Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Никита Муравьев,Игорь Перах,Ирина Фуллер,Сергей Евтушенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 63 (всего у книги 328 страниц)

– И здесь ей явно тесновато, да?

Луна фыркнула, обеспокоенно рассматривая чёрные трещины, через которые тварь атаковала. В ту, что открылась на стене, я бы мог просунуть кулак. В ту, что на потолке, с лёгкостью могла поместиться и Луна, и я в форме «Зверя». Как далеко бы эта щупальцастая скотина успела протащить любого из нас?

Можно вспомнить несколько сюжетов, как герой отважно нырял в пасть к чудовищу, чтобы атаковать его изнутри, но в реальности чудовище могло успеть десять раз тебя пережевать и пару раз переварить прежде чем ты сообразишь, что произошло. А на воскрешение Полуночи больше полагаться нельзя, ни для меня, ни для одной из моих девушек. Должен быть иной способ разобраться с тварью, более рациональный и эффективный. Где только его взять-то?

– Это метаморф, – сказала Кулина. – Как слайм или мимик, но гораздо сильнее.

– И умнее, полагаю, – мрачно сказал я.

– Ещё как умнее! Я была неправа – нам пока нельзя отступать.

Потому что те, кто поумнее, «давно бы поползли в основной замок». Там подземного охотника встретила бы менее гостеприимная среда, чем грязные катакомбы, зато куда более разнообразный рацион и шанс на будущее паразитирование на душе Полуночи. Эту тварь и так было тяжело убить, так что же начнётся, если она разгуляется на обычных уровнях? В подвале со змеями и жабами, в саду по соседству? У меня была огромная вера в Хвою, но на вере далеко не уедешь. В данный момент спасение утопающих – дело самих утопающих, и лучше разобраться с этим делом пораньше. Пока оно не уползло на вольные хлеба.

Я отчётливо скрежетнул большими волчьими зубами. Задача на остаток ночи получила надстройку «со звёздочкой» – избавиться от возникшего из ниоткуда «минибосса» катакомб. Любыми способами.

– Кулина.

– Да⁈

– Ты можешь услышать… то есть, почувствовать, когда чудовище будет за стеной или потолком неподалёку?

– Я сделаю всё, что смогу, – серьёзно сказала она.

– Тогда продолжаем поход.

Сейчас не столь важно, откуда в замке взялся незваный гость, хотя довольно очевидно, что он как-то воспользовался поломкой. Выяснить это можно и потом, а сейчас – продолжаем очистку Полуночи, во всех смыслах слова.

Глава пятая

Близость к первой аномалии ощущалась не самым приятным образом – словно лёгкий, но непрекращающийся зуд внутри головы. Примерно с той стороны, в которую нужно было смотреть в очках, чтобы увидеть цель, только вот цель появилась в поле зрения не в следующую секунду. И не через минуту, и не через пять.

Потребовалось не менее десяти минут, наполненных нарастающим зудом и отвратительным чувством, что в любой момент из любой стены могут вырваться ловчие щупальца твари. Но Кулина молчала, а я верил ей как себе – иначе бы не решался каждый день есть её стряпню. Монстр не появился, а вот аномалия наконец-то дала о себе знать.

Правда, не совсем так, как я ожидал.

Издали, «просвеченные» из тронного зала, все аномалии выглядели одинаково – как неопределённое размытое сияние, застывшее на одном месте. Вблизи же первая из них приняла форму эдакого прозрачного пузыря, напрочь перегораживающего узкий коридор. Внутри пузыря кружились и сверкали разноцветные сферы, в основном тёплых оттенков, от оранжевого до насыщенно-малинового. Сверкали так ярко, что мне пришлось быстро отвести глаза, а затем и вовсе стянуть инженерные очки. В коридоре тут же поубавилось освещения – до единственного факела, который на этот раз несла Луна.

– Наша остановка, – сказал я, прикидывая на глаз расстояние до невидимого пузыря. Метров десять-пятнадцать, но лучше не рисковать. – Отходим чуть-чуть назад.

Мои спутницы повиновались, и теперь мы втроём теснились у последнего поворота. Как там говорила Кас? Первая фаза – определение аномалии, она занимала не так много времени и требовала лишь минимальной концентрации. Но даже эту концентрацию можно было сбить, так что Луна и Кулина остались присматривать за нашим щупальцастым приятелем.

Я же без малейшего удовольствия вновь натянул очки и осторожно высунулся за угол.

Чтобы опознать аномалию, нужно было «потянуться» к ней, примерно тем же способом, как я тянулся к душе Полуночи во время дальнего зова. Но ни в коем случае не переборщить, поскольку слишком резкое воздействие может активировать аномалию, и та немедленно рванёт. В лучшем случае меня перекинет «коротким путём» в другой аналогичный коридор катакомб. В худшем – сработает один из обширного набора эффектов, выбирай – не хочу. Могло, например, заживо вывернуть наизнанку. Или отбросить назад с такой силой, что даже в форме оборотня от меня останется лишь мокрое пятно на стене.

Неописуемое веселье. Спасибо хоть болты и гайки туда швырять не надо.

…тепло, перерастающее в жар. Концентрированная энергия. Баланс и покой.

Я стянул очки и протёр слезящиеся глаза. Смотреть на эту аномалию напрямую было столь же приятно, как и пялиться на солнце без защитных средств. К «коротким путям» этот пузырь явно не имел никакого отношения, скорее представлял из себя своеобразную бомбу замедленного действия. Можно ли её вообще миновать, не делая здоровенный крюк?

Словно отвечая на мои слова с потолка в середине коридора медленно и демонстративно упал жирный зелёный слайм, прямо сквозь центр аномального пузыря.

Ладно, без активации с помощью очков взрываться она не торопилась, можно было спокойно пройти мимо, но и пользы от неё не было никакой. Из плюсов – зудящее чувство в голове отступило сразу после фазы опознания.

– Ну как? – спросила Кулина.

– Не то. Но и немедленной опасности, похоже, не представляет. Как там поживает тварь?

– Бдит рядом! Пока не приближается.

Наблюдает, сволочь, изучает поведение опасных врагов. Впрочем, эта тактика работает в обе стороны.

В следующие два часа аномалии начали попадаться значительно чаще. Из тронного зала я заметил только две, но, очевидно, не все они сияли при «просветке» издали.

Мы действовали по изначальной схеме – приблизиться на безопасное расстояние, изучить, пройти насквозь или найти обходной путь. Как назло, среди десятка изученных «пузырей» не оказалось ни одного нужного. Ещё три тепловых «бомбы», одна из них явно нестабильная. Одна противоположная аномалия, обещающая высвободить адский холод. Четыре штуки с неопределёнными свойствами, и ощущения от них были крайне скверными. Ещё две были как-то связаны с перемещением по горизонтали и вертикали, но явно не тем, которое обещал «короткий путь».

Время потихоньку начинало поджимать – то есть, приходить в обычное своё состояние, когда ни одна из задач не была выполнена. Мы здорово промокли – по крайней мере, я и Луна – и все понемногу начинали уставать. Если бы дело касалось только поиска аномалий, можно было бы спокойно вернуться в основную секцию и попробовать снова завтра. Да только чудовище шло за нами по пятам, оставаясь на краю «видимости», но ни разу его не пересекая.

В историях, что когда-то слышала Луна, монстра называли «Болотный ужас», и он считался совершенно непредсказуемым. Мог гнаться за добычей сутками, мог играть с ней, как кошка – с мышкой, мог отступить и затаиться, лишь чтобы напасть в самый неподходящий для жертвы момент. Умное чудовище, исключительно умное. Я бы даже сказал «разумное», если бы оно не ставило голод и азарт охоты во главу угла.

Болотный ужас напоминал монстров из классических научно-фантастических хорроров, таящихся под землёй и за стенами, молниеносно атакующих из теней и уничтожающих отряд героев по одному. В этот раз ему не повезло нарваться на чересчур зубастую добычу, но это не значило, что он собрался отступать.

Хорошо. Потому что я тоже не собирался позволять ему охотиться в моём замке.

– Луна?

– Да?

– Ты родилась здесь?

Оружейница закашлялась – вопрос явно застал её врасплох, а затем рефлекторно обернулась по сторонам. Сообразив, что за нарушение табу Жнец не прилетит, она заметно расслабилась.

– Простите, привычка. Нет, Вик, мой родной мир лежит на окраине великой паутины, и тень Полуночи осенила его одним из последних. А насчёт этого мира… Я даже не уверена, что вне замка живут люди.

– Не живут! – поддержала Кулина. – Тысячу лет минимум.

– Серьёзно? – нахмурился я. – Я видел какой-то город за лесом.

– Это Пепел! Название такое, в смысле. Пустует со времён правления лорда Бертрама.

Вик из недалёкого прошлого не упустил бы случая вытянуть из Кулины всю возможную информацию о предыстории Полуночи, мире, что её окружал, и прочим деталям. Скорее всего этим же займётся и Вик из недалёкого будущего – того, где живущее в стенах катакомб чудовище окажется полностью обезврежено.

– Пепел? Как вы яхту назовёте… – пробурчал я. – Тема страшно интересная, но вернёмся к более насущным вопросам. Луна, этот монстр, как бы это сказать… специфичен для твоего мира?

– Кажется, болотный ужас водился не только у нас, – сказала она задумчиво. – Флора и фауна многих миров связана между собой, перемешана благодаря порталам и разрывам. Если где-то есть джунгли, там рано или поздно заводится такая дрянь.

– Но здесь же не джунгли, и даже не совсем болото.

– Зато тепло и сыро! – подсказала Кулина. – Есть, где спрятаться. Еды навалом, пусть и не самой лучшей. Рай для непривередливого метаморфа!

Не считая того, что наш клиент был вполне привередливым – иначе бы даже не попытался атаковать хорошо вооружённый отряд. Не исключено, что он сходил с ума от скуки, и если бы мы не пришли сюда, то визит болотного ужаса в основную часть Полуночи состоялся бы совсем скоро. Но сидеть на месте и ждать, пока у него снова появится настроение нами закусить – слишком большая трата времени.

Тогда какие оставались варианты?

– Проще всего обрушить лестницу, – пожала плечами Луна. – С этим я справлюсь и сама, дайте минут пять. Находим аномалию, выбираемся, сбрасываем вниз этот металлолом и временно забываем о проблеме.

– Это если лестница одна, – заметил я. – А вдруг две, три? И где выходят остальные мы не знаем, равно как и когда тварь решит по ним вскарабкаться. Ещё варианты?

– Я послужу приманкой! – вызвалась Кулина. – Вы как будто уйдёте, а я как будто останусь без защиты…

– А потом он тебя как будто съест, – подытожила Луна. – А мы как будто… нет, по-настоящему не успеем на помощь. Видела, какой он быстрый?

– Я сильная!!

– Ага, и сытная. Накормишь гада, а нас кто потом кормить будет?

Лёгкая перебранка продолжалась почти без моего вмешательства, пока я сам тщательно взвешивал те или иные опции. Например, потратить лишние сутки, но дождаться новой попытки нападения. Жнеца под утро можно было обезвредить порошком Терры, найти для сна по очереди относительно сухое место. В идеале болотный ужас клюнет сразу, когда увидит, что заснут двое из троих. Таким образом не понадобится далеко отбегать – только вовремя проснуться и с помощью Кулины определить, откуда тянутся ловчие щупальца. Желательно – за те пару-тройку секунд, что требуются этой сверхбыстрой сволочи для полноценной атаки.

Или же что-то более радикальное. В катакомбах откуда-то бралась вода, и несложно предположить, что из того же источника, что и везде в Полуночи. Безымянная река, протекающая сквозь замок, снабжающая водой колодец. Почему-то, правда, в эти унылые коридоры поступала не чистая вода, а отвратительная мутная жижа, но над этой проблемой можно будет потом подумать отдельно. Если найти источник и намертво его перекрыть, здесь рано или поздно всё высохнет. Если, напротив, открыть его посильнее…

Я представил, как могучий поток затапливает катакомбы окончательно, сметая пиявок и слаймов, разрушая стены и потолок из крошащегося кирпича. Превращая это безразмерное пространство в подводное, в ещё одно, захваченное рекой, зато свободное от болотного ужаса.

Пожалуй, это всё-таки слишком много воды.

Как бороться с исключительно умной тварью, чей вид населял целую сеть миров? С тварью, о которой предупреждали даже маленьких детей, с неутомимым охотником, готовым изучать добычу столько, сколько понадобится? Постоянно находиться на расстоянии, высматривать, вынюхивать, слушать… подслушивать.

– Я сейчас начну ломать эти проклятые стены, – мрачно сказала Луна. – Одну за другой. Пока ему не останется места, чтобы укрыться.

В качестве демонстрации она без усилий вырвала ближайший кривой кирпич и сжала в кулаке, обращая его в мелкую крошку.

– Ты думаешь, у нас есть лишние полгода, пока ты закончишь⁈ – съязвила Кулина.

– Хватит, – негромко сказал я. – Мы возвращаемся назад.

– Будем охотиться завтра? – деловито спросила Луна.

– Вы – да. А я останусь тут.

У меня не было шансов на любовь к этому месту – да что там, даже на лёгкую симпатию. С первой минуты, как я провалился сюда три месяца назад, и до текущего момента, оно вызывало лишь глухое отвращение. Оно казалось опухолью на теле моего замка, неуместным болезненным отростком, гниющим заживо. И вот теперь вдобавок в нём поселился опасный паразит, угрожающий выбраться наружу. Моей ответственностью как хозяина было с ним разобраться.

В одиночку – поскольку ждать, пока он атакует группу, можно было вечно.

Я сидел, сложив ноги по-турецки, посреди совершенно пустого коридора, положив на колени полэкс и даже не пытаясь поджечь последний факел. Обед от Кулины перед походом обеспечил мне видение в темноте – слабое, но вполне достаточное, чтобы не пропустить атаку. Впрочем, этим мои возможности и ограничивались, не считая постепенно иссякающей мощи «Зверя в лунном свете».

До визита Жнеца оставалось около получаса, и я гадал, кто доберётся до меня раньше? Может, получится провернуть трюк с подменой и натравить призрака на новую цель? Или же…

Увы, болотный ужас не стал дожидаться, пока мне придёт в голову план получше.

На этот раз обошлось без мутного водопада на голову – и на том, как говорится, спасибо. Просто осыпался кусок стены, почти бесшумно, словно кирпичи были слеплены из пластилина. Из темноты вырвались жадные ловчие щупальца, и устремились мне прямо в лицо.

Знал бы я, с кем придётся столкнуться, то захватил бы более подходящее оружие – длинный кинжал или короткий меч. Полэкс идеально подходил для пешего боя против бронированных противников, и очень посредственно – против тонких шипастых тентаклей. Мне удалось разрубить первый пучок у основания, но второй вырвал оружие у меня из рук, отбрасывая далеко в сторону. Теперь у меня остался только короткий кинжал, зубы и когти «Зверя», да Райнигун на поясе – было бы куда стрелять! Второй пучок втянулся назад в стену, лишившись доброго десятка отростков, и на миг всё затихло.

А затем треск раздался повсюду – коридор ожил и жадно атаковал меня со всех сторон. Шипастые плети обвили мои конечности, примотав правую руку к телу, перетянули шею, затрудняя дыхание. Шкура оборотня хранила меня от глубоких ран, которые могли бы оставить шипы, но утешение было не слишком сильным. Убедившись, что я едва могу пошевелиться, болотный ужас начал утягивать меня туда, куда и собирался – в огромную трещину на потолке. Какое-то время я разрывал отростки когтями левой руки, но быстро начал выдыхаться.

Сопротивление бесполезно – эта тварь училась адаптироваться тогда, когда слава Полуночи гремела по сотням миров. Болотный ужас слышал, впитывал, запоминал, пока наконец не добрался сюда, чтобы поглотить старого беспомощного хозяина и воцариться самому.

Размечтался.

Я нащупал свободной левой рукой и натянул на глаза инженерные очки. После того, как я посвятил этому пару часов, процедура проходила практически на автомате. Секунда чтобы сконцентрироваться на аномалии – пофиг на то, что меня схватили и куда-то тащат.

Секунда, чтобы её активировать.

Волна невыносимого холода прокатилась по коридору, замораживая жижу на полу, покрывая инеем стены. Я видел, как беспомощно дёргаются вмёрзшие в лёд жирные пиявки, как съёживаются в попытке выжить немногочисленные слаймы. Холод ударил и по мне, обжигая кожу, сковывая движения, проникая под толстую звериную шкуру, но по сути это было лишь небольшое неудобство. Недостаточное, чтобы не дать мне хрипло завопить изо всех оставшихся сил:

– СЕЙЧАС!!!

Болотный ужас почуял неладное – ещё бы он не почуял! Он попытался ускориться, затаскивая меня в пространство за потолком, но это было не так-то просто сделать в полузамороженном состоянии. Да ещё и добыча – сюрприз – тоже оказалась метаморфом, вдруг увеличившись в размерах и напрочь отказываясь пролезать в такую замечательную здоровенную трещину.

Тогда тварь сменила тактику, судорожно отцепляя от меня щупальца одно за другим, но опять же – неспособная сделать это достаточно быстро. Адский холод был полной противоположностью её зоны комфорта, и тут не могли помочь даже тысячи лет эволюции для адаптации. Возможно, если бы у болотного ужаса было хотя бы пять минут на решение, то он бы что-то да придумал.

Только ни я, ни Луна, ни Кулина не планировали дарить ему это драгоценное время.

Огромный волк-оборотень ворвался в заледеневший проход, держа в одной руке копьё, а под мышкой другой руки – девушку-слайма. Кулина тут же повернула голову и уверенно тыкнула в потолок метров за десять от места, где меня пытались затащить наверх. Луна без предупреждения и лишних вопросов выбросила руку с копьём вверх, проламывая хрупкий потолок насквозь. Секунда – и сверху на лёд шлёпнулось нечто невообразимо уродливое! Бешено извивающийся кровяной мешок с зубастой пастью на месте «горловины», покрытый бледными отростками самой разной длины. Несколько десятков уходило наверх, в потолок, и тварь тут же попыталась подтянуться на них, чтобы в очередной раз спастись бегством.

Бесполезно.

Кулина прыгнула вперёд, перехватывая и обрывая щупальца, всё плотнее вжимая болотный ужас в лёд на полу, лишая его возможности сопротивляться. Напряжение вокруг меня тут же ослабло, и я тоже рухнул на лёд, почти так же грациозно, как и «кровавый мешок» ранее.

Только в отличие от него мне никто не мешал неспешно встать на ноги и достать из кобуры оружие, которое я сегодня ещё не использовал.

– Без обид, но у меня был крайне паршивый день в конце совершенно паршивой недели, – проворчал я. – И ты приложил все усилия, чтобы сделать его ещё хуже.

Если бы болотный ужас умел не только подслушивать, но и говорить, то, возможно, он мог бы что-то ответить за следующие пару секунд. Поскольку после них от него осталась только горстка некрасивого чёрного праха на некрасивом тёмном льду.

Не пропустить бы визит Жнеца по такой долбаной холодрыге.

Глава шестая

Нужную аномалию мы нашли утром – когда большая стрелка карманных часов указывала на цифру восемь. Сказать, что мы к этому моменту вымотались – не сказать ничего, но нас гнало вперёд упрямое нежелание возвращаться с пустыми руками. Точнее, с пустой парой инженерных очков, поскольку аномалии «ловились» именно туда.

До этого случилось три более-менее значимых события.

Во-первых, мы изучили останки нашего врага, в просторечье – полутали. Болотный ужас оставил на долгую память свою липучую, слегка светящуюся и абсолютно не смываемую кровь на одежде, а также пару редких ингредиентов для лазарета. Если бы я его не испепелил, ингредиентов могло быть больше, но мне совершенно не хотелось рисковать. В итоге никакого сердца или печени, только что-то, связанное с «начинкой» оторванных щупалец. Хорошо хоть для лазарета, а не кухни.

Хотя вот Луна определённо настроилась рвать зубами ещё тёплую тушу врага, и несколько расстроилась, когда та рассыпалась прахом.

Во-вторых, Терра не ошиблась с повторным диагнозом – и «Зверь в лунном свете» наконец сполз с меня, вернув заурядный человеческий облик. Я так ждал этого ночью – как признак полного выздоровления – и вот, дождался. В довесок к гладкой коже и напрочь спутанным волосам прилагалась тройная доза звериной усталости, за многочасовое использование боевой способности и насыщенную ночь.

В-третьих, старина Жнец явился строго по расписанию, но всё равно смог удивить. Никаких вежливых предупреждений в виде трёх ударов гонга, просто внезапный ледяной ветер и погасший факел. В темноте от мстительного призрака оставалось скорее ощущение, жуткий ледяной образ, но этого образа было вполне достаточно, чтобы прицелиться и сыпануть порошком. Жнец застыл, скованный параличом, пока Кулина возмущённо высказывала ему всё, что она думала о политике «прилетаем убивать хозяина, пока замок умирает». Не заботясь о том, слышит он или нет – на всякий случай.

Несколько выражений я бы даже записал, да было некуда.

Аномалия короткого пути слегка отличалась от остальных «пузырей». Хотя бы тем, что здесь этих пузырей было два, и они основательно сплющивали друг друга, словно пытались вжаться один в другой. Сияние от этой парочки оказалось совершенно невыносимым, и мне пришлось тянуться к аномалии, предварительно повернувшись спиной. К счастью, глаза для «прощупывания» не требовались.

…перемещение, путешествие. Устранение преград, нерушимая связь.

По уму нужно было запомнить эту точку, уйти, выспаться, а затем вернуться со свежими силами и чистой головой. Но меня достала вечная недоделка проектов, где каждый раз возникали непредвиденные препятствия, вынуждающие откладывать на потом. Так что я поставил Луну и Кулину следить за окрестностями, а сам сосредоточился на второй фазе – «поимке» аномалии в артефакт. Упрямство оказалось сильнее усталости, и уже спустя полчаса я встал, пошатываясь и утирая пот со лба, но расплывшись в довольной улыбке. Инженерные очки у меня на лбу теперь сами испускали заметное сияние, разгоняя сырой мрак вокруг.

Луна встала мне навстречу, выразительно потрясая тремя большими пиявками, которые пытались пробраться ко мне, пока я ловил аномалию. Не болотный ужас, конечно, но для нарушения концентрации их бы вполне хватило.

– Всё. Можно идти домой.

Мне в принципе редко удавалось поспать в собственной спальне, а уж при свете дня я делал это лишь однажды. Но в ближайшее время, видимо, придётся привыкать – поскольку путь на Землю мне пока заказан.

Наша честная компания доползла до тронного зала где-то через полтора часа после выполнения миссии, и я хоть убей не помню, как преодолел расстояние начиная от замусоренного склада. Либо эту часть пути я просто спал на ходу, либо меня дотащила Луна, перебросив через плечо, либо Кулина снова взялась поработать в качестве носилок. Нас встретила Кас, которая почти не выглядела обеспокоенной, что означало – она трындец как беспокоилась.

Я гордо вручил ей заряженные инженерные очки, дополз до спальни и упал в кровать, отключившись где-то на лету.

Это что, сон? В последнее время я довольно редко видел…

Да вы, нахрен, шутите.

Я стоял на сумрачной равнине, простирающейся от горизонта до горизонта. Свежий ветер, яркое звёздное небо, запахи земли и травы, звуки насекомых. Знакомое, мать его, место. Приятное, спору нет, но несущее в себе весьма специфический контекст. Сейчас ещё должна зазвучать неземная музыка, а затем кое-кто вновь явится по мою душу.

Против первого пункта у меня не имелось возражений, зато второй заранее злил. Я резко развернулся, но не обнаружил за собой никого – разве что ветер слегка усилился. Но я здорово сомневался, что в этом месте, «созданном для переговоров» мог появиться кто-то другой.

– Альхирет!! – рявкнул я. – Покажись!

– И вовсе незачем так кричать.

Разумеется, этот мягкий, успокаивающий голос раздался за моей спиной. Неважно, насколько быстро я обернусь, проклятый колдун всегда сможет в чём-то навязать свои правила. Даже по мелочи, просто чтобы уязвить.

Я не стал оборачиваться во второй раз.

– Вы чем-то расстроены, лорд Виктор? – участливо спросил Альхирет, неспешно обходя меня справа. – Поделитесь, и я попробую утешить ваши горести.

– Ты знал.

– Мы не просто так зовёмся Знающими, правда? В каком-то смысле знать – это моя суть.

– Ты знал, – повторил я сквозь зубы. – Знал, что я расскажу Анне о твоём предсказании и совете. Знал, как она отреагирует, и что произойдёт потом.

– Вы пытаетесь поставить мне это в упрёк, лорд Виктор? Кажется, я даже упоминал, что вы непременно сунетесь в самое пекло. Чем скорее вы поймёте, что я не ошибаюсь, тем лучше.

Мне до смерти хотелось плюнуть в его надменную холёную рожу, пальнуть из Райнигуна в упор и оборвать эту отвратную пародию на сон. Я не успел выздороветь, даже не начал толком отдыхать, как этот гад явился, чтобы поглумиться над моими бедами.

Но злость – это поражение, а мои попытки отказаться от диалога будут неизменно истолкованы как отказ от долга. Как чистейшая победа Альхирета, достигнутая путём банального троллинга в нужный момент.

Будь я проклят, если доставлю ему такое удовольствие.

– Разумеется, уважаемый, – усмехнулся я. – Разумеется, ты не ошибаешься. Если не считать тех слегка неприятных секунд, когда твоё настоящее лицо плавилось от драконьего пламени. Или этого крохотного, незначительного долга, что заставляет тебя раз за разом приходить сюда, растрачивая силы и время.

– Моё время бесконечно, – надменно сказал Альхирет, от его напускного участия не осталось и следа. – В отличие от вас и вашего замка.

– Так это и был твой план? Подставить меня и убить Полночь?

– Убить? Ваш замок и так умирал, лорд Виктор. А вы, простите за прямоту, жевали сопли вместо того, чтобы бросить все силы на спасение. И не думали дёргаться, пока освежёванный василиск не вцепился вам в шею!

Я невольно оценил вариацию поговорки про жаренного петуха, клюющего пониже спины, но ничего не сказал. Альхирет продолжал:

– Теперь, хвала прогрессу, у вас не получится отвертеться от дела. У вас в руках есть подходящий инструмент или доза лекарства – воспринимайте как считаете нужным. Но инструмент может оказаться оружием, а лекарство обратиться ядом – всё зависит от применения.

– Это что, попытка ответить на один из моих вопросов с нашей прошлой встречи?

– Это попытка разжевать вам реальность происходящего. Мой господин бы посчитал это бисером перед свиньями, но меня всё ещё связывают узы долга. Если хотите – в самом деле считайте это ответом.

– Лекарство – это яд, а инструмент – оружие, – слегка насмешливо повторил я. – Ничего не забыл?

Но Альхирет смотрел словно сквозь меня и напрочь проигнорировал вопрос.

– Сегодня предсказание и совет будут слиты воедино, – медленно сказал он. – Вас снова ждёт путь, неизмеримо длиннее прошлого пути, и столь же опасный. Смерть таится на каждом шагу, но вам угрожает не одна она. Трижды к вам придут, дабы смутить разум, сбить с дороги, отравить сердце. Поддадитесь – и всё, что вам дорого, укроет мрак. Устоите – и обретёте силу для истинных свершений.

Понятие «силы для истинных свершений» из его рта звучало как оскорбление, как что-то, чего не стоило касаться и двадцатиметровым шестом. Но при этом нельзя было даже воспользоваться принципом «послушай Альхирета и сделай наоборот», поскольку любой вариант для этого урода становился выигрышным. Плавали, знаем. Оставалось лишь молча завершить диалог, поскольку после пророчества и совета встреча формально подходила к концу.

Или же…

– Давай так, – сказал я неожиданно дружелюбно. – Ты без всяких фокусов и намёков говоришь, как добраться до сердца Полуночи, раз уж это в интересах нас обоих. А вместо следующей встречи мы просто нормально выспимся.

Альхирет дёрнулся и моргнул, словно подавился заранее заготовленной фразой. Только сейчас я обратил внимание, что даже в этом мире грёз он тяжело опирается на свой посох-уас, чего раньше за ним не водилось. Может, игра на публику, на единственного доступного зрителя. А может и знак… чего-то. Он упоминал, что выздоровление идёт не полным ходом.

– Я давно не спал, – наконец сказал он голосом, сухим, как самум. – Сотни лет. Тысячи. Это плата за… нет, не важно. Однажды и вас ждёт эта участь, ибо сон – первое, что идёт в жертву силе.

– Возможно, – не стал спорить я. – Но мы отклонились от темы.

Он медленно кивнул, словно обдумывая мои слова. Какое-то время мы стояли в тишине, и с каждой секундой казалось, что моё предложение пришлось ему не по душе. Хотя какая, спрашивается, у Альхирета могла быть душа?

Но тут снова подул свежий ветер, принося с собой даже не музыку, а едва слышный ей отголосок – и мой собеседник поднял на меня глаза.

– Я не знаю, где спрятано сердце вашего замка, лорд Виктор. Но раз уж мы залезаем в карман к будущему, вы получите свой совет. Вам поможет закрытая башня, свежий узник и заклятый соперник. Возьмите от них только то, что вам надо, и ни каплей больше.

– Благодарю, – сдержанно сказал я. – Но не считай это уплатой долга, уважаемый.

– Мы скоро окажемся в расчёте, – проскрипел он. – И тогда вы будете скучать по нашим мирным и взаимовыгодным беседам. До встречи, лорд Виктор, и спокойных вам снов. Пока вы ещё можете ими наслаждаться.

На этот раз – о чудо – обошлось без членовредительства. Просто всё исчезло – сперва Альхирет, затем трава, земля, равнина и звёздное небо. Исчез и я сам, оставив лишь ветер, который упрямо продолжал дуть, навевая воспоминания о несуществующем месте.

– Доброй ночи, Вик.

Едва проснувшись, я не сразу сообразил, что это не прощание, а напротив – приветствие. Как «доброе утро» в стиле Полуночи, поскольку «добрый вечер» тоже не годился, когда часы показывали на цифру двенадцать.

– Привет, Кас, – сонно сказал я, садясь на кровати и нашаривая на подносе рядом стакан чистой воды.

Кажется, я слишком часто воспринимаю её заботу как должное. Надо бы это исправить.

– У меня для вас есть добрая весть, – сдержанно сказала леди-призрак, наблюдая, как я постепенно прихожу в себя. – Вчера вы успешно поймали и удержали нужную аномалию, и теперь она готова к размещению.

– Так, – сказал я с лёгким подозрением. – А плохая новость?

– По ряду причин лучше сделать это в ближайший час. Я сопровожу вас и поддержу на каждом шаге.

Вот теперь я окончательно проснулся, вскочил и стал натягивать на себя одежду. Та, кстати, была безупречно чистой, как будто мы и не сражались вчера с чудовищем со светящейся краской вместо крови. Раньше я бы предположил, что очистку одежды на себя брала Полночь, но теперь стало ясно, что это полностью заслуга Кас. И ведь в замке нигде нет ни одной стиральной машины…

Наверное нет. После часов меня уже трудно чем-то удивить.

– Я готов, – сказал я минуты через полторы. – Если не секрет, к чему такая спешка? Аномалия может вырваться на свободу?

– Возможно. Но первая причина другая. Видите ли, библиотекарь Полуночи немного волнуется из-за того, что после выздоровления вы посетили всех, кроме неё.

А, блин. Я совсем забыл, что у Литы был обоснованный заскок на своей полезности для замка и большой страх остаться не у дел. Стоило подумать об этом ещё вчера, но время и так поджимало, а все дела невозможно уместить в ограниченное количество часов.