Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Никита Муравьев,Игорь Перах,Ирина Фуллер,Сергей Евтушенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 73 (всего у книги 328 страниц)

Ярни встала на одно колено, склонившись в глубоком поклоне. Несколько секунд я сверлил её взглядом, затем повернулся к богатой двери и постучал. Ни звука. Я постучал сильнее, и ещё сильнее, пока наконец дверь с треском не распахнулась вовнутрь, не выдержав натиска. За ней раскинулась огромная спальня с наглухо закрытыми окнами, насквозь пропитанная запахом десятка курящихся благовоний. Но даже их тяжёлый аромат не мог перебить запаха, исходящего от большой кровати с балдахином. Запаха разложения, гнили, смерти.

Я шагнул вперёд, прищуриваясь и давая глазам привыкнуть к окружающему мраку.

Император Кайдрос Великолепный был мёртв, мёртв так давно и надёжно, что успел мумифицироваться в собственной постели.

Глава двадцать третья

По долгу службы хозяина Полуночи мне довелось видеть самые разные виды нежити. На нижней ступени находились иссохшие, не-живые мумифицированные останки гуманоидов, едва способные на то, чтобы атаковать кого-то толпой. Выше стояли безголовые латники, природа которых до сих пор от меня ускользала. Ещё выше – некогда могучие фигуры, всё ещё не сломленные под гнётом проклятья, как Мордред. А кроме них были ещё призраки и вампиры, плюс уникумы вроде Надзирателя. И это только из обитателей и гостей замка! На страже того же Князя в Жёлтом водились марионетки и падальщики, ни один из которых не имел права относиться к миру живых…

Я видел так много нежити, что мог почти безошибочно определить каждую разновидность на глаз. Например, альв, лежащий передо мной на роскошной кровати… совершенно точно не принадлежал ни к одной из них. Он был просто мёртв, и мумифицировался не под воздействием проклятья, а по вполне естественным причинам.

Для надёжности я бесцеремонно ткнул Кайдроса Великолепного в плечо, и проткнул его насквозь. Судя по судорожному вздоху Ярни за моей спиной, только что было свершено невообразимое святотатство, но это волновало меня в последнюю очередь.

– Я считаю до трёх, – наконец сказал я, медленно разворачиваясь к стражнице. – Затем я ожидаю услышать объяснения. Раз.

Надо признать, это была неплохая ловушка, без единого слова лжи. Я попросил отвести меня к императору – и просьбу исполнили в точности. Наводящие вопросы уткнулись в размытые ответы, а результат налицо – я потерял массу драгоценного времени, пока у товарищей Ярни появился шанс позвать подмогу. В другую ночь я бы даже оценил подобную хитрость, но сегодня, увы, был иной случай. На кону стояло существование Полуночи, а главный подозреваемый в дневном рейде сдох бог знает когда.

– Два.

Прибегать к крайним мерам хотелось ещё меньше, чем ранее, в казармах. При том, что формальная лазейка для действий у меня имелась – данное мной слово касалось подчинённых Ярни и их семей, но не её самой.

– Три.

Молчание затянулось, и я позволил себе короткий вздох. Хоть раз в моей жизни может что-то пойти по плану?

– Так не может продолжаться, – раздался спереди едва различимый шёпот.

– А? – от неожиданности переспросил я, слегка растеряв атмосферу угрозы.

– Так не может продолжаться, – повторила Ярни, и я вспомнил, что она говорила то же самое ранее, в казармах. – Владыка ночи никогда не был милостив к Ноарталю, но то, что происходит сейчас – это хуже, чем кощунство. Это… это предательство! Предательство империи, предательство всего народа!

Девушка поднялась с колен на заметно трясущиеся ноги. Только сейчас стало понятно, насколько ей было страшно.

– Дай угадаю, – проворчал я. – О смерти императора не знает никто, кроме узкого круга?

Тех, кто охраняет пустующий склеп, когда-то бывший дворцом, и тех, кто правит на самом деле.

– Из стражи посвящены лишь избранные… остальным попросту запрещено подниматься на верхние этажи под страхом смерти.

По всей видимости, Ярни и другим посвящённым тоже угрожали смертью. А то и чем похуже – не зря же она упомянула семьи товарищей, когда брала с меня слово.

– Кто правит? – коротко спросил я.

– Первый министр в союзе с советом лордов.

– Давно?

– Я храню тайну о немыслимом святотатстве последние два года, как её хранили до меня.

Два года, и ещё минимум столько же до этого? Да уж, альвы в самом деле никуда не торопились.

– И за эти годы никто ничего не заподозрил?

– Ходили слухи, но мало кто может поверить в подобное безумие. Официально государь солнца и звёзд борется с тяжёлым недугом, не в силах покинуть своего великого дворца. И недуг этот столь суров, что даже наследник престола лишён права проведать своего отца…

Я уставился на Ярни так, словно впервые её увидел.

– У Кайдроса остался сын?

– Сын и дочь.

Я издал ещё один вздох – на этот раз более глубокий и недовольный. Покои императора лишились двух роскошных кресел – ему уже без надобности, а стоять ближайшие полчаса на ногах не хотелось. В одно я уселся сам, другое предложил оторопевшей Ярни.

– Садись, садись, в ногах правды нет. И выкладывай всё по порядку.

Никто толком не знал, от чего скончался император Кайдрос. Было бы логично предположить, что его отравил первый министр, либо кто-то из причастной аристократии, но с тем же успехом он в самом деле мог проиграть бой опасной болезни. По древним традициям львиной империи тело государя мог предать земле лишь его преемник, и почему-то именно этот обычай решили не нарушать.

Причина смерти Кайдроса осталась загадкой, зато было ясно кое-что другое. Обманщики, правящие от лица мумифицированного императора, делали это, мягко говоря, скверно. Взаимная ненависть, тотальная коррупция, любовь к интригам и презрение к собственному народу привело к тому, что дышащая на ладан страна начала разваливаться на части. Восстания жестоко подавлялись, но тут же вспыхивали новые, а казна стремительно пустела, несмотря на зверские налоги. В попытках вернуть империи былое величие совет срочно организовал несколько небольших победоносных войн, большая часть из которых на деле оказались совсем не победоносными.

Всё это время в отдалённой резиденции подрастали Энвин и Эйвин – близнецы, только в этом году достигшие совершеннолетия. Принц Энвин был законным наследником престола, но при «живом» отце не имел права высказывать претензий. Все знали, что у императора Кайдроса сложились сложные отношения со своими детьми даже до болезни, так что никто не удивлялся подобной опале.

Главной проблемой запутанной политики Империи Шести Львов было то, что каждый тянул одеяло в свою сторону. Первый министр пытался захапать всю власть в свои руки, лорды то объединялись против него, то грызлись между собой с переменным успехом. Вычислить в подобном бардаке, кто организовал атаку на Полночь было примерно так же легко, как добиться от Кас тёплой улыбки. А учитывая то, что на всё про всё у меня оставалось лишь несколько часов…

Попытка – не пытка.

– Один из виконтов пропал пару месяцев назад, – сказала Ярни, когда мы вновь вернулись к теме делегации львиной империи. – Его недолюбливали, так что при дворе это вызвало лишь смешки, либо молчаливое одобрение.

– Думаешь, он и был послом?

– Не могу утверждать наверняка.

– Что насчёт убийц? Наёмников?

– Это распространённые методы среди лордов. Их мог послать кто угодно, но…

– Но?

– Не в качестве мести за виконта. Не для того, чтобы вернуть беглого преступника. Мало кто помнит о старых временах и чёрном замке, тень которого даровала великие блага и страшные беды.

– Тогда кто отправил ко мне этого недоумка?

– Он мог проявить инициативу сам. Попытаться заработать репутацию.

Назад, на первую клетку. Но что-то в рассказе Ярни заставило меня насторожиться, зацепиться за слова. Как там было? О «старых временах» и роли Полуночи мало кто помнил, разве что старики и те, кто слушал стариков. Я бы добавил сюда ещё и учёных, вроде Инзора, но те стояли особняком. Сама стражница относилась ко второй категории, «слушающих», а вот сидящий в темнице Полуночи посол в неё не попадал. Он нашёл способ пролезть на аудиенцию, но вёл себя так, словно пришёл в замок захудалого барона из своего мира. Любой из прежних хозяев даже не стал бы возиться с темницей, а просто расстрелял бы наглеца на месте.

Господин посол просчитался, и его подход, похоже, превалировал среди знати Каэллума. Иначе кто-нибудь непременно бы наведался с куда более вежливым визитом, умоляя о союзе или оружии, чтобы расправиться с соперниками. Нет, они были слишком увлечены своей кощунственной тайной и закулисной борьбой, чтобы слушать старые сказки. А вот у кого на это было более чем достаточно времени…

Далеко не безупречная логическая цепочка. Во многом основанная на интуиции, а не объективной информации. Но я давно успел убедиться, что на просторах великой паутины интуиция играла отнюдь не последнюю роль, зачастую выигрывая у холодного разума.

– Где мне найти принца Энвина?

Спустя час я карабкался по стене старой башни, центрального строения в группе других, не менее старых альвийских зданий. Весь этот архитектурный ансамбль располагался к югу от Каэллума – достаточно близко, чтобы его можно было разглядеть с городской стены и достаточно далеко, чтобы я успел слегка запыхаться, пока дотуда добирался. А затем ещё и промокнуть – поскольку в самом начале моего альпинистского квеста хлынул проливной дождь.

Я расстался с Ярниэйн Эндрадис, оставив ей на прощание тугой кошель с драгестолом – обещанную награду – а также обещание ни при каких обстоятельствах не убивать наследника престола и его сестру. Эта женщина была прирождённым дипломатом, в отличие от тех, кто занимал соответствующие должности в её стране. С другой стороны, легко обещать то, что никогда не входило в изначальные планы, а планы грядущие всегда можно скорректировать.

Вверх, вверх, цепляясь когтями за трещины в белом камне, стараясь не обращать внимания на ледяные струи воды и завывания ветра. Вверх, к единственному горящему окну во всём поместье. Если моя чуйка промазала, другой шанс предоставится лишь следующей ночью, и то не факт, что дело выгорит. При неудачном раскладе я могу потратить не меньше недели, разрываясь между обороной замка днём и вылазками в Ноарталь по ночам. Пропустить «окно» похода к сердцу, упустить из виду одну из групп захватчиков…

– … уже готовы. Отправим новую группу…

Я застыл, прижавшись к холодному мокрому камню, напряжённо вслушиваясь. Из приоткрытого окна сверху от меня – того самого, что светилось в ночи – раздавались едва различимые из-за непогоды голоса. Один мужской, желающий казаться уверенным в себе, но на деле нервничающий. Второй женский, мягкий и нежный, но исполненный глубинной тревоги.

– Если подождать до… кто вернётся… брат?

Взобраться чуть выше – так, чтобы оказаться прямо под окном. Голоса стали гораздо чётче, и теперь несложно было определить личности говорящих.

– Мы не можем ждать, Эйви, – горячо говорил молодой принц. – Отец не может ждать. Ты слышала, что объявили вчера – к нему даже не допускают лекарей!

– Ни одна из посланных групп не вернулась…

– Они проложили дорогу! Ты же знаешь это, правда? Когда мы откроем новый портал, следующий отряд сможет спасти тех, кто выжил – или продолжить дело там, где они остановились.

– Мы отправляем их на смерть.

– Мы платим им за работу. Мы увековечим их имена, когда империя вновь воспрянет! Полночь давно забыла про Ноарталь, но это не значит, что мы не можем взять у неё то, что должно быть по праву нашим…

Из моей глотки вырвался рык – глухой и страшный, и ливень не мог заглушить его до конца.

– Что это было⁈ Гром?

– Не похоже…

– Я закрою окно.

– Энви, погоди…

Но наследный принц Энвин не послушал свою сестру – как и в разговоре ранее. И когда он подошёл к окну, чёрная рука схватила его за шиворот и рывком вытащила наружу, в холодную тьму, наполненную гневом стихии.

А заодно и гневом хозяина Полуночи.

– ВЗЯТЬ ТО, ЧТО ДОЛЖНО БЫТЬ ВАШИМ?!! – гремел я, сотрясая молодым альвом, как тряпичной куклой. – ПОСЫЛАТЬ ЛЮДЕЙ НА УБОЙ, КАК СКОТ?!! НИЧТОЖЕСТВО, ВОЗОМНИВШЕЕ СЕБЯ ВЕРШИТЕЛЕМ СУДЕБ! ПОЛНОЧЬ НЕ ЗАБЫЛА НИ ПРО ТВОЙ МИР, НИ ПРО ТЕБЯ ЛИЧНО! ОНА ПОМНИТ ВСЁ!!

Одной рукой я держался за окно, другой крепко сжимая Энвина за мокрую рубашку, периодически встряхивая его в воздухе. Он в свою очередь отчаянно цеплялся за мою когтистую лапу, моментально промокший насквозь и бледный как мертвец. Его зубы стучали так сильно, что он не мог ответить на мою вдумчивую конструктивную критику. До земли здесь было падать метров тридцать, и я сомневался, что у принца имелись средства для планирования или полёта.

– Вла… вла… – прохрипел он в перерыве между сотрясениями. – Вла…ды…

– ГРОМЧЕ! ЕСЛИ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ ТЕБЯ УСЛЫШАЛИ, ГОВОРИ ГРОМЧЕ!!

– Пощады, владыка ночи! Молим о вашем милосердии!

Голос, принадлежащий Эйвин, раздался из распахнутого настежь окна – она высунулась наружу и безрезультатно пыталась дотянуться до схваченного брата. Тот прекратил попытки выговорить что-то своё, и лишь активно закивал, подтверждая её слова.

В конце концов, я недавно дал слово, что не буду убивать этих двоих.

Миг спустя альвийский принц влетел назад в окно и покатился по полу, пока с треском не достиг ближайшего кресла. Его сестра тут же склонилась над ним, то ли проверяя, не ранен ли тот, то ли пытаясь защитить от новой атаки. Мне пришлось заново воспользоваться «Метаморфом», чтобы слегка ужаться и пролезть внутрь следом.

Да, обстановка небогатая – под стать внешней отделке резиденции. Видимо, все имеющиеся в наличии средства близнецы пустили на то, чтобы достучаться до Полуночи и начать засылать туда отряды наёмников. Пагубная, вредная практика, как для кошелька, так и для здоровья в целом. К слову о нём – Энвин не только выжил, но пришёл в себя и вновь пытался говорить.

– Я только хотел… найти средство для отца…

– Разорив мой замок⁈ Нацелившись на моих драконов?

– Это было прикрытие… чтобы найти лекарство.

– Тебе стоило просить об аудиенции, – мрачно сказал я. – Просить, а не подсылать убийц. Но это всё не имеет ни малейшего значения. Твой отец мёртв.

– Ложь!! – вскинулся юный альв.

– Тебя притащить к подножию его кровати, чтобы ты полюбовался на его мумию? – презрительно спросил я. – Вы двое не могли догадаться об этом годами, и вместо этого решили действовать как воры и убийцы?

Они молча смотрели на меня – два перепуганных, почти идентичных серых лица с сиреневыми глазами, на которые начинали наворачиваться слёзы. Вчерашние подростки, выросшие в окружении властных подлецов. С кого им было ещё брать пример? С отца, что отправил их сюда ещё при жизни? С первого министра, с вечно грызущихся лордов? В отличие от тех, у близнецов хотя бы были благие намерения и оправдание в виде юности и неопытности.

Я почувствовал, как гнев постепенно отпускает меня, стекает вниз вместе с каплями дождя. До рассвета оставалась ещё пара часов – вполне достаточно времени, чтобы спокойно поговорить…

ТУК. ТУК. ТУК!

Громкий стук прервал мои мысли, и мы втроём разом повернулись к деревянной двери в дальнем углу помещения. Стучали сильно, от души, судя по звуку – кулаком в латной перчатке. Так сильно, что дверь отчётливо содрогалась при каждом ударе.

– Ваши высочества! – раздался приглушённый голос. – Откройте немедленно! Вам угрожает серьёзная опасность!

ТУК! ТУК! ТУК!!

Можно было особо не рассуждать, кто в этой комнате представлял для кого опасность. Я уже подобрался, чтобы перехватить Энвина, Эйвин или их обоих на полпути к двери, но императорские отпрыски не торопились срываться с места. Если я всё ещё мог судить по выражениям лиц, они были напуганы ещё сильнее, чем минуту назад.

– Это не наши люди, – пробормотал принц, не обращаясь ни к кому в особенности. – Они не знают условный стук. И этот голос…

– Ты думаешь…

– Я знаю.

– Откройте немедленно!! – донеслось из-за люка вместе с новой серией стуков. – Мы знаем, что вы там!

С этого момента стук не прекращался, заставляя старое дерево угрожающе затрещать.

– Владыка ночи, – хриплым шёпотом сказал Энвин, осмелившись поднять на меня глаза. – Прошу вас, спасите мою сестру. Я заслужил того, что грядёт, но она ни в чём не виновата. Я прошу прощения за всё, и…

– Оба. За мою спину и на пол. БЫСТРО! – рыкнул я, хватая единственный стол в комнате и переворачивая его на манер импровизированной преграды.

Они едва успели исполнить мою команду, как дверь поддалась – и в крышке стола моментально застрял добрый десяток арбалетных болтов. Ещё два я перехватил в воздухе, сломав их как спички и отбросив в сторону. В комнату ворвались альвы, вооружённые длинными мечами и каплевидными щитами, профессионально прикрывающие перезаряжающихся арбалетчиков. Кто-то решил действовать наверняка. Кто-то, кому донесли, что афера с мёртвым императором оказалась раскрыта самым неудачным образом.

Кто-то, кто решил срочно замести следы, и опоздал буквально на десять минут.

Я расхохотался, раскидывая руки в стороны, словно хотел обнять разом весь отряд несостоявшихся убийц. Похоже, что хоть где-то сегодня ночью я оказался как раз вовремя.

Глава двадцать четвертая

– Вы убили их всех?

– Почему сразу всех? Половину или даже меньше. Тех, кто решил сбежать, догонять не стал.

Комната на вершине старой башни представляла из себя жутковатое зрелище. Дверь сорвана с петель, окно выломано вместе с частью стены. Четыре трупа в доспехах императорской охраны небрежно складированы в углу – с некоторым облегчением я убедился, что среди них не было подчинённых Ярни. Обещание – это не клятва на крови, но нарушать всё равно не стоит. Даже в рамках вполне законной самообороны. Ещё трое лежали где-то снаружи, улетевшие из окна, вместе с окном. Я не проверял, выжил ли из них кто-нибудь после долгого падения, но проблем от них можно было не ждать.

Кас взирала на картину смерти и разрушения со своим фирменным равнодушием. В пролом на месте окна непрерывно дул ледяной ветер.

– Как насчёт тех, кто их послал?

– Всему своё время, – проворчал я.

Даже учитывая то, что я достаточно грамотно навёл справки в кратчайшие сроки, с близнецами мне невероятно повезло. Они оказались именно там, где должны были, обсуждая именно ту тему, что подтверждала мои догадки, да ещё и от покушения их удалось спасти – всё за какой-то час. Не было ни малейших шансов, что за оставшееся до рассвета время я отыщу первого министра и призову его к ответу за злодеяния.

Теоретически, можно было и задержаться – теперь, когда Энвин и Эйвин дали клятву на крови не вредить Полуночи никоим образом. Но тогда бы миссия на одну ночь растянулась на неделю, если не дольше. В конце концов, кроме первого министра существовал ещё и совет лордов, с которым понадобится разбираться отдельно. И практика показывала, что далеко не все проблемы в большой политике можно решить, устраняя по одному уроду за раз.

– Наследник с сестрой должны быть в безопасности, – сказал я. – Ушли вместе с остатком верных людей, залягут на дно на пару месяцев. После этого, если Полночь выстоит, я вернусь и помогу им, как обещал.

– Посадите на трон законного наследника? – в равнодушном голосе Кас мне послышалась тень иронии.

– Посажу на трон того, кто наиболее мне выгоден, – мрачно ответил я. – Парень раскаялся и дал клятву, в его интересах сотрудничать с Полуночью, а не противостоять. У его сестры – огромные задатки эмиссара, только благодаря ей им удавалось прокладывать настолько мощные и точные порталы в обход барьера. Если они вдвоём смогут удержать власть после наведения порядка, проблема Империи Шести Львов будет решена на десятилетия.

И «всего-то» ценой нескольких десятков трупов в недалёком будущем, в основном среди охраны тех или иных сволочей. Ценой крови, смерти и страха, переговоров под дулом пистолета, как и положено в настоящей политике. Всё, как и должно быть – наверняка даже суровые предки одобрили бы такой выгодный ход.

Только почему мне заранее тошно?

– У вас не было другого выбора.

– Был, как ни смешно. Не встревать, дать близнецам умереть прямо здесь, в этой башне. А ещё лучше – убить их самому, быстро, надёжно и почти безболезненно – чтобы их не взяли ненароком в плен, выудив информацию о бедственном положении Полуночи.

При таком раскладе в глазах напуганных вельмож «владыка ночи» смотрелся бы неуязвимым демоном, карающим неугодных. До этого лишь одному послу удалось кое-как попасть на аудиенцию, а со смертью Эйвин не осталось бы никого, кто мог бы открыть прямой портал в ослабевший замок. Львиная империя продолжила бы своё стабильное падение по спирали, но и угроза для Полуночи исчезла бы на долгие годы. Всего две смерти вместо десятков, без какого-либо дальнейшего вмешательства в политику чужого мира и почти незнакомой страны. Уверен, такой вариант пришёлся бы по душе Мелинде, и не только с позиции ослабления моего замка на «внешней арене».

Жаль, что выглядел он ещё более отвратительным, чем первый, даже если лично никого не убивать.

– Я перефразирую, – спокойно сказала Кас. – Вы сделали правильный выбор, Вик. Я знаю, что вы сделали бы его и без оглядки на волю нашего возлюбленного замка. И я горжусь вами.

– Спасибо, Кас, – тихо сказал я.

Прикосновение её ладони к моей щеке напоминало дуновение прохладного ветерка – вне Полуночи моя верная помощница теряла последние признаки материальности. Но оно всё равно было приятным, невыразимо приятным и успокаивающим.

– Вы готовы вернуться домой?

Взятых в плен ассасинов и наёмников после очередного совместного совещания было решено отпустить – по ряду причин. Даже учитывая тяжесть вины, по сути в ходе двух нападений они лишь понесли потери, не причинив настоящего ущерба. Если бы погиб кто-то из обитателей или гостей Полуночи, приговор был бы иным, но нам повезло, а следовательно, повезло и выжившим пленникам. Темница оказалась на время недоступна, а присматривать лично и кормить целую ораву вчерашних захватчиков выходило слишком накладно. По той же причине их нельзя было заставить искупить вину службой – не в условиях столь ограниченных ресурсов. Командиры дали клятву, схожую с той, что я взял с Энвина и Эйвин. Теперь они могли вернуться в замок только чтобы предложить свои услуги.

Ещё один положительный эффект – распространение слухов о том, что Полночь невозможно взять грубой силой, даже если напасть исподтишка. Если кто-то из лордов львиной империи всё же решит повторить затею близнецов, у местных бойцов по найму будет куда как меньше энтузиазма.

Выполнение «побочного квеста» сказалось на мне куда тяжелее, чем я хотел бы признать. Дневной сон пришлось вырывать у организма с боем – вскакивая каждый час и убеждаясь, что замок не берут штурмом. Александр назначил патрули во всех ключевых зонах, и при любой угрозе меня подняли бы первым, но попробуй это объясни взвинченному подсознанию! В обрывках кошмаров я продирался сквозь горы свежих трупов, используя лапы, когти и зубы. Я рвал и кромсал, откусывал большие куски тёплого мяса, перепачкавшись в крови словно ребёнок – в первом в жизни малиновом варенье. Трупы не возражали, лишь следили за мной открытыми глазами в молчаливом осуждении.

Где-то во второй половине дня ко мне в спальню завалилась очень сонная Луна. Не слушая никаких возражений, она стянула через голову верхнюю одежду, оставшись полуобнажённой, после чего… крепко меня обняла и моментально заснула. Какое-то время я гадал, был тому виной внезапный приступ сомнамбулизма или рекомендация Кас, но вскоре ощущения тепла и мягкости заглушили все мысли. Погрузившись в это тепло, вдыхая знакомый и родной запах, я закрыл глаза и провалился в глухой сон до глубокой ночи. Мне не снилось ни грёз, ни кошмаров.

Полночь никто не атаковал. Близнецы держали клятву, а их враги были лишены как информации, так и возможности. Проблема из Ноарталя оказалась не то что бы решена, но поставлена на паузу, буквально до лучших времён.

До похода к сердцу Полуночи осталось четверо суток. Но одну из ночей нужно было потратить на ещё одно неоконченное дело.

Мне казалось, что к текущему моменту я в достаточной мере овладел магией переноса с помощью основного замкового портала. Два успешных использования – не слишком много, но и немало, учитывая то, что второе было нацелено на мир, который я мог представить лишь по описанию. И всё-таки, стоя перед ещё не открытыми большими дверями, я колебался.

– Это ваш родной мир, Вик, – мягко напомнила Кас. – Хорошо знакомое место. Всё должно пройти гладко.

– Должно, конечно, – проворчал я. – Меня просто смущает одна мелочь…

– Я могу с этим помочь?

– Не уверен. Понимаешь, каждый раз, когда я телепортируюсь, то почему-то прихожу в себя… в гробу.

Кас смотрела на меня пару секунд, прежде чем в её глазах промелькнуло понимание.

– В башне Вечности, был не гроб, а особая камера, защищённая от временных искажений.

– Ага. Зато в Ноартале – самый натуральный гроб, ещё и в подземных катакомбах.

– Но ни там, ни там у вас не было надёжных ориентиров. Вик, вы же способны представить в деталях своё жилище на Земле?

– Вполне способен.

– Как далеко от него ближайшее кладбище?

– Не очень близко, – прикинул я. – Километра три-четыре точно.

– В таком случае вам не о чем тревожиться. Магия переноса может быть капризной, но она подчиняется правилам. Вы сделаете всё как надо и окажетесь там, где должны оказаться.

Её уверенность подкупала, но что-то мне подсказывало, что иногда капризы магии переноса могли перевешивать даже устоявшиеся правила. Просто те, кто с этим столкнулся, уже никому об этом не расскажут.

– Давай так, – сказал я. – Если я всё-таки открою глаза в чужой могиле, особенно закопанной поглубже, ты вытащишь меня немного пораньше.

– Ничего не могу обещать.

– Кас!

– Это была шутка, Вик. Вне всяких сомнений, я приду вам на помощь.

Открыть главные двери ключом на шее, сосредоточиться и коснуться безупречно-чёрной поверхности портала. Представить Землю, представить родной город, представить квартиру, в которой жил последние пару месяцев. Процесс в самом деле несложный, и вызывающий «правильный» отклик от разворачивающегося заклинания. Перед телепортом в Ноарталь я волновался, как отреагирует на все эти прыжки магическая шкатулка, но однажды попав в Полночь, артефакт послушно дожидался меня в хранилище-чулане, словно понимая финальный пункт своего назначения.

Больше никаких лишних мыслей, только образы места прибытия. Сжать кулак, изъявляя волю, и на этот раз – никаких гробов!

Спустя неопределённое время я открыл глаза в полной темноте, и на ощупь определил вокруг деревянные стенки. Лишь мысль, что неплохо было бы экономить воздух, удержала меня от того, чтобы заорать.

Спокойствие, вдох, выдох. В худшем случае Кас быстро вытащит назад, а пока что – заново оценить обстановку. Где ты видел настолько здоровенный гроб, да ещё и стоящий вертикально? А это что, вешалки?..

Шкаф. Меня забросило внутрь шкафа. Судя по немногочисленным предметам одежды – вполне конкретного шкафа, что стоял недалеко от моей кровати в съёмной квартире. Была то шутка Полуночи, либо неизвестной сущности, отвечающей за механизм магического переноса – не знаю, но я оценил её в полной мере. Пожалуй, пора выбираться и уладить намеченные дела – на всё про всё одна ночь. Без поддержки замка я больше не мог бодрствовать круглые сутки, проживая одну жизнь на два мира, так что время стало куда как более ценным ресурсом.

Я заново нащупал дверцы шкафа – и замер, услышав голоса снаружи.

– Его в натуре тут нет.

– Он же не тупой, мог и другую хату снять. Или завалиться к кому.

– Или вообще из города свалить. Чё гадать-то? Крест сказал проверить – проверяем.

– Ну, типа, проверили. Валим?

– Погоди ты, ещё не всё осмотрели.

– Серый, ты опух? По-твоему, он в шкафу сидеть будет?

– Крест сказал проверить…

Я не стал дожидаться финала интригующего спора, резко развернулся и пинком распахнул дверь шкафа изнутри. Двое мордоворотов, оказавшиеся на прицеле Райнигуна, пребывали в таком шоке, что онемели секунд на десять. Судя по лёгкому бардаку, они уже успели обшарить комнату – то ли искали зацепки, то ли просто решили прикарманить себе что-то ценное.

Полагаю, их ждало глубокое разочарование.

– Странное дело, – ровным голосом сказал я. – Крест произвёл на меня впечатление крепкого профессионала. С чего бы он нанял кого-то вроде вас?

– Виктор Игнатьевич… мы же это… со всем уважением!

– Мы даже дверь не ломали!

– Блеск. Инициатива исходила от Богданова?

– Да нам просто сказали проверить…

Пока первый что-то мямлил в оправдание, второй молчал – как мне показалось, виновато. Я ещё раз оглядел комнату, и теперь заметил, что корпус новенького компа стоял развинченным – видимо, додумались вытащить эсэсдешник. Заметив направление моего взгляда и резко изменившееся лицо, молчащий громила побледнел.

– Я, кажется, задал простой вопрос, – всё ещё спокойно сказал я. – Инициатива шла от Богданова?

– Н-нет. Вроде нет.

– Ясно. Всё, что собрали тут, остаётся тут. Пять минут на разгрузку и на выход, время пошло.

Вне зависимости от того, взламывали эти два дебила дверь или нет, а замки в итоге всё равно придётся поменять. На съёмной квартире, что, несомненно, вызовет бурный восторг владельца. Такая вот для разнообразия чисто земная проблема, в отрыве от ужасов и магии, окружающих Полночь. А ещё надо проверить холодильник и выкинуть всё испорченное, подобрать нормальную одежду для выхода в город, зарядить мобильник, дважды перекочевавший из одного мира в другой…

Дальше уже шли дела посерьёзнее. Связаться с Богдановым, объяснить ситуацию и вежливо попросить, чтобы подобные визиты не настигли меня в будущем. Я полагал, что Анна должна была сделать это ещё неделю назад, но тут неизвестно, чья паранойя взыграла сильнее обычного – Креста, как сообщили двое «братков», либо всё-таки его шефа. Затем, собственно, встретиться с Анной и Илюхой. Убедиться, что они в самом деле живы. Рассказать об обстановке в Полуночи и ближайших планах.

Попрощаться на всякий случай. Мало ли как оно выйдет?

– Я, знаешь ли, не особо хилер, – проворчал Илюха. – Лечить умею только базово, самые азы. Вот танк или дамагер – да, вполне приличный…

– Дуб из тебя приличный, – отозвалась Анна, но скорее по привычке, без раздражения. – За две недели практики четвёртый уровень не осилил, всё с пятым мучаешься.

– Сама и того не умеешь.

– Сам знаешь, что рана не даёт.

– Ну тогда и помолчи, дай дело сделать.

Большая кухня у Илюхи временно превратилась в подобие госпиталя, с разбросанными упаковками от послеоперационных пластырей, бутылочками с антисептиками, обезболивающими таблетками и прочим. Но основной метод лечения был всё же магическим – по три раза в день незаживающий след от укуса на шее Анны требовалось «облучать» неким целительным светом, который Илюхе давался с изрядным трудом. Выздоровление эмиссара Полуночи шло кошмарно медленно, но всё-таки шло – и Анна при всём огромном недовольстве не могла этого отрицать.