я взялся за ручку, а затем остановился и снова посмотрел в сторону обрыва. В тёмных окнах ближайшей башни было почти ничего не разглядеть, но что-то всё равно притягивало взгляд. А что если?..

Амулет поиска вновь закачался в воздухе, и на этот раз мне предстояла сложная задача – представить место, где я ещё не был. С другой стороны, остальные помещения Полуночи вроде тронного зала, оружейной или кухни частично соотносились с реальными средневековыми аналогами. Насколько сложно будет вообразить библиотеку?

Стрела бесцельно качалась пару минут, но затем выпрямилась, указывая строго через провал, на ближайшую башню.

– Вот тебе и слабый артефакт для поиска мелочей, – пробормотал я с уважением, пряча амулет в карман.

Осталась сущая мелочь – научиться летать.

«Вуаль» оградила от двойника и позволила пройти через целое зеркало, которое в свою очередь вернуло меня в основной коридор. Гонг пока не прозвучал, но приключений для одного похода явно было достаточно, так что я вернулся в тронный зал – всё ещё ощутимо прихрамывая – и опустился на трон. Я выжил, но чувствовал себя так, словно по груди и ногам проехался товарняк.

Впрочем, теперь я снова на своём месте.

Закрыть глаза, сосредоточиться на ощущении души замка внутри и вокруг меня. Взмыть над своим телом и осмотреть очищенные владения.

Всё находилось на своём месте – и это вызывало чувство покоя, умиротворения, хотя я не был до конца уверен, принадлежало это чувство мне или самой Полуночи. Как и упоминала Терра, лазарет с коридором стояли слегка особняком, отделённые от основного участка. Это следовало исправить. Но я всё равно видел, как крохотная фигурка леди-вампира ходит от стола к кроватям с недвижимыми танцовщицами, затем раздаёт беззвучные указания помощникам-иссохшим. Интересно, Полночь так видит всё происходящее? Есть ли у неё полноценный разум, чтобы это воспринимать?

Благодаря походам небольшого отряда иссохших и моим недавним трудам, частиц теперь хватало на один из нескольких вариантов комнат или улучшений. Я мог расширить любое из имеющихся помещений, включая тронный зал – хотя наиболее актуальным кандидатом была оружейная, за ней следовал лазарет. Мог построить трапезную, примыкающую к тронному залу, бараки охраны – рядом с кухней. Комнату для тренировок, по соседству с оружейной. Мог видоизменить чулан, превратив его в обширную кладовую с сундуками, полками и шкафами. Ещё бы сокровищ под это дело набрать, а то и хранить нечего…

Но я выбрал вариант, который напрашивался уже какое-то время и мог пригодиться уже к завтрашнему дню. Гостевые покои. Система с частицами души замка была мне не до конца понятна, но к счастью, Полночь даровала мне интуитивное понимание этой системы. Насколько я мог судить, обычно гостевые покои требовали куда как больше ресурсов, но раз уж освободилось помещение старой оружейной, их дозволялось соорудить со скидкой. При этом новая комната переносилась ближе к основному коридору, теряла связь с текущей оружейной и получала собственную дверь. Я подтвердил выбор, потратив почти все имеющиеся частицы и вернулся в своё тело, слегка расслабившись.

Кас была рядом когда я открыл глаза.

– Как прошёл ваш поход?

– Нашёл библиотеку, – криво улыбнулся я. – Но есть нюанс.

Она терпеливо выслушала пересказ моих злоключений с зеркалами и рельсами, а также приняла на опознание латный наруч. Её лицо оставалось абсолютно спокойным во время всего рассказа, но когда я дошёл до дыр в полу и уничтоженной части коридора, словно слегка нахмурилась.

– Полночь что, осаждали? Пытались взять штурмом? – спросил я скорее для проформы, поскольку обычно вопросы по истории замка Кас игнорировала. Но на удивление ответ последовал незамедлительно.

– Если да, то это было очень давно. До меня.

– Насколько давно?

– Время здесь… течёт иначе. Но речь о столетиях, Вик. Странно, что Полночь поместила библиотеку так далеко, так…

Она вдруг осеклась и опустила взгляд. Но прежде чем я успел спросить, что не так, вновь подняла на меня глаза.

– Позволите совет?

– Конечно.

– Когда сможете вернуться к тому зеркалу, отнесите его в безопасное место.

– Ты представляешь сколько оно весит? – спросил я в полушутку.

– Вы стали сильнее, Вик, – абсолютно серьёзно ответила она. – И не только под лунным светом. Отнесите его туда, где оно не упадёт в пропасть и укрепите, чтобы оно не разбилось как прежнее.

– Ты думаешь, иначе в тот сегмент не попасть?

– Просто забочусь о вашем имуществе.

– Как предусмотрительно с твоей стороны.

Она промолчала в ответ, а потом подошла чуть ближе, не отрывая от меня взгляда. Я вдруг понял, что мог бы коснуться её щеки – прямо сейчас, если бы просто протянул руку, и что она, возможно, была бы не против. Не только потому, что я тут хозяин и могу делать всё что пожелаю, скорее наоборот. Странное чувство. Совсем не то, что возникало во мне при взгляде на Анну, но было в нём что-то…

Я не успел протянуть руку, хотя уже был готов. Далёкий удар гонга отвлёк, переключил внимание, а смутное чувство притяжения растворилось, уступив глухому раздражению. Если бы не Жнец, я бы мог поспать прямо здесь, в моей уютной спальне, восстановить силы, забрать у Терры готовый антидот. Если бы не Жнец, я бы мог коснуться щеки Кас и посмотреть, что будет дальше. Но теперь я могу лишь вернуться назад на Землю, если не хочу превратиться в мелко нарубленный фарш.

– Я буду ждать вас, Вик, – прошептала Кас, отступая от трона и склоняясь в глубоком реверансе.

Рабочий вторник пролетел без больших и малых потрясений, словно и не было смерти Борова, визита Богданова и разговора с Анной. Воспользовавшись скидкой для сотрудников, я с некоторой неловкостью приобрёл и утащил домой обогреватель – проблема холода никуда не делась и даже усугубилась. Вот вроде сверхъестественные силы остались, а почему-то в квартире нельзя коснуться души Полуночи и заказать себе камин во всю стену. Придётся обогревать по старинке, по-варварски. С помощью электричества.

Остаток вечера я планировал провести в безделье, но вдруг получил сообщение от Илюхи.

Он слегка ехидно спрашивал, живой ли я и почему не захожу на сайт, который он, Илюха, так тщательно пилил и настраивал. Хотя бы коммент какой оставил.

Ещё бы я не забыл про сайт. С обвалом событий в последние дни у меня совершенно вылетела из головы интерактивная модель Полуночи – хватало «развлечений» в настоящем замке, да и вне его. Я пообещал исправиться и дозаполнить упущенное – в том числе ради собственного удобства, поскольку полноценной карты в замке всё ещё не было. Илюха предложил пересечься ближе к выходным и обсудить всякое, тем более, что у него тоже были кое-какие новости.

Обычно подобная инициатива исходила от меня, но для разнообразия, почему нет?

– Благородные гости! Перед вами хозяин Полуночи, носитель Райнигуна, очищающий и милосердный, властитель бесчисленных земель, лорд Виктор! Возрадуйтесь, ибо вам дарована аудиенция!