Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Никита Муравьев,Игорь Перах,Ирина Фуллер,Сергей Евтушенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 100 (всего у книги 328 страниц)

Даже учитывая небольшую задержку в начале, на обычно получасовую дорогу мы потратили не более пятнадцати минут.

Дальнейший путь по череде открытых дворов, сменяющийся небольшими переходами сквозь внутренние помещения, оказался куда проще. Самым опасным эпизодом была каким-то чудом уцелевшая гаргулья, упавшая на нас с высокого парапета. Я вовремя заметил движение, но Мордред опередил меня, поймав тварь в воздухе ударом двуручника и расколов надвое. Пожалуй, если бы мы с ним в своё время отправились выкуривать Оррисса из башни, не понадобился бы даже профессиональный отряд гноллов.

Последний кусок оказался самым долгим – поскольку мне пришлось дважды сверяться с «картой» дальнего зова и задействовать поисковый амулет. Мы спустились в какое-то старое хранилище: глубокое, страшно разветвлённое и наполовину разрушенное. Похоже, что когда-то здесь был общий склад для оружия, брони и механических деталей, но не факт, что его толком использовал даже Бертрам. Некоторые коридоры охраняли дуллаханы, выглядящие настолько паршиво, что их было толком не узнать. Ржавые доспехи едва держались на них кусками, в качестве оружия выступали какие-то заострённые балки, а то и вовсе ничего. Мордред раскидывал этих бедолаг пачками, пока мы спускались глубже и глубже. Там, где дорогу преграждали двери – двери выбивались. Один небольшой завал в нужном коридоре был проплавлен насквозь драконьим пламенем.

Анна, Геннадий, Адель, Хагга и Кас обнаружились на самом нижнем этаже. Они дружно отбивались от целой оравы ржавых безголовых, заняв стратегическую позицию в хорошо обороняемом складском помещении. Точнее, отбивались все, кроме Геннадия – тот благоразумно стоял за спинами своих защитниц.

На стороне безголовых была численность, на стороне Геннадия с девушками – Бенедикт и… четыре мимика. Один из них притворялся дверью, то пропуская врагов внутрь, то захлопываясь в нужный момент, позволяя уничтожать тех порциями. Сундук и два ларца подстерегали дуллаханов на входе, роняя на землю и удерживая на месте. Дальнейшее было делом техники.

Безголовые не ожидали, что к их неожиданным жертвам явится столь же неожиданное подкрепление. Результат не заставил себя долго ждать.

– Вы не слишком торопились, – ласково улыбнулась Анна, утирая со лба пот со следами ржавчины. Я заметил, что её рука слегка дрожит.

– Да вы и так тут неплохо справлялись. Извини, стоило проверить твоё состояние раньше.

– Признаю, это было даже весело. Заодно и сразу со всеми познакомилась.

– Со всеми – это сильно сказано. Но, кстати, весь наш отряд для измерения кошмаров в сборе.

Я планировал это как простую шутку, но Анна посмотрела на меня, как будто я сказал самую серьёзную вещь в мире.

– В самом деле? Если хотите, я открою портал немедленно, Вик. Теперь я знаю, что для этого нужно.

Глава четырнадцатая

Доставка Анны в Полночь прошла с шероховатостями, и единственное, чем я себя утешал – всё могло сложиться гораздо хуже. Кас, обратившись в баньши, добралась до механической мастерской по воздуху за считанные минуты. Затем, мобилизовав Адель и Хаггу, она воспользовалась правом кастеляна и воззвала к Полуночи напрямую, чтобы та направила её к заблудшим душам. Раньше Кас обращалась к этому праву только чтобы отыскать меня, но сейчас ситуация сложилась исключительная. Таким образом, трио спасательниц добралось до Анны и Геннадия на добрых пятнадцать минут раньше моего отряда, а умница Хагга по дороге захватила трёх подвернувшихся мимиков, пообещав им персональный пир за труды.

Обещание пришлось исполнять мне, но я был не против. Пригодились запасы змеиного и жабьего мяса, собранные в карман для материалов, и зубастые наёмники остались весьма довольны.

Помощь подоспела не просто вовремя, а в самый последний момент. Геннадий в принципе не владел боевыми заклятиями, и был слишком измучен после телепорта, чтобы даже уйти в невидимость. Анна призвала Бенедикта и сражалась изо всех сил, но тоже потратила ранее слишком много энергии. К тому же, им не повезло угодить на участок неподалёку от логова ржавых дуллаханов, а затем разбудить почти всех разом.

Возможно, Полночь воскресила бы своего эмиссара в собственных стенах, но без гарантий. В хрониках вечных замков существовали прецеденты, в основном – со знаком минус. Геннадия бы точно никто не спас, разве что его душа после смерти осталась бы в распоряжении Полуночи.

– Это… большая честь, – слабо улыбнулся он. – Но, боюсь, из меня даже не вышел бы приличный слуга.

– Не наговаривайте на себя, – спокойно сказала Кас, с ноткой сочувствия. – Вы могли быть возвращены и с честью служить Полуночи много столетий.

Возвращать, видимо, предполагалось мне, предварительно подобрав подходящую комнату и должность. Хотя Кас, кажется, забыла, что Полночь в последнее время не нанимала слуг-мужчин, так что сперва требовалось решить и этот вопрос.

Геннадий не нашёл, что ответить – видимо, переполненный чувством благодарности.

Но сильнее всего инцидент повлиял на Анну. Когда ржавые монстры обступили её со всех сторон, а помощь ещё не подоспела, ей явилось откровение.

– Кошмар… он позвал меня, – рассказывала она, крепко вцепившись в мою руку, пока мы возвращались назад. – Он открыл мне, как войти в него, чтобы спастись, сохранить жизнь. Я… я могла сделать это прямо там, в любой момент.

– Почему не сдела-ла? – уточнила Адель.

– Потому что погружаться без подготовки – это попросту самоубийство, – нервно усмехнулась Анна. – Кошмар не хотел меня спасти, он просто… воспользовался нашей связью, чтобы сожрать меня лично. Шанс, что я выживу, был ничтожен. А здесь… здесь я знала, что Вик придёт за мной.

Кас не стала уточнять, что первой за Анной пришла она. В конце концов, спасательная операция была нашим совместным предприятием, а проходить и пролетать сквозь стены я пока не умел.

Все остались живы. Но почему-то я всё никак не мог спокойно выдохнуть.

Следующие три ночи пронеслись как в тумане. Финальный этап подготовки похода к Авалону почти не требовал моего участия, так что я старался очистить как можно больше территории, используя силу, дарованную Полуночью. Запутанный коридор, зал следом за ним, почти всё пространство вокруг литейной – та ещё восстанавливалась, но с очищенной ключевой комнатой процесс шёл гораздо легче. Я чувствовал, как мой замок вздыхает от облегчения каждый раз, когда прирастает очередным помещением и коридором, пусть и побочным. Эхо этого облегчения прокатывалось и по мне, но только эхо.

В промежутках между очищением я тренировал драконят и наставлял их на случай, если наше с Кас возвращение пройдёт не в назначенный срок. За старших в Полуночи оставались Луна, Кулина, Терра и Адель – к ним всегда можно было обратиться за советом. С базовыми угрозами вроде внезапного нашествия враждебных теней могла разобраться гвардия и Жнец. При вторжении через грамотно наведённый портал подключались все активные слуги. Если их не хватало – в бой шли молодые драконы, сжигая любого врага. Ава и Ян уже были не теми малышами, которых Альжалид поймала в ледяную клетку. Но всё-таки, при всей разрушительной мощи им недоставало опыта. Кто-то мог попытаться нагрянуть в замок лишь чтобы похитить юных драконов – и мне всеми силами хотелось избежать подобного сценария.

Хагга теперь отвечала не только за изготовление ловушек – которых она успела смастерить штук пятьдесят – но и за переговоры с мимиками. Теми, разумеется, кто был готов её слушать, а не безмозглыми кусаками. Она передала, что моя репутация среди зубастого сообщества Полуночи находилась на солидном уровне, и была готова попробовать завербовать самых сообразительных. Интеллект отдельно взятого мимика, не слопавшего редкий магический амулет, находился в лучшем случае на уровне шестилетнего ребёнка, но это было гораздо лучше, чем ничего. Одно дело – разрозненные мимики-тени, лишь изредка собирающиеся в стаи, как зубастые книги, другое – сплочённый и обученный отряд.

Кажется, придётся договариваться с ещё одной гильдией мясников для увеличенных поставок жратвы.

В эти ночи и дни я много общался со своими девушками, когда они не были заняты. Помогал Хвое с уборкой урожая плодов и семян, вместе с Кулиной кормил драконят, переносил слитки железа и новых сплавов в кузницу Луны, сортировал с Литой старые книги по изобретённой ей системе. Жизнь в Полуночи бурлила в преддверии большого похода, и я как никогда ощущал её ценность. Полночь была не просто моей вотчиной, владением, обязанностью. Она окончательно стала моим домом, самым родным и желанным, наполненным людьми, которых я любил всем сердцем. Однажды прикоснувшись к неизведанному, я решил нырнуть в него с головой, пусть оно и смотрелось скорее как проклятие. А теперь всего, чего мне хотелось – сделать это место настолько живым и счастливым, насколько это вообще возможно.

Подходящее намерение для тёмного лорда, не так ли? Пожалуй, пора возвращаться к очищению коридоров.

Неудивительно, что к концу каждой ночи я чувствовал себя выжатым лимоном и падал в постель, не раздеваясь, чтобы погрузиться в сон без сновидений. Впрочем, на третий день я проснулся спустя пару часов сна и понял, что заснуть больше не выйдет.

Надо бы набрать книг из библиотеки, чтобы в следующий раз было что почитать.

Я рывком встал с кровати и хмуро направился в тронный зал, где сел на своё законное место и занялся осмотром Райнигуна. Минут через десять меня отвлёк знакомый меланхоличный голос:

– Хозяин Полуночи стережёт покой своего замка даже днём?

– Не знаю, как насчёт хозяина, – проворчал я. – Но его бессонница точно стережёт. Тут бы пригодился твой трюк с щелчком пальцами.

– Ты – фигура слишком высокого полёта. Не сработает, уж точно не в центре твоих владений.

Асфар Риидский подошёл поближе к трону, захватив по дороге самый удобный из гостевых стульев и уселся с видимым комфортом. По его лицу казалось, что он сам спал в сутки не больше пары часов – за счёт вечных мешков под глазами.

– В общей сложности я испепелил трёх обезумевших слуг, – сказал я, со вздохом отправляя Райнигун назад в кобуру. – Не испытываю от этого ни малейшей радости, но факт остаётся фактом. От механика я получил дополнительный заряд ключа, а от сокровищницы и литейной – огромный, жирный… вопрос.

– У замка спрашивал?

– Спрашивал. Это один из автоматических процессов, с элементом случайности. По идее, должен был усилиться Райнигун, но как – не пойму, хоть убей. Я его даже на опознание Арчибальду предлагал – бесполезно, слишком личная вещь. А ведь он его когда-то помогал создать.

– Тогда только проверка на практике, – флегматично сказал Асфар. – Как и в прошлый раз.

– Спасибо, капитан Очевидность.

– Всегда пожалуйста. Замечу, что иногда лучше очевидный ответ, чем в корне неверный.

Асфар встал со стула и подошёл к окну, бесстрастно взирая на день в мире Полуночи сквозь толстое стекло и пелену магического барьера.

– Отсюда много не увидишь, – сказал я. – Если хочешь, ночью проведу тебя на стену.

– В другой раз. Мне достаточно увидеть чистое небо и яркую зелень – на Рииде этого почти не встретишь.

– Сочувствую.

– Благодарю. Но это ещё можно изменить, если начать прямо сейчас.

Я не стал отвечать. Практика показывала, что политики любых миров неохотно глотают экологическую повестку. На Рииде мне ещё бывать не доводилось, но, если судить по упоминаниям тут и там, этот мир держался на волоске от полной катастрофы. Как Асфар планировал менять вещи – неизвестно, пусть как-нибудь расскажет сам, если захочет поделиться.

– Сколько дверей надо открыть, чтобы дойти до лазарета?

– А? – его вопрос застал меня врасплох.

– Двери, – повторил он. – Лазарет.

– Всего две.

– Зарядов ключа хватит?

– Да. Хотя гораздо проще дождаться начала ночи.

– С началом ночи я покину Полночь, – сказал он, как мне показалось – с сожалением. – И до этого хотелось бы хоть немного рассчитаться с долгом. Гроши против драгестола, но моя совесть будет спокойнее.

Я поморщился, а затем встал с трона, слегка потягиваясь. На самом деле гибель механика не просто прибавила один заряд к ключу от всех дверей, она запустила целый процесс, где новые заряды добавлялись со скоростью примерно раз в месяц. Сперва мне казалось, что третий появился после испепеления хранительницы сокровищницы, но потом выяснилось, что их уже на тот момент было как минимум четыре.

– Асфар, – проникновенно сказал я, когда он поравнялся со мной. – Слушай внимательно. Я не беру долги с друзей, даже если бы те были более серьёзными, чем пара сундуков с золотом.

– Десять сундуков.

– Да хоть двадцать. Без тебя я бы не очистил сокровищницу, и с подготовкой Геннадия ты здорово помог. Ты мне ничего не должен, и не обязан задерживаться на лишние полдня.

– Я задерживаюсь ровно на столько, на сколько планировал, – он равнодушно пожал худыми плечами. – И если не в качестве долга, тогда считай мою небольшую помощь обычным дружеским жестом. Пойдём?

Терра крепко спала в своём закрытом гробу, на двух стоящих отдельно кроватях в отгороженной зоне расположились её помощники. Обычно дневной сон в Полуночи был гораздо крепче обычного, но сегодня на нас с Асфаром правила не действовали. Не задавая лишних вопросов, он проследовал в дальний конец лазарета, остановившись у двух женских фигур, лежащих на кроватях в углу. Изящные девушки в полупрозрачных одеяниях выглядели ровно так же, как и в ту ночь, когда посланник Князя в Жёлтом решил преподнести мне их в «подарок». Терра заботилась о них, но дрёма Йхтилла относилась к тому разряду высших проклятий, что нельзя было преодолеть даже с помощью защитных артефактов.

– Схема очень простая, – негромко сказал Асфар, словно боялся разбудить спящих. – В Рииде, Ланге и сопредельных мирах нет отбоя от нищих семей, жаждущих шанса пробиться повыше. Раз в год устраивается большой праздник, театральное представление, в котором участвуют все, лорды и нищие. Когда по окончанию торжества исчезают бедные, но талантливые юноши и девушки, их родители знают, что те добровольно посвятили себя служению Князю. Семьи получают компенсацию, удачу на весь следующий год, а иногда и просто золото. Дети отправляются в Йхтилл. Скажем так, судьба танцовщиц считается одной из самых завидных.

– Оттого проклятье и нельзя снять? – мрачно спросил я. – Из-за «добровольной» основы?

– Как один из факторов. Но «нельзя» – слишком сильное слово. Владыка туманного Йхтилла, вечно правящий под чёрными звёздами, тоже дремлет, и склонен забывать про бесполезных слуг. Как долго они спят у тебя в лазарете?

– Около семи месяцев.

– Хорошо. Самое время.

Асфар не стал чертить магических кругов, произносить или петь заклятия или даже использовать сторонние компоненты. Вместо этого он наклонился к танцовщицам на кроватях и звучно хлопнул над ними в ладоши. Один раз, второй.

Третий.

Обе девушки синхронно открыли глаза и приподнялись на кроватях, в ужасе осматриваясь по сторонам. Но уже через пару секунд – медленно опустились назад, и вновь погрузились в сон.

– Не сработало? – спросил я с досадой.

– Посмотри внимательней.

Я посмотрел – и обнаружил заметные отличия. Дрёма Йхтилла больше напоминала глубокую кому, а теперь танцовщицы сопели во сне, как нормальные живые люди, да ещё и повернулись на кроватях впервые за многие месяцы.

– Проснутся в начале ночи, вместе со всеми, – сказал Асфар. – Мой совет – найди им работу в Полуночи, не отпускай далеко. Князь мог забыть про них, но отметину жёлтого знака из их душ не могу стереть даже я.

– Спасибо. Мне рассказать им, кто их спас?

– Кто? – равнодушно спросил Асфар. – Скорее, «что». Могущество Полуночи, великодушие её хозяина и мастерство целительницы. Уж точно не верный вассал Князя, не способный и помыслить о нарушении Его воли.

– Намёк понят.

Мы вышли во двор, под яркие солнечные лучи, лишь слегка преломленные большим барьером. Асфар зажмурился, подняв лицо к небу, и его вечно усталое лицо впервые за долгое время выглядело умиротворённым. Я же чувствовал, что вполне способен вернуться к себе в покои и снова заснуть – завтра предстояла важная ночь.

– Вик.

– Да?

– Ты должен знать кое-что о месте, через которое ты и твой отряд отправитесь к Авалону.

– Кажется, за последнюю неделю я узнал о нём даже слишком много, – невесело улыбнулся я. – Но любая информация не будет лишней.

– Никто не способен… править миром кошмаров, – медленно сказал Асфар. – Но Князь в нём не пленник и не жертва, а дорогой и желанный гость. И если он может забыть о ничтожных слугах, то об уязвлённой гордости будет помнить вечно.

– Зашибись, – буркнул я. – Мне ожидать его прямо на входе или чуть попозже?

– Если повезёт, он вообще не узнает об этом походе. Ты видел жёлтый знак, но не принял его, отказался от союза и не пил из вод Демхе. У тебя есть шанс проскользнуть.

Звучало, конечно, потрясающе оптимистично. Но хотя бы с нами был Мордред, а он уже проявлял себя в битвах со Знающими. Мои силы тоже возросли, пусть всё ещё не до той степени, чтобы всерьёз противостоять Князю на дуэли. Что-то мне подсказывало, что второй раз он не купится на приём с Оковами Судьбы.

И всё-таки, в измерение кошмаров я отправлялся не один, а это здорово поднимало шансы.

Разумеется, вскоре я пожалел о своём излишнем оптимизме.

…Вокруг вновь царила темнота, пахнущая пылью и нафталином. Не давящая, хоть на том спасибо, но совершенно не та, которую ожидаешь, когда просыпаешься на кровати в любимом замке. Пусть даже и ночью – нет, эта темнота не имела никакого отношения к ночной. Я опять оказался где-то заперт, и это прямо-таки выводило из себя.

ХРЯСЬ!

Дверца шкафа распахнулась с жалобным скрипом, выпуская меня наружу. Что-то было конкретно не так. Незнакомый интерьер – комнатушка, забитая дряхлой, но отчётливо земной мебелью. Отклеивающиеся обои, продавленная кровать с пожелтевшими простынями, рассохшаяся тумбочка с набором старых икон, треснувшее зеркало, остановившиеся часы на стене. И запах, запах очень старого человека, то ли живущего здесь, то ли скончавшегося много лет назад.

Я что, снова телепортировался на Землю? Сам того не заметив? Да ещё и перенёсся не в нынешнюю квартиру, а одну из соседских в своём старом доме? Точно не к бабе Нине, у неё всегда было чисто… А затем я бросил беглый взгляд в окно – и застыл, больше не отводя глаз.

Это была не Земля и не мой город.

Это было его искажённое отражение в первом кластере кошмара.

Глава пятнадцатая

Одна из основных опасностей погружения в измерение кошмаров была связана с памятью. Человек во сне, самом обычном сне, как правило не может отличить его от реальности, и забывает о том, что лёг спать. Мир кошмаров мимикрировал под сон, забираясь в голову к своим посетителям и скрывая отрезки памяти под пеленой тумана. Это означало, что даже самые опытные, подготовленные маги, могли погибнуть чуть ли не в первые минуты после погружения – попросту забыв, где они и что происходит. Хуже всего, что от потери памяти не существовало никакой надёжной защиты. Рано или поздно воспоминания возвращались – но иногда «поздно» означало «слишком поздно».

Сейчас, ошеломлённо взирая на развернувшийся за окном сюрреалистичный пейзаж, я вспоминал события прошедшей ночи, одно за другим. Окончание подготовки к походу, последнее уточнение ролей на время отсутствия меня и Кас, объятия и прощания, проведённый Анной ритуал и беспросветную тьму открывшегося портала. Мне повезло – я вспомнил всё это в течение пяти-десяти минут после погружения в кошмар. Либо дело было вовсе не в везении, а в моём статусе хозяина Полуночи. Или же в невидимом и неизмеримом сопротивлении магии.

Только вот моих спутников рядом не оказалось – а это значит, что они могли быть раскиданы по всему кластеру. И вовсе не факт, что их память вернётся столь же быстро, как и моя. Кас, Анна, и уж тем более Мордред могли постоять за себя. Но одновременно с этим, они оказались… здесь.

Я много лет жил на Земле в одном из самых паршивых районов города, и мог опознать признаки разрухи с первого взгляда. Но тут за окном находилась не просто разруха, а настоящий ад, с отдельными признаками городской среды. Руины под нависшим свинцовым небом, беспорядочно торчащие из сплошного чёрного болота. Болота, по консистенции напоминающего медленно бурлящий кисель. Непроглядная жижа затопила всё на уровне первых этажей, и только теперь я осознал, что типичный «старческий» запах в квартире во многом исходил не изнутри, а снаружи. Чёрное болото воняло дряхлостью и разложением, от которого невозможно было скрыться.

Тут и там виднелись разрушенные и полуразрушенные здания, покосившиеся фонари и опоры ЛЭП с оборванными проводами. Я находился в одном из немногих уцелевших домов – судя по всему, типовой пятиэтажке, как две капли воды похожей на мой старый дом. Впрочем, когда я собрался с силами и вышел на балкон, задержав дыхание, то прояснилось сразу три вещи. Первая – дом в самом деле был пятиэтажным, и я оказался на пятом этаже. Вторая – он был не одним из единственных, а единственным уцелевшим в округе. Третья – его никаким образом нельзя было назвать «типовым».

Как огромная уродливая каменная змея, «хрущёвка» растянулась на сотни, если не тысячи метров вперёд, заворачивая под неожиданными углами. С балкона невозможно было рассмотреть, как далеко она длится, но создавалось впечатление, что до горизонта. Измерение кошмаров было не вполне настоящим местом, и всё же я невольно задумался над «лором» этого кластера – считалось ли, что дом изначально построили в таком виде или множество пятиэтажек в какой-то момент слились в одну?

Мои размышления прервал едва различимый булькающий звук, раздавшийся из-за спины.

Первый «житель» кошмара и, вероятно, хозяин квартиры, выглядел подобающе окружающей среде. В его верхней половине всё ещё угадывались человеческие черты – ссутулившегося старика в замызганной майке и роговых очках с толстыми стёклами. Но вся нижняя половина, от середины груди и живота, представляла из себя эдакого чёрного слизня, невыносимо отвратительного вида и запаха. Я успел заметить его и заскочить назад в комнату, пока Райнигун сам собой оказался у меня в правой руке. Но существо абсолютно меня проигнорировало, живо направившись в сторону открытой балконной двери. Издав нечто среднее между вздохом искреннего счастья и клокотанием забитого кухонного смыва, оно перевалило за перила и отправилось вниз, без плеска исчезнув в чёрной жиже. Одновременно тот же самоубийственный паттерн повторили другие жильцы пятиэтажки, выпадая из соседних окон и балконов.

Мне кажется, или болото внизу радостно забулькало, приняв последнего «ныряльщика»?

Не знаю, как насчёт того, чтобы погибнуть, но это место идеально подходило, чтобы сойти с ума. Надо как можно скорее отыскать остальных, а затем открыть проход в следующий кластер. Мордред объяснял, что для этого требовалось, но его слова ускользали из памяти. Ничего, главное, чтобы он сам помнил.

Вперёд, вперёд, пока работают мозги.

Из несомненных плюсов окружающего меня безумия я мог отметить лишь то, что всё моё снаряжение и способности остались при мне. Оружие, артефакты, медикаменты, провиант, сила «Зверя» и бафы от еды Кулины. Первым делом я убедился, что квартира осталась пуста, и сюрпризы от жильцов меня в ближайшее время не ждут. Затем нырнул в дальний зов, получив приблизительную карту местности. Я находился в самом дальнем конце «змеи» пятиэтажки, Анна и Кас – через несколько сотен метров впереди. Мордреда можно было найти позже, с помощью амулета, если он сам не попадётся на глаза до того. Я сомневался, что пропущу трёхметрового рыцаря, активно наводящего шороху в декорациях этой развалюхи.

Для быстрого перемещения логичнее всего было бы выбраться на крышу, спокойно дойти до нужного сегмента и снова забраться внутрь через ближайший балкон. Только вот «старческая» вонь на открытом воздухе становилась совершенно непереносимой, так что от неё начинала кружиться голова и перекрывало дыхание. Удушающий газ как есть, только в самом омерзительном из всех вариантов. Я взвесил, не стоит ли попытаться перестроить лёгкие «Метаморфом», чтобы задерживать дыхание минут на десять-пятнадцать, но отбросил эту идею. Эксперименты со внутренними органами лучше оставить на более безопасную обстановку.

Значит, пока что следуем по «задуманному» маршруту. Эту часть рассказывала Анна – кластеры кошмара обычно были выстроены как своеобразные «данжи» в видеоиграх, то ли сгенерированные случайным образом, то ли сотворённые чьим-то больным разумом. Если придерживаться местных правил перемещения, можно было найти награду. Но гораздо, гораздо чаще – мучительную смерть.

Спасибо хотя бы на том, что кошмарная пятиэтажка была устроена по «гостиничному» типу – длинные коридоры с рядами квартир по обеим сторонам, сходящиеся на единственной площадке в центре. Это делало перемещение в рамках одного дома заметно проще. Впрочем, для перехода в следующий сегмент всё равно требовалось выбраться на пожарную лестницу и, задержав дыхание, перебраться дальше. Не самая сложная задача, если не считать незначительных препятствий по пути.

Первое настоящее чудовище поджидало в конце коридора, перед призывно открытым выходом на пожарную лестницу. Я когда-то читал про пауков, роющих засадные норы в песке и затыкающие выход хитиновым диском на собственном брюхе. Здесь же один из участков древнего деревянного пола выглядел чуть иначе, чем остальные – и едва заметно подрагивал.

– Хорошая попытка, – буркнул я. – А теперь покажи-ка, что ты есть на самом деле.

Одним движением я выломал дверную ручку ближайшей квартиры и с размаху запустил в сторону дрожащего пола. Мимик мира кошмаров тут же вскинулся, взвился в воздух и рванул в мою сторону – уродливая склизкая тварь на ногах-ходулях и с пятью хватающими многосуставчатыми руками. Ни головы, ни рта, ни даже зубов – мимики Полуночи оскорбились бы сравнением с этой страхолюдиной.

Выстрел из Райнигуна обратил её в прах на подходе. Сама виновата, могла бы спрятаться и получше.

Вскоре логика кошмарной пятиэтажки стала более понятна. Она предоставляла своего рода нелинейное прохождение для всех типов посетителей. Скажем, для внимательного, но не вооружённого человека было бы не сложно заметить мимика и обойти его, спустившись на этаж ниже. Умеющий ходить бесшумно мог прокрасться мимо, ну а «силовик» в моём лице просто уничтожил чудовище. Все дальнейшие этажи, коридоры и квартиры каждого из сегментов выглядели как лабиринты, напичканные подобными выборами. Почти нигде нельзя было просто пройти по коридору напрямик – либо из-за завалов, либо искусственных перегородок. Альтернативные пути пролегали через другие этажи – либо через квартиры, связанные разрушенными стенами.

Надо сказать, опасных монстров здесь было сравнительно немного. Обитатели квартир в основном представляли из себя совершенно пассивных созданий, которые бессмысленно перемещались из комнаты в комнату, пока вдруг не срывались с места, чтобы утопиться во внешнем болоте. «В основном» – поскольку попадались и исключения.

Безобразно вытянутая фигура от пола до потолка, напоминающая перевёрнутую кверху ногами тень человека. Сперва казалась безучастной, но шустро потянулась ко мне, стоило лишь пошевелиться.

Нечто сопящее, чавкающее и хлюпающее, то ли скрывающееся за платяным шкафом, то ли вселившееся в него. Я не стал тратить пулю, проскочив мимо – шкаф всё равно не мог пролезть в ту пробоину, куда пролез я.

Живая «люстра» на потолке, отдалённо напоминающая полуразложившегося кальмара. Чудовище сочилось чёрной жижей, но оставалось совершенно бесшумно. Райнигун оказался быстрее его ловчих щупалец.

Стоило заметить, что практически всех встреченных мной тварей, непохожих по внешности, роднило одно – с ними совершенно не хотелось контактировать даже оружием ближнего боя, не то, что руками. Все они пропитались насквозь, либо частично состояли из той же дряни, что и болото снаружи. И что-то мне подсказывало – эта дрянь была заразна. Допустим, амулеты от проклятий или подарок Альхирета меня защитят, а что если нет? Опять же, без Райнигуна мне пришлось бы куда тяжелее, но каково сейчас приходилось моим спутникам? Эта мысль гнала меня вперёд, заставляя срезать углы, выбивать двери, оставляя за спиной один сегмент за другим. Огоньки душ Кас и Анны были совсем близко, если не в этом здании, то точно в следующем…

Преодолев очередную пожарную лестницу, я забрался в первую попавшуюся комнату – и услышал приглушённые голоса из-за стены, ведущей в соседнюю квартиру. До этого момента местные монстры не издавали иных звуков, кроме бульканья да хлюпанья, но бережённого бог бережёт.

Стена была покрыта мелкими трещинами, и я прижался к ней ухом, вслушиваясь в разговор.

– … я могла бы пролететь назад и проверить.

– Без затрат сил?

– С некоторыми затратами. Я справлюсь.

– А если его там нет? Нам придётся отправиться ещё и за тобой, туда и обратно.

– Опасный… путь.

– Он мог не вспомнить, как попал сюда и что надо делать.

– Мы же вспомнили, так?

– Ты – с моей помощью. Это… место рассчитано, чтобы больнее всего ударить по людям с Земли.

– Предлагаю голосование. Либо ждём ещё полчаса, либо отправляемся все вместе.

– Вас всегда будет двое против меня одной.

– Меня… половина.

Два голоса принадлежали Кас и Анне, никаких сомнений, а вот третий был мне совершенно незнаком. Это точно не Мордред, но тогда кто? Какой-то сторонний путешественник через кошмар? Кто-то из местных жителей, не потерявший разум? Дальний зов не показывал расположение огоньков душ с точностью до пары метров, но мои спутницы точно должны были находиться в этом здании. Если это ловушка, то чересчур затейливая.

Я отошёл от стены на пару шагов и крикнул:

– Анна! Кас! Я здесь!

Приглушённый спор затих. Но вместо ответного отклика стена вдруг содрогнулась от могучего удара, и из неё вывалился растрескавшийся кусок. В открывшийся пролом я увидел напряжённую Анну с направленной в мою сторону открытой ладонью и Кас, повисшую над полом в боевой форме баньши.

А ещё Бенедикта, застывшего возле разрушенной стены со своей вечной жуткой улыбкой и отряхивающего от побелки правую руку в чёрной перчатке. Заметив меня, он склонился в низком поклоне.

– Виктор… Игнатьевич. Добро… пожаловать.

Тот, что был сотворён миром кошмаров, мог говорить лишь в его пределах.

Пожалуй, больше всего меня удивило даже не то, что спор Анны и Кас проходил на предельно культурном уровне. Никаких оскорблений, даже завуалированных, никакого повышения голоса или пассивной агрессии. Нет, любопытнее была смена ролей – обычно горячая, импульсивная Анна занимала предельно взвешенную позицию, тогда как рассудительная Кас рвалась действовать. Тем не менее, именно кастелян Полуночи отыскала и привела в чувство Анну, с ужасом блуждающую по коридору второго этажа. Вместе девушки зачистили здание, но дальше пока не пошли.