Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Никита Муравьев,Игорь Перах,Ирина Фуллер,Сергей Евтушенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 197 (всего у книги 328 страниц)

Глава двадцать четвертая

– Скажу, как есть, лорд Виктор. Если бы с подобным запросом ко мне обратился кто угодно другой, в том числе любой из прежних хозяев Полуночи… я бы счёл его душевнобольным.

Арчибальд улыбнулся – мягко и слегка виновато, подвигая ко мне деревянную фигурку. Я тяжело вздохнул.

– Никаких следов магии?

– Ну почему же никаких? Как минимум, эта вещица побывала в локации, насыщенной энергиями междумирья до предела. Что само по себе возводит её в категорию любопытных диковинок, заслуживающих изучения. Но что касается специфических чар или, тем более, сути артефакта…

«Взгляд библиотекаря» говорил мне примерно то же самое. Равно как и Асфар, Мелинда и Кас, перед визитом к Арчибальду. Причём эти трое говорили те же самые слова примерно с одинаковым выражением лица.

– Есть у нас такой термин, на Земле, «газлайтинг», – мрачно сказал я. – Изощрённая форма психологической манипуляции, направленная на то, чтобы свести человека с ума. Заставить сомневаться в собственной памяти, а затем и реальности происходящего.

– Надеюсь, моя скромная экспертиза не привела к столь печальным последствиям?

– Нет, вы здесь вообще не при чём. А вот Мастер мог бы и получше сообразить, какие шутки стоит шутить и когда.

Если так подумать, я в принципе был единственным, кто видел архитектора вечных замков вживую, да ещё и нормально общался с ним. Асфар с Кулиной наблюдали за актом сотворения в конце нашего непростого визита в башню Вечности, но та картина относилась к событиям прошлого. Актуальные же переговоры даже там легли сугубо на мои плечи. До и после – встречи в Межпределье, куда мои друзья попали только недавно, и в совсем другой сегмент. В этом имелся некоторый смысл – Мастер сам объяснял, что ему теперь «легче на меня настроиться», после нашей синхронизации в прошлом. Но мог бы и перекинуться парой слов с Пенелопой, Асфаром и Мелиндой, прежде чем таинственно исчезать.

Не говоря уже об этой дурацкой фигурке, которая выглядела как воплощённая издёвка.

– Посмотрите на это с другой стороны, – задумчиво сказал Арчибальд. – Я ручаюсь за свой опыт, и опыт этот обширен, но отнюдь не безграничен. Наука создания артефактов уходит в древность столь седую, что не снилось и вечным замкам. Не исключено, что некоторые принципы наложения чар, равно как и их определения, были утеряны безвозвратно.

– Вы говорите это только для того, чтобы меня успокоить.

– Не думаю, что вы настолько взволнованы, лорд Виктор. Или вы на самом деле подвергаете сомнениям то, что Мастер существует в настоящем и говорит с вами?

Я задумался на секунду и отрицательно качнул головой. Постоянный стресс оказывал паршивое влияние на всех нас, но всё ещё не настолько, чтобы обращаться за помощью. Мастер определённо существовал, я не мог вообразить, выдумать или предсказать переданные им знания.

К тому же, сомневаюсь, что среди ещё не очищенных ключевых слуг Полуночи затерялся опытный психотерапевт.

– В таком случае, предлагаю считать форму сего предмета тем, чем она кажется, – невозмутимо сказал артефактор. – Шуткой сущности настолько древней и могущественной, что посмеяться над ней могут лишь избранные. Но ни в коем случае не стоит путать форму с содержимым, ибо содержимое здесь самое что ни на есть серьёзное.

Мы оба вновь уставились на однорукого человечка. Тот хранил гордое молчание.

– Не думаю, что Мастер радикально сменил форму. – с некоторым сомнением сказал я.

– Да, это было бы… неожиданно, – согласился Арчибальд. – Но артефакт может работать на иных принципах. К примеру, отсылать своему создателю сигнал о местоположении, а в нужный момент активировать формулу призыва. Или же поддерживать устойчивый канал, позволяющий провести астральную проекцию на любом расстоянии. Одно известно наверняка – не стоит игнорировать столь недвусмысленно высказанную просьбу.

Я, в общем-то, и не планировал.

Если бы не портальный зал Альхирета, даже вернуться из его «домика» в Межпределье было бы не банальной задачей. Но в данном случае предусмотрительность нашего врага сыграла нам на руку – и позволила двум более опытным магам, чем я, проложить от обители между мирами до Полуночи прямой портал. Временный, понятное дело, но в силу обстоятельств даже такой вариант казался настоящим чудом.

– Вы не боитесь, что он вернётся? – обеспокоенно спросила Нелли. – Вернётся и сможет попасть сюда?

– Мы почти убили его, леди Пенелопа, – флегматично сказал Асфар. – В тот час, когда он и без того был измождён. Но даже если Альхирет сбежит от своего пленителя, и вернётся назад, пытаться проникнуть в Полночь для него будет чистым самоубийством. Вплоть до того, что вечный замок получит возможность поглотить душу Знающего.

– Я оставила позади пару заготовок, как раз на этот случай, – спокойно сказала Мелинда. – Они дадут о себе знать – моментально и без сбоев. Гораздо большую проблему представляет из себя сам портал.

– Нестабильный? – уточнил я.

– Разумеется. А те, что установил наш враг, работают в одностороннем порядке – по крайней мере, все, что я успела проверить. Нашего решения хватит… скажем, на месяц.

– А потом что?

Мелинда с Асфаром переглянулись – впервые на моей памяти.

– Один из трёх вариантов, – сказал мой друг. – Либо Альхирет погибнет в логове врага, и его дом рухнет, лишившись необходимой подпитки от хозяина. Либо Межпределье решит, что больше не радо такому наплыву гостей и закроет нам дорогу. Либо, что наиболее вероятно, наша конструкция, ведущая из вечного замка в пустоту, благополучно схлопнется под собственным весом. В любом случае, к Наблюдателю придётся искать другую дорогу.

– То есть, никакую.

– То есть, никакую на ближайшие годы или десятилетия, – меланхолично согласился Асфар. – Которых, как мы знаем, может и не быть.

В последнее время меня несколько раздражало, как удачно для нашего главного врага всё цеплялось одно за другое. Складывалось наилучшим образом вне зависимости от наших усилий. Одолели Конрада – Закат остался без головы. Уничтожили Резчика – запустили процесс пробуждения. Ослабили Альхирета – позволили Наблюдателю взять верх, что, в итоге, всё равно вело к усилению вассалов Пожирателя.

Но его триумф не был неотвратим. Его однажды удалось остановить – удастся и теперь.

– Но месяц у нас есть, верно?

– За месяц, Виктор, я ручаюсь лично, – негромко сказала Мелинда. – И знаю, что вы не будете затягивать с походом к Затмению. Но излишняя спешка тоже может навредить.

– Могу ли я вновь рассчитывать на вашу компанию, Мелинда? – учтиво спросил я.

– Отныне и вовек, в любое необходимое время, – ответила она без раздумий. – В свою очередь, я также приму меры для качественной подготовки.

– Вик, простите, не могу обещать вам того же, – огорчённо сказала Нелли. – Сумрак сильно пострадал, и я должна приложить все усилия для его восстановления. К тому же, мой вклад в нашем походе был не слишком велик…

Я хорошо знал, каково это – чувствовать себя недостаточно сильным на фоне окружающих титанов. И при этом нельзя показывать слабость, поскольку от тебя зависит выживание целого замка, целого мира.

– Ваш вклад был неоценим, Нелли, – серьёзно сказал я. – Проследите, чтобы Сумрак был готов к грядущим испытаниям.

– Обещаю. – тихо сказала она.

– Позволите проводить вас, леди Пенелопа? – спросил мой друг, как мне показалось – без особой надежды. – И, если захотите, помочь с очищением замка.

– Я… я была бы счастлива, Асфар. Теперь, когда мы преуспели. И вашему сопровождению, и вашей компании в Сумраке.

Нелли улыбнулась так радостно, что в тронном зале будто стало светлее.

Нечасто я видел, как у Асфара от удивления глаза на лоб лезут. Впрочем, он быстро вернул самообладание, и они с Пенелопой удалились – рука об руку. Настала наша очередь с Мелиндой переглядываться и поражённо качать головами. Бывает же такое.

Хотя, конечно, бывало и не такое.

Последний серьёзный разговор этой ночью мне предстоял с Рудольфом – тот терпеливо ожидал аудиенции в моём кабинете, в кресле для посетителей. С каждой новой ночью красная порча отступала от его лица, но окончательно не прошла. Даже с полным исцелением понадобится ещё время на восстановление глаз – Терра творила чудеса, но в строго отмеренном темпе.

Впрочем, мой новый глава тайной службы предпочитал именно такой подход.

– Лорд Виктор, – вежливый поклон, строго по этикету. – Примите мои поздравления с успешно завершённым походом.

– Сомнительный успех, – сказал я, садясь в своё кресло. – Мы потратили силы на бой, а в итоге один враг стал сильнее за счёт другого.

– Вы остались живы, – сказал он. – Равно как и другие участники вашей группы. Вы собрали множество данных о личности врага, настигли в его собственном логове и разбили на его собственной территории. Но, что самое главное, вы нашли путь к убежищу бывшего хозяина Затмения. Он мог посчитать, что вырвет у вас победу, похитив Альхирета, но, по сути, подставил свою шею под удар.

– Для него, к сожалению, у нас не заготовлено артефактов.

– Зато готов план действий, выдвинутый самим Мастером. То, что он решил оказать нам более активную поддержку, само по себе дорого стоит.

Рудольф не выказывал и тени сомнений в существовании Мастера. Может, исключительно потому, что не видел оставленную им фигурку, а ощупать я её не давал. Удивительно, что он оценивал наши достижения так высоко – даже если просто пытался поддержать боевой дух. Впрочем, у меня имелся ещё один повод для возможного расстройства.

– Твой прогноз в итоге не сбылся. Альхирет не молил о пощаде, да и сделку предложить не успел.

– Этим прогноз и отличается от пророчества, лорд Виктор. Он предполагает события, но не предсказывает их.

– Сейчас и настоящие предсказания перестали сбываться.

– Тем более. Но я не отступаю от своих слов, прогноз был вполне точен. Его время всё ещё может наступить.

Я задумчиво смотрел на своего собеседника – как всегда, выглядящего так, будто он в самом деле предусмотрел все возможные варианты. Подходящий настрой для хранителя Безмолвного Приказа, но с риском угодить в ловушку ложной уверенности.

– Мне понадобятся все сведения о Затмении, какие только возможно, – наконец сказал я. – Если не найдётся достоверных, тащи что получится – слухи, легенды, сплетни. Неделя на подготовку, после чего собирать их буду уже я сам. Лично, на месте. И чем больше получится найти заранее, тем меньше шансов, что затея обернётся катастрофой.

– Разумеется, лорд Виктор.

Мы вернулись из Межпределья, когда лишь сгущались сумерки, и теперь ночь казалась бесконечной, как это всегда бывало в самые загруженные периоды. Полночь окончательно оправилась от ранения, я очистил солидную территорию, и всё-таки не мог надолго оставить свой замок на самостоятельное существование, как Мелинда оставляла Полдень. Ключевые слуги брали на себя львиную долю дел, многие вещи Полночь решала самостоятельно, но даже сухой остаток требовал от меня времени и усилий. Конец света ещё не наступил, так что отлынивать было бесполезно.

Полноценного приёма гостей сегодня, к счастью, не планировалось, но пришлось принимать делегацию из Грюннвахта. Очередная партия драгестола от Восточного Концерна, неукоснительно исполняющего условия заключённой сделки. Эксклюзивный контракт на десять лет драконьей кузни им больше не светил, но первоначальный договор никто не отменял. Драгестол требовался позарез, и на его оплату уходила бездна ресурсов, как из Полуночи, так и Полудня. Луна и её небольшая армия помощников были абсолютно счастливы.

Вопрос размещения дуллаханов больше не стоял так остро, как в первое время, но всё ещё требовал внимания. Полночь расширила казармы и отстроила несколько крупных пустующих залов под нужды бывших безголовых, на меня осталась инспекция и личное обсуждение. Поговорить со всеми не выходило чисто физически, так что латники выдвинули представителей, «лейтенантов» от каждой официально устроенной группы. Гвардейцы, кузнецы, медбратья, кухари, травники – этих было меньше всего, поскольку Хвоя выдвигала строжайшие критерии отбора для работы в саду. Часть представителей состояла из «старой гвардии», куда входили дуллаханы, получившие имена принцев Амбера, остальные – талантливые новички.

Жалоб на начальство почти не было – дуллаханы привыкли обсуждать подобные проблемы напрямую, а не через голову. Запросы в основном касались свободного места и кроватей, одежды и экипировки, возможностей смены деятельности и книг. Книг всегда не хватало. Нормальные человеческие запросы, так что можно было и забыть, что просители всё ещё оставались разумной нежитью. Все вопросы удалось уладить за пару часов – как раз к приближению рассвета.

В тронный зал я возвращался не зеркалом, а пешком – прикидывая, какие пространства следует очистить следующими, чтобы освободить их для нового заселения. Раньше вопрос размещения обитателей и гостей стоял не особо остро, но прирост за счёт нескольких тысяч дуллаханов кардинально изменил ситуацию. И ими дело не ограничивалось – с каждым месяцем всё больше посетителей изъявляли желание остаться в Полуночи надолго, если не на постоянной основе. Люди, альвы, цверги, крылатые, гноллы и множество представителей других рас тянулись к вечному замку, словно инстинктивно ощущая грядущую катастрофу.

До кого-то могли дойти слухи, а у кого-то и впрямь было развито чутьё. Где бы только взять место хотя бы для лучших из желающих?

Кас поймала меня на полдороги.

Сперва я подумал, что возникло ещё какое-то срочное дело, но быстро расслабился – в изящном реверансе не чувствовалось спешки, а в уголках её глаз таилась тень улыбки.

– Все уже поздравили вас с возвращением из похода, Вик. А я запоздала, и хочу исправиться.

Сегодня на ней был тот самый наряд, в котором я увидел её впервые – в очищенной форме. Готическое платье, похожее на костюм горничной, безупречно подчёркивающее бледную кожу, иссиня-чёрные волосы и огромные зелёные глаза моей возлюбленной. Кас всегда выглядела для меня, как идеал женской красоты, но в статусе первой наложницы обладала ещё большей властью. Притягивала безраздельное внимание тогда, когда хотела.

Справедливости ради, она осознавала это и пользовалась совсем нечасто. Например – сейчас.

Её поцелуй дарил пламя и лёд, смешанные в равных пропорциях, но отнюдь не упорядоченно. Мои губы и язык вспыхнули, и этот жар за доли секунды распространился на остальное тело. Я притянул Кас к себе, а она лишь слегка повернулась, и её классический наряд разом оказался на полу. Теперь она прижималась ко мне обнажённой грудью и прочими изгибами, вызывающими не просто жар – накал раскалённой магмы! Из нас двоих одежда осталась лишь на мне, и это требовалось срочно исправить.

– Спаль… ня? – умудрился пробормотать я между поцелуями.

– Вас снова перехватят по дороге, – шепнула она мне на ухо, нежно его покусывая. – А вы заслужили отдых. И я… тоже.

Я по-честному приготовился к сексу прямо посреди коридора – в конце концов, Полночь должна была закрыть двери с минуты на минуту. Но Кас нащупала кнопку на стене позади нас и нажала её, открывая темноту потайной ниши. Когда-то в таких обожали прятаться дуллаханы, устраивая бесконечные засады, и на загрязнённой территории всё ещё устраивали. На очищенной же часть ниш приспособили под наблюдательные посты гвардии, остальные попросту не трогали, хотя бы потому, что не смогли отыскать.

Эта была достаточно просторной, чтобы там уместились двое – и на удивление чистой. То ли Полночь постаралась, то ли Кас подготовила свою западню заранее. Я не возражал в любом случае – и как раз почти целиком избавился от одежды.

Дверь потайного хода закрылась за нами почти бесшумно, и впереди были долгие часы заслуженного дневного отдыха.

Глава двадцать пятая

Одна из комнат пятой секции в бывшей лаборатории лорда Бертрама, а ныне исследовательском центре Лаахизы и Хадриана, претерпела существенные изменения.

Ещё пару месяцев назад здесь был морг, на скорую руку переделанный в жилое помещение. И то, «жилое» довольно условно, поскольку постоялица этого места умерла очень давно, затем умерла ещё раз, а затем прошла через радикальную смену внешности – но так и осталась мёртвой. Подобная процедура показалась бы ужасающей многим людям, для дракона же это было сродни худшему возможному святотатству. Неудивительно, что великая Эргалис, Матерь Пепла, осталась не слишком довольна результатом.

После окончания процедуры переселения души ей предлагали другие, более достойные варианты комнаты – это было отражено в отчёте Лаахизы. Но горделивая драконица отказалась, выбрала если не самый скромный, то уж точно самый мрачный. Мне сперва казалось, что она сделала это от отчаяния, разочаровавшись в своём новом существовании. Но теперь стало ясно, что Эргалис не опустила руки – она просто устроила себе испытание. Проверяла, на что способна её живая душа в новом теле, пусть и ненавистном, но зато действующем.

Создала себе собственное логово – в лучшем смысле этого слова.

Грубый камень стен был тщательно очищен, затем отполирован и частично закрыт широкими пластинами тёмного металла цвета остывшей лавы. Между пластинами тянулись прожилки красной меди, образуя рисунок драконьей чешуи. Воздух стал заметно суше, теплее, новая атмосфера полностью вытеснила мертвенную сырость. Здесь пахло старыми книгами, смолой и нагретым металлом.

На дубовом столе царил почти безупречный порядок – литература рассортирована по стопкам, чистая бумага и письменные принадлежности подготовлены для работы, медицинские инструменты и колбы убраны в отдельные ящики. Мелочь, казалось бы, но для красного дракона было вызовом нормально организовать рабочее место по людскому образцу.

Наконец, гнездо-ложе Эргалис в дальнем углу комнаты теперь больше напоминало трон. Низкий, широкий трон, сотворённый из мехов, слоёв бархата и шёлка, элементов брони и оружия, украшенный драгоценностями. Золота и серебра там явно прибавилось, хотя и не настолько, чтобы помещение стало походить на сокровищницу. Рубины, гранаты и куски янтаря ловили и преломляли свет алхимических ламп, окрашивая логово в оранжевый и алый.

Ава и Ян с некоторым трудом протиснулись за мной в дверной проём, не рассчитанный на драконов-подростков, и теперь застыли, восторженно оглядываясь по сторонам.

– Дети мои.

Эргалис вышла к нам, и я не мог не отметить, что с момента нашей предыдущей встречи, её движения стали заметно более плавными, естественными. Она всё ещё прикладывала некоторые усилия, чтобы поддерживать осанку, но это не бросалось в глаза. Со стороны Эргалис несложно было принять за человека, но говорить ей этого я не планировал, чтобы не обидеть.

Драконята были предупреждены о текущей форме своей биологической матери, и успели морально подготовиться. Эргалис бережно соприкоснулась лбами с каждым из своих детей – и мне показалось, что на её отстранённом неживом лице проступила искренняя нежность. Я бы оставил их наедине, но на моём присутствии настояли и Ян с Авой, и сама Эргалис. А вот ещё один участник совета почти незаметно вошёл уже после того, как завершился небольшой ритуал встречи матери и детей. Цверг с глазами цвета жидкого золота, сдержанно кивнувший мне и Эргалис, явно чувствующий себя слегка не в своей тарелке. Эта внешность прочно ассоциировалась у него с годами, проведёнными в рабстве, но в ближайшее время никакую другую он придумать не мог.

Гилрам Длиннохвостый из всей компании взрослых живых драконов единственный мог лично спуститься в лабораторию, чтобы поприсутствовать во плоти. Остальным придётся довольствоваться магическим аналогом видеосвязи – впрочем, вполне достойного качества.

В уже знакомом ритуальном участке архива пятой секции сегодня всё было обустроено гораздо серьёзнее. Не знаю, справилась ли Эргалис сама, либо ей помогли представители Плеяды, но здесь имелись кресла для меня и Гилрама, обособленные места для драконят и два больших круглых зеркала в бронзовых оправах. Эргалис пробудила артефакты небрежно, походя, и те засветились бирюзовым, пока в них постепенно не проявились две драконьих головы – чёрная и красная. Бродор и Армитемис. Они расположились снаружи, но видели и слышали всё происходящее, будто сидели рядом.

Когда-то очень давно драконы со всех узлов собирались на общее собрание в мире под названием Алрами. Собирались стабильно, раз в сто лет, изредка решая вопросы вселенской важности, но обычно просто подыскивая себе союзников и партнёров для размножения. Семьсот лет назад Алрами раскололся – по неизвестной мне причине – и собрания прекратились, так и не возобновившись.

Наш скромный совет, где участвовало всего-навсего шестеро драконов, и один хозяин вечного замка, не мог считаться полноценной заменой. Но иногда лучше что-то, чем совсем ничего – тем более, что тема была вполне серьёзная.

– Как нам попасть в мир Затмения?

Перемещение между узлами великой паутины – то есть, мирами, населёнными разумными существами, было одновременно самой простой и самой сложной задачей во вселенной. Обычно для этого требовались порталы, хоть стабильные, хоть нестабильные, но настроенные на определённые координаты. У вечных замков же с координатами имелись определённые проблемы, заложенные вполне намеренно. Не зря мы так мучились даже чтобы попасть в Сумрак, а уж Затмение представляло из себя головоломку качественно иного масштаба.

И обсуждение с драконами головоломку скорее усложняло.

Тяжело общаться наравне с теми, для кого вечность – просто летоисчисление, полвека лет идёт за год, пятьсот лет – за десять. Как говорил юный Бродор: «Мы пишем историю, а не она пишется для нас». Ава и Ян были здесь самыми младшими, но наша с ними разница в возрасте казалась ничтожной на фоне разрыва между мной и следующей по старшинству – Армитемис. А она в свою очередь казалась младенцем на фоне Гилрама, Бродора и Эргалис. И пусть по условному уровню силы мы стояли друг к другу гораздо ближе, я был благодарен моим чешуйчатым друзьям и союзникам за то, что они не смотрели на меня свысока, с вершины своей многовековой жизни.

Но несмотря на это, Затмение оставалась тайной за семью печатями, даже для взрослых драконов.

Эргалис была старше Бродора на триста-четыреста лет, а вот память у него работала лучше. Он мог вполне внятно пересказать обстоятельства падения Зари и Рассвета – ту информацию, что до него дошла – но о Затмении в лучшем случае слышал краем уха. Вечных замков всё-таки семь, шесть более-менее всегда на виду, седьмой остаётся в тени. Те, что существовали в открытую, с драконами периодически взаимодействовали – то дружили, то враждовали. Скрытый замок вызывал подозрения, но дальше этих самых подозрений дело обычно не шло. В отличие от своих братьев и сестёр, Затмение никогда не пыталась, скажем, похитить оплодотворённые драконьи яйца. А то и целого детёныша, чтобы тот подчинился воле хозяина и служил его интересам.

Да, за много тысяч лет лишь у Бертрама попытка оказалась настолько наглой, насколько и разрушительной по последствиям. Но как правило, все вечные замки рано или поздно привлекали пристальное внимание драконов. Все – кроме одного. Зачем пытаться проникнуть куда-то, где с одной стороны не возникает проблем и возможностей, а с другой – тебя совершенно не ждут?

Правильный ответ – из любопытства.

– Один из моих старших братьев не видел жизни без подобных тайн, – сказал Гилрам, который до сих пор только слушал. – Он облетел сотни узлов, принимал тысячи обличий, совал нос во все возможные тёмные углы.

– Жив? – коротко спросила Эргалис.

– Не знаю, – цверг с золотыми глазами помрачнел. – Последние годы я не то, что бы следил за новостями, да и общение с роднёй было слегка ограничено. Но брат говорил о Затмении раньше, он успел там побывать и вернуться живым.

Все глаза в комнате устремились на Гилрама. Тот слегка помедлил, вспоминая.

– В основном он описывал это место, как нечто застывшее в вечном распаде. Сложно передать словами то, что во многом передавалось через эмоции. Как там было… Время, что ловит попавших в него существ, как липкая ловушка. Земля, забывшая, что значит быть землёй. Небо, на которое нельзя смотреть.

Золотой дракон в обличье цверга скривился, словно лично сопровождал брата в это безрадостное путешествие.

– Затмение стремится уничтожить иные вечные замки? Ввергнуть их в бездну? Похоже, что она сама уже давно пребывает там. Брату не понравилось. Совсем. Еле унёс когти, и не слишком хотел вспоминать.

Пришла моя очередь хмуриться. Я вспомнил мир Зари и Рассвета, где лежали печальные руины обоих замков-близнецов. Мир, мягко говоря, невесёлый, со странностями, давящий и жаркий. И всё-таки, среди тамошней блеклой пустыни росли какие-то растения, выживали насекомые и мелкие животные, били небольшие ключи. Там можно было существовать, а при некоторых допущениях даже жить, хотя бы вокруг останков Зари. Никаких смертельных аномалий или «земли, забывшей, что значит быть землёй».

Близнецы пали три тысячи лет назад, Затмение же пребывало в своём личном аду в три, если не в пять раз дольше. Можно было предположить, что у него возникнут проблемы не только на уровне кризиса идентичности. Можно было догадаться, что эти проблемы придётся разрешать тем, кто решится туда наведаться.

И всё-таки, любопытный золотой дракон смог проникнуть в седьмой замок и выбраться назад. Ужасы, что поджидали его за порогом, следовало осмыслить заранее, но всё-таки не до того, как будет решён уже заданный вопрос. Как туда попасть?

– НЕБО ЗАКРЫТО, – проворчал Бродор. – МЫ ПЫТАЛИСЬ РАЗНЫМИ СПОСОБАМИ. БЕСТОЛКУ. СУМРАК, ЗАКАТ, ЗАРЯ И РАССВЕТ ДОСТУПНЫ. ПОЛДЕНЬ ЗАЩИЩЁН, ЭТО В ПРЕДЕЛАХ ОЖИДАНИЙ. ПУТИ К ЗАТМЕНИЮ НЕ СУЩЕСТВУЕТ. ТЫ ЖЕ ПЫТАЛСЯ С НАМИ, ГИЛРАМ!

– Пытался, – не стал спорить он. – Но вот вспоминается мне сейчас, что брат тоже ломал голову, совсем как мы. И нашёл-таки путь, когда уже совсем отчаялся.

Теперь все глаза снова смотрели на Гилрама, но слегка недобро. Он, к счастью, не стал растягивать момент славы.

– К любому из замков можно попасть через небо, если «постучаться» в нужный момент. К Полуночи ночью, к Полудню – когда солнце стоит в зените. Тут действует то же правило. К Затмению дорога открывается во время затмения.

На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. И первой, как ни странно, подала голос Ава:

– Солнечное… или лунное?

– Не имеет значения.

С точки зрения астрономии – ещё как имело. Но миры вечных замков во многом оперировали метафизическими концепциями и правилами, основанными на силе образа, а не реальной физике. Ритуал был важнее закона природы, магия брала на себя полную ответственность за палки в колёса науки. Единое небо над семью вечными замками одновременно являлось ярчайшим тому подтверждением.

С другой стороны, на моей памяти затмений тут попросту не происходило – ни солнечных, ни лунных, ни частичных, ни полных. Никаких. Это не значило, что подобное явление было вообще невозможно – в конце концов, я не сто процентов времени наблюдал за небом. Но ситуацию слегка осложняло, поскольку нового затмения может потребоваться ожидать от нескольких недель до целого года.

То есть, нестабильный портал в логово Альхирета схлопнется даже в самом лучшем случае, не дождавшись возвращения гостей.

То есть, Шар'Гот успеет и пробудиться, и сладко потянуться, и принять душ, и позавтракать, и на работу выдвинуться. А по дороге на работу опомнится и тут же сожрёт всё, до чего дотянется.

Нет, нет, нужен иной способ, иной разрыв реальности. Иная дорога к узлу, постоянно меняющему расположение и закрытому для посторонних на протяжении пары десятков тысяч лет. Может, Мерлин найдёт что сказать на эту тему, с его опытом в прокладывании порталов? Прямиком из Авалона, лишённый доступа к архивам Полуночи или Полудня, чтобы уточнить хоть какие-то данные.

Зато эти же архивы были в нашем полном распоряжении. Даже недавно очищенная библиотека Сумрака – ставлю на что угодно, что Нелли будет не против. Задача максимум – найти-таки альтернативный путь в седьмой замок, хоть мытьём, хоть катаньем. Просверлить, прогрызть, с тремя драконами или десятью – кажется, что пригласить ещё какое-то количество вполне посильно, драконы притягивают драконов. Задача минимум – выяснить, когда и при каких обстоятельствах здесь случаются затмения, а особенно – произойдёт ли одно такое в ближайший месяц.

В одном таком архиве мы находились прямо сейчас, пусть он относился к Полуночи совсем недавно, после гибели лора Бертрама. Но здесь будет разбираться Эргалис с помощниками, равно как и в каждом архиве на каждой секции подземного комплекса. В отличие от меня, ей даже не потребуется полноценно отдыхать, но Лаахиза предупреждала, что мёртвое тело не стоит нагружать до бесконечности. Даже укреплённое магией целой группы профессиональных некромантов, оно может начать безвозвратно барахлить.

Совет продлился всего ничего – что по людским меркам, что по драконьим, меньше двух часов. Всё ещё не самая впечатляющая попытка на фоне драконьих собраний, которые могли тянуться неделями и месяцами. Результат тоже разочаровывал, хоть по факту мы получили новую ценную информацию. А то, что над ней придётся как следует поколдовать, стоило рассчитывать с самого начала.

Все уже поднялись, собираясь на выход – кроме Эргалис, которая всё ещё не могла покинуть пределов комплекса. Я заметил, как драконята переглянулись, Ян о чём-то спросил Аву, та задумалась на секунду и высказала что-то ему в ответ. Он остался недоволен, но решил-таки не ограничивать обсуждение своей сестрой, а вынести на люди. На люди и на драконы.

– А что если… Что если мы просто устроим собственное затмение?

– Такой ритуал возможен, – задумчиво протянула Лита. – Понадобятся иллюзии высшей категории, но у нас по ним есть подходящий чародей.

– Фахар?

– Он самый. Его же хлебом не корми – дай либо внедрить новый способ защиты библиотеки, либо напротив – найти, как защиту взломать. Когда меня это утомляет, я скидываю его на Альжалид, но сейчас будет в тему! Тут же не просто библиотека, целый новый вечный замок!

Ифрит Фахар уже как-то демонстрировал свои высокие навыки, во время отражения штурма Полуночи силами вернувшегося Бертрама фон Харгена. Ему это в самом деле было по зубам, но тут же всплывал ещё один вопрос.

– Будет ли достаточно иллюзии, пусть и масштабной?

Паучишка слегка рассеянно пожала плечами, что-то быстро строча на листе пергамента сразу двумя правыми руками, придерживая лист одной левой.

– Нам почти ничего не стоит убедиться – в том-то и прелесть. Устроим небольшое представление, драконы сделают своё дело и посмотрим, куда откроется! Сработает – повторим. Не сработает – попробуем другие варианты.